Та, что всегда с нами

- Драко Мариус Малфой, Темный Рыцарь, верен ли ты Тьме, которая окружает тебя, которая внутри тебя? Верен ли ты той, что всегда с нами? Той, которая делает нас такими, какие мы есть?

Юноша почувствовал легкое прикосновение к своей щеке. По телу пробежали мурашки удовольствия.

- Да, - выдохнул Драко.

Послышался легкий смешок. И перед внутренним взором молодого человека предстала темная бездна. Она звала и манила. И Драко шагнул в нее, ни о чем не раздумывая. Он падал, чувствуя, как его окатило волной удовольствия. Юноша не заметил, как его тело упало на колени со стоном наслаждения.

Он очнулся в своей постели от громкого стука. Несколько мгновений понадобилось юному Малфою, чтобы понять, что он находиться в Хогвартсе, в своей спальне старосты. Короткий взгляд на часы. Час ночи. В дверь продолжали стучать. Драко снял запирающие заклятия и крикнул:

- Войдите!

В спальню ввалился Забини, за ним по пятам следовали Кребб, Гойл и трое семикурсников. На всех шестерых пижамы. Лица у всех взволнованные. Они вошли и расселись на стулья. Забини и Айден устроились на постели рядом с Драко. Все пришедшие были Темными Рыцарями. И Малфой понял, что все произошедшее было не сном.

- Теперь у нас есть настоящий Господин, - гордо произнес Блез, его глаза блестели энтузиазмом.

- Чему ты радуешься? - угрюмо спросил Монтгомери. - Это значит, что скоро начнется война.

- Война итак идет! - фыркнул Драко.

- Теперь будет легче! - покачал головой Забини. - Служа Сами-Знаете-Кому, мы каждую секунду стояли перед выбором. Мы могли отказаться от него, перейти на сторону Дамблдора. Лорд дал нам много поводов для сомнений. Нашему истинному Господину мы будем служить верно, мы точно будем знать, с кем нам лучше, кто даст нам больше. Да и у нас нет выбора.

- Не говори таких слов, Блез. Это опасно, - буркнул Драко, понимая, что Забини просто расслабился после испытанной эйфории.

Блез вздрогнул и благодарно кивнул Малфою.

Рабастан толкнул юношу в плечо, возвращая из мира грез. Двери распахнулись. Драко взял себя в руки. Сквозь строй Пожирателей прошел гордый, бесстрашный и самоуверенный наследник рода Малфоев. Не дойдя трех метров до трона, Драко остановился и поклонился Волан-де-Морту, как учил отец. Юноша старался не смотреть на своего будущего хозяина. Уж лучше пусть ему по ночам поттеровские глазищи снятся, чем кошмары с Лордом в главной роли. Реддл тем временем принялся говорить речь. Уж что-что, а речи он говорить любил.

Внезапно, в метре от трона что-то вспыхнуло. Драко машинально отскочил на несколько шагов назад и попал в нежные, но крепкие объятия отца. Юноша услышал, как Люциус хихикнул и шепнул:

- Ну, наконец-то. Что за манера тянуть до последнего?

Пожиратели с удивлением наблюдали, как на месте вспышки завертелась воронка черного тумана. Когда она рассеялась, на этом месте обнаружился худощавый бледный блондин в красной мантии старинного покроя.

- Карел, - шепнул кто-то рядом с Драко.

Таинственный Карел с интересом огляделся. В зале стояла абсолютная тишина. Найдя взглядом пораженного Волан-де-Морта, странный тип подошел к нему и строго поинтересовался:

- Вы Том Марволо Реддл?

Лорд машинально кивнул, но тут же опомнился и зашипел, Пожиратели дружно вздрогнули и сделали шаг назад:

- Ты кто такой?

Незнакомец невозмутимо протянул Лорду письмо:

- Послание от нашего Господина.

Реддл недоуменно моргнул, но письмо взял. Чужак, продолжая стоять в двух шагах от самого страшного волшебника Англии, бесстрастным голосом проинформировал:

- Мне велено дождаться пока Вы выполните приказ.

Волан-де-Морт сглотнул. У него дрожали руки, когда он медленно распечатывал письмо. Он понял, что письмо от Главы Темного Ордена. И Том прекрасно осознавал, что если там приказ немедленно распустить Пожирателей Смерти и пойти с повинной в министерство, то он просто вынужден будет сделать это. Реддл собрался с силами и пробежал глазами письмо. Под текстом располагалась личная печать Главы Ордена: черный феникс медленно разгуливал по странице. Волан-де-Морт еще раз, более внимательно прочитал послание и облегченно выдохнул. Ничего особо страшного в нем не было. Поймав взгляд посланца их Господина, Лорд кивнул и обратился ко всем собравшимся:

- С сегодняшнего дня молодые люди, не достигшие двадцатипятилетия, не будут приниматься в ряды Пожирателей Смерти.

Среди публики прошелся шумок. Те Пожиратели, которые не входили в число Посвященных, не могли понять, что происходит. Сначала появляется какой-то странный тип, приносит письмо от какого-то Господина, которого их Лорд явно боится. И, наконец, такое странное решение. Рыцари разобрались в произошедшем лучше. Но им тоже было не ясно, почему Глава Ордена принял такое странное решение. К тому же это было первым разом за год, когда их Господин проявил себя. Стоило серьезно подумать об этом. Волан-де-Морт тем временем обратился к Малфоям:

- Люциус, твоему сыну придется подождать еще несколько лет, ты же понимаешь, - сказал Реддл, потрясая письмом.

- Да, милорд, ничего страшного, Драко подождет.

Чужак тем временем кивнул и исчез в воронке. Лорд махнул рукой, распуская собрание. Люциус вытащил из зала шокированного Драко и сразу аппарировал в поместье Малфоев. Отец и сын оказались в гостиной. Через несколько секунд раздался хлопок и рядом с юношей появились еще двое Пожирателей, которые открыто хохотали, держась друг за друга. К удивлению Драко отец подхватил их смех.

- Что произошло?! - воскликнул Малфой-младший, топнув ногой.

Но тут его озарило. Он понял, почему отец так спокойно отнесся к идее инициации.

- Вы знали, что так будет, да? - тихо спросил юноша. - А почему мне не сказали? И что это за Господин, которого боится наш Лорд?

Люциус перестал смеяться и дал сыну подзатыльник:

- Не будь идиотом, Драко! Кто наш настоящий Господин?

- Глава Ордена? - неверяще прошептал юный Малфой. - Он специально для меня это сделал?

- Скажи спасибо Регулусу, - буркнул отец, снимая маску и кивая на все еще хохочущих Пожирателей. - Он просил Господина об этом. Ну, а так как Темному Ордену это не вредило, то наш истинный Повелитель оказал нам такую услугу.

Драко перевел взгляд на гостей поместья. Один из них снял маску и оказался крестным:

- Нет, вы видели его лицо, когда он вскрывал письмо?! В жизни не видел ничего подобного!

Второй Пожиратель вторил ему, снимая свою маску:

- Я скину воспоминания об этом в Думосбор! Господин должен это увидеть. Пусть посмеется. Вы же понимаете, как он не любит Лорда.

- Блек, - пискнул Драко.

Пожиратель улыбнулся юноше, а отец представил:

- Знакомься, сын. Это Регулус Блек.

Единственное, что Малфой-младший мог сейчас сказать, было хриплое:

- Где Поттер?

- Скоро увидитесь, - подмигнул Блек и снова захохотал.

Глава 8. Путешествие с платформы 9 и ¾.

Я врать не умею, поэтому прошу меня не перебивать!

В Доме №12 на площади Гриммо стояла полнейшая тишина. Лишь изредка слышался стук ложки о тарелку. Было первое сентября, девять утра. Сириус Блек гордился собой. Он наконец-то приучил Уизли завтракать в тишине. Кроме того, вчера он, Ремус и Гермиона объединили усилия и заставили Рона, Джинни и Невилла собрать школьные вещи с вечера. И теперь им предстоял спокойный завтрак. Через час на площадь Гриммо прибудут министерские машины, которые отвезут их на Кинг-Кросс.

Охрана Невиллу полагалась по высшему разряду. В прошлом году министерство обнародовало пророчество о Темном Лорде и теперь всеми силами старалось выставить героем пророчества Лонгботтома. Это было жалкой попыткой вернуть нации Надежду. Большинство волшебников (включая Волан-де-Морта), конечно, просто посмеялось над этим, продолжая считать, что пророчество относится к Поттеру. Однако Дамблдор все равно в целях безопасности Невилла разместил его в штабе Ордена Феникса, а также велел учить его боевой магии. Получалось у Лонгботтома отвратительно. И больше всех бесился из-за этого Снейп.

- У Поттера хотя бы были талант и магический потенциал! - кричал самый страшный профессор Хогвартса. - Я отказываюсь учить эту бездарность!

Тишину кухни нарушило хлопанье крыльев. На плечо Ремуса села Букля и бросила оборотню газету, которую тот принялся аккуратно разворачивать. Сириус получил письмо. Черный филин Малфоев оставил послание и, стащив кусочек бекона, вылетел в окно, показывая, что ответа не требуется. Блек разорвал конверт и скользнул взглядом по строчкам. Все присутствующие содрогнулись от страшных ругательств, которые вырвались одновременно изо ртов Лунатика и Бродяги.

- Что случилось? - воскликнули остальные.

Артур Уизли подхватил письмо Сириуса и прочел вслух:

«Привет, братец! Давно не общались! Хочу сообщить тебе, что я, наконец, в Англии! Люциус сказал мне о ваших с Люпином изысканиях, так что, предупреждая твои вопросы о крестнике, говорю сразу: читай «Ежедневный пророк». Целую, Регулус Блек! P.S. передавай привет Кикимеру!»

- Что за изыскания? - строго поинтересовалась Молли.

- Сириус, ты говорил, что твоего брата убил Сам-знаешь-Кто! - непонимающе воскликнул Рон.

- Крестник Сириуса это Гарри, да? - неуверенно спросил Невилл.

- Так что там, в «Пророке»?! - нетерпеливо рявкнула Тонкс, сверля взглядом Гермиону, которая завладела газетой после Ремуса.

Грейнджер молча показала первую страницу окружающим. Под огромным заголовком «Возвращение Мальчика-Который-Выжил! Гарри Поттер снова в Англии!» располагалась не менее огромная фотография. На ней был изображен лохматый молодой человек лет семнадцати в стильных очках и дорогой мантии. Для всех желающих юноша на фото приподнимал длинную косую челку и демонстрировал свою главную примету - шрам в виде молнии.

- Черт! - выдохнул Рон.

Сириус отобрал у Гермионы, пребывавшей в ступоре, газету и стал читать вслух:

« 29 августа Гарри Поттер вернулся в Англию после длительного отсутствия. Нужно ли упоминать, что мальчик пропал из собственного дома в конце июля 1995 года? Думаю, об этом вы читали не раз и знаете не мало версий этого события. Вашей покорной слуге удалось узнать достоверную информацию из уст самого Гарри о его исчезновении и не только.

Р.С.: Итак, Гарри, ты отсутствовал два года. Многие из твоих друзей и врагов полагали, что ты погиб. Но я вижу, что ты не только жив, но и прекрасно себя чувствуешь. Не расскажешь ли в чем причина твоего поспешного отъезда? И как ты это провернул?

Г.П. О! Мне очень жаль, что я расстроил кого-то! Когда я покидал страну, волшебное сообщество меня отнюдь не жаловало. И газеты я стал читать лишь недавно. Причина же моего отъезда - письмо родителей, которое мне надлежало вскрыть по достижении определенного возраста. Согласно этому письму я должен был проходить специальное обучение у хорошего друга моего отца. О нем мало кто знал. Я сделал все, как было велено в письме, и понятия не имею, почему меня не смогли найти.

Р.С. Специальное обучение? Не расскажешь ли подробнее.

Г.П. Не стоит, поверьте (смеется). Это было на редкость скучно, особенно уроки зельеварения.»

Люпин захихикал. Невилл ехидно сказал:

- Надеюсь, Снейп прочитает это.

« Р.С. А в какой стране ты был все это время?

Г.П. В Италии. Мы с моим наставником жили в маггловском мире и старались привлекать как можно меньше внимания.

Р.С. Ты нашел там новых друзей Гарри? Быть может, встречался с девушками?

Г.П. Да, у меня появились новые друзья, и девушка, конечно, была (краснеет). Но нам пришлось расстаться, когда я вернулся в Англию. Ведь теперь мне нужно будет бороться с Темным Лордом, и я не хочу подвергать их опасности!»

Джинни позеленела от злости, прищурила глазки и сжала руки в кулаки.

« Р.С. Гарри, так ты собираешься сражаться с Тем-кого-нельзя-называть?

Г.П. Теперь, когда я узнал пророчество, я понимаю, что это - мой долг! Я должен избавить от него наш мир, даже ценой своей жизни! Я собираюсь вернуться в Хогвартс и закончить обучение...»

Сириус отбросил газету, позволяя своим гостям устроить свару за право прочитать статью полностью первыми. Бродяга не собирался дочитывать эту чушь. Гарри два года находился под влиянием его беспутного братца-пожирателя и его дружков. В голове мальчика не могло остаться ни одной героической мысли подобного пошиба. В газете была напечатано полное вранье. Вопрос: зачем и кому это надо.

- Эй! Смотрите! - воскликнула возмущенно Гермиона. - Тут подпись. Специальный корреспондент «Ежедневного пророка» Рита Скитер.

- Скитер? - фыркнула Тонкс. - Тогда это интервью не стоит и читать. Эта особа ни разу не написала ни одного слова правды.

Миссис Уизли все-таки взяла газету и принялась внимательно перечитывать репортаж. Рон и Гермиона отошли пошептаться:

- Как думаешь, Гермиона, почему она вдруг начала писать? Ты ведь ей запретила.

- Я думаю, это потому, что Гарри ей разрешил. И действительно дал ей это интервью. Иначе откуда бы она вообще знала о его возвращении.

- А наставник, о котором он говорит?

- Очевидно, что это брат Сириуса. И Сириус знал об этом!

И храбрые гриффиндорцы отправились узнавать у Бродяги и Лунатика все подробности. Так что в волнениях и рассказах, они опять чуть не опоздали на поезд. К счастью, министерские машины пришли к назначенному часу. Авроры во время переезда рассказывали всем желающим, какой переполох в министерстве вызвала эта статья. Оказывается, что никто, кроме сотрудников отдела образования, и понятия не имел о приезде Мальчика-Который - Выжил. И до сих пор никто не знал, где он сейчас находился.

Всю дорогу до вокзала Рон думал о Гарри, о событиях, которые друг пропустил. Пятый год обучения однокурсников Гарри Поттера определенно был самым страшным из всех. Начались открытые нападения Лорда. Конечно, Хогвартс оставался самым надежным местом в Англии, но дети все равно жили в страхе - каждый боялся открыть газету и прочитать в колонке погибших фамилии своих родственников. Слизеринцев большинство студентов с других факультетов игнорировали или вели себя очень агрессивно по отношению к ним. Большой Зал школы был постоянно затянут траурной тканью. И уже было не понятно, делалось это в память о Гарри или из-за новых жертв. Родители не забирали детей на каникулы, понимая, что в Хогвартсе безопаснее. Директор делал все возможное, дабы оградить учеников от ужасов войны. В школе проходили различные конкурсы, продолжались матчи по квиддичу. Но это не помогало отвлечься. И посреди всего этого ужаса Рон получает на Рождество шикарный подарок и короткую записочку. Соседи по спальне смотрели на него со страхом и сочувствием, когда он плакал над мантией. Видимо они полагали, что у него кто-то умер. Ребята так и не узнали, что плакал он от облегчения. Ведь подарок дал надежду. Гарри жив, он в безопасности. Гарри вернется и спасет их всех от этого кошмара. Поттер всегда всех спасает. А через несколько минут появилась Гермиона. На ее лице светилась улыбка, хотя глаза были заплаканы. И Рон видел, какие взгляды бросает на них Малфой. В них была смесь радости оттого, что Гарри жив, и старой зависти оттого, что внимание Золотого Мальчика опять досталось не ему.

Шестой год был ничуть не легче. Они уже стали привыкать к смертям. И к мысли, что Волан-де-Морт победит. Младшекурсники плакали по ночам. Особенно магглорожденные. Гермиона, как староста, старалась проводить с такими ребятами побольше времени. В этих обстоятельствах Рон и Гермиона сблизились еще больше. Их отношения изменились, они стали парой. Иным стало поведение Малфоя на шестом году. На лице у него все время держалось выражение мрачного торжества. Многие полагали, что он радуется победе Лорда, но Уизли-то знали, что Малфои на стороне «Фениксов». И однажды Рона озарило. Драко знает что-то о Гарри. К сожалению, вытрясти что-либо из слизеринца не удалось.

И вот Поттер вернулся. Каким он стал? Чего ждать от будущего?

На вокзале дежурили толпы журналистов. Завидев крестного Героя, корреспонденты бросились к нему. Вокруг Уизли и Авроров защелкали фотоаппараты. Им еле удалось пробиться на зачарованную платформу. Невилл стонал на ухо Рону и Гермионе:

- О! Гриффиндор-прародитель! Как Гарри всегда это терпит?

Несмотря на рекламную кампанию, проведенную министерством, к Невиллу пресса никогда не проявляла особого внимания.

На платформе 9 и ¾ журналистов не было. Их не пропустили авроры. Кто знает, зачем сюда нагнали столько стражей порядка. То ли в ожидании Гарри Поттера, то ли просто для охраны учеников, хотя стоит признать, что за время войны Пожиратели еще ни разу не нападали ни на «Хогвартс-экспресс», ни на Хогсмит в выходные дни (впрочем, там же были и их собственные дети). Быстро закинув вещи в поезд, ребята вернулись на платформу, ожидая появления своего друга. Кажется, так поступило большинство школьников. Мимо компании промчался оживившийся Драко Малфой и даже подмигнул Сириусу. Блек скривился. Судя по письму от Регулуса, Малфои были прекрасно осведомлены о возвращении Золотого Мальчика Гриффиндора, но даже словом об этом не обмолвились.

Раздался хлопок аппарации, и рядом с Люпином появился молодой человек. Он огляделся и хмыкнул:

- Просчет. Я собирался появиться рядом с Гермионой.

Рон отреагировал первым. Он радостно завопил:

- Гарри! - и бросился обнимать друга.

Гермиона опомнилась на пару секунд позже и вскоре тоже висела на шее Поттера. Сириус, Ремус, миссис Уизли - все желали прикоснуться к звездному телу. Гарри затискали бы насмерть, если бы «Хогвартс-экспресс» вовремя не дал предупредительный гудок перед отправлением.

Подростки зашли в поезд, и помахали провожающим на прощание. Состав тронулся, и вскоре платформа скрылась из вида. Каждый, кто был в вагоне, посчитал своим долгом стоять в проходе и рассматривать Гарри. Некоторые окликали его. Несколько человек подошли и пожали ему руку. Поттер старательно улыбался всем, играя милого, невинного мальчика. Он ожидал таких приветствий, поэтому додумался с утра прикрыть как можно больше кожи, а на вокзале приходилось уворачиваться от поцелуев. Гермиона, что-то радостно бормоча, наконец, провела его в занятое ими купе.

- Ой! Гарри, а где твои вещи? - спросила Джинни.

Поттер уселся у окна и беспечно махнул рукой:

- Мои эльфы доставили их сразу в багажный вагон. Не хватало еще с вещами болтаться, когда каждый встречный тебе руку собирается пожать.

Друзья немного удивились такому заявлению. Это было не похоже на их Гарри. Но Поттер тут же отвлек друзей от своей персоны, попросив их рассказать о том, что интересного произошло за время его отсутствия. Джинни, пристроившаяся рядом с ним, тут же подхватила тему и стала выкладывать Поттеру все семейные и школьные дела. Рон время от времени перебивал ее рассказами о квиддиче. Невилл жаловался на журналистов и слизеринцев. Лишь Гермиона молчала. После высказывания Гарри про эльфов ей в голову внезапно пришла мысль о том, что они не видели Гарри Поттера два года, и за это время он мог сильно измениться. И не обязательно в хорошую сторону. И, более того, это вообще может быть не Гарри, а кто-нибудь под оборотным зельем! Девушка решила пока не говорить этого вслух, а тайком понаблюдать за юношей.

Поттер слушал болтовню своих друзей краем уха. На самом деле он обдумывал события, произошедшие в последний месяц. Август выдался очень тяжелым. Сразу после дня рождения, который юноша отметил скромно в ресторане, в компании Геллерта и Салазара, молодой вошебник приступил к активным действиям. Сначала пришлось подсуетиться, совершая подмен Перси Уизли. Через несколько дней после этого Гарри отправил Салазара в Хогвартс. Слизерину предстояло собеседование, после которого он, как и предполагал Гарри, был принят на работу и остался на остаток лета в школе. То, что Сидни Саливан стал профессором по Истории магии, а не по Защите, не имело особого значения. Поттер остался один в огромном поместье, но у него не было ни времени, ни желания любоваться видами. Он разобрал почту и нашел среди прочего письмо Риты Скитер. Его позабавило то, что сделала судьба с этой женщиной. Юноше в голову тут же пришла мысль о том, что при тех задачах, что он себе поставил, будет неплохо иметь собственного журналиста. И он связался с ней. После знаменательной встречи тринадцатого августа они еще несколько раз обедали вместе. Гарри собирался приблизить ее к себе, сделать ее частью своей команды. В конце концов, она будет одной из тех, кто примет самое активное участие в его борьбе за власть.

Кроме того, Поттер постарался укрепить свою дружбу с вампирами. Они, как темные существа, считали его своим Господином, но Гарри старался не особо давить на них. Юноша регулярно получал сообщения от Регулуса о деятельности Пожирателей. Так ему стало известно о шпионаже Люциуса и Рабастана. А за неделю до школы Поттер получил слезное послание от всех троих с просьбой избавить Драко от получения метки. Регулус даже лично явился в поместье, воспользовавшись порталом, чтобы просить об этом. Гарри согласился, но посчитал, что заботиться только о Малфое не стоит усилий. И запретил Лорду вообще набирать в ряды Пожирателей юношей. Вообще-то, Темному Ордену такой запрет был даже выгоден. Гарри не хотелось, что бы молодые Рыцари, которым вскоре предстоит занять высокие посты в правительстве «Гарри Поттера, победителя Волан-де-Морта», оказались запачканы связью с Пожирателями. Письмо Тому Гарри послал с Карелом. Это показалось наиболее эффектным, с совой было бы не так зрелищно. Послание было написано сухо, официально и немного высокомерно. На всякий случай, юноша скрепил его печатью Главы Ордена. Теперь Гарри волновался, не рассказали ли Люциус со товарищи Драко, кто именно является Главой Ордена. Поттер пока не собирался этого делать. Впрочем, он хотел сообщить Драко и другим молодым Рыцарям в Хогвартсе, что он в Ордене и действует по распоряжению Главы.

Поттера сильно волновал вопрос о том, кто входит в Светлый Орден и кто его возглавляет. Рыцари обоих Орденов могли опознавать друг друга. Гарри потратил немало времени, чтобы научиться полностью скрывать свою силу и тьму. Теперь его мог бы распознать разве что только Глава Светлого Ордена. Люциус и Рабастан утверждали, что среди Фениксов нет ни одного Рыцаря Света. Но Гарри опасался того, что Глава конкурирующей организации умеет скрываться не менее ловко, чем он сам. У юноши будет немало неприятностей, если тот окажется кем-то из Хогвартса. Самый страшный, но наиболее реальный вариант, что это будет Дамблдор. Тогда это будет полный провал плана.

Гарри задумчиво посмотрел на друзей. Рон все такой же рыжий, лицо усыпано сотней веснушек, в потертой одежде, как и в первый день их знакомства. Но он сильно вытянулся и был выше Поттера примерно на полголовы. У Рональда были крупные ладони с мозолями, видимо от метлы, худое жилистое тело и огромные ступни. Черты лица стали еще более грубыми. Да и вообще он был весь какой-то нелепый и неуклюжий. Гермиона почти не изменилась, разве что подросла немного. Знакомые Гарри с первого курса сосредоточенное выражение лица и воронье гнездо на голове никуда не делись. Невилл похудел, возмужал, очевидно, в результате тренировок, которым он подвергался в последний год. Гарри узнал о них от Люциуса. Джинни стала очень привлекательной девушкой: волосы спадают на плечи красивой волной, веснушки не портят строптиво вздернутый носик, губки пухлые и мягкие на вид, фигурка соблазнит и мертвого. Она одета в подержанную мантию, как и прежде. Но кто будет обращать на это внимание при такой симпатичной мордашке?!

Гарри со слабой улыбкой оглядел друзей и бросил взгляд на виды, пробегающие за окном. Он чувствовал облегчение. Юноша тщательно рассчитал каждый свой ход в задуманной им игре. Появление в министерстве, послание Лорду, статья в газете. Но вчера вечером, сидя в одиночестве в огромном поместье и согревая ладони чашкой кофе, он со страхом думал о том, как примут его эти ребята. Не отвергнут, не будут ли считать трусом, недостойным их общества? Понимая, что утром ему станет еще хуже, Гарри пригласил на завтрак Риту. Они весело провели время в маггловском кафе в центре Лондона, читая свежий номер «Пророка». Когда, появившись на вокзале, Гарри увидел рядом с собой всех самых близких своих людей, то с трудом смог скрыть чувства. Он был взволнован, испуган, счастлив...

Дверь купе распахнулась, и внутрь ввалились радостно вопящие Симус Финниган и Дин Томас. За ними вошел как всегда важный Эрни Макмиллан, поблескивая значком Старосты школы. Приятели принялись шумно приветствовать Гарри. Макмиллан вещал что-то напыщенное. После этого всех как прорвало. Дверь даже перестали закрывать, так как ее сразу же кто-нибудь распахивал снова. Фотоаппарат Колина Криви щелкал без остановки, словно Колин старался наверстать прошедшие без Поттера годы. Гарри немного вслух повозмущался этим, но на самом деле такие фото были ему только на руку. Чуть позже Поттер поговорит с Колином и предложит ему стать своим личным фотографом. Именно снимки, сделанные Криви, будут через некоторое время появляться на страницах газет рядом с репортажами Риты.

Обдумывать важные планы у Поттера не было больше никакой возможности, и он полностью окунулся в атмосферу школьных сплетен. Он узнал, что Джинни и Дин встречаются, и порадовался, что девушка выкинула из головы свою детскую влюбленность в него. Рон и Гермиона тоже стали парой. Гарри с улыбкой вспомнил, как его друг ревновал Гермиону к Краму на их четвертом курсе. Билл Уизли женился на Флер Делакур. Поттер узнал о том, что Невилл стал лучшим учеником по травологии, а Рон считался лучшим дуэлянтом школы после Малфоя. Гарри познакомился со странной девушкой - Полумной Лувгуд. Также его поставили в известность, кто стал старостами факультетов, и Гарри запоздало поздравил старост гриффиндора - Рона и Гермиону, которая также стала и старостой школы

Но вскоре друзья и приятели немного успокоились и пожелали узнать, как провел последние два года своей жизни Гарри, и сколько правды написано в «Пророке». Поттер ждал расспросов, поэтому был готов.

- В основном там написана правда. Я жил в Италии с другом моего отца.

- И у тебя была девушка? - с намеком подвигав бровями, спросил Симус.

- Иоланта. Симпатичная и глупая, - усмехнулся Гарри.

- И как далеко вы зашли? - спросил Рон.

- О, ребята, может обсудим это вечером у нас в спальне? - предложил Гарри, покосившись на Джинни и Гермиону.

Ответом ему был вздох разочарования, но юноши согласились отложить эту тему до вечера. А дальше на Гарри посыпались вопросы об Италии, об изученных им науках. О своей учебе юноша рассказывать не стал, но о стране Поттер поведал с удовольствием, упомянув множество подробностей. Его тихий голос, полный эмоций так зачаровал слушателей, что они почти не обращали внимания на входящих в купе. К концу поездки около Гарри толпилось человек пятнадцать, которые из-за тесноты не могли даже с ноги на ногу переступить.

А вот с Малфоем-младшим Гарри встретился только у карет. Драко презрительно скривил губы, увидев Золотого Мальчика со свитой, однако только слепой не заметил бы радости в его глазах. Проходя мимо него, Гарри слегка толкнул слизеринца плечом и незаметно для других сунул ему в ладонь, приготовленную заранее записку. Малфой кивнул и разыграл сцену оскорбленного достоинства:

- Смотри куда идешь, Поттер. Или нашему Великому Герою и Надежде все должны сами уступать дорогу? - Драко шутливо поклонился. - Простите меня, мистер Поттер, что я не сошел с вашего пути! Этого больше не повториться.

- Ловлю на слове! - насмешливо ответил Гарри, залезая в карету.

Записку Драко рискнул развернуть уже в экипаже. Руки его немного дрожали от волнения. Кребб вопросительно поднял брови. Гойл подмигнул. Панси непонимающе переводила взгляд с одного юноши на другого.

- Драко, от кого это? - робко спросила она.

Она была старостой Слизерина, как и Малфой. И с конца прошлого учебного года они считались парой. Паркинсон лелеяла надежду, что Драко женится на ней, и брак будет счастливым. Она знала, что Люциус предпочитает женщин, а не мужчин, знала, что Драко до нее встречался только с девушками, поэтому считала, что у нее есть основа для надежного брака. Все-таки намного легче жить, когда муж в постели не представляет на твоем месте своего любовника.

На ее вопрос Малфой ответил обезоруживающей улыбкой и уклончивыми словами:

- Ничего важного, Панси.

Салазар уселся за преподавательский стол одним из последних. Соседом его был Снейп. А Слизерину этот мрачный тип совсем не нравился. Впрочем, он постарался этого не показать. Ученики еще не подошли, и можно было спокойно осмотреться. Или поболтать. Многие из учителей обсуждали в данный момент интервью Гарри в «Ежедневном Пророке».

Салазар еще раз с улыбкой подметил, что Большой зал почти не изменился за ту тысячу лет, что он не появлялся здесь. Вот только флаги факультетов раньше выглядели немного иначе. Скользнув взглядом по девизу Хогвартса, вышитому на гербе школы, Салазар тихо хихикнул, вспомнив, как он появился. Да еще посуда на столах была явно помладше его на пару-тройку веков. На потолок Слизерин посмотрел с гордостью. Он был создан им и Кандидой Когтевран. Ни у Пенни Пуффендуй, ни у Годрика не хватило бы ума и терпения на такую тонкую работу.

Из холла донесся шум. Салазар краем глаза заметил, как напряглись учителя. Было понятно, что их волнует вопрос: приедет ли Гарри Поттер. Директор нервно крутил в руках ложку. Снейп размеренно постукивал указательным пальцем левой руки по столу. Двери Большого Зала распахнулись, и вошли студенты. Они весело переговаривались, смеялись.

- Точно Поттер явился, - прошипел Снейп, облегчение в его голосе было почти не заметно.

- Почему Вы так думаете, Северус? - стараясь выглядеть наивно, поинтересовался Слизерин, подмечая, что за их разговором следят многие профессора.

- Элементарно. Идет война. Старшие курсы это прекрасно осознают. Весь прошлый год они держались тихо, ходили как в воду опущенные. А сейчас довольные, перешучиваются, - пояснил зельевар вздыхая. - Надежда, которую олицетворяет Поттер, имеет большое значение, Сидни.

Салазар кивнул и отвернулся в сторону дверей. Его взгляд пробежал по студентам, стараясь поймать темноволосую макушку и зеленый отблеск глаз. И вот, наконец, он появился. В окружении поклонников, которые ловят каждое его слово, каждую улыбку. Гарри явно попробовал воссоздать свой прежний внешний вид, хотя бы приблизительно. Но это уже невозможно. Юноша шел плавно, изящно. Это результат многочисленных уроков танцев и фехтования. На носу пристроились очки; ему идет, наверное, долго подбирал. С таким чувством вкуса, какой они развили у Поттера надеть тот же ужас, что он носил прежде, просто смерти подобно. Гарри постриг волосы. Конечно, это его совсем не испортило. Короткая стрижка придала ему такой невинный вид. Но Слизерину было жаль волос. Не раз, мучаясь по ночам без сна и мечтая о своем Господине, Салазар представлял, как будет запускать пальцы в густую черную волну во время поцелуя, как темные пряди будут покрывать светлый шелк подушки, как они будут скользить по его телу, когда Гарри... Ой, нет, об этом лучше не думать во время праздничного пира!

Шатен поспешно отвел взгляд от своей зеленоглазой прелести. И тут же его внимание привлек молодой человек за столом змеиного факультета. Худой надменный блондин. Над ним вьется дымка Тьмы, значит, один из Рыцарей. Явно Малфой. У них вся порода на одно лицо. Так-так, физиономия непроницаемая, а взгляд... И на кого же мы это так жадно смотрим. Впрочем, и так понятно. На Гарри, конечно. Салазар поморщился - блондинчик-то симпатичный. Но ничего, ревновать не стоит. Господину сейчас личная жизнь, как рыбке зонтик.

Студенты тем временем устроились за столами. Через несколько минут МакГонагалл ввела в зал первокурсников. Ребята с восхищением оглядывались. Воцарилась полная тишина. Салазар видел распределение с помощью шляпы только один раз. Великая Четверка Основателей Хогвартса тогда решила проверить, правильно ли шляпа будет делить детей по факультетам. Слизерин уже успел поболтать с самой шляпой. Отношения у них были не слишком дружелюбными, но всегда приятно поговорить со своим ровесником. Особенно если тебе тысяча с небольшим лет. Церемония распределения с веками обрастала мелкими традициями и приметами. Именно они и были интересны Салазару.

- Не хотите попробовать свои силы в гадании, Сидни? - спросила мадам Хуч.

- Гадании?

- Мы всегда пытаемся угадать, кто на какой факультет попадет, - пояснил Снейп, сохраняя мрачное выражение лица.

- Ну, это легко. Я, конечно, поучаствую! - обрадовался Слизерин.

Дети выстроились перед преподавательским столом. Минерва отошла ненадолго и вернулась, неся табурет и Сортировочную Шляпу. Устроив головной убор на табурете, профессор сделала несколько шагов назад. Все в зале неотрывно смотрели на потертую, ужасно грязную Шляпу. Первокурсники явно волновались. Вдруг Шляпа шевельнулась, в следующую минуту в ней появилась дыра, напоминающая рот, и она запела. Песенка была немного легкомысленная. В куплете про факультет Слизерин проскользнул тонкий намек на то, что Салазар присутствует в зале, но никто его не уловил, кроме Гарри.

Как только песня закончилась, весь зал единодушно зааплодировал. Салазар тоже похлопал, быстро понимающе переглянувшись с Поттером. Песня его позабавила. Шляпа поклонилась всем четырем столам. Ее рот исчез, она замолчала и замерла.

Профессор МакГонагалл вышла вперед, в ее руках находился длинный свиток пергамента.

- Когда я назову ваше имя, вы наденете Шляпу и сядете на табурет, - сказала она. - Начнем. Холланд, Роджер.

Пока худенький русоволосый мальчик с острыми чертами лица шел к табурету, профессора провели короткое совещание:

- Слизерин, - предположила мадам Хуч.

- Пуффендуй, - отрезал Снейп, - посмотрите в его глаза.

- Когтевран, - уверенно сказал Салазар. - Тут не в глазах дело.

- Согласна с Сидни, - шепнула профессор Синистра.

- КОГТЕВРАН! - закричала Шляпа.

Роджер, слабо улыбаясь, отправился за второй стол слева. Несколько старшекурсников поспешили пожать ему руку.

- Ингрэм, Рейчел.

Полная светловолосая девочка в подержанной мантии, спотыкаясь, подошла к табурету.

- Пуффендуй, - единодушно решили преподаватели.

- ПУФФЕНДУЙ! - крикнула Шляпа.

Крайний правый стол взорвался аплодисментами.

- Эрхарт, Глэдис.

Спокойная самоуверенная девочка быстро прошла расстояние до Шляпы, и смело надела ее.

- Гриффиндор, - скривился Снейп.

- Слизерин, - с сомнением протянула Синистра.

- Слизерин, - согласился с ней сидящий рядом Флитвик.

- Гриффиндор, - возразила Хуч.

- Когтевран, - насмешливо сказал Салазар.

- КОГТЕВРАН! - крикнула Шляпа.

Когтевранцы зааплодировали. Пока МакГонагалл ждала тишины, Хуч удивленно спросила:

- Как тебе удается так точно угадывать, Сидни? Ты же первый раз видишь распределение.

Слизерин неопределенно взмахнул рукой. Синистра выдвинула шутливое предположение:

- Он же со Шляпой подружился. Может, они заранее договорились, в каком порядке факультеты выкрикивать.

Профессора тихо захихикали.

- Забини, Энтони.

- Слизерин, - решили все преподаватели, разглядывая младшего брата Блеза.

- СЛИЗЕРИН! - вынесла вердикт Шляпа.

Пока Энтони шел к своему столу, Гарри воспользовался возможностью рассмотреть слизеринский стол, не вызывая лишних подозрений у друзей. Так. Малфой, Кребб, Гойл, Блез Забини и двое шестикурсников, имен которых Поттер не помнил, были Темными Рыцарями. Остальные факультеты Гарри уже осмотрел. Терри Бут из Когтеврана тоже входил в их Орден. Ну что же, с самого начала было известно, что в Темном Ордене состоит не так уж много людей. Одно утешение, что из всех старшекурсников Хогвартса Поттер увидел лишь трех светлых Рыцарей. Двое семикурсников из Пуффендуя и шестикурсник-когтевранец. Но это не значило, что их не было больше, возможно, кто-то умел прятаться, так же как Поттер. Из преподавателей подозрения вызвал Флитвик. У него была странная аура силы. Филиус не состоял в Ордене Феникса, вероятно, Люциус давно не видел его, поэтому ничего не сказал Гарри. А молодые Рыцари были еще слишком слабы, чтобы разглядеть такое.

Еще раз осмотрев зал, Гарри ощутил уже не первый за сегодня острый приступ вины, зацепившись взглядом за стол Пуффендуя. Множество впечатлений последних лет почти вытеснили из головы воспоминания о Седрике Диггори. Памятная ночь возрождения Волан-де-Морта перестала быть страшной с тех пор, как Гарри стал Главой Ордена. Но подсознание все еще иногда подкидывало сюрпризы в виде кошмаров. И тогда Поттер снова переживал ночь на кладбище, заново слышал тихий шепот призраков, вызванных эффектом «приори инкантатем». Наверное, Гарри уже никогда не сможет забыть умоляющие глаза Седрика и тихую просьбу вернуть его тело родителям. Рон осторожно коснулся руки друга. Поттер отвел взгляд от стола Пуффендуя, благодарно улыбнувшись рыжему юноше.

Распределение шло медленно. Гарри то и дело ловил на себе любопытствующие взгляды. Некоторые девушки уже перестали смотреть на него, как на внезапно вернувшегося Героя, теперь Поттера осматривали оценивающе, как никем еще не занятую особь мужского пола. Пока что юношу это не беспокоило. Сегодня волноваться еще не о чем, а вот позже предстоит пить антидот от Любовных Эликсиров. От приставаний сегодня еще тоже воздержатся, но на всякий случай справа от него сидели Рон и Гермиона, а слева - Невилл и Джинни. Хотя Гарри очень не понравилось, как иногда на него посматривала мисс Уизли. Стоит потом прощупать ее внутреннюю тьму и проверить прочность ее чувств к Дину.

Гарри поймал на себе внимательный взгляд Дамблдора и послал директору слабую улыбку. Так. Ясно. Наверняка, после ужина его вызовут в кабинет Дамблдора. Будут выспрашивать. Ну, ничего-ничего. У него легенда на зубок выученная. А окклюменцию он два года совершенствовал! Впрочем, хорошо, что в кармане примостился флакончик антидота к сыворотке правды. Срок действия составляет всего три часа, но не будут же они его полночи тиранить? Возможно, захотят проверить не находится ли он под действием Оборотного зелья. Ну, это ерунда. Маскирующих чар на нем нет никаких.

Наконец, распределение закончилось. Дамблдор легко поднялся со своего места и объявил о начале пира. На блюдах, как всегда, появилась еда. Рон бросился накладывать себе все, до чего смог дотянуться. Его примеру последовали остальные. Гарри положил на тарелку немного салата и этим ограничился. С некоторых пор он ел очень мало. Юноша вспомнил, что раньше набрасывался на еду так же, как сейчас Рон. Теперь Поттер понимал, что это было стремление наесться после голодного детства у Дурслей. Последние годы принесли ему пресыщенность. Еда стала обязанностью, удовольствие от нее он теперь получал редко. Вот и сейчас он лишь вяло шевелил вилкой в тарелке.

- Гарри, ты чего не ешь? - удивился Рон.

Гермиона смотрела на друга прищурившись. Как всегда, когда решала какую-то задачку. Поттер улыбнулся и хитро пояснил:

- Не хочу портить аппетит.

- О чем ты? - непонимающе спросил Невилл.

- Ну, я подумал, мы могли бы отпраздновать начало нашего последнего года в школе и устроить небольшую вечеринку.

- Могли бы, - предвкушающее протянула Парвати, сидевшая напротив.

Гарри подарил ей свою лучшую улыбку, и скулы девушки чуть порозовели.

- Я взял на себя смелость протащить в школу запас сливочного пива и кое-каких сладостей.

- Сливочного пива? - протянул Симус почти разочарованно.

- Есть и кое-что покрепче, - признался Гарри, бросив на одноклассника хитрый взгляд.

- Так, мальчики, не забывайте, что завтра учебный день! - строго оборвала их Гермиона.

- Не волнуйся, солнышко, не забудем, - легкомысленно ответил Поттер, отпивая немного тыквенного сока.

Рон подавился и закашлялся, а Гермиона покраснела. Ребята посмотрели на Гарри как-то странно.

- Что? - удивился парень.

- Ты назвал Гермиону солнышком, - хихикнула Лаванда.

- Не подумайте плохого, - хмыкнул Поттер. - Она и Рон - мои лучшие друзья!

Во время ужина Гарри не единожды ловил на себе взгляды Драко, но предпочитал не отвечать на них. Еще не время афишировать их отношения. Гарри пока не знал, как классифицировать то, что будет между ним и Малфоем-младшим. Поттер понимал, что они связаны на всю жизнь. Драко не сможет долго обходиться без Гарри из-за того, что зачарован глазами Слизеринов, без этого он просто сойдет с ума. А для Гарри довольно обременительно каждую ночь на протяжении всей оставшейся жизни посылать ему облегчающие сны. Поттер устало покачал головой. Угораздило же его тогда так привязать к себе этого хорька белобрысого. Да еще теперь у них будет общая работа в Темном Ордене. Гарри, конечно, начальство, но Рыцари-то об этом еще не знали. Может быть, Гарри и Драко даже сумеют подружиться. Ведь Драко присоединился к Фениксам в войне и оказался вовсе не такой уж высокомерной сволочью. Как бы то ни было, прежде чем выставлять на всеобщее обозрение их... кхм... дружбу, стоит провести подготовительную работу. Нельзя забывать, что Люциус все еще считался Пожирателем.

- Гарри, здесь так жарко. Почему ты не снимешь перчатки? - спросила Парвати.

- Я недавно испытал на себе действие одного противного зелья, так что некоторое время мне придется закрывать руки, - легко соврал Поттер.

От ужина дело постепенно перешло к десерту, а там и к приветственной речи Дамблдора. Директор напомнил о запретах (которых за последние два года заметно прибавилось), посетовал на Волан-де-Морта, поприветствовал Гарри (юноше пришлось встать и поклониться), представил новых преподавателей (Салазар одарил всех своей лучшей улыбкой, Слизнорт пробормотал что-то невразумительное) и напомнил о начале учебного года. Напоследок ученики исполнили гимн Хогвартса и потянулись к выходу.

К Гарри, как он и предполагал, подошла профессор МакГонагалл и пригласила его пройти в кабинет директора. Поттер улыбнулся друзьям и велел им идти и подождать его в гостиной.

Глава 9. Хогвартс.

Как бы ни был занят человек, час в день он обязан урвать на учебу.

Гарри проснулся в полвосьмого утра и сразу же направился в душ, благоразумно не пробуя разбудить друзей. Вечеринка вчера затянулась. Директор мурыжил Поттера целый час, потом Гарри удалось убедить старика, что ему необходимо отдохнуть. Так что праздновать начали только ближе к девяти вечера. В одиннадцать Гермиона отправила спать три младших курса. В двенадцать на покой удалились четвертый и пятый. А большинство старшекурсников легли только в четыре утра. Конечно, сливочным пивом дело не ограничилось. Были опустошены предусмотрительно упакованные Гарри три бутылки огневиски и литровая бутыль маггловского мартини. На закуску в основном шли лакричные палочки и шоколадные лягушки. Сам Гарри выпил только полбутылки сливочного пива, впрочем, кажется, никто из друзей этого не заметил. У Героя Магического Мира в голове было столько тайн, что напиваться и расслабляться было даже не глупостью, а сумасшествием. Поттер искренне надеялся, что его друзья к урокам хотя бы проспятся; на то, что они смогут адекватно воспринимать существующую действительность, даже надеяться было глупо.

Стоя под душем и наслаждаясь теплой водой, Гарри вспоминал вчерашнюю беседу с директором. Поднявшись в его кабинет со своим деканом, Поттер обнаружил, что там его уже ожидают, помимо Дамблдора, Снейп, Грюм и министр. И все они жаждали объяснений. Пришлось относительно честно поведать про письмо родителей, серьги, кольцо, перелет до Флоренции и встречу с Регулусом. То, что Блек-младший жил не один Гарри не сообщил, а Северус предпочел промолчать об этом, решив вытрясти это из Поттера в приватной обстановке. Вообще-то, Снейп был сильно зол. С ним уже успел связаться Сириус и теперь зельевар знал, что Малфою и Лестранджу удачно удавалось в течение некоторого времени скрывать от него Регулуса, ведь Снейп ни разу даже не встретился с ним на собраниях Пожирателей. Гарри врал вдохновенно, со старанием. И, кажется, ему поверили. Но, как говорится, доверяй, но проверяй. Когда Гарри предложили чаю, он только усмехнулся и спросил:

- С сывороткой правды? По закону вы не можете применять ее без моего разрешения, и я вам его не даю.

Тогда директор решил использовать легилеменцию. Он было взялся объяснять Поттеру, что это такое, но Гарри отрицательно покачал головой. И чрезвычайно удивил собравшихся заявлением:

- Я хороший окклюмент. Я не хочу, чтобы в моей голове копались. Вы можете попробовать ворваться в мое сознание насильно, но я не думаю, что Вы пробьете мою защиту.

Министр вспылил:

- Но мы обязаны Вас проверить! Вы пропадали где-то два года!

- Проверьте меня на Оборотное зелье. Думаю, что этого будет достаточно. Вы сможете быть уверены, что перед вами действительно Гарри Поттер.

И они проверили. И на Оборотное и на многие другие зелья. А еще, на всякий случай, проверили, не применялось ли к нему Империо да взяли на анализ несколько капель крови. А потом проверили его палочку. Последние заклинания были вполне невинными. Знали бы они, что ему больше не нужна волшебная палочка! Короче говоря, Гарри выполз оттуда едва живой, но мужественно организовал вечеринку и присутствовал на ней до победного конца. К счастью, Гарри был юношей предусмотрительным и выпил перед сном очень хорошее и полезное зелье. И теперь был свеж, как огурчик. У Поттера вообще теперь была обширная коллекция зелий. Было и антипохмельное. Но помогать своим товарищам по факультету Гарри не собирался: в следующий раз умнее будут!

В восемь утра юноша устроил всему Гриффиндору побудку и погнал на завтрак. В девять начинались занятия. До этого нужно было успеть получить у МакГонагалл расписание в Большом Зале, а потом вернуться в башню и собрать вещи. Другие факультеты смотрели на помятых гриффиндорцев с пониманием и уважением. По львам было видно, что возвращение Гарри Поттера праздновалось с размахом всю ночь.

Поттер же сиял улыбкой за весь остальной факультет и энергично зыркал глазками в разные стороны. МакГонагалл, прекрасно осознавая, что Рон сегодня просто невменяем, поручила Гарри раздачу расписаний. У него она лишь спросила:

- Какие Вы собираетесь изучать предметы, мистер Поттер?

- Все, что необходимы для поступления в аврорат! - смотря на профессора честными глазами, ответил юноша.

- Очень хорошо, - улыбнулась профессор. - У Вас по всем предметам «превосходно», так что Вы вполне можете выбрать любые. Для аврората Вам понадобятся: трансфигурация, чары, зельеварение и защита от темных искусств. Вы хотели бы взять еще что-то?

- Травологию и Уход за волшебными существами, профессор. И если это влезет в мое расписание, то Историю магии и Древние Руны.

- Прекрасно, - ответила Минерва, удивленно взглянув на юношу, раньше в нем не замечалось такой тяги к знаниям.

Декан протянула Гарри его расписание. Отворачиваясь от нее, он успел поймать странный, почти враждебный взгляд Гермионы. Но разбираться, в чем его причина, не было времени. Начало уроков стремительно приближалось. Первым у Гарри стоял Уход за магическими животными. С Гриффиндора на него ходили только Лаванда и Невилл. Урок был сдвоен с Когтевраном.

Прибывала почта. Среди прочих в Большой зал влетела белоснежная полярная сова и спланировала прямо на плечо хозяина.

- Привет, Букля, - нежно сказал Гарри, поглаживая перышки совы.

Она ласково ущипнула его за ухо и протянула ему газету. Поттер угостил птицу кусочком бекона и развернул «Пророк». На первой полосе, естественно, был он сам. Статья рассказывала о его прибытии в школу, кажется, журналисты уже успели поговорить с кем-то из учителей. После Букли прилетел Фобос - та самая сова, которую Салазар приобрел в Мадриде. Фобос принес французскую газету. Гарри решил, что обойдется без итальянских, пока будет находиться в Хогвартсе. Пробежавшись взглядом по заголовкам статей и убедившись, что ничего интересного в них нет, Гарри бросил взгляд на часы. Было без десяти минут девять. Брюнет быстро попрощался с Роном и Гермионой и, подхватив под ручку слегка пошатывающуюся после вчерашнего Лаванду, вышел из зала. Ему не терпелось увидеть Хагрида.

Предметы Поттер выбрал не наобум. Учеба на аврора была необходима для его имиджа Героя, но на самом деле предметы, на которых учат колдовать, помахивая палочкой, были для него просто потерей времени. А вот зельеварение, травология, уход и руны - другое дело. Они действительно требовали от него знания. Конечно, Регулус потратил немало времени, чтобы научить юношу варить зелья и различать магические растения, Геллерт помог с рунами, а Салазар - с магическими животными. Подготовки хватило для сдачи экзаменов в министерстве. Теперь Гарри надеялся узнать еще что-нибудь новенькое.

На урок пришли четверо когтевранцев. Среди них был и Терри Бут. Гарри решил выбрать удобный момент и переговорить с ним. Но сейчас ему было не до этого. Из хижины Хагрида вырвался огромный пес. Поттера облизал шершавый язык Клыка, а потом профессор Хагрид стиснул своего любимого ученика в медвежьих объятиях. Полувеликан ничуть не изменился. Та же неубранная копна волос, борода и добрые глаза. Еле отбившись от радостного друга и пообещав прийти в выходные на чай, Гарри убедил полувеликана начать урок. Рубеус кивнул и, велев подождать, утопал куда-то за хижину:

- У меня есть миленький питомец. Он совсем не опасный. А главное - редкий. Вам понравиться, правда...

Дети опасливо переглянулись, любимцы уважаемого профессора были притчей во языцех. Из-за хижины появился улыбающийся Рубеус, ведя на поводу дракончика. Он был ростом с Хагрида, длиной метров пять. Глаз радовала его окраска: черная в красную полосочку. Отчетливо были видны ровные ряды острых зубов. Огромные когти на лапах скребли по земле. Гарри решил, что это детеныш, потому что еще помнил первое испытание турнира трех волшебников и монстров, с которыми тогда пришлось столкнуться. В принципе, Поттер мог защитить себя от юного не вошедшего в силу дракона с помощью своей силы, а вот насчет взрослого он серьезно сомневался. Как бы то ни было, он первым пришел в себя от шока от этого зрелища и решил немного помочь остальным:

- На следующий урок Хагрид притащит Волан-де-Морта, - пошутил Гарри. - И скажет, мол, вживую его мало кто видел, немного опасный, конечно, но что с того...

От имени самого страшного волшебника Англии ребята нервно вздрогнули, но вскоре, осознав, что Гарри сказал, они нервно захихикали.

Профессор, уверенный, что улыбки учеников вызваны радостью от лицезрения дракона, с упоением принялся рассказывать:

- Зовут эту лапочку Норберт, - Гарри закашлялся, подавившись воздухом от неожиданности. - Он у меня уже два месяца. Его авроры эта... поймали в маггловском городе, не помню я, как он назывался. Не знали куды его деть, так что он... эта... в Хогвартсе немного поживет, да... Кто у нашего мальчика мамочка, не известно, - профессор прокашлялся и приступил к рассказу. - Дракон - это дух изменения, а потому дух самой жизни Дракон вместе с фениксом - символ союза неба и земли, рождения и смерти...

Надо признать, лекция была интересной. Хагрид увлекся, не отвлекался, поэтому ему удавалось быстро подбирать нужные слова. Но даже в его рассказе ощущалась тень войны, окружившей школу.

- Сила у него не в зубах, а в хвосте, и убивает он скорее дыханием, чем укусом, - с гордостью говорил Рубеус, поглаживая Норберта.

Гарри как новоявленный Темный Господин старательно законспектировал продиктованные профессором плюсы и минусы дракона как оружия. Плюсы: летает, в том числе через границы и линию фронта, выдыхает огонь, крепкая шкура, большая грузоподъемность, врагу внушает ужас, своим - отвагу в бою. Минусы: виден издалека, дорого стоит, требует тренировки. Поттер перечитал написанное и удивился: почему Волан-де-Морт не закупил себе парочку?

Урок закончился тем, что Хагрид предложил ученикам покормить свою лапочку. Они дружно отказались. Всем хотелось жить! К счастью, прозвенел звонок и спас ребят от сумасшедших идей профессора.

Возвращаясь в школу, Гарри отвел в сторону Терри Бута. Бут удивился, но не отказался от приватной беседы. Отстав на несколько шагов от остальных, Поттер чуть отогнул края перчаток, показывая когтевранцу шрамы на запястьях. Юноша охнул:

- Ну надо же! Но в тебе тьмы почти не видно!

- Прячу, - пояснил Гарри. - Я же Герой Магического Мира. Приходи после ужина на восьмой этаж к портрету Варнавы Вздрюченного. Там есть такая комнатка...

- Я знаю, Выручай-комната.

- Приходи, - повторил Гарри, кивнув. - Разговор есть. И письмо... От Господина.

Терри выдохнул:

- Буду!

Поттер улыбнулся, махнул ему на прощание и поспешил догнать Лаванду и Невилла. Следующим уроком были чары сдвоенные с Пуффендуем.

Поттер на чарах сел рядом с Роном и Гермионой, как всегда делал раньше. Он заметил, что остальные чувствуют себя немного неловко рядом с ним. Они отвыкли от него. Рон и Гермиона тоже. Троица уселась за последнюю парту. Игнорируя профессора Флитвика, который читал вступительную лекцию, Рон вцепился в друга с расспросами. Врать Рону и Гермионе было намного труднее, чем директору и министру, хоть они и не грозили ему сывороткой и легелименцией. Они были лучшими друзьями Поттера. Он любил их и хотел им только добра. Но лгать было необходимо, возможно, даже для их блага. Гарри рассказал им ту же историю, что и директору. И они поверили.

После чар был обед. Семикурсники спустились в Большой зал дружной компанией. Только Гермиона предпочла отправиться в библиотеку. Пока ее не было, Гарри решил выяснить у Рона причины утренней враждебности к нему подруги. Уизли смутился:

- Прости ее, Гарри. Наверное, она немного завидует тебе.

- Завидует? Почему?- Поттер удивился. Не то, чтобы ей нечему было завидовать, все-таки он был богат и знаменит, но так было всегда, и она никогда не завидовала, в отличие от того же Рона.

- МакГонагалл утром сказала, что у тебя все оценки «превосходно»...

- Я много занимался. Раньше Гермиона только обрадовалась бы, если бы я так хорошо учился, - непонимающе нахмурился Гарри.

- Раньше, - кивнул Рон и поморщился, голова все еще болела. - Но теперь ты учишься лучше нее.

- Скорей уж так же как она. Сколько ее помню, у нее всегда были одни отличные оценки.

Уизли тоскливо водил ложкой в пюре и молчал. Объяснять Гарри взялся Невилл:

- Понимаешь, Гарри, с шестого курса мы начали проходить более сложную магию. Там требуется большое приложение магической силы. Просто правильного движения палочки и верной расстановки ударений в заклинании стало мало. Гермиона лучше всех знает теорию, но с практикой возникли серьезные проблемы.

- Ну конечно, - хлопнул себя по лбу Поттер. - Магглорожденные же магически слабее полукровок и чистокровных. Как я мог забыть!

Гарри припомнил рассказанную давным-давно Салазаром легенду. Магглорожденные волшебники получают частичку магической силы из окружающей среды. Но чаще всего волшебники они очень слабые. Правда, магглорожденная Лили Эванс была неплохой ведьмой, так ведь в ее венах текла кровь Слизеринов! А у Гермионы такого родства, насколько известно, нет.

- У нее получаются четыре-пять заклинаний из десяти, - кивнул Невилл. - Соответственно, оценки значительно понизились. Но на зельях и травологии она все еще блистает.

- Это и есть причина ее враждебности? - покачал головой Поттер. - Дин тоже из семьи магглов, значит, тоже слабее. Он реагирует так же остро?

- Ты не понимаешь, Гарри, - тяжело вздохнул Рон. - Она была лучшей! А теперь лучшим стал ты! Только потому, что ты - полукровка. Ее убивает то, что теоретических знаний недостаточно.

- Я стал лучшим, так как много занимался, - яростно процедил Гарри. - В течение этих двух лет я каждый день посвящал занятиям не меньше семи-восьми часов. Без выходных.

Рональд вздрогнул. Он взглянул в холодные глаза друга и испугался. У Гарри, которого он помнил, никогда не бывало таких глаз. Они могли быть радостными, грустными, сердитыми, яростными и много какими еще, но только не холодными! Поттер вообще сильно изменился. И не только внешне. Походка, жесты, взгляды, манера говорить.

- Прости, Гарри. Я не это хотел сказать, - пробормотал Рон.

- И ты меня прости, я погорячился, - улыбнулся Поттер, глаза потеплели.

- Заканчивайте, давайте, - скомандовала подошедшая Гермиона. - следующим уроком Защита со Снейпом. Вы же не хотите опоздать.

Сама девушка уселась рядом с Уизли и принялась в бешеном темпе поглощать обед. Рядом с Гарри присела Падма Патил, когтевранка кокетливо улыбнулась ему и пробормотала, обращаясь к сестре, но косясь на своего соседа:

- Вы уже слышали, что говорят о новом профессоре по Истории магии?

- Нет, а что?! - заинтересовалась Лаванда.

- Он такой симпатичный, - улыбнулась Парвати.

Гарри промолчал, но стал с интересом прислушиваться к их беседе. Ему было любопытно, как Салазар справляется со своими обязанностями. Падма покачала головой:

- Он довел до слез весь третий курс Пуффендуя на первом уроке. А на втором у него были слизеринцы-пятикурсники. Говорят, они чуть живые вышли из класса. Он с обоих факультетов кучу очков вычел!

Лаванда вытащила из сумки расписание.

- У нас история только завтра. Второй парой.

- Сдвоенная со Слизерином, - скривился Симус, заглянув в расписание через ее плечо.

Но тут Гермиона глянула на часы и потащила всех на занятие. У класса уже стояли пуффендуйцы, вместе с которыми у них проходил урок. Ребята обменялись приветствиями. Дверь кабинета резко распахнулась, показался как всегда бледный Снейп.

- В класс! - приказал он.

Кабинет был плохо освещен. На стенах висели плакаты, показывающие действия темных проклятий на человека. Студенты нервно переглянулись. Пуффендуйцы заняли последние ряды, гриффиндорцы сели вперед, доказывая знаменитую храбрость своего факультета. На первую парту уселись Поттер и Грейнджер. Снейп хмуро посмотрел на них и ядовито усмехнулся.

- Послушайте меня, и попрошу не отвлекаться, - велел профессор. - У вас было несколько учителей по этому предмету. При таком бессистемном обучении я удивлен, что вы смогли прилично сдать экзамены. В конце этого года вам предстоит сдавать ЖАБА, так что заниматься следует еще усерднее.

Профессор говорил, понизив голос, так что ребятам приходилось напрягаться, чтобы расслышать его:

- Темные искусства многогранны, разнообразны, изменчивы и вечны...

Гарри внимательно слушал преподавателя, с интересом рассматривая его. Северус не был Рыцарем Темного Ордена. Поттер это точно знал. Но в речи профессора было столько восхищения темной магией. «Интересно, - думал юноша, - почему он оставил Лорда и перешел на сторону Дамблдора?»

После вступительной речи Снейп рассказал об интересном защитном заклинании, которое им предстояло практиковать на этом уроке. Гарри это заклинание знал. Оно было одним из первых, которое он выучил под руководством Геллерта. Поэтому сейчас он выполнил его сразу, не посчитав нужным разыгрывать неумеху. Профессор хмуро посмотрел на него, но лишь кивнул и никак не стал комментировать произошедшее. Воодушевленные примером Гарри, остальные ученики стали практиковаться, и к концу урока заклинание получилось у всех, кроме Джастина Финч-Флетчли. Снейп задал целую кучу домашнего задания и отправил ребят восвояси.

На сегодня это был последний урок. Вернувшись в свою гостиную, студенты блаженно развалились, собираясь отдохнуть. Симус и Дин обсуждали какой-то квиддичный матч. Девчонки забились в уголок и тихо перешептывались. Младшекурсники носились по комнате, весело вопя. Рон достал шахматы и уселся играть с Невиллом. Раньше он пригласил бы Гарри, но отвык от этого за два года. Такая мирная картина. Гарри достал учебники и взялся за выполнение домашнего задания. Он не хотел откладывать его, тем более что для него это задание было не особо трудным. Рядом с ним устроилась Гермиона и, странно взглянув на него, тоже достала учебники.

- Гарри, ты что делаешь?! - воскликнул Рон через несколько минут.

Юноша поднял голову от свитка и удивленно посмотрел на друга:

- Домашнее задание. А что не так? - спросил Поттер, непонимающе хлопая глазами.

- Да нет, ничего. Просто... ну, ты никогда так раньше не делал. Мы всегда делали домашнюю работу в последний момент, - смутился Рыжик.

Брюнет виновато улыбнулся и пожал плечами:

- Привычка, Рон.

Задание было выполнено как раз к ужину. Молодые люди спустились в Большой Зал. К троице на этот раз подсели Демельза Робинс и Джимми Пикс, с прошлого года она была охотницей, а он - загонщиком в гриффиндорской сборной по квидичу. Теперь ребята хотели выяснить у капитана сборной расписание тренировок. Рон обсуждал эту тему неохотно. Последние два года Гриффиндор все время проигрывал. И это сердило Уизли, потому что он именно с того времени был вратарем команды. Кое-кто винил в проигрышах его. В обсуждения будущих тренировок вмешался второй загонщик Ричи Кут.

- Гарри, ты сыграешь за ловца в этом году? - спросил мальчик. - Ты всегда приносил команде победу.

Все гриффиндорцы и несколько человек с других факультетов, которые слышали разговор, затихли, ожидая ответа Поттера. Юноша отложил вилку. Гарри все еще любил летать, но квиддич мало интересовал его. Собственно говоря, он пропустил мимо ушей всю беседу Рона и Демельзы, поглощенный раздумьями о Темном Ордене. Поттер мягко улыбнулся и сказал:

- Я думал, что Джинни играет за ловца.

- Ничего, она всегда хотела быть охотницей. В прошлом году как раз окончила школу Кэти Белл. Джин просто займет ее место, - быстро возразил Рон. Рыжик сам не понимал, почему сразу не пригласил Гарри в команду, ведь Поттер родился с метлой в руках.

Гарри проследил взглядом, как Малфой и компания покинули Большой Зал. Нужно было подождать хотя бы минут пять, прежде чем покинуть друзей, не вызывая подозрений.

- Боюсь, я не смогу Рон, - покачал головой брюнет. - Я уже два года не садился на метлу.

- Да брось, Гарри, - возмущенно воскликнул Симус. - Я помню, как ты в первый раз сел на метлу. Ты уже тогда летал лучше опытных ловцов!

- Простите, но нет, - твердо сказал юноша. - Я уверен, что вы и без меня прекрасно сыграете.

Рон надулся. Ему очень хотелось в последний год учебы заполучить Кубок квиддича для Гриффиндора, а еще лучше - Кубок школы. Гарри между тем рассеяно положил в рот последний кусочек бифштекса, прожевал и благовоспитанно вытер рот салфеткой. Однокурсники смотрели на него странно. Тот Гарри, которого они помнили, никогда не был приверженцем застольного этикета.

- Гарри, сходим после ужина в библиотеку, - предложила Гермиона.

- Прости, солнышко, - улыбнулся юноша, вставая. - У меня сейчас назначена встреча. Думаю, что вернусь я поздно.

- С кем встреча? - удивился Рон.

- Может у меня быть личная жизнь? - деланно возмутился Гарри и, подмигнув, ушел.

Симус присвистнул:

- Первый учебный день после двухлетнего отсутствия - и уже с кем-то свидание. Вот это скорость!

- В этом нет ничего удивительного, - фыркнул Рон. - Он же Гарри Поттер.

Брюнет, тем временем, спокойно поднимался в Выручай-комнату. О ней юноша узнал от Салазара, он смог объяснить, как она устроена. А вот точное месторасположение ее знал Регулус. В той записке, которую Гарри вчера сунул Драко, было указание привести сюда всех слизеринцев, входящих в Темный Орден. В кармане Поттера покоилось собственноручно написанное утром письмо от Главы Ордена. Брюнет собирался сотрудничать со слизеринцами.

Юноша решительно распахнул двери и вошел в комнату. Салазар сказал, что комната принимает такой вид, какой необходим человеку, находящемуся в ней. Первыми пришли слизеринцы. И теперь Выручай-комната выглядела, как гостиная факультета Слизерин. Длинное помещение со стенами из неотесанного камня, с потолка свисают на цепях зеленоватые лампы. В камине потрескивает огонь. Около него в резных креслах разместились семь юношей. Терри сидел поближе к дверям и чувствовал себя явно неуютно. Гарри вошел с улыбкой. Ему вспомнилось, как здорово они с Роном облапошили Малфоя на втором курсе.

- Интересно, что будет, если я пожелаю, чтобы в комнате стало светло как в гостиной Гриффиндора? - насмешливо протянул Гарри, выпуская немного внутренней тьмы, чтобы Рыцари могли убедиться, что он один из них. - Свечи! В помещении сразу же стало светлее от нескольких сотен неизвестно откуда появившихся свечей. Юноши у камина обернулись в его сторону. Драко улыбнулся, но, не зная, чего ждать от брюнета, вернулся к привычному стилю общения.

- Поттер, - брезгливо процедил Малфой.- И зачем же ты решил назначить встречу нам, простым смертным?

Гарри бодро прошагал к камину и уселся в появившееся кресло. Из кармана было сразу извлечено письмо, которое Поттер протянул Малфою. Тот недовольно сморщил аристократический носик, но поспешил развернуть пергамент и быстро пробежал глазами текст. После чего передал письмо Забини. Сам Драко расслабился, откинулся в кресле и теперь уже спокойно и искренне улыбнулся своему бывшему школьному врагу:

- И что теперь?

Гарри улыбнулся в ответ. В общении с блондином он решил пока не поднимать вопрос о глазах Слизеринов. Эту тему им лучше обсудить наедине. Поттер ответил:

- А теперь мы будем работать над вашей репутацией.

- И что же не так с нашей репутацией? - спросил Блейз, передавая письмо Крэббу и Гойлу.

- Ну, у меня и Терри все хорошо. А ваша... Она, дорогие мои, подпорчена связями с Пожирателями смерти. А этого нам не надо.

Письмо наконец-то заполучили младшие слизеринцы.

- Ну и что мы можем сделать? - нахмурился Забини.

- Самое трудное - вытащить из этого Малфоя, - фыркнул Бут. - Остальные не так уж сильно засветились.

- Думаю, самым легким будет как раз отмазать Малфоев, - возразил Гарри, подмигнув Драко.

Все в недоумении переглянулись. Но когтевранец продолжал выяснять интересующую его информацию:

- С Волан-де-Мортом, я надеюсь, все уже согласовано?

Юноши уставились на Поттера в ожидании ответа.

- Нет, - честно ответил Гарри. - Его реакция должна быть естественной.

Молодых людей, представивших «естественную реакцию» Темного Лорда передернуло.

- Ладно, - отмахнулся от ужасов Драко. - Давайте лучше обсудим...

Беседа затянулась далеко за полночь. Были обсуждены несколько важных вопросов. Например, ребята решили пока не показывать изменения в своих отношениях. Слизеринцы до определенного момента не должны были менять свое поведение по отношению к другим ученикам. Но эти восемь юношей теперь готовы были в любой момент поддержать друг друга. Но кроме важных глобальных проблем ребята просто немного поболтали, обсудили школьные сплетни и даже пригубили по бокалу вина. Короче говоря, наладили хорошие приятельские отношения.

Когда Гарри пришел в гриффиндорскую башню, не спали еще только Симус и Рон. Оба юноши тут же потребовали от Поттера рассказать, где, с кем и как он провел время. Поттер ответил честно, подумав, что ему все равно не поверят:

- У меня была встреча с Малфоем, в Выручай-комнате, мы прекрасно провели время за бокалом вина. Спокойной ночи.

Поттер задернул полог кровати и зарылся носом в подушку, слыша хихиканье Финнигана и обиженное бурчание Рона:

- Не хочешь - не говори, зачем издеваться-то?

Проснулся Поттер как обычно в шесть. Привычка, что поделаешь. Он умылся, оделся, изучил расписание и собрал сумку. Прихватив из чемодана

интересную книгу по травологии, юноша спустился в общую гостиную. К своему величайшему удивлению он застал там усиленно занимающуюся Гермиону. Девушка листала учебник по зельеварению, которое значилось у них первым уроком. Поприветствовав ее, Поттер уселся на приглянувшийся диванчик и углубился в книгу. Так они и провели следующий час, руководствуясь принципом «не мешай другу, и он не помешает тебе». Но к восьми часам стали подниматься остальные ребята, Гарри и Гермиона спустились в Большой зал вместе с Роном.

Почта прибыла как раз, когда Герой магического мира дожевывал второй тост. Букля бросила ему в тарелку «Ежедневный пророк» и принялась таскать со стола бекон. Поттер рассеяно развернул газету и ахнул. Друзья мгновенно пододвинулись к нему и заглянули через его плечо в текст. На первой странице поместилось сообщение о нападении Пожирателей на Косую аллею. Страница пестрела страшными снимками. Гарри впервые пожалел, что волшебные фотографии умеют двигаться. Это было ужасно.

Последней в Большой зал влетела обычная рыжая сипуха. На нее почти никто не обратил внимания. Все были захвачены чтением. Нападения на Косой переулок были теперь нередки, но таких масштабных не было давно. Ребята со страхом просматривали списки погибших. Сова сделала круг над залом, бросила в Гарри Вопиллер и улетела. Красный конверт задымился, вспыхнул и взорвался. Поттер нервно вскочил. Над столом Гриффиндора повис череп с вылезающей из него змеей. Метка Темного Лорда. Большой зал заполнился умоляющими криками, стонами боли. Чьи-то голоса хладнокровно произносили Круцио и Авада Кедавра. Все присутствующие мгновенно поняли, что сейчас они слышат звуковое сопровождение фотографии с первой полосы «Пророка». У кого-то по лицу потекли слезы, Гермиона зажала рот ладонью, у Гарри было чувство, будто кто-то сжал сердце ледяной рукой. И вдруг все прекратилось. Шипящий голос Волан-де-Морта разнесся в мертвой тишине зала:

- С возвращением в Англию, Гарри! Надеюсь, скоро увидимся.

Кто-то из учеников всхлипнул. Но в основном все молча смотрели на метку, витающую под потолком. Никогда еще этот отвратительный знак не появлялся в Хогвартсе. Поттера затрясло от злости. Да как эта рептилия смеет над ним издеваться?! Совсем страх потерял?! Захотелось немедленно убить этого ублюдка. Поттер сильно прикусил губу так сильно, что выступила кровь. Боль отрезвила. Гарри выдохнул. Нельзя, нельзя так выходить из себя. Он упал обратно на скамейку. Взгляд вернулся к статье в газете.

Преподаватели пытались убрать метку. Ученики встревожено перешептывались. А Глава Темного Ордена с отвращением думал о том, что Волан-де-Морт просто сумасшедший. Перебить столько невинных людей только для того, чтобы послать врагу эффектный Вопиллер. Раньше Гарри еще надеялся, что Том - не псих, а непризнанный гений. Как там говорил Олливандер? «Тот-Кого-Нельзя-Называть совершил много великих дел. Ужасных, да. Но все же великих». Сегодняшние события выставляют Тома абсолютно ненормальным, помешанным на насилии магом. Поттер допускал, что без смертей не обойтись в их трудном деле, но каждая смерть должна быть оправдана! А та резня, что произошла в Лондоне... Реддл не оправдал ожиданий своего Господина.

Кстати, об Олливандере. Взгляд юноши вдруг зацепился в списке жертв за эту фамилию. Гарри вчитался повнимательнее. Статья сообщала, что магазин волшебных палочек был разрушен почти полностью, а сам его владелец пропал без вести. Поттер изумился. Он был в Косом переулке чуть больше месяца назад. На магазине Олливандера стояла такая защита, что даже ему пришлось бы долго повозиться, чтобы взломать ее. Значит... Скорее всего, вся эта атака Пожирателей была всего лишь прикрытием для взлома магазина волшебных палочек и, видимо, похищения Олливандера. Вопрос, зачем это надо Лорду. Поттер смотрел прямо перед собой пустым взглядом, его пальцы механически крошили кусочек хлеба. Ну конечно! Та история с возрождением Реддла. Тогда палочки Гарри и Тома не смогли сражаться друг с другом. Об эффекте «приори инкататем» писали в газетах. Наверное, Том решил узнать, как преодолеть это. Почему сейчас? Так ведь Поттер исчез сразу после возрождения Волан-де-Морта, вместе с палочкой. Теперь же, когда Гарри вернулся, Лорду не помешает лишняя информация. Ах, как он удачно все провернул. Вроде как обычный рейд с целью запугать население, повод попугать Поттера страшным письмом. А на самом деле...

Гарри улыбнулся и поднял голову. Над столом все еще парил череп:

- И все-таки ты гений, - прошептал юноша чуть слышно.

Поттер встал, стараясь скрыть улыбку, и громко позвал одноклассников:

- Осталось пять минут до начала уроков. Вы же не хотите опоздать?

Ребята смотрели на него с испугом. В этот момент Поттер почему-то пугал их больше, чем Темный Лорд. Гермиона нахмурилась. Она знала, что директор проверял юношу. Это точно был Гарри Поттер. Но это был не их Гарри. Он изменился. В худшую сторону, как она и подозревала. Мерлин! В конце концов его два года воспитывал Пожиратель Смерти, которому Гарри полностью доверял!

Профессор Слизнорт был напуган и растерян после утреннего происшествия в Большом Зале. Так что урок получился какой-то скомканный. Проходили Амортенцию, образец которой профессор показал ученикам сразу после звонка. Гарри позволил Гермионе отвечать на вопросы преподавателя. Ему вовсе не хотелось ссориться с подругой из-за ее вполне понятной зависти. Впрочем, Слизнорт оказал Поттеру повышенное внимание. Гарри мгновенно понял, что зельевар видит в нем только Мальчика-Который-Выжил, знаменитость. И собирается стать у этой знаменитости любимым профессором. Стало противно. Многие относились к юноше именно так, но за последние годы, проведенные в маггловском мире, Гарри отвык от этого.

Поттер медленно помешивал зелье, наблюдая за тем, как оно становится перламутровым. Пар завивался характерными спиралями. Жидкость в котле была почти готова к употреблению. Гарри бросил короткий взгляд в котел Рона. Там на дне плескалась темно-синяя масса, напоминающая деготь. Уизли бездарен в зельях. Брюнет случайно пересекся взглядом с Драко. Тот выразительно покосился в сторону варева Рыжика и изобразил, будто его вытошнило в котел. Поттер с трудом сдержал улыбку и состроил страшные глаза Малфою. Драко и Блейз захихикали. Да уж, блондин мог перейти на сторону «Фениксов», мог не доставать Рона в школе, мог прикрыть рыжего в сражении, но это не значило, что Малфой и Уизли стали друзьями.

В начале урока Гермиона сказала, что для нее Амортенция пахнет чистым пергаментом и свежескошенной травой. Гарри наклонился над своим зельем и вдохнул. Пахло ароматическими сигаретами, хорошим вином и морем. Юноша вздрогнул и отстранился. Такие знакомые, родные ароматы. Для Гарри Поттера Амортенция пахла Салазаром. Видимо, удивление отразилось у него на лице, потому что Слизнорт встревожено спросил:

- Что-то не так, мой мальчик?

- Все хорошо, профессор. Просто я не ожидал, что оно будет пахнуть... так.

Старик понимающе кивнул и подмигнул мальчику. Поттер еле удержался от того, чтобы не скорчить гримасу. Когда работа была проверена, и Слизнорт велел опустошить котлы, Гарри тайком отлил в маленький флакончик немного сваренного зелья. Не то чтобы он собирался влюблять в себя кого-то, просто запас карман не тянет. Склянка с перламутровой жидкостью исчезла в складках мантии.

Второй парой шла история магии. Гарри как никто знал, что Салазар - превосходный учитель. Юноша искренне недоумевал, почему те студенты, что уже побывали на его уроках, так нелестно отзываются о профессоре Саливане. Седьмые курсы Гриффиндора и Слизерина с опаской взирали на вход в кабинет истории и тихо перешептывались. Со звонком дверь распахнулась. Профессор с недовольным лицом подождал, пока они зайдут, а потом запер двери.

- Опоздавшие проведут урок в коридоре, - мрачно сообщил он. К счастью, опоздавших не было.

Гарри и Гермиона опять уселись на первую парту и внимательно уставились на преподавателя. Поттер подумал, что Салазар сегодня особенно хорошо выглядит. На нем была темно-зеленая мантия с серебром. Традиционные цвета факультета Слизерин. Ну а один из основателей Хогвартса не виноват, что это его любимый цвет на протяжении уже тысячи лет! Да и вообще, ему зеленый так идет... На этой мысли Гарри опомнился и вытряхнул из головы все лишнее. Профессор Саливан тем временем знакомился с классом. Проведя быструю перекличку, он перешел к вступительной речи:

- Как я уже убедился на примере предыдущих курсов, знания по истории у студентов Хогвартса минимальные. Вам придется наверстать до Рождества материал всех предыдущих лет обучения. Большую часть тем изучите самостоятельно. Раз в неделю я буду устраивать проверочные работы по пройденному материалу, раз в месяц - полноценные контрольные. Письменное домашнее задание вы так же будете получать только раз в неделю. Впрочем, некоторых учеников я, возможно, освобожу от домашних заданий, - Салазар бросил быстрый задумчивый взгляд на Гарри. - После зимних каникул мы начнем изучение Истории XX века. Как вы понимаете, у вас будет очень напряженный год.

Студенты хмуро смотрели на преподавателя. Они были семикурсниками, так что за полгода им предстояло повторить то, что изучается за шесть лет. Теперь они искренне сожалели, что не занимались во время преподавания профессора Бинса. Если бы они получали хорошие баллы на экзаменах по истории, то Дамблдор не назначил бы по этому предмету нового профессора.

- Итак, приступим, - решил Салазар. - Тема на доске, переписываем.

Даже несмотря на то, что профессор старался включить в лекцию как можно больше материала, дабы пройти за урок побольше, слушать его было безумно интересно. Гермиона иногда задавала вопросы, и преподаватель с удовольствием на них отвечал. Так что если бы не угроза постоянных контрольных, он бы даже понравился студентам в качестве профессора. Урок закончился записыванием домашнего задания. Выходя из кабинета после звонка, ученики тихо подвывали, представляя, сколько литературы им придется переработать, и сколько часов они проведут в библиотеке, выполняя домашнее задание по Истории магии. Их убитый вид окончательно перепугал пуффендуйцев-второкурсников, их урок был у профессора Саливана следующим.

Вечером Гарри позволил себе немного расслабиться. Он лежал на диване в общей гостиной Гриффиндора и с легкой усмешкой наблюдал за гриффиндорцами. Рон играл с Дином в шахматы, Симус тискал в уголке Лаванду, братья Криви разбирали стопку свежих фотографий, Джимми Пикс и Ричи Кут фехтовали квиддичными битами, Невилл обрезал колючки на своем любимом кактусе, Гермиона все еще строчила домашнюю работу. Гарри свою уже закончил. Было спокойно, уютно, весело. Поттер теребил развязанный галстук и думал о том, что именно этого уюта ему и не хватало в роскошных отелях на континенте. Там всегда было холодно и одиноко.

Гарри довольно потянулся и поймал на себе внимательный, изучающий взгляд Джинни. Юноша искренне надеялся, что она больше не влюблена в него. Для Поттера Джиневра всегда была просто маленькой сестренкой Рона. Гарри поднялся и отправился в мальчишескую спальню. Он не обращал внимания на жадные взгляды окружающих. В сознании мелькнула мысль, что завтра уже стоит выпить антидот от любовных зелий. В голове вертелась навязчивая мелодия какой-то магловской песенки. В спальне Поттер медленно разделся. Он уже зарылся носом в подушку, когда в голову вдруг пришла необычайно интересная мысль. Он, наконец, понял, как обеспечить Малфоям идеальную репутацию в магическом мире.

Гарри вскочил с постели и заметался по комнате в поисках пера и пергамента. Уже через полчаса Фобос вылетел из окна башни и отправился в замок Слизеринов с посланием Тому Реддлу от Главы Темного Ордена.

Глава 10. Имение Малфоев.

Алкоголь не помогает решить проблемы. Впрочем, у молока тот же эффект.

29 сентября 1997 года. Поместье семьи Малфой.

Жюли положила голову Рабастану на колени и умильно глянула мужчине в глаза. Лестрандж хотел было оттолкнуть ее от себя, но тут же сообразил, что свободные колени сразу пожелает занять Луиза. Эта уж не постесняется вся на ручки забраться. А ведь тяжелая, зараза! Шатен перевел взгляд на Люциуса. Тот как ни в чем не бывало обнимал Рауля и сосредоточенно рассматривал расклад на столе. Рабастан бросил свои карты на скатерть.

- Надоело, - буркнул он, вставая.

Русская борзая тоскливо заскулила, лишившись подушки, за которую принимала его колени. Рауль, английский сеттер черно-белого окраса, подхватил вой. Луиза тут же поддержала своих товарищей громким лаем - на то она и лайка. Из соседней комнаты прибежал английский фоксхаунд по кличке Луиджи. Лестрандж схватился за голову:

- Я больше не могу! Малфой, сделай что-нибудь с ними!

Люциус тяжко вздохнул и наложил на комнату заклинание тишины. Рабастан мрачно оглядел собак. Он, конечно, всегда знал, что блондин - страстный собачник. Еще до того, как поступить учиться в Хогвартс, у него было несколько псов. К счастью, в школе не разрешалось держать собак. Рабастан всегда снисходительно относился к этому увлечению друга, ведь оно не доставляло ему никаких проблем. Раньше не доставляло. Когда Люци учился в школе, его отец, Абраксис Малфой, приказывал наследнику держать этих монстров в псарне. Позже в доме появилась Нарцисса, предъявившая точно такие же требования. Но сейчас миссис Малфой отдыхала (или пряталась, это кому как удобнее интерпретировать) в Испании. И Люциус в кои-то веки получил возможность держать собак в доме! А Рабастан страдал уже больше двух недель!

О, Мерлин! Неужели прошло уже целых пятнадцать дней с тех пор, как Волан-де-Морт узнал, что они работают на Дамблдора?!

Точнее Господин сообщил ему. Гарри решил, что Люциус и Рабастан должны быть чисты перед законом и освобождены от всех обязательств в войне. Разоблачение перед Лордом было идеальным вариантом. Они одновременно вылетали и из рядов Пожирателей Смерти, и из Ордена Феникса, потому что не смогли бы продолжать шпионскую деятельность.

Рабастана передернуло, когда он вспомнил спектакль с их разоблачением, разыгранный Волан-де-Мортом для Пожирателей, а точнее для возможных шпионов министерства, включая Снейпа. Малфой и Лестрандж были заранее предупреждены Господином, что их шпионской карьере пришел конец, но это все равно было страшно. И больно. Лорд посылал в них проклятие за проклятием, в глазах красноглазого монстра светилось безумие. Он был чудовищно зол. Но Гарри, к счастью, они нужны были живыми. Волан-де-Морт, Регулус, Рудольфус, Антонин и Алекс Монтгомери удачно смогли разыграть побег Люциуса и Рабастана. И вот с тех пор Малфой и Лестрандж безвылазно сидели в защищенном всеми возможными способами поместье, не смея высунуть нос. В прошлые выходные имение подверглось штурму Пожирателей, организованному для демонстрации министерству гнева Тома. Посланы были рядовые слуги Лорда, преисполненные энтузиазма прикончить отступников и даже не подозревавшие, что Волан-де-Морт все еще сотрудничает с «предателями». Спасибо, авроры подоспели вовремя.

Министерство и Дамблдор официально подтвердили, что два самых приближенных к Лорду Пожирателя являлись шпионами в течение длительного времени. Лестрандж наконец-то был чист перед законом, а Люциус получил свой Орден Мерлина. Прикормленная Поттером Рита Скитер бесперебойно поставляла в «Ежедневный пророк» статьи о героизме Рабастана и Люциуса. Рабастан нервно хихикал, читая восторженные комментарии этой женщины к их провалившейся карьере шпионов в рядах Пожирателей: «служили на благо обществу, несмотря на ненависть окружающих и риск для жизни», «непревзойденный актерский талант», «не загубленная в Азкабане жажда справедливости». Да уж, эта женщина из любой дряни конфетку сделает.

За окном шел дождь. Капли громко стучали по стеклу. За стеной воды не было видно даже деревьев за окном. Погода навевала тоску. Пока Рабастан предавался тяжелым размышлениям, Люциус выгнал собак в дальнюю часть дома. Мужчины опять уселись за стол и продолжили приевшуюся игру в пикет. Вдруг в камине вспыхнул зеленый огонь и на ковер вывалился Долохов. Выглядело это так, будто кто-то его хорошенько пнул на дорожку. Малфой и Лестрандж изумленно вытаращили глаза: на всякий случай все камины в поместье были перекрыты от перемещений. Зеленое пламя снова вспыхнуло, и в комнату выскочил Рудольфус, отчаянно ругаясь, Лестрандж-старший пытался потушить горящий подол мантии. Люциус и Рабастан отскочили от посетителей подальше - мало ли что. Следующим гостем стал Регулус. Он сразу достал волшебную палочку, потушил свой тлеющий рукав, горящую мантию Рудольфуса и помог Антонину подняться. Все трое поспешили отойти от камина.

- Люциус, - прошипел Рабастан. - Ты же клялся, что в поместье невозможно попасть! Что ты наложил все возможные виды защиты!

- А, так вот кому я обязан подпаленной мантией! - взвыл его старший брат. - Именно из-за тебя камины работают так плохо, что на гостях одежда горит! Я, между прочим, все еще в розыске у Авроров, в отличие от некоторых предателей! Я не могу просто пойти в Косой переулок и купить новую мантию! Мне что, в такой паленой и ходить теперь?!

Рудольфус и Рабастан были очень сильно похожи внешне. Одинаковые фигуры, каштановые волосы, карие глаза, схожие черты лица. В молодости их даже путали. Сейчас их сходство почти исчезло. Рудольфус очень постарел в тюрьме. Он выглядел лет на пятьдесят, а то и старше.

Люциус игнорировал вопли братьев, с ужасом наблюдая за Лордом, который вышел из камина последним и сейчас невозмутимо отряхивал сажу со своей ярко-красной мантии. Закончив приводить себя в порядок, Волан-де-Морт прошел к столу и поворошил карты:

- В пикет играем, - констатировал он и уселся в освободившееся кресло. - Садитесь, что стоите? - радушно пригласил Лорд остальных.

Лестранджи расположились на диванчике, Люциус устроился на стуле, подальше от бывшего хозяина. Регулус выбрал кресло справа от Реддла, а Антонин - слева. В комнате установилась напряженная тишина. Гости рассматривали комнату, в которой оказались, жители дома старались сдержать паническую дрожь. С одной стороны, Гарри они, конечно, нужны живые и здоровые, а с другой, Поттер далеко, а обманутый Волан-де-Морт - вот он, рядышком! Ой, как бы Круциатусы не полетели. Но Лорд был спокоен. Он сграбастал в руки карточную колоду и предложил:

- Давайте в покер что ли сыграем.

Все понимали, что игра является не более чем прелюдией к серьезному разговору. Люциус икнул и пододвинулся к столу.

- Антонину сдавать не позволяйте, милорд! - тут же влез Рудольфус, стремясь разрядить обстановку. - Он жульничает!

- Сам ты шулер! - картинно обиделся Долохов. - В следующий раз будешь от Беллы прятаться, ко мне не приходи!

До Азкабана Антонин был очень даже симпатичным мужчиной, но тринадцать лет заключения изменили его: прибавилось седины в густой кудрявой шевелюре, на лбу, в уголках глаз, у рта скопились морщинки, губы потрескались. Прибавилось и шрамов: когда его арестовывали, Долохов дрался до последнего, понимая, что его ждет либо смертная казнь, либо длительное тюремное заключение. Он был болезненно худым, потому что паек в Азкабане весьма скуден. На Рыцарей Темного Ордена, а Антонин был им, дементоры воздействовали в меньшей степени, чем на простых людей, но он все же не был избавлен от их губительного влияния. Так что некоторые психические отклонения у него были, как, впрочем, и у Рабастана.

Лорд кивнул, протянул колоду Люциусу и пояснил свой выбор:

- Я с Малфоем в покер играть не сяду. Блефует хорошо, - на последних словах его красные глаза зло блеснули, а голос сорвался на шипение.

- Простите, милорд, - простонал блондин.

- Вот уж на кого никогда бы не подумал, так на тебя и на Рабастана, - завелся Волан-де-Морт. - Это же надо так врать было! Как вы могли! Я же вас к себе приблизил, почти не наказывал! И идеи мои были только для поддержания высокого общественного положения чистокровных волшебников! Предатели!! И не говорите мне, что сделали это по приказу Господина, потому что в газетах написано, что вы уже не первый год этим промышляете, еще до появления у нас Главы Ордена!

Люциус и Рабастан смущенно опустили головы и покорно выслушивали оскорбления Лорда в течение следующих двадцати минут. Потом Волан-де-Морт поуспокоился и перестал орать, только продолжал злобно зыркать глазами.

- Нельзя так нервничать, милорд, вредно для здоровья, - бодро проговорил Регулус, отвлекая внимание потомка Слизерина на себя.

Реддл скривился:

- Блек, я что по-твоему, совсем идиот? Какое кому дело теперь до моего здоровья?!

Остальные недоуменно переглянулись. Волан-де-Морт пояснил свои слова:

- Я же, акромантулы вас разорви лорд Волан-де-Морт, терроризировавший Англию не одно десятилетие, самый страшный волшебник современности! Я прекрасно понимаю, к чему дело идет!

- И к чему же? - робко пискнул Люциус.

- К тому, что Глава Ордена сбросил меня со счетов. Ставка делается на то, что Поттер убьет меня. Люциус и Рабастан, очевидно, получат важные государственные посты после моей кончины. Регулус подозрительно вовремя появился в моем замке. Послан Господином шпионить за мной, а, Блек? Да и с братцем, наверное, общаешься? Тебя тоже, небось, должность в министерстве ждет? Особенно, если учесть, что ты и Поттер появились в Англии с разницей в месяц. А Мальчика-Который-Выжил сейчас активно рекламируют. Он что, тоже наш?

Рудольфус и Антонин выглядели одновременно задумчивыми и удивленными. Видимо, такие выкладки им в голову не приходили, но перечисленные факты выглядели очень даже логично. Люциус и Рабастан нервничали. Регулус размышлял о том, что можно, а что нельзя рассказывать. Наконец, он решил выдать часть информации.

- В чем-то вы правы, милорд. Я прибыл к вам по распоряжению Главы Ордена. А Поттер - действительно Рыцарь Тьмы.

Долохов и Лестрандж-старший звучно выругались. То, что они, оказывается, на одной стороне с Героем Магического Мира их шокировало. Но Регулус еще не закончил:

- Как вы все понимаете, Господин передо мной не отсчитывается, но кое-какие выводы я сделал самостоятельно.

- Например? - навострил уши Долохов.

- Например, Поттер действительно одержит победу в этой войне. Волан-де-Морт умрет.

Лорд зарычал.

- Теперь понятно, как Поттера, нашего святого Злотого Мальчика Дамблдора, в Темный Орден заманили! - хихикнул Долохов. - Нашли слабое место.

- Не вижу ничего смешного! - рявкнул Волан-де-Морт.

Он откинулся на спинку кресла и устало потер глаза. В комнате воцарилась полная тишина. Том вспоминал все события, произошедшие за последний месяц. Он был далеко не так безумен, как полагали многие, но поддерживал их заблуждения, потому что ему это было на руку. Его недооценивали. Псих не может быть достаточно хитроумен, не правда ли? Первого сентября он открыл «Ежедневный пророк» и увидел фотографию нагло усмехающегося Поттера. Это странное чувство облегчения, охватившее Лорда на какие-то доли секунды... Его маленький кузен, последний из Слизеринов (Лорд уже не наделся, что у него когда-нибудь будет возможность продолжить род), был в полном порядке. А потом гнев, потому что этот проклятый мальчишка решился вернуться, да еще и прямо со страниц газет бросает ему вызов! И Том послал ему приветствие. Нападение на Косой переулок было тщательно спланировано. Реддл был уверен, что никто не заподозрит в этом рейде чего-то большего, чем злость на Поттера. Захватить Олливандера было сложно. Пожирателям пришлось долго сдерживать Авроров и Фениксов, прежде чем Лорд, Розье и Долохов взломали систему защиты магазина волшебных палочек. Теперь старый мастер сидел в подземелье замка Слизеринов и... молчал, как лепрекон, у которого спросили, где находится его золото, отказываясь рассказывать, как преодолеть эффект «приори инкантатем». А потом пришло письмо от Господина. О! Как Том взбесился, поняв, что Рабастан и Люциус предали его! Запытать их! Сгноить в подвалах! Скормить Нагини! Но... о Мерлин, опять это словечко... Господину они нужны. Живые и здоровые! Га-адство! Короче, спектакль он разыграл. А потом сел и подумал. И пришел к тем самым выводам, которые изложил соратникам по Темному Ордену. Волан-де-Морту пришло время умереть. Что же, если это - распоряжение Господина, если это действительно нужно Ордену, то он ничего не может поделать.

- Плесни мне, Антонин, я знаю, у тебя есть, - вяло буркнул Реддл.

Долохов молча достал откуда-то из складок мантии фляжку, Рабастан наколдовал всем стаканы. Через пару минут Рыцари дружно опустошили емкости. Люциус и Регулус закашлялись:

- Моргана! Что это за пойло, Антонин?

- Водка, - развел руками Долохов.

- Тут привычка нужна, - с довольным лицом сообщил Рудольфус и лихо занюхал выпивку рукавом.

Волшебники посмотрели на него, как на заразного больного. Антонин захихикал. Люциус фыркнул и, наконец, перемешал карты. Рабастан отлучился ненадолго и вернулся с бутылкой марочного коньяка. Когда он открывал дверь гостиной, откуда-то из глубины дома послышался страшный звук. Наполовину стон, наполовину вой.

- Ты что, Люциус, в подвале пленников держишь? Магглов? - заинтересовался Лорд, прислушиваясь.

- Нет, - поморщился Лестрандж-младший. - Это собаки.

Мужчины переглянулись. Всем присутствующим было известно о привязанности блондина к псам.

Вместо фишек волшебники выгребли из карманов галеоны. Как только игроки внесли первый банк, Люциус лихо сдал каждому по три карты. Рудольфус заглянул в свои карты, усмехнулся и погладил фишки-галеоны, собираясь начать торги. Малфой подумал, что Лестрандж-старший очень несдержанный человек, в отличие от брата. Долохов в этот момент взглянул на Рудольфуса и зевнул. Верный знак того, что он высоко оценивал свои шансы на выигрыш. Рабастан переглянулся с братом. Малфой попытался скрыть улыбку. То, что эти двое провели тринадцать лет в одиночных камерах Азкабана, вовсе не разрушило их братского единства. Сейчас начнут жульничать вместе, как в детстве. Лорд с совершенно бесстрастным лицом выдвинул на середину стола пару галеонов:

- Поднимаю.

Малфой бросил взгляд на карты Волан-де-Морта. На столе лежала открытая десятка. Видимо, на руках была какая-то карта, подкрепляющая ее. Регулус молча сбросил карты. Не любит рисковать деньгами. Долохов поддержал ставку. Антонин игрок жесткий, если торговался таким образом, значит, более чем уверен в своих картах.

Люциус хорошо знал привычки каждого из них в игре. Он был человеком наблюдательным, с хорошей памятью. А играли они часто. Надо же чем-то заниматься между рейдами. Люциус мог пойти в Косую алею или в министерство. Лорд отвлекался на планирование коварных планов (на самом деле Том все еще тайком пытался сварить какое-нибудь зелье, способное вернуть ему человеческий внешний вид, но его соратникам это было неизвестно). А бывшие узники Азкабана были вынуждены целыми днями маяться от скуки в стенах замка Слизеринов. Покер, пикет, ломбр, сквошь - что угодно, лишь бы развлечься. Малфой повторно роздал карты. Так, у Рабастана на лице промелькнуло разочарование, следовательно, он выходит из игры. Лорд, Долохов и Рудольфус повысили ставки. На пятом круге торгов ставки удвоились. Теперь каждый из оставшихся игроков, вероятно, будет участвовать в партии до конца. Перед Рудольфусом лежали два туза и две восьмерки, все черной масти. Ставки опять повысились. Регулус и Рабастан зашушукались. Люциус выдал последнюю сдачу карт. Рудольфус задумался и еще раз повысил ставку, косясь на невозмутимого Лорда. Долохов обиженно выдохнул:

- Сворачиваюсь.

Лорд ответил на ставку Рудольфуса и перевернул свои карты:

- Прямой флэш.

Лестранджа перекосило. Долохов поджал губы. Реддл усмехнулся: раз уж вскоре будет убит, то хотя бы обыграет их напоследок подчистую. Оставит своему маленькому кузену Поттеру наследство. Пусть потом с министерством объясняется, за какие это заслуги ему Темный Лорд завещал крупную сумму денег. Волшебники приложились к бокалам с коньяком. Игра продолжилась.

Геллерт раздраженно отряхнул подпаленную мантию от налипшей сажи. Он был отправлен министром в поместье Малфоев, чтобы попробовать убедить Люциуса профинансировать очередной бездарный проект. Вообще-то молодого чиновника должен был сопровождать служащий аврората Кингсли Бруствер, который ежедневно навещал особняк с проверками. Но сегодня Бруствер был занят в Косом переулке, а заменить его было некем, поэтому секретарь министра отправился один. И никому даже в голову не пришло, что новая усиленная защита дома специально настроена, чтобы пропускать только Кингсли! Никогда Перси Уизли не смог бы пройти все созданные Люциусом щиты! Только то, что Геллерт был большим знатоком в области Темных искусств, а так же тот факт, что он сам, так же как и хозяин поместья, был Рыцарем Темного Ордена помогло ему найти лазейку в защите. И то мантию подпалил. А ведь новая была! А зарплаты в министерстве не такие уж и большие, чтобы часто обновки покупать!

Гриндевальд огляделся. Он находился в просторном холле. Мрамор, колонны, стены выложены мозаикой, витражи на больших окнах. Короче, ничего не изменилось с его прошлого визита. Он был здесь в свите тогдашнего Главы Ордена перед Мировой Войной. И Геллерт помнил, насколько велик особняк. Ну, и как прикажете искать здесь хозяина? Волшебник призвал эльфа и попросил помощи у него. Следуя инструкциям маленького существа, Гриндевальд поднялся на второй этаж и приблизился к дверям гостиной. Оттуда доносились звуки гитары. Кто-то пел по-русски. Изумившись, Геллерт распахнул дверь и неверяще уставился на происходящее.

В гостиной поместья Дамблдоровского шпиона и предателя Пожирателей разыскиваемый властями за пособничество Волан-де-Морту Долохов играл на гитаре и пел песни, развалившись в кресле. Рудольфус и Рабастан Лестранджи (предположительно рассорившиеся из-за предательства младшего) танцевали вальс посреди комнаты. Точнее пытались, их штормило. Очевидно, напившиеся до невменяемости Малфой вместе с Регулусом Блеком, считавшимся покойным, ползали по полу и пытались собрать с ковра рассыпанные карты. Темный Лорд, не далее как на прошлой неделе посылавший своих Пожирателей убить Люциуса и Рабастана, развалился на диване с бокалом бренди в одной руке и сигаретой в другой, покачивая ногой в такт музыке.

- О, Мерлин! - выдохнул Геллерт.

Малфой услышал его и поднял голову. К своему несчастью в этот момент он находился под столом, поэтому ударился головой. Блондин зашипел, то ли из-за того, что увидел Перси Уизли в собственном поместье, то ли от боли. Долохов замер с открытым ртом. Рабастан споткнулся о ногу брата и свалился на пол рядом с Регулусом. Рудольфус привалился к спинке дивана. Лорд отставил бокал и пытался найти свою волшебную палочку в складках мантии. Немая сцена длилась несколько секунд.

- Я забыл о проверке из министерства, - простонал Малфой.

- Ты идиот, Люциус, - растеряно пробормотал Долохов; как самый трезвый из присутствующих он уже достал палочку и направил на гостя.

- Только не убивай! - предупредил Рабастан. - Лучше Обливиэйт!

- Спокойно! Все свои! - Регулус поднялся с пола и попытался успокоить своих приятелей.

- А если бы пришел не я, а Кингсли? - причитал Геллерт, не обращая внимания на происходящее вокруг. - Господин вас всех поубивал бы за такой прокол. Он так старался, газетные статьи организовал, на министра надавил, а вы...

- Как это свои?! - удивился Лорд. - Поттер - наш, это я еще понимаю. Но Уизли?!

Остальные поддержали Реддла одобрительным гулом.

- Он под Оборотным зельем, - отмахнулся Блек. - Наш шпион в министерстве.

Все присутствующие немедленно уставились на рыжего человека, пытаясь определить, кто это. Заметив их любопытство, гость успокоился и с достоинством представился:

- Геллерт Гриндевальд вашим услугам, господа.

Присутствующие не очень удивились факту, что Гриндевальд жив. Они всегда это подозревали. Но поспешили засвидетельствовать свое почтение, такому уважаемому человеку. После чего старый волшебник, наложил на всех отрезвляющие чары, устроил им разнос за пьянку, поставившую под угрозу план Господина. Успокоившись, Геллерт напомнил Регулусу о его планах на вечер.

- Раз уж ты, Том, теперь все знаешь, - сказал Геллерт, обращаясь к Волан-де-Морту по-простому, как Темный Лорд к Темному Лорду, - то Регулусу и отговорок придумывать не надо.

- А куда он пойдет? - спросил Рудольфус, усаживаясь в соседнее с Долоховым кресло.

Отрезвляющее заклинание действовало медленно, так что соображали Рыцари еще плохо.

- Я собирался сходить к Сириусу, - признался Блек. - Надо наладить дружеские отношения. Он, как-никак, крестный будущего победителя Волан-де-Морта.

Реддла перекосило, но он смолчал, только отвернулся и прикурил от волшебной палочки вторую сигарету, потому что первая прогорела, пока ждала его внимания.

- Так в доме Блеков же штаб Фениксов. Как ты собираешься войти? - заинтересовался Антонин.

- Я же хозяин! Сириус у нас хоть и старший брат, но все-таки осквернитель рода! Я уверен, что дом для меня сам откроется!

Регулус стоял посреди комнаты, заложив руки за спину и покачиваясь с пятки на носок.

- Тогда я с тобой! - обрадовался Рабастан, поднимаясь, наконец, с пола. - Не могу больше в поместье сидеть. У меня после тюрьмы заскоки бывают от долгого сидения в одном и том же доме, - Лестрандж-младший покрутил рукой у себя над головой.

- Я тоже пойду, - решил Люциус, бросая на стол собранные с ковра карты. - Посидим, по-родственному, по-домашнему.

- Почему по-родственному? - не понял Долохов.

- Ну как, Регулус и Сириус - моей Нарциссы двоюродные братья. А Рабастан - деверь Беллатрикс, которая тоже в девичестве Блек, между прочим.

- Так, может, и мне пойти? - хмыкнул Рудольфус. - И Беллу возьмем. Устроим замирение, всепрощение, а там и оправдательный приговор в Визенгамоте.

- От Господина таких распоряжений не поступало! - возмутился Геллерт.

Гриндевальд уже успел устроиться на диванчике, рядом с Томом. Выглядело это... странно. Пожирателей коробило оттого, что старый Рыцарь выглядел как Уизли.

- Не поступало, так не поступало, - буркнул Рудольфус обижено.

И тут в окно постучала сова. Мужчины недоуменно переглянулись. У кого могло хватить совести отправить сову с письмом в такую погоду? Люциус открыл раму и впустил птицу в комнату. Она отряхнулась и протянула Малфою лапку.

- От кого? - поинтересовался Долохов.

Люциус внимательно прочитал послание. Нахмурился и перечитал еще раз. Прикусил губу.

- Ты прав, Регулус. Нам сегодня просто необходимо идти к Сириусу.

- Это почему же? - поинтересовался Блек.

- Господин выбрал моему сыну невесту.

- И при чем тут Сириус? - не поняли все.

- Ее родители за Дамблдора, - убито сообщил Малфой. - Пусть Сириус нас познакомит, что ли.

- Кто? Чистокровная хотя бы? - заинтересовался Лорд, прикуривая еще одну сигарету.

- Сьюзен Боунс. Чистокровная, - ответил Люциус тихим печальным голосом.

Мужчины заахали удивленно. Они не могли понять, зачем Господину понадобилось женить Драко на этой девушке. Чем, к примеру, Паркинсон хуже? Или вот у Флинтов девочка есть на выданье? Чистокровные, мужчины рода всегда в Темный Орден вступали. А тут какая-то Боунс. Всего восемь поколений волшебников!

- Ну, она должна быть довольно сильной ведьмой, - протянул Долохов. - Помните ее тетку? В министерстве работала. Сколько рядовых Пожирателей тогда полегло, когда ее убили?

- О! Точно! - кивнул Волан-де-Морт. - А кто ее, кстати, убил?

- Не я, - отказался Антонин. - Мы с Руквудом и Мальсибером тогда с лихорадкой валялись после тюрьмы.

- Я вообще, после вашего воскрешения, милорд, еще волшебников не убивал - только магглов. Слава Моргане! Как бы я теперь новым родственникам в глаза смотрел? - облегченно вздохнул Люциус.

- Так, вроде, это Кэрроу были, нет? - предположил Рудольфус, когда все с подозрением уставились на него.

- Да какая разница, - фыркнул Регулус. - Мы же не будем теперь вендетту устраивать.

- А вдруг родители невесты спросят об этом? - встревожено спросил Малфой.

- Скажешь, что не знаешь, да и все, - буркнул Геллерт. - Ладно, все, расходитесь уже!

Ворча, Лорд, Долохов и Рудольфус ушли через камин в замок Слизеринов, прихватив гитару. Геллерт тем же путем отправился министерство. А Люциус, Рабастан и Регулус аппарировали в маггловский Лондон.

Сириус сидел на кухне фамильного особняка вместе с Ремусом Люпином, Молли Уизли и Тонкс и пил чай, когда громко хлопнула дверь в прихожей. Все жители дома дружно поморщились и приготовились выслушать поток ругательств в исполнении портрета миссис Блек. И портрет действительно завопил:

- Ой! Наконец-то! В доме Блеков нормальные чистокровные волшебники! Гордость рода! Отрада для моих несчастных глаз!

Так старуха приветствовала только нескольких посетителей: Люциуса, Драко и Рабастана. Сириус улыбнулся и обернулся к двери, собираясь приветствовать бывших шпионов, Ремус приготовился вытрясать из аристократов все подробности их разоблачения, которые были известны только Снейпу, Дамблдору и министру, Тонкс уронила на пол чашку с чаем и бросилась поднимать осколки, а миссис Уизли обеспокоилась, чем же накормить страдальцев. Но тут портрет в холле повысил голос до визга:

- Кровиночка! Вернулся, мальчик мой! Сыночек любимый!

Ремус подавился чаем, Тонкс уронила только что собранные осколки, Сириус вскочил. На кухню вошли трое мужчин. На Малфоя и Лестранджа никто не обратил внимания, потому что на пороге кухни с самодовольной ухмылкой застыл почивший по официальным данным восемнадцать лет назад Регулус Арктурус Блек собственной персоной. Так бы все и стояли долго-долго, не решаясь произнести ни слова, если бы не Люциус.

- Миссис Уизли, мы страшно голодны. У Вас не найдется чего-нибудь перекусить? - поинтересовался блондин, решивший ради такого случая быть любезным с этой «осквернительницей крови».

Молли заулыбалась и поспешила к плите, собираясь подогреть рагу, оставшееся с обеда. Трое пришедших мужчин расположились за столом. Сириус, Ремус и Тонкс продолжали сверлить Регулуса взглядами. Они, конечно, знали уже, что он жив, но не ожидали его увидеть. Его появление было неожиданностью. Регулус в свою очередь страшно нервничал, хотя и успешно скрывал это за нагловатой усмешкой. Что бы там не говорилось вслух, но Рег любил Сири так, как младший брат может любить старшего. Сириус нередко нянчился и играл с ним, когда они были еще маленькими. Они вместе лазили на чердак, дрались подушками из-за игрушек, читали сказки... А потом оказались на враждующих факультетах в Хогвартсе. И мама с папой твердили, что Сириус - позор рода. Что мог сделать Регулус? Пойти против семьи? О, помилуйте! Он, в конце концов, был лишь ребенком! Он многого не понимал. Но это не значило, что однажды утром он проснулся и перестал любить старшего братика. О, Моргана, да ведь Сириус даже в школе с ним нянчился. На втором курсе младшего Блека взяли в сборную Слизерина по квидичу ловцом. Однажды в игре против Когтеврана ему разбили нос. Когда Сириус увидел это, то сначала вылечил брата, а потом устроил массу неприятностей виновнику происшествия. И такое случалось не единожды. Кстати, именно Сириус первым заметил, что Регулус влюблен в Рабастана. В общем, сейчас Регулус ужасно нервничал. Дом принял его так, будто он никуда и не уходил. А примет ли его старший брат? После того, как Рег стал Пожирателем, после стольких лет? С ужасом мужчина вспомнил тот день, когда брат узнал, что он принял метку. Блек-младший сказал тогда Сириусу много неприятного, но это было необходимо ведь вокруг было полно наблюдателей, которые донесли бы о любой странности в поведении Лорду.

- Привет, Сириус, - тихо сказал Регулус, перестав кривить губы в притворной улыбке. Несколько мгновений Блек-старший сидел не двигаясь, обдумывая. В эти секунды в его голове проносилось все: и то, как он таскал братца на руках в детстве, и школьные ссоры, и как однажды третьекурсник Регулус отомстил семикурснице Беллатрикс, когда она плохо высказалась о Сириусе, и как Дамблдор сказал ему о том, что Регулус, видимо, принял метку. Вспомнилось, как, узнав это, он, уже закончивший Хогвартс, прилетел в Хогсмит в выходной день. Как, найдя брата в «Трех метлах», прямо посреди бара задрал ему левый рукав и орал на него. Потому что метка была там. И Регулус дал ему пощечину тогда, обозвал осквернителем рода, плюнул ему под ноги. И в глазах младшего Блека стояли слезы. Родители продали его Темному Лорду, а Сириус не смог его спасти. Ведь Регулус вовсе не хотел убивать! А спустя год Бродяга узнал о смерти юноши. Говорили, что его убили Пожиратели...

Сириус встал, подошел к брату и крепко его обнял.

- Привет, Регулус.

Глава 11. Хогвартс, часть 2

Женатые мужчины живут дольше, а холостые - интереснее.

Шестнадцатого сентября Гарри встал утром в прекрасном настроении. В теле царила необычайная легкость. Хотелось, если не петь и танцевать, то хотя бы сделать зарядку. Жизнь прекрасна! Все планы идеально выполняются! Пока. Последняя мысль несколько испортила настроение. Гарри отправился в душ, потом уже привычно выпил отворотное зелье. В прошлые выходные кто-то уже подсуетился и подлил ему Любовное зелье. Гарри почувствовал тогда в тыквенном соке его специфический привкус. К счастью, он регулярно принимал антидот, и все обошлось. Разбуженные его ходьбой по комнате однокурсники заворочались в постелях. Первым встал Симус, он окинул еще неодетого после душа Гарри любопытным взглядом. Поттер фыркнул и стал одеваться.

Спускаясь по лестнице в гриффиндорскую гостиную в компании нескольких младшекурсников, Гарри представлял, что сегодня будет за завтраком. Позавчера вечером Волан-де-Морт «разоблачил» Малфоя и Лестранджа. Поттеру было жаль, что он не мог видеть этого лично, зрелище скорее всего было увлекательным, но что поделаешь, юноша не мог покинуть Хогвартс. Но ему прислали подробные отчеты и сам Темный Лорд, и Регулус, и Люциус. Вчера о провале шпионов узнали Дамблдор, его Фениксы и министерство. Сегодня об этом напишут в «Пророке». Кто-то из обывателей удивится, что аристократы работали на Фениксов, кто-то ужаснется тому, что Лорд сделал с предателями, а кто-то поразится пронырливости Скитер, которая смогла взять у них интервью. И вовсе не обязательно им всем знать, что репортаж был написан за несколько дней до «разоблачения» в грязной комнатке в «Кабаньей голове» совместными усилиями Гарри и Риты. Знали бы люди, сколько галеонов стоила заранее сделанная фотография измученных пыточными проклятиями Люциуса и Рабастана. Пришлось найти гримера, который придал мужчинам соответствующий вид и фотографа. Обоим хорошо заплатили за работу, очень даже хорошо. А потом на всякий случай стерли память.

Гарри было чрезвычайно любопытно посмотреть на реакцию окружающих, когда все узнают, что Малфои все это время не поддерживали Темного Лорда. Также было интересно узнать реакцию Драко, потому что юноша еще тоже ничего не знал. Поттер надеялся, что у молодых Рыцарей из Слизерина хватит ума дружески поддержать Малфоя и открыто показать свою неприязнь к Лорду. Предвкушая это зрелище, Гарри поприветствовал Гермиону, они дождались Рона и вместе спустились к завтраку. Кстати, наблюдая в течение двух недель за отношениями этих двоих, Поттер пришел к выводу, что они вместе просто по привычке. Да, Рон и Гермиона считались парой и, скорее всего, любили друг друга, но это была любовь брата и сестры. Они целовались, дотрагивались друг до друга, но делали это как-то неохотно, по необходимости. Для них было более естественным и приятным посидеть рядом у камина с книгой или сыграть в шахматы.