Твой подонок

Глава 31

Лика

Наверное, это самое счастливое мое утро за последние несколько лет.

Макс. Он рядом. Он улыбается той улыбкой, в которую я влюбилась с первого раза. И он в одном полотенце, которое болтается на бедрах.

Он потрясающий. А я... голая и счастливая. Не перестану говорить об этом.

Довольная потягиваюсь на широкой мягкой кровати, к которой мы вчера плавно переместились, мурлычу словно кошка.

— Доброе утро, сладкая, — его хрипловатый голос будоражит.

М-м-м-м... Хочу всегда слышать его и чувствовать. Как вчера, как сейчас.

Кожу и мышцы приятно покалывает от последствий его вторжения. Сначала мягкого и теплого, а после чуточку грубого.

— Сделал тебе кофе. Не знал, какой любишь.

Макс такой заботливый. Это необычно, но я привыкну. К нему. Такому необыкновенному.

— Я предпочитаю со сливками, — принимаю позу сидя, накрыв шелковой простыней свои прелести.

Сначала он быстро пробегает по ним своим похотливым взглядом, а затем приходит в себя.

— Сейчас будут тебе сливки, — проговаривает серьезным тоном, и с непринужденным видом тянется рукой к узлу полотенца на своей талии.

— Дурачок! — шутливо бросаю в него подушку и сама тут же уворачиваюсь.

Наш подушечный бой длится недолго. Побеждает ничья просто потому, что невозможно сопротивляться друг другу, особенно, когда мы голые.

— Чем будем заниматься? — интересуюсь после восстановления своего дыхания.

— Есть варианты? — приподняв голову, Макс смотрит на меня скептически.

— Смотрю, у тебя только один, — глазами стреляю на боевой утренний настрой у него в паху.

— Ну почему же? — дурачится, укладывая свою шаловливую пятерню у меня на бедре. — Можем остановиться и поплавать с дельфинами, понежиться на солнце, поймать волну, с тарзанки прыгать в воду...

— А можем... — набравшись смелости, прикладываю ладонь к его горячей плоти.

В ответ пальцы, длинные и стремящиеся вниз, танцуют на моей коже.

Макс сводит меня с ума только потому, что он есть. В моей жизни.

— Тормози, сладкая, — знакомо хрипит он. — Ты еще не готова лететь в омут с головой после вчерашнего. Потерпи.

Каким изрядно заботливым стал Макс, не передать словами.

— Будет больно, — нахмурив брови, предупреждает, когда сильнее сжимаю рукой его утреннее желание.

— Не будет, — проговариваю рядом с приоткрытыми губами. — Мне вообще с тобой не больно, — заглядываю в его голубые с поволокой глаза. — Мне с тобой хорошо.

— Не жалуйся, если что, — играет по нервным моим окончаниям возбуждённый голос.

Укус на моем плече неожиданный и липкий. Поцелуи порхающие, быстрые и воздушные. Со всей любовью и преданностью Макс целует меня. Везде.

Проходится танком нежности по всему телу, и я готова стонать громко на всю каюту, не стыдясь присутствия постороннего, которого видела на борту всего лишь один раз.

Широко раздвинув мои бедра, Макс входит во всю длину без лишних препятствий. Я готова. Давно готова и только для него. Ногами обвиваю его талию, заглядываю в глаза. Хочу видеть его, нависающего надо мной. Мужественного и прекрасного. Полностью подчиняющего меня себе и улетающего далеко-далеко вместе со мной.

Вдавливая руками матрас над моей головой, двумя быстрыми и одним медленным толчками доводит до безрассудного состояния нас обоих. Резко переворачивает, заставляя оказаться верхом на себе. Не даёт даже возразить. Но я и не против.

Я доверяю Максу. Полностью.

— Попробуй сама, — грубо сжав ягодицы, подталкивает и вновь на себя насаживает. — Давай, у тебя получится.

Я только скулю в ответ, не в состоянии и двух слов связать на его фразы, которые добавляют огня нашей страсти. Раскачаем эту лодку…

Приятный ток пронзает все мое тело, отчего хочется плакать.

— Будет неприятно, скажешь...

— Не будет...

— Настырная, — усмехается он и зубами оттягивает кожу на шее. Тут же впивается в нее губами.

Все так правильно... Все идеально. Мы совершенны. И созданы друг для друга.

— Ч-черт... Я сейчас... — откровенно кряхтит Макарский и губами ловит сосок, что прыгает с грудью перед его глазами, пока я активно двигаю бедрами. Пока резво скачу на нем, сохраняя заданный им темп — сумасшедший и одновременно божественный.

— Сладкая, моя... — сопит у моей груди, наделяя ее лаской своих губ и языка. — Ну же!..

Сейчас!

Откинув назад голову с немым вскриком и закрытыми глазами, я просто ее теряю.

На меня накатывает дрожь. От его действий, от его слов. От харизмы и притягательности этого парня. От его сумасшедшей близости и внутренних горячих толчков. Но главное, оргазм накрывает нас обоих с головой от большой любви. Настоящей.

— Я умерла? — дыхание мое хоть и тяжёлое, но на душе легко.

Боже, я на седьмом небе от счастья.

— И воскресла, — посмеиваясь, Макс целует мои пальцы, перебирая их своими.

— А ты? Тебе понравилось? — сдуваю локон волос, прилипший к носу.

Парень смотрит на меня с удивлением, от которого брови лезут чуть ли не на затылок.

— Ты супер, детка, — целует быстро в плечико, — хочу еще, на этот раз пожестче. Вывезешь?

И я!.. И я хочу! Его. Всегда. И только рядом!

— Я тебя люблю, — говорит он в который раз эти дорогие моему сердцу слова. — Давай поженимся. Ты и я...

Предложение Макарского повисает между нами, но ненадолго. Ведь я уверена в себе. Теперь уверена и в нем.

— И я тебя люблю, — трусь носом о его колючую щеку.

— Значит, пойдешь за меня?

— За тебя? — выдерживаю паузу для интриги. — Конечно, пойду.

Немигающий Макс с облегчением выдыхает, пока хохочу себе в потолок.