Вдвоём

Глава 12

Не знаю, как я добираюсь до Селесты, не попав в аварию. Всю дорогу я нахожусь в каком-то трансе. Меня трясёт, сердце бешено колотится в груди. Я всё ещё чувствую ненавистный запах Чарльза, его болезненную хватку на своих руках. Там наверняка останутся синяки. Его голос звучит в моей голове снова и снова. Он стоит за смертью моей матери. Он и мой отец. Это отец что-то сделал, чем вызвал гнев семейства Кроули. Он виноват не меньше в её смерти.

— Мэди, ты в порядке, дорогая? — Мэрион открывает передо мной дверь и впускает внутрь, одарив взволнованным взглядом.

— Нет, я совсем не в порядке, — отвечаю я, и тут же на мои глаза наворачиваются слёзы.

— Милая, иди сюда, — Мэрион заключает меня в крепкие объятия, и я хватаюсь за неё, как за спасательный круг. От неё пахнет свежим печеньем, корицей и сладким парфюмом. И этот запах напоминает мне о маме. У неё не всегда хватало времени на готовку, но каждое воскресенье мы с ней вместе готовили вафли или жарили блинчики. Она пела смешные песенки, которые сочиняла сама. И я с нетерпением ждала каждое воскресенье.

— Мэдисон? Что с тобой? — тревожный голос Селесты доносится до меня откуда-то со стороны. Я освобождаюсь из тёплых объятий Мэрион и вытираю лицо от слёз. Селеста подходит к нам, её брови сведены к переносице, а руки спрятаны в карманах огромного худи. Длинные тёмные волосы собраны в гладкий хвост.

Я мотаю головой, не зная с чего начать и как всё объяснить. Слёзы снова наворачиваются на глаза, но я загоняю их назад.

— Пойдём, дорогая, налью тебе горячего чая, — Мэрион кладёт руку мне на спину и слегка подталкивает вперёд. Селеста встаёт с другого моего бока и берёт меня под руку. Только чувствуя их тепло и поддержку я наконец ощущаю себя в безопасности. Я дома. Я со своей семьёй.

Позже я сижу на кровати Селесты, с головой укутавшись в тёплый плед. По телевизору идёт какая-то очередная мыльная опера, звук сбавлен до минимума. В руках у меня чашка с уже остывшим чаем, но я так и не решаюсь её отпустить.

— Нужно подать заявление в полицию. Пусть они им занимаются. Он должен сидеть в тюрьме, — говорит Селеста, подгибая под себя ноги и усаживаясь в огромном кожаном кресле поудобнее.

— Я думала об этом, но какие у меня есть доказательства? Он даже прямо не сказал, что убил её. Если они и возьмутся за это дело, то в крайнем случае найдут исполнителя. Вряд ли Чарльз так глуп, чтобы оставлять ниточки, которые приведут к нему. Я не удивлюсь, если он уже давно сам прикончил своего наёмника. У меня нет никаких шансов против него.

— Тогда тебе нужно бежать. Ведь он угрожал тебе напрямую. Хватай своего суперского парня и рвите когти.

— Боже, ты говоришь так, словно мы находимся в каком-то голливудском боевике, — смеюсь я нервно.

— А разве это не так? Кто бы мог подумать, что твой отец связан с криминальной бандой. Я всегда считала его таким правильным, благочестивым. А вот оказывается, что прячется за его белым фасадом. И ведь он ещё собирался баллотироваться в мэры города. Ты помнишь?

— О, да. Это была его мечта, он так рвался. Сейчас я даже рада, что он проиграл выборы. Такого человека на посту мэра город точно не заслужил.

— Мэди, мне так жаль. Я даже не знаю какого тебе сейчас. Столько всякого дерьма на тебя свалилось, я бы точно уже легла пластом и притворилась мёртвой. А ты держишься прекрасно, — Селеста сочувственно мне улыбается и встаёт с кресла, перебираясь ко мне на кровать. Подруга заползает ко мне под плед и обнимает меня за плечи.

— Я держусь из последних сил, поверь мне.

— Если тебе что-то понадобится, я всё для тебя сделаю, ты же знаешь, — тихо произносит Селеста.

— Ты уже это делаешь.

Подруга улыбается и кладёт голову мне на плечо. Так мы и сидим в небольшом самодельном шалаше, глядя немое кино по телевизору. Время тянется, солнечные лучи, проникающие через плотные шторы, скоро совсем исчезают. А я, полностью вымотавшись, засыпаю. Просыпаюсь я от звука знакомого голоса. Он звучит приглушённо и сначала мне кажется, что я всё ещё сплю. Но потом голос звучит чуть громче и настойчивей. Глубокий, рокочущий тембр. Кайл. Что он здесь делает? Я окончательно просыпаюсь и тру глаза. В комнате темно, а из-за двери доносятся голоса Селесты и Кайла. Разговаривают они тихо и разобрать суть разговора невозможно. Осторожно я выбираюсь из-под одеяла и выхожу из спальни. Разговор тут же прекращается и Кайл оборачивается на звук моих шагов. Сначала он выглядит немного ошеломлённым, словно его застали за каким-то неподобающим занятием. Но потом расслабляется и расплывается в улыбке. Селеста стоит рядом с ним, сложив руки на груди. Она тоже улыбается мне, но я вижу это волнение и тревогу в её глазах. Я уже жалею, что рассказала ей всё о Чарльзе, теперь она будет переживать, а ей противопоказаны все треволнения. Любая плохая новость может выбить её из колеи. И тогда уже мне придётся за неё переживать.

— Кайл, что ты здесь делаешь?

— А ты не рада меня видеть? — снова эта самодовольная улыбочка, но и за ней кроется что-то, чего раньше я не замечала. Селеста всё ему рассказала. Иначе и быть не может. Смотрю на подругу, и она пожимает плечами, как бы говоря, что она тут не причём. Но я то уже знаю всё. Я вижу этих двоих насквозь.

— Конечно рада, просто это немного неожиданно, — наконец отвечаю я, решив подыграть им и сделать вид, что ничего ужасного в моей жизни не произошло. — Отвезёшь меня домой?

— Куда пожелаешь, — Кайл обнимает меня за талию, и я ощущаю приятное тепло от его ладони на пояснице. От него приятно пахнет, словно он совсем недавно вышел из-под душа. Я нехотя отслоняюсь от него и подхожу к Селесте.

— Спасибо, что поддержала меня, — говорю я, обнимая подругу, — но Кайлу незачем было рассказывать.

Последнее я шепчу ей на ухо. Селеста целует меня в щёку, после чего пристально смотрит на меня.

— Если бы я этого не сделала, ты бы ему вряд ли сказала. Я знаю, как ты любишь сама разбираться со своими проблемами, но с этим ты в одиночку не управишься, — подруга говорит тихо, чтобы слышала только я. А я слушаю её и понимаю, что она права. За столько лет мы изучили друг друга досконально и знаем все наши уязвимые места. Поэтому я ещё раз крепко её обнимаю на прощание и возвращаюсь к Кайлу. Он берёт меня за руку, и вместе мы выходим из квартиры Селесты. Когда мы оказываемся на улице, я ежусь от холодного дуновения ветерка и ближе жмусь к тёплому телу Кайла. Он обнимает меня за плечи, привлекая к себе, и ведёт меня через дорогу к его автомобилю. Сначала, как настоящий джентльмен он помогает сесть мне, а потом уже сам занимает своё место водителя. Только тогда он поворачивается ко мне, берёт меня за руки, и по его серьёзному выражению лица я понимаю, что предстоит важный разговор. Он уже открывает рот, чтобы что-то сказать, но внезапно его выражение меняется. Тревога исчезает из его взгляда, Кайл улыбается своей озорной игривой улыбкой, чем сразу же поднимает мне настроение.

— Если я скажу, что хочу познакомить тебя со своей приёмной матерью, ты решишь, что я выжил из ума?

— Знакомство с родителями? А почему бы и нет?! День вряд ли может стать хуже, — отвечаю я, улыбаясь.

— Ты ей понравишься, вот увидишь. Тем более там будет Элла, а с ней вы уже знакомы.

— Что ты меня уговариваешь? Я же сказала, что согласна.

— Просто не хочу, чтобы ты зря волновалась, — отвечает он, наклоняясь ко мне. Его рука ложится на мою шею, и Кайл притягивает меня к себе. Его мягкие тёплые губы налегают на мои, и он ласково целует меня. Я отвечаю на его поцелуй, и наконец ощущаю то невероятное тепло внутри, которое всегда появляется рядом с Кайлом. Бабочки в животе оживают и воспаряют к небесам. И я снова могу дышать, снова чувствую счастье, которое окутывает меня, как тёплое одеяло.

— С тобой мне не о чем волноваться, Кайл, — шепчу я, прерывая поцелуй и рукой касаясь его гладко выбритой щеки. В его карих глазах поблёскивают золотые искорки, когда он улыбается и мимолётно целует меня в губы. Потом он застёгивает на мне ремень безопасности и возвращается на своё место.

Вскоре мы уже едем по улочкам Бостона и оказываемся в самом старом его районе. Здесь стоят старинные викторианские особняки. И везде растут пышные зелёные кустарники искусно подстриженные садовниками. Машина останавливается возле одного из особняков. Небольшой, двухэтажный с резными перилами на крылечке. Большие арочные окна по всему дому и большая кирпичная труба на крыше. Красный кирпич уже прилично поистрепался и обтёрся. Но всё равно дом выглядит прекрасно.

Я выхожу из автомобиля, зачарованно глядя на этот особняк, которому минимум двести лет. Сколько семей в нём жили за эти годы, сколько детей бегало по этому крылечку и по старым витиеватым лестницам, сколько радостных и трагичных событий видели эти стены.

— Нравится? — Кайл оказывается рядом со мной неожиданно, и я резко прекращаю осмотр дома.

— Я и не представляла, что твоя семья живёт в таком доме.

— А что ты представляла? Затхлую комнатушку на чердаке? — Кайл смеётся, а я краснею. Мне становится стыдно за свои мысли. Я-то думала они живут в каком-нибудь стареньком ветхом домишке. Судя по рассказам Кайла у Ингрид никогда не было чрезмерно много денег. Но чтобы содержать такой особняк, нужны приличные средства.

— Не волнуйся ты так, — Кайл обнимает меня за плечи, — когда-то мы и правда жили в настоящей дыре. Но с годами смогли накопить денег. Ингрид нашла хорошую работу, а я выкупил мастерскую. Так что общими усилиями мы смогли купить этот дом, ещё и деньги остались на мой лофт. Ладно, пойдём, увидишь этого красавца изнутри.

А когда я вхожу в дом, то минут пять просто молча смотрю по сторонам. Деревянные полы, старинная мягкая мебель с металлической фурнитурой, тяжёлые шторы на окнах, двухуровневая люстра, прекрасный узорчатый ковёр перед огромным камином в гостиной. Дом выглядит старинным, тёплым и уютным. В воздухе витают ароматы жареного мяса, а в камине потрескивают дрова.

— Кайл, мальчик мой, не ожидала тебя сегодня увидеть! Хотя в последнее время вы с Эллой не часто навещаете меня. Твоя сестра тоже взяла с тебя пример и исчезает всё чаще.

Я поворачиваюсь на звук звонкого мелодичного голоса и вижу, как с лестницы спускается улыбчивая, невысокая женщина с волнистыми светлыми волосами. Она взмахивает руками, при виде меня, и улыбается ещё шире.

— Неужели ты привёл девушку?! Какая красавица! Элла мне о тебе говорила, а я ей не верила, — Ингрид подходит ко мне и обнимает меня так, словно мы с ней давние знакомые. Кайл рядом со мной улыбается, глядя на мой сконфуженный вид. Я не привыкла к таким крепким объятиям с незнакомками, но Ингрид быстро располагает к себе, и вот уже я обнимаю её, как лучшую подругу.

— Прости, что не предупредил, — говорит Кайл, на что Ингрид лишь беззаботно машет рукой.

— Ну что ты! Я всегда тебе рада и твоей девушке тоже. Пойдёмте, накормлю вас ужином. Вы ведь наверняка проголодались?

— Немного, — отвечаю я.

— Можешь не стесняться, милочка, ешь, сколько захочешь. Будь как дома, — Ингрид обнимает нас с Кайлом и подталкивает в сторону кухни.

И вот мы уже сидим за накрытым столом. Ингрид оказывается настоящим кулинаром. Она предлагает нам тушеное мясо в винном соусе с печёным картофелем и зелёным салатом с кедровыми орешками. А ещё домашний хлеб с пряностями и вкуснейшее вино. Я уже давно не ела ничего домашнего. Обычно я питаюсь в ресторанах или заказываю еду на дом. Поэтому могу абсолютно точно сказать, что этот ужин самый лучший за последние годы. И неудивительно, что в итоге я так объедаюсь, что не могу встать.

— Ну вот, теперь вы оба похожи на нормальных здоровых людей. А то в последнее время молодёжь похожа на живых скелетов, иначе и не скажешь. Может чаю?

— Нет-нет, — говорим мы с Кайлом одновременно. На что Ингрид улыбается. Она начинает убирать со стола, и я встаю, чтобы ей помочь.

— Я и сама справлюсь, не переживай, дорогая, — Игрид тепло мне улыбается и я на миг снова вспоминаю о маме. Сердце моё болезненно сжимается, но я стараюсь держаться.

— Мне не трудно, я давно уже ничем таким не занималась. И нужно же мне как-то вас отблагодарить за такой прекрасный ужин.

— Хорошо, — всё же сдаётся Ингрид, — Кайл, ты бы подложил ещё дров в камин, ночи нынче холодные.

— Конечно, без проблем, — Кайл кивает и, бросив на меня озорной взгляд, выходит с кухни. А я понимаю, что это был такой ненавязчивый способ избавиться от Кайла и вывести меня на разговор.

— Кайл ведь не так просто привёз тебя сюда, я права?

Я складываю тарелки в небольшую стопку и ставлю их на стол рядом с раковиной. Ингрид моёт посуду по старинке в ручную. Никакой посудомоечной машины я здесь не вижу. И снова удивляюсь этой необычной женщине.

— Думаю, что так и есть, — киваю я.

— Он очень заботливый мальчик. Несмотря на его, не слишком радужное детство, Кайл стал прекрасным мужчиной, который знает, как нужно обращаться с девушками. И я им очень горжусь. Он многое пережил, и я уже беспокоилась, что он никогда не решится снова вступить в отношения. Но когда я увидела вас вдвоём, то очень обрадовалась. Кайл счастлив, это видно невооружённым взглядом. За это я хочу сказать тебе спасибо, Мэдисон.

— Знаете, мне в последнее время кажется, что Кайл — мой ангел хранитель. Он появился в моей жизни в самый нужный момент. Вы знаете, сколько мы с ним знакомы? Меньше недели, а я чувствую, что знаю его всю свою жизнь. Такое вообще возможно?

— Ну конечно, милая. Для любви не важны сроки. День или месяц, какая разница? Вся суть в том, что некоторым нужны годы, чтобы найти свою вторую половинку, родственную душу. А кому-то везёт чуточку больше. Не переживай, что прошло так мало времени. Пользуйся тем, что дано. Люби пока можешь, дари себя и принимай каждый день, как самый щедрый подарок. Но тебя ведь волнует не только это? — Ингрид на миг задерживает на мне свой пытливый взгляд, и я вспоминаю о Чарльзе, руки снова начинают болеть в тех местах, где он их сжимал. Я вспоминаю о суровом взгляде Кайла, когда я застала их за разговором с Селестой. За эти дни я успела достаточно изучить Кайла и понять, что своих он будет защищать до последнего вздоха. И это вызывает у меня страх. Я боюсь, что из-за меня он может пострадать. Для меня он действительно Ангел-Хранитель, но что если из-за меня на него налетят все демоны Ада. Что если я стану его погибелью?

Сама не понимаю, как так получается, но я выкладываю Ингрид всё. Рассказываю о своём отце, о матери, об угрозах Чарльза. Мои руки нервно теребят края полотенца, и я не смею посмотреть Ингрид в глаза. Она то считала, что Кайл наконец нашёл хорошую милую девушку. А оказывается, что он обрёл мешок с очередными проблемами. Одинокая слеза стекает по моей щеке, но я быстро её стираю. Нельзя плакать, только не здесь и не сейчас. Внезапно я оказываюсь в тёплых объятиях Ингрид. Она гладит меня по голове, успокаивая, словно маленькую девочку.

— Милая, во всём этом нет твоей вины. И ни я, ни Кайл не будем думать о тебе хуже после твоей истории. Да всё это ужасно, но не безнадёжно. И как я уже говорила, Кайл вырос настоящим мужчиной. А такие, как он не бегут от пожара, они бросаются в огонь, не жалея себя, ради спасения другого. А тем более ради любимого человека. У вас обоих всё будет хорошо и никакой мерзавец вам не сможет помешать. Ты не одна, Мэдисон, больше не одна. Ты часть нашей семьи, а мы своих не бросаем. Поняла?

Ингрид смотрит на меня, ожидая пока я отвечу, и я киваю, улыбаясь сквозь слёзы. Я действительно чувствую себя частью семьи. И ненадолго все мои страхи покидают меня. Над головой, словно снова проступает голубое небо из-за свинцовых туч. Тяжесть, лежащая на моих плечах, падает вниз, и я снова могу выпрямиться. Снова могу смотреть вдаль и мечтать о счастливом будущем.