Тихоня

Глава 8

Не успела Аня моргнуть и глазом, как закончились праздничные дни, а вместе с тем и каникулы, которые она с удовольствием провела в кругу семьи. Она наконец позволила себе немного расслабиться, выдохнуть и обо всем забыть.

Главными занятиями оказались валяние на диване, просмотр новогодних марафонов по телевизору и поедание салатов. Иногда она выбиралась из дома, чтобы прошвырнуться с мамой по магазинам и немного потратиться. К слову, некоторые купленные безделушки, например, такие как ароматические свечи, очень грели ей душу. Пусть в них не было никакого смысла, зато они несли в себе настроение и теплые воспоминания.

Все же время от времени в ее мысли возвращался Ткачев. Она думала о нем перед сном и в те моменты, когда ее взгляд падал на старые тетради на письменном столе и вспоминался университет. Аня не могла себе простить то что поступила с Артемом как полная идиотка. «Вот что я наделала? На кой черт я переспала с ним? Как вообще у людей начинаются отношения?» Кажется, ей хотелось чего-то человеческого, простого, искреннего. Возможно ли это?

В голове все смешалось. Вопросы, конечно, глупые и банальные, но Ане было трудно признать, что она не знает на них правильных ответов. А спрашивать такое — полный ужас. Даже у Киры. Хотя… «Сама разберусь!», — тут же одергивала себя Аня. Плюс ко всему она не могла позволить своему имиджу разрушиться. Страх, что все узнают о ее потребности в романтике, казался сильнее. Будто это какой-то криминал или вроде того.

С другой стороны, Ткачев мог ее оттолкнуть тогда. Но он этого не сделал. Это немного приободряло, словно что-то значило. Аня ухватилась за напрашивающийся вывод как за спасительную соломинку.

К тому времени она уже успела вернуться назад в университет и пережить пару мучительных недель, стараясь вновь влиться в учебную колею. Плюс ко всему списалась с научным руководителем, чтобы показать переделанный материал теоретической части дипломной работы. Ею она занялась практически сразу после возвращения, не желая откладывать в долгий ящик.

Аня стояла у стенда с объявлениями и рассматривала яркий зеленый плакат, на котором крупными черными буквами говорилось о предстоящем концерте «Rush» в баре «Шум», посвященному Татьяниному дню. Она была уверена, что ребята сами нарисовали этот постер, хотя ей казалось, что уже абсолютно все знают о существовании их рок-банды и наизусть зазубрили их репертуар. Но пиар и промо, если это можно так назвать, никто не отменял. Аня ничего не имела против, а даже была горда ими. Все средства хороши.

— Какая игра красок, какая экспрессия, — сказал кто-то рядом деланно низким голосом, блондинка обернулась. Это оказалась Кира. Девчонка с красными прядями у лица выглядела слишком бодрой и энергичной, хотя еще с утра Аня видела, как она с трудом поднялась с кровати.

— Ага, не говори, — улыбнулась Федорчук. — Зато свое дело делает — привлекает внимание. Верно?

— Бесспорно, — кивнула подруга. — Пойдешь? Надеюсь, твои внутренние переживания отступили?

— Тихо ты! — Аня шутливо толкнула ее локтем. — Пойду, куда я денусь. Фролов нуждается в моей поддержке.

— А то как же. Особенно после твоего длительного игнора «в режиме полета», — закатила глаза Кира и хихикнула, следом заговорив тише. — С Артемом что?

Аня пожала плечами, все еще не отрывая взгляда от плаката.

— Трудный вопрос.

— Ты говоришь это уже который день. Мне кажется подобный разговор тянется целую вечность. Он начался еще до каникул.

— Да знаю я! — зашипела Аня, отмахиваясь. В одночасье она вдруг тяжело вздохнула, опустила в растерянности голову. — Что мне ему сказать?..

— Ну, что он тебе нравится.

— Это не правда.

— Правда, — усмехнулась Кира. — Еще какая.

Аня перестала рьяно протестовать, вместо этого она просто надула в недовольстве губы, все еще придерживаясь собственной озвученной точки зрения.

— Я не могу ему признаться, — запричитала она еле слышно. — Он надо мной посмеется.

— Да с чего ты взяла?

— Ты, может быть, забыла какие у нас были с ним отношения? — произнесла Аня и удивленно уставилась на соседку. — Мы ведь только и делали, что стебали и обзывали друг друга. Я не хочу выглядеть глупо и дать ему жирнющий повод потом ржать надо мной еще больше при любом удобном случае. Безответная любовь очень жестока сама по себе, но когда кто-то из причастных это знает — все! Конец.

— Так этолюбовь? — вновь хихикнула Кира и опять получила локтем от подруги.

— Замолчи. Я образно.

— Ну ясно, — продолжала улыбаться Кира, явно не веря ей.

Пару минут девушки стояли молча. Аня все еще пялилась на постер, а Кира на нее, в ожидании реакции. Руки блондинки спрятались в карманах джинсовки, а глаза застыли на имени Артема на постере, указанного в составе их группы. Невольно она присоединила его фамилию к своему имени и тут же тряхнула головой, отгоняя это прочь.

— Я попробую, — неуверенно начала она, теперь уже развернувшись к собеседнице полностью. — Но не напрямую.

— Это как? — нахмурилась Кира, сложив руки на груди.

— Спрошу у него кое-что… Посмотрим, что ответит.

— Ты можешь просто объяснить мне задумку?! — нервно в нетерпении пробурчала Кира.

— Расскажу после того как сделаю, — сказала Аня и уверенно шагнула вперед.

— Сейчас пойдешь?! — притормозив ее, поинтересовалась подруга.

— Да, — ответила Аня и тут же поняла, что не имеет понятия куда ей нужно направиться. — Кстати, не видела его?

Зайдя в библиотеку, Аня оглядела ее нутро, медленно сканируя столы. За некоторыми из них сидели студенты, обложившись книгами. Она была рада, что не придется в поисках проходить мимо стеллажей, потому что за одним из этих столов увидела-таки Ткачева. Довольная, Аня смело направилась вперед.

Артем с сосредоточенным видом уткнулся в учебник и что-то время от времени выписывал в лежащую перед ним тетрадь. Странно, но парень никак не выделялся на фоне остальных. Если бы Аня не знала кто он такой, то точно не отличила бы от остальных зубрил.

Достигнув цели, Аня резко выдвинула пустующий стул, расположившись напротив Ткачева. Она сунула руки в карманы джинсовки и нагло закинула ноги на стол, тяжелыми шнурованными ботинками уткнувшись в стопку учебников Артема. Скрестив их на щиколотках, она замерла, ожидая реакции оппонента, лишь взмахнув напоследок пепельными волосами, отгоняя их от лица. Однако парень просто застыл, даже не поприветствовав гостью.

— Здорово, Ткачев!

Артем, не удосуживаясь поднять головы, осторожно перевел взгляд от тетради на подошву ее ботинок, обождал пару мучительных секунд, а затем вновь вернулся к своему занятию, продолжив что-то вдумчиво писать.

Аня не растерялась, на ее губах появилась тень улыбки. Медленно скользнув по поверхности стола, она легко подцепила ботинком учебник Ткачева, тихонько сдвигая его к краю. Миллиметр за миллиметром. Артем так и остолбенел, но его лицо по-прежнему ничего не выражало. Мгновенье спустя книга с грохотом упала на пол. Глобальная тишина, стоявшая до этого в стенах библиотеки, сейчас стала еще более оглушающей. В сторону ребят разом обернулись студенты. Теперь у Артема, видимо, не было важных дел.

Не меняя положения, девчонка нагло таращилась на него, пытаясь полностью напитаться его зверскими эмоциями. Однажды он сам сказал, что она кровопийца. Что ж, пожалуй, так и есть.

И словно поверженный, Артем нехотя откинулся на спинку стула, скрестив руки на груди и лениво подняв на девушку темный взгляд, наконец собираясь ее послушать.

— Упс, — наигранно удивленно произнесла она, словно книга упала сама по себе, и тут же кокетливо улыбнулась.

Ткачев устало вздохнул.

— Чего тебе?

— Поговорить.

— О чем?

— О тебе, — нараспев произнесла Аня, затем добавила: — обо мне.

Парень усмехнулся.

— И какое же содержание у этого разговора?

Убрав со стола ноги и подтянувшись, Аня подалась вперед, страстно и как можно тише сказав:

— Горячее.

Сверкнув глазами, она вновь улыбнулась. Артем просто продолжал смотреть на нее с каменным лицом.

— Так вот, — прочистив горло, начала Аня, — не буду ничего размазывать. Думаю, мы не станем отрицать тот факт, что у нас был секс.

Студенты за соседними столиками услышали это краем уха. Они заинтересованно пытались подсматривать в полглаза, так чтобы это не выглядело очевидным. К сожалению, у них не выходило. Артем ничуть не смутился от прямоты Федорчук и сохранял титановое спокойствие. Аня выдержала небольшую таинственную паузу.

— Тебе понравилось?

Эта фраза оказалась еще бессовестней предыдущей. Артем сглотнул, продолжая безэмоционально смотреть на Аню. На миг ей показалось, что он смутился, но непроницаемая маска на его лице все скрывала.

Она осторожно посмотрела по сторонам, убедившись, что невольные слушатели отсеялись, и еще немного подалась вперед.

— Хочешь повторить? Много раз.

На шее Артема запульсировала вена. Аня сделала вид, что не заметила. Хотя, сказать честно, была довольна. Это все равно лучше, чем думать, будто она совсем не вызывает у него эмоций.

— Что? — чопорно спросил он, словно не расслышал.

— Ты все понял правильно, — усмехнулась она и следом добавила, словно все в порядке: — Мы взрослые люди, нам можно.

Ткачев уставился на нее. Внимательно. Пристально. Еще немного, и Ане станет стыдно за свое предложение. Под таким пытливым взглядом она почувствовала, как закололо в спине и затылке, будто ее за плохое поведение уже поставили в угол, и она простояла там два дня. Пусть ей становилось неловко, но она продолжала вопросительно смотреть на парня в ответ.

— Это все, что ты хочешь мне предложить? — вдруг произнес он все так же спокойно.

Аня прищурилась, очень быстро забегала глазами. Что он желает услышать?!

— Ну… да.

Снова невыносимые молчаливые секунды. Артем досадливо кивнул, принимая ее конечные слова, потянулся к полу и поднял учебник, который валялся в перевернутом виде, все еще раскрытый и почти на той же странице. Уложив его на стол перед собой и немного пролистнув до нужного параграфа, Артем взял ручку, вновь собираясь продолжить писать конспект.

— Нет, — сказал басист, не поднимая на девушку взгляда, и тут же застрочил.

Аня выпрямилась, в непонимании приоткрыв рот.

— Нет?

Оторвавшись от писанины, Артем еще раз посмотрел на нее и более четко произнес, чтобы до нее дошло:

— Мой ответ: «Нет».

И сразу обратно уткнулся в учебник.

Обмякнув на стуле, Аня с удивлением уставилась на него. Если честно, то она вообще не рассматривала вариант отказа. «Вот я дура, — подумала девчонка, — видимо я реально забыла, что мы терпеть друг друга не можем. Во всяком случае Ткачев точно меня не переваривает. Окей, понятно. Значит, тот вечер действительно ничего не значил? Если уж моя близость ему противна, тогда об отношениях не может быть и речи, так что ли?»

Аня ухмыльнулась и этим вновь привлекла внимание Артема. Он с интересом поднял на нее глаза, словно не ожидал такой реакции. Вместо того, чтобы обидеться, она веселилась.

Встав на ноги, Аня громко приложилась ладонями к середине стола, угрожающе долго всматриваясь в парня перед ней. Студенты по соседству снова обернулись на шум и теперь не стесняясь наблюдали за развернувшейся сценой.

Темные глаза смотрели на Аню и ждали разъяснений, по какому праву она так близко приблизилась к его лицу.

— И что ты скажешь в свое оправдание? — поинтересовался Ткачев, пытаясь выяснить причину ее выпада.

Аня хулигански улыбнулась, бессовестно уставившись на его губы.

— Так тянет к тебе. Аж противно. — жарко и на удивление правдиво произнесла она, а затем расслабилась и отстранилась.

Бойко отшвырнув стул бедром, Аня вышла из-за стола и зашагала в сторону выхода. Ее спина горела от взгляда Артема. Она была уверена, что он смотрит.

Ею завладели бешеные чувства. Хаотичные, непонятные. Все смешалось в одно, и она не понимала, как можно одновременно ощущать раздражение, азарт, злость, желание. Однако, именно это и происходило.

«Как же он меня бесит, боже! Возомнил о себе!» — обиженно проговаривала про себя Аня. Тем не менее ей жизненно необходимо было удержать его рядом. Это просто дурость? Или она действует настолько безрассудно потому что он действительно ей очень нравится?

Рассержено вынув из кармана джинсовки телефон, она быстро пробежалась по контактам и набрав нужный номер стала ждать, когда на том проводе возьмут трубку.

— Алло, — наконец сказала она, когда с ней поздоровались, и постаралась замаскировать истинные эмоции голым флиртом. Аня это умела. — Привет, Слава. Чем занимаешься? Есть минутка?