Спешит мохнатая пчела,
Вздымая крыл наряд кисейный —
Вот сласть из гиацинта извлекла,
Вот испила благоговейно
Из чашечки лилейной;
Здесь, милый, клятву я, смела,
Произнесла —
Клялась, что слитность жизней двух
Крепка, как тяга чайки к морю,
Подсолнуха влюбленность в солнца круг,
Что, вопреки беде и горю,
Я с вечностью поспорю!
Но верность испустила дух,
Огонь потух!
Взгляни наверх, где тополей
Верхи качаются певуче,
Здесь, на земле, и пух в тени аллей
Не шевельнется, а над кручей
Бушует ветр могучий
Гигантских колдовских морей,
Где ширь вольней.
Взгляни наверх, где чаек хор.
Что видно им, а нам незримо?
Звезда? Корабль, что светлый луч простер,
Сквозь даль светя неугасимо?
Здесь счастья не нашли мы.
Что ж, в мире грез блуждал наш взор?
Тяжел укор.
Осталось мне последнее сказать:
Что в нас любовь жива подспудно.
Бьет прямо в грудь весну зима, как тать,
Но алость роз убить ей трудно.
И после бури судно
Сумеет пристань в бухте отыскать.
А мы? Как знать.
Осталось нам у роковой черты
Вложить в прощанье больше чувства!
К чему жалеть? Мне чары красоты
Даны, тебе дано Искусство.
Что ж на душе так пусто?
Прощай! Вселенной мало для четы,
Как я и ты.
Перевод А. Парина