Соната Звездного Неба

Глава 11

28 сентября, 1034 года.

Воскресенье. Дворец Риволи

Девять охранников, во главе с лейтенантом Морвилем стояли в коридоре около кабинета начальника охраны. Стояли в строю, разумеется.

Бен Парстон обвёл своих людей взглядом. Полковник хмурился, ибо результат захотел посмотреть ещё и Антонио Одли.

— Смирно, — скомандовал Парстон, когда увидел, кто идёт вместе с Одли.

Примечательно, что Кольер тоже стоял в строю. Во главе строя, рядом с Морвилем. И было ясно видно, что воинское звание у него не придуманное и не формальное. К тому же, на нём была синяя форма (без знаков различия), оружейный пояс, ремень через плечо. И две кобуры. Причём одна пристёгнута к правой ноге. И точно также выглядит лейтенант Морвиль.

— Ваше величество! — гаркнул Парстон.

— Бен, — слегка улыбнулся король. — Не против, если я тоже присоединюсь?

— Никак нет, — отрывисто ответил полковник.

А король нашёл взглядом Кольера. При этом едва заметно прищурился…

… Энтони, естественно, подозвали для беседы по пути.

— А вам идёт эта форма, господин Кольер, — улыбнулся король.

— Вспоминая философов, главное не форма, а содержание, ваше величество, — откликнулся Кольер.

— Хм, видимо, мы читали разных философов, — заметил Годфри. — Не припомню таких высказываний.

— Я вообще не читал, — заметил Энтони. — Это слова моего наставника. И я склонен верить, что он читал. Господин Нуммус производит впечатление человека хорошо образованного, в отличие от меня.

— Ну-ну, господин Кольер, — усмехнулся король. — Не надо принижать себя. Хотя бы потому, что этим вы невольно… скажем так, выставляете не в лучшем свете человека, которого представляете.

— Я представлял её величество по ручительству мастера, — ответил Энтони. — В том смысле, что они посчитали меня подходящим для этого.

— Значит, вы являетесь… доверенным лицом и господина Нуммуса? — уточнил Годфри.

— Без ложной скромности, я считаю себя самым способным учеником мастера, — ответил Энтони. — Причём, не исключительно в магии, есть ученики и сильнее меня, причём гораздо. А вот в общей сумме мои результаты выше.

— Гораздо сильнее? — заинтересовался король.

— Например, госпожа Азиза, — ответил Энтони. — По силе она лишь немногим уступает мастеру.

— Вот как. Могу я спросить, а эта… госпожа Азиза, — произнёс Годфри. — Она тоже в столице?

— Была до недавнего времени, — ответил Кольер. — Сейчас она сопровождает госпожу Неви.

— Всё ясно, — кивнул его величество. — Поддержу господина Нуммуса насчёт вас, господин Кольер. Если позволите, личный вопрос. Вы можете не отвечать, если это затронет интересы вашего… мастера.

— Я слушаю, ваше величество.

— Вы столько лет провели в столице, — произнёс Годфри. — Это было до… скажем так, знакомства с Нуммусом или вы выполняли какое-то поручение?

— Изначально, разумеется, я просто жил, — ответил Энтони. — Последние года три я выполнял поручения. Собирал информацию, которая интересовала мастера.

Король хмыкнул.

— А ваш конфликт с… покойным герцогом Эктоном, — произнёс Годфри. — Он был связан с делами Нуммуса?

— Это был мой просчёт, — спокойно ответил Кольер. — Дочь герцога оказалась совершенно сумасбродной особой. А потом, как я понял, герцог собирался привлечь меня для своих не очень чистых дел. Такой вход в окружение герцога… Точнее, я бы не вошёл в окружение герцога. Жёстко пресекать было нельзя, я бы вскрылся. Так как это было последним и честно сказать, довольно самонадеянным моим мероприятием в столице, то я предпочёл сделать легенду сбежавшего жиголо. Таким образом я сохранял возможность вернуться позже, если бы возникла такая нужда.

— То есть, господин Кольер, — улыбнулся король. — Вы хотели прыгнуть выше головы.

— И это было прекрасным уроком от самонадеянности. И поспешности. Время поджимало, но мне хотелось всё же попробовать. Я пошёл очевидным путём… И как всегда бывает с простыми решениями, оно оказалось совершенно неправильным.

Идущая впереди Беллатрикс (чисто случайно, само собой, она и её брат оказались именно впереди, перед королём и Энтони), разве что ушами не шевелила.

— Любопытно, господин Кольер, — продолжал Годфри. — Как вы в столь молодом возрасте сумели овладеть таким количеством информации. Любопытно это с той стороны, нельзя ли этот опыт размножить?

— Нет, ваше величество, — ответил Энтони. — Для этого нужно быть мной. Свой способ я даже объяснить не смогу.

— По всей видимости, — заметил король. — Ваши особенности и привлекли господина Нуммуса?

— С господином Нуммусом мы столкнулись в бою, — криво улыбнулся Энтони. — Разумеется, я его проиграл. Но, как показало дальнейшее, проиграл не тривиально.

— Интересно иной раз складываются нити, господин Кольер, — с каким-то ему понятным значением произнёс Годфри. — Иногда наши поражения становятся победами.

— Бой можно проиграть, если так нужно для общей стратегии, — заметил Кольер. — И это слова не мастера. А её величества.

Король на это хмыкнул.

«А я правильно понял? — заговорил тут Младший. — Король что, одарённый?»

«Да, так и есть», — ответил Энтони.

«Все с сюрпризами, на».

— Скажите, господин Кольер, — произнёс король.

Они, кстати, уже вышли из парадной части дворца. И шли коридорами, которые обычно видят слуги. Здесь светильники куда проще, функциональнее и куда реже расположены. Стены ничем не украшены, лишь оштукатурены и окрашены. До половины в синий цвет, а выше белый. Точнее, когда-то белый, сейчас уже светло-серый. И двери из произведений плотницкого искусства, стали просто дверями.

— А господин Нуммус знаком с таким явлением, — продолжил Годфри. — Как…м-м, воздействие, которое резко снижает возможность манипуляции магией?

— Негатор? — уточнил Кольер.

— Вот как, — король кивнул. — И что господин Нуммус… думает по этому поводу?

— Ничего, — ответил Энтони. — Было разработано противодействие, проблема решена.

— Противодействие⁈ — Беллатрикс обернулась.

На её лице было прописано изумление. Амедей покосился на сестру.

— Белли, — улыбнулся Годфри.

— Простите, — пробормотала девушка, отворачиваясь.

— Значит, её… хм, господином Нуммусом проблема негатора решена? — спросил король.

— Да, полностью, — кивнул Энтони. — Те люди, которые безобразничали в Ариане его применяли. Там и было испытано решение, которое показало свою полную эффективность.

— Что же, — произнёс Годфри. — Я рад, что в нашем королевстве… Энтони. Раз у нас такое… более-менее откровенное общение. Что господин Нуммус думает про королевство?

— Он его подданный, — ответил Энтони. — И думает о своей стране, как и положено думать подданному. Могу добавить, что мы не раз беседовали, сравнивая королевство и Империю. Результат неизменно выходил не в пользу последней. И теперь мы сделали свою страну ещё немного лучше. А будет ещё лучше.

— Абсолютно правильный настрой, — произнёс Годфри.

— Со всем уважением, ваше величество, — заметил Энтони. — Это не настрой. Это план. Настрой — это больше обращение к вере. Мастер же с её величеством действуют в области разума, то есть конкретных дел.

— Конечно, — произнёс король.

Дальнейший путь проходил в молчании. Годфри о чём-то размышлял. Белли иногда оглядывалась на Энтони. Амедей при этом неодобрительно хмурился.

«Что-то мне начинает это всё надоедать», — заметил Кольер.

«Нам нужны близнецы», — напомнил Младший.

«Да. Но от этого интереснее не становится. А впереди ещё пафосное мероприятие».

«Мегапафосное».

«То есть крайне скучное и нудное. Но хотя бы вбросы удалось сделать быстро».

«Да, это вы ловко ввернули. Особенно с Азизой».

«Надо же её как-то легализовать. Ей, конечно, похоже на это пофиг. Ну, так для этого и есть начальство — думать наперёд».

Вот и место назначения. Причастные сразу же встали в линию.

— Господин Кольер, — полковник же отозвал Энтони.

— Слушаю, господин полковник, — негромко произнёс Кольер, когда они отошли. — Вистан! Манекен.

— Да. Сэм, Рент.

Двое бойцов прошли в коридор мимо полковника и Энтони.

— Всё в порядке? Может, нужен ещё день, два? — спросил Парстон.

Энтони улыбнулся.

— Господин полковник, если бы я бы не уверен, то сам бы нашёл причину, — ответил парень. — Например, внезапное срочное дело.

— Хорошо, — кивнул Парстон.

Полковник отошёл. Энтони же подождал, пока прошли обратно парни, ставившие манекен — палка с перекладиной и надетой на неё старым кителем.

«Очередная презентация. Это уже начинает входить в привычку» — заметил Младший.

— Преамбула такова, — произнёс Энтони. — Одиночный пост в режиме обычной охраны. Вооружение охранника — два мантона. Вооружение негодяя — калибра и мантон. Это первый вариант.

— Будут и другие, господин Кольер? — спросил Антонио Одли.

— Конечно, — кивнул Энтони. — Мы отрабатывали три. Вот этот, второй — два негодяя. Третий — одарённый.

— Последнее особенно любопытно, — заметил король.

— Вистан, — повернул голову Энтони.

— Да, — отрывисто кивнул лейтенант. — Я готов.

— Белли — Щит, — произнёс Энтони.

— Готова, — откликнулась девушка.

Кольер же пошёл к манекену-мишени. Зайдя за манекен, он повернулся. Кивнул Вистану, уже стоящему «на рубеже». Лейтенант кивнул в ответ.

Энтони выставил Щит. Это и было сигналом. Вистан тут же выхватил пистолет, пригибаясь. И пальнул от пояса. Кувырок вперёд, одновременно со стуком упавшего на пол разряженного мантона. Оказавшись на колене, лейтенант снова выстрелил. Надо отметить, оба выстрела почти попали в мишень. В смысле, в Щит в районе мишени.

— Упражнение закончил! — доложил лейтенант, подняв пистоль стволом вверх.

Энтони убрал Щит. То же самое сделала Белли, прикрывавшая остальных.

— Как я и говорил, — начал лекцию Кольер. — Никаких чудес. Никто не целится в ноги. Лейтенант Морвиль сначала уменьшил свой силуэт, затем сделал неожиданное для противника действие.

— Что мешает опустить ствол? — спросил Парстон.

— Ничего, — ответил Энтони. — Ситуация для охранника практически смертельная, в этом никаких сомнений. Но, во-первых. Лейтенант уже показал достаточную сноровку. При должной тренировке всё это происходит куда быстрее. Сейчас я покажу. Усиление не используется. Белли…

… После демонстрации Кольера, лица были более задумчивые. Они увидели гораздо более быстрое противодействие. Энтони не просто пригнулся, а одновременно с вытаскиванием мантона из кобуры, едва не в половину и, самое главное, резко согнулся и в сторону сместился. И всё происходило без остановок, движения перетекали одно в другое.

— Да, будет повышенный расход кристаллов, — говорил Энтони. — Оружие, получается, когда охранник на посту, постоянно готово к стрельбе. Придётся также каждый раз инструктировать, напоминать людям, что оружие взведено. Но здесь служат профессионалы. Они не вчерашние курсанты лагеря, за ними следить не надо, чтобы они себе ногу не продырявили.

Полковник при этом смотрел на своих людей. Смотрел задумчиво, многообещающе. И его можно понять. Вот какой-то поц, который показал неприятно эффективный боевой приём. А вот свои, которые может и не так ловко это исполняют, но уже понятие имеют. И не надо ничего придумывать, этих надо погонять и будет также хорошо. И особенно приятно, что среди них офицер. То есть даже не надо лично контролировать, только задачу поставить.

— Кроме того, — а Кольер продолжал объяснять. — Постановка оружия на боевой взвод самого человека переводит в режим несения службы. Это крайне удобно, как для командиров, так и для самого бойца. Видите, что человек оружие снял с предохранителя и при этом всё ещё какой-то рассеянный. Немедленно снимать с поста и выяснять причину. Со стороны бойца — постоянно бдить невозможно. Но вот ты щелкнул предохранителем…

Энтони продемонстрировал сие действие, переведя флажок, замыкающий цепь между питающим кристаллом и стержнем арденита. Вложил мантон в кобуру.

— И теперь ты уже не просто во дворце, а на посту, — продолжил Кольер. — Практическим путём выяснено, что человек при этом начинает обращать внимание на мелочи, детали, которые относятся именно к выполнению обязанностей. Опять же на опытном основании установлено, что человек в таком состоянии может находиться от двух до четырёх часов. Далее идёт резкое падение эффективности из-за ментальной усталости. Поэтому, нахождение на посту два часа.

Кольер обвёл взглядом слушателей, ожидая вопросы. Но их не последовало.

— Второй случай — два противника, — объявил Энтони. — Это мы почти не отрабатывали. Поэтому показывать буду я. Белли.

— Готова…

…- Суть та же, — объяснял Энтони. — Нюанс, что направление выбирается к переднему противнику, чтобы им заслониться от второго. И повторю. Выживаемость охранника в этом случае мала. Но. Она отлична от нуля. Даже в этом крайне неприятном сюжете.

— А что с одарённым, господин Кольер? — спросил король.

— Тут, конечно, у охранника ещё меньше шансов, — ответил Энтони. — Но тоже есть зазор на выживание. Маги редко полагаются на огнестрел. Для демонстрации, леди Беллатрикс поставит Щит. Время, за которое она его ставит, примерно сопоставимо с временем активации Метателя среднестатистическим магом. А дальше сюжет сходный…

… — Пуля попала в Щит, — произнёс Годфри. — То есть смертельную формулу маг успеет применить.

— И сам схватит пулю, — ответил Энтони. — При этом, совершенно не факт, что он попадёт по охраннику. И я сейчас намеренно уменьшил скорость, до примерного среднего уровня. Тренированный человек среагирует быстрее. Но главное здесь, не скорость реакции. И даже не победа охранника.

— Это я понял, — кивнул король. — Охранник всё равно выстрелит.

— Именно так, ваше величество, — обозначил кивком поклон Энтони. — Этим действием охранник заставляет забыть об общем деле и сосредоточиться на собственной жизни. Конфликт общего и частного. А если копнуть глубже, личности и системы. Как показывает жизнь, система — то есть объединение людей для общей цели, всегда выигрывает у конкретной личности.

— Но если нападающий идёт, уже готовя удар? — произнёс Одли.

— То есть, зная схему расположения постов, — повернул к нему голову Энтони. — Временных постов, ибо только в таком случае возможна такая встреча один на один. И схема этих постов меняется каждый день. Если противник это знает, то ему помогают изнутри. Причём, именно из охраны. Это за пределами компетенции охраны, такому противодействовать должны спецслужбы. Если же этим вынуждены заниматься охранники и у них это получается, тогда, выходит, это уже они та самая спецслужба.

— Справедливое замечание, — покивал король. — Что же, в принципе, всё понятно, господин Кольер.

— Это лишь пример, — заметил Энтони. — Как можно опираться на поведение людей. Дальше, надо ставить саму систему. Например, охранники должны в обязательном порядке носить под формой налокотники, наколенники. Это в режиме обычной охраны. Вторая кобура, как вы, наверное, обратили внимание, на бедре. Да, сначала это будет неудобно, но это вопрос привычки. Исходя из вооружения и снаряжения, люди господина полковника будут придумывать новые хитрости. И для вот таких дуэлей и в иных возможных случаях. Как и в случае охраны её величества, тут я не могу выдать советы. Специфика места, особенности людей. К тому же, я, по большей части, из другого лагеря.

— В каком смысле? — поинтересовался Годфри.

— В смысле, что обычно я нахожусь в группе проникновения, ваше величество, — усмехнулся Кольер.

«Нормально. Угрозу пропихнули».

— Вот как, — произнёс король.

— Собственно, господин полковник, — продолжил Энтони. — Вы должны постоянно ставить себя на место диверсантов. На тренировках часть ваших людей будут атаковать, другая охранять. Крайне полезно для понимания слабых мест и отработки придуманных приёмов противодействия. Например, размещение оружейного сейфа в местах, где может резко потребоваться усиление огня. Падающие перегородки.

— Да-да, я помню, — откликнулся Парстон.

— Не нужно много охраны, — подытожил Кольер. — Нужно качественнее. Поверьте, когда охрану усиливают, то есть придают много людей незнакомых с картой и охраной, не столь хорошо обученных — это, наоборот, сильно облегчает проникновение. Например, можно завладеть формой. А на лицо вы ещё приданных всех не знаете.

— Господин Кольер, — заговорил в этот момент Одли. — А что бы вы делали вот в этом случае, на месте диверсанта?

— Я? — Энтони усмехнулся. — Вистан! Дай сигнал. Белли. Защити манекен.

— Хорошо.

Кольер повернулся к мишени, всё ещё стоящей в коридоре. Лейтенант Морвиль поднял руки для хлопка.

Хлопок. После выстрелов он прозвучал приглушённо, негромко, без эха, словно в коридоре находились толстые ковры. А стоящий за поставленным Беллатрикс Щитом манекен развалился. Разрезанный Серпом, китель оседал на пол. Причём, Серпов было несколько, они перечёркивали коридор по диагонали, крестом, один перпендикулярно другому. Только Щит Беллатрикс пропустил лишь первый.

— Моя специализация в группе — это вражеские маги, — произнёс Энтони, поворачиваясь. — И да, если в этом коридоре на месте атакующего окажусь я, шанс, увы, вряд ли представится.

Между прочим, не надо считать местных за простофиль. Например, ночью покои его величества, попросту, закрываются. Внутри этого периметра остаётся минимум людей. И вообще все двери во дворце запираются, причём изнутри. То есть, в случае покушения, придётся взламывать каждую дверь. И через окна тоже не проникнуть. Банальные железные решётки. Оказывается, они есть над каждым окном в парадной части дворца. Как уже говорилось, не надо поучать людей, которые ставили охрану. И вообще, подавляющее число успешных покушений — это предательство.

Вечером, по возвращению Энтони в выделенные покои в резиденции Блант, Мариан доложила, что переписала то, что требовалось. А именно, устав охраны с правками Энтони. То есть, три сотни соверенов отработаны. А вы говорите (это Азизе упрёк), что на Мариан большой расход. Большие траты — большие приходы. Баланс.

Стук в дверь раздался, едва Энтони поужинал.

— Надеюсь, они не ждали под дверью, — усмехнулся Кольер, когда Мариан пошла открывать.

— Господин, — ардуни вернулась от двери. — Господа Блант.

— Да, я ждал их, Мариан, — откликнулся Энтони.

Он сидел в кресле, перед камином. В одном из трёх кресел, стоящих полукругом. И как раз собирался шлифануть полученные калории сигариллой.

— Энтони, — раздался в гостиной голос Беллатрикс. — Просим прощения…

— Не стоит, Белли, — добродушно произнёс Кольер. — Проходите.

Брат с сестрой подошли к креслам. Белли села в то, которое рядом с Энтони. Амедей в дальнее.

— За эти дни, Энтони, — заговорила Белли. — Вы несколько раз… Честно сказать, неприятно меня поразили.

— Понимаю, — усмехнулся Кольер, прикуривая. — Реальность — она такая. Нос часто разбивает.

— Энтони, вы говорили, про уровень серебра, — произнёс Амедей. — Поверьте… Ваш уровень выше.

— Да мне всё равно, — откликнулся Кольер. — Внешние критерии движения — это костыли. Всё эти ранги… Впрочем, хочу отметить, что наши наставники оказались дальновиднее имперских коллег.

— В чём же? — с интересом спросила Белли.

— После уровня золота ранжирования нет, — ответил Энтони. — И это абсолютно правильно. Так магов учат опираться лишь на собственные способности и силы, не полагаясь не внешние оценки.

— Не задумывался об этом, — негромко произнёс Амедей.

— Я тоже, — ответил Энтони. — И даже когда мастер это мне объяснял, я не сразу вник.

— Мне бы тоже хотелось поговорить с Нуммусом, — произнесла Белли.

— И это произойдёт, — ответил Кольер. — Когда для этого придёт время. Пока же, прошу извинить, вы не представляете для него интереса. При всём потенциале, вы лишь слегка вышли за рамки обычной подготовки. А когда мастер начинает углубляться, даже леди Азиза понимает его через раз.

— А с ней мы сможем побеседовать? — спросил Амедей.

— Если она захочет, — хмыкнул Энтони. — Человек она… крайне специфического поведения. Но, определённо, доступнее, чем мастер. Господин Нуммус — изрядный мизантроп.

— Господин, — Мариан подошла к креслам. — Возможно, нужно зажечь камин?

— А почему бы и нет? — ответил Энтони. — Только много дров не накладывай.

— Да, господин, — ответила ардуни.

Она обошла кресла, присела перед камином. Взяв из дровницы полено, подложила в топку. Амедей в этот момент достал портсигар.

— Энтони, а вы тоже поедете в Ариану? — спросила Белли.

— Конечно, я же говорил, что вы, Белли, попадёте ко мне, — ответил Энтони. — Сразу после бала отбуду. Признаться, столица меня утомила, и я хочу поскорее уехать.

— В этом мы с вами солидарны, — заметил Амедей, только что доставший папиросу. — Мы последние пару лет находились в поместье под Монтансом. Места там красивые и не слишком заселённые, даже диковатые.

— А окажетесь в замкнутом коллективе, преимущественно мужском, — заметил Энтони. — Как вы к этому относитесь?

— Будет реальное дело, — ответила Белли. — Движение. Это куда лучше, чем ждать непонятно чего.

— О, движений там будет достаточно, — усмехнулся Кольер. — Я бы даже сказал, с лихвой. Настолько, что иной раз хочется упасть и никуда больше не двигаться.

Мариан поднялась, открыла задвижку шибера. Взяла из ниши коробок спичек и вновь присела.

— Энтони, а если откровенно, — Амедей, прикурив, затушил спичку энергичным взмахом. — Если бы…

— Мы планировали операцию по проникновению сюда, — ответил Энтони. — В том числе, в расчёт входил ваш отец. Но отмечу, что это было планирование на всякий случай. Точно такие же планы были в отношении Белого Дворца, особняков некоторых аристократов. Нашей основной задачей было наблюдение. Конкретно я работал с госпожой Неви. Впрочем, вы об этом знаете.

— Но чтобы планировать, надо же знать, хотя бы внутреннюю обстановку зданий, — заметила Беллатрикс.

— Напомню, мы направлялись сюда не имперцами, а её величеством, — иронично произнёс Энтони. — И возле королевы, и здесь людей, знающих планировки зданий, хватает. Например, это я.

— Да, конечно, — усмехнулась девушка.

В камине затрещало. Мариан распрямилась, положила спички на место. И замерла, проверяя, разгорелось ли.

— Энтони, а вы в самом деле служите? — спросил Амедей.

— Контракт не подписывал, — ответил Кольер. — И вам это тоже, полагаю, будет лишнее.

— Почему? — с интересом спросила Белли.

— Ваши способности тому причина, — ответил Энтони. — Вы слишком сильны для линейного офицера. Вам просто не подобрать подходящих подчинённых. Это же нужно будет одних эссов набирать, как минимум. Обычные люди… Выйдет так, что вы постоянно будете лично решать боевые задачи, а люди будут просто болтаться при вас. Разведка бы подошла. Там только одарённые. Именно это вам и предложат, только на особых условиях.

Мариан, убедившись, что огонь горит, как положено, ушла.

— Каких условиях? — спросил Амедей.

— Это будет группа Нуммуса, — ответил Энтони. — И задачи будут ей ставить… Соответствующей сложности. К примеру, глубокие рейды. Разумеется, предложение поступит только после обучения. И это будет не обязательное решение.

— В каком смысле? — наморщила лоб Белли.

— Я буду решать, годитесь ли вы в группу в принципе, — ответил Кольер. — Также есть ваш отец.

— А причём тут наш отец? — выпятила подбородок девушка.

— Напомню, он — алтиор, — произнёс Энтони. — И не последний человек в королевстве. Он может выставить такие условия, что деятельность группы с вашим участием будет невозможна.

— Энтони, — спокойно произнёс Амедей. — Мы понимаем… ваши опасения. Но недавно вы выставили условия его величеству.

— Не я, а её величество, — напомнил Кольер.

— Энтони, если… — Белли сделала паузу, явно подыскивая слова. — Вы могли бы нас оповестить, если возникнут такие проблемы?

— Разумеется, — ответил Кольер. — Это касается вашей жизни. Конечно, я скажу.

— Благодарю, — с хмурым лицом кивнул Белли.

— И даже если наш отец попросит не говорить об этом, — добавил Амедей.

— На такую… просьбу, я посоветую ему говорить с вами. Чего я точно не хочу, так это служить громоотводом в семейных проблемах.

— Энтони, возможно, это глупый вопрос, — произнёс Амедей. — Но вы тоже входите в группу Нуммуса?

— Я её командир, Амедей, — улыбнулся Кольер. — Мастер с кем-то работает крайне редко. И обычно это леди Азиза. Меня он брал с собой два раза. Предвосхищая ваш вопрос. В момент вашего столкновения с мастером меня рядом не было.

— А способ противодействия… негатору… — начала Белли.

— А вот и цель вашего прихода, — иронично произнёс Энтони. — На будущее. К демонам извилистые подходы.

— Ну, остальная информация тоже была весьма интересна, — усмехнулся Амедей.

— Это разновидность Щита, Белли.

— Щита?

— И да, вы его будете изучать. В обязательном порядке. Как только вы войдёте в группу.

— Ха, логично, — усмехнулся Амедей.

— В вашем случае, Белли, ещё добавляется и постель, — докинул Энтони. — Разумеется, командирская, то есть моя.

Амедей замер, не донеся до губ папиросу. И покосился с опаской на сестру. А девушка вздохнула.

— Энтони, вам придётся придумать какой-то иной способ, — с укором заметила она. — Выведения меня из спокойного состояния.

— Проверить было нужно, согласитесь, — улыбнулся Кольер. — Предупреждаю, для меня нет ничего святого. Есть только эффективность.

— Да, спасибо за предупреждение, — поджала губы Беллатрикс. — Надеюсь, до банального лапания не дойдёт?

— Дойдёт, как же без этого, — заверил Энтони. — В процессе обучения, хотите вы или нет, вам придётся терпеть мои грязные лапы на вашей нежной коже.

— Это я выдержу, — поморщилась девушка.

— А также плоские казарменные шутки, — добавил Кольер. — Разумеется, большей частью они касаются интимных подробностей жизни. Включая личную гигиену.

— А мне начинает нравиться армия, — заметил Амедей. — Скажите, Энтони. А женщины-офицеры, они тоже так поступают?

— Конкретно в команде Нокса есть такие женщины, что могут заставить покраснеть даже прожжённого циника, — усмехнулся Энтони.

— Какое замечательное место!

— Да, я уже представляю, — вздохнула Белли.

Дворец Риволи

Покои короля Годфри

Антонио Одли зашёл в покои. И посмотрел на вставшего при его заходе охранника у дверей по иному.

«Вот о чём говорит Кольер».

И смысл всех этих показов именно в этом, а не каким-то приёмам обучиться. Даже он, человек не занятый постоянно этим делом, начал видеть те нюансы, на которые обращает внимание, как выяснилось, опытный диверсант. А именно, стол охранника слишком лёгкий. Здесь бы вообще неплохо поставить стойку. И за деревянной обшивкой, которая будет имитировать легковесную конструкцию, спрятать стальной лист. Тогда это превратится в полноценную огневую точку, которая смогла бы выдержать даже боевую формулу.

Полковник Парстон тоже на это сетовал. Что после Кольера ему теперь всюду хочется внести изменения. То, что казалось вполне достаточным, перестало таковым быть. Два дня. И одна демонстрация. Что же, этот парень… Может он и не знает, что именно делает. Чему научили, то он и транслирует. Но тот, кто разрабатывал эту систему, совершенно чётко закладывал воздействие на образ мыслей. Вряд ли именно Кольер придумал, что конкретно нужно демонстрировать. Но он это не раз делал, видел, какой результат получается, поэтому так уверен в эффективности.

Думая об этом, Одли дошёл до личных комнат Годфри. Отворив дверь, он попал в короткий коридор, из которого вели три двери.

Годфри обнаружился в кабинете. Король стоял у открытой дверки стенной ниши. Это дверка открывается вниз, образуя небольшую столешницу. Его величество сейчас наливал себе какой-то напиток. Судя по квадратному стакану — алкогольный.

— Проходи, Антонио, — произнёс король. — Слуг я сегодня отправил. Так что, если тебе что-то нужно, придётся самому сбегать.

— Всё, что мне нужно, я вижу, — откликнулся Одли.

Годфри, взяв стакан, кивнул.

— Тогда прошу, — произнёс он и отошёл, не закрывая дверцу.

Одли подошёл к бару. А король дошёл до двух кресел, стоящих в гостевой зоне, друг напротив друга. Слегка под углом. Годфри поставил стакан на столик, который находился справа от кресла.

— Было бы крайне интересно, — заговорил Антонио, взяв небольшую пузатую бутылочку с куфорином.

В оригинале куфорин прозрачный, но Годфри предпочитает настойку на плодах оромо (кофе). Поэтому у него куфорин янтарного цвета.

— Поговорить с тем, кто составлял систему, представленную господин Кольером, — продолжил Одли.

— Вполне возможно, что этого человека уже нет в живых, — заметил Годфри. — Такие знания люди редко приобретают даже в зрелом возрасте. К тому же, полагаю, этот человек жил в Империи.

— Соглашусь, — кивнул Антонио. — Если бы такой мыслитель жил у нас, мы бы про него знали.

Налив напитка на два пальца, Одли заткнул бутылочку пробкой, поставил на место. Взяв стакан, он закрыл бар.

— Гвендолин знала, кого посылает, — заговорил Годфри. — Или это знал Нуммус.

Антонио сел в кресло напротив, поставил стакан на столик.

— Без предупреждения, — король усмехнулся. — Да, этот способен так зайти.

— К счастью, мы избежали этого варианта, — заметил Одли.

— Да, избежали, — согласился король. — Но он не отменён. Именно это до нас сегодня донесли. И это радует.

Годфри взял из маленького хьюмидора до столике сигариллу.

— А не радует, — произнёс он. — Что мы не знали про двух алтиоров. Которые при этом действуют не просто согласованно, а в одной команде. И понятно, для чего они прибыли в столицу.

— Из-за Нейтана, — вставил Антонио.

— Расчёт всегда производиться так, чтобы превысить противодействие, — заметил Годфри. — Мы были буквально на волоске, Антонио. Если бы не… То нас бы убрали. Нейтана, нас. А затем прибыла бы Гвендолин во главе своего отряда. И зачистила всё остальное. Это всё логично, трезво. Одного я пока не понимаю…

Король взял сигариллу в зубы.

— Что дальше? — продолжил Годфри. — Жить долго и счастливо? Какой механизм задуман Гвендолин, чтобы не допустить расползания этой заразы безответственности?

— Нокс? — предположил Антонио.

— Мало, — Годфри взял коробок со спичками. — Какую-то часть удастся пристроить. Но не всех. Масштабное вторжение на Анджаби королевство не потянет. Можно предположить, что Гвендолин решила начать, а там как выйдет… Но исходя из текущих её действий, она бы не стала действовать наугад. И Кольер не раз намекнул, что план есть.

Король чиркнул спичкой.

— Может, у Кольера и спросить? — предложил Одли. — Мне казалось, он идёт на контакт.

— Это профессиональный агент, — ответил Годфри. — И как ты видел, достаточно высокого уровня. Он делает и говорит ровно то, что ему задано. Не нужно обольщаться, он не выдаст того, чего нельзя. И скорее всего, он просто не знает. Смысла в этом нет. Знает Нуммус — это наверняка. И если бы посчитал нужным, донёс бы. Так что, остаётся лишь ждать Гвендолин. Проклятье.

Король прикурил.

— Понимаю, что это делается специально, — произнёс он, вынув сигариллу изо рта. — Мы должны прочувствовать свою беспомощность. И я одобряю такую методику. Но находиться на месте… воздействия неприятно.

— А если бы мы не стали ничего делать? — произнёс Антонио. — Я про Кольера.

— Нуммус в столице, — заметил Годфри, пыхнув сигариллой. — Полагаю, он бы и так проследил, чтоб нужные лица дожили до прибытия Гвендолин. Я просто облегчил ему задачу. А сделал я это потому, что не уверен, что входил в число этих лиц. Антонио, я исходил из того, что Гвендолин всё равно, кто из Хобургов её встретит… И передаст престол Рутланда. То, что Кольеру одобрили мою охрану, говорит о том, что…

— Гвендолин допускает сохранение дуумвирата?

— Скажем так, не против. И это, Антонио, может быть не только Гвендолин. И даже не только Нуммус. Ты же читал телеграмму от Нейтана. Манцин в Ариане. Интересное совпадение, не так ли?

Ночь с воскресенья на понедельник.

Резиденция Блант. Комната Энтони Кольера

Энтони проснулся среди ночи. Мгновение он соображал, а потом поднялся с кровати.

— Все, на, оригиналы, обалдеть, — проворчал он, идя в кабинет, рядом со спальней. — Утром прийти нельзя что ли?

Спал Энтони только в пижамных штанах. Как-то не зашла ему привычка, одеваться в кровать. Так и шествовал, с голым торсом. Придя в кабинет, Кольер налил себе воды. Выпил. А потом подошёл к окну и открыл створку. Зевая, Энтони отошёл к креслам, где накануне сидели близнецы. Взял со столика неоткрытую коробку с папиросами, оторвал клапан.

Кольер как раз прикуривал, когда в проёме открытого окна материализовалась фигура в чёрном. На пару мгновений замерла, а потом спрыгнула на пол.

— Даже интересно, как ты так быстро вернулась? — спросил Энтони.

— Есть, кому заплатить, чтобы довезли, — откликнулась Азиза.

— А ты в курсе, что люди по ночам спят? — поинтересовался Кольер. — А днём напряжённо трудятся?

Азиза скатала маску-шапку. А потом и вовсе её сняла.

— Между прочим, ты могла вообще в открытую прийти, — заметил Энтони. — Твоё присутствие заявлено.

— В каком качестве? — спросила женщина.

— Ученица Нуммуса, — ответил Кольер. — А Энтони Кольер — командир боевой группы, которую Нуммус посылает по делам. Ты, типа, приходишь, когда хочешь, уходишь, когда нужно. И ничего при этом не обязана объяснять. Вернулась, сделала мудрое лицо, вот и ответ. Как тебе история?

Азиза покивала с одобрением.

— Неплохая легенда, — ответила она. — А моё имя?

— Какое ты сказала, — ответил Энтони. — Раз оно широко не озвучено, я посчитал это приемлемым.

— Поняла. Что с диском?

— Боги, Азиза, — вздохнул Кольер. — Ты следила за мной две недели. Нельзя было потерпеть один день?

— Хм, а зачем? Я же могу прийти. Вот и пришла.

— Да, логично, — покачал головой Энтони. — Завтра… то есть уже сегодня вечером буду тебе показывать, как починить твой диск.

— Показывать?

— Да, — кивнул Кольер. — Ты должна уметь сама это делать. Вдруг тебе потребуется вновь заменить элемент питания. Или вынуть таковой у врага. Эти диски, как я думаю, имеют функцию… М-м, посылают некий сигнал, по которому их можно найти.

— Поняла. Тогда я приду вечером.

— Азиза, — с укором заметил Энтони. — Тут останься. Будешь… Хм, связной. Чтобы мне не бегать, если что.

— А. Хорошо. Есть кровать?

— Конечно. Тут три комнаты для слуг. Выйдешь, направо. А налево — Мариан.

— Поняла, — женщина тут же прошагала к двери и вышла.

Энтони покачал головой, потом подошёл к окну. Постоял, дымя папиросой и смотря в звёздное небо.

— Надеюсь, мы так угорать не будем? — пробормотал он.

Понедельник, 29 сентября 1034 года

Беллатрикс явилась утром. И недоумённо смотрела на Азизу, которая с равнодушной ха… лицом сидела в одном из кресел, рядом на столике чашечка кофе.

— Доброе утро, Белли, — Энтони вышел из спальни, по пути поправляя рукав рубашки.

— Доброе… — девушка посмотрела на Кольера.

— Познакомьтесь, леди Азиза. Мариан… Ага, спасибо.

Верная ардуни уже принесла кофе. Ещё одну чашку. Завтрак у Энтони уже состоялся. Теперь нужно выкурить сигариллу. Чашечка стояла на столике, рядом с креслом. Поэтому Кольер прошёл до места, сел.

— Приятно познакомиться, — несколько озадаченно пробормотала Белли. — Беллатрикс Нейтан-Блант.

Азиза в ответ слегка опустила подбородок. Кстати, там же на столике лежали письма. Оказывается, Азиза ещё и почтальоном поработала. Самое время прочитать корреспонденцию. А то, что Белли припёрлась в такую рань… Ну, так она сама себе злобный ёжик.

Прикурив, Энтони отпил кофе. И взял первый конверт. От Умберто Каниони.

— Белли или сядь, или приходи позже, — произнёс Кольер, ломая сургучную печать.

Девушка подошла к последнему пустому креслу. Присела на краешек. А Энтони развернул лист.

«Дорогой Энтони!»

И тут юмористы. Гвендолин, надеюсь, не склонна к хохмам при ведении переписки?..

… Оллин Рив, это тот самый изобретатель, которого подтащил глава, развернул перепончатые крылья во всю ширь. Получив заказ с техническим заданием, мужик принялся творить лютую дичь. Вместо того, чтобы выкупить пару быстроходных пароходов и на их основе сделать войсковые транспорты (как предлагал Энтони), там принялись делать корабли с нуля, хоть и взяв за основу те самые скоростные пароходы. И они запланировали боевые корабли. То есть с пушками. Дорвались бизнесмены с безумными изобретателями до серьёзных проектов. Ну, что-то такое и думалось про них. Поэтому и сейчас, так-то можно было попозже. В ближайшее время боевые морские операции не планируются.

Хорошие новости в том, что Рив не перекраивает основные требования. А именно — это должны быть десантные корабли. То есть такие, которые не просто пару лодочек могут опустить на воду и посадить туда людей на вёсла. А чтобы можно было паровые катера отправить к берегу. Достаточно большие, чтобы на них закатить броневик. Или грузовой парокат. То есть и катера нужно либо перестроить, либо спроектировать.

Ребята уже заложили первый корабль в серии. Ну, это будет блин, который комом. И сие нормально, время есть. А эксперимент можно потом государству продать, на образец.

— Мариан, принеси… Хотя ладно, вечером ответ напишу. Или даже… Да, сам скажу. Письмо дольше идти будет.

Раз уж там понеслась научная мысль, надо бы нюансов докинуть. Типа автомата подавания зарядов. Да-да, Оллин впечатлившись захваченным оружием, собрался делать казнозарядные орудия. Что ж… Как уже говорилось, раз прогресс попёр, его не остановить. Значит, надо возглавить.

«Похоже, время морских сражений приближается семимильными шагами».

«Если в дело не вступят те ребятишки с големами. И не разнесут Империю к такой-то матери».

«Мне поискать устройство орудийных замков?»

«Хм. Кроме самого устройства, нужна ещё и технология. То есть, надо выбрать самый простой».

«Задачу понял. Как же не хватает поисковика».

«Доктор. Вы с поисковиком сложность себе вообще представляете? Вы как, по тегам будете поиск налаживать?»

«Доктор Ливси, кстати».

«Во, — удивился Энтони. — А почему Ливси?»

«Дэвид Ливси».

«Да-да, извините, агент. Так почему Ливси? Не Стренж, не Хаус? Ни доктор Кто, в конце концов?»

«Э-э, Старшой. Во-первых, кто все эти… доктора? Во-вторых, что за агент? В-третьих, мне импонирует этот целеустремленный и жизнерадостный человек. Особенно его мультипликационная версия».

«Что же, в конце концов, это не раз и навсегда выбранный единственный идентификатор. А один из псевдонимов. А насчёт всего остального…»

«Я уже понял, что вы и меня постоянно тренируете и провоцируете».

«А по пути ты находишь и маркируешь нужные знания».

— Леди Азиза, — Белли, наконец, решилась поговорить. — А вы тут по причине того, что случилось что-то? Или чтобы не случилось?

— Нуммус сказал быть тут, — равнодушным тоном ответила Азиза. — Если что-то надо будет, скажет.

— Понятно, — протянула Белли с озадаченным лицом.

Энтони слегка усмехнулся. Да, к манере Азизы надо привыкнуть. Ну, или просто изначально принять, что она вот так взаимодействует. И что это всех так шокирует? Наоборот, удобно. Нет темы для беседы, Азиза впустую воздух перемешивать не будет. А если нужно, так вспомните, она способна и светскую беседу поддержать.

— Энтони, а… Ну, что леди Азиза здесь, про это не надо говорить, да? — спросила девушка.

— Мне ничего не указано, — откликнулся парень, отпивая кофе. — То есть, это не секрет.

— Вот как. Хм.

Так, что же там её величество желает сообщить? Энтони взял конверт с гербом в уголке. Открыв его, он ощутил еле заметный приятный аромат. Цветочный. Слегка улыбнулся…

… А правительница тоже развернулась. Королева уверенно ухватила вожжи и начала править экипажем в нужную сторону. Нужную ей сторону. И это замечательно, ещё не хватало нам в политику углубляться.

Её величество бодро переговаривается с имперцами. Более того, уже перетёрла насчёт Катон. И… Гвендолин на полном серьёзе собирается перебираться в Ариану. Похоже, столица гнетёт не только господина Кольера. Тут и вправду… Какая-то чуть не бандитская атмосфера. И даже воздух какой-то спёртый.

Дело её. Уж наладить управление из другого города Гвендолин запросто сможет. А ещё может быть такое размышление, что она желает отсечь приспособленцев, всяких любителей комфорта. Это же надо будет целыми ведомствами переезжать. Да, например, спецслужбам. А вообще, Гвендолин это неплохо придумала. По сути, она хочет организовать с нуля. Пересмотреть дела, оценить. Здраво, здраво. И упрекнуть её не выйдет. Вон, что вы тут натворили. Скажите спасибо, что она всем тюремную робу распределять не начала, а то и зелёнку заготавливать, для смазывания лба. А по пути ещё недовольные образуются. Активные недовольные, которых лишили любимой обильной кормушки и которые пожелают нагадить. Чистки продолжатся. Ох, перетряхнут столицу! Бывшую столицу. Только, выходит, домик зря купили. Но ничего. Оставим, как временную базу. Надо придумать только, кого туда заселить. Надёжного. Чтобы принял в гости, если вдруг. И типа продать ему дом, чтобы отсечь ненужное внимание к адресу.

«Хм. Тут надо переговорить со спецами. А что, от явочной квартирки никто не откажется. И вытащить деньги, типа, было куплено именно для этого. Ай да Энтони, ай да ловкач!»

Что ещё. Её величество желает залегендировать Энтони Кольера, как своего фаворита. Тоже вполне ожидаемо. Более того, отлично ложится в легенду про ученика мастера. А что, вот связной между загадочным алтиором и королевой. И гадайте, кому именно предан Энтони Кольер. И чьи интересы, в случае конфликта, он будет соблюдать. При случае можно даже провернуть интригу с уходом Нуммуса в закат. Всё-таки, женщины вот это умеют, на дне стакана воду замутить. Отлично.

— Энтони, а мы все вместе во дворец пойдём? — спросила Белли.

— Зачем? — недоумённо спросил Кольер. — Впрочем. Леди Азиза. Вы желаете сходить во дворец?

— Нет, — ответила женщина.

— Вы слышали, Белли, — произнёс Энтони.

Третье письмо. От дорогой сестры. Открыв конверт, Кольер нашёл там одинокий лист. Причём, похоже, вырванный из книги записей. Тиан в своём репертуаре.

Что сообщает. Ага, активно занимаются боевой подготовкой. Но в последнее время упирают на строевую… Так, ясно, кто будет давать парад по случаю. Её величество решила явиться в силах тяжких. Правильно, все должны наглядно увидеть, кто тут… мама. А именно, Гвендолин Великая. Так сказать, арианская волчица заявляет права на трон. «Акелой тут буду я».

— Мариан. Забери письма.

Энтони вложил листок в конверт. Положил на столик, к остальным.

— Всё в порядке? — спросила Беллатрикс.

— Белли, вы, как мне кажется, причислили меня к числу значимых людей королевства? — усмехнулся Энтони. — Поверьте, хоть я и участвую в знаковых событиях, но лишь в качестве исполнителя.

Кольер взял чашечку с кофе. Мариан в этот момент забрала письма.

— Так что, если вы посчитали меня подходящей партией, то рекомендую присмотреться внимательнее, — добавил Кольер. — Особенно к той части, которая касается супружеской верности.

Беллатрикс, нахмурившаяся на первой части фразы, но второй поджала губы.

— Ну, хотя бы, господин Кольер, вы верны себе, — язвительно произнесла она.

— Я достаточное время носил разнообразные маски, чтобы сейчас натягивать очередную, — усмехнулся Кольер. — Вы завтракали?

— Конечно. Спасибо за заботу, — голос Блант был наполнен сарказмом.

— Ну, что вы, не стоит, — с теплом ответил Энтони и заботливым тоном продолжил. — Мне нравятся ваши текущие формы, и я хочу, чтобы они такими и остались.

— Вы что, хотите сказать, что я… Так!

— Реагируем на внешний вид, так и запишем.

— А может хватит этих ваших… агентских штучек? И не надо мне говорить про обучение!

— Леди Беллатрикс, — усмехнулся Энтони. — Если бы я применял свои, хех, агентские штучки, мы бы проснулись вместе.

— Да неужели? — снисходительно заметила Белли. — Так же, как с Марией Эктон?

— Ну что вы, — хмыкнул Кольер. — Она — это чисто служебный интерес. Сейчас же любопытно именно мне, самому.