Глава 41

Ожоги от электроразрядов намазали бактовым бальзамом, сквозные раны покрыли акти-бинтами с обеих сторон, а в воздухе было столько стериклина, что хватило бы для дезинфекции половины улья. Лея сделала всё, что было в её силах, и всё равно ей не нравилось, как выглядит её невестка. Лицо у Мары приобрело землистый оттенок, губы тронулись синевой, а глаза настолько впали, что походили на кратеры.

– Мы скоро доставим вас на «Сокол», – заверила Лея. Они вернулись в мемброзийную камеру, где произошла самая ожесточённая схватка, и ждали, когда доставят пару хороших скафандров для Мары и Люка. – Жук-4 должен вот-вот вернуться.

– Мы не спешим, – Мара стиснула руку Леи. – Я бывала и в худших переделках.

– Она не о тебе беспокоится, – сказал Хан. – Если я не выберусь отсюда…

Он не закончил фразу. Лея обернулась и увидела, как он старается высветить что-то в темноте своим нашлемным фонарём. Луча хватало только на десять метров, потом он упирался в стену плавающих трупов горогов.

– Что такое, Хан?

– Не знаю, – Хан указал на трупы, а затем отвёл луч фонаря, чтобы все увидели золотой свет, прорывающихся сквозь них и плавающие капли спёкшейся крови. – Кажется, у нас проблемы.

Лея открылась Силе и обнаружила, что к ним приближается рой килликов в сопровождении трёх Примкнувших.

– Это Джейна и Зекк! – сказала она. – С ними Рейнар.

– Как я и говорил, – пробормотал Хан. – Проблемы.

Золотой свет превратился в линию светящихся шаров, которые несли колонны килликов, облачённые в защитные хитиновые скафандры различных конфигураций. Впереди двигалась массивная фигура Рейнара Тала. Он нёс под мышкой шлем, лицо со шрамами побагровело от гнева. В полуметре позади него шагали Джейна и Зекк, скорее взволнованные, чем разгневанные.

Лея дождалась, пока они подойдут и поклонилась Рейнару.

– УнуТал! Жаль, что мы встречаемся в такой…

– Нам тоже жаль, – сказал Рейнар. Сзади из толпы Уну выплыл Жук-4. Его фоторецепторы были выключены, а швы боевых доспехов – запачканы сажей. В воздухе пронёсся едкий запах сгоревших контактов. – Ваш дроид убил уну.

Не давая Лее возможность ответить, Рейнар проплыл мимо неё к Люку и Маре, и несколько килликов-лекарей величиной с ладонь высунулись у него из-за воротника. Лея хотела было последовать за ним, но кто-то остановил её в Силе.

– Подожди с нами, – сказала Джейна. – Будешь пытаться объяснить – Уну ещё больше рассердится.

– Спасибо за совет, – Лея обернулась к Джейне и увидела, как у той из-за воротника тоже выглядывают маленькие глазки. – Здесь стало очень тесно.

– Не совсем, – сказала Джейна, глядя Лее прямо в глаза.

– Они прямо растут на тебе, – сказал Зекк. Он протянул руку и провёл обратной стороной пальцев Джейне по щеке.

– Если честно, нам это даже нравится, – добавила Джейна.

– Мне казалось, что если что-то ползает внутри скафандра, то ощущения будут не из приятных, – сказала Лея.

Джейна и Зекк одновременно помотали головами.

– Совсем нет, – сказала Джейна.

– От этого мы чувствуем, что нас много, – добавил Зекк.

Все трое неловко разглядывали друг друга. Джейна и Зекк мягко напевали и щёлкали, а Лея прятала свои чувства за вежливой улыбкой. Хотя она уже почувствовала в Силе, в кого превратились её дочь и Зекк, видеть их было выше сил. Они уже вели себя наполовину как Примкнувшие. С каждым биением сердца ей становилось хуже.

– Что ты здесь делаешь, мама? – спросила наконец Джейна. Маленький киллик-лекарь выбрался из её скафандра и уплыл в темноту. – Мы думали, что ты начала переговоры с чиссами.

– У меня была одна мысль, – сказала Лея. – Я думала, что она сработает.

Джейна и Зекк терпеливо ждали, пока она объяснит.

– Нет смысла объяснять всё два раза, – сказала Лея. – Подождём, пока сможем пообщаться с Рей… УнуТалом.

Лица Джейны и Зекка болезненно исказились. Лея почувствовала укол сожаления, но не извинилась. Слишком многое зависело от её плана. Она не могла рисковать, чтобы эти двое высказались против до того, как она поговорит с Рейнаром.

– А как отец? – тихо спросила Джейна. Она посмотрела на Хана, который стоял с Люком и Марой, но смотрел на свою дочь и Зекка. – Он всё ещё хочет, чтобы мы остались?

– Видимо, понадобится время, чтобы твой отец со всем смирился, – сказала Лея. – Его до сих пор мучают кошмары после того недоразумения с камарийцами.

– Мы же не камарийцы, – возразила Джейна. Зекк рассеянно тёр рукой ей шею. Хан сделал кислую мину и отвернулся. – Мы всё ещё его дочь.

– Просто дай отцу немного времени, – сказала Лея. Она не знала, как объяснить, не обижая Джейну и Зекка, то, что уже знала: Хан был не столько расстроен Джейной, сколько зол на самого себя. Он винил себя в том, что произошло с Джейной. – Для него это будет не так просто.

– Думаю, нам всем будет непросто, – сказал Зекк.

Рейнар оставил Люка и Мару, по которым уже ползали киллики-лекари, вернулся к Лее и уставился на неё. У Леи вдруг потемнело в глазах. Казалось, что в камере светят только его синие глаза и что-то чудовищное, темное давит ее изнутри.

– Как вы объясните эту бойню, принцесса Лея? – спросил Рейнар. – Почему джедаи убили всех этих Добрых?

– Всё очень просто: у нас не было выбора, – сказала Лея. – Они напали на Люка и Мару.

Из-под скафандров у эскортных Уну раздался приглушённый гул.

– Странно, – сказал Рейнар. – Это место не похоже на улей Скайуокеров. Вы уверены, что не Скайуокеры атаковали?

– Тут всё гораздо сложнее, – Лея хотелось вернуться к этому позже, но в груди потяжелело, и она сказала даже больше, чем следовало. – Этот улей втянул Колонию в разрушительную войну. Мы надеялись подорвать его влияние, чтобы вы ещё раз подумали над нашим мирным планом.

– Лея! – у Хана отвисла челюсть. – Как насчёт тактичности?

– Мы предпочитаем прямоту, – прорычал Рейнар. Он продолжал сверлить Лею глазами. – Эта мясорубка была бессмысленна. Если вы вырежете целый улей, мы только воспротивимся вашему плану.

– К сожалению, у нас не было выбора, – Люк плыл к ним, чтобы присоединиться к разговору. – Они пытались убить нас. Это была самозащита.

– Самозащита? – разгневанно сказал Рейнар. – Добрые сражаются, только когда на них нападают.

– Ага, – заметил Хан. – В этом вы очень похожи на чиссов.

Рейнар повернулся к Хану. Зрение Леи вернулось к норме. Она увидела, как Хан уверенно усмехается Рейнару, как будто глядел на скандалиста-водяника, а не на лидера межзвёздной цивилизации.

Лея проскользнула между ними.

– Разрешите мне кое-что вам показать, – она обращалась не только к Рейнару, но и ко всем уну. – Вам нужно кое-что знать об этом улье, а потом мы уже сможем обсудить, действительно ли Колонии нужен мир.

Не дожидаясь разрешения, Лея повернулась к потолку и провела Рейнара, Хана и Уну сквозь заполненную трупами темноту ко входу в «детскую». Люк и Мара, прекратившие было лечиться с помощью Силы, подчинились настойчивым требованиям лекарей-килликов остаться. Джейна и Зекк остались с ними. Сама не зная, почему, Лея вдруг совершенно перестала понимать свою дочь и Зекка.

Они добрались до пещеры, в потолке которой Жук-2 и Жук-3 прорубили дыру, и от запаха гнили всех чуть не стошнило. Кип и другие мастера собирали в «детской» выживших чиссов и искали Ломи Пло. Лея открылась боевому слиянию и заставила их остановить жуколомов.

– Жуколомы? – спросил Рейнар.

Лея слегка удивилась, так как она не чувствовала присутствия Рейнара в слиянии, но Хан был невозмутим.

– Без обид. Нужно же было как-то их назвать.

На полпути вглубь пещеры все увидели Сабу. Скафандр и чешуя на её лице были выпачканы воском и отбросами – она вытаскивала чиссов из ячеек личинок. От исходящей от неё вони Уну с отвращением зажужжали.

Саба подождала, пока Рейнар с эскортом на неё насмотрится, а затем сказала:

– Оная проззит прощения за запах, но такая уж тут работа.

– А что ты здесь делаешь? – спросил Рейнар.

Перед ответом Саба глянула на Лею.

– Будет лучше, если мы сами посмотрим, – сказала Лея, обращаясь скорее к Сабе, чем к Рейнару. – Алиму кто-нибудь видел?

– Нет, – помотала головой Саба. – Наверное, она погибла при взрыве детонатора.

– Может быть. – Лея уже не раз была свидетелем, насколько тви’лекка остро чувствовала опасность, поэтому сомневалась. – А Ломи Пло?

– Иззчезла, – Саба подняла руки вверх.

– Ломи Пло мертва, – почти механически сказал Рейнар. – Она погибла при крушении.

Саба глянула на него, обнажив клыки, а потом опять повернулась к Лее.

– Ты уверена?

Лея кивнула.

– Уну нужно это видеть.

Потом она тихо добавила, что только так можно устранить влияние Тёмного Улья на Колонию.

Саба пожала плечами, и повела Лею с остальными в темноту «детской». Воздух здесь был настолько горячий, затхлый и зловонный, что Рейнар постоянно сглатывал, а Уну издавали грудное жужжание. Кип с другими спасателями работал вдоль дальней стенки камеры, свет их нашлемных фонарей освещал стену, но там были только шестигранные соты.

Пройдя несколько метров, Лея остановилась и направила свет своего фонаря на ближайшую стену. Луч выхватил полусъеденный труп чисса, всё ещё свернувшийся вокруг роящейся личинки горога.

Рейнар удивлённо вскрикнул, а ближайшие Уну в шоке соединили жвала. Хан осветил вторую ячейку, а Саба – третью. В обеих тоже лежали трупы чиссов.

– Что это такое? – спросил Рейнар.

– Неужели неясно? – сказал Хан. В камеру заходило всё больше уну со светящимися шарами, и становилось всё светлее. Увиденное ужасало. – Теперь понятно, чего так боялись чиссы.

– Ты думаешь, это сделали мы? – Рейнар развернулся к Хану.

– Не совсем вы, – сказала Лея, мысленно проклиная Хана за чувство юмора. – Это сделал Тёмный Улей – Горог.

– Горог? – Рейнар опять посмотрел на ячейки. – Что за Тёмный Улей?

– Вот этот, – Саба махнула рукой в темноту. – Улей, который вззё время на нас нападает. Тот, который питаетззя чиззами. Тот, который заззтавил вас поззтроить ульи на Корибу.

– Ульи не ведут Уну, – Рейнар со злобой посмотрел на барабелиху. – Уну ведёт ульи.

– Правда? – Лея подняла брови. – Значит, всё это сделал Уну?

– Нет, – голос Рейнара стал пронзительным. Когда его окружение защёлкало жвалами и загудело, он добавил: – Этот улей не принадлежит Колонии. У нас нет ульев на Кр.

– Странно, – Хан многозначительно осмотрелся. – Тут очень похоже на «детскую» на Джвлио, за исключением, конечно, пленных чиссов.

– На самом деле, это может быть улей Колонии, – сказала Лея Рейнару. – Но вы об этом не знаете.

Киллики ещё громче загудели в знак несогласия, но Лея перекричала их.

– Силгал считает, что Тёмный Улей является бессознательной частью коллективного разума Колонии. Этот улей может оказывать влияние на Добрых без их ведома, ведь поведение большинства рас регулируется именно бессознательным.

– Это невозможно, – быстро сказал Рейнар. – Среди Добрых нет никаких горогов. Как может этот улей оказывать на нас влияние?

– Так же, как вы повлияли на Джейну и других, когда призвали их помочь Колонии, – ответила Лея. – Через Силу.

– Через Силу… – Рейнар заговорил уже мягче.

– Именно, – сказала Лея. – Таким же образом вы убедили Тизара посетить компанию «Борнарин Трейдинг». Таким же образом вы убедили Тахири и Текли поспорить с Орденом джедаев о положении в Колонии.

В глазах Рейнара отразилось понимание, но уну продолжали протестующе гудеть. Он закрыл глаза, как будто пытаясь сосредоточиться, но Лея по дрожанию мышц у него на лице видела внутреннюю борьбу, какой-то спор насекомых, который она никогда не поймёт. У неё уже появилось чувство, что она пытается сделать невозможное.

Лея глянула на Сабу и губами произнесла имя Велка. У барабелихи сузились глаза, но она кивнула и быстро исчезла.

Наконец насекомые притихли, и Рейнар открыл глаза.

– Даже если вы и правы насчёт Тёмного Улья, мы – не захватчики, – сказал он. – Добрые стремятся жить в гармонии с Песнью Вселенной.

– Ну, да. Не нужно что-то захватывать, чтобы завладеть, – согласился Хан. – А в Тёмном Улье живут не просто киллики.

– Надеюсь, ты помнишь Тёмных джедаев, – настаивала Лея. – Рейнар в молодости сражался с ними на Явине-4. Велк и Ломи Пло бросили ударную группу на Баану Расс.

Рейнар некоторое время смотрел на неё, потом кивнул.

– Мы помним. И ты думаешь… – он не закончил. Уну начали шуметь и щёлкать. Рейнар опять заупрямился. – Вы неправы. Велк и Ломи Пло погибли при крушении.

– А кто тогда это? – спросила Саба.

Она вынырнула из темноты, волоча израненное тело Велка. Он всё ещё был одет в хитиново-пластоидные доспехи, с протезом в виде руки насекомого. В его лице было ещё меньше человеческого, чем у Рейнара, но он явно не был чиссом.

Саба запустила трупом прямо в грудь Рейнару.

Хан подождал, пока он ткнулся в Рейнара, а затем сказал:

– У него несколько шрамов, но разве это о чём-нибудь говорит?

Рейнар уставился на труп. Глаза медленно двигались под израненными бровями, а дыхание стало неровным.

– Джейсен осмотрел место крушения, – сказала Лея. – Он видел, как ты вытащил Велка и Ломи из огня.

Уну вдруг замолчали, а Рейнар посмотрел на Лею.

– Видел нас?

– В Силе, – пояснила она.

– Да… мы помним, – Рейнар кивнул и закрыл глаза. – Он был там… на мостике… на мгновение.

– Ты видел Джейсена? – воскликнул Хан.

– Невозможно, – сказала Лея. – Он должен был пронзить время…

– Мы видели Джейсена. Он придал нам сил продолжать… вытащить их… – вдруг Рейнар замолк и повернулся к центру «детской». – Где Ломи?

Едва он это сказал, сопровождающие рассеялись по камере, освещая шарами пространство.

– Где Ломи? – повторил Рейнар.

Лею почувствовала облегчение – как будто она встала под душ из рболлинского лепесткового масла. Она пробилась к памяти Рейнара.

– Значит, ты её помнишь?

– Мы помним, – сказал Рейнар. – Она боялась, что юужан-вонги опять найдут нас, или что Энакин будет её искать, или мастер Скайуокер. Она всего боялась. Ей хотелось спрятаться.

– Ну, – сказал Хан. – Это только подтверждает теорию Силгал.

– Какую теорию? – спросил Рейнар.

– Силгал считает, – сказал Хан. – Что если улей килликов примет кого-то чувствительного к Силе, то этот улей станет похожим на него.

– В твоём случае йоггои переняли значение жизни каждого, – сказала Лея. – Они начали помогать слабым и голодным, и вскоре их успех привёл к созданию Уну.

– Именно так мы это всё и помним, – согласился Рейнар. – Но при чём здесь гороги?

– Ты сам сказал, что помнишь, как вытащил Велка и Ломи Пло из огня, – заметил Хан. – Но потом они исчезли.

– Ты сказал, что Ломи боялась и хотела спрятаться, – добавила Лея. – Вот это и переняли у неё йоггои. Разве она не могла создать собственный улей, скрытый от остальных?

Рейнар подумал, и краска исчезла с его лица.

– В этом виноваты мы?

– Мы не об этом, – сказала Лея. – Просто Тёмный Улей оказывает влияние на…

– Если мы спасли Ломи и Велка, мы во всём виноваты.

В «детской» послышались громкие щелчки и гул – уну опять запротестовали. Рейнар отвернулся от Леи и медленно поплыл вдоль стены, вглядываясь в каждую ячейку и в отчаянии качая головой.

– Если мы спасли Ломи и Велка…

Он подплыл и взял Рейнара за руку.

– Слушай, парень, откуда ты мог всё знать наперёд?

Ко всеобщему удивлению, Рейнар не запустил Хана на другой конец комнаты и даже не остановил его движением руки. Он просто продолжал плыть. Казалось, он совсем не обращает внимания на Хана, а смотрит только на ячейки.

– Если мы спасли Ломи и Велка, это мы виноваты.

– Тебе можно дать медаль за их спасение, – сказал Хан. – Но всё то, что случилось потом, – не твоя вина.

Рейнар вдруг обратил на него внимание, остановился и повернулся к Хану.

– Мы не виноваты?

– Ни в коем разе, – подтвердил Хан. – Ты просто спас им жизни. Ты не в ответе за то, что они сделали потом.

– Мы не виноваты, – сказал Рейнар с облегчением, и уну затихли. – Правильно.

Киллики со светящимися шарами опять устремились к Рейнару. Лея почувствовала, что Кип ждёт от неё объяснений, но не могла понять, что он хочет узнать.

– Наверное, это ещё одна уловка чиссов, – сказал Рейнар, обращаясь больше к себе, чем к Хану. – Они всё подстроили, чтобы убедить джедаев, что Колония неправа.

Саба осветила нашлемным фонарём одну из ячеек.

– Оная считает, что скорее это с чиззами сыграли злую шутку.

– Чиссы вероломны, – мрачный голос Рейнара зазвучал зловеще. – Они пожертвуют тысячами, чтобы настроить джедаев против нас.

– Это не объясняет нападений горогов по пути сюда, – сказала Лея. Её встревожило, как Рейнар пытался перекроить действительность, изобретая подходящее объяснение. – Они не были чиссами… как и эти все личинки.

– Да, это был коварный план, – сказал Рейнар. – Должно быть, гороги всего лишь рабы. Их заставили сражаться… и питаться чиссами-добровольцами.

– Может быть, – осторожно согласилась Лея. С точки зрения обычного человека, Рейнар нёс полный бред, но она не знала, как воспримет его объяснение коллективный разум Колонии. – Но есть и другое объяснение.

– Чиссы клонируют килликов? – спросил Рейнар.

– Не думаю, – сказала Лея.

Уну стали возвращаться. Многие тащили беспомощных выживших чиссов, которых спасатели выудили из ячеек. Кип и другие мастера тоже стали подходить, расточая в боевом слиянии неудовольствие. Саба коснулась их в Силе и попросила воздержаться от замечаний, так как Лея полностью контролировала положение.

«Большое спасибо», – подумала Лея.

– Ты помнишь, о чём мы до этого говорили? – спросила Лея у Рейнара. – О Тёмном Улье?

– Конечно. Наша память нас не подводит, – у Рейнара глаза загорелись гневом. – Хан сказал, что мы ни в чём не виноваты.

– Правильно, – подтвердила Лея. В глазах начало мутиться, и в груди опять появилась тяжесть. – Но это… не значит…

Тяжесть внутри усилилась, и Лея начала понимать, что внутри Рейнар был так же изранен, как и снаружи. Безнадёжно одураченный, невообразимо страдающий, зависящий от кучки насекомых – такой удар выдержит не каждый. Рейнар стал УнуТалом, чтобы не помнить всего того, что произошло с Рейнаром Талом.

– Мы и сами знаем, что это значит, – сказал Рейнар. – Это значит, что если Тёмный Улей существует, не мы его создали.

Он указал на одного из пленников – испуганного мужчину в чёрной форме артиллерийского офицера чисского оборонительного флота, превратившейся в лохмотья.

– Это всё чиссы сделали.

Офицер побледнел и ещё больше раскрыл глаза – он больше никак не мог выразить своего страха.

– Но мы не понимаем, – сказал Рейнар. – Зачем нужен этот улей.

Чисс издал нечленораздельный стон, настолько слабый и тихий, что Лея приняла это скорее за плач, чем за попытку что-то сказать.

– Говори! – приказал Рейнар.

Офицер опять простонал, но опять никто ничего не смог разобрать.

– Мы знаем, что ты лжёшь, – зловеще сказал Рейнар, и офицер ещё больше побледнел. – Не оскорбляй нас.

– Вряд ли он хочет тебя оскорбить, – сказала Лея. Она была уверена, что офицеру так и не удалось ничего вымолвить. Расшатанная психика Рейнара неправильно восприняла несвязный стон чисса. – Уверена, он даже не знает, что чиссы построили этот улей.

– Ты уверена? – Рейнар обернулся к Лее.

– Да, уверена, – подтвердила Лея. Она опять чувствовала тяжесть в груди, и поняла, что Рейнару нужно сказать то, что он хочет услышать, чтобы он согласился с её планом. – А что если чиссы сами не знают, что создали Тёмный Улей?

– А как они могли создать Тёмный Улей, сами того не зная? – с сомнением произнёс Рейнар. – Как такое возможно?

– Случайно, – сказал Хан, подыгрывая Лее. – Только так это и могло произойти. Чиссы бы никогда намеренно не поступили так сами с собой… даже с добровольцами. У них слишком сложный кодекс чести.

– Правильно, – сказала Лея. Тяжесть внутри стала спадать. – Чиссы живут в состоянии вечной войны. Они всё время сражаются: с вагаари, с сси-руук, друг с другом.

– И ульи Корибу полны чиззами-Примкнувшими.

Слова Сабы повисли в воздухе. Каждый мог сделать выводы сам. При обычных обстоятельствах это было бы очень убедительно. Но в случае с Рейнаром Лея не хотела рисковать. Кто может сказать, какой оборот примут мысли диссоциативного сознания, тем более, коллективного.

– Ты помнишь, что сказал Хан о теории Силгал? – спросила Лея. – Она думает, что когда улей килликов принимает чувствительного к Силе, все члены улья перенимают частичку его личности.

– Когда тебя приняли йоггои, – добавил Хан. – Они стали ценить жизнь каждого в отдельности. Когда они приняли Ломи Пло и Велка, они переняли скрытность и…

– Мы не виноваты за Тёмный Улей! – запротестовал Рейнар. – Ломи Пло и Велк погибли при крушении!

– Правильно, – сказала Лея, внутренне съёживаясь. – Велк и Ломи Пло погибли при крушении.

Становилось понятно, что Рейнар не мог больше вспоминать, как вытащил Велка и Ломи Пло из «Флаера». Чем больше он об этом вспоминал, тем больнее ему становилось от сознания того, что` потерял после этого поступка.

– Но йоггои переняли твоё уважение к жизни каждого, – продолжала Лея. – И это было задолго до того, как их успех привёл к образованию Колонии.

– Так мы это помним, – согласился Рейнар. – Но при чём тут Тёмный Улей?

– При том! – Саба опять обвела чешуйчатой рукой детскую. – Поззмотри, сколько у них было чиззов-Примкнувших!

– Добрые – не людоеды, – глаза Рейнара загорелись гневом. – Наши ульи не питаются собственными Примкнувшими.

– В этом улье вззё по-другому, – заметила Саба.

– Чиссы – кровожадные воины, – добавила Лея. Это было дикое преувеличение, но Рейнар с готовностью в него поверит. – Удивлена, что то же самое не произошло на других ульях Корибу.

– Вот это? – Рейнар покачал головой. – Такое не могло произойти в ульях Добрых.

– А здеззь произошло, – заметила Саба.

– Видимо, существует некий предел, – добавил Хан с притворной задумчивостью. – Когда в улье становится слишком много чиссов-Примкнувших…

Он не закончил и повернулся к Рейнару, который всё больше волновался.

– Он становится Тёмным Ульем? – закончил его мысль Рейнар. Уну ошарашено загудели, и он кивнул. – Это всё объясняет.

– Чиззы во вззём полагаютззя на скрытноззть, – пришла на помощь Саба.

– Да, – уверенно сказал Рейнар. – Добрые больше не будут принимать чиссов в свои ульи.

– Это один из выходов, – согласилась Лея. Она мельком глянула на Хана и опять ощутила такую связь, что опять подумала, что он может чувствовать Силу. – Но что вы собираетесь делать с пленниками?

Уну нервно зашумели.

– Пленниками? – переспросил Рейнар.

– Пленными чиссами, – сказала Саба. – Будет война – у вас будут сотни тысяч, миллионы пленников.

– Только одно, – Хан покачал головой с притворным сожалением. – Конечно, от этого чиссы только ещё больше остервенеют.

Рейнар посмотрел на Хана. Лея затаила дыхание, надеясь, что не ошиблась в прочтении извращённых мыслей Рейнара, что он ещё не до конца сошёл с ума, чтобы последовать совету Хана.

– Колония не убивает пленников, – заявил Рейнар.

– Правда? – Хан посмотрел ему прямо в глаза, а потом осветил наполовину съеденный труп. – Скоро всё изменится.

Уну злобно загудели, но Рейнар ничего не сказал.

– Может быть, для Колонии это ничего не значит, – сказала Саба. Она обратилась к уну: – Скоро вззе ваши ульи будут похожи на Горог. Добрые станут великими воинами.

– Мы не хотим, чтобы Добрые становились великими воинами, – сказал Рейнар. – Мы уже видели, как уходят эти воины. Энакин был великим воином.

Лею пронзила боль, но она заставила себя продолжить.

– Мне жаль, УнуТал. Не знаю, как тебе удастся этого избежать.

– Жаль, что тут назревает война, – сказал Хан. – Если бы не она, Колония бы осела где-нибудь в буферной зоне подальше от чиссов.

– Это было бы замечательно, – сказала Лея. – Но Корибу слишком близка к территории чиссов. Ульям придётся общаться с чисскими исследователями и геологами. Рано или поздно предел будет превышен.

– Корибу слишком близко, – согласилась Саба. – Колонии придётззя перенеззти свои ульи.

– Это невозможно, – сказал Рейнар. – Просто невыполнимо.

– Жаль, – сказала Лея эскорту. – А мы с Ханом нашли просто райскую планету…

– Даже несколько планет, – добавил Хан. – Необитаемые, с плодородными почвами. Они просто ждут, пока какая-нибудь раса прилетит и займёт их.

Эскорт взволнованно зашумел.

– Расскажите ещё, – попросил Рейнар.

– Эти планеты находятся в подсекторе на краю территории Колонии, – начала Лея. – У нас не было времени закончить осмотр, но виденная нами планета прекрасно подойдёт для улья Таат. Там есть ещё две планеты, пригодные для обитания, и ещё десяток планет неподалёку, которые обещают быть такими же плодородными.

– Мы думаем, что Колония могла бы взять их на заметку, – сказал Хан. – Но если вам неинтересно, в Галактическом Альянсе ещё полно обделённых рас, которые бы…

– Нам интересно, – сказал Рейнар. – Нам всегда нужны новые территории.

– Хорошо, – сказала Лея. – Я думаю, мы сможем убедить чиссов прекратить все боевые действия, пока вы организуете переезд.

– Я уже сказал, что это невыполнимо, – у Рейнара опустили уголки губ. – Невозможно перенести ульи с Корибу. Они слишком большие.

– Правда? – Хан самодовольно ухмыльнулся, а потом спросил: – Неужели они настолько большие, что не уместятся в ангарах, скажем, нескольких хейпанских «Боевых Драконов»?

У Рейнара отвисла челюсть.

– Хейпанский флот поможет нам скрыться от чиссов?

– Конечно, а почему бы нет? – сказал Хан. – Это намного легче, чем защищать вас.

– И они позволят нам построить ульи в своих «Боевых Драконах»?

– Оная считает, что позволят, – прошипела Саба. – Более того, оная в этом уверена.

Уну долго гудели и щёлкали жвалами.

– Мы всё поняли, – сказал, наконец, Рейнар. – Вы такие же, как Джейна.

– Что? – Хан усмехнулся и посмотрел в другую комнату, которую он прошёл, даже не поздоровавшись со своей дочерью. – Если ты…

– Хан, расслабься, – Лея коснулась Джейну в Силе и сказала: – С ней всё в порядке. Она с Люком и Марой.

– Конечно, – оскорблённо сказал Рейнар. – Мы хотели сказать, что Джейну больше не хотят видеть в её улье.

– Меня несколько раз вышвыривали из салунов, но из улья… – Хан вскинул брови. – Что же она такого сделала?

– Она очень похожа на вас, – сказал Рейнар. – Она упряма и хитра. Она думала только о том, чтобы предотвратить войну.

– Не говори, – гордо улыбнулся Хан и спросил: – Значит, она больше не будет жучиной?

У Рейнара глаза загорелись гневом, а Лея представила себе, как столь трудно достигнутый мир разваливается в прах.

– Хан, – сказала она. – Не забывай, что УнуТал ещё не согласился на наше предложение.

– Ну, он и не отказался, – Хан опять обратился к Рейнару. – Ну, что выбираешь, малыш? Жестокая война и Колония, полная Тёмных Ульев, или свободный полёт к свободной планете?

Уну зашумели и замахали усами, но Хан не обращал на них внимания, не сводя глаз с Рейнара. Его окружение ещё некоторое время гудело, а потом резко затихло и стало выходить из помещения.

– Это можно воспринимать как согласие? – спросила Лея.

– Конечно, – ответил Рейнар. Он провёл рукой по усу маленького красноглазого киллика, затем повернулся и пошёл за своим ульем. – Разве не мы это придумали?

Загрузка...