Странник миров

Глава 19 Убежище

Рядом с глазами клацнули бритвенно-острые зубы, и меня обдало зловонным дыханием твари. Виверне совсем чуть-чуть не хватило длины шеи, чтобы откусить мою голову, а протиснуть в узкое отверстие упитанную тушу она не смогла. Заверещав от досады, тварь плюнула зелёным сгустком, но к этому моменту я уже пришёл в себя и со всех ног бежал вглубь крепости. Кислотный плевок угодил в стенку рядом со мной, и на лицо попало несколько капель. Система тут же оповестила о входящем уроне, но от дикой боли я перестал нормально соображать.

Чудом не свалившись с двадцатиметровой высоты, всё же смог взять себя в руки и начал каст касания тьмы. Несколько заклинаний, которые я применил на себя подряд, сняли боль, но от остаточного чувства, что жидкость, попавшая на кожу, прожигает её насквозь, избавиться оказалось намного труднее.

Заковыристо выматерившись, выпустил пар и спустился вниз. До восхода солнца мне там делать нечего. Вряд ли виверна улетит, значит, и другой хищник подойти не сможет, но проблему безопасности стоит решить максимально быстро.

Пришлось оторвать от сердца одно из семи очков обучения и вложить его в умение познание сути. Надеюсь, это поможет прочитать магическую формулу, запирающую створки крепости.

Описание умения никак не изменилось, и я было напрягся, но, оказавшись в нужном месте, выдохнул. Система услышала мои мольбы и высветила так необходимое описание:

Думаю, не стоит объяснять, чем я занимался всю оставшуюся ночь. Уже под утро, вырубающийся от усталости, я с удовлетворением осмотрел приличную горку готовых костяных наконечников стрел, усиленных руной Шох I, а в моей таблице статуса появились новые записи:

Проверив пленников, убедился, что их показатели остались без изменений, завёл системный будильник на срабатывание через четыре часа и, укутавшись в мягкую шкуру, мгновенно отключился.

Прозвучавший вдали мощный взрыв отразился болью на лице отца. Опытный командир знал, что этот звук означает гибель членов его отряда. Бесплотной тенью я следовал за родителями, и в моём сердце трепетала искорка надежды. Нам показывали фотографии места гибели отряда, чудом сделанные небольшим разведывательным дроном за секунду до уничтожения. Место было то же, но теперь я знаю, что родителей среди останков людей не было.

Протискиваться сквозь хаотические нагромождения бетона родителям пришлось довольно долго. Очень часто очередной лаз заканчивался тупиком, и приходилось возвращаться к предыдущей развилке. Было видно, что силы мамы на исходе. Она хоть и была женщиной спортивной, но сравниться по выносливости с опытным бойцом не могла. А если учитывать тот факт, что они на ногах с самого рассвета, то я вообще удивляюсь, как мама не свалилась от усталости.

Тем не менее родители продолжили борьбу за свою жизнь, и где-то через полчаса они, все перепачканные грязью, буквально вывалились на открытое пространство. Пока мама переводила дух, отец быстро осветил окружающее пространство фонариком, закреплённым на стволе автомата.

— Подземный уровень парковки, — безапелляционно заявил отец, и скривился от неприятного запаха, буквально заполонившего помещение. — Ты как? Можешь идти?

— Дай мне минуту.

— Нет у нас минуты, смотри, — папа осветил пол, где в пыли виднелись сотни разнообразных следов.

Мама быстро всё поняла и, с трудом поднявшись с пола, пристроилась за спиной отца. Тусклый свет фонарика высвечивал ржавые останки какой-то техники, но сейчас понять её былое назначение уже не представляется возможным. Других выходов на этом уровне не обнаружилось, и родители спустились ещё глубже.

Там было также много следов и нестерпимо воняло. Не понимаю, как мне удалось почувствовать вонь, будучи бесплотным духом, но факт остаётся фактом. Похоже, одержимые используют это помещение в качестве туалета.

— Игорь, ты понимаешь, что это значит? — зажимая нос, спросила мама.

— Что нам придётся пробираться через горы дерьма, — буркнул отец, у которого настроение и так было паршивым.

— Да нет же, — возбуждённо зачастила мама, — это значит, что одержимые подчинены чьей-то воле. То, что все процессы жизнедеятельности остаются без изменений, мы знали и так, но поведение всех переродившихся говорило о полной утрате когнитивных функций мозга.

— Нат, а можно попроще? Я простой вояка и не понимаю твоих медицинских словечек. Да и допуск к этой теме я получил совсем недавно.

— Это потому, что адская лихорадка мутировала. Раньше она просто убивала людей, а совсем недавно начала превращать их в монстров, единственной целью которых стало убийство. Мы считали, что вирус мутировал самостоятельно, но теперь я в этом не уверена.

— И ты всё это поняла по кучкам дерьма?

— Да, — не замечая подколки отца, ответила мама. — Их кто-то заставляет испражняться в одном и том же месте, чтобы не загрязнять своё место обитания.

— Демон?

— Не знаю, Игорь, но исключать такую возможность нельзя. Ты же сам говорил, что зачистить аномальные зоны полностью военным так и не удалось, хоть всему миру вы и заявили обратное.

Отец ничего не ответил на этот укол. Видимо, спор на эту тему случается не первый раз, но сейчас явно не то время, чтобы его продолжать.

— Идём очень тихо, ступаешь шаг в шаг, держи, — отец передал жене пистолет, при этом передёрнув затвор. — Он на предохранителе, опускаешь этот рычажок вниз — и можно стрелять. Не зря же тебя в тир водил. Демоны забери, знал бы, что окажемся под землёй, взял бы с собой прибор ночного видения. Ты хоть представляешь, насколько свет фонаря демаскирует нас в тёмном помещении? Могла хоть мне сказать, куда мы идём? Нат, ты должна понимать, что снаряжение бойцов подбирается для выполнения конкретной задачи, всю жизнь с военным прожила.

— А ты бы пошёл?

— Конечно нет! Это слишком опасно. Ребят вон не уберёг.

Мама опустила глаза, и на её лице блеснула слезинка. Она понимала, что из-за неё погибли хорошие люди, у которых были семьи, а у некоторых и дети.

— Я не могла иначе. Если эту болезнь не остановить, то она может вызвать эпидемию, которая зальёт улицы наших городов реками крови. Мутация вызвана искусственно, теперь я в этом уверена. Нам нужно найти источник и уничтожить его.

— И как мы это сделаем вдвоём?

— Нам нужно найти бункер Серебряного рыцаря, — упрямо заявила мама.

— Опять ты о старых легендах, — закатил глаза отец. — Ты настолько прониклась рассказами моего отца, что поставила на кон наши жизни? А о детях ты подумала?

— Он существует! — глаза мамы блеснули. Было видно, что она готова отстаивать свою позицию до конца.

— Да тише ты, — шикнул на неё отец. — Пошли искать твой бункер, других вариантов всё равно нет.

Поблуждать по зловонному ярусу подземной парковки пришлось минут десять. В итоге у одной из стен обнаружился проход, причём пробили его явно не одержимые. При тщательном осмотре мне так и не удалось понять, чем именно он был сделан. Создавалось впечатление, что кто-то вырезал часть стены очень острым ножом. За прошедшие годы края раскрошились, но центральная часть толстой стены по-прежнему оставалась абсолютно гладкой. Как только родители преодолели узкий лаз, глаза мамы победно вспыхнули. Они очутились в начале длинного и явно рукотворного спуска.

— Игорь, если мы узнаем, что это за станция, то я смогу сориентироваться! — прошептала мама и принялась копаться в своём рюкзаке. Через несколько секунд она извлекла оттуда записную книжку и переложила её в нагрудный карман.

— Спускаемся осторожно, эта конструкция не выглядит очень надёжной, — указав на проржавевшие ступеньки, бывшие когда-то частью подъёмного механизма, прошептал отец.

На каждый скрип металла папа недовольно морщился, так как демаскирующий звук в полной тишине разносился на достаточно большое расстояние. На подземной станции также было множество следов постороннего присутствия, но пока нежелательных встреч удавалось избегать. Видимо, большинство одержимых вышли на поверхность, чтобы прикончить отряд отца, и твари ещё не успели вернуться обратно в своё убежище.

— Мы совсем близко от нужного места! — восторженным шёпотом проговорила мама, когда всё же смогла прочитать полустёршиеся буквы названия станции.

Она на всякий случай сверилась со своими записями и уверенно указала в сторону одного виднеющегося вдалеке прохода, выбрав из четырёх имеющихся в наличии. Отец пожал плечами и, первым спрыгнув с уступа, осторожно пошёл в нужную сторону.

— Нам нужно будет перейти на соседнюю ветку старинного метрополитена, который закрыли ещё до начала вторжения, — нервно шептала мама. — Мы проникли внутрь подземки именно в том месте, где было надо.

Проблемы начались во время перехода на другую ветку. Промежуточная станция не была пустынной, как все встреченные ранее, и отцу пришлось вступить в бой. Тихие хлопки выстрелов, приглушённые прибором бесшумной стрельбы, разогнали подземную тишину, а пули начали рвать тела одержимых.

— Нат, поглядывай назад, если кого увидишь, скажи, — не отрываясь от стрельбы, прошипел отец и продолжил пробивать проход сквозь десятки сбегающихся отовсюду монстров.

Опытный командир скупыми одиночными выстрелами поражал головы врагов и уверенно шёл по узкому переходу, разделяющему две станции. Мама сделала несколько выстрелов в набегающую сзади толпу, и отец буквально зарычал от бешенства.

— БЕГОМ! — рявкнул он и бросился вперёд. Скорость, с которой он отстреливал одержимых, поражала. Прицел не задерживался на цели дольше мгновения, необходимого для выстрела, но всё равно этого было мало. Толпа одержимых догоняла, а отвлекаться было нельзя.

Мама пыталась отстреливаться, но опыта в этом деле у неё не было. Когда расстояние сократилось до десяти метров, отец бросил назад сразу три гранаты и, схватив за руку маму, рванул вперёд ещё быстрее, хотя я думал, что это уже невозможно. Взрыв был настолько мощным, что родителей бросило вперед, но они смогли устоять на ногах.

— Игорь, обвал! — крикнула мама, а отец выругался. С потолка падали ещё каким- то чудом державшиеся ранее бетонные плиты вперемешку с землёй, но одержимым было плевать, они с упорством роботов неслись вперёд, невзирая ни на что.

Как родители умудрились выпрыгнуть из обречённого коридора, я не знаю. Видимо, сам Творец помог им, но радоваться было рано. Станция буквально кишела тварями, бывшими когда-то людьми.

— ТУДА! — правильно поняв вопросительный взгляд отца, крикнула мама. Похоже, её контузило и слух работает с перебоями.

Отец бросил в толпу ещё несколько гранат и, сменив очередной магазин, которые заканчивались с катастрофической скоростью, начал прорубать проход к нужному участку.

— Беги, я прикрою, — прохрипел отец, когда ему удалось протиснуться сквозь беснующуюся толпу и протащить за собой маму. Я с болью на душе заметил, что его одежда в нескольких местах пропиталась кровью.

— Не вздумай сдаваться, Стартов Игорь! — взревела мама. Таких интонаций от неё мне ещё слышать не приходилось. — Я освещаю путь, ты отстреливаешь одержимых. Только вместе!

На споры сил не было. Отец улыбнулся своим мыслям и припустил вслед за женой, бросив себе за спину последние гранаты. Лишь бы впереди никого не было, так как боеприпасы уже на исходе. Два взрыва немного остудили пыл одержимых, некоторые начали пожирать убитых, но большинство устремились в погоню.

Родители убегали от смерти полчаса. С каждой секундой дыхание загнанных людей становилось всё тяжелее, но они продолжали переставлять ноги несмотря ни на что. Судя по лицу мамы, она уже ничего не чувствует, а глаза заволокла кровавая пелена. Но тело продолжает выполнять последний осмысленный приказ мозга — бежать!

— Стой, — крикнул отец, прислонившись спиной к стене тоннеля ловя ртом воздух. — Это, — два глубоких вдоха, — похоже, — ещё один вдох, — то самое место.

Сделав ещё несколько могучих вдохов, отец поднял автомат и принялся отстреливать наиболее быстрых преследователей, пытаясь выиграть для мамы несколько драгоценных секунд, чтобы она смогла перевести дух.

Они чуть не прошли мимо нужного места, так как находились в абсолютно невменяемом состоянии. Небольшой, вырезанный в стене проход заметил отец, когда мама уже пробежала мимо него. Проход был узким, так что держать оборону будет удобно.

— Идём, вместе! — сказал отец. Было видно, что он не верил в спасительный бункер и не сдаётся из чистого упрямства.

Родители протиснулись в узкий лаз. Отец дождался первых одержимых, точными выстрелами убил мешающих друг другу монстров, тем самым перекрыв телами проход. Автомат сухо щёлкнул, оповещая о полном исчерпании боезапаса, и тогда папа достал двадцатисантиметровый армейский нож и, покрепче сжав его в левой руке, продолжил путь.

Короткий проход привёл к широкой шахте, уходящий глубоко вниз. Оттуда сильно воняло мертвечиной, и маму сразу вырвало. Видимо, кто-то из одержимых постоянно падает вниз и потом медленно разлагается. На одной из стенок виднеются остатки железных скоб, по которым некогда можно было спуститься на самое дно.

Заглянув внутрь, отец увидел раскуроченный металлический шлюз, перекрывавший когда-то шахту.

— Похоже, приплыли, Нат, — прокомментировал увиденное отец и занял позицию возле единственного прохода, в котором копошились одержимые, пытаясь разобрать нагромождение мёртвых тел. Но мама его не слушала, она обшаривала одну из каменных стен шахты, судорожно нашёптывая:

— Здесь, она должна быть где-то здесь.

Наконец её глаза блеснули, а палец провалился в небольшое углубление, послышался щелчок, и кусок монолитного с виду камня немного отошёл в сторону. Мама просунула пальцы в образовавшуюся щель, потянула и открыла скрытую дверцу, за которой располагался пульт управления лифтом. К моему изумлению, индикатор тускло горел зелёным, сигнализируя о том, что прибор исправен и, что самое важное, обеспечен энергией.

Мама положила палец в специальное углубление, поморщилась, когда у неё изъяли образец крови, но палец так и не убрала. По небольшому дисплею забегали строчки, и через минуту индикатор мигнул красным.

— Игорь, сюда! — в отчаянии крикнула мама. — Мне нужен твой образец ДНК.

Слава Творцу, папа не стал спорить и безропотно приложил палец в нужное место. Аппарат быстро мигнул зелёным, подтверждая право доступа. Внизу что-то загудело, послышался невероятно громкий лязг металла, и оба родителя вздрогнули.

— Нат, что мы сейчас сделали? — на ходу спросил отец, возвращаясь к своей наблюдательной позиции, чтобы продолжить оборону прохода от одержимых.

— Вызвали лифт, ДНК Серебряного рыцаря есть в базе данных бункера, а ты являешься его родственником.

Лязг металла всё нарастал. Раскуроченные створки шлюзов со скрежетом распахивались, открывая путь лифтовой платформе. Кто-то сильно постарался, чтобы узнать, что скрывается внизу, но, судя по исправности механизма, не преуспел в этом.

Одержимые, наконец, прорвали блокаду мёртвых тел, но у самого выхода их встретил отец. Он орудовал ножом не хуже чем автоматом, и умудрялся сдерживать бешеный натиск обезумевших тварей до подхода лифтовой платформы.

— Нажимай кнопку! — крикнул папа. — Я прыгну, как платформа отправится вниз.

Мама выполнила приказ, а отец попытался соорудить новый завал. Успеха удалось добиться лишь частично. Одержимые дико верещали и с остервенением рвались вперёд, как будто от этого зависела их жизнь.

— ИГОРЬ! — в отчаянии крикнула мама, когда платформа пошла вниз, с каждым мгновением набирая всё бо́льшую скорость, и тогда он прыгнул. К этому времени расстояние было уже около трёх метров, и отец, неудачно приземлившись, подвернул ногу. Зашипев от боли, он всё же не выпустил из руки оружие. Мама помогла ему подняться, и первого, упавшего с высоты, одержимого он встретил стоя.

Затем монстры посыпались вниз настоящим дождём. Большинство разбивались, но некоторые сохраняли возможность двигаться и, волоча за собой переломанные ноги, упрямо ползли к родителям. Отец отбивался уже из последних сил. Было видно, что очень скоро он отключится от усталости, если раньше его не убьёт прилетевшей с высоты тушей.

Но платформа, буквально усыпанная костями и останками людей, продолжала стремительно опускаться вниз, а частично сохранившие работоспособность створки шлюзов начали смыкаться, уменьшая опасную зону.

Когда платформа достигла дна шахты, глазам открылась картина настоящего побоища. Повсюду валялись кости людей и демонов, закованных в изрешечённые пулями доспехи, а дышать было практически нечем.

Неожиданно вспыхнул яркий свет, и механический голос оповестил:

— Требуется идентификация! В случае отказа вы будете уничтожены. До активации защитных систем 300…299…298…

Разгребая завалы костей, отец, словно ледокол, невзирая на, несомненно, мучавшую его боль, ломанулся вперёд, потащив за собой маму. Огромные шлюзовые ворота, из которых торчали многочисленные турели, располагались всего в двадцати метрах, но измождённые родители еле успели до окончания обратного отсчёта.

Уже без дополнительных подсказок отец приложил палец к панели управления, и по дисплею побежали строчки текста. Загорелся зелёный индикатор, створки шлюза поползли в стороны, а совершенно другой, более теплый женский голос произнёс:

— Добро пожаловать в Убежище, потомки Серебряного рыцаря.

Меня разбудил сработавший системный таймер, но я долго не мог отойти от увиденного. Оказывается, родители добрались до бункера Серебряного рыцаря. Но почему же они так и не вернулись? Как же хочется узнать, что произошло дальше. Пересилив желание поспать ещё часа три, поднялся. Дела сами себя не сделают, надеюсь, эхо продолжит показывать мне события прошлого, и я выясню ещё много всего интересного из жизни своих предков.

Выглянув из расщепления коры, не поверил своим глазам. За четыре часа, постоянно подпитываясь от регенерации высокоуровневых игроков, болотная лоза значительно увеличилась в размерах и начала расползаться во все стороны. Это меня категорически не устраивало. Бесконтрольный рост этого опасного паразита может бумерангом ударить по мне.

Руки вновь вспыхнули тьмой, и я начал отдавать растению приказы. Прежде всего пожелал сформировать вокруг тел светлых игроков некое подобие кокона, чтобы они не мозолили глаза, но при этом оставил небольшое окно, надо же время от времени отслеживать их показатели. Может, без воды они умрут через пару недель, а этого допустить нельзя. Да и вообще, нужно облагородить место, где я живу, с новым умением сделать это будет нетрудно.

Когда болотная лоза завершит формирование кокона, приказал расти в строго определённом направлении — к той стене, по которой спускаются внутрь другие отростки, и душить их. Пусть паразит поработает на меня. Постепенно подконтрольный мне росток выберется наружу и там начнёт уничтожать более опасные формы растения. Надеюсь, к этому времени я изучу профессию селекционер и смогу изменить свойства болотной лозы.

К утру сигнализация, наколдованная Алионом, развеялась, и я смог спуститься вниз, не опасаясь возможных последствий. Как оказалось, она не была рассчитана на обнаружение хищных растений, так как обильно разросшаяся за ночь лоза не потревожила её.

Светлые игроки выглядят откровенно хреново. Вены на их теле приобрели зелёный оттенок, а кожа — нездоровый вид. Однако система утверждала, что очки жизни находятся практически на максимуме, а дебафф постоянно обновляется, и для меня сейчас это самое главное.

После лёгкого перекуса приступил к уже традиционной тренировке, попутно обдумывая план на день. Сейчас на первый план вышла прокачка Мрака, но идти подсказанным Рианой путём не хочется. Они натаскивали медвежонка на обычных, а порой слабых мобах, и к моменту своего взросления он не получил никаких уникальных плюшек. Да, такой путь значительно проще и безопаснее, но в моём случае без риска не обойтись. Мне нужно выжимать из каждой ситуации максимум, только тогда получится не только сравняться с основной массой игроков, но и превзойти их.

Нам с Мраком придётся охотиться на опасных тварей, только тогда появится возможность открыть редкие или уникальные навыки, но сначала нужно укрепить оборону крепости. Надеюсь, ночная гостья уже убралась восвояси.

Провозиться с магической формулой пришлось около трёх часов. Даже третья ступень первоуровневой руны оказалась невероятно сложна в начертании. Что же будет дальше? Но результатом я был доволен. Все створки древней эльфийской крепости оказались наглухо закрыты, и я больше могу не волноваться, что кто-нибудь сможет прокрасться в мой дом.

Осталось лишь разложить добытые вчера травы для просушки, распределить накопившиеся свободные очки и отправляться на охоту. Времени до возвращения соклановцев вроде ещё много, но к этому моменту я должен стать гораздо сильнее.