Темные Боги. 1. Танец для Бога

Глава 53. Таира. Если с магом вышел в путь-веселей дорога! Я с деканом пью чуть-чуть, без декана много!

– Куда спешишь, нареченная? – я повернулась и увидела огненного мага.

– Привет. Есть не так много мест, куда я могу отправиться.... – приподняла воротник пальто.

– Выглядишь уже лучше. Отпустило?

– Даже не знаю… – замялась, не зная, что сказать. – Я планирую сегодня поговорить с Верховной по поводу того, что я видела. Правда, думаю она будет зла, за то, что я сую нос куда не следует.

– Будь осторожна в вопросах. Ты уж прости, но у меня к ней нет доверия. Вообще, у меня есть предложение. Не хочешь со мной и моими друзьями отправиться вечером в центр города?

– Презанятное предложение, но… – маг заметил моё смятение.

– Рауна говорила, что ты редко покидаешь академию и храм, а зря.

– Да, это так. Не шибко разгуляешься, учась в академии и служа в храме. Ты же знаешь, что у меня нет магии?

– Но тебя оберегают Боги. Знаю. Ну так что?

– Ну да, оберегают, – не стала вдаваться в подробности моментов, когда Боги все же не могут меня уберечь. – Да… Знаешь, я с радостью. Не очень–то хочется выходные просидеть в академии. А не скажешь поконкретнее нашу цель в центре города?

– Просто отдохнуть, – маг размял плечо. – Неделя выдалась крайне нелегкой.

– Что с твоим плечом? – не могла не спросить, так как видела его тревожность.

– Играли в войнушку, – усмехнулся. – Магистр Азэрай нас отметелил как котят.

– Оу... Сочувствую… Давай тогда в шесть вечера встретимся у мемориала академии?

– Договорились.

Я приближалась к священным землям Богов. Один из самых больших храмов в мире, посвящённый сразу четырем Богам Стихий. Хотя по своей величине он уступал Темному храму Ваала.

Попасть жрицей именно сюда было наивысшим благословением. Кто и как проводит отбор жриц, мне, так и не известно. Но знаю, что большинство девушек и женщин из знатных семей. Этому храму уже более двух тысяч лет. Та, кто становится Верховной, имеет ранг выше, чем у самой Королевы.

Первая Верховная, Анаид Адамина Ли`Таурбэ, ставшая супругой короля Суарда–Таона Де Равелля первого. До того как она стала королевой, она основала общину помощи нуждающимся женщинам и детям. Неземная красавица с чистым и добрым сердцем, стала моурави–управляющей всеми общинами, что были созданы в городе. Ее считали посланником божественной воли. Вскоре о ней узнал король, который влюбился в нее. Став королевой, она построила этот храм. Хотя королева Анаид обладала лишь магией земли, и по силам не отличалась от обычных магов–она почитала каждого Бога.

Женщины и девочки общины танцевали, пели, играли на арфах и флейтах, восхваляли и жили для Богов Стихий. И вскоре культ поклонения всем четырем Богам, разросся по всему миру. Со временем, как и в нашем мире, традиции и устои сменялись.

Некоторые вещи мне казались странными. Молодые жрицы не имели права разговаривать в храме. В святых стенах они держали безмолвие. Ни одна из жриц не могла обсуждать с другими то, что поведали ей Боги, если такое случалось. Я не знаю кому и как часто они вообще могли явиться. Но некоторые явно сохраняли эту тайну, словно мировой секрет государства. А стоит у кого–то спросить, так делают лицо, словно ты в их грязное белье залез.

Жрицы не могут влюбляться, и, конечно же, никакого секса до брака или же до конца их жизни. Девушки никогда не знают, будут ли служить всю свою жизнь, или же придется выйти замуж за мужчину, выбранного Богом ее родной стихии. От чего отталкиваются сами Боги, когда выбирают супруга, тоже не ясно. Были ли неудачные браки? Их расторжение? Многие вещи не афишировались девушкам. Самое странное то, что жриц никто не учит танцевать, петь и играть на инструментах. Кому дано, кому не дано. Но каждый выбирал то, что ему по душе. Иногда так и хочется заехать палкой по спине за сутулость! Но самое паскудное, они не развивают свою магию. Помимо искусства, жрицы занимались уборкой, готовкой, молитвами, подношениями и, конечно же, во всем жесткая дисциплина. в итоге, если та выходит замуж к своим двадцати восьми годам, то магия в ней полностью запечатана.

Ненавистную клятву я дала лишь по одной причине. Верховная убеждала меня, что только так я могу быть под защитой всех Богов Стихий. Смертная нареченная без магии, но с божественной силой, видеть то, что не видят другие. Я считала, что, дав клятву, Боги оберегут меня от всего. Но я ошиблась. Была слишком напугана, когда соглашалась на эту навязанную аферу.

Боги никогда не отвечали мне, почему я, а главное, зачем? Хотя иногда они все же говорят какими–нибудь ребусами или головоломками. А ты поди их разгадай, когда вся твоя жизнь сплошная загадка.

– Где Верховная? – спросила у первой попавшейся мне на глаза жрицы.

– В контурном зале, – поклонившись, ответила старшая сестра.

Контурный зал имел странное пересечение линий, множество колон, украшенные барельефами, и всевозможные арки. Он был пятый и самый большой, с мемориалом всем стихиям.

Имрана стояла и молча смотрела туда, где соединились все четыре элемента.

– Здравствуйте, – склонилась я в поклоне.

– Здравствуй, Таирлана, – ответила она, даже не повернувшись.

– Я могу с вами поговорить?

– О чем же?

– О смерти Рауны, а точнее, о ее убийстве, – мой решительный голос эхом прошелся по залу и, кажется, достиг каждого угла.

Жрица резко обернулась, смотря на меня пустыми серыми глазами как безумная. Мимо проходящая жрица уронила поднос с подношениями. Торопливо, и явно испуганно, начала собирать упавшее.

Верховная жрица быстрым шагом пошла в сторону сада, а я последовала за ней.

Убедившись, что рядом никого, она снова взглянула на меня, словно ожидала от меня каких–то слов. Но мне нечего было ей сказать, разве что, какого все–таки черта происходит?

– Я жду, – ответила она, не сводила с меня пристального взгляда. Ее голос был сердит. И она явно не хотела этого разговора.

– Хочу знать, что произошло с Рауной?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍– Это не касается тебя! –жестко ответила она.

– Как раз таки меня и касается! Это касается всех нас! Всех тех, кто живет в храме и думает, что находится под защитой.

– Рауна покончила жизнь самоубийством. Она была преисполнена скорбью по магу, в которого не должна была влюбляться. Она знала закон и обычай, но она его нарушила, –ответила Верховная, словно заученную реплику.

– Я не верю, что жрица наложила на себя руки. Это так Боги защищают жриц?

– Защищают, но не от своих же глупостей.

– Она не причиняла себе вред!

– Это ее выбор!

– По–вашему, Боги одобрили этот выбор? – Верховная замолчала. – Я хочу знать.

– А ты не была такой, когда впервые сюда явилась. Была как напуганный щенок. Я приняла тебя как родную. Всему обучила, взяла над тобой опеку. И так ты мне выражаешь благодарность? Дерзостью и сплетнями о том, что ты танцуешь для Темных Богов?

Я остолбенела. Вот так сплетня. Пока думала, как возразить, Верховная поняла, что угодила в точку.

– Ты–будущая Верховная, на тебя возлагают большие надежды. Ты будущее этого храма и этого мира! В этот зимний бал в Алавере собираются три короля, мечтающие узреть нареченную дочь Богов. А вместо своего предназначения, ты сбегаешь в Темный Храм. Думала, я не узнаю?

Я смолчала, проглатывая ком в горле.

– О Боги! — выкрикнула жрица, –Я не верю... Тебе нечего сказать в свое оправдание, значит, это правда? Поверить не могу, что так в тебе ошиблась, выбирая в преемницы.

– Я не просила вас! И Боги тоже! Ваше решение и моё желание не имеет ничего общего!

– Теперь ты жрица, связанная клятвой, и тебе никуда не деться. Не смей танцевать для Темных!

– Не понимаю…– старалась говорить спокойно. – Почему каждый считает, что у него есть право говорить мне, что я могу делать, а что не могу? Да, я посещаю Темный храм и Боги это знают. Не припомню, чтобы кто–то из них мне это запрещал. Так позвольте узнать, с чего вы взяли, что у вас есть такое право? Я–нареченная дочь Богов Стихий, и я буду следовать своему голосу, а не вашим словам. И если я захочу станцевать для Темного Бога, то станцую, не сомневайтесь!

– Глупая! – схватила меня за плечи и затрясла. – Ты приведешь зло обратно в этот мир, как ты не понимаешь? Ты предаёшь своих Богов!

– Я никого не предаю!

– Тебе все равно придется принять одну сторону. Либо ты примешь стихии, либо тьму.

– Мне не нужно быть ни жрицей, ни Верховной, чтобы слышать Богов.

– Дитя … Ты отдаёшься Хаосу. Сама не видишь, как он поглощает тебя. Примешь сторону Темных и тьма погубит тебя! Остановись, пока не поздно! – кричала жрица.

– Ни Боги Стихий, ни Темные не переманивают никого на свою сторону! Жаль, что вы считаете иначе!

Я покинула храм с таким отчаянием и досадой, что казалось, будто я там была в последний раз.

Имрана мастерски перевела разговор от смерти Рауны, а я так ничего не и узнала. Что еще раз подтверждает, что ее смерть не является самоубийством или наказанием Богов. В последнее время Имрана была очень странной. Когда я только появилась в храме, она казалась мне совершенно иной. Возможно, мне всего лишь казалось. В любом случае я больше не намеренна слепо верить ее словам. У меня есть своя голова. Чтобы я не делала, я все равно не буду в безопасности. Какой смысл жить, зарывая голову в песок и бояться всего? Главное, не гулять одной по городу ночью, и не наткнуться на очередной канализационный люк.

***

Время до вечера тянулось ужасно долго. Я пыталась почитать лекции, но никак не могла сосредоточиться на том, что записала. Бросив тетрадки, перебрала весь сушеный гербарий и сборы трав. Повалялась в кровати и немного побесилась с огненной стихиалью, что навестила меня. Под убитым временем, подкрался холодный вечер…

– Замерз? – спросила у Айдэна, что в лёгкой кожаной куртке стоял у мемориала стихий.

– Издеваешься?

– Ну, если только немного. Ну что, пойдем?

– Пошли.

– А друзья где?

– Присоединяться к нам. Надеюсь, ты не ела? Потому что я намерен угостить тебя чем–то вкусным.

– Ну что ж, Огненный, удиви меня.

Маг привел меня в трактир. Я, конечно, была удивлена. О таких местах слышала только из исторических фильмов, но самой не приходилось в них бывать. Местечко жутковатое, на первый взгляд, но все достаточно чистое. Столики были почти заняты. Люди что–то гулко обсуждали, играла странная музыка, словно шотландская волынка вместе с аккордеоном. Пышные барышни разносили пиво, а веселые мужики хватали их за задницу.

– Весело однако, – приподняв одну бровь, взглянув на своего кавалера.

– Тебе понравится, идем.

Он потянул меня на второй этаж, где было менее гулко, но зато можно было видеть всех посетителей с первого этажа. Маг аккуратно стянул с меня пальто, а после, пододвинул стул. Посмотрев вниз, он кому–то махнул.

– Потерпи немного, скоро нас вкусно накормят. Только здесь готовят самый вкусный мясной гуляш!

– А как же твои друзья?

– Друзья придут и сами себя накормят.

Вскоре нам принесли поднос с напитками и ужином, чей аромат был настолько превосходный, что можно было подавиться слюной.

– А это что? – тихо спросила у мага, указывая на стаканы, откуда был приятный пряно–яблочный аромат.

– Кальвадос.

– Кальва–что?

– Напиток такой, яблочный, он…– я опрокинула содержимое в себя со скоростью света, совершенно не услышав, чего там с этим напитком.

– Господи Иисусе! – закричала, прикрывая рот.

– Что с ней? – спросил суровый мужик за соседнем столиком.

– Кальвадос! – усмехнулся Огненный.

– Залпом? Ух девка хороша ! – засмеялись сидящие мужчины и их спутницы.

Мужик протянул мне стакан.

– Хах! Это вода, девчонка, выпей! – я махнула содержимое протянутого не глядя.

– О Боги! – рассмеялась я.

– Я пытался тебя предупредить.

– Я слышала!

– Ух, Огненная девчонка! – снова рассмеялся мужик. – Хорошую, маг, ты себе отхапал, не потеряй! А то другие умыкнут.

– Не умыкнут! – икнула я. – Ой!

Все снова рассмеялись. Давно мне не было так хорошо. Атмосфера расслабляла и уносила все проблемы. Айдэн, кажется, тоже расслабился. Мы ели, снова пили и меня даже вытащили в зал танцевать, и я никогда не думала, что встречу тех, кто совместит шотландский степ и кадриль. Вскоре присоединились друзья Айдэна, имена которых я, конечно, не запомнила, но мы умело чуть не разнесли столы трактира своими плясками. Только все веселье закончилось, когда на выходе из трактира нас встретили две темные фигуры.

– Ой! Держите меня семеро! – угорала я, спотыкаясь на выходе.

– Хм…– кто–то грозно хмыкнул.

– Мы, пожалуй, пойдем, – быстро удрали друзья огненного мага, а я смогла оторвать взгляд от каменной дорожки, на внезапных «гостей».

– Добрый вечер, декан Баэль, магистр Азэрай, – поздоровался Огненный.

Нет! Нет! Нет! Ирка, провались под землю, закатайся в асфальт. Срочно! Почему сейчас? Ну за что?

– Таирлана Торман, – голос Эльтара быстро меня отрезвил.

– Призанятненько, – хмыкнул Азэрай.

Я гордо подняла голову, беря своего кавалера под руку. Взглянула в глаза Эльтара. И кажется, он был в недоумение.

– Айдэн, проводишь меня? – умоляюще посмотрела на мага, в надежде, что он меня не оставит.

– Конечно. Идем.

– Стоять, – придержал меня декан. – А ну, дыхни, – я попятилась назад. Взглянула на Айдэна, чей вид был растерян. Алоран Де`Аш Азэрай дал лыбу во все тридцать два зуба, а декан, лучше б я на него не смотрела… Его глаза горели синим пламенем от злости.

– Может еще станцевать? – огрызнулась я, полная смелости и решительности.

– Пьяная адептка–жрица, – спокойно сказал брат декана, глядя на меня. – Эльтар, ты не учишь своих подопечных дисциплине. А вы, Айдэн Дэвор Кавендиш, разочаровали меня. Трактир–не место для леди.

– Я сама вправе решать, где мне место, – отпустив руку Айдэна, направилась чёрти–куда. И ровно так, даже не шатаясь. Держалась как могла, до первой лужи.

Чьи–то руки подняли меня и крепко прижали к себе. И я даже не сомневалась в том, кто бы это мог быть.

– Отпусти меня! – прошипела тихо.

– Не смей дергаться, – также тихо ответили мне. – Айдэн Дэвор Кавендиш, адептка несовершеннолетняя. Вы понимаете, что подвергли ее опасности и нарушили академический устав?

– Прошу прощения, это полностью моя вина. Я ее сюда пригласил, – отчеканил маг.

– Нет! – выкрикнула я. – Я сама сюда пришла и встретила Айдэна. Он тут непричём и отпустите меня!

– Адепт пятого курса, вы можете идти. Таирлану Торман я сам доставлю в академию.

Декан создал портал, который темным круговоротом перенес меня в уже знакомые апартаменты.

– Отпусти меня! – вырывалась из его рук, за что была брошена на кровать.

– И как это понимать? – Эльтар навис надо мной, как сам Дьявол, который двоился… А может, даже и троился в моих глазах.

Не то жар, не то холод опутал меня... А нет, это кальвадоса вырывалась наружу. Оттолкнув Эльтара, я ломанулась к унитазу, успев закрыть на засов дверь.

Так плохо мне еще никогда не было. Так стыдно тоже. Избавившись от вкусного ужина, я включила воду. Шум воды успокаивал, забирая головную боль в водосточные трубы.

– Таира, ты в порядке? – вещал взволнованный мужчина.

– Я не хочу тебя видеть! – закричала, и слезы подступили на глазах.

– Почему?

– Пожалуйста, оставь меня!

– Я вхожу! – ручка двери повернулась, а я подскочила с места.

– Не смей! Я выйду сама! – испуганно кричала на него лишь бы он убрался, оставил меня в покое… Навсегда.

Дверь закрылась. А я истошно заревела, включая воду посильнее. Стянув с себя одежду, я устремилась под горячие струи воды. Меня начало трясти, толи от холода, толи от обиды. Я просто ревела под каплями кипятка, которые не могли меня согреть.

Самое трудное это выдержать боль от воспоминаний, которые накатывали, словно волны.

Тяжело от осознания, что тебя водили за нос, как маленькую дурочку, а ты, будучи взрослой, велась на этот фарс.

Увидев Эльтара, стало неприятно. А попав в его теплые руки, оказалась, словно в остром капкане, который пронзает тело на кусочки, калечит плоть и душу.

Нужно собраться и прожить еще один день, а за ним будет еще один и еще один, потому что лишь время будет мне лекарством.

Более–менее согревшись, я попыталась одеться, что оказалось для меня непосильной ношей. Обув сапоги на босые ноги, и натянув пальто на голое тело, я вышла, достойно держа равновесие и поднятую голову. Эльтар сидел на диване. Взглянул на меня и молниеносно подошел ко мне.

– Я не хочу, – буркнула под нос.

– Чего не хочешь? – не понял Эльтар.

– Видеть тебя и говорить с тобой, – аккуратно вышагивая, я удалилась из комнаты. Спуститься на первый этаж оказалось труднее. Пространство продолжало вальсировать… Ах, нет! Это все та же кадриль.

– Будь не ладны эти танцы, – выругалась, держась за периллу. Декан взял меня за талию и помог спуститься.

– Отпусти меня! Не трогай!

– Это алкоголь так на тебя влияет?

– Это ты на меня так влияешь! То пропадаешь, то являешься как снег на голову! То развлекаешься в своем кабинете с этой секретуршей! Точнее, все наоборот!

– Таира, что ты несешь?

– Это наше платоническое влечение ни к чему не приведёт! Я сама это знала, знала! Но зачем ты мне мозги пудрил? – взглянула на него. – Ты неплохо играешь, Эльтар Де`Морган Баэль, я тоже неплохо умею подыгрывать, но, пожалуйста, впредь, держитесь от меня подальше!

– Поговорим, когда ты отрезвеешь.

Я покинула его дом, хлопнув дверью. Побрела через жуткое кладбище в женское общежитие. Спиной ощущала, что Эльтар идет следом. Не хотела с ним больше ничего обсуждать. То и дело подступали слезы, но я умело их сдерживала, раз за разом проглатывая ком, что образовывался в горле. Главное, не заговорить с ним снова. А то меня прорвет. Все выскажу, заливая Алавер своими слезами.

Подойдя к общежитию, обернулась, но никого не увидела. Ветер завывал, гром гремел, а в небе кто–то снова забыл выключить кран. Такой приятный вечер закончился отвратительной ночью. Еще до самого утра моим собеседником был белый керамический друг.