Тихоня

Глава 10

Утром Аня открыла глаза на час раньше будильника. Жуткий кашель вцепился в горло и не отпускал. Легкие жгло так, что она боялась ненароком выплюнуть их.

— Ты чего? — сонно промычала Кира, приподняв одно веко и наблюдая за соседкой. — Попей воды.

Но Аня знала, что вода здесь не поможет. Перестав на мгновенье кашлять, она дотронулась до своего лба и ощутила жар. Поднялась температура.

— Вот черт, — тихо простонала блондинка, приподнимаясь на кровати.

Теперь Кира смотрела на нее внимательно и двумя глазами. На лице проскользнула предупреждающая нотка, означавшая, что сейчас последуют нравоучения.

— Заболела? — с подозрением в голосе спросила Кира. — Опять раздетая поди выбегала куда?

Аня предпочла оставить вопросы без ответа. Она и так в курсе, что у нее плохой иммунитет и обычно приходилось, особенно в лютые морозы, укутываться как матрешка. В особенности ее спасал шарф, которым девчонка обматывалась так, что только глаза были видны.

Поднявшись с кровати, Аня включила свет, от чего ее подруга зажмурилась и поспешила с головой укрыться одеялом.

— Есть у нас что-нибудь от озноба? — поинтересовалась блондинка, успев шагнуть в ванную комнату и пошарить на полке с лекарствами.

— Какие-то порошочки были, — ответила Кира все еще не показывая носа. Но потом она выглянула на секунду и схватила телефон, определяя сколько сейчас время. Досадно вздохнув, Кира положила трубку обратно и попросила соседку погасить свет.

Тихо пройдя к чайнику, по пути Аня нажала на выключатель и теперь стала возиться в углу, где располагалась крохотная импровизированная кухня. Она села за стол и, наполнив стакан теплой водой, растворила в нем порошок с лекарством, следом медленно помешивая.

«Ну и что это? — недовольно фыркнула девчонка про себя. — Из-за тебя, Ткачев, приходится жертвовать здоровьем!» На самом деле Аня осознавала, что ответственность за эти последствия лежит лишь на ней. Этоонаустроила цирк, онапопросила Мишу подыграть ей, онаразвернула сцену на заднем дворе бара, чтобы Артем увидел ее в нужном ей на тот момент свете, будто она снимается в каком-то долбанном клипе, а вовсе не проживает реальную жизнь. Ну что ж, довольствуйся. Теперь ты болеешь.

Однако у Ани совершенно не было на это времени. Простуда не вписывалась в ее график. Год выпуска. У нее имеются некоторые хвосты с прошлого года, плюс еще одна грядущая сессия и в добавокзащита диплома. Ей хотелось кричать. Она ничего не успевала, а болезнь только сильнее затормозит все планы.

С другой стороны, Аня расценила свое состояние как предлог, чтобы остаться в общаге и не ходить на пары. То, что пропустит — спросит у одногруппников, а самой в это время можно отдать все силы на дописывание выпускной работы, в которой научный руководитель каждый раз находил изъяны и приходилось многое исправлять и переделывать.

А можно вообще на все забить и просто лежать в кровати сутки напролет. Звучало более чем заманчиво.

Кира вдруг приподнялась на локтях, всматриваясь в темноту и находя призрачный силуэт подруги в углу. Аня все еще помешивала содержимое стакана, устало опершись рукой о стол, касаясь ладонью горячего лба.

— У тебя температура?

— Угу, — промычала Аня, не прерывая своих действий.

Сев поудобней, Кира широко зевнула и вернула внимание обратно к соседке.

— Сколько?

— Тридцать семь и восемь.

— Ого! — удивилась Кира и снова потянулась к телефону, чтобы посмотреть на время. — Пойдешь в универ?

— Думаю, нет.

Почему-то Ане даже не понадобилось размышлять над ответом, прежде чем озвучить его. Кажется, она была рада, что можно никуда не идти. На это имелась серьезная причина, за которую ее никто не осудит.

Кира что-то невнятно пробормотала и нехотя встала с кровати. Шаркая по полу тапочками, она прошла в ванную и включила свет, хватая следом резинку и завязывая волосы, чтобы они не мешали умываться.

— Еще есть время, — проговорила Аня, делая небольшой глоток из кружки.

Зашумела вода.

— Да толку, — хмыкнула Кира, хватая зубную щетку. — Я уже не усну, да и смысла в этом мало. До звонка тридцать минут осталось.

Она сказала это так обыденно и просто, и Аня поняла, что подруга вовсе не винит ее в том, что та разбудила своим удушливым кашлем.

Помнится, Ира всегда делала из подобного трагедию, словно ее сон самое значимое на земле. Как-то раз, еще в школьные годы, на ночевке они поругались. А все потому что Ира в одиннадцать часов вечера уже хотела спать, предусмотрительно воткнув в уши беруши, а Аня слишком громко открыла пакет с чипсами, намереваясь посмотреть фильм в наушниках. Тотальная тишина для царского сна была необходима.

Сделав еще один глоток, блондинка улыбнулась, хоть Кира и не видела этого.

Покончив с умыванием, соседка вытерла лицо и вернулась в комнату. Она шагнула в сторону Ани, забрала со стола чайник и поставила его вновь кипятиться. Сама присела рядом с подругой и все еще сонно посмотрела на нее. Но Аня видела все тот же застывший вопрос в ее глазах: «Где ты успела простыть?».

— Я дура, знаю, — шутливо произнесла Аня и снова сделала глоток лекарства. Горячая жидкость приятно обжигала горло и мгновенно создавала иллюзию волшебного выздоровления.

Кира молча продолжала разглядывать ее.

— Кажется, я теперь девушка Славы…

Секунда осознания, и Кира удивленно вытаращилась, моментально проснувшись. Ледяная вода с этим справилась хуже, чем признание подруги.

— Ты хотела сказать: «Девушка Артема»?!

— Нет, — досадно вздохнула Аня, ставя кружку на стол. — Я сказала то, что сказала.

— Ты больная! — возмутилась Кира и вскинула кверху голову, словно молила небо о терпении.

— Да, тридцать семь и восемь, я ж сказала, — усмехнулась Аня, довольная собственной шуткой. Однако это не помогло смягчить гнев непонимания, все еще отражающийся на Кирином лице.

— Бред, — зло встала она и шагнула к столешнице, нервными движениями заваривая чай. — Он ведь первокурсник.

— И что?

— И он тебе не нравится!

Кира задавила ее аргументом. Аня была с ним согласна, но промолчала.

— И вообще, — продолжила Кира, теперь развернувшись к соседке и рассерженно помешивая сахар в своем напитке, — что значит «парень»? У тебя никогда не было парня в привычном смысле и тебя не интересовали обязательства. Единственные слова благоразумия, касательно данного вопроса, я от тебя слышала только когда ты говорила о Ткачеве. И что теперь? Теперь ты, оказывается, в отношениях. Вот так резко? Ты ведь даже сообщения Славы всегда игнорировала! Вы друг друга не знаете!

— Ну и что? — хмыкнула Аня. — Мы наверстаем.

— Ты сама-то веришь в сказанное?

Опустив взгляд на содержимое кружки, Аня ничего не отвечала. К Славе она не испытывала ничего кроме дружеских чувств, а заставлять себя быть с кем-то гиблое дело. От этого никому хорошо не станет.

— Черт, — тихо ругнулась Аня и уткнулась лбом в стол. Кира осторожно присела рядом.

— Честно, я уже не знаю, что у тебя там происходит и как именно ты все переживаешь, потому что толком не делишься, но мне просто хочется, чтобы ты не чувствовала себя обязанной и виноватой в том, что была с кем-то хоть раз милой. Если Слава действительно ничего не значит для тебя в романтическом смысле, то, пожалуйста, поговори с ним, пока это не привело к чему-то еще более ужасному.

— Например?

— Например, что он по уши влюбится в тебя! А ты снова будешь жалеть его…

Губы Ани превратились в упрямую полоску. Кажется, Кира кое-что смыслила в подобном. Ане еще никогда не приходилось разрывать отношения. Она встречалась только с теми, кто точно понимал, что их развлечения не зайдут дальше нескольких совместно проведенных ночей. Никто не смотрел на нее с обидой, пока она произносила прощальную речь, в то время, как и сама Аня не утирала горькие слезы, позволяя себя бросать. Тем не менее она приняла решение и на этот раз последует совету подруги. В конце концов, та ей зла не желала. Факт.

— Ты права, — произнесла Аня и тут же почувствовала, как Кира накрыла ее ладонь своей, желая поддержать в непростой момент.

Вновь поднявшись на ноги, Кира казалась более бодрой чем прежде. Допивая чай, она сказала:

— Раз ты болеешь и не планируешь посещать универ, то я разрешаю тебе пока просто игнорировать Славу.

— Да что ты говоришь, — усмехнулась Аня, приканчивая уже полностью остывшее лекарство.

— У тебя будет время подумать. Как над вынесением приговора, так и над тем, что конкретно сказать Славе. Не хочу, чтобы ты считала, будто я навязываю тебе нелюбовь к этому парню и вообще диктую что именно чувствовать. Нет. Мне хочется, чтобы ты разобралась со всем сама. Я просто указала направление, если ты не против.

— Я тебя услышала, — улыбнулась Аня, отставляя наконец пустую кружку.

Завибрировал телефон. Будильник. Кира выключила его и снова тоскливо посмотрела на время.

— Ладно, пойду собираться, — произнесла она и лениво шагнула к шкафу.

Аня осталась неподвижно и тихо сидеть за столом. В голове она уже пыталась выстроить текст, который произнесет перед Славой смотря прямо в глаза. Ей хотелось выглядеть уверенной, стойкой. Она знала, что не пожалеет об этом решении, ведь изначально воспринимала парня как вспомогательный элемент. Чтобы устроить эмоциональные качели. Чтобы позлить Ткачева и наконец понять куда ей двигаться.

И она поняла. Аня посмотрела на себя со стороны и поняла, как глупо выглядела. Выпендривалась. Каждый раз пыталась вывести Артема. Теперь ей хотелось одного — извиниться. Признавать ошибки тяжело, но необходимо. Аня взглянула на ситуацию с «фиктивными отношениями» под другим углом и поняла, что в истории с Ткачевым она тот самый прилипала.

Так же, как и Слава за ней, Аня бегала за Артемом. Ей была ненавистна мысль, что она не вызывает у басиста симпатии, даже на физическом уровне. Но это оказалось правдой. Для нее никогда не составляло труда окрутить кого-либо. Только не его. «Никого нельзя заставить быть с тобой, если этот кто-то не хочет». Аня решила подготовить несколько слов и для Ткачева. То, что он нравится ей она говорить не станет. А вот просто поболтать, объясниться и перейти в нейтральный режим — пожалуй, да. Не друг и не ухажер, и даже не любовник. Просто парень и просто девчонка из общей тусовки. Что ж, так тому и быть. Она лишь надеялась, что та ночь, когда они оказались близки, не станет для обоих препятствием и вечной тупой неловкостью. Было и было, уже ничего не изменить. Проехали.

С этими мыслями Аня переместилась на кровать, собираясь еще немного поспать. За письменным столом сидела Кира. Уже одетая, девчонка уткнулась в крохотное зеркальце, сосредоточенно подкрашивая ресницы.

— У ребят сегодня еще одна репетиция перед концертом, — заговорила она, переходя с щеточкой к другому глазу. — Пойдешь к вечеру в бар?

— Не думаю, — ответила Аня, снова заходясь в кашле. — Надо отлежаться. К самому выступлению надеюсь мне станет лучше.

— Ну хорошо, — улыбнулась Кира, откладывая косметику в сторону. Теперь она была полностью готова. Схватив сумку, подруга шагнула к двери, принимаясь обуваться и натягивать верхнюю одежду. Напоследок Кира снова взглянула на подругу. — Поспи и давай выздоравливай.

— Хорошо, мам, — ухмыльнулась Аня и демонстративно перевернулась набок. — Уже приступаю.

— То-то же.

Хлопнула дверь, Кира ушла. А Аня, вместо того, чтобы сдержать свое обещание и отключиться, снова начала думать о проблемах. Правда хватило ее ненадолго, сон и температура все же взяли свое. Удалось отдохнуть до обеда.

Аня встала с еще более разбитым видом. Ее морозило, все тело ломило. Тем не менее она нашла в себе силы подняться и снова разбавить в кружке лекарство. Аппетит пропал, но что-то поесть было необходимо. Лениво пошарив на полках холодильника, Аня выгребла оставшиеся фрукты, быстро покромсала их в чашку и залила йогуртом. Со всем этим добром она вернулась в кровать. Укутавшись в одеяло, Аня включила сериал на ноутбуке и принялась медленно заталкивать в себя ложку за ложкой.

Ближе к вечеру она немного пришла в себя и даже градусник показывал намного меньше градусов нежели утром. Даже откуда-то появились силы что-то сделать. И Аня решила немного поработать с дипломом.

— Как же у вас много заметок, — вздохнула она, пролистывая красные пометки научного руководителя, которые он оставил прямо в тексте.

Не успела Аня толком погрузиться в процесс, как ее отвлекли. Послышался шорох около двери, и через секунду в комнату вошла Кира. Ее взгляд мгновенно устремился на соседку, которая почему-то выглядела на удивление хорошо.

— Тебе лучше? — скептически поинтересовалась девушка, снимая с себя куртку и разуваясь.

— Похоже на то, — пожала плечами Аня, на время прикрывая крышку ноутбука. — Но я уверена, что ночью снова буду спать как в бреду. Сегодня, кстати, мне снилось, что я лечу по небу верхом на полосатом коте, а потом появляюсь в своей комнате через розетку…

Кира засмеялась, обернулась к подруге и положила ей на кровать пакет.

— Прикол, — сказала она и жестом указала на груз, который шелестящим звуком оседал в ногах соседки. — Это тебе.

— Что там? — спросила Аня и потянулась за пакетом.

— Мы с Максимом заходили на репетицию, — улыбнулась Кира и как ни в чем не бывало просто шагнула к своей кровати и стала заниматься делами. Без каких-либо пояснений.

Аня нахмурилась и, схватив наконец пакет, открыла его. Внутри были апельсины. От изобилия яркого оранжевого цвета у нее резко улучшилось настроение.

— Ой, как мило, — пропищала она и достала один, тут же вдыхая его аромат. — Спасибо.

— Где-то внутри записка, — подмигнула ей Кира и уткнулась в телефон, на экране которого по всей видимости что-то читала.

Удивившись, Аня перевела внимание обратно к фруктам. Немного поискав, она наконец нашла крохотный сложенный пополам клочок бумаги. Открыв записку, Аня увидела надпись: «Смотри не помри». Блондинка хихикнула. Это было в духе ее друга.

— Кирилл как всегда, — снова усмехнулась она. — Скажи ему, что я скоро буду в порядке. И вообще — приду и сорву его концерт.

— Окей, — произнесла Кира и отвлеклась на миг от телефона. — Скажу. Только апельсины тебе не он передал.

Сердце Ани пропустило удар.

— Миша? — прочистила горло и неуверенно предположила она.

Кира мотнула головой.

— Попробуй еще раз.

«Артем…»

Теперь Аня с недоверием смотрела на пакет. Почему? Зачем Ткачеву понадобился этот жест? Проявление заботы? Бред!

— Гонишь, — скривилась она и прищурив глазки обернулась к подруге. — Ты все подстроила. Признай.

— Нифига, — уверенно ответила Кира. И эта интонация больше не оставляла возможности продолжать сомневаться. Аня все еще не могла переварить случившееся.

— Он отдал тебе его лично?

— Да, — растянуто произнесла Кира, которую явно веселило происходящее.

— Сказал что-нибудь?

— Да, — девушка продолжала играть.

Аня вопросительно посмотрела на нее и попросила больше не мучить. Кира досадно вздохнула и сдалась.

— Сказал, что желает тебе скорее поправиться. И что…хочет, чтобы ты пришла на их концерт.

У Ани вновь защемило в груди, недоверчивый взгляд снова устремился на пакет. Она прикрыла на мгновенье глаза. «Может, он тоже мечтает о простом перемирии, как и я?»

Улыбнувшись, девушка поднесла апельсин к губам.

— Я обязательно там буду.