Узнай меня

Глава 20. Луна

Когда за окном забрезжил рассвет, а спать больше не хотелось, стало ясно — пора менять временное пристанище на другое такое же временное.

Колчин ушёл и вероятность его возвращения равна нулю. Вряд ли он найдет смысл в том, чтобы вернуться в этот домик, ко мне… наверняка он уже объединился с теми тремя своими пацанами в одинаковых костюмчиках, и уже готовит план окружения и взятия другого дома. Возможно, дома Луневича.

Я могла лишь мысленно пожелать ему удачи и понадеяться на то, что у Колчина всё получится. Он доведет начатое до конца, а его сын, наконец, будет отмщен.

Уже, наверное, в сотый раз проверила наличие патронов в пистолете. Закинула все свои вещи в рюкзак, зачистила домик, уничтожив все следы своего пребывания в нем. Осталось только набрать Штыря, узнать новый адрес и свалить отсюда.

Пистолет заправила за пояс джинсов за спиной, сверху накрыла свободной футболкой. Глядя в окно, по привычке проверяя, нет ли слежки, влезла в список контактов, в котором значился все один самый нужный мне абонент. Подушечка большого пальца зависла над кнопкой вызова. У входной двери обозначилось какое-то подозрительное движение — вялое, но настойчивое. Будто кто-то хотел попасть в дом, но пытался сделать это незаметно, очевидно, не желая разбудить тех, кто мог в этом домике спать.

В одну секунду я заблокировала телефон и убрала его в карман, так и не позвонив Штырю. Вырвала оружие из-за пояса джинсов и настороженно, стараясь не издавать никаких звуков в пять утра, подошла к входной двери. Из окна была видна часть тени. По стеночке явно крался какой-то мужчина. Можно было бы сослаться на то, что это заплутавший турист, но что-то мне подсказывало, что вряд ли рядовой турист стал бы столь осторожно передвигаться.

Мужская фигура исчезла с поля моего зрения. Узкое крыльцо жалобно скрипнуло явно под тяжестью поднимающегося по нему тела.

— Сука, — выругалась я себе под нос. Глубоко вдохнула, успокаивая нервы и сердце для более точного и меткого выстрела, которого, похоже, прямо сейчас не избежать.

Пальцы мои сильнее обхватили рукоять пистолета. Единственный шаг к двери, и между мной и тем типом осталась единственная преграда в виде хлипкой деревянной двери.

— Ну, давай, — шепотом, чтобы он не услышал, подталкивала типа к действиям. Первая я стрелять не стану. Мне нужно убедиться в том, что это придурок точно является угрозой моей жизни.

Дверная ручка плавно повернулась, дверь медленно поехала в сторону, и в этот момент я выступила вперед и уперла дуло пистолета в коротко стриженную башку с серебряными нитями в волосах и тут же почувствовала давление холодного металла на своей шее.

— Не спится? — ехидно спросил Колчин, но убирать от меня пистолет не стал. Я все еще была на прицеле, как и он сам.

— Ты пьян? — всмотрелась я в его черты, уловила густой запах алкоголя, а затем вовсе заметила, что во второй его руке наполовину пустая бутылка виски. И бутылка эта явно не первая, судя по стеклянному взгляду серых глаза, в которых не отражалось ровным счетом ничего.

— Снотворное, — пояснил Колчин, заметив куда я смотрю, и демонстративно сделал большой глоток, наконец, убрав с моей шеи пистолет.

Свое оружие я тоже убрала от его башки и вернула за пояс джинсов.

— И где ты взял эту одежду? — спросила я у мужчины, который присосавшись к бутылке, пошлепал до недавно заправленной мной постели.

Вместо моих растянутых шмоток на нем были откуда-то взятые джинсы и футболка, которая была ему велика.

— Пришлось поиграть в Терминатора, — пояснил Колчин и присел на край кровати. Пьяным затуманенным взором окинул стены и остановился на мне. — Куда-то собралась?

— Куда-то собралась, — повторила я утвердительно и скрестила руки на груди, не зная, как реагировать на его появление и что с ним делать теперь. — И думала, что ты тоже куда-то собрался и уже свалил.

— А я здесь, — развел он руки в стороны, будто бы говоря: «вот он я какой красивый и в сопли пьяный».

— Угу. Я вижу. Зачем вернулся?

— Снотворное начало действовать, — булькнула бутылка в его руке. — На улице спать не умею.

— Ясно, — оттолкнулась я от стены. Подошла к рюкзаку и закинула его на плечо. — Спи. Я, пожалуй, пойду, — известила я мужчину и потянулась к своей куртке, висящей на спинке стула.

Запястье мое обхватили мужские пальцы и резко рванули на себя.

Почти пустая бутылка со звоном упала на пол, когда я с силой врезалась в грудь Колчина, потеряв равновесие. Мы оба повалились на постель, но в какой-то момент я оказалась под мужчиной, который хоть и был пьян, но движения его были точны и уверены.

— Оставишь меня одного? Бухого в синину? — его хриплый голос запутался в моих волосах, пока мужские пальцы забирались под мою футболку. — Беззащитного?

— Дедуль, я не обязана с тобой нянчиться, — поменялась с ним положениями и, оседлав его, оперлась ладонями по сторонам от головы Колчина и всмотрелась в серые глаза, смотрящие на меня с неожиданной прямотой и чистотой.

— А я не обязан был возвращаться. Но ты, гребаная ведьма, заставила меня это сделать.

— Я ничего с тобой не делала. Это твое решение — вернуться в этот домик с риском получить пулю в свою бухую башку.

— Я должен был удостовериться.

— В чем?

— Что в твоей башке не появилось пару дырок от пуль, пока меня не было.

От столь прямого и почти даже интимного ответа в груди приятно вспыхнул теплый огонёк.

Что это? Забота?

— Я, конечно, слышала, что чем человек старше, тем он сентиментальнее, но не настолько же, дедуль.

— А еще я хочу ссать.

— Хочешь, чтобы я подержала твой член? — взметнулись мои брови. — А ты не охренел ли?

— Ты сама меня подсадила на эту хрень. Хлебай, — лениво повел бровью Колчин.

— Расхлебывай, Миша. Расхлебывай. Но сначала в душ. Ты воняешь костром и бухлом. Мне не нравится.

— То есть ты остаешься? — его пальцы запутались в моих волосах и отвели их от лица и глаз.

— Пока ты не уснешь.

Колчин едва мог шевелить конечностями. Движения его казались усталыми и ленивыми. Либо он был настолько пьян, либо так сильно хотел спать, либо обе причины в одном флаконе.

Последний вариант напрашивался сильнее всего.

— Аккуратнее, — поймала я его за торс, пока мужчина пытался стянуть с себя футболку, захватив тонкую ткань между лопаток. Пришлось помочь ему раздеться и только потом я смогла втолкнуть его в душевую кабинку и включить прохладную воду.

Дыхание Колчина перехватило от внезапного и холодного потока воды. Глаза его зажмурились, рот слегка приоткрылся, ловя воздух. По влажной коже побежали крупные мурашки, тяжелая голова откинулась назад и Миша с некоторым облегчением начал ловить поток воды лицом.

— Как себя чувствуешь? — спросила спустя некоторое время и решила сделать воду немного теплее.

— Нормально, — глухо бросил мужчина и опустил голову, встретившись со мной взглядом. — А ты?

— А что я? — повела я плечами и оперлась о дверцу кабинки, скрестив руки на груди.

— Ты — нормально?

— Сносно, — выронила я небрежно. Под пристальным мужским взглядом, который я не могла прочитать, вдруг оказалось некомфортно.

Я научилась смущаться? И нахрена мне это умение?

— Иди ко мне, — чуть отступил Колчин в сторону, видимо, освобождая для меня место в кабинке.

— Я не хочу. И мне уже пора.

— Ты сказала, что не уйдешь, пока я не усну. Я еще не сплю. Иди ко мне.

— Миша, я…

Колчин одним шагом вышел из кабинки, его влажное тело прильнуло к моему, а вода мгновенно пропитала всю мою одежду.

— Что ты делаешь? — только и успела я выдохнуть за мгновение до того, как мужские губы заткнули меня поцелуем. Еще влажные после душа мужские руки беспрепятственно стянули с меня футболку и швырнули ее в сторону. — Миша! — вздохнула я с оттенком восторга и едва не взвизгнула, когда на мои ягодицы легли сильные руки и подняли меня над полом, заставив рефлекторно обхватить мужской торс ногами и впиться в широкие плечи ногтями. — Ты пьян. Не боишься, что дело закончится фиаско?

Я его дразнила, бросала вызов и откровенно наслаждалась его желанием, которое он и не пытался от меня скрывать.

— Сначала ты кончишь здесь, — заявил Колчин уверено и занес меня в кабинку.

Я ему не помогала. Он сам сделал воду теплее, увидев россыпь мурашек по моему телу, а затем стянул с меня остатки мокрой одежды. От коленей поднялся поцелуем выше и, наконец, выпрямился во весь рост с жадностью разглядывая мое лицо. Обхватил ладонями щёки и притянул к себе для поцелуя, чтобы нарочито грубо развернуть меня лицом к стене и профессионально, как делают полицейские, развести мои ноги в стороны.

— Подожди, — остановила я его, хватая ртом воздух, когда почувствовала давление твердого члена у самого сокровенного местечко. Мужчина послушно застыл. — Сделай сначала ту штуку пальцами. Как было на постели.

Секунду его размышления оборвалась коротким смешком, когда он понял, что я от него хочу.

Ладонь Колчина легла на мой живот и начала спуск ниже. Пальцы коснулись клитора, дразняще погладили складочки и снова стали крушить над чувствительной горошиной.

— Нравится?

— Угу, — только и смогла я согласится, прижимаясь лицом к кафельной стене.

— А так? — спросил мужчина и вместе с тем ввел в меня член, из-за чего ощущения стали еще более острее.

— Боже!

— Нравится? — снова этот вопрос.

— Не пизди, а делай, — едва могла я держать контроль над словами и мыслями. — Сам же видишь, что я уже нихрена не соображаю. Просто продолжай всё, что делаешь.

— Что там насчет фиаско? — кожей чувствовала его легкую улыбку, пока он вторгался в меня и продолжал магию пальцев.

— Я пристрелю тебя, если не кончу!