Техас в XIX веке

Техасский рейнджер Джон Коффи Хейс. Война с Мексикой. Поход американского генерала Закари Тейлора

Война с Мексикой. Поход американского генерала Закари Тейлора

Население Техаса быстро увеличивалось. В 1839 году в нём проживало около 45 000 человек[10], а к 1846 году эта цифра возросла до 140 тысяч[15, а так же: Antebellum Texas // http://www.tshaonline.org/handbook/online/articles/npa01]. Однако, население Мексики к 1846 году составляло уже более семи миллионов человек. Во время Американо-Мексиканской войны Санта-Анна поставил под ружьё армию в 60 тысяч солдат[17]. То есть, две подобные армии составили бы почти всё население Техаса. Техас оставался слишком слабым, чтобы самостоятельно сражаться с Мексикой. И тогда на помощь техасцам пришли их северные соседи из Соединённых Штатов.

Возвратившись после погони за индейскими мародёрами в Сан-Антонио, Хейс узнал, что США готовится уже не просто к походу на пограничную реку, а к настоящей войне с Мексикой. Интересы американского президента Джеймса Полка распространялись дальше Техаса и выхода в Мексиканский залив. Соединённые Штаты претендовали на Калифорнию и ещё несколько мексиканских территорий. Но поводом для войны стал именно конфликт на территории Техаса.

Американский генерал Закари Тейлор расположился со своей небольшой армией на берегу Рио-Гранде, напротив мексиканского города Матаморос. Там он занимался вербовкой техасских добровольцев, Тейлору необходимо было укомплектовать четыре полка. База снабжения американцев располагалась в Пойнт Исабель (Point Isabel), на расстоянии двадцати пяти миль от места расположения его лагеря. Он взял два отряда рейнджеров Хейса во главе с Сэмюэлем Уолкером и Беном Маккаллоком, чтобы охранять пути и осуществлять связь.

Джек Хейс носил звание полковника подразделения, которое официально именовалось Первым Конно-Стрелковым Полком Техаса (First Regiment Texas Mounted Rifles), но более было известно под названием Техасских Рейнджеров Хейса. Сэмюэль Уолкер, близкий друг Джека с самого начала его рейнджерства, стал подполковником, Микаэль Чевейлла - майором. 22 июня 1846 года полк рейнджеров присоединился к армии Тейлора в Пойнт Исабель[1].

Рейнджеры выделялись среди других солдат своей экзотической внешностью. За исключением самого Хейса, который всегда был чисто выбрит, его рейнджеры носили бороды и усы, и делали всё, чтобы выглядеть как можно более агрессивно. Каждый был вооружён короткой винтовкой, револьверами Кольта и большим ножом Боуи. Сэмюэль Чемберлен, солдат-художник, участвовавший в Мексиканской войне, так описывает их: "... с их грубыми костюмами, бородатыми лицами, худощавыми и мускулистыми телами, дикими глазами и самодовольными манерами, они походили на преступников, которые беспокоят своим присутствием штат Одинокой Звезды"[1].

Юмористическое изображение рейнджера. неизвестный художник - современник событий

(Рисунок из открытых источников сети Internet)

Только сам бесстрашный Капитан Джек, по мнению современников, внешне не производил устрашающего впечатления. Джон В. Локхарт, ветеран Революции Техаса, будучи в Сан-Антонио после памятного сражения рейнджеров в каньоне реки Нуэсес, столкнулся с Джоном Хейсом в гостинице. Вот что он писал: "После того, как он зарегистрировался... я посмотрел в книгу, чтобы увидеть, что это за незнакомец. Вообразите моё удивление, когда я увидел имя Джона К. Хейса. Я подумал, что мои глаза меня обманывают. Мог ли этот невысокий, юный на вид, безбородый мальчик, быть настоящим Джеком Хейсом, знаменитым борцом с индейцами, которого восхваляли все техасцы? Этого не может быть, думал я, но скоро узнал, что он действительно был Джеком Хейсом. Зарегистрировавшись, он уехал из гостиницы по своим делам..."[1]

Генерал Тейлор полностью доверял рейнджерам, поэтому и поручил одному из капитанов, Бену МакКаллоку, найти лучший путь для вторжения в Монтеррей. МакКаллок быстро разузнал, что на запланированном пути через Линарес для огромной армии Тейлора мало водопоев. Он предложил генералу придерживаться рек Рио-Гранде и Сан-Хуан и двигаться в сторону Монтеррея дорогой, которая ведёт через Миер, Каммарго и Герральво, по краю гор Сьерра-Мадре. Хейс со своими людьми и половина полка генерала должны были пройти параллельным путём, на 130 миль западнее, по маршруту через Линарес, а потом присоединятся к основной армии. Тогда отдельные части армии не будут стеснены и всем хватит воды на длительный переход. Этот план оказался удачным для американцев.

Вступив на намеченный маршрут, Хейс первым делом послал вперёд требование к каждому алькальду поставить для армии Тейлора по 20 мулов. Поскольку имя Джека Хейса было слишком хорошо известно мексиканцам, и внушало уважение, алькальды не взялись противоречить, и предоставили требуемое число мулов.

После того, как часть армии отделилась от Тейлора и вместе с Хейсом ушла на Запад, путь им преградил полк мексиканских улан во главе с полковником армии Хуаном Нахерой. Хейс не нашёл ничего лучшего, как начать размахивать захваченной в бою саблей, и провоцировать Нахеру на поединок. Мексиканский полковник, которому совершенно не пристало поддаваться на подобные провокации и самому кидаться в бой, тут же принял вызов и бросился навстречу Хейсу со своей длинной саблей. Рейнджеры были потрясены выходкой своего командира, потому что как стрелок Хейс не знал себе равных, но фехтовать не умел совершенно. Когда противники подлетели друг к другу, Хейс уклонился от выпада, бросил саблю, выхватил свой кольт и выстрелил из-под шеи лошади, убив мексиканского полковника наповал. Помчавшись назад, Хейс выкрикнул: "Спешиться! Отойти от лошадей! Устройте им ад!" Сержант Бак Барри вспоминал, что мексиканцы, "как шершни", трижды промчались сквозь строй рейнджеров. Но рейнджеры прятались за лошадей, и подстрелили несколько десятков улан, потеряв всего одного своего человека[1]. Мексиканцам пришлось отступить. Конечно, действия Хейса мало претендуют на подвиг, он по сути заманил мексиканского офицера в ловушку с твёрдым намерением убить его. Тем не менее, этот поступок позволил рейнджерам справиться с превосходящим их по численности противником, и продолжить свой путь.

Узнав о том, что большая мексиканская армия идёт, чтобы защитить город Салтилло (Saltillo), Хейс устроил вдоль дороги этой армии засаду. Симулируя отступление, Бен Маккаллок по поручению Хейса расположил пять групп своих людей в укрытиях вдоль тракта. Техасцы сделали ставку на недисциплинированность мексиканской армии и горячность мексиканцев. Подпуская преследователей не далее чем на 10 ярдов (9 метров!) от себя, маленькие группы техасцев делали вид, что удирают, и отвлекли от основной армии мексиканцев больше тысячи солдат. Мексиканцы без команды, поддаваясь азарту, кидались преследовать врага, имитирующего бегство. Когда же, наконец, люди МакКаллока снова собрались в один отряд, оказалось, что мексиканские солдаты рассеялись по горам разрозненными группами и уже не представляют особой опасности. Основным силам американцев благодаря этой операции удалось пройти, не растрачивая боеприпасов. Генерал Уильям Уорт, следуя позади Хейса с двумя бригадами Второго подразделения, прокомментировал это так: "Красивый маневр!"[1]

Техасские рейнджеры Хейса и та часть американской армии, которая шла вслед за ними, без потерь подошли к Солтилло, но огромная мексиканская военная сила поджидала их впереди.

Подходы к городу Монтеррею охраняли два укреплённых холма, расположенные по обе стороны дороги, ведущей в город: холм Федерации и холм Независимости (Federation Hill and Independence Hill). Миновать это препятствие без боя было невозможно, и Джек Хейс предложил генералу Уорту атаковать холмы по-очереди. 21 сентября шесть групп рейнджеров и такое же количество групп от Пятого и Седьмого пехотных полков в три атаки взяли холм Федерации. На западном конце этого холма располагался форт Солдадо (Fort Soldado), в котором у мексиканцев хранился большой арсенал оружия. С боем взяв этот форт, американцы значительно ослабили мексиканскую армию. А уже на следующий день, 22 сентября 1846 года, Джек Хейс и Сэмюэль Уолкер, провели своих людей на штурм холма Независимости.

С холма Независимости открывался прямой путь к так называемому "Дворцу Епископа"(Bishop's Palace) - укреплённому зданию, которое охраняло проход вглубь города. Если бы американцам удалось добраться до Дворца Епископа, они практически вошли бы в Монтеррей, и участь города была бы решена не в пользу его хозяев. Понимая это, мексиканский генерал Ампудия, командующий обороной Монтеррея, распределил своих солдат так, что перекрыл все подходы к вершине холма, кроме одного. Практически без охраны остался крутой, почти отвесный склон в 800-футов (240 метров). По всей видимости, мексиканский генерал был уверен, что в этом месте никто не рискнёт штурмовать холм, настолько крут был подъём. Ампудия должен был подумать о том, что рейнджеры - отчаянный народ, который не раз показывал чудеса храбрости и безрассудства, а под примером рейнджеров и солдаты регулярных американских войск могут решиться на неожиданный маневр.

Как раз этот 800-футовый крутой склон и избрали рейнджеры, а пехотинцы последовали за ними. Благодаря неожиданности и храбрости американцев, маневр удалось провести почти без единого выстрела. Взобравшись на холм, американцы легко разбили мексиканские укрепления, атаковав с той стороны, откуда никто не ожидал нападения[1].

Уже к полудню артиллеристы генерала Уорта втянули свои пушки на холм Независимости и обстреляли Дворец Епископа практически в упор. Мексиканский генерал Ампудия отступил к центру города, оставив и холмы, и дворец в руках американцев.

23 сентября 1846 года, большой отряд пеших рейнджеров и 7-й и 8-й Пехотные полки генерала Уорта встретились в уличных боях с отступающей мексиканской армией. На Cemetery Plaza они попали под огонь мексиканских снайперов, которые укрывались на крышах домов. Снайперы хотели заставить отряды рейнджеров и американских солдат разделиться на отдельные группы, которые потом было бы проще разбить.

Наблюдая за боем, Генерал Уорт придумал, как можно избавиться от снайперов. По его плану, рейнджерам следовало подобраться к ближайшему дому, и заложить в одну из стен взрывчатку. Взорвав стену, рейнджеры должны были проникнуть через образовавшуюся брешь в дом и изнутри подобраться к снайперам. И повторить эту процедуру, переходя от дома к дому, столько раз, сколько потребуется, чтобы прекратить снайперский огонь. Рейнджеры справились с задачей, и через несколько часов мексиканские снайперы замолчали. Но сражение на улицах Монтеррея продолжалось. Лишь к десяти утра следующего дня удалось выманить врага на главную площадь, под винтовки американцев. Через несколько часов мексиканцы были принуждены капитулировать и генерал Ампудия поднял белый флаг.

Главнокомандующий американской армией, генерал Тейлор, остановил своё наступление, удовлетворившись взятием Монтеррея, объявил перемирие и разрешил мексиканцам отвести все уцелевшие войска к горам. Подобное решение возмутило и разочаровало рейнджеров и вызвало сердитую критику американского президента Джеймса Полка. Действия генерала Тейлора, по мнению президента, были лишь полумерой. Не было одержано полной победы и даже западные укрепления Монтеррея не были захвачены. Давая мексиканским войскам возможность уйти, Тейлор предоставлял им передышку, во время которой мексиканцы могли набраться сил, и контратаковать, чтобы вернуть себе утраченное.

Рейнджеры тоже считали, что Тейлор поступил неправильно. Техасцы уже несколько раз заключали перемирие с Санта-Анной и его генералами, но каждый раз мексиканцы нарушали своё слово и снова шли войной на Техас, нанося ещё больший ущерб. Техасцы теперь не верили в то, что переговорами с Мексикой можно достичь мира. Но Тейлор, которого современники характеризуют как миролюбивого человека, склонного искать компромисс, вопреки мнению президента, рейнджеров и офицеров своего штаба, всё равно принял решение закончить кампанию. Он объяснял это тем, что войска утомлены, и драться дальше - означало согласиться на слишком большие потери. Тейлор надеялся на то, что победа под Монтерреем показала мексиканцам серьёзные намерения США, и что согласие между двумя странами будет достигнуто путём последующих переговоров. Именно об этих своих ожиданиях генерал Закари Тейлор писал в письмах из Монтеррея[22].

Впоследствии решение Тейлора плохо повлияло на его собственную карьеру. В письме от 10 ноября 1846 года, которое он написал своему другу доктору Р.С. Вуду, Тейлор прямо говорит, что после победы в Монтеррее его пытаются отстранить от командования по политическим соображениям, чтобы пошатнуть его авторитет как кандидата на следующих президентских выборах[22]. Правильное или неправильное решение принял генерал Тейлор, объявив перемирие, но в тех же письмах можно найти его отчёты о том, что мексиканская армия отпускалась им с условием почти полного разоружения. Мексиканцы, правда, истолковали это условие по-своему. Они действительно оставили часть своего оружия и пушек, но не меньшее количество унесли с собой, и передышку использовали для того, чтобы через некоторое время вернуться с новыми силами, и продолжить военные действия. Но это уже следующий эпизод Американо-Мексиканской войны, о котором пойдёт речь впереди.

В походе Тейлора рейнджеры проявили себя как прекрасные войны и разведчики. Генерал Уорт выразил восхищение "выдающейся храбростью полковника Хейса и его людьми - благородными добровольцами... неутомимая, энергичная храбрость и безошибочные выстрелы Вашего полка, спасли нашу армию от поражения". Он назвал рейнджеров Хейса "лучшими лёгкими войсками в мире" и самого Хейса лучшим всадником из тех, кого ему приходилось видеть. Как выразился один из людей генерала Тейлора, "Хейс и его рейнджеры были не только глазами и ушами армии Тейлора, но и её правыми и левыми руками тоже"[1].

Новоорлеанская газета "Дельта" (Delta) позднее писала о Хейсе: "Там [на Западе. Прим. М.Г.] никогда не было командира, которого бы более боготворили его люди". Джек Хейс стал героем не только для Техаса, но и для всех Штатов[1].

В октябре 1846 года отдельные отряды Первого Конно-стрелкового Полка Техаса - рейнджеров Хейса - вернулись в Техас и разошлись по своим домам. Но война с Мексикой на этом не закончилась. В декабре 1846 года Джек Хейс был уполномочен вновь укомплектовать Конно-Стрелковый Полк. Прежде, чем это делать, Хейс обсудил положение организации рейнджеров с губернатором Ф.В. Харрисоном. Хейс хотел, чтобы в полк были зачислены только опытные бойцы, которые побывали в битвах при Сан-Хасинто, Миере или Монтеррее, но такие люди неохотно шли в добровольцы. Все эти люди так много времени провели в военных походах, что их собственные дела пришли в упадок, и их семьи очень нуждались в них. Это было не единственной сложностью. Пока большая часть рейнджеров боролась с мексиканской армией, осмелели индейцы. Они всё чаще устраивали набеги, и мирным техасским фермам. Поселениям тоже требовалась постоянная защита[1].

Чтобы узаконить рейнджеров как постоянную внутреннюю организацию Техаса, губернатор Харрисон составил письмо на имя президента Полка, предлагая назначить определенный срок службы для рейнджеров по примеру регулярной армии, и стабильную плату за службу. Джек Хейс отправился в Вашингтон, как личный представитель губернатора, чтобы обсудить поставленный вопрос с президентом и военным секретарём. Посредничество Хейса оказалось успешным. Распоряжением от 20 марта 1847 года устанавливался срок службы рейнджеров в один год, и жалование в 30 долларов в месяц.

Во время своего пребывания в Вашингтоне, Хейс встречался с Сэмюэлем Кольтом, который предложил ему первым оценить свой новый улучшенный шестизарядный револьвер, сделанный по заказу капитана рейнджеров Сэмюэля Уолкера. До этого времени у рейнджеров на вооружении был пятизарядный "Colt Paterson" образца 1836 года, калибра 0,36 дюйма (9 мм). Это был отличный для своего времени револьвер. Он первый в мире имел предохранитель и позволял вести беглый огонь, отстреливаясь от нескольких противников. Скорострельность "Патерсона" достигалась за счёт сменных барабанов, в комплекте к револьверу их шло два, и была возможность докупить ещё несколько. Изначально модель называлась в честь изобретателя конструкции, но в скором времени револьвер "Патерсон" получил название "Техас" - за свою популярность среди жителей этого штата. Однако, кольт "Патерсон" имел ряд существенных недостатков. И вот, ему на смену пришёл не менее знаменитый кольт "Уолкер" (подробнее о нём можно прочитать ЗДЕСЬ).

Кольт Уолкер - шестизарядный револьвер 44-го калибра общей длиной 15,5 дюймов (375 мм), весом 4,75 фунтов (около 2,5 кг.), с усовершенствованными ударно-спусковым механизмом и спусковой скобой[2,32]. Он получил название по имени заказчика крупной партии в тысячу кольтов улучшенной конструкции капитана техасских рейнджеров С. Уолкера. Это был первый кольт, изготовлявшийся из стандартных взаимозаменяемых деталей. Кроме того, его конструкция позволяла производить перезарядку прямо на скачущей лошади, в то время как его предшественник "Патерсон" перезаряжать на ходу было невозможно. Он разбирался для перезарядки в трёх местах и части легко было выронить и потерять в травах прерии[25,28,30].

Хейс договорился, что как только новым револьвером вооружатся рейнджеры Уолкера, он получит такие же для своих людей. А пока, вернувшись в Техас в конце апреля 1847 и воспользовавшись перерывом в войне с Мексикой, Джек Хейс наконец-то занялся своими личными делами и женился на Сьюзен Кэльверт. Ему уже исполнилось тридцать лет. Несколькими месяцами ранее он распорядился построить двухэтажный дом в Сан-Антонио, куда хотел поселиться с семьёй. Однако, никто не снимал с Хейса его обязанностей рейнджера, так что после свадьбы, вместо медового месяца, Хейс сделал все необходимые распоряжения по поводу своей земли на случай смерти, забрал своих людей и ушёл на Юг, чтобы присоединиться к армии Тейлора в новом походе на Мексику[8].

В середине августа, когда рейнджеры Хейса стояли лагерем в двадцати милях южнее Матамороса, каждый из них получил по два новых длинноствольных шестизарядных револьвера "Уолкер", о которых Хейс договаривался при встрече с полковником Кольтом.

К тому времени Джек Хейс был одним из самых известных военачальников Техаса, но не все знали его в лицо. Из-за его скромной внешности порой возникали комические ситуации. Например, однажды полковник 9-го пехотного полка прислал в палатку Хейса пол барреля виски, и ординарец Хейса решил поделиться этим виски с массачусетскими добровольцами генерала Калеба Кушинга. После того, как добровольцы получили своё виски, в палатке появился незнакомец. Он не относился ни к рейнджерам, ни к добровольцам Кушинга, но решил под шумок поживиться спиртным. Не обращая внимания на невысокого молодого человека в гражданской одежде, скромно сидящего в дальнем углу, незваный гость забрал бочонок с виски и вознамерился тихо уйти. Но молодой человек сказал из своего угла: "Положите на место, сэр". Уличённый в краже человек разразился проклятиями и угрозами в адрес "штатского", после чего вышел и позвал караульного, требуя, чтобы "наглеца-штатского" арестовали. Это услышал полковой врач рейнджеров, капитан Джон Форд. "Что?! Арестовать нашего полковника?! Посмотрел бы я, как вы это сделаете!" - заявил он. После того, как "гость" узнал, что он обругал и чуть не обворовал самого Джека Хейса, он испугался и решил, что теперь его точно предадут военно-полевому суду. Но этого не случилось и, подержав пару дней для порядка на гауптвахте, его отпустили, не предъявив никаких обвинений[1].