Тебе принадлежу

Глава 28

Катя

Вопросов Макс не задает, видимо, чувствует мое настроение. Попрощавшись с семьей и гостями, мы молча следуем к ожидающему нас автомобилю. Поездка длится мучительно долго, я несколько раз порываюсь вывалить на Макса события сегодняшнего вечера, точнее одно конкретное событие, но каждый раз останавливаюсь.

Перспектива пополнить ряды тех, кто теряет разум от ревности и устраивает разбор полетов по поводу и без мне совершенно не улыбается. А потому к тому времени, когда мы наконец оказываемся в квартире, у меня из ушей разве что пар не идет.

Злость, ревность и желание крушить все, что попадется под руку, разрывают изнутри, стремясь вырваться наружу, сейчас я похожа на бомбу замедленного действия, таймер на которой отсчитывает последние секунды и она вот-вот рванет.

Сбрасываю с ног уже успевшие надоесть туфли, не озаботившись поставить их на полку, позволяю себе в первые за долгое время не задумываться о порядке. Прохожу в кухню, наливаю в стакан воду и выпиваю залпом, желая хоть немного усмирить разбушевавшееся внутри пламя.

Слова Лары, как не прискорбно это признавать, достигли своей цели, задели какие-то невидимые струны души и острыми иглами вонзились в самое сердце. Лишь на секунду я позволяю себе поверить в правдивость ее слов, которые, надо признать, не лишены логики, ведь нет во мне ничего особенного, кроме статуса.

-Кать, - теплые руки обхватывают меня сзади и ложатся на талию, в нос ударяет терпкий запах парфюма сопровождаемой легким шлейфом алкоголя. Резко развернувшись, встречаюсь со потемневшим взглядом Макс и буря, которую мне удавалось сдерживать до этого самого момента, вырывается на свободу, находя выход в старом, как этот мир действе.

Привстаю на носочки и запечатываю губы Макса поцелуем, мне это нужно, нужна эта близость. Поцелуи больше похожие на укусы, злость выливается в уничтожающую, крушащую все на своем пути безудержную страсть. Пока Макс приходит в себя от моего неожиданного порыва, хватаю тонкую ткань рубашки и вытаскиваю из-под брюк.

Задыхаюсь, мне не хватает терпения, трясущиеся пальцы путаются в попытке расстегнуть ненавистные пуговицы, так и не сумев справиться с задачей, срываюсь и дергаю края рубашки, слышится треск и звук разлетающихся по полу пуговиц.

-Малышка, - смеется Макс, прижимается к себе, его пальцы зарываются в мою густую шевелюру, а губы накрывают мои. Теперь, несомненно, ведет он, наши языки сплетаются в огненном танго, сумасшедший танец страсти, наслаждение, граничащее с болью. Возбуждение достигает своего пика, просовываю руки между нашими телами, провожу ладошками по напряженному стальному прессу и касаюсь пряжки ремня.

-Пойдем в спальню, - шепчет Макс в перерывах между поцелуями и вопреки своим же словам, расстегивает молнию на моем платье, стягивает с плеч бретели и черная материя, скользнув по телу, моментально падает к ногам, оставляя меня практически обнаженной. – Надо в спальню, - словно в бреду, заплетающимся языком поизносит Макс.

-Ахх, - срывается с губ громкий стон, когда, подхватив меня под бедра, Макс приподнимает меня до своего уровня и касается губами груди.

-Катя, нам надо в спальню, там кровать, - произносит, покрывая поцелуями обнаженные участки моего тела, скользит губами вдоль шеи, оставляя отметины на тонкой коже, словно желает пометить, заклеймить.

-К черту кровать, хочу здесь, - не хочу больше ждать, ни секунды, до кровати мы просто не дойдем, хочу почувствовать его в себе, слиться в единое целое.

Выругавшись, он делает несколько шагов и усаживает меня на холодную поверхность, по телу пробегаются мурашки, резкий контраст температур прошибает тело новой волной возбуждения. Срываю с Макса испорченную мною рубашке, скольжу взглядом по все еще перебинтованной части его торса и просто сгораю от нетерпения. Его губы снова находят мои, руки судорожно шарят по обнаженному телу, ладонь накрывает грудь, сдавливает между пальцами затвердевший и ставший слишком чувствительным сосок и по телу прокатывается разряд тока. Секунда и Макс избавляется от остатков одежды, целую, кусаю в порыве страсти его губы, причиняя боль, прижимаюсь ближе, расставляю шире ноги. но Макс не торопится давать мне то, что мне нужно больше всего.

-Ты даже не представляешь, какая ты сейчас красивая, - шепчет в шею, одновременно поглаживая мои бедра, скользит ладонями по внутренней стороне, едва касаясь местечка, где уже все горит от сковавшего напряжения.

-Пожалуйста, Макс, - чувствую легкое давление, упирающееся мне между ног, Макс трется возбужденным членом о мои насквозь промокшие трусики, продолжая дразнить, доводя меня до безумия. Мне хочется кричать, чтобы прекратил эту пытку, сдернул с меня ненужную тряпку и вошел, немедленно и без прелюдий. Кажется, я просто умру, если сейчас же не почувствую его в себе. И словно услышав мои мольбы, Макс одним рывком стягивает с меня трусики, подхватывает под бедра и входит, его движения медленные, размеренные, он словно осторожничает, сдерживается, в то время, как его язык буквально трахает мой рот. Мне мало, этого недостаточно, хочу больше, сегодня мне нужно иначе. – Нет, - шепчу оторвавшись от его губ и слегка толкая в грудь.

-Что не так, Малышка? – замирает внутри меня, смотрит обеспокоенно и снова это чувство вины во взгляде, от которого сердце сжимается в груди до размера крохотной песчинки.

-Хочу чтобы ты не сдерживался.

-Кать, - произносит хрипло, а во взгляде мелькает что-то темно, что-то, что он старательно прячет, подавляет.

-Покажи, - прошу и он срывается, с громким рыком врывается в мой рот, тянет за волос, вынуждая прогнуться, целует яростно, причиняя боль и резко выходит. Не успеваю ничего сообразить, как сильные руки стаскивают меня со стола и разворачивают на сто восемьдесят градусов.

-Нагнись, - рычит мне в ухо, надавливает на спину и резко входит, выбивая из моих легких воздух, и начинает двигаться, резко, быстро. - Еще? – спрашивает, вколачиваясь в меня на запредельной скорости, а я лишь могу судорожно хватать ртом воздух и стонать неразборчиво, цепляясь за край стола.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

-Да, да, да, черт, - кричу, срывая голос от нахлынувших ощущений, чувствую хватку на своих волосах, Макс тянет меня за волосы, надавливает на спину, вынуждая прогнуться и продолжает вбиваться, насаживать меня на себя, отправляя куда-то далеко за пределы реальности. В какой-то его рука обхватывает мою шею, сдавливая горло и я напрягаюсь, дергаюсь в попытке освободиться, но хватка лишь усиливается.

-Тихо, не бойся, тебе понравится, обещаю, - шепчет и прижимает меня спиной к своей груди, вторая рука спускается туда, где сплетаются наши тела и слегка надавливает на напряженный до предела клитор. В глазах темнеет от переизбытка ощущений, Макс возобновляет движения, врывается меня, растягивая, разрывая на части, поглаживает клитор, сводит меня с ума в то время как хвата на горле усиливается, перекрывая доступ кислорода в легкие. Чувства обостряются и мне уже плевать на все, растворяюсь в ощущениях, что так умело дарит мне этот мужчина, откидываюсь назад, принимаю все, что он мне дает, пока Макс таранит меня с бешеной скоростью, дразнит пульсирующий клитор и в момент, когда я уже готова взорваться, он ослабляет хватку на горле. Перед глазами вспыхивают яркие вспышки, в ушах шумит, открываю рот, судорожно глотая воздух, застываю в немом крике, сотрясаясь в оглушительном оргазме, разлетаюсь на тысячи мелких осколков, распластавшись на столе и почти плача от неземного удовольствия, скулю от наслаждения.

-Да, малышка, вот так, моя девочка, - доносится рычание Макса. - Прости, но я не могу, - произносит сипло и спустя несколько толчков чувствую, как начинает пульсировать его член, и он кончает глубоко внутри меня. Несколько секунд мы не двигаемся, дышим шумно, Макс проводит ладонью вдоль моей спины, выходит, из меня и развернув к себе, снова целует.

-Прости, - повторяет.

-Мне нужно в душ, - отвечаю обессилено и прежде, чем успеваю продолжить, Макс подхватывает меня на руки и несет в комнату. С трудом стою на ногах, пока Макс смывает с нам следы нашей страсти, все что могу – приживаться к нему и тяжело дышать. Уже в комнате, когда Макс натягивает на меня футболку и осторожно укладывает в кровать, я полностью осознаю произошедшее. Усталость, как рукой снимает, сажусь резко на кровати и испуганно смотрю на Макса.

-Ты чего?

-Я ведь могу забеременеть, - произношу с ужасом. Кто рожает в двадцать один? Подскакиваю с кровати, как кипятком ошпаренная.

-Даже не думай, - раздается громкий рык за спиной.

-Что?

-Никаких таблеток, абортов и прочего, - рявкает Макс и я непроизвольно дергаюсь.

Хлопаю глазами, какие нахрен таблетки? Он вообще в себе? Я в ужасе от предстоящей перспективы стать матерью, но раз уж так вышло, ни о каких таблетках и речи быть не может.

-Прежде, чем ты решишь бежать сломя голову в аптеку, - подходит ближе, - я хочу этого ребенка, если ты, вдруг, забеременеешь, я не планировал, прости, я просто не смог остановиться, но прошу тебя, - заглядываю в его глаза и столько отражается во взгляде.

Сердце замирает, а по телу разливается приятное тепло, когда, преодолев разделяющее нас небольшое расстояние, Макс заключает меня в свои объятия и крепко прижимает к себе.

– Не избавляйся от него, - шепчет куда-то в макушку, и я уже готова снова растечься лужицей, но где-то далеко на задворках сознания возникает неприятное воспоминание, возвращая меня в события минувшего вечера. Напрягаюсь и почувствовав мое напряжение, Макс отстраняется, он явно понимает все по-своему, но прежде, чем он успевает что-то сказать, делаю шаг назад и тихо спрашиваю:

-У вас с ней что-то было да?

Он хмурится, на лбу выступает морщинка, а в глазах отражается растерянность.

-С Ларой, что у тебя с ней? – повторяю вопрос срывающимся голосом. Я должна знать, должна, мне просто необходимо услышать ответ наверняка, услышать от него. О том, что буду делать с полученной информацией стараюсь не думать. Макс садится на край кровати, зарывает пальца в волосы и опускает голову, устремляя взгляд куда-то в пол. Нет, этого просто не может быть, не может. Смотрю на него, ожидая ответа, холодный пот стекает по спине, руки сжимаются в кулаки. Впиваюсь ногтями в ладони, из последних сил удерживая себя в реальности, хочется кричать, трясти его за плечи, чтобы перестал наконец молчать, чтобы сказал хоть что-нибудь.

Перед глазами всплывают картинки из прошлого: как она беспрепятственно заявляется в его квартиру, как появляется в больнице, после чего покидает ее в сопровождении охраны, как входит следом за мной в туалет в ресторане.

-Кать, - устало произносит Макс, потирая ладонью лоб.

-Ты с ней спал, да? Она для тебя что-то значит? Она поэтому ездит в сопровождении охраны?

Тяжело вздохнув, Макс поднимается с кровати, подходит ближе и притягивает меня к себе, а мне не хочется больше вот этих обнимашек, поверить не могу, что попала в точку, он ведь в любви мне признался и речь целую произнес, ну не сыграть так, не мог он так со мной поступить. Не мог играть на моих чувствах только ради статуса, это жестоко, даже для него.

-У нас ничего не было и быть не могло, - нарушает гнетущую тишину Макс и подцепив мой подбородок, заставляет смотреть в ему в глаза, - но да, она много для меня значит.

Моргаю, трясу головой, словно пытаясь избавиться от услышанного, впиваюсь ногтями в его плечи, в желании оттолкнуть, вырваться из капкана, в который он так умело меня загнал.

«Ты лишь одна из многих»

-Зачем? - чувствую, как из глаз катятся слезы. - Ты же говорил, что любишь меня, это жестоко, - шепчу, теряясь в пространстве. Вокруг все начинает кружиться, комната теряет очертания, слезы застилают глаза и стекают по щекам крупными каплями. Разве можно так жестоко играть с чувствами? И ради чего? Я ведь полюбила, полюбила так, что вряд ли смогу без него теперь даже дышать, а он, он лишь талантливо играл. Банально и противно до ужаса, оказать всего лишь одной из многих. Всего лишь выгодная партия. Поверить и так больно спуститься на землю.

-Ты о чем? – словно действительно не понимая, спрашивает Макс, а у меня ладонь чешется, так и хочется влепить ему оплеуху.

-Жестоко было влюбить меня в себя, я ведь поверила, - всхлипываю, - поверила в то, что ты можешь любить и ты действительно можешь, но только не меня. Дочь Громова, да, отличная партия и безотказная идиотка, поплывшая от одного лишь «я тебя люблю».

-Ты в своем уме? – рявкает в очередной раз. - Что ты несешь, Катя?

-Ты сам сказал, что…

-Что она много для меня значит, да, я на память не жалуюсь, - произносит громко, проводит пятерней по волосам и снова с силой притягивает меня к себе. - Мне далеко до хорошего человека, но я не подонок, чтобы играть на твоих чувствах.

-Но..

-Я люблю тебя, - повторяет сказанные в больнице слова, - и других женщин в моей жизни не будет.

-Но Лара, я не понимаю, - произношу растерянно, прижимаясь к груди мужчины. Почему она ездит с охраной? – задаю не дающий мне покоя вопрос.

-Это для ее безопасности, - шумно вздохнув, отвечает Макс, - помнишь я говорил про аварию?

Киваю в ответ, не понимая, к чему он клонит.

-Она считает, что авария не была случайной.

Не была случайной? Зачем кому-то покушаться на простого секретаря?

-У всех свои скелеты в шкафу, малышка и у нее тоже.

-Не расскажешь, да? – смотрю в его глаза и читаю в них ответ на свой вопрос.

-Я бы рассказал, если бы это касалось только меня, просто поверь мне, малышка, она – друг, близкий друг, не ищи в ней врага.

Что-то в его словах заставляет меня задуматься, Макс не из тех, кто доверяет всем подряд и подпускает к себе всех и каждого. А ее подпустил, близко, даже слишком.

-А что думаешь ты? – спрашиваю шепотом, все еще погруженная в собственные мысли.

-О чем? – хмурится Макс.

-Об аварии, думаешь это случайность?

-Нет, Катя, это не случайность.