Тайны национальной политики ЦК РКП.Стенографический отчет секретного совещания ЦК РКП, 1923 г.

ЗАСЕДАНИЕ ЧЕТВЕРТОЕ (утром 11 июня 1923г).

Председатель (Каменев). Мы приступаем к заслушанию докладов. Начнем с более крупных, — сначала Украина, потом Туркестан и т. д.

Раковский (Украина). Товарищи. По окончании XII го съезда ЦК КП Украины немедленно принял меры к тому, чтобы резолюции съезда были» проведены на территории Украины, и чтобы на основании этих резолюций были вновь просмотрены отношения между союзными республиками. Были созданы комиссии Центрального Комитета, одна из которых должна была проверить всю нашу государственную и партийную работу внутри Украины с точки зрения постановлений XII съезда.

Здесь перед нами выяснилась следующая картина. Поскольку идет речь об Украинских народных школах, то исключая Донецкую губернию, украинский язык успел занять то место, которое соответствует процентному количеству украинского населения. Повторяю: исключение делает только Донецкая губерния и отчасти Харьковская. В некоторых губерниях, как Киевской, до 95% народных школ перешли на украинское преподавание. Что касается, однако, среднего и высшего образования — профобра, куда попадает, главным образом, городской элемент (конечно, пролетарский тоже), но меньше крестьянского — там отношение обратное, т. е. пропорционально меньшая национальность представлены гораздо лучше. Украинизация средней школы установилась. Это объясняется многими объективными причинами. Наше внимание должно быть обращено именно в эту сторону и в первую очередь на педагогические школы.

Затем государственные учреждения. У меня имеется статистика количества украинцев, знающих или понимающих по-украински. И одни и другие цифры даются относительно всех государственных учреждений. В подробности я не буду входить. Выясняется следующая картина: у нас в центральных органах, т. е. в комиссариатах, в правлениях трестов, в кооперации, исключая сельскохозяйственную, — число украинцев, знающих и понимающих по-украински, чрезвычайно мало. Может быть ⅕, ⅛ и даже иногда ⅒ всех служащих. В этом отношении единственным исключением является Наркоминдел, в котором из 65 служащих — 70% знающих по-украински.

Что касается периферии, то здесь украинский элемент, как общее правило, преобладает. Исключение представляет почта и телеграф, имеющий в общем 14.000 служащих во всей Украине, среди которых, например, в Харьковском округе, знают и понимают по-украински всего 22%, в Киевском — 80%, в Черниговском — 40%.

В общем, как правило, во всех наших государственных органах на периферии число украинцев превышает 50%. В общем на каждые десять человек 3½ являются украинцами, 3½ — русскими и 3 — иных, главным образом из мещанских городских элементов. Вот картина нашего государственного аппарата.

Картина нашего партийного аппарата так же пестра. Во всей Украине число украинцев в нашей партии составляет 24%. Это мало. Чтобы устранить это явление, мы приняли ряд постановлений. Я вам их не буду перечислять. Укажу здесь только на некоторые моменты. Прежде всего мы приняли ряд постановлений, которые должны в ближайшие дни выразиться в декретах и в законах, где мы хотим создать для украинского языка известные привилегии, сделать его обязательным, приравнять его к русскому, не формально, а фактически. Вновь поступающие на государственную службу должны в течение шести месяцев изучить язык. Те же, которые находятся уже на службе, должны проделать это в течении года. Кроме того, в ряде комиссариатов и ведомств делопроизводство переводится исключительно на украинский язык. Конечно, исключая те местности, где имеются национальные меньшинства, которые тоже будут обеспечены особым законом. Наше внимание было также обращено на украинизацию партии. Украинизация партии должна начаться тем, что в наших партийных школах мы вводим обязательное преподавание на украинском языке. Украинский язык должен быть не только обязательным, как отдельный предмет преподавания, как было до сих пор, но часть курсов должна вестись на украинском языке. Был принят целый ряд других предложений, которые должны сделать из Харькова культурный центр Украины. Для этой цели из Киева должны быть переведены в Харьков различные культурные украинские учреждения, каким является, напр., украинская академия наук — «Науковое Общество». Было принято постановление о совершенной реорганизации нашего государственного издательства, которое до сих пор хотя и издавало по-украински, но главное внимание обращало на издание книг, которые могут найти сбыт на рынке, т. е. главным образом русских книг.

Вторая комиссия, намеченная ЦК Украины, считаясь с постановлением XII съезда партии, сделала выводы, которые были подтверждены и СНК, и ЦИК’ом Украины, и ЦК КПУ, о том, что нужно добиваться расширения прав отдельных республик. Для этой цели мы вошли в комиссию ЦК РКП с предложением о переводе трех об’единенных комиссариатов в состав комиссариатов самостоятельных. Речь идет об РКП, Наркомпроде и Наркомтруде. С другой стороны, предложили перевести из слитных в объединенные, т. е. из первой во вторую группу комиссариаты: Внешторг и Наркомвнудел.

По вопросу об организации двух палат мы предусматривали сохранение двух отдельных президиумов. Поскольку речь идет о законодательных вопросах, эти президиумы, которые будут заседать в промежутках между сессиями палат или советов, как они удачно названы постановлением Политбюро, — мы согласны, чтобы оба совета составляли вместе Центральный Исполнительный Комитет, созывающий сессии в каждые четыре месяца, но в промежутках сессий оба президиума должны действовать самостоятельно. Что же касается исполнительной власти (ибо, как известно, Президиум ЦИК имеет не только законодательную, но и исполнительную власть), то оба президиума должны действовать сообща, собираясь вместе, так как административные акты могут исходить лишь от одного органа. Мы считаем эту систему более соответствующей цели, с которой были созданы обе палаты.

Далее, мы считаем, что ряд функций союза, как, например, народное просвещение, народное здравие, здравоохранение, землеустройство (не землепользование, а землеустройство) должны принадлежать отдельным республикам. Поскольку необходимо подчеркнуть социалистические основы нашего землеустройства и народного просвещения, для этого достаточно общей декларации. Но мы считаем по меньшей мере еще преждевременным пойти по линии объединения этих комиссариатов. Самое главное, однако, на что мы напираем в наших постановлениях, это дать — республикам гораздо больше прав в финансовом хозяйстве и большую инициативу в распределении таких кредитов, каким является сельскохозяйственный кредит. Финансовое хозяйство и сельскохозяйственный кредит — это есть единственное средство местного правительства, с помощью которого оно может влиять на крестьянство.

Что касается вопросов, которые были здесь поставлены, я не буду на них отвечать. Я ограничусь ответом на один чрезвычайно важный для нас вопрос, касающийся бытовых особенностей в национальных республиках и областях. Я должен здесь заявить, что одним из самых важных аргументов в пользу расширения прав отдельных республик является то, что действительно, в нашем союзе, который охватывает страны и национальности, находящиеся на различных ступенях культурного и хозяйственного развития, бытовые особенности, хозяйственные особенности, даже политические особенности имеют чрезвычайно громадное значение и их чрезвычайно много. Я укажу на особо важное обстоятельство, касающееся Украины. Из этих бытовых и хозяйственных условий вытекает один политический вывод, который мы сделали и который чрезвычайно важно нам знать. Это — организация нашего крестьянства, так называемые комитеты незаможных селян.

Это — крупнейшая политическая организация на Украине, организация, которая в данный момент, после перерегистрации и самой тщательной чистки, охватывает в деревнях 650 тысяч организованных крестьян, из которых около 150 тысяч женщин. Совсем недавно мы имели 3-й Всеукраинский съезд комитетов незаможных селян. Комнезаможество дало нам на Украине возможность провести всю советскую работу, ликвидировать бандитизм, проводить продразверстку, посевную компанию, налоги и т. д. Я могу вам указать на одну цифру, которая характеризует колоссальную деятельность, развитую комитетом незаможных селян — это количество убитых незаможных селян. В круглой цифре было убито около 2,500 чел., на которых в одной Волынской губернии более 500. Они падали жертвой бандитизма, жертвой всяких подпольных организаций. По этой цифре вы видите, какое громадное значение для всей нашей политической и хозяйственной жизни имеют комнезамы. У нас нет законов, касающихся нашей администрации, касающихся народного просвещения, касающихся землеустройства, где бы в той или иной форме комнезамы не были предусмотрены. Благодаря им, мы развиваем коллективизацию хозяйства, благодаря им мы имеем 4500 коллективов, тоже после чистки, регистрации и перерегистрации. За этими коллективами около 330.000 десятин земли. И вот, опираясь на эту основу комнезамов, мы будем вести в деревне социалистическое устройство и социалистическое хозяйство, конечно, со всей той осторожностью, которой нас научил опыт.

Когда мы говорим о с.-х. кредите, мы не можем о нем говорить, не учитывая и комнезамов, не учитывая те льготы, которые нужно им предоставить. Когда мы говорим о лесном деле — г то же самое. Говоря об администрации, должен сказать, что комнезамы входят в наш основной закон, организации Советской власти. В каждой, волости и в каждом районе мы имеем двух платных членов комнезамов: районного председателя и его секретаря. Эта особенность проходит красной нитью во всем нашем законодательстве.

Поэтому мы считаем, что здесь нужно чрезвычайно осторожно относиться к строительству Союза, нужно, конечно, стремиться создать как можно более единый и более спаянный государственный орган, одно государство, но в него нужно, пользуясь всем нашим опытом, внести то содержание, которое сделало бы из этого единого государства действительно социалистическое государство.

Председатель. Переходим к докладу о Туркестане. Туркестанцы просят разделить их доклад между тремя товарищами: Ходжановым, Рыскуловым и Хидыралиевым, причем каждый из них просит по 15 минут. Предоставляю слово тов. Ходжанову для обоснования его предложения.

Ходжанов. Дело обстоит так: вчера было сказано, что можно иметь по два докладчика. Но мы республика не нормальная, так как у нас есть такие ненормальные явления, как басмачество. Поэтому мы предлагаем двух докладчиков по вопросам нормальным и одного по вопросам ненормальным.

Председатель. Ставлю на голосование предложение — предоставить каждому из трех туркестанских докладчиков по 15 минут. Принято.

Ходжанов (Туркестан). На совещании делегации Туркестана вопросы, по которым мы будем говорить, мы разделили на две части. Первая часть по двум вопросам порядка дня: мероприятия по вовлечению трудовых элементов местного населения в партийное и советское строительство, затем мероприятия по поднятию культурного состояния и партийно-воспитательная работа. Это чисто духовная часть, если можно так выразиться. Вторая часть: экономические и хозяйственные вопросы, связанные с местным бытом; и, наконец, третья часть — о басмачестве. Я выступаю первым докладчиком, «по духовной части», и начну с характеристики состояния партийной организации в Туркестане, ибо в этом корень всего зла на наших окраинах.

В Туркестане партийная работа, как я уже говорил по первому вопросу повестки дня, поставлена весьма плохо. В Туркестане партия развилась совершенно ненормальным путем и пережила очень много характерных стадий. Ныне членов партии в Туркестане насчитывается около 15 тысяч человек, а было время, что в каком-нибудь одном уезде их было больше 15 тысяч. Сокращая, мы довели это до некоторой твердой цифры, но все-таки и эта цифра заставляет пожелать, чтобы партию еще не раз прочищать. Партия в Туркестане зародилась и развилась довольно ненормально, и эта ненормальность ныне высказывается в таких характерных цифрах: туземцев в партии насчитывается около 60%; неграмотных в партии насчитывается около 50%; верующих или религиозных — тоже 50%. Затем некоторые процентные данные совпадают и с некоторыми особенностями. Например, в Туркменской области членов партии 15%, и верующих насчитывается тоже 15%. Вот эти характерные совпадения этих самых процентных данных характеризуют лучше какого угодно описания и какой угодно теоретической характеристики. Это цифровая характеристика...

Троцкий. Т. е. — туркмены все неграмотные и религиозны?

Ходжанов. Выходит почти так, и это говорит не за то, что нужно туркменов всех выгнать, а это характеризует трудность работы, трудность организации и подчеркивает необходимость отбросить такой же механически усвоенный подход, как подход к европейцам.

Голос с места. Что это за верующие коммунисты?

Ходжанов. Это не Татария, и поэтому там у нас бывают такие вещи. Дальше мы должны сказать, что вопрос о создании партийности упирается в ряд препятствий. Я упорно везде, где возможно, говорю, что колониальная физиономия окраин мешает нам во всех отношениях: мы партийно колонизировать до сего времени не можем, этого еще у нас нет. Механизация шаблонной работы продолжается, и эти самые характерные проценты достаточно характеризуют наше необычное партийное строительство. Так, благодаря сохранению старых вкусов при оценке людей, роль партии часто смешивается с ролью просто интеллигенции. Я говорил, что интеллигенция — это посредническая группа населения между колонией и метрополией. Так было и до известной степени, так продолжает быть. Поэтому в составе интеллигенции строгое различие между партийными и беспартийными проведено слишком слабо. Это не говорит в пользу нашей организации. Тов. Сталин дорожит интеллигенцией, но дорожить в ущерб партийности не следует. Мы боремся с колонизаторством внутри партии и во всяком случае в борьбе этой мы не должны использовать, как орудие, беспартийную интеллигенцию. Надо с этим уклоном бороться внутри же партии. А этот недостаток у нас бывает, и это одна из нормальных черт Туркестана.

Троцкий. Вы о туземной интеллигенции говорите?

Ходжанов. Да, да, европейцы остаются там пока еще в роли непоправимых чиновников. Затем еще одно характерное явление, затрудняющее организационное строительство работы партии — это специфическая восточная обстановка, пограничная, если так можно выразиться. Наш Туркестан — это отсталая страна, где сохранились еще в большом количестве характерные черты средневековья и так называемого феодального строя, который экономически еще не выжит, и религия Ислама, как учение более или менее прогрессивное, по сравнению с фактическим состоянием культурного уровня массы, еще продолжает наступательное движение.

Зиновьев. На кого наступление?

Ходжанов. На остальные слои, конечно, не на русских (смех), а на киргизов, на туркмен наступает. Это более прогрессивное течение по сравнению со старым средневековым строем, поэтому у некоторых слоев, где отсутствует еще даже полное представление о правах частной собственности, где сохранился родовой строй, Ислам является очень хорошей вещью, очень понятною вещью, он еще является воинствующей силой на Востоке; и панисламизм на Востоке не изжит, он разве только переименовывается иначе, а по существу воспламеняется большей надеждой, что, авось, пользуясь всеми свободами, можно будет больше завоевать. В качестве примера того, что там исламизм является наступающей силой, я приведу следующее. В Туркестане был один черносотенный чиновник, самый невозможный человек, имя его всем известно в Туркестане — Остроумов. Его одно время собирались выслать, потом не выслали. И вот, когда ко мне пришли внешне-лояльные, но внутренне не совсем лояльные местные интеллигенты и сказали, что Остроумов враг наших панисламистов и поэтому его надо выслать, то я действительно растерялся — неужели, высылая этого злостного колонизатора, мы работаем в руку панисламизма? Это определенно показывает, что панисламизм еще существует и еще будет существовать. Все это в значительной мере путает нашу партийную работу и очень часто мы делаем в этом отношении ошибки, которые мы и стремимся изжить. Это является одним из характерных явлений нашей пограничной полосы. Пограничная полоса Туркестана была ареной и теперь еще остается борьба двух культур не в смысле духовной пищи, а двух экономических течений. Мы ставим вопрос о полном объеме, не только в смысле лояльности по отношению к советскому центру, но полной советизации, для того чтобы иметь полную возможность и необходимые условия для работы там. Таким путем, мы вернее убьем все расчеты и надежды панисламистов и колонизаторов за-раз. Без этого все наши отдельные шаги, несомненно, будут игрой и мы невольно иногда работаем на панисламистов, а иногда на колонизаторов.

Мы должны твердо определить нашу линию и повести решительную борьбу с этим качанием. Говорить, что в Туркестане существует только колонизаторство — не годится. Говорить, что существует узкий национализм — тоже не годится. Там еще существует широкий и доступный для массового понимания панисламизм. Вот характеристика условий, в которых придется работать и строить партийные организации в Туркестане. Относительно конкретных форм организаций мы представим письменные тезисы, что же касается общей линии партийной работы по нац. вопросу, то мы с тезисами т. Сталина или с проектом, предложенным Политбюро, в целом согласны. Действительно, надо будет напирать на создание более замкнутой партии в смысле внутренней жизни, и более строгой партийности в смысле разбора. Что касается внешнего политиканства, как говорил один товарищ.

Троцкий. Это не политиканство, а маневрирование, это лучшее слово.

Ходжанов. Так товарищ говорил... — это должно быть тактикой и только. Далее, говоря и оценивая фактически людской элемент партии, надо сказать, что покуда не существует твердой партийности, состав партии неизбежно подвергается уклонам — или колонизаторскому или националистическому, причем колонизаторство граничит с возвращением к старому строю, а национализм граничите панисламизмом. Оба эти течения внутри партии, и мы должны бить о них тревогу, кричать о существующей опасности. Надо создать твердую партию и решительно порвать внутри партии с колонизаторским и либеральным уклоном, чтобы партия жила внутри единой жизнью, а вне партии можно делать что угодно.

Троцкий. Кое-что, а не что угодно.

Ходжанов. Я это говорю в смысле тактики, ведь вы же сами рекомендуете иметь связь с интеллигенций, вот мы и будем иметь. Затем, по практическим предложениям приходится учитывать существующие наличные силы. Тов. Сталин бесконечно прав, когда говорит, что надо дорожить каждой грамотной единицей. А грамотные разделяются у нас на два типа: либеральных националистов, грамотных, — и клерикалов, тоже грамотных. Так мы полагаем, что последних надо бить при помощи первых.

Голоса. Правильно.

Ходжанов. Таким образом мы должны иметь общие границы против общего врага — клерикалов.

Голоса. А мы немножко и с клерикалами имеем границы у себя.

Ходжанов. Это пока у вас.

Фрунзе. А живой церкви у вас нет?

Ходжанов. При помощи джадитов-либералов у нас появится живая мечеть. Конкретно борьба с этими клерикалами, с этими улемами должна выразиться в борьбе на почве проведения в жизнь института казиев. Здесь наши джадиты тоже должны помочь, чтобы там были не клерикалы, а либералы. Среди ферганского киргизского населения надо создать институт разрешенных народных казиев и в этом отношении должна быть одержана победа ставкой на более левые элементы. Затем относительно управления и ведения хозяйства вакуфных имуществ. В этих вопросах мы должны иметь смычку с левыми элементами беспартийной интеллигенции, с либералами.

Наша работа помимо создания партии заключается в создании какой-то советской общественности, о которой я все время упорно говорю — организация бедноты вне партии. У нас некоторая практика в этом направлении есть. Есть и кадры, из которых можно создать эти организации бедноты. С 1920 г. у нас практикуется организации союзов Кошчи. Хотя больших успехов мы еще не имеем, но иных элементов, иных возможностей для организации нет. Это будет ясно при правильном понимании существующих экономических и общественных отношений в нашем Туркестане.

Характернее всего, что у нас в Туркестане нет подлинных городов в полном европейском смысле этого слова. Когда говорят о смычке между городом и деревней, то разумеют не пустые задания, не пустое стремление людей, а городское и сельское производство и правильный обмен продуктами между ними. И если разуметь так, то надо сказать, что в Туркестане этого очень мало. Характерные черты колонии в том и заключаются, что сырье на месте не обрабатывается или обрабатывается кустарным способом в мизерном количестве. Следовательно, городских продуктов, городской выработки производства нет или очень мало. Города являются главным образом, посредническими пунктами сбыта товаров, продуктов промышленности центра в окраинную деревню. Вот почему города в простонаречии у нас называются базарами.

Голос. Это не признак колонии.

Ходжанов. При отсутствии промышленного пролетариата это большой признак. Затем, население городов состоит, во-первых, из широких слоев трудящихся земледельцев и кустарей, с одной стороны, и посредников-торговцев, сбывающих названные товары — с другой. Причем эти кустари при дальнейшем развитии немножко капитализируются, они уже имеют подмастерьев, наемных рабочих и т. д.

Троцкий. Деревенские кустари?

Ходжанов. Городские. Такой же вид имеет и деревня. Деревня состоит из широких слоев земледельцев, крупных и мелких, и кустарей. Как у земледельцев, так и у кустарей при их зажиточности могут быть батраки, наемные рабочие. Город отличается большим количеством населения, большими размерами, большею возможностью организации, но особенно специфических городских черт в Туркестане не имеется. Конечно, говоря так, мы не принимаем во внимание жел.-дор. пролетариат. Но сейчас речь идет главным образом о туземной части местного населения, состав которой приходится анализировать именно так. Таким образом, если мы будем говорить о смычке между городом и деревней в организационном смысле, то надо сказать, что в Туркестане эта смычка отличается немного от смычки между городом и деревней здесь в России, и как это ни печально, но сейчас особенно выдвигать преимущества города перед деревней, говорить, что здесь промышленный центр и т. д., очень рискованно. Кто имеет больше инстинктов частной собственности — городской кустарь или деревенский земледелец — это трудно разрешимый вопрос.

Поэтому там, где нет промышленности, нет промышленного пролетариата, различие между городом и деревней остается только в количестве населения. Поэтому союз кошчи (незаможных, декхан) — вот возможная организационная форма. Этот союз кошчи и есть тот слой, который мы должны организовать вне партии, на который мы должны опираться.

По всем вопросам советского характера здесь выступит последующий докладчик, т. Рыскулов. Что же касается иных характерных данных, надо сказать, что после XII съезда по осуществлению резолюции съезда по национальному вопросу ничего особенного нами не сделано. Приступили к выяснению того, что есть, и выяснили, что везде, вплоть до волостей государственным и обязательным языком в делопроизводстве пока что считается русский; в советских учреждениях служащие на 90% русские, в профсоюзах туземцев около 20%, в партии 60%. Мы думаем в течение двух месяцев перейти на местный язык, начиная с уездов до волостей.

Голос. Слишком быстро.

Ходжанов. Это можно доказать. Во всех уездах, в уездных волостях и сельских органах сидят наши бывшие и настоящие переводчики, говорящие по-русски.

Голос. Почему же до сих пор у вас господствует русский язык?

Ходжанов. Потому что легче писать, привычка — вторая натура. Мы хотим привычку выбить просто принуждением: не будешь писать — мы тебя арестуем. В течении двух лет мы предполагаем перейти во всем туркестанском масштабе на местные языки. Здесь будет некоторая трудность, когда будут конкурировать языки, но в течении двух лет мы думаем, что мы разрешим этот вопрос как-нибудь при помощи ЦК РКП.

Голос. Какой язык выдвигается государственным?

Ходжанов. В 1920 году говорили о тюркском языке, мы доказали, что такого нет. Сейчас особенно никакого языка не выдвигают. Когда выдвигался тюркский язык, он был олицетворен в узбекском.

Голос. А теперь какой?

Ходжанов. У нас три коренных языка и даже четыре, если считать и такжиков, которые имеют свой самостоятельный язык.

Председатель. Ваше время истекло.

Ходжанов. Во-первых, говоря о школах, надо говорить, что это орудие грамотности и начать с грамотности. В Туркестане на 1.000 жителей приходится (по данным переписи 1920 года):

— у узбеков с таджиками...18

— у киргиз с кара-киргизами... 21

— у туркмен... 6

— у русских... 335.

Сведения эти не относятся к Ферганской области, где переписи не было. Это характерные данные в области просвещения, причем школ 2-й ступени у туземцев насчитывается только одна у узбеков. Те цифры, которые я оглашал, относятся главным образом, к школам 1-й ступени. В области профессионального образования туземцы имеют лишь начальные курсы, главным образом, при профсоюзных организациях. Самостоятельных курсов, находящихся в ведении ведомства просвещения, очень мало. Имеются курсы наборщиков почт и телеграфов, затем железно-дорожный профессиональный техникум на 150 человек. Всего учебных заведений профессионального типа 70, из них 20 туземных, а остальные — 8 сельскохозяйственных школ, 4 ремесленные, технические и др. — существуют, главным образом, для европейцев. Что касается университетов, то туземцев в них очень мало. В рабфаках туземцы представляют ¾, в общем и целом, с количеством 856 человек.

Национальный состав населения по переписи 1920 г. Немного более 2-х миллионов составляют узбеки с таджиками; 1¾ миллиона — киргизы с кара-киргизами; около 4 тысяч туркменов и около 300 тысяч русских, а потом пойдут мелкие национальности. О конкретных предложениях по просвещению мы скажем потом. Пока заметим, что мы требуем, чтобы в каждой волости было по одной двухкомплектной школе на средства государства, так как местных средств нет; это не для обслуживания всей волости, а для образца, как пример, как заразу насаждения советской школы. Чтобы в каждом уездном центре было по одной школе с интернатом на 100 человек. А для более крупных городов, где имеются старые города, предлагаем иметь 150 начальных школ. При каждом профессионально-техническом среднем учебном заведении иметь подготовительные курсы для туземцев с тем, чтобы впоследствии они имели широкий доступ в эти учебные заведения. Политико-просветительную работу главным образом нужно вести по части ликвидации безграмотности и поставить так, чтобы при каждом училище имелась бы школа ликвидации безграмотности, чтобы не наезды были, а постоянно функционирующие школы. Мы имеем также конкретное предложение по образованию кочевого населения применительно к их быту, которое заключается не в создании школ, а в создании такой-то необходимости просвещения. По части высшего народного образования мы хотим, чтобы Туркестанский государственный университет был фактически всецело взят на средства центра, на средства Главпрофобра, федерации и чтобы он носил название Средне-Азиатского, а не Туркестанского университета и обязательно обслуживал бы нужды высшего образования четырех республик: Туркестана, Бухары, Хивы и Киргизии. Также Туркестанский Коммунистический Университет нужно превратить в Средне-Азиатский с тем же назначением. Вот примерные предложения, которые я имел сделать.

Председатель. Слово имеет тов. Рыскулов. Прошу всех докладчиков все материалы, документы, диаграммы, статистические сведения передать в Секретариат, подписав их предварительно, чтобы Ц.К. мог использовать их.

Рыскулов (Туркестан). В мою задачу, т.т., входит освещение хозяйственного момента Туркреспублики сточки зрения местных национальных особенностей и освещение тех задач, которые в этом отношении мы намечаем. Конечно, в течении 15 минут привести какие-либо цифры точно очень трудно, но в общем охарактеризовать положение несколькими словами необходимо.

Когда мы говорим об особенностях местного хозяйства с точки зрения быта местного населения, то приходится хозяйство Туркреспублики распределить на следующие основные виды: сельское хозяйство со специфическими, приводящими формами искусственного орошения, ирригации и хлопковой промышленности; потом животноводческое хозяйство, кустарная промышленность и горная промышленность, причем основой хозяйства Туркреспублики является сельское хозяйство. Горная промышленность и вообще, промышленность Туркреспублики — это есть промышленность, прикрепленная к сельскому хозяйству, а не обратно, благодаря своей малочисленности и благодаря своей неразвитости. Если мы возьмем в отдельности эти формы хозяйства с точки зрения постановки вопроса, то относительно животноводческого хозяйства приходится оговориться, что оно посвоему значению равняется той же хлопковой промышленности. По всей федерации, пожалуй, одной из основных баз животноводчества является Туркреспублика. Общая продукция животноводческого хозяйства Туркреспублики в довоенное время равнялась общей продукции хлопковой промышленности. Это одно показывает, какое значение для Туркреспублики и всей федерации имеет животноводство. Но за время существования Советской власти мы не сумели организовать животноводство Туркреспублики и вся деятельность наша в этом отношении заключается в том, что мы накладывали налоги и даже стремились истреблять молодняк — возможно в силу необходимости и в силу особых положений и нужд — но, тем не менее, фактически было таково положение. Очень мало внимания было в общем направлено в сторону восстановления животноводства. Имеется у нас рассадник коннозаводства и коневодства, но тем не менее это культурное учреждение тоже находится в упадке и только в самое последнее время положение немного улучшилось. В области животноводства мы должны принять следующие меры: во-первых, необходимо улучшение пород как крупного, так и мелкого рогатого скота. В этом отношении необходимо лучше поставить рассадник, уже имеющийся, и вместе с тем завести новые породы. В Туркреспублике одной из приспособленных и полезных пород из крупного рогатого скота считается швицкая порода. Туркменские породы и даже английские рысаки применялись для улучшения киргизских пород скота.

Второй вопрос, самый больной в животноводческом хозяйстве — это регулирование государством дела обзаведения фуражным запасом для скота киргизского населения. У киргизского населения самым больным моментом является недостаток орудий не только для земледелия, но и для сбора фуража. Даже серпов и кос у населения Туркреспублики не имеется, а купить на рынке киргизские трудовые массы не могут и благодаря этому население не может завестись фуражом для скота. Эта задача также стоит перед нами.

Третий момент — это урегулирование пограничного вопроса. Без урегулирования пограничного вопроса, без урегулирования выгона скота из Китая в Ферганский район не возможно восстановить ни животноводство, ни рабочий скот. А между тем пограничная полоса находится в ненормальном положении. Положение в пограничной полосе такое, что не только нарушает порядок нашей внешней торговли, но совершенно лишает возможности производить обмен скотом и другими товарами сопредельные страны с нашей Республикой.

И еще в области животноводческого хозяйства самое важное — это проведение охраны животноводства. Вот основные моменты, которые мы должны отметить в области животноводческого хозяйства.

Теперь же Советская власть (советское государство) с кочевым населением разговаривает в экономическом отношении не непосредственно с производителями, а через посредников и бывших торговцев. И эти посредники, если не 50%, то 25% того, что киргизы дают и что должно идти государству, кладут в свой карман. Это происходит благодаря тому, что ни кооперации, ни других видов общественной организации, которые могли бы производителей животноводческой продукции непосредственно связать с государственными аппаратами нет. И наша задача заключается в том, чтобы связать непосредственно производителей продуктов животноводства с государством, устранить посредников, расхищающих государственные средства и эксплуатирующих местное население.

В области сельского хозяйства, помимо общей задачи поднятия этого хозяйства (снабжение семенами, снабжение орудиями, борьба с вредителями и т. д.), нашей задачей является проведение ирригации, т. е. искусственного орошения и восстановление хлопковой промышленности. В деле ирригации федерация оказывала нам большую помощь. В этом отношении жаловаться на центр не приходится. Работа в этом отношении была расширена и идет более успешно. Здесь нужна только большая смычка с местным населением и мы ведем разговоры о привлечении самого населения к этому делу и о создании ирригационных товариществ в виде своего рода кооперативных организаций для того, чтобы постоянно поддерживать искусственные оросительные сети. Этот вопрос был связан с вопросом об отмене хлопковой монополии. В этом году виды на хлопковые посевы очень хорошие: хлопковые посевы увеличились в два раза и имеется в виду дальнейшее увеличение. Это не только потому, что государство правильно подошло к вопросу, но и потому, что создался естественный стимул для этого, а это очень важно для расширения хлопковой промышленности. Нам нужно в этом отношении всячески пойти навстречу населению. Тут очень важно отметить, что басмачество как раз распространено в хлопковых районах и басмачи мешают расширять хлопковые посевы. В этом году засеяно около 140 тысяч десятин и поступают дополнительные сведения о том, что это количество увеличивается. А в прошлом году было засеяно около 80 тыс. десятин.

Любимов. В прошлом году было 50 тыс. дес., а в нынешнем году 150 тыс. десятин, т. е. увеличение в три раза.

Рыскулов. Точных цифр о том, что увеличение в посевах в три раза, у меня вообще нет, но несомненно посевы увеличились по крайней мере в два раза.

Фрунзе. А десятина сколько дает чистого хлопка?

Рыскулов. В этом году и вообще в последние годы продуктивность сильно уменьшилась. Теперь сеются американские сорта, и самая обработка семян уменьшилась и просто обработка стала скверная. Поэтому, несомненно, с одной десятины собирается гораздо меньше. Тов. Любимов может сказать точно, сколько теперь дает десятина. В отношении хлопководства мы должны урегулировать взаимоотношения с хлопкоробами. Здесь беда заключалась в том, что благодаря ограниченности средств, государство не уплачивало хлопкоробам за хлопок столько, сколько требовалось. Теперь государство стремится к тому, чтобы полностью заплатить в довоенных рублях за пуд за соответственное количество хлопка. Только при такой постановке вопроса можно ожидать, что хлопкоробы расширят свои посевы и это укрепит нашу хлопковую промышленность.

В хлопковых работах сейчас конкуренты наши небольшие, но в последующем эти конкуренты будут сильнее — это частный капитал, частные предприниматели, которые сейчас массами стремятся в хлопковые районы. И в этой обстановке опять возникает опасность закабаления беднейших слоев крестьянства этими имущими элементами, частными предпринимателями и частными фирмами. Если взять довоенное положение, то мы видим, что хлопководство развивалось почти искусственно по диктовке центральной российской текстильной промышленности. Фирмы, частные предприниматели давали в кредит и заставляли сеять хлопок декхан. При малочисленности земли, конечно, выгодно было сеять крестьянам такую интенсивную культуру. Но одновременно росла задолженность крестьянства перед этими частными предпринимателями. Например, если в 1917 году задолженность Ферганского крестьянства насчитывала около 15 миллионов руб. золотом, то в 1911 году задолженность возросла до 30 миллионов руб. золотом и только революция это бремя, эту тяжесть сняла, разрубила и освободила крестьянство от этой обязанности, заставлявшие иногда продавать даже жен. Но в новой обстановке, если государство не поставит как следует государственный дешевый кредит в противовес кредитам частных предпринимателей, не поставит организацию сельскохозяйственной кооперации на надлежащую высоту и вообще не организует разные виды организации беднейшего крестьянства, то, без сомнения, можно опасаться что крестьянские слои подпадут опять под кабалу имущих элементов. И в области хлопководства Туркреспублика требует, во первых, чтобы Хлопковый Комитет был сохранен, но с полной отменой хлопковой монополии, во вторых, требуется в хлопковые районы не ввоз денег, а больший ввоз скота, ввоз хлеба и вообще необходимых предметов натурой, и, в третьих, необходимо организовать хлопковое товарищество с участием Туркреспублики в основном капитале не меньше как в 30-40%, причем основным капиталом туркреспублики считаются те заводы, совхозы и материалы предприятий, которые относились к хлопковой промышленности, которые принадлежали Туркреспублике и теперь находятся в ведении Главного Хлопкового Комитета. Никаким декретом эти заводы не передавались распоряжение Главного Хлопкового Комитета и Главный Хлопковый Комитет соглашается на то, чтобы эти предметы были основным капиталом Туркреспублики. Вот таковы приблизительно соображения в отношении хлопковой промышленности.

Если взять кустарную промышленность, то в этой области дело обстоит также неблагополучно. В докладе тов. Троцкого на XII съезде относительно промышленности в центральной России указывалось, какой размер оборота имеет кустарная промышленность и мелкая индустрия в сравнении с крупной индустрией, и видно было, что кустарная промышленность в самом центре России занимает огромное место. В Туркреспублике, где промышленность находится в зачаточном состоянии, конечно, кустарная промышленность играет еще большую роль. В узбекских районах большинство трудящихся масс, в виде кустарей, находятся в кустарной промышленности. Между тем, кустарную промышленность мы не взяли в свои руки. Она находится в распоряжении частных предпринимателей. В профдвижение рабочие кустарной промышленности до сих пор не вовлечены и кустарная промышленность до сих пор не субсидируется, — вообще у нас мало связи с кустарной промышленностью. Поэтому приходится поставить во весь рост эту задачу: связаться с кустарной промышленностью, заставить ее работать в нашу пользу и вовлечь трудовые слои, главным образом, в потребительскую и промысловую кооперацию.

Что касается области горной промышленности, то здесь о ней говорить не приходится. Эта промышленность оказалась дефицитной, но, принимая во внимание все-таки важность горной промышленности Туркрсспублики, центр федерации постановил отпустить известную ссуду, хотя она отпущена не полностью. Промышленность убыточная, но тем не менее ее нужно сохранить.

Переходя к вопросам, имеющим экономическое и одновременно политическое значение, необходимо поставить на первую очередь земельный вопрос. Земельный вопрос у нас в Туркреспублике окончательно не разрешен. Благодаря ограниченности времени мне не придется здесь приводить цифр, но цифровые материалы, имеющиеся здесь по одному только земельному вопросу, огромного размера, мы представим в ЦК. Они ясно говорят, что земельный вопрос в Туркреспублике до сих пор не разрешен, что земельная реформа, проводившаяся революционным порядком, разрешила земельный вопрос и земельные противоречия только между киргизами и крестьянским населением, и то в незначительном проценте. В руках русского крестьянства находится почти половина всей обрабатываемой и орошаемой земли Туркреспублики. Данные такие: обрабатываемой земли в Туркреспублике из всей ее территории насчитывается 2,35%, а все остальное приходится отнести на горные районы, степи, солончаки и т. д., причем из всей площади обрабатываемой земли 3,3 миллиона в 1915 году на поливные земли приходилось 2.635.389 десятин или 78%. Этот факт показывает, что ¾ экономики Туркестана зависит от воды. Добрых 77,1% всего населения края приходится на земледельцев и скотоводов и только 22,9% на жителей городов и проч. Из этих 77,1% кочевое население, вместе с безземельными оседлых районов, составляют 52,5%, требующих наделения землей. Из этого ясно виден общий острый недостаток земли.

Как и между кем распределена земля в Туркреспублике? В распоряжении русских поселков и станиц, числом в 941 селение, во всем крае находилось 1.900.000 десятин или 57,6% всей земли. Иначе говоря, на каждого живущего в Туркестане русского приходилось 3,17 десятин обрабатываемой земли, а на каждого коренного жителя (узбека, киргиза, таджика и туркмена) приходилось только 0,21 десятины, т. е. в 15 раз меньше в сравнении с русским.

Троцкий. Это цифры для всего Туркестана в целом?

Рыскулов. Да, это по всему Туркестану в целом. Что касается полукочевых районов, то казаки владеют количеством земли большим, чем крестьяне. Казачьи хозяйства имеют по 80-125 десятин и каждое из них имело по 2-3-15 наемных батраков, причем это положение почти не изменилось до сих пор. Земельная реформа 1921-1922 гг. коснулась только новоселов, тогда как старожильческие, богатые помещичьи хозяйства почти не были затронуты. Эти новоселы хотя и менее обеспечены, но все же они были тоже довольно зажиточными и в результате земреформы, вместо того, чтобы изъять по намеченному плану 900.000, т. е. половину того, чем владели русские поселки, было изъято не больше 300 тысяч десятин. Из этих 300 тысяч десятин больше половины отдано для наделения землей батраков.

Председатель. Ваше время истекло.

Рыскулов. Я прошу продлить, потому что существенным вопросом я считаю и хозяйственный вопрос, и культурно-просветительный, и вопрос о басмачестве.

Голос. Дать 5 минут.

Председатель. Время продлено на 5 минут.

Рыскулов. Тогда придется ограничиться предложениями. По земельному вопросу мы предлагаем, во-первых, закрепить результат земельной реформы 1921-22 гг., положив в основу решение Президиума ВЦИК от апреля месяца сего года. Во-вторых, провести землеустроительные работы в целях наделения, главным образом, беднейших слоев киргизского и русского населения. Провести частичную землеустроительную работу в оседлых районах (Ферг. и Самарск. области), чтобы под юридическими и разными другими причинами изъять отдельные нетрудовые земельные излишки и наделить 30% безземельного крестьянства, которое имеется в Ферганской и Самаркандской областях, наделить их землей за счет нового расширения площади земли, за счет государственного фонда и частичных излишков.

По Туркменской области точно также господствует неравенство земельное, родовые патриархи занимают много земли и играют главную роль в водном вопросе, так как главная основа там вода. Необходимо также разрешить здесь земельный вопрос. В общем нужно сказать, что мы среди крестьянства имеем за Собой в виде классовой организации каких-нибудь 50 тысяч союза Кошчи, и то не закрепленных. Всему остальному крестьянству мы земли не давали. Необходимо разрешить земельный вопрос, заинтересовав крестьянство землей, и только при такой постановке будут разрешены и классовый вопрос и вопрос сельскохозяйственный.

Теперь у меня стоят вопросы об кооперации и об экономическом взаимоотношении центра Туркреспублики с федерацией. Нужно затронуть также финансовый вопрос.

Центр хочет наложить 18 миллионов пудов хлеба, в то время как правительство Туркреспублики может взять на себя проведение не больше 13 мил. 200 тысяч. Мы хотим внести свой протест в ЦК, чтобы натуральные налоги не были увеличены, чтобы налог на сельское хозяйство не был увеличен больше того размера, который мы указываем. Если его увеличить, то все остальное сорвется и кроме увеличения басмачества ничего не получится.

Я хотел сказать несколько слов о торговле, но за недостатком времени об этом говорить не придется.

В заключении скажу относительно необходимости подготовки хозяйственных работников. Если в центральной России ощущается недостаток хозяйственных работников, особенно работников специалистов членов партии, то в Туркреспублике это самый больной вопрос. Туземные работники там привыкли занимать административные посты, привыкли заниматься политикой, но хозяйственных работников в тех или других отраслях нет, а если и имеются, то это отдельные единицы. Поэтому перед нами стоит задача подготовки специалистов хозяйственников, хозяйственных работников. Тут нужно поставить вопрос о необходимости организации сельскохозяйственных школ. Нужно также организовать школы кустарного ученичества, почтово-телеграфные и т. д. Необходимо во все эти специальности вовлекать опытных людей. Недостаточно заниматься только общим образованием, необходимо создать людей, которые могли бы работать в различных отраслях хозяйства.

Что касается басмачества, то нужно подчеркнуть, что без восстановления хозяйства басмачество уничтожить военным нажимом нельзя.

В отношении школ, мы чувствуем, что федерация много нам не даст. Туркреспублика живет теми средствами, которые отпускает Наркомфин. Заблагорассудится НКФину отпустить не столько, сколько полагается, — и весь план будет нарушен. Своей финансовой базы у нас нет. Мы требуем, чтобы у нас была своя финансовая база. Отдельные ценности в виде сантонина, опия и т. д. — все это централизовала федерация. Мы не домогаемся крупных отраслей, но все мелкие отрасли централизовывать не следовало бы. От участия федерации в этих отраслях мы не отказываемся, поэтому мы просим, чтобы Туркреспублика не жила только сметами Наркомфина, которые всячески урезываются, а чтобы ей была дана возможность укрепиться самой на определенной базе.

Необходимо укрепить школы путем сельскохозяйственных операций, путем закрепления участков для обработки совхозов и т. д. Тов. Ходжанов здесь освещал вопрос относительно школ. Оказалось, что население хочет организовать школы: но нет учителей для низших школ и нет учебников, а в школах средней ступени и в высших школах не хватает материальных средств. Здесь возникает и хозяйственный вопрос, по поводу которого мы внесем в ЦК целую гору материалов. Мы просим обратить особое внимание на эти вопросы.

Троцкий. Желательно, чтобы т.т. меньше сосредоточивались на чтении официальной статистики, потому что мы можем найти цифры в сборнике этих докладов, а то много времени уходит на цифры и не остается времени для теоретических выводов.

Хидыралиев (Туркестан). В мою задачу входит освещение положения басмачества в Туркреспублике и вытекающих отсюда последствий, главным образом, голода. Басмачество, как политическая организация, возникло сначала в Ферганской области. Политическое оформления басмачества совпадает с образованием Кокандской буржуазной автономии. До революции в Фергане, как и везде, грабительские мелкие шайки были, но они никакого политического характера не носили и преследовали исключительно только цели легкой наживы. Сорганизовавшись в конце 1917 года, Кокандская буржуазная автономия, ища себе вооруженную опору, издала декларацию, в которой объявлялось, что все вооруженные элементы, в том числе и преступники, амнистируются и приглашаются в ряды национальной армии. Таким образом в Коканде собралось к моменту ликвидации этой Кокандской автономии, приблизительно к концу ноября 1917 г. — началу февраля 1918 года, около 2.000 так наз. «национальной армии». Вот отсюда и происходит политическое басмачество. В составе этих двух тысяч главную роль играли бывш. преступные элементы, грабители, которые в 1917 г. вернувшись из ссылки, куда были сосланы за грабежи и убийства, успели организовать шайки в 10-12 человек. Одно из таких лиц, Ергаш, был назначен Канадским автономным правительством главой армии и назван начальником Верховной Охраны города Коканда. Затем, к моменту военных действий Кокандского автономного правительства с большевиками, духовенство, с целью придать войне религиозный священный характер, произвело его в ханы. Он воевал два дня. Два дня он подписывался «ханом». Когда Кокандская автономия была разбита, главари ее, буржуазные интеллигенты и духовенство, разбежалось, — Ергаш устроили себе в 20-ти верстах от Коканда примитивную земляную крепость, сгруппировав около себя около 100 человек этих преступных элементов, а вся остальная публика разбежалась. Отсюда и начинается развитие басмачества. Ергаш...

Троцкий. Ергаш — мусульманин?

Хидыралиев. Да, мусульманин, бывший грабитель, сосланный в Сибирь за уголовно-преступные действия и организовавший шайку. С 1918 года Ергаш сидит с национальным флагом, который был ему дан Кокандским автономным правительством и продолжает сидеть до ноября 1918 года. До этого времени никто его пальцем не трогает. Это является стимулом для организации везде мелких шаек. Главной причиной басмачества является, конечно, экономика, но когда каждый басмач, держащий в руках оружие, действует и придает себе характер защитника национального освобождения, защитника Ислама, религии и т. п., — тут темной массе кажется, что экономика как будто сходит со сцены, а появляется голая политика. Таким образом 1918 год, до июля-августа месяца, характеризуется совершенным бездействием с чьей бы то ни было стороны в смысле борьбы с басмачеством. Басмачество развивается во всех уездах и опять таки я подчеркиваю, что главарями являются уголовные элементы, вернувшиеся из ссылки в Сибирь, куда были сосланы за грабежи и убийства. В августе 1917 в каждом уезде уже имеются определенные главари с шайками по 60-50 чел. вооруженных людей, к ним начинают примыкать все преступные элементы, которые могли приобрести оружие, и начинается сплошной грабеж. Нужно сказать, что Советская власть пришла в Туркестан механически, власть сначала перешла в руки русской интеллигенции и никакой борьбы никто организовывать с басмачеством не мог, и Советская власть опиралась, главным образом, на национально-армянские отряды, дашнакцутюны. Таким образом, было две причины, почему у басмачей увеличивалось оружие. Первая — это то, что элементы, которые хотели легкой наживы, скупали оружие у возвращавшихся старых солдат империалистического фронта. Затем, когда начинается грабеж, состоятельные элементы для того, чтобы защититься, чтобы сохранить свое имущество и благополучие, тоже начинают скупать оружие. Мы являемся очевидцами, когда в 1918 году можно было за несколько сотен купить прекрасную трехлинейную с 200 патронами. Характерен случай, что когда к военным представителям Советской власти явилось население районов, где развивалось басмачество и заявило, что там 20 человек басмачей пьяные спят, давайте их накроем, то комиссар требует, чтобы красноармейцам предварительно было уплачено 10 тыс. руб., население, изумленное, уходит, оставляя у него заявление о басмачах со своими подписями. Комиссар же передает это заявление с подписями брату главаря этой басмаческой шайки, и в результате все подписавшие заявление поголовно вырезываются, дома их сжигаются басмачеством. Мы были свидетелями целого ряда таких явлений. Затем бывают другого рода явления, когда отряды идут в кишлаки, получив сведения, что три дня тому назад там были басмачи, которые за это время успели уйти за 10 кишлаков, и требуют: «дайте нам басмачей». Имущество погружается на арбы и увозится в город, а несколько человек, как сочувствующие басмачам, расстреливаются, а после того, как отряд уйдет, приходят басмачи и оплакивают расстрелянных, заявляя, что они якобы защитники мусульман и с этого момента начинают вырезывать европейцев. Естественно, когда население видит, с одной стороны, что его вырезывают басмачи за сообщения власти, а с другой стороны расстреливают отряды, оно перестает говорить совсем. Борьба организуется только в русской части городов в Фергане и организовывается только к осени, в сентябре, когда басмачи ставят преграды между кишлаком и городом. В эту пору борьба принимает характер чисто национальный. Басмачество с каждым днем увеличивается. К январю — февралю 1919 гг. Советская власть, которая сохранилась только в русской части городов, не имеет связи с туземным населением, за исключением кучки так называемых туземных рабочих, которые оказались рабочими благодаря той же книжке, которая им выдана была на империалистическом фронте, когда они были мобилизованы, как тыловые рабочие, и которые на 70% (я говорю это совершенно ответственно) состоят из хулиганов, жуликов, которых население подкупило для того, чтобы избавиться от требований империалистической власти, послало на фронт в надежде, что они там умрут, — но они не умерли и стали у власти.

И вот теперь трудно найти границу, где басмачество и где мирное население. Объявляется беспощадная борьба с басмачеством, принимающая самый ожесточенный характер национальной борьбы. Наблюдаются такие явления: когда наступают на тот кишлак, где есть басмачи, то после ухода басмачей этот кишлак совершенно разрушается. Первое разрушение произошло в ноябре 1918 г. Отряды под руководством самого Осипова, военного комиссара Туркреспублики, потом изменившего Советской власти, разрушили, сожгли кишлак Сузак с населением около полуторы тысячи дворов, все имущество было вывезено крестьянской армией, вооруженной Осиповым, тоже потом изменившей под белогвар.-кулацким давлением. Местных жителей этого кишлака было зарегистрировано убитыми свыше 1000 человек. Трупы валялись по руслам рек, их ели собаки.

Басмачи же прикрашиваются тем, что они защищают мусульман. Они вырезывали совершенно невинных европейцев. Ими вырезано 179 человек военнопленных австрийцев, мадьяр и пр., которые, как военнопленные, находились в одном окраинном городе и потом хотели проехать домой. Их вернули, зарезали и бросили в Дарью. Бою в Сузаке предшествовало то, что басмачи в одном кишлаке зарезали 13 человек армян, которые по своим экономическим делам находились в кишлаках с давних времен. Басмачам в Фергане нет счета, да этого счета никто и не вел.

Некоторый перелом начинается с мая-июня 1919 г., когда верховная власть Туркестана вносит в борьбу коррективы в том смысле, что мы боремся с басмачами, а не с населением. Тут допускаются некоторые амнистии, тут обезоруживаются те отряды, на которое указывало население. Таким образом, начиная с 1919-20 гг., басмачи переходят на нашу сторону, но этот переход состоит в том, что мы просто принимаем их с оружием и даем название советского полка и пр.

В 1920 году почти все басмачи переходят к нам, за исключением двух. Что делать с ними — мы не знаем. Выслать из Ферганы? — не хотят. Держим, они грабят население, грабят уже от имени Советской власти. Тогда мы должны были нажать кнопки и поставить рогатки; но рогатки поставили и басмачи против тех, которые перешли к нам. К этому времени был зарезан Мадамин, которого обманным путем взяли в плен. Взявши в плен, написали провокационное письмо за печатью Мадамина в красноармейский гарнизон, который был оповещен штабом войск, что Мадамин едет для переговоров. Письмо гарнизон получил и, не готовый в боевом отношении, вышел навстречу и на половину был уничтожен.

Басмачество в 1922-23 гг. идет на убыль. К 1-му марта 1922 года мы имели по официальным сводкам 7 тыс. басмачей; к августу 1922 года, к моменту приказа тов. Троцкого и директивы ЦКРКП, — 2 тыс. басмачей (я говорю о Фергане). Затем в ноябре, благодаря координированной работе хозяйственной, экономической, политической, военной и т. д., мы насчитывали по официальным сводкам 17-го ноября 1922 года — 800 человек. Сейчас у нас число басмачей снова увеличилось — 2,400.

Басмачество в отношении людского состава остается тем самым, что и раньше было. Нового увеличения басмачества за счет новых элементов из населения нет. Старое басмачество, одно за другим, изживает себя, последнее же увеличение, в период с осени до весны, объясняется рядом таких явлений, как приостановление военного нажима и т. д., но оно увеличивается за счет старых испорченных басмаческих элементов, но не за счет нового прилива свежих сил из широких масс населения. Этого надо было ожидать при общем ослаблении нажима и при том терроре, которым басмачи угрожают населению. Басмачи грабят и организованно и неорганизованно. Организованно — в виде письменных требований, ставя налоговых сборщиков, собирая налоги, контрибуции и проч. Когда мы собираем продналог, они тоже собирают ⅒ долю, и вдобавок красноармейские части во время военных операций не могут снабжаться за счет государства, потому что доставлять продовольствие нельзя, там борьба кавалерийская, по горам, скалам и проч. По этим условиям красноармейские части во время операций содержатся населением. Мы вынесли ряд постановлений, мы все были согласны и готовы оплачивать этих обиженных крестьян, но, к сожалению, неимение средств не позволило это сделать. По приезде Каменева (Главкома) это снова было подтверждено. Мы вынесли постановление о том, чтобы категорически поставить вопрос в Москве о снабжении красноармейских частей и милиции за счет государства. Если же во время операций придется брать, в силу невозможности подвоза, то чтобы это делалось за плату.

Голос. Сколько милиции?

Хидыралиев. В Фергане и Самарканде около 3,500. При таком положении надо было ожидать увеличения басмачей опять до 10 тысяч. Если этого не произошло, то только потому, что басмачи фактически в глазах населения потеряли всякую политическую физиономию. Населению они надоели до невозможности. Население везде готово идти в бой и воюет в лице добровольной милиции. Главное же басмачество убивается экономическими мероприятиями, которое советское государство предпринимает. Так, например, в прошлом году осенью, когда мы в районе, до того занимавшемся шайкой Рахманкула, наиболее боеспособного из всех басмачей, имевшего свой кожевенный завод, обмундировывавшего джигитов и проч., — когда мы в этом районе обсеменили поля, кормили голодающих, поддерживая население, то это население и джигиты заставили такого сильного курбаша сдаться в плен, после чего мы его расстреляли. Таким образом, политические мероприятия, которые мы предпринимаем, играют существеннейшую роль в изживании басмачества, но в этом отношении требуется очень много, делаем же мы очень мало, хотя все-таки делаем. Осенью были ввезены семена в Фергану и весной также. Сейчас мы явились сюда опять-таки с конкретными предложениями, которые поддерживались и Главкомом в отношении ликвидации существующего голода и басмачества.

Мне хотелось бы привести несколько цифр, касающихся настоящего и прошлого. Например, что посевная площадь 1917 года равнялась 886 десятинам, а в 1922 году только 257 тысяч, дес. (это все на орошаемой земле фактически засеянного). Тов. Любимов качает головой, но я говорю на основании цифр, а также поездок по кишлакам и деревням. Когда агрономический отдел нашего бюрократического Обземотдела предполагает 730 десятин и когда говорит, что засеяно 430 тысяч в 1920 году, я говорю: это — отчет о нашем безделье и больше ничего.

Любимов. Я говорю о крае.

Хидыралиев. А я делаю доклад о положении Ферганы. Когда нас все-таки заставили корни ликвидации басмачества искать в экономике, мы должны были все пойти в деревню, в кишлаки и выявить точное экономическое положение, и нам с болью пришлось констатировать, что предложение агрономического отдела нашего Обземотдела, объявляющего, что посевной план (730 тыс. дес.) выполнен на 80%, является отчетом о безделье.

Затем, о падении хлопководства. В 1916 г. в Фергане было засеяно 348 тысяч десятин хлопка, в 1922 году засеяно 17 тысяч десятин. Урожайность в 1916 году — 95 пудов, в 1922 — 25 пудов, а 1921 году — даже 15 пудов с десятины. Теперь соотношение цен хлопка с пшеницей раньше и теперь. В 1913 г. хлопок расценивался 4,7; пшеницы — 1,5; значит тут соотношение приблизительно 1 к 3. Один пуд хлопка равнялся 3 пудам пшеницы. В 1921 году пуд хлопка стоит 391, а пшеница от 600-800. Здесь соотношение обратное: один пуд пшеницы равняется двум пудам хлопка.

Теперь скотоводство: в 1917 г. всего скота в Фергане числилось 1.500.000, в 1920 г. 750 тыс., т. е. половина, причем в рабочем скоте, конечно, уменьшение здесь колоссальное. У меня здесь цифры, которых огласить здесь сейчас не имею возможности, но фактически происходит так, что раньше приходилось на каждое хозяйства приблизительно полголовы рабочего скота. Тут, конечно, имеются в виду хозяйства беднейшие, которые обслуживают барские земли с барским инвентарем, хозяйства безземельные и прочее, а сейчас это количество уменьшилось приблизительно в 15-20 раз.

Теперь относительно голода. Мы с прошлого года зарегистрировали около 400 тыс. голодающих, несмотря на общее улучшение хозяйства. Это объясняется глубоким разорением хозяйства, которое характеризуется следующим образом. Когда мы в прошлом году сделали обследование на местах и подвели приблизительный баланс сельского хозяйства в Фергане, то мы получили большой дефицит. Дефицит в хлебе мы определили в 10 миллионов пудов. Тогда под давлением отсутствия средств в Ташкенте эти цифру ломали и ломали и довели ее до 6 миллионов с таким расчетом, что два миллиона будет ввезено государственным порядком, а четыре миллиона будет ввезено будет ввезено, благодаря тому, что мы снизим тариф. Но фактически при помощи НЭПа ввезено в Фергану несколько миллионов и государственным порядком, в виде семян и в виде помощи голодающим осенью и весной не более 600-700 тыс. пудов. Таким образом, этот дефицит хозяйства и не дает нам возможности спустить цифру голодающих. Конечно, хозяйство, в общем и целом, поправляется против 1921 года немного, в общем голодающие остаются голодающими. Мы на совещании с участием Главкома приняли ряд решений. Во-первых, мы постановили, что милиция должна быть безусловно переведена на государственное снабжение (о Красной Армии я уже говорил). Дальше, из голодающих хотя бы половину нужно отнести за счет федерации, потому что мы фактически из 400 тыс. голодающих на государственные средства содержим 8 тыс., а остальные вымирают. Кроме того, в Фергане, где хлопководство упало, развилось рисоводство, что вызывает малярию, от которой население лечится примитивным способом. Например, при малярийном нашествии требуется больше есть жира, а если у вас нет жиров и нет лекарств, то вам лечится нечем и вы от малярии не избавитесь. В прошлом году летом по городам смертность от малярии дала 100-150 человек на каждый день, а в деревне никто этого учета делать не мог.

Таким образом, мы постановили платить за все, что берется у населения, кроме всяких налогов и проч. Нужны средства, средств нет.

Агитационная работа среди Красной Армии и среди красной милиции поставлена, конечно, очень плохо. Органы ГПУ признаны совершенно слабыми, потому что там нет работников, нет для агентурной работы денег.

Сталин. А о возможности организовать национальные части?

Хидыралиев. О возможности организовать национальные части у меня имеется целый доклад.

Некоторый сдвиг в сельском хозяйстве в Фергане имелся благодаря прошлогодним уступкам в отношении налогов, когда мы сняли 50% продналога и совершено сняли некоторые государственные налоги, и в этом году мы настаиваем на том, чтобы с Ферганы были сняты налоги в общем на 50%. Сейчас картина такая, что когда появляются агенты финотдела на базаре, то весь базар разбегается и разграбляется, потому что патенты дороги, а квалификация неправильна, отчего в городах полная паника в этом отношении. С другой стороны, когда крестьянин привозит 1 пуд, он уходит с пустым мешком, потому что отдает этот пуд на налоги коммунальникам и разным посредникам, которые дерут кожу.

Таким образом, конкретные предложения сводятся, в общем и целом, к следующему: военный нажим, поднятие политработы, помощь голодающим и ссуда, помощь крестьянскому хозяйству для того, чтобы поднять хозяйство.

У меня по басмачеству есть очень много характерных документов, с которыми я постараюсь познакомить тов. Троцкого.

Саид-Галиев. К порядку. Я вполне присоединяюсь к предложению тов. Троцкого о том, что необходимо оттенить, главным образом, бытовые особенности. Учитывая, что 20 автономных областей и республик потребуют 15 минут — итого 5 часов плюс прения, а также результаты работ избранной нами комиссии, затем принятые революции; учитывая, что сегодня таким образом работы мы не закончим, я предлагаю больше 15 мин. одной республике не давать. Остальные выступят в порядке прений, как бы велика эта республика не была.

Председатель. Имеется предложение ни одному оратору не давать больше 15 мин. Голосую за предложение. Принято.

Переходим к докладу о Киргизии. Слово имеет тов. Каратлеув.

Каратлеув (Киргизия). Я работник губернского масштаба и случайно имел счастье попасть на это совещание.

По общей линии партийной работы в нац. вопросе, выдвинутой ЦК и принятой Политбюро, Киргизия в общем и целом ничего не может отметить. Я должен только отметить общее положение Киргизии. Когда мы, местные работники, получили на местах резолюции XII съезда, то мы были вполне убеждены, что та идеология, которая подчеркнута и выдвинута за последнее время Султан-Галиевым, в Киргизии иметь места не будет и мы сейчас убеждены, что после практической платформы, которая здесь предлагается, эта идеология также у нас иметь места не будет. Но наше большое опасение заключается в том, что на местах большинство активных работников губернских центров и краевого центра понимают постановление съезда в декларативной форме и говорят, что это имеет значение международное, но не практическое.

Троцкий. Кто это?

Каратлеув. Это председатель контрольной комиссии Уральского губкома и еще ряд товарищей. Такие положения у нас там есть. И если не будут в данном случае приняты активные и энергичные меры в отношении подбора работников, то я, как представитель Киргизии, работающей на местах, смотрю на ближайшее проведение предлагаемой платформы очень осторожно. Затем, вся та работа, которая за эти четыре года у нас проделывается, принимается у нас в виде формальных докладов. В предложенной платформе есть хорошие положения, и когда я первый раз читал их, то т.т., сидящие рядом, говорили: «мы точь-в-точь это делаем в республике» и никакой разницы, по-видимому, нет. Если бы тут сидел киргизский товарищ, который работал в киргизском центре, он бы сказал то же, что и этот сосед. Но между делом и словами у нас в республике имеется большая разница, и в данном случае по первому пункту платформы я выдвигаю предложение не только отсюда давать письменные директивы, но должен быть известный нажим и контроль, должна быть фактическая проверка этой работы со стороны ЦК. Поэтому необходимо создание и посылка авторитетной комиссии для КССР, которая побывала бы на местах.

По вопросу о мерах вовлечения трудовых элементов местного населения в партийное, советское, профессиональное и кооперативное строительство приведу маленькую характеристику о положении КССР в этом отношении. Состав уездных исполкомов: 51% киргиз, русских 49%. Состав уездных съездов советов: 43% киргиз и 57% русских. Состав губернских исполкомов: 37% киргиз и 63% русских; состав губ. съездов советов: киргиз 34%, русских 66%, состав губернских комитетов: 28% киргиз и 64% русских. Состав организации РКП — киргиз 951 (цифра 951 преувеличена на 50%), русских 7.878.

Голос. Под русскими разумеются все остальные национальности?

Каратлеув. Остальные национальности, кроме русских, составляют незначительный процент.

Голос. Малороссов и великоруссов не различаете?

Каратлеув. Я говорю по статистическим данным Обкома РКП.

Фрунзе. Данные национального состава всей республики населения имеются?

Каратлеув. Данных о нац. составе населения под руками у меня не имеется. Приведенные мною цифры достаточно характерны, и я больше на них останавливаться не буду.

Что касается введения киргизского языка, то нужно сказать, что, несмотря на распоряжения и декреты, ни один работник ни думал и не пробовал изучить киргизский язык. За четыре года из центральных работников, командированных в Киргизскую республику, я не видал ни одного, который интересовался бы киргизской азбукой. Это объявляется не только нежеланием, а есть другая основная причина. Они говорят, что киргизский язык не культурен и не интересен, и что они в Киргизии не будут годами жить и поэтому языка не изучают. Я помню, в 1920—22 гг. Уральский губком постановил ввести изучение киргизского языка, но ни один товарищ не пробовал это сделать.

Что касается беспартийных конференций, то в продолжение четырех летне было ни одной в краевом масштабе. Правда в губернских практиковались беспартийные конференции, то на них киргиз было очень мало.

Дальнейшие успехи работы зависят, главным образом, от количества достаточно подготовленных работников, как русских, так и киргиз. Чтобы говорить и писать эти прекрасные положения, необходимо их понять и проводить с достаточной твердостью, а для этого надо иметь работников, хотя бы одного-двух человек на губернию. Таковых мы не имеем и наша просьба — для успешности работы снабдить нас работниками. Если не будет обращено на это серьезного внимания, мы будем заниматься только иллюзиями.

В отношении поднятия культурного состояния местного населения общие цифровые данные говорят следующее: газет на киргизском языке по всей республике — 5, русских — 17; тираж киргизских газет — 7.555, русских — 21.170; журналов киргизских 36%, русских 64%; учащихся 49.246, из них киргиз 29%, русских 71%. Я, выслушивая цифры туркестанцев, удивлялся, почему они так много плачут, ибо наши цифры, в сравнении с туркестанскими не выдерживают никакой критики. Мы просим неоднократно в своих докладных записках об организации краевого бюджета, ибо мы не знали объектов нашего бюджета по губерниям. Чтобы достичь известного успеха в деле поднятия грамотности населения, необходимо народное образование в КССР принять на госсредства. У нас почти нет учебников и руководств, и мы не имеем возможности своими силами и средствами печатать эти учебники и организовать печатное дело.

Хозяйственное строительство приблизительно характеризуется следующими данными. Кирреспублика делится на северо-восточную и юго-западную часть. Северо-восточная более благополучная — Семипалатинская и Акмолинская губ., юго-западная — Уральская, Актюбинская, Букеевская, Кустанайская, Тургайская. Уральская губерния имеет на одно хозяйство в среднем полторы десятины посева и 0,8 рабочего скота и относится к почти скотоводческим губерниям. Тогда как прожиточный минимум в скотоводческих районах на основании научных данных принят в 25 единиц, мы имеем в Уральской губ. — 2,1, Актюбинской — 2,5, Букеевской — 1,9, Кустанайской — 1,7, Тургайской — 1,7, т. е. в общем от 2-4 десятин. Если мы возьмем в среднем, то получим, что с полторы десятины получается 40 пуд. хлеба, в данном случае получается нехватка по 20 пуд. на хозяйство. Вот в общих чертах положение КССР.

Я говорю, что 2 губернии у нас благополучны, а вот губернии, которые я характеризовал данными цифрами, влачат жалкое существование — Уральская, Букеевская, Актюбинская, Тургайская и Кустанайская. Из характеристики хозяйственного положения КССР уже сам собой вытекает вопрос о финансах, налогах и помощи голодающим. В этом отношении мы своевременно давали доклады, давали цифры, эти материалы имеются и, очевидно, по этим вопросам будут иметь суждения соответствующие учреждения. Общее положение у нас в хозяйственном отношении очень печально.

Теперь землеустройство. Относительно нехватки земли говорить не приходится, но эта земля не приведена в известные формы пользования и в этом отношении по аграрному вопросу мы ничего не говорили после Октябрьской революции, так как земли у нас достаточно. Была 10-верстная полоса, которая использовалась казачьими частями населения; в свое время в этом отношении был издан декрет, но не везде этот декрет был проведен в жизнь, а там где был проведен, он не принял определенной формы. В дальнейшем я полагаю, что осложнений по этому вопросу не будет и в этой части нам приходится только обратить внимание, чтобы нам дали кадр работников-землемеров. Мы имеем на всю Кирреспублику только полтора землемера, а что касается средств, то их мы тоже не имеем. Необходимо нам получить кадр работников и соответствующие средства и тогда с этим вопросом мы справимся.

Теперь о культурно-просветительной работе. Общие условия КССР очень разнятся от работы центральной России. Общая конфигурация, разбросанность населения неблагоприятны для работы. Надо отметить, что, в частности, в Уральской губернии никакой работы не ведется, а если и ведется, то только мелкая работа среди русской части населения, оседлой, а среди киргизского населения она совершенно отсутствует. Если на этот вопрос не обратить теперь внимания и не отметить его, то работу надо считать пропавшей. Особенно приходится говорить о партийно-воспитательной работе в том отношении, что среди киргизской молодежи таковая не ведется. Руководителей КСМ из киргиз нет. Киргизы почти не вовлекаются в совпартшколы. Надо обратить особое внимание на рабочие центры. Их у нас очень немного: Эмба — нефть, Экбастан — уголь, Ритер — металл, Павлодар — соль, Илецкая — соль и пр. Я опять говорю, что хотя у нас и малое количество рабочих центров, но работа там не поставлена, ибо я в Уральской губернии на Эмбе знаю, что из среды рабочих за 4 года мы не имеем ни одного партийного киргиза, а это указывает на отсутствие работы.

В конце моего общего краткого обзора я должен отметить, что если непосредственно отсюда в КССР не будет командирована авторитетная комиссия, которая на местах будет проводить как работу, так и чистку, то за налаженность дальнейшей работы я опасаюсь.

Председатель. Разрешите объявить перерыв на 10 минут.

После перерыва.

Нимвицкий. (Башкирия). Т.т., так как время чересчур ограничено, мне, конечно, придется доклад очень сократить и быть в значительной степени голословным, так как за недостатком времени мне не придется довести до вашего сведения целого ряда цифр и данных, которыми я располагаю. Я начну с хозяйственного положения нашей республики.

В нашей республике общее количество населения около 2.500.000 человек. По национальному составу оно разделяется таким образом около 46-47% татаро-башкирского населения, около 50% русского, остальное приходится на прочие национальности. В отличие от Киргизии и Туркестана по своим основным отраслям хозяйства наша республика напоминает скорее центральные наши земледельческие губернии. Здесь мы можем разделить Башкирию на две части: одна часть состоит из бывш. Уфимской губ., — уездов Уфимского, Белебейского и др., где основное хозяйство — земледелие, по типу земледельческих губерний средней России. Что касается земельных отношений, то они в значительной степени устоялись, урегулировались после того раздела земель, который произошел в результате конфискации частных помещичьих и казенных земель. Здесь никаких неожиданностей, никаких вопросов о наделении со стороны неимущего безземельного населения не встает. Но есть у нас и другая часть населения, отличающаяся по своему характеру — это бывш. Башкирия, находящаяся в горных районах. Здесь земельные отношения несколько другие. Во-первых, природные условия здесь менее благоприятны для развития сельского хозяйства; здесь сельское хозяйство только начинает применяться в последнее десятилетие. Значительная часть населения занималась скотоводством, охотой, а также обслуживала горные заводы, которые были расположены на этой территории. Мы не имеем сейчас точных данных и материалов, которые обрисовывали бы вполне определенно земельные отношения, сложившиеся там. Нужно сказать, что здесь в этом отношении не так дело обстоит, как в прочих частях республики. Здесь есть значительное количество башкирского населения, которое, в результате всех пертурбаций, осталось без земли, несмотря на большое количество земель, находящееся на этой территории. Подробно на этом останавливаться трудно. Произошло это потому, что там есть пришлое население, так называемые припушенники. Здесь после революции часть наиболее удобных для сельского хозяйства земель, которые раньше арендовались пришлым населением, была захвачена им в свои руки, они отказались платить аренду. В виду того, что лесные угодья были национализировании, башкирское население осталось без земель и в этом отношении вопрос требует изучения, разработки и проведения там землеустройства. Сейчас у нас послана туда специальная комиссия для того, чтобы собрать все необходимые материалы, изучить этот вопрос, а затем придется обратиться к центру, чтобы были отпущены соответствующие средства для урегулирования там земельных отношений и проведения землеустройства. За недостатком времени, я, пожалуй, больше останавливаться на земельных отношениях не буду. У нас несколько своеобразные отношения в Аргаяшском кантоне (островок Челябинской губ., который находится в Башреспублике), но за недостатком времени я на этом останавливаться не буду.

Теперь я хочу коснуться вопроса об основном башкирском населении, материальное положение которого в высшей степени тяжелое. Из-за, во-первых, целого ряда неурожайных лет скотоводство в этом районе совершенно подорвано благодаря тому, что промышленные предприятия, заводы там закрыты, население почти не имеет средств к существованию и систематически вымирает и будет умирать даже при наличии нескольких лет урожая, потому что негде получить источники для существования — заводы закрыты, скотоводство подорвано. На это мы должны обратить серьезное внимание и найти средства, чтобы поднять там скотоводческое хозяйство и привить земледелие. Здесь, несомненно, без помощи центра не обойтись. В тезисах тов. Сталина указывается на необходимость усиления сельскохозяйственного кредита, но здесь даже льготный кредит не поможет, — здесь надо говорить не о кредите, а о значительной субсидии со стороны центра, чтобы восстановить хозяйственную мощь этой части Башреспублики, чтобы прекратить в дальнейшем вымирание башкирского населения.

Что касается промышленных предприятий, то здесь недостаток оборотных средств не позволяет в полном объеме восстановить дело и вести производство. Поэтому для нас стоит вопрос не о перенесении каких-либо фабрик и заводов к источником сырья, а скорей о том, чтобы были отпущены из центра оборотные средства, которые позволили бы нам восстановить в полном объеме те предприятия, которые закрыты, и укрепить те, которые действуют. Сейчас действующих предприятий незначительное количество, примерно около 25-26.

Вот основные черты нашего хозяйственного состояния в Башреспублике. Здесь я должен сказать, что после голода 1921 — 22 гг., который пережила Башреспублика, район бывшей Уфимской губернии хотя медленно, но все же более или менее восстанавливается, несмотря на недостаток рабочего скота, что является сейчас основным бичом. Что касается района Малой Башкирии, там положение очень печальное: и в этом году население голодало и ему приходилось оказывать значительную помощь.

Теперь я перейду к состоянию партийной и советской организации Башреспублики. У нас всего числится до 5-ти тысяч членов партии, которые по национальностям распределяются следующим образом: до 30% членов партии из татаро-башкир, остальное падает преимущественно на русское население и незначительная часть на другие национальности. Мы систематически проводим выдвигание местных работников из татаро-башкир в советские и партийные учреждения. За недостатком времени я сейчас не буду приводить эти цифры, а только укажу на кое-какие из них, которые сейчас остались в памяти. Напр., в нашем центральном руководящем партийном учреждении, в президиуме областного комитета, из 9 членов — 3 татаро-башкир, 6 русских. В пленуме областного комитета — 11 татаро-башкир и 19 русских. В советских руководящих органах: в президиуме Башкирского Центральн. Исполнит. Комитета — 5 татаро-башкир, 4 русских; в Совнаркоме 8 русских, 6 татаро-башкир и 1 другой национальности, не помню какой. Эта мера систематически проводится, примером чему может служить состав нашей конференции, бывшей год тому назад и соответствующие цифры на конференции в нынешнем году. Количество уездных работников увеличено с 40 до 80 человек из татаро-башкир. Особое внимание мы обращали на органы юстиции и народного просвещения, в которых процент татаро-башкирских работников гораздо более значителен, чем в прочих советских органах. В судебных органах, напр., имеется до 40% работников из татаро-башкир.

Я хочу указать и кое-какие отрицательные стороны, затрудняющие работу нашей партийной организации. Это отчасти то же явление, на которое указывали товарищи из Туркестанской республики. У нас, как и там, в значительной степени не произошла размежевка между партийными и беспартийными. Также значительно заметно влияние беспартийной интеллигенции на наших партийных товарищей из татаро-башкир. Уже из того дела, которое мы заслушали, из дела Султан-Галиева, Адигамова, вы можете видеть, что у нас беспартийные сплошь и рядом приглашаются на заседания партийными товарищами, где обсуждаются вопросы партийного порядка и таким образом они в значительной степени влияют на нашу башкирскую часть организации. Отмечу, как характерное явление, что когда посылалось нашими партийными товарищами обращение в ЦК, то оно сплошь и рядом вырабатывалось при участии этих беспартийных работников и параллельно с посылкой тех или иных протестующих писем в ЦК посылалось аналогичное письмо от беспартийных в Наркомнац. Это явление не здоровое, мы с этим боремся, и думаем, что теперь, после событий последнего времени, мы сумеем быстро это положение изжить.

Что касается взаимоотношений в нашей организации, то должен сказать, что у нас склок в последний год почти не наблюдалось и чем дальше, тем взаимоотношения татаро-башкирских работников коммунистов и русских работников все улучшаются и постепенно недоверчивое отношение изживается. Так, напр., на последней областной конференции у нас совершенно не было разногласий не по одному из вопросов, стоявших в порядке дня конференции. Все революции выносились единогласно, тогда как предыдущая конференция была гораздо более бурной.

Я хотел еще сказать об условиях партийной работы. Она также затруднена, как и в других республиках, отсутствием надлежащего кадра работников, отсутствием соответствующей литературы и денежных средств. Здесь я должен сказать следующее: когда мы представляем смету с указанием, что нам нужны такие то и такие то суммы на издательскую деятельность, на агитационно-пропагандистскую деятельность, что наша работа в этих областях отличается от работы в прочих губерниях, где не имеется такого состава населения, — ЦК подходит все-таки при утверждении сметы так, как подходит к смете любого губернского партийного комитета, определенный процент выделяется на агитационную работу; совершенно не учитывается то обстоятельство, что у нас республика национальная и что у нас приходится иметь переводчиков, издавать литературу на двух языках и т. д. И вот на это я просил бы обратить внимание ЦК.

Перехожу к культурно-просветительной работе. Культурно-просветительная работа у нас также, конечно, страдает, как и в других республиках. У нас школ начальной ступени имеется: русских — 670 на 44 тысячи детей; башкирских — 767 на 55 тысяч детей школьного возраста и прочих 177 школ с 9 тысячами детей. Всего обучается около 130 тысяч детей школьного возраста, что составляет около 20% всего детского населения школьного возраста республики. Школа очень плохо обеспечена материалами и учебниками, пособиями и учительским персоналом. В особенности плохо обстоит дело в татаро-башкирских школах и особенно на территории бывшей Малой Башкирии, бывшей Оренбургской губ. Мы имеем хотя бы малое наследство бывшего земства, — там и этого не было. У меня имеются данные, что татаро-башкирских школ первой ступени 857 с 1.200 преподавателей. Но это не значит, что все преподаватели преподают на башкирском языке. Кадр достаточно подготовленных учителей из татаро-башкир очень мал. Основная задача, которая стоит перед нами, это расширение общей сети начальных школ и создание кадра преподавателей, создание кадра учителей. Мы должны усилить эту работу, что если она пойдет тем же темпом, как идет до сих пор, то мы сможем только через 20-35 лет получить то количество учителей на татаро-башкирском языке, которое нам необходимо, при условии, что все они будут поступать учителями после окончания учебных заведений. Не буду подробно останавливаться на школах второй ступени; школы второй ступени есть у нас также и на русском, и на татаро-башкирском языке. Но опять таки положение школ на татаро-башкирском языке в смысле учителей и всего иного прочего еще хуже. Мало средств, мало культурных сил. Нам необходимо расширить сеть учебных заведений, в особенности обратить внимание на подготовку всякого рода профессионально-технических работников. Сейчас у нас имеется до 30 профобрских школ, небольшое количество сельскохозяйственных школ (школ 4), но, опять таки, наибольшее количество учащихся там не татаро-башкирское, а русское. Они расположены в городах. Для того, чтобы вовлечь татаро-башкирское население в эти школы (а мы ставим себе такую задачу), нужно приблизить эти школы к населению, нужно построить их там, где сосредоточено это татаро-башкирское население, нужно иметь кадр преподавателей, а главное нужно иметь достаточное количество денежных средств. Здесь без содействия центра своими собственными силами и средствами мы не справимся.

Я хочу сказать еще несколько слов относительно введения башкирского языка. У нас издан соответствующий декрет, который проводится в жизнь. В общем и целом, сущность его сводится к следующему: татаро-башкирский язык мы начинаем проводить в тех волостях и селениях, где большинство населения является татаро-башкирским. Там делопроизводство должно вестись на татаро-башкирском языке. Затем начальная школа, конечно, должна быть на их родном языке, точно также, как судопроизводство и судоговорение. Вот первые шаги в этом отношении, которые нами делаются. У нас создана комиссия для проведения этого в жизнь. Переводятся на татарский язык кодексы, увеличивается в этих областях штат работников, знающих татаро-башкирский язык. Как я уже говорил, у нас в судейских органах до 40% татаро-башкир.

Вот, пожалуй, за недостатком времени я на этом и остановлюсь.

Председатель. Тов. Халиков просит дать ему сделать дополнение к докладу тов. Нимвицкого минут на десять. Кто за то чтобы предоставить тов. Халикову слово на десять минут? Большинство. Слово имеет тов. Халиков.

Халиков.(Башкирия). Я должен прежде всего дать справку относительно национального состава населения. Башкир было не 40%. До голода было 52%, после же голода по последней 10% переписи 48%. Русского населения 38%. Остальные — прочие национальности.

В отношении возглавления органов у нас дело обстоит таким образом. В своем докладе тов. Сталин упомянул, что возглавление высших органов национальных республик не теми национальностями, именем которых называются республики не особенно удобно, и что будто бы даже один русский товарищ из Башкирии выдвигал русского товарища на пост Предсовнаркома. Это не один русский товарищ, а таково было постановление Уфимского губкома, когда мы сливались с Уфимской губернией. Состав Совнаркома теперь такой: Башнаркомзем — русский, Наркомпрод — русский, Наркомюст — русский, Наркомвнудел — русский, Наркомфин — русский, Наркомтруд — русский, ВСНХ — русский. Таким образом остаются Наркомпрос, Наркомздрав, Наркомсобез и Военком из башкиро-татар, причем заместитель Предсовнаркома — русский. Интересны взаимоотношения между Наркомами и Предсовнаркомом. (В данном случае предсовнаркомом являюся я, я не заинтересован в том, что касается меня лично, а я только отмечаю факты). Экономсовещанием фактически руководит, по постановлению Обкома, мой заместитель. Я не имею, так сказать, возможности, согласно постановлению Обкома, вмешиваться в это дело. Теперь возьмите положение Предсовнаркома. Русские наркомы имеют дело все время с моим заместителем по линии Экономсовещания и по линии Совнаркома, и таким образом получается весьма курьезная вещь, что Предсовнаркомом является тут, в некоторых случаях, просто лицом, занимающим отдельный кабинет, а фактически дело дается помимо него. Так сложились у нас взаимоотношения. Я нисколько не хочу говорить, по существу, о том, насколько соответствуют эти Наркомы из товарищей русских своему назначению, — этого я касаться не буду, я здесь отмечаю лишь те взаимоотношения, которые у нас существуют.

Так же обстоит дело в кантонах. Вы не одного кантона не найдете, где бы большинство заведующих отделами были башкиры и татары. У нас не найдете ни одного заведующего кантонным отделом земледелия из башкир, — все поголовно русские. Ни одного кантпродкомиссара из башкир, — все поголовно русские. Это очень характерный факт.

Нимвицкий. Неверно.

Халиков. Нет тов. Нимвицкий, вы не укажете ни одной фамилии башкир из продкомиссаров.

Нимвицкий. А Валиев?

Халиков. Валиев — зампродкомиссар. Если в области народного просвещения и во главе Нарком и заведующие кантонными отделами из башкир и татар, но их положение, конечно, вы поймете из тех взаимоотношений, которые создаются в самом Совнаркоме. Конечно, в наших кантисполкомах такие же взаимоотношения. Это нормальное явление, которое я хотел здесь отметить, является больным местом не потому, что здесь задеты интересы национальностей, а исключительно с точки зрения деловой.

Теперь я хочу отметить еще один характерный факт: у нас члены Областного комитета разделяются таким образом — «мы» и «вы». Кто подразумевается под словом «мы» и под словом «вы»? Я интересовался этим и говорил с одним членом областного комитета. Он подразумевает под словом «мы» — партию в целом. Тогда невольно возникает вопрос: а «вы», башкирская часть, вне партии значит? «Да, не все, которые имеют партийные билеты, являются членами партии. Вы видите — Султан-Галиев». При таком абсолютном недоверии работать, конечно, чрезвычайно трудно и эти ненормальные взаимоотношения-отзываются на практической работе.

По существу доклада тов. Сталина я хочу еще отметить несколько слов. Во-первых, Башкирия делится на западную и восточную части. Западная часть Башкирии более культурна, там и башкирское и татарское население довольно культурное. В восточной части Башкирия характеризуется тем, что тут больше половины полукочевых скотоводческих хозяйств, причем эти хозяева-башкиры в силу разрухи и голода окончательно разорились. Теперь они не имеют ни скотоводческого хозяйства, ни кустарным промыслом не могут заниматься, и не перешли к земледелию, да и не могут перейти, потому что не имеют средств. Причем характерно явление: горные башкиры, главным образом, занимались помимо скотоводчества и кустарного промысла, также и лесообработкой. Сейчас леса национализированы, и горные башкиры остались и без земли, и без лесов. Таким образом их основная профессия, основной промысел — кустарный совершенно отпал, и эти башкиры вынуждены умирать. Мы послали экспедицию изучить этот район (между прочим, это по территории составляет ⅛ Башреспублики) изучить, чем можно там заниматься и какие мероприятия там можно провести.

Тов. Сталин в своем докладе выдвигает два основных момента: первое — подготовку кадра из туземных работников, которые явились бы базой, основанием диктатуры пролетариата в этих национальных республиках, и второй момент — это хозяйственный, экономический, культурный. Вот этот первый момент для нас наиболее существенный. Сейчас у нас кадр туземных работников чрезвычайно малый, мы силами бедны, откуда то надо их черпать, причем я полагаю, что если из деревни черпать такие надежные силы, которые предполагает ЦК партии, то это будет очень трудно. Стало быть, их нужно будет искать из пролетарского и полупролетарского населения. Во второй части доклада т. Сталина и в его тезисах есть пункт, в котором говорится, что одним из мероприятий для этого должно быть перенесение фабрик и заводов к источникам сырья. Мы в этом не нуждаемся. У нас есть свои фабрики и заводы, большинство из них сейчас пустует, но здесь нужно отметить то, что Башкирия, как вы знаете, раньше была объектом царской колонизации. Там фабрики и заводы насаждались путем колонизации тем или иным акционерным обществом, или отдельными богачами. Если вы возьмете этнографическую карту Башкирии и взглянете на Татьян-Катайский кантон, то вы увидите, что там заводы фигурируют в виде протоплазмы, в виде маленьких пятнышек, которые окружены башкирским населением, причем башкирское население до сих пор относится к этим заводам с недоверием, вплоть до рабочих, и русские рабочие, работающие в этих заводах, продолжают до сих пор смотреть на башкирское население так, как они смотрели раньше. Так что никакой моральной и физической связи между этими заводами и башкирским населением нет. Казалось бы, эти заводы сейчас являются нашим счастьем, эти заводы должны служить базой, откуда бы мы не черпали пролетарские и коммунистические силы. Что касается этих пунктов, то в тех национальных республиках, где есть уже фабрики и заводы, нужно будет держать курс по пути национализации (этот термин для меня является, некоторым образом, диким, но этот термин тут приводится), т. е. у нас, напр., нужно будет провести некоторую башкиризацию. Я не хочу сказать, что эти заводы непременно нужно сразу брать в башкирские руки, а нужно взять курс так, чтобы там постепенно насаждались башкирские элементы для того, чтобы мы имели возможность таким образом оттуда черпать настоящие нужные нам силы, иначе мы кадра коммунистического вырабатывать не сумеем, а при желании это сделать весьма возможно. Во-первых, башкирское население до некоторой степени является обслуживающим элементом на этих заводах, оно разорилось и осталось без всяких хозяйств, оно болтается, его нужно к работе привлекать. Часть можно привлечь немедленно, обучив их квалификации и проведя их через фабрично-заводскую школу. На это нужно будет обратить сугубое внимание.

Сабиров (Татреспублика). Вчера товарищи, выступавшие по вопросу о Султан-Галиеве, касались и Татарской республики. Некоторые хотели просто обвинить работников, которые сейчас там работают и стоят у власти, в шовинизме, национализме и т. д. Но ни один из них не основывался на каких-либо материалах. Я полагаю, что ЦК поступает совершенно правильно, затребуй от каждого материалы по тем больным вопросам, которые имели место на этом совещании. К сожалению, мне дано очень мало времени. Я хочу ответить на вопросы, поставленные в порядке дня.

Я начну с народного образования. Народное образование в старое время было таково, что из 1.164 учреждений на госснабжении в Татарской Республике было для татар всего 33 учреждения 1 ступени, средне-учебных заведений совершенно не было, ремесленных, сельскохозяйственных и других школ также не было. В каждой почти деревне существовали «мектебе», о которых сейчас никаких сведений достать невозможно. Но в годы революции население охватывается чрезвычайным подъемом в деле насаждения культурно-просветительных учреждений. Культурно-просветительные учреждения растут как грибы в каждой деревне, в каждом селении не только русском, но и татарском.

Особенно интересны цифры культурно-просветительных внешкольных учреждений, которые в 1919-20 гг. насчитывались тысячами в татарских селениях. Татарских школ насчитывалось 1.095, русских 1.215, средних школ татарских — 28, русских — 86. Политпросветительных учреждений было: русских — 2.100, татарских — 1.620. Учреждений профессионально-технического образования было 142; одних татарских тогда еще не было, но в этих учреждениях обучалось 76 чел. татар. Этот подъем был, конечно, подъемом ненормальным. Если были школы и культурно-просветительные учреждения, то в них не было ни учителя, ни учебников, ни тех необходимых учебных материалов, которые требуются для культурно-просветит. учреждений. Учителей собирали так: брали просто грамотных, пропускали через краткосрочные двух или трехмесячные курсы и назначали учителями. Но этому росту дает конец, с одной стороны, НЭП, с другой стороны — голод, бывший в 1921 г. Сеть этих учреждений сокращается чрезвычайно. Например, в 1921 — 22 учебном году татарские школы первой ступени понижаются с 1.095 до 744; русские школы с 3.000 понижаются до 845. Здесь уже приходится вести усиленную борьбу по поднятию культурного состояния Татреспублики. С одной стороны бюджет, который постоянно сокращался, не давал возможности взять на иждивение государства необходимые учреждения. С другой стороны, голод не давал возможности вести работу среди населения и подготовить почву для того, чтобы привлечь население по организации школ в деревнях. Но только в 1922 году, когда уже голод миновал, нам удалось восстановить культурно-просветительные учреждения приблизительно до уровня 1920 г. Конечно это удалось сделать не только государственным путем, но и при помощи самого населения. Нам удается, главным образом, восстановить школы I ступени. Теперь у нас на две деревни одна школа и на 20-25 деревень одно культурно-просветительное учреждение. Достижение в общем, конечно, громадное по сравнению со старым дореволюционным временем. Например, профессионально-технические и педагогические школы среднего типа совершенно не существовали, — но сейчас мы имеем два педагогических техникума, один татарский театральный техникум, и один сельскохозяйственный техникум. Кроме того, через рабфаки мы сумели провести в высшие учебные заведения, 1.916 чел. татар. Затем, имеется в настоящее время татарский государственный театр, который довольно хорошо оборудован, имеет полный штат артистов, кроме того, имеет при себе театральный техникум. Организуем сейчас восточный музей (организационные работы почти уже заканчиваются). Госиздатом Татреспублики за 2 года издано 156 названий на татарском языке. Но наряду с этим достижением необходимо все же отметить, что все школы сейчас существующие, трудно назвать в полном смысле школами. У нас было только 36 зданий, построенный на государственный счет до революции; это число до сих пор не увеличивается. Остальные школы размещаются в частных домах, главным образом, в крестьянских, и не имеют никаких технических приспособлений. Не хватает учительского состава. Мы сейчас, главным образом, заняты не только подготовкой учителей, а заняты переподготовкой: нужно переподготовить многих из тех учителей, которые раньше не проходили полного педагогического курса. Периодических изданий еженедельных 26, из них на татарском языке 12. Татарских газет 4. Подробные сведения будут переданы в ЦК. Для того, чтобы снабдить все школы кадром учителей, нужно 15.000 школьных работников.

Затем мы ощущаем огромный недостаток в учебниках, хотя Татреспублика, может быть, по сравнению с другими гораздо благополучнее в этом отношении, так как у нас имеется типография и мы очень много сделали в те годы, когда для этого отпускались специальные средства. Но сейчас отсутствие средств задерживает развитие этой работы. Мы снабжали книгами не только татар Татреспублики, но и окружающих восточных республик. В данное время работа хотя идет, но не таким темпом, чтобы действительно можно было бы в скором времени снабжать все наши школы и культурно-просветительные учреждения учебниками. Можно было бы многое сказать еще, но я, за недостатком времени, перехожу к основному вопросу, вопросу о реализации татарского языка. Мы считаем, что вопрос очень важный и необходимо реально к нему подойти. Несмотря на это, у нас были такие препятствия, как непонимание населения, непонимание тех чиновников, которые в огромном большинстве находятся в наших государственных учреждениях, непонимание некоторых партийных товарищей, называющих себя левыми, и препятствия чисто технического характера. Все это до сего времени не давало нам возможности вплотную подойти к разрешению этого вопроса и мы только подготовительную работу по этому вопросу почти вели два года. Самая подробнейшая инструкция была издана два года тому назад, а декрет три года тому назад. Мы все время вели эту работу, с одной стороны, подготовляя массы; с другой, ведя работы по подготовке кадра работников для работы в волостях и кантонах в качестве технических руководителей. Больше года существуют курсы по реализации татарского языка. Мы привлекаем рабочих и грамотных крестьян и из них подготовляем работников для уездных и сельских советов. К 3-й годовщине Татреспублики мы выпускаем 150 волостных секретарей и налоговых работников, которые вполне подготовлены, не только технически, но политически, чтобы руководить работой на местах на татарском языке. Население у нас: татар — 51%, русских — 40%, остальных 8% в общем, если же взять только сельское население, то татары составляют 54%, русские 38%. Большинство кантонов обладает большинством татарского населения и провести татарский язык как в селах, так и кантонах, будет не так трудно. Мы уже приступили к этому практически и у нас есть частичные достижения в этом отношении. В 56 волостях у нас проводится сейчас татарский язык, т. е. все канцелярские работы в эти волости поставлены на татарском языке. В 4-х кантонах сейчас делается опыт и многие отделы этих кантонов ведут переписку с волостями исключительно только на татарском языке. Таким образом мы полагаем, что если в течении года мы будем так же продолжать работу, как вели до сих пор, постепенно и настойчиво, то через год нам удастся ввести татарский язык во всех волостях, кантонах и во всех центральных учреждениях Татреспублики. Здесь главный недостаток в средствах. Работники, которых мы подготовляем на наших курсах, не могут быть сразу поставлены на должность, чтобы их можно было обеспечить. Мы войдем в ЦК и соответствующие учреждения, чтобы были даны некоторые привилегии работникам татарам, которые привлекаются для реализации для татарского языка, и думаем, что в этом деле нам помогут и ЦК, и высшие учреждения федерации.

Это, т.т., чисто техническая отрасль работы. Кроме того, ведется работа по привлечению татарского населения и органы управления. Напр., если взять цифры 1920 — 21 гг., то у нас в кантисполкомы было привлечено 25% татар, выборы же 1923 г. дают уже 48%. Это мы считаем достижением, к которому дошли постепенно, путем установления правильного понимания и взаимоотношений как в центре, так и на местах. Такие же результаты дали выборы и волостях, в вол исполкомах, где привлечено местное население из татар. В наркоматах, которые близко соприкасаются с населением, в НКП, НКС, НКЗ, НКРКИ, НКЮ, НКВД и т. д., наркомы из татар и, кроме того там есть определенные кадры, могущие приблизить аппарат к крестьянскому трудовому туземному населению.

Дальше, интересно сообщение относительно партийной организации. Если взять 1921 — 22 гг., то число татар членов партии было очень невелико; правда, возникает сомнение, что, может быть, татар было и больше, но, как говорится в официальной справке орготдела ОК, в 1921 — 22 гг., многие татары не могли писать в анкетах к какой национальности они принадлежат, потому что писать, что он татарин — было опасно. И один нарком писал в то время в анкете, что он не принадлежит ни к какой национальности. Вы видите, как был поставлен в то время национальный вопрос и как трудно было не только разрешать, но вплотную подходить к этому вопросу. Затем, если взять в эти годы состав парторганизации, напр., областкома, то там было 7 человек русских и 2 татарина. И только тогда, когда ЦК предписал не только областкому, но и конференции обязательно довести цифру татар до 4-5, количество татар было увеличено до 4-х. И вот, товарищи, судите сами, какие отношения могли быть между русскими и татарами, когда последние привлекались к работе по предписанию центра, а не по желанию самих местных работников. Поэтому конфликты были без конца и ни один вопрос в областкоме не разрешался без конфликтов и решался обыкновенно простым машинальным большинством голосов. Но уже в 1922 году картина меняется. Мы, татары, с одной стороны, и более понимающие национальный вопрос русские — с другой стороны, предпринимаем общие усилия к тому, чтобы изжить эти конфликты. И мы этого достигаем. В 1922 году, если взять состав нашего Областкома и состав канткомов, то там привлечение работников татар почти равное с русскими. Таково почти положение и теперь. Для нас ясно, что если не только татары, но и русские поймут, важность национального вопроса, то конфликтов не будет ни в партийных, ни в других учреждениях. Таким образом, сейчас состав нашей партийной организации с низу до верху почти равный и конфликтов ни в низу, ни в верху не чувствуется. Что касается языка, то нужно сказать, что не только татарские, но и русские товарищи принимают меры к созданию почвы по реализации тат-языка среди населения путем выступлений в печати, с докладами на местах, собраниях. Поэтому вопрос, как таковой, как в партийных, так и в советских учреждениях, у нас разрешается путем договоренности, мирным путем. Мы надеемся, что нам в течении одного года удастся провести постановления XII съезда о приближении советских и партийных организаций к туземному и крестьянскому населению.

Мы, работники татары, от имени нашего областного комитета партии и высшего советского органа внесли поправки к земельному закону, который здесь в Политбюро был принят и уже в данное время имеется соответствующий декрет высших советских органов. Дело в том, что у нас в прежнее время татарское крестьянское население не только было стеснено и было загнано внутрь татарской республики, но загнано в такие места, где вообще был недостаток земли, теперь согласно нового кодекса с нашими поправками, мы имеем государственный фонд около 200 тыс. десятин. Такое количество хотя и не совсем удовлетворяет, но из этого кое-что может выйти. Я считаю, что этот вопрос очень серьезен, но за неимением времени я не могу на нем останавливаться, должен только сказать, что в основу мы положим то, что этот государственный фонд должен быть использован, главным образом, для безземельного туземного крестьянства. Сейчас, особенно в связи с голодом, который был в Татреспублике в 1921 г., мы имеем ряд возвращающихся крестьян, их можно насчитать уже в 250 тыс., а будет, вероятно, до 500 тыс., так как выселилось в связи с голодом до 600 тыс. крестьянского населения. Это составляет пролетарское ядро крестьянства. Возвращаясь, оно не имеет ни кола, ни двора. Мы должны помочь ему и здесь, на этой почве, можно вести и политическую работу. Этот вопрос еще находится в разработке, проект утвержден лишь недавно, поэтому подробно останавливаться на мерах, которые мы будем в связи с этим проводить в ближайшее время, очень трудно.

Я не буду останавливаться на остальных вопросах, но скажу, что политическую линию тех людей, которые работают в автономных республиках и областях, можно будет проверить только на основании, проделанной ими работы, на основании того, как они работали в течении 2-3 лет и как они проводили линию ЦК партии по национальному вопросу. Наши товарищи, так называемые «левые» (они нас называли «правыми»), обвиняли нас в национализме, потому что мы считали необходимым национализировать тат. язык в гос. органах, расходились по земельному вопросу, настаивали на необходимости привлечения татар в госорганы и т. п. Но XII съезд оправдал нас во всех этих вопросах.

Орджоникидзе (Грузия). Товарищи, вопросы, выдвигаемые и обсуждаемые здесь, вопросы языка, вопрос о создании Красной армии, вопрос о национализации государственного аппарата и т. д., эти вопросы не являются для нас вопросами после XII съезда партии. Я должен заметить, что в коммунистической партии Грузии разногласий между русскими и грузинами не было, но между самими грузинами были очень серьезные разногласия, что и было обнаружено на XII съезде партии. Но должен здесь же прибавить, что по вопросам языка и другим, выдвинутым здесь, у нас разногласий никогда не было.

Грузия не является и в прошлом не являлась колонией в том смысле, как Туркестан. Отношение грузинских крестьян к России и к русским вообще, резко отличающееся от отношения туркестанских декхан и горских народов Северного Кавказа и пр., объясняется тем, что Россия защищала Грузию от турок, персов. Грузинских крестьяне видели в России свою защитницу. Россия не только экономически не эксплуатировала Грузию, но, напротив, помогала ей. Этим объясняется, что того недоверия к русским, которое наблюдается у других окраинных народов, среди грузинского крестьянства нет.

Грузинская интеллигенция в высшей степени националистична, причем этот национализм вырос в такой мере за 3 года существования там меньшевистской власти. Меньшевики держались там на почве раздувания национального антагонизма; меньшевики вели травлю против нас, большевиков, как против сторонников российской ориентации. Тех обостренных отношений между народами, живущими в Закавказье (грузинами, армянами, азербейджанцами), которые имели место при меньшевиках, мы до 1917 года не наблюдали в Закавказье. Тяжелое наследие взаимной вражды и недоверия народов Закавказья мы получили от меньшевиков. Как изжить это наследие, как подойти к этому, — в этом заключались основные вопросы, которые вызывали довольно сильные разногласия в нашей партии в Грузии. Останавливаться на них в данный момент я не буду, для этого нас не собирали, а перейду к вопросам, которые нам поставлены.

Грузинская партия не молодая, она насчитывает ровно столько лет, сколько и РКП. Если взять ее состав, из него станет ясно, что в этом отношении в Грузии дело обстоит куда лучше, чем где бы то ни было, может быть лучше, чем даже в самой России. Состав центральных органов, например ЦК Грузии, был: в 1922 г. 88% грузин, в 1923 г. — 85%. Если взять наш ЦК РКП, едва ли найдем там такой процент русских (смех).

Голос. У нас российский, а не русский ЦК.

Орджоникидзе. Все равно, в процентном отношении великороссы будут обижены.

Национальный состав коммунистической партии Грузии на основании данных чистки на 1 апреля 1923 г. таков: 71,9% грузин, 8% русских, 5% армян, 0,9% турок, 9% осетин и остальные — прочих национальностей. Как видите, компартия Грузии на самом деле целиком и полностью грузинская.

Если взять профессиональные союзы, то увидим, что напр., в железнодорожном союзе, который считается менее национализированным, чем другие союзы, все же нельзя считать грузин обиженными: из 15.873 членов — грузин 10.553 или 66%, русских 19%, турок 0,6%, евреев 0,4%, поляков 0,5% и прочих национальностей 2,6%. Если исключить из этого количества центральное управление Закавказских жел. дор., которое пребывает в Тифлисе и в котором имеется 800 служащих, из которых около тысячи русских, тогда этот процент еще больше увеличится. На составе других профессиональных союзов не буду останавливаться, так как процент грузин в них такой же или выше.

Перехожу к комиссариатам. После XII съезда партии, на котором мы получим головомойку (в особенности ваш покорный слуга), мы взялись за проверку всей нашей работы, в том числе и состава комиссариатов. Оказалось, что не особенно благополучно на жел. дороге, вернее в главном управлении Закавказских жел. дор., но по линии, по грузинской части линии, грузин будет по крайней мере 65-70%. В самом управлении железных дорог, объединяющем три дороги: Азербейджанскую, Армянскую и Грузинскую, грузин не более 30%. Должен установить, что было постановление Закавказского Краевого Комитета еще до XII съезда, чтобы в этих объединенных органах не была обижена ни одна национальность, решено было укомплектовывать их таким образом, чтобы в объединенных органах были представлены все три остальные национальности, по 25% грузин, армян, азербейджанцев и русских. Таким образом и в этом отношении грузины не обижены, их больше 25%, 30%. Маленькая шероховатость имеется в центре ЧК Грузии. Председатель, члены коллегии ЧК, начальник секретно-оперативного отдела, председатели — грузины, заведующие политбюро по уездам — исключительно грузины, по крайней мере в грузинских уездах; но если возьмем центральный аппарат Ч.К., то здесь грузин окажется, может быть, менее 50%. Самый благополучный комиссариат — это комиссариат внутренних дел, управление которого состоит из 91 чел., из них 85 грузин. В городских и уездных исполкомах на 1.530 чел. — грузни 1.084. В темских (вроде волостных русских) исполкомах из 1.363 чел. — 1.089 грузин. Милиция: из 3.704 чел. — 3.184 грузина. Дальше я не буду, товарищи, читать, ибо цифры таковы же.

Думаю, что особой обиды здесь грузины не терпят. Если взять остальные комиссариаты, то большинство работников — грузины. Состав Совнаркома исключительно грузинский, ни одного наркома не грузина нет.

Если дальше посмотрим, насколько осуществляется делопроизводство на грузинском языке (причем грузинский язык декретирован в Грузии как государственный язык), то увидим следующее: делопроизводство ведется на грузинском и на русском языке, смешанно. Так, имеется Осетинская область, с которой мы переписываемся на русском языке. С Ахалкалакским уездом, где большинство населения армянское, мы переписываемся на армянском языке. С Абхазской республикой, где своей письменности совершенно нет, и где местные товарищи говорят на русском языке, но не знают совершенно грузинского языка, мы переписываемся тоже на русском языке. Если бы предложили вести им переписку на грузинском языке, Абхазия решительно отказалась бы от этого. Если мы возьмем число входящих и исходящих бумаг за 1922 г., то увидим, что в комиссариат внутренних дел поступил на грузинском языке 29.418 или 91%, на русском языке 2.859, т. е. 8%. За 1923 г. на грузинском 15.544 или 89%, на русском 10%. Дальше, если возьмем Тифлисский горисполком, то здесь делопроизводство в большинстве отделов ведется на грузинском языке. Даже в тех отделах, в которых меньшевики не могли вести делопроизводства на грузинском языке, сейчас оно ведется на грузинском языке. Так что в этом отношении дело обстоит неплохо. Несмотря на все это, на последнем своем пленарном заседании ЦК КП Грузии принял следующее постановление:

ЦК обязывает все Наркоматы строго придерживаться делопроизводства на грузинском языке. Язык сношения с грузинскими учреждениями как в центре, так и на местах исключительно грузинский.

Язык сношения с учреждениями автономной республики Абхазии, автономной областью Южной-Осетией, — русский. С Ахалкалакским у. — армянский, с Борчалинским и Ахалцихским — русский или тюркский, по выбору самого населения. Язык сношений с объединенными наркоматами — русский.

Примечание 1. Бумага, полученная на русском языке, немедленно переводится на грузинский язык и дальнейшее движение ее идет на грузинском языке.

Примечание 2. Все наркоматы как национальные, так и объединенные, а также все учреждения обязаны давать ответы на том языке, на котором подано заявление.

Вот на жел. дороге дело обстоит неважно. Здесь делопроизводство почти во всей линии ведется на русском языке. В виду того, что состав железнодорожников вполне позволяет перейти на грузинский язык, тот же пленум ЦК КП Грузии постановил дальше:

На железной дороге:

а) Обращение с населением на родном языке со стороны всех ж.-д. и им подсобных органов и учреждений — ЧК, охраны, комиссии РКИ, контролеров поездов и т. д.

б) Введение билетов с надписью на двух языках по всем трем республикам Закавказья — на родном и русском языках.

в) Вывешивании всевозможных объявлений, воззваний, обязательных постановлений на четырех языках — грузинском, тюркском, армянском и русском языках.

г) Надписи на станциях, платформах и вообще на всех сооружениях — на родном и русском языках.

д) Прием депеш в телеграфных конторах и всех отношений и заявлений, а также ответов на них на родном языке.

е) Производство товарных, багажных и всех поездных операций на обоих языках с обязательной чековой талонной и другой подписью на обоих языках (грузинском и русском в Грузии, тюркском и русском в Азербейджане, армянском и русском в Армении).

ж) Выдача медицинских свидетельств, надписи на лекарствах и других, имеющих соприкосновение с населением, бумаг и справок — на обоих языках.

з) Составление платежных ведомостей, табелей, маршрутных нарядов и других объявлений и распоряжений — на обоих языках.

и) Во всех вопросах тарифа и т. д.

Создание специальной школы из азербейджанцев для подготовки жел. дор. агентов (стрелочников, кондукторов, телеграфистов, конторщиков и др.).

Ни в коем случае не заменять местных служащих, увольняемых со службы, служащими из другой национальности.

Должен отметить, что не так благополучно обстоит дело на линии Азербейджанской ж.д. Там количество азербейджанцев не более 30%. Это объясняется тем, что вообще не хватает подготовленных жел.-дорожников, телеграфистов, кондукторов, конторщиков, машинистов и др. агентов, и их надо воспитать. Надо указать на то, что при муссавитистах все черносотенное чиновничество, которое в Армении и Грузии служило на жел. дор., после национализации жел. дор. в Грузии и Армении нашло себе убежище в Азербейджане. Чтобы эту прореху как-нибудь пополнить, решено создать специальную школу из азербейджанцев для подготовки жел.-дорожных агентов для линии Азербейджанской ж. д. Далее, товарищи, я считаю необходимым обратить внимание ваше на следующий факт. Эти три республики, несмотря на то, что они связаны между собой и экономически и политически, входят в одну Закавказскую федерацию, языка друг друга они не знают, для сношений их между собой служит русский язык через переводчика. Считая такое явление нормальным, считая, что знание языка друг друга еще более укрепит дружбу кавказских народов, ЦК КП Грузии постановил и решил предложить ЦК Азербейджана и Армении следующее:

Считать абсолютно необходимым во всех технических, медицинских, сельскохозяйственных учебных заведениях введение преподавания грузинского, тюркского, армянского и русского языков».

Русский язык преподается во всех средних школах. Я приведу более подробные цифры о постановке школьного дела в Грузии. Существует высшая школа — университет, где преподавание идет, начиная с первого и кончая последним курсом, на грузинском языке. Последний выпуск врачей прошел курс на грузинском языке. Имеются учебники.

В отношении национальных меньшинств (так как у нас тоже имеются национальные меньшинства) ЦК постановил:

В отношении нацменьшинств проявлять сугубое внимание к их нуждам как в области культуры, так и экономической, не останавливаясь перед некоторым ущербом господствующей нации в пользу нацменьшинств.

Вот товарищи, то постановление, которое было принято после постановления XII партсъезда. Дальше, если мы возьмем грузинские школы, то увидим следующую картину. Я вам приведу число учащихся по трем периодам. В 1914 г., при царе, было 1.480 школ всех типов с общим количеством учащихся в 94.000 и общим количеством учителей в 4.261. В 1919 и 1920 гг. при меньшевиках, было 1.631 школа, общее количество учащихся — 157487, учащих — 6.631. В 1921 г., организационный период при Советской власти, общее количество школ 1.776. Общее количество возросло. Нельзя сравнивать с 1914 г., но оно увеличилось сравнительно с тем, что было при меньшевиках. Учителей у меньшевиков было 6.000, у нас 8.000; учащихся при меньшевиках 157.000, у нас 185.000. За первую половину 1923 г. мы имеем школ 1.658, учителей 7.357, учащихся 182тыс. — тут некоторые кажущееся уменьшение числа школ Наркомпрос объясняет тем, что произвели перерегистрацию начальных школ, получается некоторое уменьшение, количества школ, но количество учащихся не уменьшается.

Если из этого числа выделить грузинские школы, то вы получите следующую картину: грузинских школ в 1921 — 22 г. было 1.388 или 86% всех трудовых школ, в 1922 — 23 г. — 80%, техникумов или средних учебных заведений за 1919 — 20 г., при меньшевиках, — 61%, за 1921 — 22 г. — 72%, в процентах — 77% и 78%.

Профессиональных школ в 1921 — 22 гг. всего 83, высших учебных заведений — 3, с числом преподавателей и профессоров 894; число студентов 9.735.

Музыкальных училищ — 5, с числом учащих 105, учащихся 837. Консерваторий — 2, учащих 138, учащихся 1.478.

Голос. Кто деньги дает?

Орджоникидзе. У нас пока имеется своя эмиссия и мы на это живем. Если мы возьмем издательское дело, то получится следующее. При меньшевиках госуд. издател. не было и правительство само ничего не выпускало. Частные издательства выпустили 26 названий разных руководств, 18 названий беллетристики, 10 детских и 3 научных. При нас были изданы 37 изданий разных руководств, детской литературы — 20, беллетристики — 15, агитпропагандист. — 11, научных — 6, агрономических — 3. Всего при меньшевиках за 1918 — 19 — 20 гг. было издано 728 тыс. экземпляров, а за год Соввласти,1921 — 22 г. — 1.356 экземпл. Периодических изданий в Грузии имеется всего 27, из них на грузинском языке 12, ежедневных газет — 6, русских 10, тюркских — 3.

Скажу еще несколько слов об армии. Тов. Сталин ставит тут вопрос об организации национальных частей. Они существуют у нас в таком виде: во всех трех закавказских республиках имеются свои школы командного состава, которые дали несколько выпусков: в Азербейджане один, в Грузии один и один в Армении. Имеется по одной дивизии. В Грузии полная, а в Азербейджане и Армении не полные. Команда и в Грузии, и в Армении, и в Азербейджане производится на родном языке.

Что касается земельного вопроса, то мы уже касались его на ХII-м съезде партии и возвращаться к нему я не буду. Скажу только, что старые ошибки ликвидированы, земля передана крестьянам. Тем не менее, в Грузии земельный голод значительный.

Таково общее положение в Грузии. Полагаю, что каких-либо крупных ошибок по проведению нашей национальной политики у нас не было. Это показывает тот факт, что мы представителей самого воинствующего национализма, организованных в самую сильную партию в Грузии — меньшевистскую партию, мы своей политикой разложили окончательно. Более трех тысяч человек из этой партии вышли, при чем это были самые лучшие представители этой партии. Хотя некоторые товарищи и объясняют это тем, что поднажало ЧК — конечно, ЧК не гладила их по башке, она на то и существует, чтобы давить меньшевиков, — но тот факт, что 3.000 членов вышли из этой партии, говорит, конечно о другом.

Голос. Старые члены со стажем.

Орджоникидзе. Да, со стажем 1898 — 900 — 901 и других годов. Это объясняется исключительно тем, что и национальная политика и вообще политика, которая ведется нашей партией в Грузии, соответствует интересам трудящихся масс Грузии. Мы вырываем зти трудящиеся массы из рук меньшевиков и можем сказать, что уже вырвали. Меньшевики сами выпустили прокламацию и директивное письмо к своим организациям, в котором они указывают, что партия разлагается, что нашлись среди них такие предатели, которые всемерно помогают этому разложению. Они грозят опубликовать их фамилии, как изменников. В ответ на это вышедшие из партии быв. меньшевики просили отдать им разрешение созвать, пока по уездам, конференцию быв. меньшевиков, а дальше и всегрузинский съезд для того, чтобы дать достойный ответ обанкротившемуся ЦК партии меньшевиков. На последнем пленуме ЦК КП Грузии этот вопрос был поставлен и решено разрешить конференцию бывш. меньшевиков по Кутаисскому уезду. Инициативу созыва конференции взяли на себя старые рабочие Голдава и Шенгелия, пользующиеся колоссальным влиянием по Кутаисскому уезду.

Голос. Съезд уже был?

Орджоникидзе. Нет. Конференция созывается, Мы думаем, что меньшевистскую партию мы разложили окончательно. Что касается грузинской интеллигенции, то пока что она по своему настроению — шовинистична. Не смею злоупотреблять дольше терпением нашего председателя, оставляю остальные вопросы и кончаю свое краткое сообщение.

Махарадзе. (Грузия). Тов. Орджоникидзе говорил вам о национальном составе наших учреждений. Некоторые данные совершенно правильны, но я должен сказать, что тов. Орджоникидзе очень много не сказал, и что я хотел бы дополнить.

Прежде всего относительно партии. Заккрайком, который находится в Тифлисе, он пропустил совершенно. Заккрайкоме состав такой: из 53 служащих армян — 22, русских — 15, грузин — 6, мусульман — 2, прочих — 8.

Голос. А в самом Заккрайкоме сколько грузин?

Махарадзе. Этого я не знаю, но для характеристики интересны следующие данные относительно Закавказского Коммунистического Университета, призванного подготовить работников для закавказских республик. А именно, Азербейджан послал 6 армян, 1 татарина, 12 русских, 3 — других национальностей.

Голос. Неправильно.

Махарадзе. Грузия: 15 армян, 21 грузина, 7 русских, 4 евреев, 6 остальных. Армения: 16 армян и 1 тюрка. Политотдел армии: 5 армян, 3 грузина, 13 русских, 5 евреев и 1 неизвестной национальности.

Голос. Армянское засилие. (Смех).

Махарадзе. В общем получается: 42 армянина, 24 грузина, 2 тюрка, 32 русских, 9 евреев и 10 остальных национальностей.

Голос. Неправильно.

Махарадзе. Это из статьи в «Заре Востока».

Коснусь далее государственных учреждений в Грузии. Тов. Орджоникидзе привел только один комиссариат (Наркомвнудел). Если взять все государственные учреждения, то в 1922 году было грузин 40,1%, а в 1923 г. — 38,3%. Замечается некоторое уменьшение. В Коммунхозе: грузин в 1922 году — 28%, в 1923 г. — 30,2%; в Нарсвязи : грузин было в 1922 г. — 63,3%, а в 1923 г. — 59,5%; в Медсантруд в 1922 г. — 32,3% и в 1923 г. — 34%. В общем получается по всем государственным учреждениям, включая и железнодорожников, такая картина в процентном отношении: грузин было в 1922 г. — 40,4%, а в 1923 г. — 41,6%.

Сюда не входит Ч.К. Грузии. О ней тов. Орджоникидзе не говорил, но там получается более полная картина: всего к концу прошлого года там было 430 служащих, а к 1-му июня этого года 495, причем русских в прошлом году было 124 или 28,8%, сейчас 143 или 29%, евреев 12 и 12, грузин к концу 1922 г. 151 или 35,1%, сейчас — 159 или 32,1%, армян 101 или 23,5%, сейчас 136 млм 27,5%.

Если взять один Тифлис, то получается положение другое там грузин служащих не более 15%. Далее у нас имеются закавказские учреждения, почему-то тов. Орджоникидзе не касался их. Сперва я должен оговориться, что никогда этот вопрос не стоял в той плоскости, в которой он стоит сейчас. Я должен сказать, что в настоящее время ни одно государство, как бы оно ни было однородно, не может состоять из одной национальности, тем более это относится к Грузии, где Грузины составляют 70% всего населения. Здесь не может быть разговоров, что кроме грузин не должно быть никого другого, но когда нарушается более или менее правильное соотношение, то тогда поневоле приходится обращать на это внимание, тем более, когда мы желаем правильно подойти близко к национальному вопросу. Если взять прежде всего ЗакЧК, то там на 210 чел., причем из них двое шофферов, а войска все русские.

Орджоникидзе. Никакого ЗакЧК уже нет давно, с прошлого года.

Махарадзе. И войск ЧК тоже нет?

Орджоникидзе. Там есть тоже пограничные войска, несущие пограничную охрану. И в Тифлисе тоже есть русские войска, это верно, отдельная кавказская армия стоит там.

Махарадзе. Вы факта не можете отрицать. Из 210 чел. только 5 грузин, причем один курьер, один шоффер, один помощник шоффера. Иду дальше. В Совнаркоме Закавказья 49 чел., из них грузин 13, т.с. 26%, из них 8 курьеров и 2 шоффера. В ЗакЦИКе из 26 служащих грузин всего 6 чел., т. е. 23%, из них 1 курьер и 2 шоффера. В Закнаркоминделе немного лучше всего 23 чел., из них грузин 9, т. е. 39%.

Орджоникидзе. Извините, 11 грузин.

Махарадзе. У меня имеется официальный документ. Если хотите, я буду об этом говорить; не хотите — не буду, а передам просто этот документ. Мне кажется, что мы должны здесь общую картину не замазывать, не прикрашивать, не стушевывать, а выявлять ее так как она есть. Я обращаю внимание на еще одну организацию — «Спартак». Это детская спортивная организация, которая заменила Грузинский «Сокол» («Шевардени»). И там положение очень плохое в том отношении, что оттуда совершенно изгнали грузинских детей.

Голос. А кто там НКПрос?

Махарадзе. Это НКПросу не подчинено.

Голос. А кто ведает этой организацией?

Махарадзе. Этой организацией ведает Комсомол.

Голос. Грузии?

Махарадзе. Я не знаю, кто ведает, я указываю только на факт, у меня имеется документ, который я могу представить и который, вероятно, приобщен к протоколам нашего совещания. Что касается ж.-д., то я должен сказать, что вся администрация ж. д., я не говорю о рабочих, в этой части правильны те цифры, которые представил тов. Орджоникидзе, я говорю об администрации, она состоит из 192 чел.

Голос. Неверно.

Махарадзе. Я говорю только об администрации, я говорю о конторщиках и т. д. Их 192 человека, русских — 133, армян — 31, других 28.

Теперь я должен коснуться немного антирелигиозной пропаганды. Вам, по всей вероятности, известно, что вдруг в последнее время в грузинских деревнях сплошь закрываются церкви, десятками и сотнями. Явление довольно странное. Это явление не было упущено из виду и Заккрайкомом и ЦК Грузии. Есть два постановления ЦК, указывающие на то, что при этом допущены были ненормальности, злоупотребления и в высшей степени нежелательные явления, которые надо пресечь и даже вновь открывать церкви, которые были закрыты якобы по желанию большинства крестьян. Но все это делу не помогает. Была послана комиссия от Совнаркома, которая удостоверила, что они в одном уезде, даже в самых глухих местах, не оставлено незакрытых церквей. Закрытие церквей на 95% происходило с участием административных властей против явного желания населения. Население об этом мало опрашивали. Были случаи убийства, ранения и избиения населения погромного характера. Так, напр., в Рачинском уезде в с. Бунеули убита одна женщина, другая ранена. Для сокрытия преступления были арестованы священники и другие мирные крестьяне, обвиненные якобы в подстрекательстве населения к противодействию. Судебными властями по расследованию дела эти лица освобождены и арестованы настоящие убийцы — милиционеры и члены партии. В г. Они 13 апреля силой закрыта еврейская синогога, причем еврейское население подвергалось избиениям, не щадились старики, женщины и дети. Это избиение продолжалось три дня. В Шоропанском уезде церковные имущества разграблены отдельными лицами, в том числе и членами партии. И т. д., и т. д. На съезде это было оглашено тов. Енукидзе и вызвало некоторое веселое настроение. Но должен сказать, что комиссия, которая обследовала, удостоверила ужасающие факты. В то время, как это делалось в деревнях, в Тифлисе закрыли, может быть, 3-4 церкви, а остальные функционируют. У меня имеется несколько телеграмм на имя правительства, где просят разрешить похоронить ребенка по-христиански.

Орджоникидзе. Провокаторы делают.

Махарадзе. Во всяком случае все эти факты имеются в деле этого расследования и если виновники всех этих безобразий не привлечены к ответственности, то, само собой разумеется, это наша вина. В порядке дня нашего совещания, между прочим, имеется подпункт о состоянии религиозных, судебных и друг, учреждений, так что я думаю, что мы пришли сюда не для того, чтобы только все хорошее выкладывать, а товарищам необходимо знать, что происходит на самом деле. Нельзя вводить в заблуждение нас самих. Мы не можем разглашать это всему свету, но здесь мы должны заявить о всех наших недостатках.

Теперь перехожу к другому учреждению — это тифлисская контора Госбанка РСФСР. Я должен сказать, что эта контора Госбанка РСФСР не подчиняется никому ни здесь, ни там. Я заявляю, что и ставки, и образ жизни и все, что делается там, есть просто-напросто чистое колонизаторство. Я думаю, что те ненормальности, которые имели место и имеют сейчас в отношении искусственного повышения валюты, игнорирования всех законов и постановлений местной власти, допускаются местным учреждением потому, что не к кому апеллировать, потому что Заккрайком, вместо того, чтобы призвать его к порядку, не делает этого и даже оправдывает, объявляя, что ничего подобного Госбанк не делал, в то время, как об этом пишется в армянской газете нашей же партии и перепечатывается в грузинской. Такие деяния этого банка называются прямо разбойничьими потому, что рабочие страдают благодаря такой игре на повышение или понижение курса. За такие деяния нужно было бы привлечь к ответственности. Этого не делается. Был такой случай: цены на хлеб вдруг резко поднялись. Затем тифлисская контора Государственного банка объявила, что русский хлеб будет отпускаться населению по дешевой цене, причем русская мука была роздана с этой целью 5 пекарям, и все они до единого оказались армяне. (Смех).

Голос. В каком году?

Махарадзе. Это было 20 декабря прошлого года.

Орджоникидзе. Зачем это тащить сюда сейчас?

Махарадзе. Тов. Орджоникидзе, для вас это, может быть не является важным, но это производит впечатление. Тов. Фрунзе может здесь спрашивать: почему это нужно было так? А на это нужно было обратить внимание, между тем на это никто внимание не обращал.

Орджоникидзе. Никто не обращал, кроме вас.

Махарадзе. Может вы не обращали внимания, это возможно. Хочу теперь несколько слов сказать по другому вопросу — относительно железной дороги. Это очень интересное явление в том отношении именно, что дает возможность оценить, что значит объединение. Против объединения никто не спорит. Но дело то в том, что, к сожалению, лица, которые ставятся во главе железной дороги, несмотря на то, что они всегда очень хороший народ, «очень хорошие мужики», как выражаются некоторые...

Голос. Кто это?

Махарадзе. Начальники железных дорог.

Голос. Например?

Махарадзе. Тов. Орджоникидзе, вы знаете всех, вы же их в конце концов ставили и сменяли, целых пятеро переменилось за это время.

Голос. Национальность какая?

Махарадзе. Они все русские товарищи, и сейчас русский. Я и говорю, товарищи, что со стороны этих товарищей мы имеем пока что лишь полное игнорирование того, что нужно делать на местах. Почему? Потому что, в конце концов им очень трудно усвоить то, в чем нуждается страна. Эти товарищи делаются жертвой тех, которые окружают их, а окружают их, безусловно, антисоветские элементы. И вот в следствии этого получается то, что железная дорога не делает того, что нужно было бы делать в этих, в этих именно республиках в интересах местного населения. Издаются все время такие приказы, которые взбудораживают рабочих, например, вот сейчас приказ один — относительно того, чтобы умерших хоронить в одном гробе. Товарищи, это делает начальник железной дороги Позднеев за своей подписью.

Голос. Покажите этот приказ.

Махарадзе. «Приказ N 205, 22/11-23 г., г. Тифлис. Об изготовлении гробов. В виду кризиса в лесном материале и большой стоимости гробов, изготовляемых в мастерских ПЧ и ТЧ для умерших работников транспорта и членов их семейств, в отмену приказов по дорогам N 573 и 127, объявленных в бюллетенях Управления Зак. жел. дорог 1922 г. N 3/29 и 9/35, предлагается всем ПЧ изготовить для общего пользования и хранить при кладовой участка по одному просмоленному гробу, каковой и предоставлять для похорон умерших железнодорожников и членов их семейств. После каждого пользования гроб должен быть продезинфицирован. Способ дезинфекции устанавливается по соглашению с местными BP. Н — Позднеев, П — Мельников, Во А — Горячко».

Дальше, все время мы говорили о том, что увольнение служащих производится, — по крайней мере, до сих пор было так, — с согласия Дорпрофсожа, а тов. Позднеев этого не признает. 7 мая этого года он пишет Закдорпрофсожу: «Странным является то обстоятельство, что вы согласование с Дорпрофсожем или Учкомпрофсожем всех перемещений считаете почему-то «улучшением условий труда». Не менее странно и ваше подозрение в том, что со стороны администрации возможен произвол. Ставлю вас в известность, что при мне, как при Уполномоченном Наркома Путей Сообщения имеется политический орган, который не допустит того, что вы именуете «произволом» и что может относиться к частному предпринимателю, а не к государственному учреждению, каковым является Управление дорог, возглавляемое, как вам известно, лицом, пользующимся безусловным доверием Советского Правительства (см. постановление Совнаркома РСФСР пр. ЦН N1435). Возвращаясь к вопросу о согласовании с союзными органами перемещений, еще раз подтверждаю, что перемещение железнодорожников с одной дороги на другую должно производится распоряжением административных органов и согласованию с органми союза не подлежит, и т. д.»

Словом, он говорит, что никаких соглашений не признает и что администрация сама вправе перемещать, ставить, увольнять служащих и т. д. Все это сводится к тому, что он из разных других дорог переводит служащих на Закавказскую ж.д., причем при наличии на месте безработных, он местных увольняет и берет других. Имеется целая переписка и целый материал по этому поводу, который свидетельствует о том. что этот порядок, безусловно, недопустим. Я уже не говорю насчет у потребления языка. Вот приказ, которым запрещается употребление грузинского языка.

Голос. Когда этот приказ издан?

Махарадзе. Один в январе этого года, а другой в феврале.

Голоса. Прочтите.

Махарадзе. У меня имеется не весь приказ, а выдержка из приказа на грузинском языке за подписью Игнатович.

«Приказываю, чтобы с сегодняшнего дня вся переписка велась на русском языке, и чтобы не допускать после этого переписки на грузинском языке».

Голоса. Это на железной дороге?

Махарадзе. Да, на ж.д. Затем, вчера я тов. Орджоникидзе показывал телеграмму, которая была получена, насчет злосчастной ветки — Озургетской Закавказской дороги, которая с прошлого года строится и которая должна была построиться теперь, всего протяжением 18 верст. Покойный Марков разрешил этот вопрос в том смысле, что материалы, которые потребуются для дороги, должны быть представлены безвозмездно, т. е. путем переучета и т. д., а само население взялось за это дело добровольным трудом, рабочие собирали деньги, в конце концов строилось домашним способом. Но всякие материалы доставлялись. Эта ветка перейдет к Закавказской железной дороге. Несмотря на это, тов. Позднеев, нынешний начальник Зак. жел. дор., запретил выдачу всяких материалов, чем он приостанавливает работу. Между прочим, я узнал, что он читал доклад об убыточности этой будущей дороги. Само собой понятно, человек просто не понимает, что это дело не такое, которое можно прервать и т. д. Но дело в том, что ведется борьба между Наркомфином и им, и он козлом отпущения сделал народное дело. Это не допустимо. Разрешите мне все эти материалы, которые имеются и которые я оглашал здесь, передать в Секретариат.

Вы спрашиваете относительно конфликтов. Столько таких конфликтов происходит между Москвой и Закавказьем и т. д.? Тов. Орджоникидзе, между прочим, сказал: «были разногласия между самими грузинскими товарищами, но между русскими товарищами и грузинскими этого не было». Товарищи, разумеется, я должен сказать, что разногласия были как внутри, так и с русскими товарищами. Были конфликты, которые возникали, главным образом, на почве экономических и финансовых вопросов. Сколько таких конфликтов имело место, всех тут не перечесть. Назову, например, такие факты. Из центра, т. е. из Москвы, каждый ЦК профсоюза, — помимо того, что в Закавказье имеется Закбюро ВЦСПС, которое заменяет все профессиональные органы, — помимо этого каждый ЦК профсоюза считает своим долгом послать туда своего уполномоченного, особо уполномоченного и т. д., причем этому уполномоченному дается широчайший мандат (у меня имеются копии этих мандатов), он имеет право созывать даже съезды, не считаясь с местными условиями, заключать коллективные договоры и т. д. Все это делается и местными органами одновременно. Но если указать этим уполномоченным, что все это делается местными органами, они сейчас же скажут, это националистический уклон и т. д. Само собой разумеется, что это вовсе не разрешит вопроса.

Возьмем еще запрещение ввоза из-за границы через Батум. Представьте себе, какая картина получается. Сейчас курс денежных знаков неимоверно упал и продолжает катастрофически падать. Это отражается и на состоянии рабочих и на промышленности, потому что при таком падении промышленность не может выдержать. Это основной закон. И вот я говорю, при этом, закрытии Батумского порта, вследствие запрета ввоза из заграницы необходимых для промышленности и вообще для экономической жизни в Закавказье предметов, само собой разумеется, убивается окончательно экономическая жизнь и никто этого не выдержит. То же самое и производит экономическое распространение, например, декрета о налогах без всякого приноравливания к местным условиям.

Орджоникидзе. Российских декретов у нас ни одного нет.

Махарадзе. Я представлю подлинник этих декретов, вы, может быть, их не знаете, я не виноват. Если я говорил, что это предлагает Москва, то это не значит, что это делает ЦК РКП, но это делают советские органы, которые приказывают все сделки исключительно через Аркос, и это вызывает массу конфликтов.

Орджоникидзе. Мы этого не делаем, и никто этого не делает.

Махарадзе. Это делают органы, которые имеются здесь.

Орджоникидзе. Так мы выполняем или нет?

Махарадзе. Ведь тов. Орджоникидзе всего не знает и всего не ведает, ведь есть масса других органов. Я думаю, что т. Орджоникидзе скажет здесь, что делает отделение Государственного банка РСФСР в Тифлисе в отношении марганцевой промышленности. Это значит довести эту промышленность до окончательного уничтожения. Марганец вывозится за границу и оттуда получается иностранная валюта, эту валюту может реализовать только Государственный банк РСФСР, это его монополия. И вот английский фунт стерлингов реализуется по курсу 5 руб., в лучшем случае 6 руб. На таких основаниях дальше жить марганцевая промышленность не может, так она давать государству доход не может. Я здесь не говорю ничего такого, что в действительности не имело бы место.

У меня имеются тысячи фактов, я не могу всех их сейчас привести, не могу их использовать, т.к. при спешном отъезде я не мог всего, что нужно, захватить из того громадного материала, который у меня имеется. Но я все-таки говорю, что без разрешения нац. вопроса в том духе, как это постановлено XII съездом партии, мы далеко пойти не можем, мы должны на себя оглядеться, увидеть то, что есть — вот это самое главное.

Тут спрашивают, откуда вы берете деньги на культурные учреждения? Грузия действительно культурная нац. республика.

Голос. Она получает русские деньги.

Махарадзе. Понятно, если учреждения не получат поддержки, то все эти культурные начинания рухнут. И потому сейчас выступает вопрос о бюджете.

Я не касался тех положений и тезисов, которые тов. Сталин выдвинул. Я думаю, что когда будут прения по этому вопросу, то об этом можно будет сказать еще кое-что. Но если мы на это не обратим внимания, а будем только вышучивать друг друга — мы ничего не достигнем. Здесь почему-то все время только и вышучивают друг друга. Я не позволю по отношению к себе никому этого делать, как это в особенности любит делать тов. Фрунзе. Все то, что у меня есть, я представлю в секретариат и надеюсь, что все материалы будут использованы.

Председатель. По регламенту мы должны заседание уже закрыть. Объявляю заседание закрытым до 7 часов.