Учитель Особого Назначения. Том 5

Глава 12

Все тут же обернулись в сторону двери. Даже Теодрир с очередным мрявом оторвался от своей разломной игрушки и уставился в сторону неожиданной гостьи.

Я же оторвался от Лены и направился к ней.

Даня не находил себе места, его Источник разве что салюты не пускал. Да и сам парень не скрывал радости. Глаза сверкали, улыбка стояла до ушей. Он был очень рад видеть свою маму. Так рад, что не дал ей скинуть с себя пуховик и кинулся обниматься.

— Привет, сынок, — поздоровалась она мягким голосом и нежно потрепала его по макушке. — Ого! Ты отрастил волосы? Наконец-то!

— Ну, вообще-то они были ещё длиннее, — улыбнулся я, — пока он не спалил себе почти всю шевелюру магией. Здравствуйте, меня зовут…

— Мам, мам, это мой учитель, Сергей Викторович Ставров! — воскликнул шкет.

— Приятно познакомиться, — кивнула она и представилась: — Вера Степановна.

— Очень приятно, — я кивнул в ответ и пригласил войти в дом.

Мама Данилы была молодой женщиной лет тридцати пяти, не больше. Тёмные волосы, стриженные под каре, и острый, но заметно уставший взгляд серых глаз. И, что удивительно, она не была магом.

Я мельком проверял её Источник, пока она вешала пуховик, знакомилась с остальными присутствующими и присоединялась к праздничному столу.

Ничего особенного мне не попалось. Точнее, не было Источника магии как такового. Хотя…

Подождите-ка!

— Вера Степанова! — воскликнула Лена, — не стесняйтесь, кушайте. Вы, видно, очень устали с дороги и наверняка проголодались!

Лена уже примеряла на себя роль хозяйки дома с удивительной лёгкостью, будто давно знала, что так оно и произойдёт.

Хм, меня терзают смутные сомнения, что мой подарок был не таким уж неожиданным…

В общем, когда все перезнакомились и новогодний стол снова зазвенел бокалами, Лена приложила все усилия, чтобы Вера Степановна чувствовала себя как дома, и это отлично получалось. Скоро она вовсю улыбалась, выпила пару бокалов и отогрелась после непростой дороги

Вера Степановна, как она сама поделилась, преодолела очень долгий путь. Хотела сделать сюрприз сыну, поэтому никого не предупредила о своём прибытии. Но в общаге Даню не нашла, а место, где он отмечал Новый год, вообще узнала почти что случайно, когда повстречала Василия Палыча.

— Он был очень… навеселе, — хихикнула Вера Степановна, рассказывая нам эту историю. — Я вообще-то думала, что он радуется Новому году. Но, кажется, его больше заботил какой-то плешивый… — она вдруг осмотрела присутствующих и тихо произнесла: — … засранец, простите за выражение. Это прямая цитата!

Значит, это про Соломона. Как по мне, директор ещё вежливо его назвал. Но неужели Палыч так сильно обрадовался нашей победе? Тут должно быть что-то ещё…

— Да ладно, мам! — отмахнулся Даня. — Мы тут и не такое слышим!

— Даня! — обернулся я. — Ты что такое говоришь⁈

— Да я про старшаков! — оправдывался шкет. — Когда начинается перемена, начинается настоящая жизнь.

Он сделал вид, что произнёс какую-то великую мудрость и поспешил скрыть взгляд за стаканом ананасового сока.

В общем, с шутками да прибаутками мы провели ещё один небольшой полуночный ужин, и гости начали расходиться. Настя с Ингой отправились к себе, а Веру Степановну с Даней я разместил в гостевой комнате. Лена мне подмигнула и отправилась в спальню на втором этаже.

А Гога изъявил желание ночевать в зале, на диване.

— Нравится мне этот ваш Тедди, — хмыкнул он.

— Мраф! — с горделивым видом отвлёкся тот от вечерних водных процедур.

То бишь от облизывания своей немаленькой тушки, конечно. И делал он это в огромной Дракотячьей лежанке, которую было очень непросто достать и ещё сложнее протолкнуть через дверной проём.

— Кстати, Ставр, — протянул мой стародавний соратник, — а этот Даня не сынишка ли старшóго?

— С чего ты взял? — насторожился я.

— Слушай, — хмыкнул он, — конечно, на морду лица он больше похож на свою маму. Но взгляд и его глаза как бы намекают немного…

— Догадался всё-таки, — хмыкнул я.

— Конечно! Ты за кого меня принимаешь? — наигранно возмутился Верблюд. — Да я как увидел его взгляд, так сразу!..

— Он что, дар гравитации засветил? — ухмыльнулся я.

— Ну да, — почесал затылок Гога.

Он любил повыпендриваться, а я любил его иногда обламывать в этом. Но потом обязательно кормил мясом.

Но на этот раз Гога даже не вспомнил об этой нашей традиции и задумчиво произнёс:

— Тогда понятно, почему ты устроился в эту академию…

— Именно, — кивнул я. — И похоже, не зря.

Невольно я задумался, что забота о Даниле и последняя воля моего лучшего друга уже давно не единственное, что удерживает меня здесь.

— Ну ладно, иди, — Гога похлопал меня по плечу и усмехнулся. — Кажется, тебя наверху ждёт награда за чрезвычайно дорогой подарочек. Ты только шумоизоляцию не забудь поставить!

— Гога… — стальным голосом произнёс я.

— Ладно, ладно! — поднял он руки в примирительном жесте. — Понял. У вас всё серьёзно, и шуточки в эту сторону под запретом!

— Серьёзно. Очень, — ответил я и направился к лестнице.

Но вообще-то, Верблюд оказался прав. Заклинания для шумоизоляции мне пригодились.

━─━────༺༻────━─━

Утро выдалось замечательным. Я проснулся без будильника даже после праздника — организм сработал как часы.

Но в этот раз мне жутко не хотелось вставать с кровати, потому что голова Лены лежала на моей груди, а мягкое бедро прижимало меня к мягкому матрасу. Нежная бархатистая кожа обволакивала слаще самой дорогой ткани, а цветочный запах волос ласкал нюх.

Не хотелось её будить, поэтому я решил немного переиграть свою утреннюю зарядку. И вместо физических упражнений принялся прогонять по всему телу магические потоки. Физухой займусь потом, тем более что в таком умиротворяющем состоянии сосредоточение особенно лёгкое и подконтрольное.

А сейчас меня особенно интересовал источник Хаоса, так что следовало использовать все преимущества, которые только можно.

Хаос. Энергия, которой я не обладал в полной мере, и в последний раз это стало серьёзной проблемой из-за странной драконихи, про которую Теодрир отказывался рассказывать подробности даже за дополнительные порции стейков.

А дракониха ведь выжила и сейчас обитала неизвестно где. Поэтому всё, что мне оставалось — это поднять уровень владения Хаосом до такого, чтобы она не могла помешать мне никаким образом.

И только я принялся разбираться во всей этой муторной и совершенно не дисциплинированной энергии, как вдруг понял, что она меня вообще отказалась слушаться!

Это сильно настораживало, поэтому я бросил мыслеобразный клич Теодриру, и тот ответил какой-то несуразицей. Чем-то это походило на его поведение во время встречи с драконихой, так что я аккуратно выскользнул из объятий Лены, чтобы проверить своего монстрёнка.

Девушка мило свернулась калачиком и продолжала улыбаться во сне. Я слегка задержал на ней взгляд, затем оделся, вышел из комнаты и уже спускался по лестнице.

Как вдруг снизу раздался крик Данилы:

— Да катись куда хочешь! Ненавижу!

— Сынок, подожди! Давай погово…

Но Веру Степановну прервал громкий грохот двери.

Когда я уже стоял внизу, на меня глядели две ошарашенные пары глаз — вскочившего на диване Верблюда и Теодрира, который вытянул голову из своей огромной лежанки. Он выглядел растрёпанным, словно не спал всю ночь. И перед тем, как прогремела сцена, он явно пытался разодрать новенькую лежанку!

Но ничего не получилось, потому что она была сшита из разломных материалов, хе-хе…

А у дверей стояла жутко расстроенная Вера Степановна.

— Что произошло? — спросил я.

— Он… он обиделся, — тихо произнесла она.

— Серёж, что случилось? — показалась со второго этажа Лена.

Девушка укуталась в одеяло и беспокойно осматривала всё помещение.

— Кто-то нарывается на очень жестокую отработку, — ответил я назидательным тоном. — В воспитательных целях, конечно.

— Нет, нет, Сергей Викторович! — тут же заволновалась Вера Степановна. — Пожалуйста, не наказывайте Даню. Он… он вообще-то прав.

— В каком это смысле? — поднял я бровь.

— Мр-р-р-р! — прорычал Теодрир, будто мне в поддержку.

Он сузил зрачки и ощетинился, отчего выглядел так, словно чует опасность. Но никакой опасности не было — я активно проверял округу своим сенсором магии. И след драконихи я запомнил, так что ей не удалось бы от меня скрыться.

— Вера Степановна, давайте вы сейчас объясните, хорошо? — улыбнулся я, пытаясь её успокоить.

— Сейчас заварю чаю! — воскликнула Лена и скрылась снова на втором этаже, откуда долетело приглушённое: — Только переоденусь!

Через пару минут мы уже сидели за обеденным столом, и комнату наполнял аромат травяного чая с чабрецом. Лена сидела рядом с Верой Степановной и успокаивающе поглаживала её по плечу. У неё удивительным образом получалось располагать к себе людей и окружать их уютом.

А сама Вера Степановна держала в руках горячую чашку, но так и не сделала ни одного глотка.

— Понимаете, я… — произнесла она, — я смогла приехать только на один день. Вечером уже уезжаю.

— Так скоро? — с горечью произнесла Лена.

— Да. Не смогла выбраться на подольше — нужно на работу. Даня, как узнал, страшно обиделся… и убежал.

— Мр-р-р-р! — рассерженно прорычал Теодрир, который выбрался из лежанки.

— Эй, парень, поспокойнее, — произнёс Гога.

Он попытался погладить монстрёнка по макушке, но тот опасно клацнул зубами. Очень доходчиво предупредил, что делать этого не стоит.

— Эй, Тео! — удивился Гога. — Я думал, мы подружились! Ты столько мяса у меня умыкнул, что…

— Оставь его, — вмешался я. — Не стоит пока трогать.

Он понимающе кивнул, а затем подмигнул монстрёнку, мол, не обижается.

С Теодриром явно было что-то не так. Энергия Хаоса, которая в том числе связывала нас между собой, пульсировала и будто билась в лихорадке. Но сколько я ни спрашивал монстрёнка, что происходит, тот просто не хотел отвечать.

Он отвернулся и вернулся на лежанку. Теперь всё вообще не напоминало ощущения, которые я помню со встречи с драконихой. Тео будто…

В общем, у него будто просто было плохое настроение. Это странно, но анализ магических потоков и чутьё не говорили мне ни о какой опасности. Скорее интуиция подсказывала мне оставить Дракотяру в покое до поры до времени.

— И всё же он неправ, — произнёс я, имея в виду Даню. — Нельзя говорить такие вещи.

Затем я хорошо подумал, дождался, пока Вера Степановна всё-таки немного успокоится и приступит к чаю. А в это время ещё раз внимательно осмотрел её организм магическим сенсором. Что-то меня ещё вчера забеспокоило…

Но теперь я понял, в чём дело.

Не так уж она проста.

— Вера Степановна, — произнёс я. — Мы можем поговорить наедине? Как учитель с родителем ученика?

Вера Степановна чуть замешкалась, но кивнула. Лена переглянулась с Гогой и предложила:

— Георгий, вы не против выгулять Тедди вместе со мной? Кажется, ему не хватает свежего воздуха.

— Мрф, — буркнул монстрёнок.

Он вдруг выпрыгнул из лежанки и сел возле выхода.

— Конечно, Елена! — осклабился Гога. — Думаю, нам как раз нужно поделиться впечатлениями о нашем общем друге… — он сверкнул хитрецой во взгляде и добавил: — У меня есть пара историй, которые, бьюсь об заклад, он вам не рассказывал!

На всякий случай накинул на Теодрира заклинание для успокоения. Его должно хватить, пока я разбираюсь с Данилой и его мамой.

И втроём они ушли на задний двор. Лена — с особенным энтузиазмом. И мне оставалось только гадать, чего там этот засранец решил поведать о моей скромной персоне…

Вера Степановна проводила их взглядом и немного взволнованно посмотрела на меня.

— О чём вы хотите поговорить? — тихо произнесла она.

— Я знал Макара, — произнёс я.

Так звали отца Данилы и моего лучшего друга. Настоящее имя, а не то, что числилось в документах. Даже в спецотряде не все знали его.

В глазах Веры Степановны отобразилось удивление и даже некоторый испуг. Я понял, что она тоже знает это имя, что стало для меня определённым маркером. Макар даже в юности относился к конспирации серьёзно и не стал бы раскрывать свою личность человеку, которому не доверяет.

— Это… это невозможно! Он же!.. — выдохнула Вера Степановна. Но тут до неё дошло окончательно, и глаза совсем уж расширились. — То есть вы⁈..

— Да, мы тоже из спецотряда, — кивнул я.

Раз уж Макар рассказал своё имя, наверняка он раскрыл и этот секрет. Вообще-то к государственным тайнам он относился серьёзно, но с людьми, которым доверял, язык у моего дражайшего друга становился как помело.

Затем испуг на лице Веры Степановны плавно перетёк в какое-то умиротворяющее спокойствие. Она улыбнулась и сделала ещё один глоток чая.

— Тогда это очень хорошо, Сергей Викторович. Я рада, что вы присматриваете за ним. Это же он попросил вас об этом, верно?

Я кивнул и ещё раз проверил её магическим сканером, чтобы убедиться в своих догадках.

— Неужели вы не можете отпроситься ещё на пару дней? — спросил я.

Вера Степановна вдруг взглянула на меня очень тяжёлым, даже железным взглядом, от которого мне стало немного не по себе.

— Нет, Сергей Викторович, я не могу отпроситься. Моя работа, она… Неважно. Я не могу отпроситься, от этого зависит наша семья. От этого зависит Данила в первую очередь.

— Не понимаю, — нахмурился я. — Разве Макар не оставил вам достаточное обеспечение?

Да, все денежные потоки шли через Данилу, но, судя по всему, у Веры Степановны был к ним доступ. Я не сильно рылся во всех схемах, тем более что все они были жутко зашифрованы. И понял это уже в академии, когда пришлось зарыться во всё поглубже, потому что приближались даты отчётов перед налоговой. Хорошо хоть Даню к тому времени уже нашёл — это сильно упростило дело.

Ох уж эта налоговая.

— Сергей Викторович! — воскликнула она несколько резко. Кажется, я задел за живое. — Послушайте, вы бы стали надеяться на помощь, которую вы не можете никак контролировать? И которая может оборваться в любой момент, потому что человек, от которого она зависит, работает на очень опасной работе и рискует своей жизнью каждый день?

Она смотрела на меня очень серьёзными, печальными и невероятно решительными глазами.

И самое главное, что она уже оказалась права. Не успей Макар передать мне управление собственными финансами, система могла бы рухнуть.

— Да, он помогал как мог, — чуть спокойнее продолжила Вера. — Но Макар очень редко появлялся в нашей жизни. Наш роман был ярким, я ни о чём не жалею! Но он оказался таким же ярким, как и коротким. Тогда мы были слишком юными и не совсем отдавали себе отчёт в своих действиях. У Данилы есть только я. Только я! Понимаете⁈

Теперь на её глазах начала проступать влага. Я же мог только молчать и слушать. Значит, это правда, и у Дани нет больше родственников, кроме мамы.

Мамы, которая не обладает магией, и потому не знает, как управляться с одарённым ребёнком.

— Я стараюсь делать всё, на что способна. Всё! Простите… — она вдруг встала. — Мне нужно в уборную.

— Да-да, конечно, — произнёс я с комом в горле.

Вера Степановна удалилась, а я встал с дивана и направился на выход. Кажется, меня ждал очень серьёзный разговор с Данилой.

━─━────༺༻────━─━

Найти Данилу было несложно. Он вовсю выплёскивал злость и ярость на полигоне. Треск и вспышки молний переплетались с искривлениями пространства и вмятинами на изрытой ямами земле.

Покрытые защитными заклинаниями манекены скрипели под напором его атак, пока один из них вдруг не разлетелся на щепки.

— Что ж, шкет, — хмыкнул я. — Ты хорошо поднаторел!

Сломать этот манекен было очень непросто, ведь заклинания устанавливал я. И то, что маг на первом ранге развития смог это сделать, очень многое говорило о пацане.

— Сергей Викторович⁈ — выпалил он, тяжело дыша.

Даня меня заметил только сейчас. Небольшая разминка смогла немного остудить его пыл и лишила немалых запасов выносливости. Но расслабляться ему не стоило, потому что я скинул куртку и встал по центру боевой площадки.

— Ну что, давай устроим спарринг.

Даня слегка замешкался, но затем с яростью кинулся в бой.

БА-БАБАХ!

Удар за ударом он наносил по мне, проявляя чудеса выучки. Он был действительно талантливым бойцом. Эти приёмы я показывал только Коляну, и Даня явно многому научился у него за время совместных тренировок.

Двойка, уклон со сближением, боковой справа. А когда он промазал (точнее, я увернулся), Даня ударил с разворота второй рукой.

Будь это спарринг с равным, он наверняка потряс бы своего соперника. Но до меня ему далеко, так что вместо этого я сделал подсечку, и шкет плюхнулся плашмя на землю.

— Ай-й! — заскрипел он зубами, но тут же подскочил на ноги. — Теперь с магией! — потребовал шкет.

— Ну давай, — хмыкнул я. — Покажи мне свой самый сильный удар.

И он показал. Да красиво так — глаз не оторвать! Сначала нагонял электрические разряды с серией быстрых ударов руками, затем шарахнул здоровенными молниями эффектными вывертами с ног. И завершил всё сконцентрированным ударом с вертухи, при этом отвлекая внимание вспышками молний, за которыми скрывались магические искривления гравитации.

Я не стал уклоняться или сбивать атаку. Вместо этого принял всю яростную мощь в глухой блок.

ТРЕССКК!!!

Вспышка раздалась во все стороны, а затем гравитация ударила, словно молотом. У меня даже предплечья чуть зачесались! Молодец какой, а!

Даня отпрянул, чтобы разорвать дистанцию и тяжело задышал. Его Источник наконец-то успокоился, и шкет явно был готов к разговору.

— Лады, неплохо, — хмыкнул я. — На этом закончим.

— Ха-а… ха… хорошо, — кивнул Даня.

— Тоже посмотрел «Несокрушимого»? — усмехнулся я.

Это был фильм про бойца, который бился в боях без правил в самых жестоких тюрьмах мира. Главный герой выписывал такие красивые и сложные удары, что загляденье. И Даня явно почерпнул оттуда несколько движений.

— Крутейший фильм! — осклабился Даня.

— Ага, классный, — согласился я. — Только вот не стоит учиться дракам по боевикам. Твоя акробатика в реальном бою привела бы к быстрому поражению.

— Ну… да, — почесал он затылок. — Но выглядело очень круто!

— Ты должен вернуться и извиниться перед мамой.

Я резко сменил тему, и шкет тут же приутих. Поэтому я подошёл к нему, положил руку на плечо и тихо произнёс.

— Слушай, я понимаю, как ты расстроен. Но вместо того, чтобы провести время с ней, ты его тратишь на пустые обиды.

— Но почему она⁈.. — выпалил Даня, но договорить не смог и спрятал взгляд. — Я так старался! Я никогда не говорил ей о бедах, защищал! Даже когда меня в той грёбаной академии закинули в карцер, я ничего не сказал, чтобы не волновалась! Я улыбался, смеялся в трубку и говорил, что всё в порядке! А мне не было в порядке!!!

Даня крикнул и снова тяжело задышал. Глаза парня налились слезами.

— Мне было хреново без неё… Никто не знал, что со мной делать, Сергей Викторович. Я боялся, что наврежу ей, как вредил всем вокруг. Но наконец-то я контролирую свою силу, а она пришла всего на один грёбаный день!!!

Данила сжал кулаки добела и стиснул зубы. Я выдержал небольшую паузу, чтобы он немного пришёл в себя, а затем продолжил:

— Даня, тебе ведь непросто было обуздать свою силу, верно?

— При чём тут… — бросил он хмурый взгляд на меня.

— Верно? — не дал я сойти с темы.

— Угу…

— Но вместе мы справились. Тебе помогали друзья, я помогал. И ты научился. Верно?

— Да.

— Так вот твоя мама тоже учится быть матерью. Она живёт свою первую жизнь, Даня. И совершает ошибки. У неё нет тех, кто смог бы помочь и подсказать, каково это — быть матерью, особенно такого одарённого шкета, как ты. У твоей мамы, Даня, есть только ты. Так позволь ей совершать ошибки и помоги. Ты уже взрослый парень. И можешь это сделать.

Данила молчал. Он не моргая смотрел на меня, а Источник внутри искрился и скручивался, словно от судорог. Но он понял меня. И мы вернулись домой.

Однако там меня ждал ещё один сюрприз.

— Он убежал! — воскликнул Гога, как только увидел меня. — Только что, словно с цепи сорвался!

— В лес! — добавила Лена. — Тедди убежал туда, Серёж!

— Погнали скорее, мы ещё успеем!..

— Нет! — прервал я Верблюда. — Оставайтесь здесь, я пойду один.

Хаос внутри меня взбесился. Теодриру не помогло даже сдерживающее заклинание.

И теперь я понял, в чём дело.