Тайны национальной политики ЦК РКП.Стенографический отчет секретного совещания ЦК РКП, 1923 г.

ЗАСЕДАНИЕ ПЯТОЕ (вечером 11 июня)

Председатель (Каменев). Разрешите возобновить заседание. Мы переходим к докладу об Армении.

Абмарцумян (Армения). Товарищи, вопрос о выращивании и о развитии из пролетарских и полупролетарских масс населения элементов коморганизаций стал у нас еще задолго до XII партийного съезда в связи с одним маленьким обстоятельством, когда дашнакская партия решила перед Генуэзской конференцией перейти к активным операциям и произвести некоторые террористические акты среди наших товарищей. Когда мы поставили вопрос об укреплении партии и Советской власти в Армении, мы пришли к заключению, что в виду некоторых особенностей армянской действительности необходимо развить работу в Армении и выдвинуть работников с мест.

Хотя у нас в Армении руководящие партийные работники — армяне, но они главным образом выходцы из Азербейджана, Северного Кавказа и Грузии и с местами не особенно сильно связаны. Поэтому существует среди этих работников определенная тяга из Армении. Когда был поставлен этот вопрос, то оказалось, что среди местного населения главные партийные кадры сосредоточиваются в партийных низах, но в руководящих органах местных партийных работников из армян не имеется.

По вопросу об общей линии партийной работы по национальному вопросу мы можем в настоящее время придерживаться в Армении такой же строгой линии и строгого разбора в отношении привлечения элементов лояльных или революционно-демократических, как в центре России, потому что мы на самом деле не особенно бедны местными Интеллигентными работниками. И затем вопрос о борьбе с революционно-демократическими элементами и течениями для нас имеет такое же значение, какое имела для РКП борьба с меньшевиками. Наши партийные массы воспитывались и росли в значительной мере в борьбе с одним определенным революционно-демократическим течением — партией дашнаков. По отношении к ним наша партия вела твердую линию беспощадной борьбы в идеологическом смысле, а также в смысле предоставления им какого-нибудь влияния на широкие массы рабочих и крестьян. Я думаю, что это имеет чрезвычайно важное значение в наших специфических условиях. Дело в том, что эта партия определенно отравляла ядом национализма армянские массы и в тоже время, благодаря работе этой партии, имя армян стало определенно ненавистным среди трудовых масс Курдистана и Турции. «Дашнак» стал синонимом погромщика у тюрок Азербейджана. Наши азербейджанские трудовые массы и немногочисленные мусульманские массы в Армении очень чутко относятся к вопросу о том, какое отношение выявляет Коммунистическая партия Армении к дашнакам.

По некоторым условиям нашей армянской действительности имеются значительные кадры армянских рабочих вне пределов советской федерации, особенно в Америке, Болгарии, и среди них идет борьба за влияние между коммунистической партией и дашнаками. Они внимательно и с интересом следят за линией нашего поведения по отношению к дашнакской партии, и я очень боюсь, что послабление к дашнакам может оттолкнуть от нас эти эмигрантские пролетарские массы. Таким образом, мне думается, что хотя Армения и относится к окраинным республикам, но в наших условиях к этим демократическим элементам правильнее был бы более строгий подход, чем рекомендует резолюция товарища Сталина. Я не останавливаюсь на вопросе о 2-ой палате ЦИК’а. По этому поводу мы имеем свои поправки и внесем их в соответствующую комиссию. Разрешите перейти к вопросам информационного характера.

Всего населения в Армении немного больше одного миллиона человек. Из них армян — 84%, мусульман-тюрок — 8%, русских — 3%, количество иезидов, айсоров, курдов и греков измеряется одним и долями процента. Таким образом, значительное большинство — армяне. Если перейти к так называемой национализации государственного аппарата и кооперативных и профессиональных учреждений, то в этом отношении наши аппараты даже гипернационализированы, потому что если обратиться к цифрам, то за очень небольшим исключением армяне во всех учреждениях составляют подавляющее большинство.

Для партийного состава нашей организации характерно то, что она по преимуществу состоит из крестьянского элемента. Членов организации около 2 тысяч, почти столько же кандидатов. Громадное большинство приходится на армян. Русских и мусульман имеются десятки, во всяком случае сотен нет. При таких условиях, очевидно, нужно бояться, что партия в своей работе при таком составе может удариться в сторону местного национализма, ибо то, что называется великорусским шовинизмом — у нас в Армении совершенно не чувствуется. Раньше эта была отдаленная окраина, куда царское правительство посылало своих чиновников. Во время дашнаков эти чиновники были изъяты, теперь мы нашли там только единичные экземпляры русских чиновников. Наши национальные меньшинства играли значительную роль еще по тому обстоятельству, что мы считали национальный мир возможным только в том случае, если по отношению к этим национальным меньшинствам будет максимум внимания и будут соблюдаться их интересы. Относительно тюркских масс нужно констатировать, что в культурном отношении они довольно отсталы по сравнению с армянской массой. Пришлось обратить внимание на подготовку культурно-просветительских работников. Основное зло — отсутствие работников среди мусульман, что не дало нам возможности в достаточной степени развернуть работу среди них.

Если привести цифры школ по национальностям, то армянских школ имеется 484, русских 24, тюркских 39, греческих 4, иезидских 7, айсорских 5. Учащиеся по национальностям распределяются: армян — 44 тысячи, русских — 1.739, тюрок — 1.500, остальные считаются сотнями. Учащих по национальному происхождению: армян — 185, русских — 38, тюрок — 32, айсоров — 34, греков — 7, иезидов — 2. Недостаток тюркских работников мы отчасти восполнили тем, что вербовали работников армян, знающих тюркский язык. У нас есть такие кадры армян, бывших турецких поданных, вполне грамотных по-тюркски, и с согласия тюркского населения, мы определили их в армянские школы. При НКПросе у нас существует Совет Национальностей — совет нац. меньшинств. Туда входят два турка, русский, грек и айсор. Школ второй степени имеется 9, из них одна школа русская. 8 школ расположены по уездам. В ближайшем будущем открывается тюркская школа второй ступени.

Из учреждений Главпрофобра следует остановиться на народном университете, где преподавание ведется исключительно на армянском языке. Впервые в Армении создаются соответствующие учебники по разным отраслям науки, которых до этого времени не было. Имеются техникумы, художественные школы, музыкальные школы, художественные школы, мастерские ручного труда, кройки и шитья, переплетная мастерская.

В отношении издательства дело обстоит слабо. Госиздат до сих пор может сосредоточить свою деятельность только на издании учебников для школ. Нам приходиться снабжать не только учебные заведения Армении, но и выделять известную часть на началах обмена с Азербейджаном тюркскими учебниками для наших тюркских школ. Что касается периодических изданий, то их осталось шесть — ежедневных, ежемесячных и еженедельных — партийного характера, три издания советского характера, все они ведутся на армянском языке, кроме одного советского, которое ведется на русском языке.

Что касается вопроса об языке, то в этом отношении у нас до решения ХII-го съезда хотя и был декретирован армянский язык как государственный, но не было строгой линии проведения этого на практике. Причиной этому было то обстоятельство, что ответственные работники лучше знали русский, чем армянский. Надо сказать, что во всех сношениях с массами во всех учреждениях одинаковыми правами гражданства пользовались языки всех нацменьшинств. Переписку между учреждениями в настоящее время предложено вести, главным образом, на армянском языке, но, само собой разумеется, принимаются обращения и на всяких других языках. Остальной имеющийся материал по поднятию культурного состояния местного населения я передам в ЦК.

Остановлюсь только несколько на хозяйственном строительстве и на его бытовых особенностях. Каковы эти бытовые особенности? На развитие нашего хозяйства определенным образом влияет и тормозит его специфически бытовое явление в Армении — беженство. С занятием турками Карской области и Сурмалинского уезда и раньше, за время империалистической войны, к нам перебросилась масса беженцев из турецкой Армении. В Армении же нашли себе убежище беженцы из муссаватского Азербейджана. Кроме того определенный контингент беженцев Армянской республики, нашедших убежище в Азербейджане во время дашнаков, с советизацией Армении стали возвращаться обратно. Таким образом, контингент этих беженцев считается у нас от 100 до 120 тысяч, и значительная масса их до сих пор не устроена, все они безземельные, бесхозяйственные. При земельном устройстве приходится считаться с тем обстоятельством, что часть земель, принадлежащих ранее тюркам, за время их отсутствия была занята армянами и в этом отношении приходится много усилий, чтобы избегнуть тех или иных национальных трений. Вообще можно сказать, что в отношении земельного обеспечения Армения представляет из себя исключительное малоземелье. В самом малоземельном районе на душу населения приходится 468 кв. саж. и при таком малоземелье ведут ценную культуру — хлопок, виноград, шелководство, причем в лучше обеспеченных участках приходится не более 2 дес. на душу в нагорной полосе, тогда как по норме должно быть 4 дес. для прожиточного минимума. Если взять во внимание колоссальное количество этих неустроенных беженцев, то вопрос о земельном обеспечении стоит катастрофически и его нельзя разрешить, не поставив в закавказском масштабе и не урегулировав в общесоюзном масштабе.

Голос. Земли не дадут.

Амбарцумян. Но и другого исхода нет в ближайшем. С другой стороны, надо сказать, что существует определенная тяга из Персии, где тоже ощущается недостаток земель; существует тяга из Месопотамии, из турецкой Армении. Армянский ЦИК постановил ввиду перегруженности и исключительного малоземелья, прекратить сейчас всякое переселение и вселение на территорию Армении. Другая особенность Армении состоит в том, что на этой небольшой территории имеются самые разнообразные культуры, начиная от ценного хлопка, свойственного жарким странам, и кончая альпийскими пастбищами на протяжении 100-200 верст. При таких условиях малоземелья приходится употреблять массу сил и средств, чтобы для каждого района рекомендовать земледельцу приспособленные к климату, почве и другим условиям формы и виды хозяйства и помочь ему перейти к этим рационализированным формам хозяйства и интенсифицировать, рационализировать хозяйство. На ближайшее время правильно поставленный сельскохозяйственный кредит среди всех практических мер является наиболее важным делом для сельскохозяйственного развития.

Ахундов (Азербейджан). Т.т., мне дали слово после доклада тов. Орджоникидзе. Я заранее должен предупредить, что в смысле разрешения национальных вопросов, при сравнении Азербейджена с Грузией, конечно, рекорд побили товарищи грузины. Несмотря на все благополучие в Азербейджане, все же в Грузии сделано гораздо больше. Объяснение этому ясное. Тут было указано, что в Грузии, даже в Армении, культурность населения гораздо большая, и потому все те мероприятия, которые приходилось проводить в жизнь, конечно, легче удавались в Грузии и Армении, и немного туго в Азербейджане. Теперь перейду к самому докладу.

Я начну с положения у нас в партии, потому что это есть основа всего. Нашу партийную организацию, азербейджанскую, можно подразделить на две части: с одной стороны — это бакинская организация, одна из старейших организаций нашей коммунистичекой партии, которая имеет такую же историю, как вся РКП, имеющую в своем составе массу старых работников, имеющую за собой революционную историю, революционные традиции и т. д.; и с другой стороны — остальная часть азербейджанской организации, которая очень молода и создалась только в разгаре гражданской войны, т. е. с начала или с середины 1919 года. Я возьму положение у нас в бакинской организации. В 1922 году в бакинской организации всего было 3.259 членов, из них тюрок 1.126; в 1923 г. — 4.063, из них тюрок 1.415. Речь идет только о членах партии, о кандидатах я не говорю. В уездных организациях Азербейджана в 1922 году было 2.433 членов, из них тюрок 1.589; в 1923 г. — 2.794, из них тюрок 1.850. Всего в нашей организации, совместно с бакинской, 6.857 членов, из них тюрков 3.265.

Теперь скажу несколько слов о руководящем составе нашей партии. У меня есть сведения, но так как время очень ограничено, я постараюсь ограничиться только самым необходимым. Я беру ЦК нашей партии. В ЦК в 1922 году было 27 членов, из них тюрок 15; кандидатов было всего 11, из них тюрок 7. В президиуме ЦК было 10 человек, из них 7 тюрок. В 1923 году в ЦК 35 членов, из них 18 тюрок; в президиуме ЦК — 11, из них тюрок 7; в ревизионной комиссии — 3, из них 2 тюрок; в контрольной комиссии — 17, из них 7 тюрок.

Перехожу к вопросу о наших профессиональных организациях. В Баку всего членов профсоюзов 59.553.

Голос. В одном Баку?

Ахундов. В одном Баку, а во всем Азербейджане около 90 тысяч, из них тюрок в Баку 17.866.

Голос. Из общего количества?

Ахундов. Из общего количества в Баку. В правлениях союзов ответственных работников, занимающих платные должности, всего 973 человека, из них тюрок 374. В завкомах, профкомах, месткомах — всего 1.661, из них 350 тюрок. Тут я не вхожу в подробный разбор состава наших профорганизаций; если потребуется, конечно, я о них тоже могу дать сведения. Надо указать, что несмотря на все благополучие, у нас имеется масса дефектов, масса ненормальных явлений. Например, есть такие союзы, где тюрок недостаточное количество, хотя бы возьмите союз железнодорожников или союз водников и т. д. В этих союзах у нас членов тюрок, во-первых, очень мало, а, следовательно, в руководящих органах этих союзов тюрок тоже мало...

Сталин. Нет ли сведений о национальном составе пролетариата в Баку?

Ахундов. Я говорил, что почти все они члены профсоюзов, в Баку из их 59.553.

Сталин. Пролетариата? Значит, вы служащих исключаете отсюда?

Каменев. Состав пролетариев вообще, русских и тюрок, организованных и неорганизованных?

Ахундов. Они все организованы в союзы, почти 100%. Это не раз докладывал тов. Томский. Я указал, что в Баку во всех профсоюзах у нас 59.553, из них тюрок 17.866, русских и остальных 39.000 или 40.000 с чем то.

Голос. По национальностям как они разбиваются? Каких национальностей остальные?

Ахундов. Тюрок 17.866, армян 8.576, русских 26.620, других национальностей 6.491.

Голос. А персы считаются вместе с тюрками?

Ахундов. Да, персы считаются вместе с тюрками. Но вообще говоря, этот вопрос у нас некоторым образом дискуссионный. Иной раз персы причисляются к тюркам, иной раз они обозначаются в отдельных графах.

Иногда их относят к прочим национальностям, так как вопрос этот в смысле учетном еще не разрешен. Но настоящих персов — фарсов, рабочих, в Азербейджане нет, есть персидские рабочие, тюрки. Они те же самые азербейджанцы, но только находящиеся под персидским владычеством. По моему, этот вопрос мы разрешим в дальнейшем.

Перехожу к государственным учреждениям. У нас служащих в государственных учреждениях всего 16.218, из них тюрок 6.276; руководящего состава 966, причем тюрок 458. Я должен остановиться на одном нашем учреждении, вопрос о котором поднимался тов. Радеком на 12 съезде партии, говорившем со слов одного азербейджанского товарища, будто в бакинском совете тюрки составляют 2%. В опровержение этого как раз у меня есть сведения. Я буду читать их по отделам.

Таким образом, из общего количества 7.644 чел. тюрок — 1.999. Сколько я не старался вычислить, но по моей арифметике это выходит гораздо больше, чем два процента.

Троцкий. Не только по вашей.

Ахундов. Не знаю. Очевидно, есть другая арифметика, по которой выходит два процента. В пленуме бакинского совета 600 человек, из них русских 272, 44 армянина, 201 тюрок и других национальностей 83. Тоже выходит больше, чем два процента. Я думаю, что можно ограничиться этими сведениями в области профсоюзов, партии и советских учреждений.

Голос. Может быть, скажете о Совнаркоме?

Ахундов. Состав Совнаркома тюркский, за исключением уполнаркомфина — армянина, и уполнаркомтруда — русского.

Перехожу к земельному вопросу. Земельный вопрос у нас разрешен, но разрешался он, как и полагается в отсталом Азербейджане, где крестьянство угнеталось веками помещиками и русским самодержавием, с большим трудом. Несмотря на то, что мы были очень сильны, что с самых первых дней установления Советской власти мы не забыли декрета о земле, несмотря на все это, в первое время крестьяне к земле не подходили, имея в виду вдобавок события 1918 года, когда во всем Азербейджане Советской власти еще не было, крестьяне устраивали бунты, анархическим путем пускали красного петуха, отнимали у помещиков землю. Во время турецкого нашествия азербейджанскому крестьянству пришлось поплатиться за свое недолговечное владение бекскими и ханскими землями. Поэтому в первое время очень трудно было передавать землю крестьянам. Трудность эта усугублялась еще острым кризисом в Азербейджанской Компартии. Вместо того, чтобы практически передать землю крестьянам приходилось заниматься дискуссией. Хотя территория Азербейджана не очень маленькая, по сравнению с его населением, но удобных пахотных земель там сравнительно мало, так что на одного крестьянина по уездам приходится следующее количество десятин удобной земли: в Бакинском — 0.75, Кубинском — 1 — 1.5, Ленкоранском — 1 — 1.75, Шемахинском — 1 — 2 и т. д. В общем выходит, что на душу всей удобной земли приходится 1 — 1.5 десятины, если принять в соображение, что население Азербейджана правильно учтено во время последней переписи ЦСУ и считая, что крестьянское население Азербейджана составляет 1.300.000 душ. По переписи 1917 года в Азербейджане населения было более 1.980.000. В Азербейджане имеются обширные степи, которые при желании можно было бы превратить в плодороднейшие пахотные земли. У нас таких больших степей, как Муганская, Мильская, Ширванская и т. д. очень много, они составляют 912.000 десятин, тогда как площадь удобной земли равняется 2 милл. десятин. Поэтому перед нами в Азербейджане ставится вопрос о мелиорации, об орошении этих степей, которые сейчас никакой пользы не приносят. Значение этих степей, в особенности Муганской, огромное. Я помню, как Ильич всегда обращал внимание на Муганскую степь и говорил: «если вы хотите из Азербейджана сделать культурную страну, если хотите поднять экономическую мощь Азербейджана, то надо обратить особое внимание на Муганскую степь». Там работа сейчас кое-какая производится, но можно было бы сделать, конечно, больше и достигнуть большего. В этом отношении перед нами, несомненно, стоят грандиозные задачи. Если будет реальная помощь Москвы, Муганская степь способна стать не только жительницей Азербейджана, но даже снабжать все Закавказье, может дать миллионы пудов хлеба и хлопка для федерации.

В последнее время, в связи с НЭП’ом, мы чувствуем такое явление которое очевидно, чувствуется в советской России и везде — это частичное возвращение кулачества к своим землям и их стремление присвоить себе опять свои старые права. Мы своевременно были поставлены об этом в известность и наши высшие советские и партийные органы принимают меры к тому, чтобы во всем Азербейджане произвести обследование земельного вопроса и принять необходимые меры против кулачества.

Надо обратить ваше внимание еще на один очень больной для нас вопрос. Очень внушительная часть Азербейджанского крестьянства занята исключительно скотоводством. Летом, когда нельзя на низменности держать скот, азербейджанским крестьянам приходится выгонять его в нагорные части, которые находятся в Армении и частью в Грузии. Но еще раньше, до Советской власти, одной из главных причин больших кровопролитий и междунациональной розни в Закавказьи являлся постбищный вопрос; надо сказать, что при Советской власти этот вопрос нам не удавалось окончательно разрешить. Только благодаря созданию Закавказской федерации — органа национального мира — нам удалось кое-что сделать в области разрешения пастбищного вопроса, и мы надеемся, что в дальнейшем удастся изжить всякие межнациональные трения и недоразумения, возникающие на этой почве. У меня нет времени, чтобы прочитать вам все сведения, которые необходимы. Для того, чтобы быть кратким, я возьму вопрос о судах и сделаю сравнение с муссаватским временем. При муссаватском правительстве своих законов не было, были лишь попытки создать свои законы, временно муссаватисты пользовались законами царского правительства. У них их 20 судебных заседателей тюрок было пять; из этих пяти тюрков грамотных по-тюркски был только один. У нас дело поставлено совершенно иначе. Хотя у нас на весь состав из 69 человек тюрок только 16, но все-таки по уездам у нас судоговорение производится на тюркском языке. Нужно сказать, что тюрки не все грамотны, они лишь говорят на этом языке, но не читают и не пишут. В центральных аппаратах, например в верховных судах, в высшем судебном контроле, верховном трибунале и т. д. выделены специальные тюркские показательные составы, которые решают дело и те апелляции, которые делаются теми или иными тюрками. В августе открываются одногодичные курсы для подготовки тюрок-юристов.

Перехожу к вопросу о школах. Школ первой ступени у нас 981, из них тюркских школ 725. Школ второй ступени — 53, из них тюркских 9. Учащихся в школах первой ступени — 75961, из них тюрок 39321. Во второй ступени учащихся 4984, из них тюрок 547. преподавателей 2956, из них тюрок 1600. Большая работа проводится в области ликвидации неграмотности. Ликвидационных пунктов у нас 421, из них тюркских 298. Обучаются в этих пунктах 10612 человек, из них 6695 тюрок. В области наших школ мы должны сказать, что мы далеко перешагнули царское время (да об этом и не приходится говорить, было бы стыдно хвастаться этим), но мы даже далеко перешагнули муссаватское время. Тогда не было столько школ как теперь, тогда не обучалось столько тюрок.

Маленькое сравнение школьного дела с 1914 г. и муссаватским временем:

В 1914 г. во всем Азербейджане начальных школ было 520 с 32459 учащимися.

При муссаватистах 390 школ с 28604 учащимися.

В 1928 г. школ 1 ступени 981 с 75961 учащимися.

В 1914 г. средних учебных заведений 21, учащихся 2551.

При муссавате учебных заведений 19, учащихся 3664.

В 1928 г. учебных заведений 33, учащихся 4984.

При муссавате было 3 семинарии, в 1928 г. их 9 и слушателей 964.

Я прочитаю названия высших и средних учебных заведений, которые у нас имеются. Имеется в Баку Азербейджанский государственный университет, который считается не плохим среди других университетов федерации. В нем обучаются 1.700 студентов, из них 402 тюрка. Дальше имеются следующие учебные заведения: Политехнический институт имени т. Азизбекова — студентов 1.557, из них тюрок — 134; техникум имени Нариманова — 253 студ., из них — 252 тюрка, рабфак — 982 студента, из них 273 тюрка; Аз. Госконсерв — 235 студентов, из них 9 тюрок, высш, художеств, школа — 123 слушателя (49 тюрок); тюркская музыкальная школа — 383 слушателя (350тюрок); в уездах: Ганджинском, Нухинском, Закатальском, Сальянском, Ленкоранском — профтехнические школы, где обучаются в общем 270 тюрок.

Школы у нас как видите, имеются. Но для отсталого, безграмотного азербейджанца всего этого очень мало.

Если мы действительно хотим Азербейджан превратить в центр и источник новой пролетарской культуры, хотим сделать из Азербейджана образцовую советскую республику, которая послужила бы примером для соседних восточных народов, то культурную работу надо увеличить минимум в десять раз. У нас в этом отношении очень много нужд, из-за отсутствия средств большинство школ влачит жалкое существование, нет помещений, школьной мебели, не на что издавать учебники, учителя и школьные работники, ввиду перевода последних на местные средства, по несколько месяцев не получают даже того мизерного жалованья, которое им полагается (в некоторых уездах с ноября). Мы просили Москву помочь нам, но наше ходатайство пока путешествует по московским учреждениям.

Я хотел указать на то, что в области культурно-просветительной работы нами проделано также немало. Если сравнить с муссаватским временем, то при муссаватах даже для развлечения тюркской буржуазии не было тюркского театра. После советской власти мы восстановили старый разрушенный театр, кроме того имеется театр тюркской революционной сатиры в некоторых уездах, а в рабочих районах имеются клубы, библиотеки и т. д.

Что касается издательства, то когда товарищ из Татарии оглашал, что их НКПрос издал 169 названий, мне показалось, что они в этом отношении побили рекорд, но, мне кажется, фактически это не так. У нас в Азербейджане мы издательскую работу начали только в последнее время, с декабря месяца, и в течение этого времени нам удалось издать довольно много книг, между прочим, не просто агитационно-пропагандистского характера, а серьезных книг, в роде «Коммунистического манифеста» в редакции Рязанова, «История социал-демократии в России» Батурина и массу других книг. Имеется «Азбука коммунизма» на тюркском языке. Что касается газет, то у нас ежедневная газета (тюркская) одна, она издается в Баку, Тираж — 5.500 экземпляров. Имеются также газеты в некоторых уездах, как например Нухимском, Закатальском, Кубинском и Ганджинском, есть еженедельные газеты, есть такие, которые выходят два раза в неделю. Издается экономический вестник, издается газета комсомолом, издается журнал кооперативный, красных аскеров. Сегодня я получил телеграмму из Баку, что с пятницы начинается издание «Крестьянская газета» на тюркском языке.

Следующий вопрос — о духовенстве. Он непосредственно связан с антирелигиозной пропагандой. Многие т.т., в том числе члены Политбюро ЦКРКП, думали, что в Азербейджане мы ведем антирелигиозную пропаганду очень усиленно. Я помню, в позапрошлом году Ильич думал, что мы «немного черезчур влево бьем». Я должен сказать, что ни «чересчур» и ни «влево» мы не бьем. У нас вопрос о взаимоотношении с муллами стоит не так остро, как в Татарии, Туркестане и даже в мусульманской части Грузии, где муллы определеннейшим образом считают, что они должны разделять государственную власть при всякой власти, по крайней мере так они предполагают. Одно время, при старом правительстве, им давали иллюзию этого, потому то при Советской власти в этих республиках муллы обнаглели: руководители Советской власти очень милые ребята, всем угнетенным, по их мнению, дают права, почему, мол, муллам этих прав не получать? В Азербейджане этот вопрос так не стоит. Отделение церкви от государства и школы от церкви никаких противодействий не вызвало. Муллы были сами собой, а правительство само собой. На отмену преподавания закона божьего духовенство почти не реагировало. Что же касается школ, то вообще муллы в них мало принимали участия. В общей своей массе муллы неграмотны, большинство даже не знает тюркского языка. Они преподавали в медрессе фарсидский и арабский языки, преподавали Коран, но в чем его содержание — ни муллы, ни их ученики не понимали. С другой стороны, до нас еще муллы успели себя дискредитировать в глазах более или менее сознательных масс. В Азербейджане существует масса мусульманских сект, как суннитских, шиитских, так и всяких их разновидностей. Грызня между сторонниками этих сект, раздуваемая муллами, довольно часто приводила к кровавым столкновениям. Потому то еще до коммунистов либеральная мусульманская интеллигенция начала антипоповскую пропаганду. Вот, например, у нас существует юмористический журнал «Молла Насрэддин». Вокруг него давно сгруппировались антипоповские элементы. Журнал существует в течение 17 лет и в течение 17 лет он беспрерывно вел борьбу против духовенства. Антирелигиозную пропаганду мы начали не с того, что мол, нет бога, религию надо бросить и т. д. Конечно, о закрытии мечети не могло быть и речи. Религия временно оставлена в полном покое. Мы хотели начать с попов, раньше их ошельмовать хорошенько дискредитировать в глазах масс, а затем уже начать борьбу против религии. Даже с муллами мы были осторожны. Сначала мы пытались сблизиться с ними, отколоть от...[6]живую мечеть, как говорил тов. Икрамов. Есть месяц «Рамазан», когда все правоверные мусульмане держат пост, т. е. от восхода до захода солнца не едят и не пьют. В конце месяца каждый правоверный мусульманин, более или менее состоятельный, должен платить так называемую «фитру», своего рода гражданский налог, установленный при арабах, ныне извращенный, который якобы идет в пользу бедных, а на самом деле, конечно, исключительно в пользу мулл и саидов. Мы собирали в прошлом году более или менее либеральных мулл и заявили им: что в коране есть указание, что долг правоверного мусульманина помогать сиротам, бедным и т. д. В России голод среди голодающих, есть и ваши единоверцы, братья по религии, мусульмане: татары, башкиры, киргизы и т. д. Давайте, выпустим воззвание к мусульманам всего мира, чтобы они во время этого поста дали свои пожертвования в пользу голодающих. Это воззвание было написано Шейх-уль-Исламом и подписано самыми влиятельными муллами. Наши полпреды в восточных странах очень помогали нам в этом отношении, например, наше персидское представительство нашло, что азербейджанские муллы гораздо более левые коммунисты, чем они, и воззвание мулл, переданное по радио, тщательно спрятало, думая что оно создаст настроение против Советской власти, и только после того, когда воззвание потеряло свое значение, разослало его по советским учреждениям с надписью «секретно» и «для сведения». В Азербейджане больших результатов не было, но все же во всех мечетях были сборы пожертвований. Недавно я получил газету из Азербейджана, там пишут, что в Шамхорском уезде по инициативе одного народного учителя крестьяне отказались внести свои пожертвования в пользу мулл. Они решили 200 пуд. хлеба отчислить для ремонта школ. Конечно, это есть результат проделанной работы. Когда в прошлом году этот вопрос был поднят нами, когда мы успели убедить крестьянские массы в том, что можно не платить муллам и т. д. — среди самого крестьянства, среди беспартийной лояльной интеллигенции начинается, так сказать по личной инициативе уже, борьба против этих предрассудков.

Дальше у нас стоял вопрос о шахсей-вахсей. Это позорнейшее явление в советском Азербейджане. Раз в году мусульмане собираются и рубят себе голову кинжалом, вспоминая своего пророка и его потомков. Мы нашли, что это ничего общего с религией не имеет.

Троцкий. Кто вас уполномочил такие вопросы решать?

Ахундов. Мы сами, ибо мусульманская религия таких изуверств не допускает. Мы собрали мулл, они выпустили так называемую фитру, священный декрет, где говорилось, что по мусульманским верованиям, кто проливает кровь, тот гяур, вероотступник, которому место в аду, й предлагали всем мусульманам положить этому конец. Кроме того аскеры и сознательные рабочие все были против этого шахссй-вахсей; они на своих общих собраниях порицали шахсей-вахсей и призывали других мусульман не рубиться и не бить себя цепями. Но были несознательные и злостные элементы, персидские муллы ц просто хулиганье, которые, в пику Советской власти, в прошлом году собрали свои шайки и начали устраивать хождения и шествия по улицам.

Голос. В ГПУ попали?

Ахундов. В ГПУ не попали, но им досталось, потому что они хотели избить аскера и убить командира. Со стороны аскеров были выстрелы, двое из «демонстрантов» были убиты. Хотели было раздуть этот инцидент, что будто были столкновения между аскерами и рабочими, было кровопролитие и т. д., но вся история кровопролития в этом заключается. Сознательная часть трудящихся, даже беспартийная тюркская интеллигенция полностью и целиком стояла в этом вопросе на стороне Советской власти и они не говорили, что тут национальное угнетение, что тут есть гонения против религии. Проявляя осторожность по отношению к мусульманам, тем самым мы должны быть осторожны и к другим, в противном случае вышло бы, что Советская власть в Азербейджане — это чисто мусульманская власть, которая обижает одних и поддерживает других. Были попытки в этом году со стороны некоторых товарищей призвать всех сознательных тружеников превратить Пасху в будни. Мы поняли, что это создаст среди русских рабочих настроение против нашей партии. Уже хулиганские элементы начали это использовать, говоря, что Советская власть целиком состоит из мусульман, что всякий их интернационализм только красивые слова, а на деле угнетение против христианской веры. И наша партия в лице Бакинского комитета должна была инициаторов «пасхальных будней» призвать к порядку. Было объявлено, что праздники являются днем отдыха и рабочие должны в эти дни отдохнуть. Точно так же мы должны были отказаться от изъятия церковных ценностей. Церкви и синагоги у нас не закрываются.

Из других вопросов, предложенных ЦК, мне остается еще осветить несколько.

О работниках тюрках, почему-либо не использованных нами. По официальным данным ЦК Азербейджана таковых не имеется.

Отношение к Красной Армии. По циркулярам ЦК РКП видно, что дело шефства над красноармейскими частями в Азербейджане стоит лучше, чем где бы то ни было. Одно это доказывает, с какой чуткостью и любовью относятся крестьяне и рабочие Азербейджана к своим защитникам. Конечно, в первые годы Советской власти недоразумений было масса (неправильные разверстки, подводы, иной раз просто несознательное отношение), конечно, все это было бы неизбежно. Но сейчас этого почти нет и то, что было, уже забыто. Дальше остаются вопросы хозяйственные, о государственном языке и взаимоотношениях с Москвой.

Той. Каменев показывает на часы и это к его счастью, потому что я хотел поругаться с ним немного, но раз у меня нет времени, я не буду. Буду иметь слово в прениях.

Председатель. Тогда я ходатайствую дать ему еще говорить. Но должен довести до вашего сведения, что все-таки тов. Ахундов говорит ровно 50 минут.

Теперь идет Бухара — слово принадлежит тов. Файзулла Ходжаеву.

Файзула-Ходжаев. (Бухара). Т.т., положение Бухары немного отличается от того положения, которое здесь было нарисовано товарищами из Туркестана. Это отличие является как раз результатом того, что Бухара до последних дней, до революции, сохранила свою внутреннюю самостоятельность, будучи под протекторатом Российской империи. Другое отличие Бухары от Туркестана состоит в том, что в ней, кроме узбеков, таджиков и туркмен все остальные народности — русские, армяне и друг, представляют из себя ничтожное количество. Эти два обстоятельства не дали возможности Бухаре быть так же колонизированной, как Туркестан или другие области России, и потому население и в настоящее время видит перед собой только Советскую власть, как свою власть, как местную власть.

Общее количество населения в Бухаре по приблизительным данным — до сих пор в Бухаре статистики не было и нет — около 3 миллионов. Некоторые даже говорят, что З½ милл., но это еще не проверено, так как статистика налаживается только теперь. Из этих 3½ милл. на долю узбеков приходится 1.778 тысяч, на долю кара-киргиз — 8 тысяч, хазар — 44.000, фарсов — 36.000, индо-авандов — 19.500, евреев — 18.000, туркмен — 217.000, киргиз — 260.000, таджиков — 390.000, европейского населения — 32.500.

По социальному составу население делится на: декхан, т. е. крестьян — 2.126.767; рабочих и служащих — около 3%; торговцев и кустарей — вместе около 19% и мулл — 3%. Рабочих, кустарей и мулл одинаковое количество. Таким образом, когда мы посмотрим на наши советские организации, то увидим, что и СНК, и в БухЦИК’е и в других организациях все ответственные посты занимают исключительно сами бухарцы. По национальностям они распределяются таким образом: в БухЦИКЕ всего 85 членов, из которых узбеков 67%, мелких национальностей — хазар и кара-киргиз — 1,7%, еврейского населения 1,82%, тюрков — 5,95%, киргиз — 7,65% и таджиков — 11,90%. Кроме того, еще в прошлом 1922 году, во время 2-го съезда советов, обсуждался вопрос о взаимоотношениях с туркменами, так как некоторая часть туркмен имела стремление к самостоятельной жизни. Туркмены чувствовали, что они недостаточно представлены в правительстве, что в районах их даже нет у власти. Поэтому ЦК Коммунистической партии Бухары, после некоторых обсуждений этого вопроса (были товарищи и за и против), решил создать при БухЦИК’е туркменский отдел. Благодаря этому отделу от туркмен имеется сейчас представительство в БухЦИК’е, которое ведает специфически туркменскими делами; на местах же, где преобладающее население туркмены, в районах чарджуйском и кернинском — это районы не пограничные — местная власть состоит исключительно из туркмен, там же где имеются и узбеки, они представлены пропорционально. Так как в этих районах грамотность у туркмен очень низкая, ниже чем у узбеков (у узбеков 3%, а у них 1%), то некоторые технические работники посылаются им на помощь из Бухары.

Сталин. Сколько процентов декхан в Президиуме БухЦИК’а?

Файзула-Ходжаев. 66% декхан или крестьян, остальные кустари, советские служащие и интеллигентская часть населения.

Голос. А муллы есть?

Файзула-Ходжаев. В БухЦИК’е один мулла. Мы по соглашению провели одного муллу и одного купца. Других мулл в БухЦИК’е нет. Президиум состоит из 11 человек, куда входит один из рабочих, два человека от декхан, остальные три от представителей национальностей и остальные входят по уговору. Затем есть заместитель: назиров из декхан и из представителей национальностей.

В коммунистической партии Бухары всего членов 1.600. После третьей чистки осталось только 1 тысяча, из которых 340 европейцев, 200 туркменов и некоторое количество узбеков и таджиков. Кандидатов 400. По социальному составу все 320 европейцев исключительно рабочие, кустарей и рабочих — 35, служащих — 20, крестьян — 45. Русская часть дает 80% рабочих, но на деле во всей организации больше крестьян и служащих, чем рабочих.

Профсоюзы. В Бухаре — это наиболее торговый город, где много рабочих организаций — 6.312 чел. членов профсоюзов, из них возчиков — 891. Советских работников — 550, пищевиков — 1.355, строительных рабочих — 780, работников просвещения около 400. По всем районам всего членов профсоюзов — 12.119 чел., причем в одной Новой Бухаре 1.210, а в других частях по 300-400 чел.

В отношении печати отмечу, что до сих пор в Бухаре была одна газета на тюркском языке с тиражом 1000 экз., на русском языке газета имела тираж 500-600 экз. За последнее время мы из России приобрели типографии, бумагу и рабочих и теперь издается два журнала, оба на узбекском языке. Два журнала выходят на мусульманском языке, причем один из журналов — орган профсоюза, а другой орган просвещения; газета — орган БухЦИК’а. Брошюра вообще очень мало издавалась, за исключением двух — трех постановлений съезда советов, съезда партии, программы коммунистической партии, а так же недавно в Москве напечатано три брошюры: две, касающиеся сельского-хозяйства, и одна антирелигиозная. Мы до сих пор боялись ее издать; теперь, может быть, она распространится в Туркестане.

Голос. Сколько процентов грамотных?

Файзула-Ходжаев. Я сказал — 3%, половина из них приходится на долю мулл.

Голос. Муллы тоже не все грамотные?

Файзула-Ходжаев. Нет, муллы грамотные, они по 10-12 лет учатся.

Голос. Вы сказали, что мулл 3%, значит они не все грамотные?

Файзула-Ходжаев. У нас статистики нет, и я могу на 1% ошибиться. Орджоникидзе. Раз статистики нет, то, конечно, можно ошибаться. Голос. Мы, русские, имеем статистику и то ошибаемся.

Файзула-Ходжаев. В начале Бухарской революции, с сентября 1920г. перед нами был поставлен вопрос земельный и в то время этому вопросу придавали большое значение. Были требования, конечно, о том, чтобы провести в Бухаре аграрную революцию, о том, чтобы отнять имеющиеся у помещиков земли и передать крестьянам. Тогда мы указали, что в российском смысле, даже, скажем, в семиреченском смысле, у нас помещиков нет и поэтому земельный вопрос в Бухаре должен разрешаться иным способом. Дело в том, что кроме г. Бухары вы во всей республике не найдете ни одного города с населением более 20-25 тыс. Возьмите Карши, он имеет население 12-20 тыс., а это самый большой город. Поэтому, город всегда был связан с землей. Я говорю о городском населении и, с другой стороны, в Бухаре с самых давних времен земли принадлежали государству и вождю этого государства — эмиру. Земельные отношения в Бухаре характеризовались как отношения, установившиеся в результате разрешения отношений бухарских селян и исламского феодализма. Этот исламский феодализм сохранился с давних времен до нашей революции. Поэтому все земли разделились на 4 категории. Первая категория — самая крупная, называвшаяся Амляк, т. е. государственные; другая часть земель называлась Амеляки-Султана, это царские или эмирские земли, причем в процентном отношении они составляли около 60% всей обрабатываемой земли. Кроме того, от 15-20% земель имелось в распоряжении мусульманских мечетей, — такие земли назывались вакуфными. И только 20% было в частных руках, причем эти 20% приходились на долю таких городов, как Чардджуй, Бухара, Кирши, т. е. западной Бухаре. Здесь большое количество земли орошалось искусственным способом, арыками, а 51% всей остальной земли называлось багарной землей. С революцией и с низвержением эмира эти земли были от него отняты, декретом еще существовавшего тогда Ревкома были объявлены государственными, и каждый крестьянин мог обрабатывать какой-либо участок земли и иметь его закрепленным за собою. С другой стороны, до революции половина дохода с земли уходила в карман эмира; после его свержения эти налоги были уничтожены и до 1921 года у нас не было никаких налогов. Теперь введен прямой продовольственный налог и другой — водный. Был разрешен так же вопрос о вакуфных землях. Вакуфные земли были отобраны. Доход от них поступал в особое государственное учреждение, откуда они шли на разные назначения. Так как из вакуфных земель и раньше доходы шли на социальные и коммунальные потребности, то вопрос с вакуфными землями был бы урегулирован, если бы советское правительство Бухары не ошиблось в одном, а именно оно отобрало и непосредственно мечетские церковные земли, которых было всего 5%. После этого муллы остались без доходной земли, а население осталось без мечетей и мулл. Это настолько отрицательно отразилось на населении, что вакуфные земли во время басмаческого, энверовского движения как в Туркестане, так и в Бухаре мы вынуждены были возвратить.

Голос. Полностью или нет?

Файзула-Ходжаев. Да, восстановили полностью, но теперь мы поставили этот вопрос, чтобы расчленить вакуфы на несколько категорий и те категории, которые не имеют отношения к мечетям, обратить в государственный доход. Пока этот вопрос не разрешен еще, и, очевидно, этот вопрос придется решать совместно с другими средне-азиатскими республиками, так как он является общим. В отношении суда у нас дело обстояло несколько иначе, чем в Туркестане. У нас никаких гражданских законов никогда не существовало. Законами при всех спорах, при решении всех дел у нас является шариат, закон Магомета. Согласно этого шариата решались дела. Законы, основанные на современных началах, а также гражданские суды устанавливаются Советской властью. В начале революции эти суды казиев, суды шариатские были уничтожены, но в связи с басмаческим наступлением в прошлом году они были восстановлены, советский же суд был совершенно уничтожен в некоторых местах, оставался он только в русской части и в центральных местах республики. В начале этого года советские суды по крупнейшим пунктам начали восстанавливаться. Я не знаю, во всех ли пунктах они имеются, но в некоторых местах они уже восстановлены. Вопрос о судах у нас в Бухаре придется разрешать путем систематической борьбы, сопоставляя эти два типа судов, причем опять-таки надо добавить, что вопросы брака, чисто религиозные вопросы с точки зрения мусульманского населения, очевидно, останутся в таком же положении, как и до сих пор, потому что сейчас никаких изменений делать не представляется возможным.

Теперь несколько слов относительно сельского хозяйства. Сельское хозяйство в Бухаре до сих пор находится в первобытном состоянии. Никаких нововведений не было и нет. В связи с басмачеством сельское хозяйство осень пострадало. Пострадали некоторые отрасли, как например, хлопководство. Только в последнее время правительством приняты меры к тому, чтобы обеспечить крестьянство государственным кредитом и чтобы частично восстановить разрушенное хозяйство. В особенности это касается средней линии между восточной и западной Бухарой. Предполагается помощь рабочим скотом, а также новыми орудиями производства. В середине 1922 года было ассигновано до 300 тыс. рублей золотом на этот кредит. Тогда еще не было никаких кредитных организаций, только лишь начинал свою деятельность Госбанк. Этот кредит должен был быть беспроцентным, он давался на три года, крестьянство должно было платить натурой через три года. Затем предполагалось ввести в Бухару до 5.000 рабочего скота, который тоже раздавался на таких началах, что крестьянин брал его в этом году, а уплачивает деньги в течение двух лет, в рассрочку. Хотя и не все 5.000, но значительное количество скота удалось привести и раздать декханам. Затем в этом году по соглашению с другими средне-азиатскими республиками организован сельскохозяйственный кредит. В нем Бухара принимает участие на 500-700 тыс. рублей золотом. Этот кредит полностью должен быть распределен среди бухарского крестьянства. Дальше, сейчас в Москве и в других частях России закуплено до 200 жнеек, до 20-ти молотилок с целью создать артели и на этой почве организовать некоторые крестьянские части и таким образом дать населению возможность несколько привыкнуть к новым методам обработки земли. Вот все, что сейчас делается в отношении поднятия сельского хозяйства. Я еще позабыл, что в этом году было роздано декханам до 250 тыс. пудов разных семян хлопка, пшеницы и т. д. Все сведения, поступившие из Бухары до настоящего времени, говорят, что в этом году посевы очень большие, и в отношении хлопка, и в отношении хлеба.

Что касается промышленности, то у нас ее, конечно, нет. Есть несколько хлопкоочистительных заводов, рабочих очень немного, рабочие по большей части пришельцы, а не местные. Имеется два маслобойных завода, мельница. В прошлом году нам передано 4 фабрики, из них сейчас две переброшены в Бухару, одна писчебумажная, другая кожевенная. Устройство этих фабрик началось еще месяца два тому назад, теперь оно частично приостановлено в виду того, что у нас не хватает кредита, так как сейчас проводится унификация денежных знаков, и сейчас нельзя было отпускать кредиты на эти постройки. Другая фабрика сейчас работает в Москве, вырабатывает бухарский хлопок, отсюда выбрасывается в Бухару материя, ситец, пряжа и т. д., работает там около 2-х тысяч человек, переброшена в Бухару она быть не может, так как нет здания, нет соответствующего количества рабочих и нет кредитов, — мы думаем, что это можно будет сделать в течение 2-3 ближайших лет. Таким образом, эти две фабрики кладут основание промышленности в Бухаре. В этом году по городу старой Бухаре мы провели электричество. По улицам уже имеются столбы, все устроено и дней через 10 город будет освещен.

Голос. Электричество уже горит.

Файзула-Ходжаев. Этодля Бухары является огромным делом, население никогда не знало электричества, а сейчас город освещен и некоторые ближайшие заводы будут работать на этой энергии.

Крупная работа начата в отношении восстановления разрушенных городов, а у нас этих разрушенных городов по восточной Бухаре и средней линии восточной и западной Бухары до 8-ми. В первую очередь восстанавливаем город Бухару, строится университет на 300 человек с интернатом, театр на 1.500 человек, восстанавливаются соответствующие базары и т. д. В этом году соответствующей агитацией и соответствующими приговорами мулл мы снесли огромное кладбище в центре города, которое существовало с самого начала существования города. В начале говорили, что это плохо, а потом, когда увидели, что образовалась хорошая улица, то население окружающих районов просило, чтобы у них снесли могилы и проложили такие же улицы. Таким образом, эта восстановительная работа уже началась. Месяца три тому назад были посланы люди в Карши и другие города, чтобы разработать план работ, для чего были сделаны соответствующие ассигновки. Проделана большая работа в области здравоохранения. До революции на 3 миллиона населения было два доктора и одна аптека. В настоящее время по всем главнейшим городам имеются небольшие больницы, а в крупнейших пунктах имеются фельдшерские пункты, причем часть населения получает лекарство безвозмездно, а другая часть, более состоятельная, покупает в организованных соответствующим образом аптеках. Но малярия — это бич нашего народа и из-за этой малярии многие даже отказываются ехать в Бухару. С этой малярией мы ведем большую борьбу. Нами закуплено до 150 пуд. хины в Германии, которую уже отправили через Москву в Бухару. Оборудовано около пяти малярийных станций по типу существующих в Москве. Группа русских врачей, во главе с доктором Исаевым, выехала на место и производит осушку болот и лечение населения. Таким образом, борьба эта, представляющая огромную важность, сейчас начата.

Еще несколько слов относительно басмачества. Сегодня тов. Хидыралиев частично нарисовал положение басмачества в Фергане и причины его появления. Мне кажется, что басмачество создалось не только потому, что когда то организовалось автономное Кокандское правительство, а еще и потому, что с самого начала мировой войны, начало ухудшаться экономическое положение Туркестана, Бухары и Хорезма, так как эти три страны не были связаны во всех жизненных делах с Россией, а с Февральской и Октябрьской революцией они потеряли очень много, так как дороги были закрыты, никаких сношений не было. Хлопок, который был у декхан, доходил вместо 10 руб. до 80 коп. за пуд, почему огромное количество населения осталось совершенно безработным. Затем, Туркестан был приспособлен к хлопковому посеву, а так как (это относится к 1918 году) хлопковый посев сразу сократился, а на хлебный посев население сразу не перешло, ибо ожидало хлеба с Северного Кавказа, — появился голод. От этого голода вымерли сотни тысяч населения, особенно среди киргиз. С другой стороны, после революции, когда Туркестан был оторван от России и предоставлен сам себе, когда внутри Туркестана существовала Бухара, Хорезм со своими эмирами, со своими войсками, враждующими, несколько раз имевшими бои, — не обошлось без влияния на Бухару и через Бухару Афганистана и англичан. Англичане появились в Бухаре в начале революции и их влияние тоже имело большое значение для развития басмачества, принявшего такие огромные размеры. Поэтому при рассмотрении басмаческого вопроса в Бухаре, Фергане и т. д. нельзя рассматривать его как отдельный частичный вопрос, а нужно рассматривать его как общее для среднеазиатских республик явление. В прошлом году Энвер начал свои действия в восточной Бухаре, а через два месяца в Фергане; затем его сменил Селим-паша, более гибкий и более хитрый, еще в 1915 или 1916 году на границе с Кашгарией поднявший киргиз, узбеков и др. на восстание. Это тот турецкий офицер и эмиссар турецкого правительства, который руководит теперь басмачеством, руководствующимся все время его директивами. Сейчас басмачество не имеет такого значения, как в прошлом году, но оно может иметь значение при наших тактических ошибках, оно может иметь еще дальнейший успех, если мы не примем соответствующих мер сейчас же к тому, чтобы освобожденные от басмачества местности экономически восстанавливались бы, чтобы население этих местностей пользовалось чем-нибудь от Советской власти, чтобы Советская власть становилась ближе к населению и т. д. Вот что можно было бы сказать относительно басмачества.

Голос. Что делает Валидов?

Файзула-Ходжаев. Валидов скачет от одного места средней Азии в другое, он то в Бухаре, то в Ташкенте, то в Хорезме. Он является одним из руководителей басмачества.

Теперь несколько слов относительно отношений с Красной Армией. Так как там никаких казарм, никакого устройства, никаких ссыпных пунктов не было, армия, которая двинулась туда, вынуждена была брать у населения хлеб и все, что надо. А население бежало в горы. В виду того, что казарм не было, войска помещались в мечетях и проч. — все это в общем создало атмосферу вражды между населением восточной Бухары и Красной Армией. Это продолжалось, естественно, в течение первого периода революции, когда не было достаточно принято мер как со стороны соответствующих военных властей, так и со стороны Бухарского правительства. Я считаю, что меры, которые были приняты, еще недостаточны. Но все-таки эти меры до некоторой степени ослабили то положение, которое было до сего времени в западной Бухаре, отношение населения к Красной Армии сейчас улучшается. Я могу констатировать, что отношение там дружеское и братское. В особенности это стало заметно после работ нашей комиссии, выехавшего туда после 3-го Всебухарского съезда советов. С этой комиссией был представитель ЦК РКП тов. Соколов, были ассигнованы местные средства из Бухары, подвезено к базам соответствующее продовольствие, устроены были казармы, как только было возможно, и поэтому до последнего времени жалоб становилось все меньше и меньше. Я думаю, что если соответствующие меры так же будут приниматься и дальше, то отношение, которое в Восточной Бухаре создалось именно благодаря этим казарменным условиям, благодаря недостатку продовольствия, благодаря тому, что Красная Армия приходила совершенно не обутая и т. д., — оно будет уничтожено. Вот что можно сказать относительно Красной Армии.

Голос. Национальных частей сколько у вас имеется?

Файзула-Ходжаев. У нас имеется два полка, один кавалерийский, другой пехотный. Кроме того, имеется около 3 тыс. милиции. Правда до прошлого года эта милиция из себя ничего не представляла. Она разбегалась и иногда уходила к басмачам. Также у нас и войсковые части были только в зачаточном состоянии, но практика этого года показала совершенно обратное. Так, некоторые части рядовой милиции, командного состава и т. д. после чистки дали хорошие результаты. В этом году мы имели несколько случаев ожесточенной борьбы между местной милицией в Чарджуе и басмачами. Басмачи, пойманные на месте, не оставлялись, их уничтожали, так что властям приходилось вмешиваться в это, чтобы приостановить эксцессы. То же самое можно сказать относительно Шахсавского вилайета, где с самого начала до конца, местная милиция защищала город от нападений басмачей и непосредственно при ее участии басмачи были отбиты. Благодаря этим условиям, там и разразилось басмачество, как мы думали, и в других районах республики милиция сейчас организована не плохо. Конечно, имеются дефекты, но эти дефекты будут исправлены. Эти два полка мы думаем увеличить, но у нас совершенно нет командного состава. Обучение происходит на русском языке и команда на русском языке, но мы имеем одну военную школу, кавалерийскую и пехотную в гор. Чарджуе. Первый выпуск был, но это выпуск неосновательный. Мы думаем, что если в будущем эта школа выпустит некоторое количество командиров и комиссаров, тогда мы будем в состоянии заменить ими прежний комсостав и ввести национальный тюркский язык.

Само собой разумеется, что государственным языком является тюркский язык, атам, где живут туркмены и таджики — туркменский и таджикский, причем между узбекским и туркменским, большой разницы в языке нет, а между фарсидским и узбекским есть большое различие.

Теперь относительно отношения к СССР. Мы до сих пор еще не вошли в СССР. Этот вопрос был частично обсужден в Бухаре, хотя он еще перед нами не был поставлен. Мы думаем, что Бухара должна в СССР входить непосредственно, как особая экономическая единица и соответствующее заявление нашим представителем было сделано еще на съезде советов. Сейчас этот вопрос мы поставили в Средне-Азиатском Бюро, но до сих пор он не разрешен. С одной стороны, мы являемся народной республикой, поэтому не входим в Союз, с другой стороны, некоторые наши комиссариаты мы уже объединили, денежные знаки объединили... В общем этот вопрос пока еще не выяснен. Во всяком случае отношение наше к союзу именно таково.

Фрунзе. А как относится к этому население?

Файзула-Ходжаев. Никакой организованной агитации там не велось, поэтому отношению населения к этому вопросу выявить было нельзя.

Председатель. Денежная реформа у вас еще проводится?

Докладчик. Денежная реформа уже начата, но чем она кончится — неизвестно.

Бройдо (Хорезм). Я получил от нашего уполномоченного Городецкого цифры, как ответ на вопросы, которые были заданы в анкете. По ним видно, что Хорезмская республика наиболее отсталая из всех наших районов. Наиболее характерными являются следующие цифры. Партия состоит из 1035 человек. По социальному составу она представляет следующую картину: 50% торговцев (не бывших, а ведущих торговлю сейчас), 10% духовенства (действующего, а не бывшего), 15% служащие, кустари и ремесленники — это классовый состав партии.

Фрунзе. Это 50% купцов всего населения?

Троцкий. Где же вы видали, чтобы было 50% купцов всего населения? Чем же они будут торговать? Это 50% партии — купцы, ведь они самый прогрессивный элемент. (Смех).

Бройдо. Культурное состояние таково: школ всякого рода в Хорезме 29, учителей 63, из них 50 пришлых татар; духовных школ — 282. Населения — 1.250.000. Что касается госаппарата, тотам после чистки и сокращения осталось 674 сотрудника; из руководящей верхушки, слишком 200 человек, — узбеков 110, киргиз 11 и человек 5 туркмен. Здесь нужно отметить то обстоятельство, что в Хорезмской республике наиболее четко проявилось взаимотношение между господствующей нацией и угнетенными — внутри автономной республики. Взаимоотношения внутри республики между узбеками и туркменами таковы, что при наличии 25-30% туркмен, в Хорезме почти ничего не сделали в сторону вовлечения туркмен в партийное или советское строительство.

Еще хуже дело с народным просвещением. Например, среди учащихся детей, из 1,5 тысяч насчитывается 120-125 туркмен, остальные узбеки.

Самый тяжелый вопрос в Хорезме это то, что узбеки осели раньше и захватили район водных артерий, взяв магистральные арыки, захватили всю воду, а туркмены только теперь начинают оседать и требуют воду, находясь в полной зависимости от узбеков. Узбеки захватили командные посты и в аппарате, и в хозяйственных органах, и то басмачество, которое имеется в Хиве, оно, главным образом, объясняется этими взаимоотношениями между узбеками и туркменами.

Основной задачей Республики Хорезма является усиление ирригационного строительства в тех степях, которые заняты туркменами, и оказание содействия тому, чтобы туркмены могли осесть и заняться оседлым хозяйством. На этой почве уничтожится социальное неравенство в хозяйстве и в других областях.

В пределах Хорезма имеются воинские части, численность которых колеблется от одной до двух тысяч, и содержание которых ложится тяжелым бременем на довольно бедную республику. Этот вопрос является острым; наличие басмачества не дает выхода из этого положения. Таким образом, мы еще раз наталкиваемся на необходимость вести ирригационное хозяйство. Здесь можно было использовать силы туркмен и провести самым примитивным образом эту работу. Правительство Хорезма уже приняло кое-какие меры, но их недостаточно. Нужно было бы им оказать в этом деле содействие.

Председатель. Как полное название Хорезмской республики?

Бройдо. Хорезмская Советская Народная Республика (без «Социалистической»).

Саид-Галиев (Крым). Один из типов М. Горького на вопрос о том, как обстоят дела, сокрушенно, но в то же время с ноткой небольшой гордости ответил: «правда, участок то у меня не велик, но хуже всякого большого». Крымский участок невелик, население там 720 тысяч, но хлопот слишком много. Крымскому областному комитету, Крымскому ЦИК и Совнаркому и даже крымским профсоюзам слишком приходится чувствовать, что в Крыму существует всероссийская здравница. Об этом я скажу в конце, отвечая на предложенные вопросы, где говорится о том, какие имеются шероховатости во взаимоотношениях центра и мест. Отличие Крыма от других районов заключается в том, что гражданская война началась в одно время, как и везде, но кончилась гораздо позже и Советская власть начала там существовать позже, чем где бы то ни было.

Первый год существования Советской власти — это был период ревкомов, который проходил под флагом очистки Крымской территории от остатков врангелевщины...[7] были настолько сильны, что даже после существования ревкомов, даже в период существования Крымской Республики со своей конституцией пришлось еще долго ликвидировать бандитизм. Правда, этот бандитизм уже из политического принял характер уголовный, но тут еще все пак были остатки белогвардейских офицеров и некоторая, хотя и бледная, политическая окраска. Затем чрезвычайный голод был наиболее жестоким в Крыму. Вместо того, чтобы собрать, как обыкновенно, урожай в 15-18 миллионов пуд., Крым в 1921 году собрал 2 миллиона пудов. Вот в этот период уже начинает работать Советская власть, вплотную подходя к широким слоям населения, т. е. состоялись волостные съезды, где были избраны волостные советы, были избраны сельсоветы, райисполкомы, окружные (уездные) исполкомы, КрымЦИК и Совнарком. Это был тот момент, когда само население приняло участие в советском строительстве — ив этот момент были самые тяжелые дни голода. И сейчас еще, несмотря на усиленную помощь центра и Закавказской федерации, несмотря на помощь со стороны иностранных организаций, особенно подчеркнуть надо Межрабпомгол...

Раковский. Украина.

Саид-Галиев. Простите, что упустил: Украина кормит до сих пор свыше 10.000 тысяч детей, за что мы приносим искреннюю благодарность. Несмотря на всю эту помощь, было бы еще рано сказать сейчас, что с наступлением урожая мы переживем голод, потому что достаточно 10 или 5 дней засухи в момент налива зерна — как это было в прошлом году — и весь урожай будет погибшим. В прошлом году урожая было собрано 5 миллионов. В этом году мы полагаем собрать около 12 миллионов пудов. Дело постепенно, хотя и небольшими шагами, но продвигается вперед. Посевная площадь, дошедшая почти до 20% довоенной площади, поднялась на 50%. В прошлом году посевная площадь была 196 тыс. десятин, а в этом году 300 тыс. Табачные плантации, размер которых упал до 10% — с 4.000 до 400 дес., в этом году уже поднялись почти в 5 раз, т. е. почти до половины довоенного времени. Говорю — почти, потому что задания, которые мы взялись обязательно выполнить — довести площадь табачных плантаций до 2.000 дес. — выполнение этого задания зависит от того, как выполнят свои обязательства по отношению к крестьянам Табаксиндикат, Сельскохозяйственный банк, Помгол и прочие кредитующие крестьян учреждения. Если эти учреждения выполнят свои обязательства полностью, то можно сказать, что 50% мы будем иметь.

Голос. Это табак, а как с виноградом?

Саид-Галиев. Винограда было 7.200 десятин в довоенное время, оно сократилось до 5-ти тысяч и сейчас учета точного не произведено, но судя по наблюдениям, как посторонних, так и нас самих, надо сказать, что в нынешном году обработка табака и виноградников производилась самым тщательным образом, даже лучше чем в довоенное время.

Голос. Процентов 50 довоенных будет?

Саид-Галиев. Даже больше. Правда, несколько лет подряд запущение систематической обработки в силу голода несут ущерб в смысле урожайности, но мы думаем, что этот ущерб покроется тем заботливым трудом, который проявили татарские крестьяне в этом году.

Теперь землеустройство. Если землеустройство провести до конца, оно не потребует больших хлопот, но для проведения его необходимы большие средства, а этих средств нет ни у местного бюджета, ни у самих бедняков Союза. Из этого положения мы до некоторой степени вышли таким образом: из той хлебной дотации, которую мы дали, хотя мы не имели право эту дотацию бросать помимо местного бюджета на другие какие-нибудь расходы, мы 25 тысяч пудов хлеба отпустили комиссии по землеустройству, как оборотный фонд, которым она расплачивалась бы за работы, по землеустройству и с каждым годом с тех крестьян, за которых она заплатила в этом году, после урожая она получила бы и оборачивалась бы таким образом. По окончании работ по землеустройству, скажем через три года, эти 25 тыс. пудов вернула бы опять местному бюджету. Наиболее острый вопрос по землеустройству стоял на Южном берегу и сейчас стоит, несмотря на то, что землеустройство там окончено, потому что там плотность населения довольно густая и как бы мы не желали удовлетворить естественные законные потребности крестьян, при всем желании более 70% того минимума, который необходим для крестьянского хозяйства и по нашим законам о землеустройстве, — больше 70% не может быть удовлетворено, потому что больше земли на Южном берегу нет. Есть совхозы, имеющие крупное промышленное значение — Ливадийский, Орианда и ряд других, которые разрушать было бы поступком антигосударственным, но если даже эти совхозы разделить по клочкам и раздать крестьянам, то и тогда мы не удовлетворили бы всех и так или иначе через пять лет, десять лет перед нами стал бы вопрос о переселении крестьян Южного берега. Поэтому, оставляя самые крупные совхозы, отдавая крестьянам, задевая также до некоторой степени интересы центрального курортного управления (которое тоже имело до 50 дес. виноградников), где только возможно обрезая и наделяя крестьян, — сейчас этот вопрос мы уладили. Но на вопрос о том, переедет ли он в другое место, в степной район, где земли много, где на душу приходится 9 дес. земли, — на этот вопрос крестьяне отвечают: если выдадите соответствующий кредит, помощь, чтобы мы могли поставить свое хозяйство, чтобы переселиться и начать свое хозяйство, то мы готовы. Впрочем, это заявление не общее, это заявление наиболее нуждающихся. Я полагаю, через известный период после проведения известной агитации и оказания реальной помощи тем, которые выражают желание переселиться, и остальные последуют этому примеру, — это неизбежно, потому что экономика заставит убедиться, что дальше жить в такой тесноте на Южном берегу невозможно. До землеустройства в Крыму положение было такое: на каждые 100 хозяйств приходилось 60% хозяйств земельных и 40% безземельных. Почти что такое соотношение было между количеством городского и сельского населения. В деревнях — 56%, в городах — 44%. Почти что пополам.

Национально состав населения (720.000 чел.) делится так: русских — 51%, татар в общекрымском масштабе 26%. Здесь я должен сделать оговорку, что более или менее ответственные товарищи из местных татарских работников заявляют, что когда производилась перепись, то многие татарские семьи оставались не внесенными в перепись по тем или иным причинам: по причинам инертности или недоверчивого отношения ко всякого рода переписи (перепись была в 1917 г.) и что этот процент должен быть выше. В городах этот процент меняется. Там русских 60%, а татар от 15 до 12%, а остальные других национальностей. В сельских местностях русских 41%, а татар 40%. Товарищи, потому, что татарское население там более отсталое, ради него и объявлена республика, чтобы вовлечь это население в советское строительство, чтобы залечить все те старые раны, которые были нанесены царизмом когда-то Крыму. Там татар было раньше больше полутора миллиона, но затем большинство их эмигрировало в Турцию, потому что с лучших земель их выгнали, лучшие земли заняли князья, бароны, члены царской фамилии, там без счета дворцов и имений, лучшие степные части заняли помещики. Вот эти условия довели до того, что из полутора миллионов остались не более, чем 180 тыс. человек причем голод отнял до 70.000 населения, это очень огромный процент, при чем не менее, чем 40%, пало на татарское население.

Более крепкие хозяйства — немецкие; потом идут украинцы, менее устойчивые, чем немецкие хозяйства; еще менее устойчивые русские хозяйства, а еще менее устойчивые — татарские.

Разрешите теперь перейти к партделам. Среди татарского населения в Крыму нет не только квалифицированных рабочих, но вообще хотя бы даже чернорабочих, фабричных, заводских и т. д. Мы имеем крестьян, батраков, которых сейчас в профсоюзах состоит 800 человек. Есть мелкие кустари, а больше ни на чем остановиться нельзя. Поэтому естественно, что из всего состава нашей партии в 2.598 человек мы имеем татар членов и кандидатов 119 человек, русских — 1.748, украинцев — 150, армян — 24, немцев — 32, латышей — 62, евреев — 299, болгар — 3, греков — 7, эстонцев — 24, венгерцев — 13, поляков — 51, литовцев — 1 и прочих — 48. Вот национальный состав нашей организации. Теперь, каково было привлечение в партию татар для активного участия? Я не буду останавливаться по районам, а возьму верховный орган — Крымский Областком. На мартовской конференции 1922 года было избрано в Областком 3 татар, на июльской конференции того же года — 4, на апрельской 1923 года — уже 5. Главный вопрос, стоящий перед нами: поднять известный кадр работников для активной работы. В этих целях работает 3 школы политграмоты: в Бахчисарае, Алуште и Карасубазаре. Кроме того есть татарский сектор при губернской совпартшколе, и, наконец, ведется работа в в педагогических техникумах: в двух мужских и в одном женском. Школ первой ступени по Крыму русских 327, татарских 280 и в такой же пропорции идут ученики и преподаватели; русских учеников — 16.413, татар — 12.617. К общему числу учащихся по всему Крыму (считая число учеников всех национальностей в 36 тыс.) ученики татары составляют 30 с небольшим процентов. Я должен сказать, что мы ощущаем величайший недостаток в учителях и для того, чтобы этот недостаток хотя бы до некоторой степени пополнить, существует два педагогических техникума, где учится молодежь, частью бывшие учителя, и одна женская учительская семинария.

Как на отрадную картину можно указать на движение среди молодежи. Из 2 с лишним тысяч всего личного состава КОМ — 700 человек татар. Движение это вполне здоровое. Они имеют свои газеты и обещают дать при известном воспитании через 2-3 года солидный кадр работников.

У меня осталось еще целый ряд вопросов, которых за краткостью времени я не мог осветить, но приходится подчиниться регламенту.

Чапчаев (Калм, обл.) Товарищи, Калмыцкая область имеет смешанный состав населения. Основным ядром являются калмыки, остальное население русское крестьянство. Калмыки составляют ¾ населения, а русские приблизительно ¼, общее же число народонаселения исчисляется в 210 тыс. душ. Основным занятием калмыков испокон веков являлось скотоводческое хозяйство. В дореволюционный период скотоводчество везде в Калмыцкой области достигало полного расцвета. Но, насколько оно долго, упорно и медленно развивалось до своего полного расцвета, настолько быстро разрушилось в период империалистической и гражданской войн и голода. Для того, чтобы не быть голословным, я назову некоторые цифры, которые показывают состояние калмыцкого скотоводства в дореволюционный период. Лошадей насчитывалось 168.000 шт., рогатого скота 346.000 голов, верблюдов 36.000, овец простых 2.000.000 шт., овец испанской породы 700.000 шт. Это цифры за 1917 год, причем здесь нужно заметить, что при царском режиме очень большое количество скота скрывалось хозяевами. Кроме того в эту цифру не входит скот двух уездов, которые были присоединены к автономной области Калмыцкого народа несколько позже ее образования. Это Ремонтинский русский уезд, который в настоящее время по своему экономическому состоянию считается самым наилучшим уездом, и еще один калмыцкий уезд из бывшей Ставропольской губернии, ныне входящий в состав Калмыцкой области, так называемый Больше-Дербеновский улус. Таким образом, цифры, которые я назвал за 1917 год, указывает скот основного ядра Калмыцкой области до образования нашей области. Если обратимся к 1923 году, то снижение доходит до следующей катастрофической цифры: лошадей до 8 тыс. слишком штук, рогатого скота 101.200 голов, верблюдов 2.786, овец 120.668, испанских 30.000 штук. Из сопоставлений приведенных мною цифр слишком очевидно то катастрофическое сокращение скота, которое мы должны заметить по нашей Калмыцкой области.

Перейду к вопросу о народном образовании. Школ в дореволюционный период среди калмыков было очень мало, всего-на-всего на всю Калмыцкую область насчитывалось, наверное, не более 20-30 школ. В революционный период количество школ увеличилось. Может быть по качеству эти школы не высоки, но, тем не менее факт тот, что дело это подвигается вперед и если только по учебно-воспитательной части кадр учителей будет обеспечен, то, конечно, дело усиленным темпом пойдет вперед. В 1922 г. школ числится по Калмыцкой области 105. Надо сказать, что при условии кочевого быта в Калмыцкой области наиболее типичными и возможными являются школы-интернаты. В 1922 году из этого общего количества школ 48 школ были интернаты, остальные для приходящих, а школ второй ступени очень мало, всего 3: один педагогический техникум, один с.-х. техникум и совпартшкола. Теперь если взять цифру школ в 1923 году, то здесь сильно отражается переход значительной части школ на местные средства, вследствие которого количество школ-интернатов несколько сократилось, от 48 перешло к 37, но зато школ для приходящих в 1923 г. стало больше. Всего школ для приходящих в текущем году числится 62. Общее количество учащихся в 1922 г. — 6.822, а в 1923 г. — 7.540. Всего детей школьного возраста по Калмыцкой области насчитывается около 25 тысяч. Конечно, при такой общей цифре число учащихся в школах невелико и процент грамотных к общему количеству населения будет ничтожным. Но все же по этим цифрам мы видим, что дело все-таки, сравнительно с дореволюционным периодом, стоит на значительной высоте. В последнее время, в виду того, что наши особенные специфические условия Калмыцкой области требуют более тщательного подхода к делу народного образования, для школ составлены специальные программы: по родиноведению, по русскому языку, по математике, по естествоведению. Надо поставить собрание все-таки в известность о том, что дело преподавания ведется почти исключительно на русском языке. Дело в том, что калмыцкая грамотность представляет из себя монгольскую грамотность и благодаря той руссификаторской политике, которая велась царским правительством в течение нескольких веков, в массах она почти позабыта. Наиболее грамотным элементом среди населения является только духовенство и небольшое количество прежних, обучавшихся в царское время, интеллигентов. Но, к сожалению, эти интеллигенты, на судьбу которых выпала обязанность вести культурно-просветительную работу среди своих калмыков, сами по себе слишком недолюбливают свою собственную национальную культуру и благодаря этому за весь революционный период нам не удалось привить родной язык в смысле национализации как государственных, так и партийных, а вместе с тем и культурно-просветительных учреждений. Но, тем не менее в последнее время по этому вопросу замечается определенное оживление и калмыцкие руководящие элементы начинают интересоваться своей калмыцкой грамотностью, и мы поставили себе задачей во что бы то ни стало ближе подойти к этому вопросу, изучить его и всех обязать стать грамотными на своем родном языке. Таким образом, почин все-таки по этому вопросу сделан и я думаю, что скоро выявятся конкретные результаты.

Печальное состояние наших школ усугубляется еще тем, что приходится из-за отсутствия средств невольно сокращать сеть и существующих школ, не говоря о том, чтобы сколько-нибудь расширить ее. Так напр., по госбюджету с октября 1921 года по 1-е марта текущего года было открыто кредитов по количеству наших школ довольно много — 183.513 руб., но из них дензнаками покрыто только 99.012 руб. Значит, мы не получили дензнаков ровно на 50%. Просто отпускаются официально из госбюджета кредиты, но 50% этих кредитов совершенно не покрываются дензнаками и, таким образом, вследствие этого мы не можем сохранить хотя бы в прежнем размере, в размере 1922 года, существующую сеть школ. С другой стороны, конечно, тощий местный бюджет Калмыцкой области, который абсолютно, кроме единственного объекта обложения в лице скотоводческого хозяйства, никакого иного источника дохода не имеет, не мог предоставить в распоряжение культурно-просветительных учреждений потребной суммы. Таким образом, эти два обстоятельства не дали нам возможности в текущем году сохранить существовавшую есть школ.

Я перехожу к вопросу о местном бюджете. Местный бюджет наш имеет единственный объект обложения — это скот. Ни для кого не секрет, что в Калмыцкой области никакой промышленности не существует и не предвидится в скором времени возможности развития какого-либо своего производства, и по этой причине местный бюджет иных источников дохода, кроме дохода со скота не имеет. Вследствие этого Калмыцкая область неоднократно терпела острый финансовый кризис, который наступил вместе с общеэкономической разрухой в Калмыцкой области. Вследствие этого кризиса естественно и невольно перед нами ставится вопрос чисто политического характера: возможно ли при таком состоянии даже существование Калмыцкой области, как автономной национальной единицы? И в течение 1923 года неоднократно нами поднимался вопрос во всех высших инстанциях, как в президиуме ВЦИК, так и ЦК партии, что дальше в таком виде без получения какой-либо экономической базы Калмыцкая область, будучи экономической истощенной, существовать не может.

Основным занятием в Калмыцкой области являлось скотоводство, но подспорным занятием и раньше, в историческом прошлом, калмыки имеют рыболовство. Восточная часть Калмыцкой области расположена на побережье Каспия и Волги, где население занималось и занимается рыболовством. И в свое время, когда констатировалась общероссийская экономическая разруха, когда велась борьба с этой разрухой, то калмыки в отношении поднятия и восстановления экономики России и, в частности, в отношении Волго-Каспийской рыбной промышленности, принесли посильную лепту — труд. Они были мобилизированны, а калмыки до сих пор являются основным ядром промысловых рабочих, которые поддерживают Волго-Каспийскую рыбную промышленность. На этом основании, мы в качестве экономической базы испрашиваем определенное количество водных участков, которые должны носить местное значение. Этот вопрос в настоящее время остается еще в стадии разрешения. ЦК высказался в положительном смысле и вопрос остался за советскими инстанциями. Я хочу этим констатировать, что экономическое состояние Калмыцкой области настолько безвыходно, что она без поддержки центра, не в состоянии дальше существовать.

Перехожу к земле. Земельный вопрос благодаря тому, что население Калмыцкоой области является смешанным, стоит в очень острой форме и на этой почве создаются национальные трения. Национальные трения дошли до того, что в последнее время они закончились полной победой русской части в Калмыцкой области, победой на всех фронтах: экономическом, политическом и советском. Колонизация Калмыцкой области велась давно, с 60-х годов XIX-го столетия. С этого времени, как раз параллельно всей территории калмыков, был заселен целый ряд русских сел. Земельный вопрос в Калмыцкой области стоит настолько остро, что имеются тяжбы как извне, так и изнутри. Извне вся территория Калмыцкой области разрывается на части со всех сторон четырьмя губерниями: Астраханской, Царицынской, Ставропольской и Донской областью. Внутри мы также имеем по земельному вопросу внутренний фронт — это русское колонизаторское крестьянство, составляющее целый уезд по названиям Ремонтинского.

Территория Калмыцкой области исчисляется около 7 миллионов десятин земли, но это обилие только кажущееся. В 1886 году было сделано исследование всей Калмыцкой территории межевыми чинами министерства земледелия. Это обследование определило все качества Калмыцкой земли. Оказалось, что из всей территории только 0,4% всей площади годно под распашку. Сенокос составляет 1,6%, выпас и пески 45%, солончаки 45% и совершенно негодная земля составляет 8%. Для калмыков, как для профессиональных пастухов, является наиболее интересный вопрос: какая приблизительно площадь земли может удовлетворить среднее калмыцкое хозяйство? Такую площадь некоторые исследователи называли в 55 десятин для среднего хозяйства, а другие исследователи, как, например, Щербина, исходя из тех почвенных условий, на которые я указал, определяют в 123 десятины. Вся оспариваемая четырьмя губерниями, о которых я говорил, площадь — от 400 тысяч до 500 тыс. десят. Таким образом, нельзя допустить того, чтобы можно было в полном и прямом смысле говорить о том, что территория Калмыцкой области годнее для земледелия. Земледельческое хозяйство может развиваться в относительной форме в особенно годных для земледелия районах, находящихся в западной окраине области. Эта западная часть области в настоящее время как раз является яблоком раздора и благодаря такому состоянию и внутреннее политическое положение в Калмыцкой области является ненормальным. Я думаю, что после решения XII съезда все-таки необходимо положить предел колонизаторской тенденции крестьянства в Калмыцкой области, тем более, что перед Калмыцким ЦИК’ом стоит задача привести калмыков к оседлости. Как раз теперь среди калмыков замечается большая тяга к земледелию и к оседанию, и как раз в этот момент наиболее удобные районы, годные как для оседлости, так и для земледелия, захватывается как местными крестьянами, так и крестьянами тех губерний, которые оспаривают у нас громадные площади земли, наиболее удобной.

Нет почти никакой физической силы отстоять эту территорию для калмыков. Эта территория захватывается под различным соусом. Организуют так называемые сельскохозяйственные артели в тех участках, которые единственно удобны для оседлых поселений. Так напр., есть единственно хороший уголок, Аршан, и он уже захвачен русскими крестьянами под видом сельскохозяйственной артели. Формально как будто дело обстоит благополучно.

Голоса. Кто предоставил эти земли? Что делает власть?

Чапчаев. Я говорю, захват этот оформляется — может быть я неправильно выражаюсь — крестьяне свой захват оформляют.

Сталин. Кто их оформляет? Вы должны санкционировать.

Чапчаев. Например, секретарь Обкома Марбуш находит это явление вполне нормальным и положительным, он написал в областном органе статью под заглавием: «Равняйтесь по Мало-Дербету». Дело в том, что участок этот захвачен русскими крестьянами; секретарь указывает на это, как на полезный пример. Когда мы представили доклад в ЦК, то как ЦК, так и Наркомнац постановили, с точки зрения политической, считать недопустимым захват Аршан.

Каменев. Ваш секретарь должен признать свою ошибку.

Чапчаев. Я думаю он ее признает после этого. Число членов ЦИКа — 25 человек, но фактически, из-за финансового кризиса, это число доведено до 15. ЦИК на две трети состоит из калмыков. В советском аппарате преобладают калмыки, но все-таки в наиболее важных органах находятся русские представители. Недавно последняя партийная конференция четыре пятых бюро Обкома составила из русского крестьянства. Среди них один представитель центра, по национальности татарин, остальные русские, и лишь одна пятая состава Обкома — калмыки. Значит, в единственном числе вошел я, как представитель Калмыцкого Исполкома, а остальной состав исключительно русский. Как раз перед этим совещанием я апеллировал по этому случаю в ЦК и теперь ЦК постановил организовать Бюро Обкома из 6 человек, из них трое калмыков, двое русских и один татарин. Но все-таки эта пропорция не удовлетворяет нас, потому что общее количество народонаселения, если сравнить, будет приблизительно как отношение 4:1 или 3:1. Число же членов партии как раз наоборот. Всего членов партии по нашей области 500 человек, из них 300 с лишнем человек русских и 167 калмыков. Это было в 1922 году, в 1923 году цифра несколько изменилась — 297 русских и, кажется, 200 человек калмыков, все преимущественно крестьяне.

Ербанов (Бурят-Монгольская республика). Я буду, товарищи, очень краток, потому что время очень ограничено.. У нас, как известно, две автономные области: одна в Сибири, другая на территории Дальнего Востока. Я буду касаться, главным образом, автономной области Сибири. Что касается автономной области Дальнего Востока, то я буду касаться ее, главным образом, с политической стороны и буду касаться лишь потому, что наше партийное влияние распространяется также и на последнюю. В Бурят-Монгольской области Сибири насчитывается населения до 190 тыс., из которого 30% русских. Русское население было включено в автономную область благодаря тому, что оно живет среди бурятского населения и состоит преимущественно из переселенцев, выходцев из центральной России. Взаимоотношения между русским и бурятским населением в автономной области Сибири более благоприятны, чем взаимоотношения, установившиеся в автономной области Дальнего Востока. Я не буду говорить, чем это объясняется во всяком случае в автономной области Сибири больших земельных потрясений, столкновений, недоразумений мы не имеем, тогда как в Дальне-Восточной области мы имеем совершенно обратное. Правда, в прошлые годы и в Сибири недоразумения бывали, но они никогда не доходили до вооруженных столкновений, как это имело место в Дальне-Восточной области.

В промышленном отношении обе автономные области представляют из себя территорию совершенно отсталую — ни одного крупного промышленного предприятия на территории автономных областей не имеется, промышленность находится лишь в зачаточном состоянии. Правда, на территории автономной области Сибири имеются знаменитые бывшие Алиберские графитные рудники, марганцевые руды, в Джиданском районе заброшенные прииски и проч. Население в большей своей части занимается земледелием, в особенности в части, прилегающей к линии жел. дор., а в большинстве оно, конечно, исключительно скотоводческое. В районе, прилегающем к Байкалу, население занимается рыбным и нерпчьим промыслами, в некоторых районах звероловством. Я не имею, к сожалению, возможности представить точные статистические материалы, ибо я попал на данное совещание совершенно случайно, т.к. наша область непосредственного приглашения не получала, очевидно, за дальностью расстояния.

Перехожу к характеристикам парторганизации. Наша партийная организация чрезвычайно молодая, у нас партийных товарищей со стажем до 1917 года совершенно нет. Организация возникла в 1917 — 18 гг. в Иркутске, где мы имели бурятскую секцию (ячейку) РКП, насчитывающую тогда не более 10 человек. Нужно оговориться, что первая Советская власть, просуществовала у нас лишь 6 месяцев — с 20 декабря по 10 июня. И вот эта маленькая группа, вышедшая преимущественно из молодежи пролетарского и служилого элемента, вела тогда небольшую работу среди бурят, выступала на съездах, предлагала соответствующие резолюции по текущему моменту и проч., но наши резолюции большинства на съездах не имели, ибо национал-либералы брали верх, и мы демонстративно уходили со съездов, заявляя, что мы присутствовать на таких съездах не желаем. Характерно здесь то, что наша организация с самого начала повела решительную борьбу против влияния национал-либералов, а также и с некоторыми другими элементами, находящимися в рядах с.-р. и меньшевиков. У нас особенно сильны были национал-либералы, которых мы просто называли националистами. Их политическая ориентация выражалась в следующем: они говорили массе, что мы буряты, народ очень малочисленный и ввязываться активно в классовую борьбу нам не следует, нужно придерживаться выжидательной тактики, ибо мы не знаем, кто победит, а тратить свои силы попусту не следует. Эта точка зрения, конечно, очень импонировала националистически настроенной массе населения, которая почти исключительно является крестьянской, мелкобуржуазной.

Каменев. Какая у них была платформа?

Ербанов. Фактически платформа у них выражалась в поддержании керенщины, но строго выраженной политической линии они никогда не имели, за исключение двух эс-эров, быв. членами партии, и несколько человек, которые считали себя меньшевиками, но фактически не были членами партии. О социальном составе нашей партии я не могу дать сведений, у меня сейчас нет данных. Всего членов партии до 350 человек в обоих областях. Что касается руководящих партийных органов, то у нас при конструировании положен принцип построения их на паритетных началах. В автономной области Сибири имеются аймачные (уездные) комитеты, которые избираются на уездных конференциях, причем надо сказать, что в некоторых аймаках большинство пленума составляют русские товарищи, в некоторых — буряты, но президиум мы строим обычно так: из членов два — буряты, один — русский. И на почве такой конструкции у нас никаких разногласий и недоразумений ни в Областкоме, ни в местах не происходило. Состав пленума Обкома достигает 15-ти человек, из которых приблизительно 7 или 9 — буряты, а остальные русские. Президиум составлен из 5-ти человек, из которых трое бурят, два русских. Последний президиум был сконструирован из двух бурят, одного еврея и двух русских. Кандидатами были введены: один бурят и один русский. В области конструкций областных органов у нас ни на конференции, ни в рядах партии никаких недоразумений не происходило. Вообще у нас никаких склок между русскими и бурятскими коммунистами никогда не было. Нужно сказать, что на местах среди руководящих партийных товарищей в смысле подготовленности буряты стоят выше, чем русские. Поэтому буряты имеют некоторый авторитет перед русской частью. Мы полагаем, что в дальнейшем, если мы даже объединим области и присоединим к нам прибайкальские, склок также не будет. Что касается группировок между нами, партийцами, как русскими, так и бурятами, то их не наблюдалось. У нас нет таких течений, как «левое» и «правое». Правда, у нас есть некоторые оппозиционные течения, критически относящиеся к работе исполкома или Обкома и проч., но мы к этому явлению относимся вполне равнодушно и считаем вполне нормальным явлением. С моей точки зрения, к проявлению оппозиции со стороны членов партии нужно относится с некоторым одобрением, ибо это показывает лишь активность со стороны членов организации, что безусловно полезно.

Вот как можно характеризовать нашу организацию. Как характерное явление, надо подчеркнуть, что в автономной области Дальвостока мы не имеем ни одной самодовлеющей парторганизации. В Бурятском областном центре в Чите сидят товарищи, откомандированные к нам из Иркутска. Они в отношении как переброски, так и директивных указаний подчинены больше нам, чем Дальбюро ЦК РКП.

Голос. Кубяк мешает?

Ербанов. Кубяк нам не мешает пока. Положение там таково, что почти совершенно нет членов партии на местах, даже ячеек. Этому причина — семеновщина, наличие демократической Дальне-Восточной республики и проч., и в результате мы партийной организации в соответствующих размерах и формах совершенно не имеем. Поэтому приходится Буробкому РКП сидеть в Иркутске и фактически руководить партийной и отчасти советской работой. В автообласти Дальневостока, имеющей резиденцию в Чите, товарищи, откомандированные нами из Иркутска, всегда к нам прислушиваются, по всем принципиальным вопросам они получают прежде всего директивы от нас, и лишь после этого они вносят их на санкцию Дальбюро. В отношении Бурятобласти Дальвостока, перед нами встает чрезвычайно большой и важный вопрос (не знаю как здесь ЦК к этому отнесется, официально этот вопрос еще не возбуждался нами), вопрос о вовлечении массы бурятского населения в партийную работу. Там в последнее время наблюдается сильная тяга в партию. Но вследствие постановлений X съезда партии и наших партийных конференций, мы не можем их принимать, потому что нужен ряд рекомендаций и проч., которых на местах выступающие достать не могут. Это обстоятельство создало такое положение, когда на местах у нас существуют нелегальные ячейки, возникшие самозванно и нигде не зарегистрированные. Когда я был в Чите, тов. Кубяк мне говорил: «у вас растут организации, но эти организации не регистрируются». Они просто считаются коммунистами. Этот узел надо разрубить. Мы поднимем этот вопрос перед ЦК. Основной нашей задачей в ближайшее время является вовлечение во что бы то ни стало в партийную организацию отсталых трудовых масс, которые действительно искренне желают работать в рядах партии. На этом закончу характеристику нашей партийной работы.

Что касается земельных отношений, я этого ввиду краткости времени касаться не буду. Скажу лишь одно, что население нашей работой в этой области, безусловно, удовлетворено. Разрешите сказать несколько слов о ламаизме. Мне кажется, ни в одной из автономных республик и областей вопросы религиозного характера не имеют такого актуального значения и не пользуются таким влиянием на трудовую массу, как у нас. Это объясняется очень просто. Как ни странно, на территории Дальневосточной автономной области мы имеем в некоторых местах лам от 12 до 17% всего населения, которое живет в своих монастырях (дацанах) и совершенно не занимается трудовым процессом, являясь дармоедами и кормящимися исключительно приготовленным населением. У них есть своя статистика, своеобразная податная система, проводимая фактически в порядке принудительном. Во всяком случае нам с ламаизмом приходится считаться очень и очень. Я указал на отрицательное проявление ламаизма с точки зрения экономики, но он проявляется и с другой стороны — в смысле культурного влияния массы. Я вам приведу такой факт. Вот допустим, попросту буряту нужно обратиться к европейскому врачу. У нас имеется доктор бурят, тов. Жабэ, европейский образованный, который занялся лечением сифилиса путем вспрыскивания неосальварсана и т. д., и он всеми методами старается привлечь население к этому методу лечения. Бич нашей жизни — это сифилис и туберкулез. Не менее 30% населения поражено венерическими болезнями и до 40% поражено туберкулезом. Идет вымирание. Статистический материал в этом отношении очень интересен. Статистика 1897 года и 1917 г. за двадцатилетний период дала вымирание 10 тыс. человек, значит 500 человек вымирало ежегодно, и это продолжается и теперь, и вот у нас ламы (часть) являются духовными лицами и вместе с тем лекарями. Это неотъемлемое проявление ламаизма. Тибетская медицина не отделена от религии, поэтому бурят прежде, чем пойти к доктору буряту или русскому, идет к ламе, у него спрашивает совета и ворожит и, если тот скажет, что ты можешь у европейского врача получить помощь, только тогда он идет к доктору Жабэ. Вот с какой темнотой приходится бороться. Правда, мы недавно приняли практические меры в смысле отделения ламаизма от дацана. К чему это приведет, я не знаю, но попытку делали. Во всяком случае постановку дела медицины ставят в связь с духовными делами, и мы придерживаемся такого взгляда, что в данный момент пока что сказать населению, что ламы-лекаря, тибетская медицина не должна давать советы, — этого нельзя сказать потому, что масса слишком в большом масштабе идет за ними. Поэтому можно только бороться путем практической постановки дела лечения на ряду с тибетской медициной. У нас имеется совет по культурным делам, в котором сидят профессора этнографы, у них взгляд такой, что безусловно тибетскую медицину нужно отделить от ламаизма. Но лишать их этого совсем мы не имеем возможности и нет смысла, потому что в некотором смысле она приносит пользу. Но в смысле борьбы с венерическими болезнями, с туберкулезом, ламы безусловно беспомощны. С одной стороны, тибетская медицина в самом Тибете изжила себя. Она привилась только в Монголии и на территории Бурятии, а в Тибете она уже не прогрессирует, а репрессирует, идет быстро вниз. Поэтому в конечном итоге ожидать какого-либо прогресса развития тибетской медицины не приходится совершенно. Вопрос о ламаизме важен и с другой стороны — в смысле воспитательно-просветительной работы. Дело в следующем. Обычно в дацаны детей принимают от девяти лет. Кроме того, согласно общим традициям ламаитского устава, если у бурят имеется три сына, то третьего сына он должен обязательно дать в ламы. Это идея довольно крепко привита среди населения и каждый бурят, имеющий трех сыновей, в особенности в Забайкалье, считает своей нравственной обязанностью отдать третьего сына в дацаны. Поэтому и растут эти дацаны и растет количество лам, доходящее до 17% местного населения. Поэтому в смысле борьбы с вовлечением молодежи в дацаны, мы считаем необходимым поставить вопрос об их вырывании оттуда. К этому вопросу подошли мы также практически. Мы созвали так называемый духовный собор по нашей инициативе, причем созыв этого собора был проведен перед так называемым советом по культурным делам. Это нечто внесоветское, это чисто культурно-национальный орган. В этом отношении, мы использовали предложение Камбаля, духовного владыки буддистов восточной Сибири, — созвать съезд и обсудили определенную программу его, наметили определенные доклады, послали туда своих людей, правда, непартийных, но вполне определенно стоящих на нашей платформе, вполне определенно прибегающих к нам (там, между прочим, были наши профессора, блокирующие эту работу с нами). И работа съезда была закончена блестяще, была закончена успешно еще потому, главным образом, что представитель Тибета, знаменитый Дорджиев, который часто бывает в гостях у тов. Чичерина, поддерживал в этом отношении нас и сейчас мы имеем почти что новое направление в ламаизме на бурятской территории. Там разработано новое положение о центральном совете по духовным делам ламаизма в Восточной Сибири, где вводится принцип некоторой демократичности, вводится совет представителей от мирян, устанавливается определенный контроль над поступлением и расхождением денежных сумм, устанавливается определенный контроль над деятельностью советов и всех лам. Это положение я привез с собой, оно представлено в Наркомнац. Затем очень интересное положение. Старый устав внутренней жизни монашествующих, так называемого виная, предусматривает уничтожение частной собственности у лам. Это очень большой вопрос для наших лам. Теперь, до самого последнего, времени ламы имели право иметь у себя хозяйство.

Голос. У вас духовенство не безбрачное?

Ербанов. Нет, безбрачное. Они имеют право иметь хозяйство, даже имеют право до некоторой степени иметь торговлю, заниматься спекуляцией, в последнее время это стало носить довольно широкие размеры. В новом уставе о внутренней жизни монашествующих говорится, что ламы не имеют права иметь собственности. Этот устав виная исходит из самого Тибета. В нем современный ламаизм рассматривается как извращение старого истинного ламаизма, чем и вызывается необходимость перейти к этому уставу виная. В уставе предусматривается необходимость упрощения жизни монашества. Если вы придете в дацан, то там колоссальная роскошь, персидские ковры и т. д. Там вас так примут и так угостят, таким хорошим сладким блюдом, что вы будете довольны, и вообще роскошь в дацанах приняла довольно значимые размеры и любовь к шелку, к золоту и т. д. была сильно распространена. Вот об этом устав виная тоже говорит: никакой роскоши не должно быть. В уставе говорится, что ламы не имеют права носить золотые и серебряные вещи, шелковые одеяния и проч. Это постановление удалось провести через съезд, но, правда, с большим трудом. Дорджиев вынужден даже был покинуть собрание, когда ламы не захотели было принять этого постановления, после чего его вновь пригласили и вынуждены были с этим положением согласиться. Так или иначе удалось это постановление провести. Сейчас это постановление представлено в Наркоминдел, согласуется в Наркомюсте, мы его подработали, и оно будет так или иначе разрешено. Во всяком случае в этом смысле мы считаем необходимым это течение поддерживать. Оно является для нас желательным и необходимым.

Еще один штрих о ламаитских школах. Как известно, при дацанах имеются духовные школы, так называемые «чайны», где молодежь учится ламаизму. Мы считаем в данном случае, что совершенно лишать дацаны этих школ невозможно, хотя существует декрет об отделении церкви от государства. Но здесь поднят вопрос в смысле борьбы с вовлечением молодежи в эти школы. Мы вопрос ставим таким образом: в ламы может быть посвящен гражданин, достигший 18-летнего возраста. До этого он не может быть посвящен и взят на обучение ламаизму. Но это довольно рискованный шаг. Этим мы можем вызвать недружелюбное и даже враждебное отношение среди бурятского населения. Поэтому выставляется компромиссное решение этого вопроса, а именно: при дацанах открыть начальные школы и дети, которых будут отдавать в духовные школы, попадут не в духовные ламаитские школы, а в советские школы при дацанах. Пока вопрос окончательно не разрешен. Обком принципиально считал недопустимым открытие советских школ при дацанах, ибо это не приведет ни к чему и влияние лам будет сказываться. Во всяком случае, вопросы духовные имеют для нас очень большое значение и от правильного урегулирования их безусловно зависит многое. В этом отношении нам нужно подходить осторожно, ибо наш ламаизм связан не только с Монголией, но и с Тибетом и с Далай-Ламой.

У нас издаются две газеты: одна в Иркутске на русском языке, другая в Чите на бурятском языке.

Председатель. Раньше, чем закрыть заседание прошу заслушать следующее заявление по поводу слов т. Махарадзе в той части его речи, которая касается организации «Спартак».

«Возражая по существу против утверждения т. Ф. Махарадзе о «Спартак» в Грузии, заявляю что указанное относится к периоду до конца апреля 1923 г. С первых же чисел мая это положение в корне устранено и состояние «Спартак» в Грузии представляется в следующем виде: в Тифлисском «Спартаке» 40% грузинских детей, в Грузии же в целом 72%. Секретарь ЦККСМ Грузии Девдориани. 11/V — 23 г. P.S. Общее количество детей 7.800».

Объявляю заседание закрытым. Следующее заседание завтра в 11 часов.