Уральский следопыт, 1982-03

ОТВАГА

Урок ведут:

А. К. КИКОИН, председатель Свердловской Федерации альпинизма, основатель уральской школы горо-восхождения, кандидат физико-математических наук;

Сергей ЕФИМОВ, член советской экспедиции на Эверест;

Валерий БРЫКСИН, Евгении ВИЕОТРАДСКИЙ, Алексей ЛЕБЕДИХИН, мастера спорта, трижды чемпионы СССР по альпинизму.

Посвящается первому советскому

восхождению на высочайшую

вершину мира Эверест (8848 м)

«…Громадная трещина. По мостику переползаю на противоположную сторону. Веру резко вправо. Траверсирую над трещиной с большой осторожностью. Боюсь делать большие остановки. Солнце уже опустилось низко! Тяжело лезть по крутому склону в глубоком снегу. А вершина зовет и требует все новых усилий. Поднимаюсь на острый гребень. Все же высота сказывается: шагов двадцать сделаю и отдыхаю. Гребень как нож. На восток почти полный отвес, около километра. Последний крутой тяжелый кусочек преодолен. Вершина!… Вот она! Не выдержал, от волнения и радости на четвереньках вполз м лег на защищенные от холодного ветра плиты.,.»

Штурмовой дневник

Евгения Абалакова,

3 сентября 1933 года.

Так был впервые покорен самый высокий из четырех. семитысячников страны – пик Коммунизма. Этот успех советского горовосходителя стоял в ряду с мировыми альпинистскими достижениями. Только в 1950 году человек проник на вершину за пределы 8 тысяч метров – французы М. Эрцог и Л. Лашанель покорили гималайскую вершину Анапурну (8078 метров). Правда, еще в 1924 году за достижение высоты 8565 м при попытке восхождения на Джомолунгму участникам английской экспедиции вручили золотую Олимпийскую медаль, но в альпинизме все-таки больше ценятся вершины!

А советские альпинисты имеют более 1500 восхождений на семитысячники у себя дома и на многих материках мира, но пик Коммунизма, дыбящийся над величайшим на земном шаре ледником Федченко, опирающийся плечом на уникальное, площадью, в 29 квадратных километров фирновое плато» остается эталоном, испытывающим высшую квалификацию альпиниста.

Небольшая экспедиционная группа «Уральского следопыта», проехав три тысячи километров через Урал, степи, пустыни, предгорья Памира, выгрузилась в городе Ош Киргизской ССР – отсюда начало покорения пика Коммунизма.

Наша задача скромней: пробиться к базовому лагерю Ванч-Даре, где сборная команда страны готовится к гималайской экспедиции, совершает восхождение на высшую точку страны…

Но горы есть горы: эта скромная наша задача поставлена под угрозу – пылающее зноем небо Оша вдруг морщится, и серый плотный дождь загудел по дыням опустевшего базара; повис над подбеленными хлопчатниками,

Даже нам, не знатокам азиатской погоды, ясно: циклон… И еще ясно: на пике Коммунизма альпинисты дают настоящий урок отваги. Три уральских парня – свердловчане Михаил Самойлин, Евгений Виноградский, Валерий Брыксин – добиваются редкого в мировой альпинистской практике результата – покорить за сезон три семитысячника, а Сергей Ефимов, единственный от Урала член гималайской экспедиции, делает восхождение по сложнейшему маршруту на пик Коммунизма… Он запишет в штурмовом дневнике:

«,…К часу дня подошли к лагерю «5600». Дальше идти бессмысленно. Можно заблудиться в висячем леднике. На рюкзаках, касках, ботинках ледовоснежная корка. Отряхивать ее бесполезно. Так и вваливаемся в палатку. Кажется, что отсырели до костей. Пространство между палаткой и ледовой стеной заносится снегом. Уже не хватает сил, чтобы оттолкнуть эту текучую массу. Надо вылезать и отгребать снег, иначе он сдвинет палатку с площадки. Защелкиваю карабин на веревке, проходящей сквозь палатку, Пора развязывать рукав входной палатки. Тут же получаю в лицо заряд снега. Разворачиваюсь и вперед ногами начинаю выскальзывать вниз по склону…

Вышли на связь, слышим:

– Карат-3, Карат-1., я – база. Ребята, прогноз такой – плотный циклон захватил весь Памир и Казахстан. Ветер до 25 метров в секунду, понижение температуры, снег. Улучшения не будет до 26 числа. У нас идет дождь. Повалило ветром два кемпинга…

Нам все ясно: погоды не будет до конца восхождения, надо двигаться в такую.

…Восхождение мы все-таки сделали. Видимо, непогода решила передохнуть полдня.

Вот и скалы вершины. Видимости нет. Облака. Высота 7495 метров. В спокойном состоянии дышится нормально. Интересно, как же будет дышаться там, на высоте 8848 метров…»

ПРОТОКОЛ ЗАСЕДАНИЯ ФЕДЕРАЦИИ АЛЬПИНИЗМА СССР N 28/487 от 22.09.81.

«…Включить в основной состав экспедиции на Эверест в 1982 году В. С. Балыбердина (Алма-Ата), С. И. Бершова (Киев), К. Ш. Валиева (Алма-Ата), С. Б. Ефимова (Свердловск), В. А. Смирнова (Ленинград), Л. А. Трощиненко (Ленинград), М. М. Туркевича (Донецк), В. И. Хрищатого (Алма-Ата), Н. Д. Черного (Москва)».

Вот так примерился к высочайшей точке земли уральский альпинист Сергей Ефимов. Он, спортсмен мирового класса, не сказавший ни в дневнике, ни в беседе со мной ни слова впрямую о личном мужестве и сверхчеловеческих усилиях, какими только и достаются такие вершины, дал знать, что уральская школа альпинизма создавалась трудом и опытом нескольких поколений горовосходителей…

А. К. КИКОИН, основатель альпинистской секции на Урале:

– Четверть территории страны – горы. Осваивать эти труднодоступные районы, исследовать, обживать – задача для альпинизма на необозримо долгие годы. А путь преодоления, самопознания человеком самого себя, испытание трудностями, зов первопрохождения попросту бесконечны. Так что празден вопрос о том, надо ли человеку ходить в горы… Да они и зовут – только на Приполярном Урале 80 процентов вершин еще не имеют названий, не ступала нога человека на сотни вершин Кавказа, Памира, Тянь-Шаня, Алтая, Якутии…

Во время войны я служил на Тянь-Шане. Научные дела в 1943 году привели меня в Свердловск. На всякий случай зашел в спортобщество «Наука» (теперь «Буревестник»), сказал, что имею звание инструктора по альпинизму. «Не знаем, что с вами делать, – улыбнулись в спортобществе, – но адрес оставьте». Я понял, что представление об этом виде спорта здесь более чем скромное.

Но вот в 1945 году получаю записку: «Пришли путевки по альпинизму в лагерь на Тянь-Шане. Помогите разобраться…»

Повесил объявление. Пришли люди, собрали кое-что: ледоруб, веревку, понятно, взяли гужевую – специальных еще не было.

Восемь пиков тогда покорили за смену. Неплохой показатель. если считать, что снаряжение было далеко не совершенно, питались на продуктовые карточки, которые привезли из дому.

В горах побеждает тот, кто все умеет делать хорошо. Никогда не забыть одного случая. Внезапно принесли известие: на перевале получил травму участник восхождения. Путь из лагеря через припушенный снегом ледник, ночью.

Попади в трещину, и шансов остаться целым – мало. Но женщина-врач, выспросив про характер травмы, решила пойти к больному – транспортировать его было нельзя. Мы начали отговаривать. «Даже подготовленным альпинистам трудно, – говорили ей, – снег, большой набор высоты. Мы принесем сами больного». «Вот и хорошо, что вы подготовлены, – сказала она спокойно, – вернее доберемся». Не буду говорить, что ей стоило это ночное восхождение. Конечно, она шла из последних сил. Мужество, отвага врача поразили всех. Два часа в холодной палатке делала она операцию. Потом рядом с больным спустилась в лагерь.

Так обживают вершины.

Сергей Ефимов – член первой советской экспедиции на Эверест.

Алексей Лебедихин

Валерии Брыксин

Евгений Виноградский

Да, ее вел профессиональный долг, но и личное мужество. Она не случайно оказалась в горах. Смелые души не обходят их стороной…

Через двадцать с лишним лет после организации секции обозначил себя уральский альпинизм и на союзной арене: в 1967 году команда Свердловской области (А. Земеров, Т. Волынец, П. Егоров, В. Кушнарев, А. Михайлов, Ю. Смирнов, В. Шкодин, П. Шулин) в классе траверсов завоевала золотые медали чемпионов страны.

Еще десять лет понадобилось, чтобы в 1977 году под пиком Россия одолеть сложнейшую километровую ледовую стену и получить бронзу на Чемпионате СССР. Но это была уже другая команда. Вел ее нынешний член экспедиции на Эверест Сергей Ефимов…

Эверест (8848 м) представляет собой пирамиду не совсем правильной формы с тремя сходящимися гранями – северо-восточного, юго-восточного, западного гребней. На вершину уже проложены семь маршрутов, первые – в 1953 годи первовосходителями Э. Хиллари и И. Тениингом. Наша сборная избрала для штурма вершины совсем новый маршрут – по юго-западному контрфорсу (ребру), насыщенному скалами, снегом, льдом. Пожалуй, выбран самый трудный из маршрутов, по которым когда-либо поднимались на Эверест.

Сергей ЕФИМОВ:

– Никто никогда командой не ходил на такие ледовые стены. Американец профессионал Генри Барбер один, без страховки, совершил нечто подобное. Он молодец, но покорять ледовые стены в одиночку – его личное дело. Он рискует только сам. Мы не имеем права подвергать риску команду. Команда – это, если хотите, особое существо. Там нет «я», там есть «мы». Одна особенность стены – ее нужно пройти за световой день. Ночевка исключена – может убить камнепадом. Мы выбрали отрезок метров в сто, прошли его на время. Высчитали: успеваем и километр. А хватит ли сил? Десять часов, практически на одних передних зубьях кошек – сможем ли? Никто не знал. Мы только были обязаны надежно пройти ледовый отвес за световой день. Я считаю основой личности способность ставить задачу. Есть задача – твои способности и качества или позволят или не позволят ее решить. Стена была проблемой, до нас никем не решенной. Наша команда ее решила.

Команда – это Алексей Лебедихин, Евгений Виноградский, Валерий Брыксин, Сергей Абрамов, Михаил Самойлин…

Кстати, все из той секции, которую организовал еще в 1945 году Кикоин. Это было первовосхождение. Правда, из тех, на которое второй раз не сильно хочется.

8000 метров – граница риска, которую, как заколдованную, не могли переступить многие альпинисты мира. Этот шаг необходимо будет сделать нашим спортсменам. 8500 – высота, выше которой не рекомендуется подниматься без кислородного оборудования. Наши альпинисты раньше не пользовались им. Единственному в мире горовосходителю А. Месснеру, покорившему семь восьмитысячников и побывавшему на Эвересте без кислородного прибора, говорили: «Самое лучшее, если вы не дойдете до вершины Эвереста. Если дойдете, то не вернетесь. Если вернетесь, то не человеком…» На такой громадной высоте лютый мороз, неистовый ветер, сухость и разряженность воздуха действуют необратимо на мозг и психику человека… Что противопоставить Эвересту, отбившему десятки экспедиций с исходом иногда трагическим? 111 человек покорили его, десятки – погибли… Суровая арифметика!

К 1936 году советские восходители вышли на первое место в мире по числу победителей вершин выше 7000 метров. Более пяти тысяч советских спортсменов имеют в активе восхождение на семитысячник. Покорены по сложнейшим маршрутам пики Коммунизма (7495 м), Победы (7439 м), Кунгур Тюбе Таг (7595 м), Музтагата (7546 м), Хан-Тенгри (6995 м), самый северный в мире шеститысяч-ник – лик Мак-Кинли на Аляске.

– Сергей потом признается, что Аляска его глубоко поразила. Чем? Это не просто объяснить. Просто чувствуешь глубокое внутреннее удовлетворение, эмоциональный подъем. Мы приехали на Мак-Кинли по приглашению американских коллег. У нас с ними хорошие отношения, Однажды пришлось спасать одного из них на восхождении у нас. Да, подъем на самый северный шеститысячник планеты входил в план подготовки к Эвересту. Морозы здесь с ветерком, иногда до 60 доходят. Покорили мы вершину. Пришлось поработать. Но не об этом речь. Спустились в лагерь, у нас, подсчитываем, два дня есть з запасе. А тут ледовый пик торчит перед лагерем. Он названия не имеет, просто в футах высота записана. Но алы слышали – «Комикадзе» его американцы в шутку зовут, Стена гладкая, ледовая.

Ни души в горах. Мы вдвоем с Сергеем. В то время уже мечтали о ледовой стене пика Россия.

Отговаривать от восхождения нас некому было.

В пять утра собрались. За полтора часа достигли льда. Удивительная крутизна, Прошли пять веревок. Картина завораживающая. Вышли на скалы – этакие бараньи лбы, потом провал, опять скалы. Лезть тяжело – все же два рюкзака. Мы, в общем-то, готовы и ночевать были, пока этот ледовый кусочек метров в 50 не встал на пути. Гладенький! Сергей пошел. Крутит ледовый крюк и какое-то мгновение висит на одном молотке. Восемь метров хода – прием, я пошел… Дальше – купол ледовый. В три часа дня вышли на вершину. Мы не боялись темноты – стояли великолепные белые ночи. Кому-кому, а альпинистам природа дарит сокровенные минуты свои. Возвращались другим путем, в 3 часа ночи были в лагере. Получилось двадцать часов ходу. Такой вот экспромт. Можно сказать, проходить Россию учились а Америке… Конечно, мы знали слова индийского альпиниста М. Кохли, достигшего вершины Эвереста: «Любой, кто осмеливается вступить в борьбу с ЭверестоАА, претерпевает огромное духовное потрясение. Стремясь в борьбе достичь самую высокую вершину мира, человек завоевывает самого себя».

Мак-Кинли помог нам серьезнее поверить в себя.

Сергей ЕФИМОВ:

– Альпинист высокого класса прежде всего профессионален в том смысле, что должен знать свое дело в связке. У нас Женя Виноградский выбивает крючья. Утомительное дело. Железо, когда поднаберется в рюкзаке, ой-ей как весит. Прошли бы мы «зеркало», не умей мы исполнять собственные расчеты?

Командой ходим более пяти лет. И без происшествий. Состав неизменный. Готовим потихоньку молодых, – критерии, по которым отбираем, жесткие. Вернее, их не мы даже ставим, горы. А в горах все ненадежно: камень, снег, лед. Лавины, ледопады – кто их предугадает? Хотя стремиться предугадать нужно. Всю коварность гор должна предупредить надежность друга в связке. Это ведь не только альпинистский принцип, в жизни разве иначе?

Но горы не принимают благих намерений. Альпинист высокого класса должен иметь квалификацию, ставящую его выше мелочей в обычном понимании. Раз ты идешь в связке с другом, ты доверяешь ему все, ты принимаешь его всего.

– «Зеркалом» мы окрестили абсолютно гладкую стену между двумя маршрутами. Ее даже не заявляли. Слева, справа – пожалуйста. Мы вытянули жребий – идти вторыми за москвичами. Это ж проигрыш – вторые… Чтобы выиграть, надо идти по зеркалу. Мысль мелькает: «Мы ж не мухи! Стена даже после дождя сухая»… Рассматриваем в трубу – вроде есть трещина. Если трещинка – прорвемся! А вдруг просто полоса. Но мы прошли. Оказалось, все ж трещина там была. (За прохождение скального маршрута команда Свердловска получила золотые медали.)

Кто он, восходитель! Перед штурмом Эшереста пришли психологи гималайской экспедиции составили в основе исследования всей группы портрет советского альпиниста высокой квалификации. Вот эти черты:

Упорство и настойчивость, обостренная интуиция и убежденность в успехе предстоящего цене, неудовлетворенность и самокритичность. Это упорные в достижении поставленной цели сильные, спокойные люди. Среди них нет ни одного с повышенным уровнем тревоги. Они не очень общительны, неожиданно то, что у опытнейших альпинистов повышенная чувствительности они придают значение самым тонким нюансам человеческих отношений.

А. К. КИКОИН:

Можно дополнить портрет чертами, отмечающими чисто уральскую школу альпинизма Наша команда одна из самых организованных. У нее прекрасные бойцовские качества. Если график прохождения назначен – как бы ни было трудно, идут упорно, не останавливаясь ни перед чем. Строго распределены обязанности. Все отработано. И, конечно, прекрасный лидер – Сергей Ефимов. И замыкающий Евгений Виноградский – сильный скалолаз, человек поразительного спокойствия… Уметь делать все хорошо, повторяю, ключ успеха, В смелости, когда надо, побороть себя, в отваге, когда надо решиться не дерзкий шаг, в мужестве, когда надо идти до конца.-

– Первое мое восхождение на этот пик. Что буду вспоминать из семи дней снега., холодных ночей, тесных палаток? Пещеру на 5700 метрах под фирновым плато, вырытую чехами, очень нам пригодившуюся? Само фирновое плато – совершенной белизны поле длиной 12 километров, шириной – 2 километра?

Испортилась погода, снегу сразу навалило по грудь. Топчем его вверх" и вверх… На нашу команду обратили впервые внимание под пиком Свободной Кореи. На его мощной стене терпела аварию группа – у одного участника перелом основания черепа. В таких случаях спасти может только быстрота… Сумели тогда пройти участок стены до пострадавшего за три часа, тогда как сама команда шла день. Спасли человека…

А сейчас сами тонули в снегу…

Евгений ВИНОГРАДСКИЙ:

– После 6500 метров силы человека не восстанавливаются. Надо уметь пройти эти опасные высоты до 7000 метров и выше быстро. Как врач, я это понимал, может, лучше других. Был случай, когда одна наша команда висела на стене больше двух недель. Потом альпинисты начали погибать. Шли и падали… Физическое истощение, Трагедия разыгралась недавно и на Эвересте. Западногерманская альпинистка погибла, долго спускаясь с вершины. Причина – физическое истощение, переохлаждение. Выше 6900 метров нам повезло с погодой. В горах это не бывает надолго. Использовали момент – набрали высоту. 31 июля вышли в 9.30 на штурм. Задуло. Очень холодно. Одели все, что было. Но на вершинах тепло не держит ничто. Скоро и видимость исчезла. Из базового лагеря спросили: «Сильные снежные флаги, может, не пойдете?»

А мы уже не могли стоять. Ветер просто разрывал связку. Ползли на четвереньках…

Валерий БРЫКСИН:

– Пик мой! Ветер сбивал. Мъ\ искали записку, не могли ее оставить – она была написана бывшим здесь до нас за три дня капитаном нашим Сергеем Ефимовым…

Ветер свистел, самого себя не слышно. Спускались на прочной страховке – сорвешься, крик твой не услышат, искать бесполезно. В такой круговерти главное – найти поворот на высоте 6900, иначе – ледовый сброс. Видимость пропала. Исчезло ощущение верха и низа. Быстро темнело. Мы потеряли ориентировку. Не дойти до палатки в такую погоду – гибель…

Евгений ВИНОГРАДСКИЙ:

– Все помним трагедию восхождения, когда на семи-тысячник пошли одни женщины. Разыгралась пурга, унесло палатку. На какое-то время растерялись девушки – и уже советы по рации не помогали. Альпинистки не смогли спуститься. Каждая начала действовать сама по себе. Ни одна не вернулась.

Горы суровы. Теряли и мы друзей. Это невыносимо горько. Особенно, когда вина лежит и на тебе.

…Холод чувствовался все сильней. В такие минуты спасают только действия! Стали рыть пещеру. Но лопаты нет. Работаем руками. Примуса нет. Что делать? Раз есть пещера, надо попробовать заснуть. Удалось. Хотя похвалить меня за это нельзя. Разбудил меня Сергей Абрамов: «Идем!» Я понял, что он замерзает… Вдруг – проблеск! Мы увидели гребень, а за ним – палатка. Два часа пили и пили чай…

Валерий БРЫКСИН:

– Женя пытался пить чай с огромной сосулькой на носу. Погода снова испортилась. Надо спешить. Пробились через ледопад. Снег все валит. Уминаем под себя совсем глубокую траншею, иным способом идти нельзя. Двести шагов – норма каждому… Устали. Вырыли пещеру. Просторная, снежная. Закрыли вход изнутри.

Евгений ВИНОГРАДСКИЙ:

– Я проснулся от удушья. Нашарил в рюкзаке ножовку, стал выпиливать выход. Трудно дышать, потеряна ориентация. Вдруг режу вниз? Только через полтора часа вылезли на чистый воздух. Какое это блаженство – свободно вдохнуть! Снегу навалило столько, что лыжные палки по макушку ушли в него. С 6300 метров, с плато, за один день решили дойти до лагеря. Сережа Абрамов вывернул ногу. Темп сбавили. А надо спешить: утром вертолет. Предложил Сергею поставить обезболивающий укол – панически боится. «Лучше боль в ноге!». Долго бредем по морене. В два ночи являемся в лагерь. Застолье ждало нас до часу. Зато у поварихи Светы Лукашенко все было в порядке – она нам еще в Нуреке, где мы склоны ГЭС укрепляли, готовила… Да, после трех семитысячников за сезон – пика Ленина, пика Коржневской, пика Коммунизма – сами понимаете, предпочтительнее тепло живое, тепло людское, чем камень, пусть и твердый…

…Поразительные тайны открывают ночи в горах. Тишина была абсолютная. Угадывалась в черной темноте густота еще более плотная – вершинная гряда Бакташ-Ака. Теперь мы были у самой кромки кружащего над Памиром циклона, не пустившего нас к пику Коммунизма. Но не могли же мы уехать без восхождения! Мы – это маленькая экспедиция «Уральского следопыта» – Валерий Доронин, его жена художница Нэля и в последний момент примкнувшая к нам журналистка Наташа Веркашанцева из Оренбурга. Как все-таки равнозначно духовное восприятие идущих в горы познать момент преодоления, ощущения под сердцем будоражащего чувства отваги. «Когда человек исчерпал свои физические силы, единственное, на что он сможет рассчитывать, – это его дух, возможности которого еще до конца не исследованы, но я полагаю, что предел им никогда не будет найден. Никакими физическими исследованиями нельзя точно установить, на что способен человек как восходитель», – это сказал всемирно известный альпинист Нойс. Хорошие слова!

После четырех часов изнурительной переброски через перевал мы были у скал. Быстро поставили лагерь. Я натянул под анораку футболку с изображением нашего следопыта. Где он только не бывал: Кавказ, Тянь-Шань, Приполярный Урал… Вот и скалы. Вщелкиваю в карабин веревку. Шаг, два, три – я чувствую, как живет страховка в руках Валерия. Дошел до карниза. Закрепился. Принимаю сам.

Здесь, на краю отвеса, нет ничего святей надежности страховки, бегущей с ладони к другу, связанному с тобой воедино…

Записал Ю. БОРИСИХИН, спец. корр. «Уральского следопыта».

Фото А. Лысякова

Рисунок А.Банных