Твоя нелюбимая (СИ)

Глава 27

Руслан

Рассекаю больничный коридор напряженными шагами и жду беседы с врачом. Рядом суетится Алексей и пытается доложить обстановку. Не могу сосредоточиться ни на одном слове, голова словно ватой набита и в ушах постоянно шумит.

Подхожу к автомату с кофе, наугад нажимаю несколько кнопок, пока Леша оплачивает напиток картой и ставит пустой стаканчик. Пью обжигающий американо и морщусь. Ну и дерьмо. Но в голове неожиданно проясняется.

— Еще раз, что там случилось?

— Я не видел, зашел, когда Алина уже лежала на полу в отключке. Наверно споткнулась на лестнице, когда спускалась на первый этаж, и ударилась головой.

— Она употребляла спиртное? — озвучиваю странную мысль, которая появляется в моей голове.

— Не знаю, меня не было в доме, когда это произошло. Спиртное в вашем доме только в кабинете и в гостиной на первом этаже. Она почти все время была на втором.

— Выясни это, просмотри все камеры в доме.

— Хорошо.

Замечаю врача в конце коридора и срываюсь ему навстречу.

— Что с ней?

— Сделали МРТ, изменений не выявлено. Узи сосудов головы и шеи тоже не показали никаких отклонений. Основной удар пришелся на правую часть лица, там рассечена надбровная дуга. Мы аккуратно зашили, шрама остаться не должно. Анализы уже взяли, результаты пока неизвестны.

— Она пришла в себя?

— Ненадолго приходила, но мы поставили капельницу с успокоительным. В ее положении лучше поберечься. Эмоционально и физически.

— В каком смысле поберечься? У нее сотрясение?

— Девушка беременна, вы разве не знали? Срок уже не маленький, четырнадцать недель.

— Что? — пораженно выдыхаю и пытаюсь осознать слова врача.

Как она может быть беременна, если ребенка потеряла еще тогда в клинике. Или не потеряла?

— Это точно? Ну, что беременна?

— Да, наш гинеколог ее смотрел.

— Как ребенок? Он не пострадал?

— Татьяна Витальевна сделала УЗИ, угрозы выкидыша нет. Вы можете сами зайти к ней и переговорить обо всем.

— Спасибо, — отзываюсь глухо, не в силах поверить в последние новости.

Врач уходит, оставляя меня одного в коридоре, а я все витаю в прострации и не могу сопоставить несопоставимое. А потом вспоминаю про Галину Николаевну, которая занималась Алиной в том медицинском центре. У меня вроде даже номер ее сохранился.

— Здравствуй, Руслан, — отвечает мне почти сразу, несмотря на поздний час.

— Привет, не разбудил? — мой голос вибрирует от злости, поэтому я думаю, она понимает, что я звоню по делу.

— Я на дежурстве.

— Как всегда вся в работе. Трудишься, не жалея сил, спасая юных девиц.

— Что за ирония, Руслан?

— Да вот, звоню выразить тебе благодарность за сюрприз.

— Какой? — ее голос обретает налет напряженности.

— В виде беременности.

— Ты про Алину?

— Да про нее. Ты даже имя запомнила.

— Запомнила. Хорошая девочка. Странно, что снова к тебе вернулась. Я бы не смогла. Ты ей угрожал?

— Ты меня совсем за монстра держишь? Она не искала меня, мы встретились … случайно.

— Не обижай ее, Руслан, — тяжело вздыхает, — у нее и так судьба тяжелая. Оставь ее в покое, если не нужна.

— Разберусь, — огрызаюсь в трубку и сбрасываю вызов, а потом начинаю усиленно думать, что теперь делать.

Где он сказал находится кабинет этой Татьяны Витальевны?

Спрашиваю у медсестры на посту, как мне найти гинеколога и спускаюсь на третий этаж. Чувствую себя здесь, как слон в посудной лавке, но выбора у меня нет. Нахожу дверь с табличкой, стучусь и заглядываю в кабинет.

— Заходите, — приглашает Татьяна Витальевна с улыбкой, — мужчины в моем отделении большая редкость.

— Я по поводу вашей новой пациентки Курпатовой Алины.

— Сегодня поступила, — утвердительно кивает.

— Да, я хотел бы узнать подробности ее состояния и … сделать тест ДНК. Это возможно?

— А вы ей кто? Муж?

— Я привез ее сюда и оплачиваю пребывание, — называю убедительную, на мой взгляд, причину, — предположительно ребенок от меня, но я хотел бы удостовериться. Мы не женаты. У нас были … отношения, потом вы разошлись ненадолго и вот снова встретились.

Чувствую себя прыщавым подростком, который вынужден оправдываться перед родителями. Бред какой-то. Но взгляд этой женщины очень строгий и вынуждает меня выложить хоть какую-то версию происходящего.

— Хорошо, тест ДНК сделаем. Состояние пациентки удовлетворительное. Я еще не видела анализов, но думаю и там ничего критического. Но если продолжит в том же духе, начнутся проблемы. Нужно беречь себя.

— Я понял, мы постараемся.

Выхожу из кабинета и пока на лифте поднимаюсь обратно, принимаю звонок от Алексея.

— Шеф, я посмотрел камеры. Вам не понравится.

— Говори, — выдавливаю сквозь зубы, чувствуя полный треш.

— Девушка не сама упала, ее толкнули.

— Кто?

— Анна.

— В смысле Анна? Что она делала в моем доме?

— Она приехала, чтобы поговорить с вами. Сказала, что дождется в доме, а потом после происшествия просто исчезла.

Черт, прикрываю ненадолго глаза. Совсем забыл дать распоряжение, чтобы ее не пускали больше в мой дом.

— Леша, слушай внимательно. Найди мне эту дрянь. Хоть из-под земли достань. Запись с камеры возьми с собой и сдай ее вместе с Анной Глебу. И пусть он особо с ней не церемонится.

— Родители отмажут, — нерешительно вставляет свое мнение.

— У Глеба не отмажут, он подсуетится, если я попрошу.

Скидываю звонок и ловлю себя на том, как сильно трясутся у меня руки. От злости хочется крушить все вокруг, но здесь больница, а не спортзал. А еще хочется найти эту стерву и лично ее придушить. Но садиться в тюрьму из-за такой дряни я не хочу, особенно теперь, поэтому придется действовать по-другому.