Вдвоём

Глава 16

Прошла почти неделя после пожара. И всё кажется снова стало на свои места. Я мастерски игнорировала звонки от отца. Каждый день мы созванивались с Селестой, и сложно было сказать, кто беспокоился больше, я или она. Я пыталась разобраться со страховой компанией, чтобы получить хоть какие-то деньги. От того, что когда-то было моим любимым местом, сейчас остались одни обгоревшие стены и требовался серьёзный ремонт. Илай пытался организовать что-то вроде благотворительного вечера, чтобы собрать деньги, но пока дела шли слишком медленно. Кайл практически не оставлял меня одну. Пару раз он даже брал меня с собой в автомастерскую. Я сидела в его небольшом кабинете, пока он со своими двумя механиками занимался работой. А ещё пару раз я чувствовала, как за нами кто-то следил. И понимала, что это люди Грэма. После той ночи я не видела и не слышала, чтобы Кайл с ним созванивался или встречался. Но я знала, что они поддерживают связь. А ещё я знала, что Чарльз Кроули со мной не закончил. Я чувствовала, что он готовит для меня что-то ужасное. Поджог был лишь разминкой. И это меня пугало.

— Хочешь прожечь дыру в этой стене? — голос Кайла выдёргивает меня из размышлений. Я поднимаю голову и вижу, как он идёт ко мне через всю комнату с чашкой горячего шоколада. На нём простые спортивные штаны и выцветшая серая футболка. А ещё сегодня он надел тёплые вязаные носки, которые на днях ему подарила Ингрид. За окном ветер срывает с деревьев золотую листву, и идёт мелкий дождик. Небо уже два дня подряд затянуто тяжёлыми серыми тучами и кажется, что солнце навсегда нас покинуло. Но, когда Кайл вот так открыто улыбается, мне становится гораздо теплей.

— Прости, задумалась, — принимаю из его рук чашку с шоколадом и смотрю, как он садится рядом со мной на диванчик и сгребает меня в охапку. Нежно и так естественно целует меня в макушку и берёт в руки пульт от телевизора. Одним быстрым нажатием он нажимает на кнопку и экран гаснет. Я даже не помню, что там шло, так меня затянуло в собственные мысли.

— Ты хорошо себя чувствуешь? Не заболела? — Кайл прикладывает ладонь к моему лбу, дабы убедиться, нет ли у меня температуры.

— Нет, всё в порядке. Ведь у меня есть ты, — я перехватываю его ладонь и легонько касаюсь её губами. После чего отпиваю шоколад из чашки, белые и розовые зефирки попадают в рот, вызывая у меня чувство блаженства и на краткий миг телепортируют меня в прошлое. Мама всегда готовила для меня горячий шоколад, когда на улице становилось промозгло и холодно. В такие дни я могла подольше оставаться в постели, а мама читала мне сказки. У меня было прекрасное детство, и мама делала всё, что в её силах, чтобы оно не заканчивалось. Порой мне казалось, что мама настоящая фея, выскользнувшая из какой-нибудь сказки. Она даже выглядела и вела себя, как неземная нимфа. Красивая, белокурая с тонкими, изящными чертами лица и с воздушной походкой, со стороны могло показаться, что она не идёт, а парит. И я всегда хотела быть похожей на неё.

— Мне не нравится, когда ты грустишь. О чём ты думаешь? — спрашивает Кайл, накручивая прядь моих волос на палец.

— Я вспоминала о маме. В последние дни мне её очень не хватает. Я всё думаю о том, знала ли она, что отец когда-нибудь может стать таким человеком. Она всегда видела в людях только хорошее, может именно это её и сгубило?

— Думаю, она любила твоего отца и просто старалась не замечать его недостатки. А они есть у каждого из нас. Мы не совершенны. Мы ошибаемся, гораздо чаще, чем нужно. Оступаемся, предаём близких, переступаем через свои устои и делаем плохие вещи, ради блага наших любимых.

Кайл замолкает, и я поворачиваюсь к нему лицом. После того разговора с Грэмом, который я нечаянно подслушала, мне хотелось задать этот вопрос Кайлу. Но я не решалась. А теперь, когда он сам об этом заговорил, я не хочу отступать. Мне нужно узнать.

— Кайл, я слышала, о чём вы говорили с Грэмом той ночью. Я хочу спросить. Ты серьёзно готов сделать это с Кроули? Ты хочешь его убить?

— Мэди, я не какой-то хладнокровный убийца, — Кайл выпрямляется и берёт меня за запястья, заглядывая своими карими глазами мне в самую душу, — но я сделаю это, если Кроули меня вынудит. Если он обидит тебя, моя рука не дрогнет, это я обещаю.

— Но, как же закон? Тебя же могут посадить за это, разве это тебя не останавливает?

— Милая, не думай об этом. Хорошо? — Кайл руками обхватывает моё лицо и прижимается лбом к моему лбу. — У нас всё будет хорошо. Поняла? Я сделаю всё ради этого.

— Хорошо, — киваю я, обнимая Кайла. Он притягивает меня к себе, покрывает поцелуями моё лицо, губы. Я забираюсь ему на колени и целую его в шею, исследую руками его тело, чувствую жар, исходящий от него. Энергия, которая покалывает кончики моих пальцев, словно маленькие заряды тока. Его руки спускаются по моей спине к пояснице, пальцы ловко приподнимают моё платье и касаются пояса трусиков. Я выдыхаю ему в губы, углубляя поцелуй, когда его пальцы опускаются на моё изнывающее лоно. Я кладу свою руку на его пах, спускаюсь чуть ниже, начиная массировать его член, который становится твёрже с каждым мгновением. Кайл одним резким движением переворачивает меня на спину и стягивает с меня трусики. Избавляется от своей футболки и спортивных штанов. В его карих глазах полыхает огонь страсти, который заставляет меня таять и млеть под ним. Я чувствую, как увлажняюсь для него. Кайл нависает надо мной на локтях, а я закидываю ноги, оплетая его сильное тело. Он входит в меня, резко, неудержимо, сразу же набирая быстрый темп. Его зубы впиваются в мою шею, руки до боли сжимают моё тело. Мы погружаемся в какой-то водоворот страсти, стоны, вдохи смешиваются воедино. Кайл убирает спутавшиеся пряди волос с моего лба и целует в губы. А потом на мгновение мы оба с ним замираем. Я чувствую, как пульсирует его член внутри меня, как быстро бьётся сердце, эхом отзываясь в моей груди.

— Я люблю тебя, Мэдисон, — шепчет он, словно доверяя мне самую великую тайну в мире, и от этого тона моё сердце ускоряет свой ритм. Взгляд Кайла прожигает меня насквозь. В его объятиях я чувствую себя лёгкой, как пёрышко, готовая воспарить к небесам в любую секунду. Наверно так себя ощущают люди, попавшие в рай. Безграничное счастье и блаженство.

— Я люблю тебя, Кайл, больше всего на свете, — выдыхаю я и притягиваю его для поцелуя. Мы отдаёмся друг другу. Мы больше не существуем по отдельности. Мы друг в друге не только физически. Это не просто секс, это нечто большее, возвышенное. Единение тел и разговор душ. Любовь вокруг нас, она сочится из наших пор, она вылетает из наших губ, она внутри меня, она внутри Кайла, она в каждом нашем движении.

Позднее, когда мы сидим завёрнутые в тёплый плед, ещё не совсем обсохшие после совместного душа, и уплетаем пиццу, звонит мой телефон. Он звонит откуда-то издалека и мне совсем не хочется вылезать из нашего тёплого, уютного гнёздышка. Поэтому я надеюсь, что это наверняка звонит мой отец, и не встаю. Телефон затихает, но потом звонок раздаётся вновь. Кайл многозначительно смотрит на меня.

— Что? Если это отец, то я не хочу с ним говорить, — бормочу я, откусывая ещё один кусочек от этой божественной пиццы с копчёностями.

— А если это не он? Да и даже если это он, не хочешь ли ты расставить с ним все точки над «i»? Или я могу сам ответить.

— Нет, я сама, — отвечаю я и нехотя выползаю из вороха одеял. Сразу же чувствую прохладу, ступая босыми ногами на холодный пол. Телефон продолжает трезвонить, и я бегом мчусь на кухню, где и нахожу свой смартфон, лежащим на столе. Так же быстро я возвращаюсь к Кайлу и забираюсь под плед. Только тогда я смотрю на экран телефона и, правда, вижу фото отца.

— Я всё ещё предлагаю свои услуги переговорщика, — Кайл улыбается, пытаясь меня развеселить и успокоить. Но я не видела и не говорила с отцом с того дня, когда он меня ударил, и если честно, то чувствую большую нервозность. Но всё же собираюсь с силами и дрожащей рукой принимаю вызов.

— Если ты снова решишь уговаривать меня выйти замуж за этого монстра, то я сейчас же отключусь, — говорю я, не тратя время на приветствия.

— Ой, как грубо. Неужели я так сильно тебя обидел, что заслужил звание монстра?

Я тут же леденею, услышав надменный, омерзительный тон Чарльза Кроули. Слова застревают в горле, и я не могу произнести ни звука.

— Что, красавица, лишилась дара речи?

— Где мой отец? — с трудом выговариваю я каждое слово. Чувствую, как Кайл рядом со мной напрягается всем телом. Его рука ложится на моё колено, он хмурится, пытаясь понять, в чём дело и с кем я говорю.

— Помнится совсем недавно ты, и видеть его не хотела, а теперь беспокоишься о нём. Не забыла, что этот трусливый старикашка продал тебя, лишь бы самому остаться в живых и при деньгах? Кстати, он сейчас сидит прямо напротив меня. Хочешь с ним поговорить?

Я соскакиваю на пол, не в силах усидеть на месте. Что-то подсказывает мне, что Чарльз не просто так завёл этот разговор. Какое-то неприятное скользкое чувство облепляет меня со всех сторон, не давая вздохнуть спокойно.

— Я хочу его услышать, — говорю я срывающимся голосом. Ещё пару дней назад я и представить не могла, что произнесу эти слова. Краем глаз я вижу, что Кайл встаёт и идёт ко мне. Знаю, что он хочет забрать телефон и высказать Чарльзу всё, что он о нём думает, но мне нужно самой в этом разобраться. Я слышу шорох в трубке, чьи-то голоса, грохот, словно что-то тяжёлое упало на пол, болезненный стон. А потом голос отца, только не привычный мне сильный и глубокий тембр, а какой-то уставший, больше напоминающий скрип.

— Мэди, это папа. Со мной всё хорошо, надеюсь, что и с тобой тоже, — он кашляет и как будто задыхается, — я хочу извиниться. Я не должен был тебя бить, прости. Я вышел из себя. Но тогда я надеялся, что это поможет уберечь нас обоих. Прости милая…. Я люблю тебя, помни это.

— Ладно, хватит этих телячьих нежностей, — грубый голос Чарльза прерывает слова отца и меня словно обливают ледяной водой. Я чувствую дрожь по всему телу, а потом, что-то капает на мою руку, и я понимаю, что плачу. Кайл подходит ко мне вплотную и тянется к телефону, но я выставляю руку, останавливая его.

— Что тебе нужно, Кроули? — спрашиваю я на удивление твёрдым и даже жёстким тоном.

— То же что и раньше. Мне нужна ты. Всё могло бы закончиться мирно. Если бы ты не взбрыкнула, то мы бы заключили брак, который дал мне право владеть всем бизнесом твоего отца. Твой папаша спокойно бы отправился на какой-нибудь островок, доживать свои последние деньки. А ты могла бы до самой старости не вылезать из своей галереи. Но ты мне отказала, а я не терплю отказов.

— И ты как маленький мальчик обиделся? Ну, прости, что ударила по твоей нежной душонке, — язвительно говорю я, прекрасно понимая, что играю с огнём.

— У тебя слишком острый язычок, милая. Но это поправимо, как только я найду тебя, то я подрежу его.

— Ты никогда меня не найдёшь, слышишь?

— На самом деле мне это и не нужно. Ты сама ко мне придёшь. Если конечно не хочешь, чтобы твой отец пострадал.

— Мэди, беги из города, как можно дальше, он всё равно убьёт меня…

Голос отца обрывается, и я слышу громкий грохот и крик. Моё сердце болезненно сжимается.

— Я всё сказал, Мэдисон, либо ты сама придёшь, либо пострадает не только твой отец, но и твоя подружка. Как же её зовут? Ах, да Селеста. Та ещё штучка, мне будет с ней очень весело. А может мне взяться за твоего парня? Да-да, я и о нём знаю. Что ты в нём нашла? Променять меня на него? Что с тобой не так, милая?

Я уже собираюсь ответить ему. Высказать всё, что рвётся из меня наружу, но Кайл меня опережает. Он наконец вырывает из моих рук телефон и выглядит при этом очень устрашающе.

— Не смей угрожать ей, ублюдок! Я убью тебя, если ты только появишься рядом с ней, понял?

С этими словами Кайл с силой жмёт на экран и швыряет телефон в стену. Смартфон разлетается на множество кусочков и осыпается на пол. Потом Кайл подходит ко мне и сгребает меня в охапку. Он сжимает меня так сильно, что я даже дышать могу с трудом. Кайл гладит меня по голове и всё повторяет одно и то же.

— Всё будет хорошо. Всё будет хорошо, — и с каждым разом всё громче, всё уверенней, словно уговаривая самого себя.

— Нет, Кайл, не будет, — говорю я, вырываясь из его объятий. Он непонимающе смотрит на меня, а я пытаюсь вытереть слёзы, но всё это бесполезно.

— Что ты хочешь этим сказать?

— Кайл, у него мой отец. И он угрожает убить его. А ещё он говорил о Селесте, и тебе, — я всхлипываю, чувствую, как на меня накатывает паника.

— Ты же знаешь, что я не дам случиться ничему плохому ни с тобой, ни с твоими близкими, — успокаивающе произносит Кайл, приближаясь ко мне, но я выставляю руки и отхожу назад. Всё плохо, всё просто ужасно, и я не хочу, чтобы Кайл снова заставил меня поверить в светлый исход событий. Я всё ещё слышу крик отца, его слова крутятся в моей голове снова и снова.

— Ты не всемогущ, Кайл. Хоть ты так и считаешь. Кроули хочет убить вас всех, чтобы только причинить мне боль. Я не хочу, чтобы кто-то из вас пострадал из-за меня. Я не могу этого допустить, — кричу я, и иду к выходу, по пути стягивая куртку с вешалки. Я знаю, что это всё истерика, это какой-то нервный срыв. Но я не могу остановиться. Огромное чувство безнадёжности поглощает меня быстрее, чем чёрная дыра.

— И что ты будешь делать? Куда ты собираешься идти? Останься, Мэди, пожалуйста! — Кайл бросается за мной, но я уже бегу к грузовому лифту. Я опускаю решётку как раз в тот момент, как Кайл подбегает к ней. Наши взгляды встречаются, и я чувствую в них отражение собственной боли. Кайл выглядит разбитым и это ещё сильнее ранит моё сердце.

— Прости, что втянула тебя во всё это, Кайл. Мне так жаль, — шепчу я, касаясь решётки пальцами. В горле стоит ком, мне не хочется оставлять его. Но ещё больше мне не хочется, чтобы он пострадал из-за меня.

— Ты никуда меня не втягивала. Брось, Мэди. Останься, и мы спокойно поговорим. Это не выход. Я люблю тебя, и сделаю всё, чтобы защитить, почему ты не хочешь в это поверить? — Кайл кричит, и каждое его слово вонзается в моё сердце острым дротиком.

— Я тоже тебя люблю, Кайл. Именно поэтому я это делаю, — я жму на кнопку, и лифт медленно начинает опускаться вниз.

— Нет! Нет, Мэди, остановись! — Кайл кричит и барабанит в решётку, а я оседаю на пол и до крови закусываю губу, пытаясь сдержать рыдания. Я всё ещё слышу крик Кайла дикий и животный и в тот момент окончательно убеждаюсь в том, что моё сердце навсегда останется с ним. Когда лифт останавливается, я мигом выбегаю на улицу. Злой, пронизывающий ветер окутывает меня, и я сильней запахиваю свою куртку. Я бросаюсь бежать, не разбирая дороги. Мне нужно скрыться пока Кайл не последовал за мной. Он не сдастся, он будет искать. А я не могу этого позволить. Он должен быть в безопасности и как можно дальше от меня. Я выбегаю на обочину дороги, чтобы перейти на другую сторону, когда передо мной тормозит чёрный фургон. Я не успеваю сообразить, что происходит, как из фургона выскакивают двое поджарых парней и, схватив меня под руки, запихивают внутрь. Я кричу и вырываюсь, но мне тут же заклеивают рот скотчем, а в шею вонзается что-то острое. Дверь фургона за нами закрывается и всё погружается во мрак. Я чувствую, как моё тело тяжелеет, кажется, что к рукам и ногам привязаны гири. Я не могу пошевелиться. Пытаюсь оглядеться, но ничего не видно. А потом в моей голове медленно разрастается пустота. Мои глаза слипаются, и как не стараюсь, я не могу с этим бороться. Вскоре мой разум отключается, и я проваливаюсь в небытие.