Глава 18

Некропсы Кристального каньона оказались многочисленными, злобными и весьма неприятными на вид — горбатые, похожие на гиен четвероногие существа, окутанные облачками ядовитого зеленого тумана. Во фреймах с игровыми подсказками у них значился рейтинг опасности в три звезды. Но это для меня. Для остальных членов нашего рейда это наверняка были простые однозвездочные мобы, не представляющие опасности поодиночке.

Однако поодиночке они и не ходили.

Первая стая атаковала нас с Новой еще в самом начале, до того как прибыло подкрепление. Штук восемь тварей ворвалось на верхний ярус по лестнице, и меня угораздило оказаться как раз у них на пути.

Пришлось несладко — если бы не живая броня мимика под одеждой, меня бы попросту порвали на куски. Причем, пожалуй, самым жутким и неприятным способом, какой только можно вообразить — тупыми иззубренными когтями и зловонными пастями, полными кривых зубов, похожих на куски битого стекла. Пришлось отбрасывать их тяжелыми оплеухами Кинетического удара и бегать, перепрыгивая с саркофага на саркофаг.

Я мог бы, конечно, и вообще избежать этой схватки — например, мимик мог бы утащить меня куда-нибудь на потолок либо обездвижить жутких псов своими щупальцами. Но я не хотел светить подобные фокусы перед Новой. А еще взыграло этакое рыцарское, как в старых глупых книжках и фильмах. Нельзя ведь бросать даму в беде, нужно ринуться ей на помощь, даже если рискуешь при этом жизнью.

Вот только Нова — не из тех дам, которым требуется чья-либо помощь, и в этом я быстро убедился.

Пока я отвлек на себя внимание некропсов, предводительницу Отступников взяли в полукольцо четверо созерцателей. Почти синхронно ударили из всех стволов — бледные пульсирующие лучи пси-энергии брызнули из их глаз, фокусируясь на ее хрупкой фигурке.

Точнее, на том месте, где та только что была. Нова каким-то немыслимым молниеносным кульбитом ушла в сторону, умудрившись при этом в прыжке еще и пальнуть из бластера, безошибочно подбивая в центральный глаз одного из бехолдеров. Тот неуклюже завертелся на месте, вереща так, что даже я на него обернулся, хотя в этот момент меня как раз норовили сбить с ног некропсы.

Созерцатели пустили в ход свои главные калибры. Эти огромные зенки размером с баскетбольный мяч обладали особым типом атаки — перед ними возникало что-то вроде прозрачной силовой воронки, которая окутывала противника, обездвиживая его и медленно подтягивая прямо в бездонную пасть. К тому же они играли и роль щита — заряды бластера Новы почти полностью рассеивались в этом мареве, лишь слегка обжигая морды созерцателей.

Но и эти фокусы прошли впустую — Нова снова легко и грациозно ушла с линии атаки. Защиты от псионического урона у нее не было, если не считать моего короткого баффа. Но, похоже, он ей был не особо-то и нужен. Если ее и ранили — то она не подавала вида. А двигалась она так быстро и ловко, что попросту уворачивалась от большинства атак.

Убрав бластер, она снова достала свои клинки. Двоих бехолдеров срезала меткими бросками — мечи ее при этом превращались в бешено вращающиеся светящиеся пропеллеры, врубающиеся в плоть так, что вокруг летели кровавые ошметки.

Прием этот, похоже, имел довольно большое время восстановления, потому что с оставшейся парочкой противников Нова разделалась в ближнем бою. Сначала налетела на самого крупного — стремительно, как вихрь, атаковав его в нереально высоком затяжном прыжке. Сиганув метра на три в высоту, она замедлила свой полет в верхней части траектории, чтобы успеть нанести несколько ударов сверху вниз.

Я невольно засмотрелся. Меня вообще почему-то всегда притягивали образы хрупких, но смертоносных воительниц, несмотря на всю их неправдоподобность. Однако здесь, в этом мире с его игровыми законами, такие фурии вполне органичны. И увидев Нову в деле, я лишний раз убедился, какая же между нами пропасть. Точнее говоря, между нашими персонажами, конечно, но от этого не легче. Несмотря на поддержку мимика, я казался себе неуклюжим, беспомощным и немощным по сравнению с этим воинственным ангелом, шинкующим врагов на ломти взмахами светящихся клинков.

Поверженные созерцатели рухнули бесформенными грудами мяса, и только несколькими мгновениями позже на забрызганный их потрохами пол плавно и изящно опустилась Нова — антиграв, встроенный в ее доспехи, будто поддерживал ее невидимыми страховочными тросами.

Вдвоем мы быстро отбились от стаи некропсов, и я бросился к репликатору. Подмога прибыла мгновенно — едва я добавил в список доступа нужные ники.

Первым, поведя широченными плечами, в воздухе материализовался Завр, закованный в пылающие багровыми отсветами латы. Следом появился Арчер — на контрасте с танком гибкий, стройный, обтянутый эластичной флексатной броней с металлическими вставками, больше всего похожей на костюм какого-нибудь Бэтмена.

А вот после него появилось нечто, от чего я невольно отшатнулся. Я впервые видел Ламию — еще одну из офицерш клана. Как я слышал от Пипа, она соперничает с Псом за звание главного ассасина клана.

Внешность у ее аватара была… специфическая. Нужно было некоторое время, чтобы привыкнуть. В первые мгновения, когда телепортация еще толком не была завершена, в светящемся силуэте Ламии мне почудился очередной монстр. Все тело девушки покрывали экзотические тонкие доспехи, очень напоминающие чешую рептилии. На голове ее красовалась копна чего-то вроде дредлоков. Только это были не волосы, а скорее гибкие и тонкие, в палец, щупальца, перевитые множеством металлических колец. Еще целая россыпь блестящих колец, шариков и более причудливых прибамбасов торчала у нее по всему лицу. Пирсинг был в носу, на бровях, в ушах, под нижней губой, и в сочетании с тонкой вязью татуировок делал лицо Ламии похожим на жуткую маску. Дополняли образ янтарно-оранжевые, как у совы, глаза с огромными зрачками.

Впрочем, если отбросить всю эту эпатажную придурь, девушка была весьма привлекательная — шикарная фигура, нарочито подчеркнутая обтягивающими деталями экипировки, да и лицо, если убрать все эти железяки, вроде бы вполне симпатичное. Ну кто же откажется дать своему аватару идеальное тело. Хуже было то, что, кажется, характер Ламии вполне соответствовал ее внешности. Взбалмошная, опасная, с тлеющим огоньком безумия в глазах. Увидев, что я пялюсь на нее, чешуйчатая воительница оскалилась в хищной улыбке и… вдруг показала язык.

Раздвоенный. Не как у змеи. Обычный человеческий язык, но с глубоким разрезом посередине.

Еще один незнакомый мне пока офицер — Пробойник — наоборот, сразу произвел на меня благоприятное впечатление. Возможно, потому, что из всей этой компании смотрелся наименее выпендрежно. Просто крепкий брутальный мужик в неброской темной броне, похожей на полицейскую. Черноволосый, с квадратным подбородком и усами подковой. Этакий рубаха-парень. С самой здоровенной пушкой, которую я только видел в игре. Даже сложно сходу определить ее тип. Что-то вроде дробовика, но размером с корабельную мортиру. Даже при немалых габаритах самого Пробойника она смотрелась каким-то карикатурным переростком. Примерно как отбойный молоток Малышки Китти.

Последним явился Эй-Джей и, быстро сориентировавшись в ситуации, проскользнул к Нове. Остальные тем временем, рассеявшись полукругом, изучали окрестности.

Много времени на разведку местные монстры нам не дали. И началось все с того, что буквально через пару минут тела убитых мной и Новой некропсов вдруг странно задергались и засветились. Откуда-то снизу, из-за края яруса, к ним протянулись извилистые, как потеки чернил в воде, светящиеся струи энергии. И чудовища снова ожили! Почти сразу же, судя по звукам на лестнице, на подмогу им ринулась еще одна стая, куда более многочисленная.

— Завр, справа! Задержи их!

Танк метнулся наперерез новой угрозе, преграждая путь стае жутких псов. Удар огромного угловатого щита, укрепленного силовым полем, взмах чудовищной косы — и уродливые костлявые туши веером отлетели в сторону. Впрочем, это дало лишь краткую передышку, буквально в несколько секунд, которая позволила перестроиться остальным членам отряда. Однако, и на то, чтобы потом порубить всю стаю на куски, понадобилось ненамного больше времени.

— Миньоны, — сплюнув в сторону, скривилась Ламия. — Ищем хозяина.

Она права — за псов даже опыта пока не давали, и лута в трупах не оказалось. Зато, кажется, на ярусе ниже их было еще несколько десятков. И если оттянуть на себя всю эту стаю воскресающих мобов, мало не покажется даже таким бойцам, как Нова.

Но об этом можно было не беспокоиться — с первых же минут я почувствовал, что офицеры Отступников дело знают. Действовали они слаженно и сосредоточенно, перебрасываясь лишь короткими фразами и жестами, смысл некоторых я с трудом улавливал. Мне оставалось лишь следовать в группе и стараться не косячить — не отставать, не привлекать к себе лишнего внимания, ничего не трогать.

Первым делом мы прочесали верхний ярус. Он был самый большой по площади, но оказался наименее заселенным. В разлом, устроенный мной, пролезла дюжина огромных жуков-могильщиков, а в боковых отнорках было несколько гнезд обычных крысолаков, которые мы выжгли, почти не останавливаясь. Под сводами пещеры мы обнаружили пару огромных мясистых наростов, служивших чем-то вроде ульев для созерцателей. Сами же глазастые летуны курсировали по всему объему пещеры, регулярно залетая наверх. Однако стоило задеть их логова — постепенно к нам подтянулась вся популяция.

В этом был тактический ход — прежде чем соваться на ярус ниже, Отступники решили разобраться с самыми мобильными противниками, которые могли напасть с любой стороны. Правда, бехолдеры преподнесли еще пару неприятных сюрпризов. Будто мало было их псионического урона и умений контроля. Оказалось, что они в этом подземелье играют роль этаких надсмотрщиков, командующих более мелкими монстрами. Так что на тревогу отреагировали не они одни — минут через десять к нам начала подтягиваться всякая пакость с нижних ярусов. Но это было даже к лучшему — мы заняли удобное место и ушли в глухую оборону.

Противников было столько, что они слились для меня в одну огромную живую волну, в которой уже сложно было выделять конкретных монстров. Здесь были некропсы и бескожие массивные големы из серой мертвой плоти. Чуть позже к ним присоединились панцирные твари, похожие на гигантских мокриц или броненосцев. Эти умели сворачиваться в клубок, выставив колючие пластины панциря, и сходу врубаться в гущу боя, будто огромные шипастые мячи для боулинга. Подтянулся и целый рой мелких, но крайне неприятных летучих тварей размером с воробья, при этом жалящих псионикой. Но от этих хотя бы спасал мой Псионический щит.

К слову, это умение здорово выручало и меня, и остальных ребят. Каждый раз, как у меня накапливалось достаточно энергии, я набрасывал щит на себя или на кого-нибудь из сопартийцев. Поначалу держал в приоритете Завра — тот, как и подобает танку, принимал на себя основной удар. Но я быстро понял, что ему моя помощь не особо требуется — похоже, сотня-другая единиц урона, даже чистого, просачивающегося через всю его броню, ему вообще не делают погоды. Подозреваю, что одних только хитпойнтов у него даже не тысячи, а десятки тысяч. Так что я переключился на тех, кто потоньше — Ламию, Арчера, Пса. И им мои щиты были совсем не лишними. Главный козырь таких игроков — в скорости и точности, но когда тебя накрывает псионная атака, не особо-то попрыгаешь.

Несмотря на то, что я не вносил прямого урона в драке, лишь изредка применяя Кинетический удар или Структурную Деформацию, опыт мне лился рекой. Заметные порции капали в ресивер боевого опыта, но самое главное — за время боя я умудрился получить орб Псионики и после этого заполнить ресивер почти на треть. Наверняка повлияло то, что щиты я ставил не вхолостую. Каждый из них успевал впитывать просто тонны урона. Плюс сказывалось то, что все монстры были мне сильно на вырост, а за это игра начисляет дополнительный опыт.

Продолжалась эта мясорубка не меньше получаса, и я, хоть и большую часть времени скрывался за спинами более прокачанных игроков, изрядно устал от происходящего. От какофонии выстрелов и взрывов, рычания монстров, ругательств сопартийцев, грохота рушащихся участков террасы и прочего звукового сопровождения битвы у меня уже голова начала пухнуть. Особенно стал подбешивать Пробойник. Пушка его была весьма эффективна — пуляла редко, но мощно, различными типами снарядов, от простой шрапнели до замораживающих гранат. Настоящая ручная артиллерия. Вот только и грохот от нее стоял соответствующий.

К моменту, как мы отразили огромную живую (или мертвую, тут уж как посмотреть) волну противников, вокруг нас высились в буквальном смысле горы трупов. Завр, с ног до головы изгвазданный в каких-то потрохах, остановился и, наконец, опустил свой щит. Забрало его вычурного шлема трансформировалось, открывая лицо.

— Уф, вроде пока все.

— Эта пакость сейчас воскресать начнет! — пнув распластавшегося под ее ногами некропса, напомнила Ламия.

— Быстро лутаем и выдвигаемся на ярус ниже! — скомандовала Нова.

Мародерствовали Отступники так же быстро и слаженно, как и дрались. Без тени брезгливости и сомнений ковырялись в горе трупов. Некоторые останки взлетали в воздух и, описывая длинную дугу, улетали в пропасть, на нижние ярусы. Это Завр отшвыривал подальше некропсов, пока те не успели воскреснуть. Вскоре его примеру последовали и остальные. Хорошая идея. Возле нас этих тварей уже накопилось с полсотни, а то и больше. И таскать за собой всю эту стаю, не зная, как прервать их цепочку воскрешений, очень не хотелось.

Я рыскать по всем трупам не очень-то рвался — инвентарь у меня не бездонный. Главное, что меня сейчас интересовало — это шестиугольные фрагменты, с помощью которых можно было открывать саркофаги. Так что я отыскал глазами парочку бехолдеров пожирнее и поспешил к ним.

Есть! В одном два ключа, во втором — тоже. Еще и какой-то мерзотный на вид сгусток плоти с крупными полупрозрачными вкраплениями, похожими на виноградины.

Зрелая икра Созерцателя Кристального каньона.

Какой-то ингредиент. И, похоже, ценный — я заметил, что интерфейс подсвечивает его цветной рамкой. Проверил остальные предметы у себя в инвентаре. Так и есть — премиум-аккаунт еще и подсказки при оценке добычи выдает. Так, неповрежденный глаз бехолдера, добытый мной чуть раньше, подсвечивался тонкой синей рамочкой — редкий предмет. А эта икра и вовсе высветилась фиолетовым. Эпик.

— Эй, а ты ничего не попутал?

Тело мое само собой дернулось чуть назад, отстраняясь от длинного гибкого клинка. Однако странное оружие, чуть удлиняясь, последовало за мной, его острие затрепетало у меня перед самым лицом.

Этой опасной штуковиной была вооружена Ламия. Экзотическое и весьма специфичное оружие, я его сразу заприметил во время боя. Больше всего меня удивило то, как вообще можно управляться с этой хреновиной, не отрубая самому себе пальцы, уши или другие части тела.

В основе артефакта — что-то вроде уруми, индийского гибкого меча, который можно было носить как пояс, сгибая его в кольцо. Вот только у Ламии он представлял собой не просто тонкую полосу заточенного металла, а почти живое существо. Явно работа Странников — темный серо-зеленый металл с тонкими светящимися прожилками, сочетание лаконичности, изящности и высочайших технологий, граничащих с магией. Этот меч мог становиться и обычным чуть изогнутым клинком, похожим на катану, а мог и рассекать воздух, как хлыст, при этом удлиняясь едва ли не вдвое. И, кажется, во время боя я даже видел, как он разделился на несколько тонких полосок, будто плетка-семихвостка.

В общем, угрозу я воспринял вполне серьезно — отстранился, приподнимая руки перед собой. Но взгляд мой при этом, похоже, был довольно красноречив.

— Ты на меня позыркай еще, мул! — скривилась хищная красотка, продолжая водить острием своего жала передо мной, едва не касаясь лица. — Какого хрена ты лезешь к добыче?

А вот и коснулась. Легкий укол боли, несколько снятых хитпойнтов. Теплая струйка крови, защекотавшая кожу. Если забыть, что дело происходит в виртуальной реальности — можно и испугаться.

Но у меня происходящее вызвало только раздражение, грозившее перерасти во вспышку ярости. Очень уж много кто за последние дни мне угрожал. Теперь еще и эта татуированная обезьяна будет передо мной выделываться?

— Спроси у Новы, — процедил я. — И убери эту хрень от моего лица.

— Не то что? — насмешливо улыбнулась убийца, снова демонстрируя мне свой раздвоенный язык.

Я ударил ее кинетикой — не фокусируя, просто будто хлестнул огромной невидимой ладонью. Она невысокого роста, легкая, так что отшвырнуло ее прилично, я даже сам не ожидал. К тому же со злости я влупил в прием почти весь запас энергии.

Ламия, улетев на несколько метров, будто отброшенная взрывом, кубарем покатилась по полу, но сразу же вскочила на ноги — словно кошка, которую, как ни швыряй, всегда приземлится на лапы. Зашипела и оскалилась она при этом тоже очень похоже — только распушенного хвоста трубой не хватало. У нее даже клыки имелись в верхней челюсти — тонкие, длинные, как у змеи.

Еще секунда — и взбешенная убийца бросилась в мою сторону, но путь ей преградил Завр, выставив перед собой свой щит. Ламия ударилась в него и отлетела на пару шагов назад — с таким же успехом можно было пытаться протаранить стену. Взвизгнула уже в голос, яростно хлестнула по полу клинком, разделившимся на несколько тонких плетей…

Под ноги ей вдруг тяжело ударил сгусток яркой плазмы, выжигая в каменной плите заметную воронку. Только это заставило ее замереть. Все остальные Отступники тоже затихли, не сговариваясь обернувшись в сторону Новы.

Валькирия подняла бластер стволом вверх, но не сводила взгляда с Ламии.

— Ничего не хочешь объяснить, сестренка? — прошипела та.

— Фрост имеет право на любой лут, который мы здесь обнаружим. Мало того, может сам выбрать, что забрать. Это часть нашего договора.

— А с нами посоветоваться нельзя было?

— Не было времени. Это мое решение. К тому же не тебе говорить об этом.

— Вот именно! — поддакнул Арчер. — Где ты шлялась, пока у нас базу выносили?

— Пришла, как только смогла! — огрызнулась Ламия. — Не знала, что у нас такие перестановки. И что теперь, это наш новый офицер? Кто он такой вообще? По виду — обычный мул. Вот только чем это он меня таким ударил…

— Повторить? — предложил я.

Она лишь сузила глаза, скорчив кровожадную гримасу.

— Завязывайте! — пробасил Завр.

— Да, нашли время, — не отрываясь от обыска трупов, бросил Пробойник. — Сейчас вторая волна может подоспеть.

— Ищите вот такие бляхи, — я показал шестиугольный ключ. — Ими можно открывать саркофаги. Там много полезного.

— Хорошая идея, кстати, — кивнул Эй-Джей.

Стальной пес все это время сидел поодаль, у самого обрыва, и смотрел на нижние ярусы, будто разразившаяся между нами перепалка его вовсе не интересовала.

— Думаю, у нас минут десять-пятнадцать, — добавил он. — Может, меньше. Надо успеть за это время выгрести отсюда все, до чего дотянемся. А потом вернутся некропсы.

— Пусть приходят, — хмыкнул Пробойник. — Завалим снова.

— Их будет вдвое больше. Да и это не главное. Гляньте вниз.

Мы, невольно позабыв о всех разногласиях, подтянулись к пропасти, заглядывая на ярус ниже.

— Вон, видите тот здоровенный кристалл?

Эй-Джей указал на овальную «арену» на самом нижнем ярусе подземелья. Там темнел провал, который я до этого принял за вход на еще более глубокий уровень. Но сейчас, когда внизу стало побольше света, можно было разглядеть, что я немного ошибся.

Вся эта арена представляла собой верхушку огромной полупрозрачной глыбы мутного зеленоватого минерала, похожего на рассеянные по всему подземелью гроссуляры. В этой глыбе и зияла глубокая каверна. Вот только вряд ли она куда-то вела, потому что, судя по всему, огромный кристалл был монолитным. В диаметре он был метров десяти-двенадцати, а на сколько уходил в глубину — сложно было сказать.

Вся эта махина сейчас светилась изнутри. Во все стороны от нее тянулись уже знакомые энергетические струи, воскрешающие некропсов и некоторых других мобов. Они безошибочно находили искореженные трупы, сброшенные нами сверху, и наполняли их заново жизненной силой. Сломанные кости срастались, раздробленные черепа собирались, как кусочки паззла, рассеявшиеся ядовитые облачка вновь начинали клубиться вокруг оживших монстров. Но главное было не в этом.

С каждым таким энергетическим выплеском на поверхности зеленоватой глыбы появлялись глубокие трещины. В некоторых местах — там, где их пересеклось достаточно много — от кристалла откалывались целые куски. А еще — сквозь сочащуюся изнутри пелену света проглядывался какой-то темный силуэт. Пока очень смутный — будто эмбрион, просвечивающийся сквозь стенки яйца.

Выходит, с каждой волной оживляемой нежити мы понемногу разрушаем этот кристалл. А внутри него…

— Кажется, там кто-то есть… — озадаченно пробормотал Пробойник.

— Там точно кто-то есть, — кивнул Пес. — И будь я проклят, если это не Хранитель печати.

От этих слов даже у меня по спине мурашки побежали, хотя я-то и так знал это. Но эмоции, охватившие остальных членов отряда, невольно передались и мне. Отступники переглянулись с таким видом, будто оказались на пороге чего-то, о чем мечтали всю жизнь. Хотя, наверное, это было недалеко от истины. Добраться до Печатей, а затем и до главного босса биома — это ведь, по сути, главные вызовы всей игры. Самый что ни на есть хай-энд контент.

— Что, какие будут предложения? — нервно усмехнувшись, нарушил воцарившуюся тишину Арчер.

Ответила Нова, и так, будто у нее на этот случай уже был заготовлен целый план.

— Блокируем верхний ярус. Отсекаем лестницы и другие проходы вниз, чтобы нелетающие мобы не пробрались. Чистим саркофаги. И готовимся к полноценному рейду.

Завр молча кивнул, Пробойник же, продолжая смотреть вниз, витиевато выругался, добавив:

— Это уж точно. Нам понадобится все, что у нас есть.

— И даже больше, — мрачно добавила Нова.

Загрузка...