Тактик.12

Глава 17 Эффект домино

Я потратил день на то, чтобы собрать каких мы смогли найти глав гильдий, старейшин, высших чиновников всех рангов, парочку судей, главарей бандитов.

Только люди.

То есть, конечно, нелюдей-лидеров мнений тоже собрали, но отдельно.

Я встретился с высокопоставленными и слегка испуганными горожанами в столовой магистрата. Они даже сидели прямо за столами так, будто собирались кушать.

— Здравствуйте, меня зовут герцог генерал Рос Голицын, — представился я. — Я вам не друг, не сосед и не родственник. Поэтому вы не обязаны меня любить. Однако мои войска запросили древнего права на разграбление захваченного города. И такой обычай действительно существует.

Горожане испуганно молчали.

— Однако! — я поднял палец, — Что бы там не говорила про меня пропаганда, Штатгаль захваченные города не грабит. И поэтому я решил спросить вашего мнения. И тут на чашу весов я положил шесть тысяч захваченных пленных из ополчения, ваши жизни и имущество, целостность ваших домов…

Женщина, такая высокая что у неё, кажется, в роду были тролли, осторожно подняла руку.

— Сэр генерал… Если Вы говорите про чашу весов, то чаш же две. Может быть, мы можем что-то тоже положить на весы?

— Да, можете. Конечно, можете, сударыня. Для этого я вас и позвал. Сделка… Я отдаю вам ополчение и тех из стражников стены, на которых вы укажете пальцем, как на родственников и соседей. С условием, что они не станут сражаться, как только их отпустят, мы их разоружим и сдадим вам на руки. Мы не тронем дома и будем вести себя сравнительно мирно. Солдаты в лавках будут покупать, а не грабить, тем более, поверьте мне, деньги у них есть. А вы запустите госпиталь.

— Погодите, — потрясла головой женщина, — Вы говорите, лавки…

— Да. Вы откроете лавки, запустите магистрат и рынок. Разумеется, только те торговцы, кто сами этого хотят. Магистрат будет работать совестно с моей комендатурой и принимать жалобы. Это в случае, если мои солдаты или умарцы будут вести себя враждебно или если вы заметите поджигателей, диверсантов или дезертиров, которые способны навредить порядку в городе. Мне нужно, чтобы вернулась назад пожарная команда, которая станет следить за тем, чтобы вы не полыхнули, потому что этой ночью ваши пожары тушили мои маги. Так всё время продолжаться не может.

— А госпиталь? Нужно лечить ваших раненых?

— Не моих, — буркнул я. — Ваших. И это прямо очень срочно, потому что ваших раненых в десятки раз больше. Мне нужно, чтобы через час уже развернулся госпиталь, и ваши раненые не превратились в трупы. И ещё, уже образовавшиеся трупы… Нужны команды из горожан, которые расчистят улицы и приберут трупы, чтобы в городе не началась эпидемия. И главное условие — я ожидаю, что вы не станете бить нам в спину. Засады, нападения, диверсии — исключены. Иначе я знаю другой способ сделать свои тылы безопасными. Знаете какой?

Никто не переспросил, но я всё же озвучил альтернативу.

— Мы выстроим временный мост через Канал и станем пинками выгонять вас из домов, квартал за кварталом. Я выгоню вас в ту часть города, которая мной не контролируется, выгоню вас на улицу, прогоню из этих кварталов, а ваши пустые дома отдам на разграбление моим войскам. И это ещё не самое худшее, потому что завтра война распространится на остальную часть Монта. Итак, мне нужно, чтобы вы согласились, потому что это хорошая сделка.

Женщина посмотрела на своих сограждан.

— Я… я думаю мы все согласны, лорд.

— Хорошо. Патрули мои, ваша пожарка, уборка трупов, госпиталь для лечения ваших раненых. Все согласны? Если есть возражения, говорите сейчас, чтобы потом не было разговоров, что мы молчали, но были не согласны.

…

Через полчаса после людей я встретился в другом зале с не-людскими общинами кварталов, гномами, эльфами и орками. Тут разговор был куда проще.

Во-первых, в моей армии были быстро нащупаны те, кто имел дальнюю родню в Монте, родственники родственников, дальние кузены или шестиюродные дедушки.

Во-вторых, все местные были в курсе моих межрасовых ачивок-достижений. Орки уже знали, что я имею легендарный статус Владыки Орды. Эльфы плотно общались с Орофином и Фаэном, возможно, ещё и с теми соплеменниками, кто не называет своих имён. Гномы знали, что я носитель знака «Гве-дхай-бригитт», который к тому же приберёг их кварталы при штурме.

Тем я вообще сразу выдал соплеменников не только ополченцев, но и даже наёмников, просто чтобы те за ними присмотрели, договорился о совместном патрулировании и открытии лавок. В дополнение к этому, гномам тут же продал часть трофейного вооружения, которого в ходе боёв набрал невероятное количество.

Гномы также были наняты спешно чинить Привратную башню Хомцвиш и ворота обоих направлений, все три народа получили право беспрепятственно покинуть город, потому что боялись, что после завершения боёв будут погромы.

К вечеру стали расчищать улицы, убирать баррикады, чистить город, и в мою часть Монта вернулось некое скромное подобие мирной жизни.

Да, за рекой «Канал» бродили бруосакцы, там даже разбили лагерь два полка, который демонстративно выставили флаги на набережной со свой стороны, словно провоцируя нас, но мои войска в ответ на берег я не вывел. Достаточно скрытной разведки на крышах.

Я успел лечь спать в магистрате и даже проспать пару часов, когда меня разбудил Орофин. Судя по тому, что Иртык его допустил к моему телу без разговоров (хотя эльф в упрямстве своём способен и через окно пробраться), дело было серьёзное.

Орофин потащил меня в коридор, а оттуда по узенькой лестнице куда-то вверх.

Ночной ветер на крыше магистрата, а это было чуть ли не самое высокое здание в контролируемой мной части города, пробирал до костей даже сквозь плотную ткань плаща. Я стоял на смотровой площадке на крыше парапета захваченной башни и грел руки о кружку с травяным отваром, которую мне вручили заботливые обозники.

Внизу, в лабиринте улиц нашего сектора, царила неестественная тишина, изредка нарушаемая лишь чётким ритмом шагов патрулей.

Несмотря на то, что комендантский час я не объявлял, дураков бродить в темноте по захваченному городу не было, к тому же не работал ни один кабак.

Рой послушно вывел мне статистику:

Сектор : Западный Административный округ

Статус : Стабилен

Нарушения периметра : 0

Мы сделали свою работу. Взяли кусок пирога, стремительно прошлись по нему, оставили жизнь большей части ополчения, навели порядок без массовых повешений и установили если не мир, то по крайней мере — зияющую пустоту и тишину.

Мои и умарские бойцы спали, ели или несли вахту. Конечно, к чести сказать, они делали это по соседству с нелюдскими кварталами. Потому что людям Монта не доверяли, они превратили лагеря в укрепрайоны и по крышам расставлено три сотни скрытых постов разведки, но всё же город затих.

Точнее, моя часть города.

Я сделал глоток горячего варева. Горький вкус полыни и мяты обжёг язык.

Орофин указал мне направо, туда, где городская застройка тонула в непроглядной темноте. Там, в нескольких милях от нас, лежали обширные густонаселённые районы, контролируемые войсками Вейрана.

Небо над северными кварталами внезапно раскололось.

Фиолетовая вспышка ударила из низких облаков, осветив шпили башен мертвенным светом. Следом донёсся звук. Глухой, раскатистый удар, от которого отозвались гулом камни под ногами.

Я даже не вздрогнул, только посмотрел на эльфа. Просто поднёс кружку к губам и сделал ещё один глоток. Эльф кивнул.

— Да, это оно, босс, — только и сказал Орофин.

Началось.

Вторая вспышка была ярче. Огненный шар размером с дом врезался в стену у Северных ворот. Грохот взрыва смешался с далёким, но отчётливым рёвом тысяч глоток. Боевые рога запели свою песню, перекрывая друг друга.

Была ночь, но как показали недавние события, сражения бывают и ночью.

«Фомир, ты не спишь?» — обратился я к магу через Рой.

«Уснёшь тут. Нет, смотрю за этой грозой».

«Верно я понимаю, что это магическая гроза?».

«Да. Я такой магией не владею, но высшие маги… Они заставляют сами тучи бить в нужные точки».

«Славно…».

«О… Я чую формирование концентрированного энергетического пузыря высокого порядка. Что-то сейчас будет, босс».

«А можешь определить, кто это?».

«Гастр Волоокий и его шайка. Это маг принца Гизака, вы с ним вместе пили пиво на званом ужине, командор»

«Фомир, с кем я тогда только не пил. Значит, Гизак?».

«Он».

Выходит, принц Гизак решил, что пора выходить на сцену. Он дал нам сделать всю грязную работу, вскрыть оборону, оттянуть на себя внимание… Ну а теперь собирался въехать в историю на белом коне, как завоеватель города.

Классика жанра.

Учитывая, что принц скорее на моей стороне (хотя до конца я не могу ему доверять), этот вариант меня вполне устраивал. Тем более что, если армия Вейрана продолжит бездействовать, то я могу получить парочку полков королевской гвардии и вернусь к режиму городских боев с бруосакцами.

Пусть как можно больше фигур тоже входят в эту игру, а то что всё Штатгаль, да Штатгаль?

Я поставил кружку на ограду площадки и активировал Птичьего пастуха. Моё сознание рывком переместилось вверх, в тело ночной совы, кружащей над городом.

Мир внизу смотрелся плоским и статичным. Тёмные улицы превратились в схему, расчерченную линиями огня.

У Северных ворот творилось огненное шоу. Гизак не стал мудрить с диверсиями или точечными ударами. Он просто бросил в бой всё, что у него было. Осадные башни ползли к стенам, объятые пламенем. Заряженные по макушку катапульты осаждающих били по площадям, не разбирая, где армия, а где мирные дома. Пехота шла на штурм плотными колоннами, взбивая грязь в пену.

Это было грубо. Это было кроваво. И это работало.

Защитники Монта, которые весь день опасались удара откуда-то с севера, получили его, но не со стороны Назира, а с бокового участка.

Я видел, как золотые львы на знамёнах принца уже мелькают на гребне стены.

Ворота не смогли выбить, но панцирники принца, взобравшись на стену, в жесточайшей схватке завладели привратными башнями и открыли ворота.

Огненные росчерки освещали небо.

По сигналу рогов тяжёлая кавалерия вливается в пробитые ворота, сметая жалкие остатки баррикад за пределами ворот.

Эффект домино. Мы толкнули первую костяшку, и теперь вся конструкция обороны сыпалась с грохотом, который будет слышен даже в тронном зале дворца Вейрана.

Я следил за сражением три четверти часа и убедился, что принц при всей грубости и примитивности его методов и тактики, достиг результата и закрепился внутри города.

Я вернулся в своё тело и потянулся. Суставы хрустнули, Орофин по-прежнему был рядом, как и чашка с отваром, который давно остыл.

Теперь самое интересное. Посмотрим, как долго они смогут поддерживать этот темп, когда упрутся в настоящие укрепления внутри города.

Эльф осторожно потрогал меня за плечо, указывая в направлении востока.

Город Монт большой и стена у него колоссальная. Правда в отличие от обычной стены, как у какого-нибудь Каптье, стена не единая, Монт — это, по сути, склеенные вместе одиннадцать оборонительных периметров, из которых я захватил один, а Гизак ещё один. С нашей крыши видно было плохо, но разгорался новый бой, в этот раз много восточнее и это точно был не Гизак. Но и не Назир, генеральная группировка стояла, нацелившись на центр города.

Я снова нырнул в сознание птицы. Картина вдали менялась с пугающей скоростью.

Атака Гизака стала сигналом. Словно стая падальщиков, почуявших кровь, остальные лорды ринулись рвать добычу.

На востоке, у Речных ворот, вспыхнуло зарево. Граф Монтегрю, который даже не был дружен с принцем Гизаком, гнал свои полки на штурм ворот на своём участке. Он пытался использовать реку, погнать по ней десант, но не преуспел. Я видел, как его солдаты высаживаются с лодок прямо под обстрелом, карабкаются на скользкие причалы. Они гибли десятками, падали в чёрную воду, но лезли вперёд с упорством муравьёв.

Защитники города применили магию, обратив речные доки в пламя, но граф тут же ударил по воротам тараном и в течение минуты пробил их.

Опустилась решётка, таран залили маслом, но нападающие тоже применили магию.

Перед решёткой возник магический голем.

Вот это хреновина! Я так понял, что в ход пошли козыря, таким простым парням, как мы с Фомиром, недоступные. Но простые парни дотопали да вражеской столицы Штатгалем без всей этой красоты.

Голема обстреливали сразу два десятка магов, но он сумел смять решётку и создать проход, в который тут же устремилась гвардия графа.

В районе ворот возник бой. Новая партия лодок привезла подкрепление, но бруосакцы перестроились и устроили баррикаду, обстреливая нападающих и, в итоге, вытеснили их за пределы ворот.

Маги земли со стороны Бруосакса стали тут же отсыпать насыпь, лучники поливали сторонников графа стрелами, графские офицеры скомандовали отбой.

Непонятно, чем это всё кончится, но не похоже, что Монтегрю сдался.

На северном участке в бой пошли башни герцога Эрра Инголо. Его знаменитые лучники засыпали стены огненными стрелами, многие из которых были заряжены магией.

Взрывы не смогли разрушить стену, но под прикрытием такой артиллерии до неё доехали две осадные башни, по которым на стену полезла пехота.

Весь периметр Монта превратился в огненное кольцо. Город подвергся нападениям в нескольких местах.

Но самое интересное происходило внутри.

Защитники Монта метались. Единая система обороны, несмотря на всё новые угрозы, держалась и давала отпор.

Резервы, которые должны были остановить Гизака, развернулись на полпути и бросились к докам, чтобы сдержать Монтегрю.

Значит, Вейран посчитал «сектор» принца Гизака потерянным?

Я сместил фокус зрения на кварталы, прилегающие к нашему сектору. Бруосакские части, которые ещё час назад бродили близ речи и держали нас в напряжении, начали сниматься с позиций. Они уходили. Они организованно отступали вглубь города, оставляя заслоны. Теперь, если ранее бруосакцы намеревались перейти в более глубокую оборону, то всё изменились.

Они понимали, что внешнее давление на наши кварталы прекращено.

— Умно, — прошептал я. — Сдают пешек, чтобы спасти короля.

Кое-где в Монте, в «не моих» районах начинались пожары. Ветер разносил искры, поджигая деревянные крыши.

Отряды принца Гизака прорвались на торговую площадь. Они тут же начали грабить. Золотые львы превратились в мародёров. Солдаты выбивали двери лавок, тащили тюки с товаром, дрались друг с другом за добычу.

Дисциплина? Забудьте. Это была орда, опьянённая лёгкой победой.

Их командиры пытались навести порядок, но джинн уже вылетел из бутылки.

Я перевёл взгляд на свои позиции. Тишина. Порядок. Патрули. Полевые кухни. Тут сказывался эффект вакцины. Перед тем, как мы попали в Монт, мы попали в городок Влебба. Крошечный, торговый, попался нам после замка Труйга. И что я сделал? Я организовал ярмарку, которая продлилась пару дней.

Да, я силой заставил местных торговать с моими солдатами, буквально под угрозой расправы. Но они торговали, к моим бойцам отнеслись с испугом, настороженно, но как к покупателям.

И воины Штатгаля прошли не одну Влеббу, а сотни. И когда мы брали Вальяд, то разговоров о том, чтобы три дня жечь город и насиловать женщин, предварительно вытащив на улицы, уже не было. И не было грабежа и насилия, мои солдаты получали хорошее жалование, на уровне королевской гвардии и могли всё, что им нужно, легально купить.

Сейчас мы в Монте и лавки открыли только нелюди, но это вопрос не принципиальный, главное, что мои бойцы спокойно относятся к вопросам личного обогащения. Хотя лично я не получаю от Назира реальных денег, раздал в качестве зарплаты большие суммы.

Да, о чём можно говорить, если средний солдат моей армии уже имеет на кармане достаточно. Его накопления хватит, чтобы вернувшись домой, куда бы он ни попал — купить ферму, дом и землю, купить дом, открыть лавку или мастерскую.

На мелочах, на некрупных поселениях, на порке задниц и спин тех, кто плохо понимал намёки, на паре десятков повешенных (а такое тоже было) постепенно выработалась привычка не творить бардак.

Контраст был разительным.

Моя армия выглядела островком стабильности в океане безумия. И именно это делало нас опаснее всех остальных вместе взятых. Мы были сфокусированы на войне, а не на грабеже.

На лестнице, ведущей на башню, послышались тяжёлые шаги. Я знал эту походку. Оглянулся на эльфа. Он тоже узнал.

Новак.

Он поднялся на площадку, тяжело дыша. Его доспехи всё ещё были не вычищены после городских боев, он был не выспавшийся, но глаза лихорадочно блестели.

— Командор! — выдохнул он, опираясь рукой о зубец стены. — Ты видишь это? Они посыпались!

Он махнул рукой в сторону реки:

— Бруосакцы отходят! Снимают посты с нашего фланга!

Я кивнул, не отрывая взгляда от пожарищ:

— Вижу, Новак.

— Так чего мы ждём? — он подался вперёд, в его голосе звенел азарт. — У нас открыт путь! Мы можем дать команду сапёрам, те проложат временные мосты, через час мы может ударить им в спину! Отрезать отход! Помочь Гизаку зажать их в клещи!

Он махнул кулаком:

— Парни рвутся в бой. Если мы сейчас навалимся, то к утру будем пить вино в районе площади Роз.

— А смысл? Принц наш союзник, но он следует своим целям. Если мы поможем ему, из-за его спины нарисуется король Назир.

Упоминание короля ожидаемо испортило Новаку настроение.

— Король использует нас и принца как отмычку, чтобы войти как победитель. Нам же надо, чтобы жизнь его потрепала. Более того, я просил о том же принца. Как это ни странно, ему не нужна лёгкая победа.

— Тогда мы застрянем в Монте и война затянется, босс.

— Ну и пёс с ней. Мы с гражданскими договорились? Гори всё огнём. Мы выживем там, где остальные сдохнут и пройдём там, где лорды утонут в слюне. Цезарь воевал в столице Египта… Не важно, что это… Важно, что городские бои длились месяцами. У нас полный обоз провизии и два развёрнутых госпиталя, наладим торговлю и производство, может тут хоть зимовать.

Я указал на горящие кварталы, где «золотые львы» грабили лавки:

— А где будут зимовать они, Новак? Давай мы позаботимся о своих войсках и своей победе. Ты не думай, что я люблю войну саму по себе, но и победа сама по себе мне не нужна.