Вечно голодный студент 4

Глава девятая Темные воды

*Российская Федерация, Волгоградская область, город Волгоград, 13 июня 2027 года*

«Вот вы где, суки…» — обнаружил я группу тюленей, двигающихся под водой.

Эти твари, как и ожидалось, неизбежно добрались до Волгограда.

Раньше им было по кайфу тусоваться по всему побережью Волги, вырезая там всё живое, но, прибрежная биомасса, как мы понимаем, уже закончилась и пришла пора двигаться дальше.

«Думаете, что я вас не вижу, но я вас вижу…» — вёл я их стволом «Бум-Штуки-27».

Это изделие — порождение сумрачных разумов группы наших инженеров, решивших, что надо как-то исправлять имеющуюся у нас нехватку крупнокалиберного ручного огнестрела.

У нас имелся неисправный пулемёт КПВ — у него повреждение ствола, а также разрушение части УСМ — восстановить его не представлялось возможным, поэтому его пустили на запчасти и комплектующие.

И группа инженеров, включающая в себя также Фазана, начала разработку орудия на основе ствола от КПВ, который обрезали до линии повреждения, а затем присобачили к нему примитивный ударно-спусковой механизм, а также вертикальное магазинное боепитание на пять патронов.

Получилось что-то вроде перевёрнутого ПТРС-41, но гораздо тяжелее по массе, хуже по эргономике и чуть слабее по дульной энергии. Зато это ещё одно мощное противотанковое оружие, которое можно носить на руках.

Назвали её в честь двух основных конструкторов и года принятия на вооружение — БШ-27. Конструкторы — Игорь Брязгин и Николай Шлыков, отсюда и аббревиатура. Но она показалась неудобной, поэтому Вин ввёл в наш обиход «Бум-Штука» — тупо, конечно, но такой уж он человек…

Наконец, тюлени прошли условную отметку и приблизились на достаточное расстояние для убойного огня.

Щека, вооружённый ПТРС-41, выстрелил первым и поразил головного тюленя, который является вожаком стаи и решает, куда она пойдёт, а также кто и сколько будет есть.

Я тоже выстрелил, в одного из помощников вожака, в стайном строю двигающихся на второй линии.

Эти твари даже при передвижении под водой выстраивают какую-то логичную схему построения по степени важности особей, что должно что-то значить в их внутренней культуре — нам это на пользу, потому что сразу видно, кто есть кто.

В самом хвосте, например, движутся слабейшие и трусливейшие особи стаи, которые отстёгиваются сразу же, когда стая встречает слишком сильного врага. Но всем остальным похуй, потому что никто и никогда не ставит на слабаков.

Например, наши дроноводы зафиксировали эпическую битву черепахи Крида и стаи из двух десятков залётных тюленей, рядом с хутором Громки.

Бойня при Громках показала, что ссыкливые особи бегут, а остальные честно бьются против смертельно опасного врага, проявляя способность к тактике.

Криду не повезло, что он вылез на берег, чтобы погреться на солнышке и трахнуть самку, которая проявляла признаки интереса к его персоне. Но с сексом у него не срослось, потому что самка бежала, заслышав звуки приближения тюленей, а Крид — это слишком маскулинный самец, чтобы бежать, поэтому он принял бой.

Бойня при Громках кончилась со счётом 14:1 — Крида, в конце концов, сожрали, но перед этим он положил четырнадцать тюленей…

Они сумели отгрызть ему лапы и хвост, а всё остальное было уже делом техники — когда он потерял достаточно крови, тюлени прогрызлись внутрь панциря через естественные отверстия.

По итогам этого боестолкновения мы поняли, что черепахи организованным тюленям, по большому счёту, не противники.

Есть, конечно, особи и покрупнее Крида, например, Натан — он тоже из Black Water Mafia, как и покойные теперь Жиган и Крид, но он тусуется в акватории к северу от Волгограда и очень осмотрительно не лезет в город.

У него в панцире застряло не меньше семи пуль калибра 14,5, которые очень многое изменили в его рептильной башке — он фокусируется на рейдах вглубь территорий и питается преимущественно вездесущими собаками.

Это оказалось выигрышной стратегией, ведь их никто даже не считает, они везде, а ещё они ничего не могут поделать с гигантской черепахой.

Если представить столкновение Натана с крупной стаей тюленей — не знаю, не знаю…

«Сука, промазал!» — подумал я с недовольством.

А Щека попал — вожак тюленей пошёл на дно в облаке крови, а остальные растерялись и начали искать угрозу.

Артёмка взвёл затвор моей БШ-27 и тем самым дослал в патронник новый патрон.

Я очень скучаю по своей левой руке, без которой даже в быту стало очень неудобно…

На месте отрыва уже отрастает зародыш левой руки — маленький и розовенький, с короткими пальчиками, которые ещё не способны сгибаться.

Стреляю в застывшего на месте тюленя и вижу, как пуля преодолевает водную твердь и пробивает его тушку.

+73 852 очка опыта

Значит, точно сдох.

Но тюленей ещё много — они прямо мигрируют всею шумною толпою, которая очень голодна и настроена выжрать тут всё, что плавает, ходит и ползает.

Лязгнул затвор, дымящая гильза отлетела на камень брусчатки, где её тут же подобрал упавший на колени Артём, пацан одиннадцати лет, который служит у нас штатным «принеси-подаем», «собираем» и «заряжаем».

Он помогает мне взводить затвор, а также собирает гильзы, которые потом будут пытаться переснарядить в мастерской. Порох у нас есть, подходящие капсюли, вроде бы, найдены, а весь затык только в пулях, которые произвести не так уж и просто, как кажется. Но дело, в любом случае, нужное, потому что обещает нам частичное возвращение потраченных боеприпасов.

Выстрел.

Пуля преодолевает примерно четыре метра под водой и поражает тюленя, но он выживает и уходит на дно. Надеюсь, сдохнет от кровопотери…

Артём взвёл затвор и приготовил сменный магазин на пять патронов.

На Волжской ГЭС происходит своё смертоубийство: тюлени не знают, что там происходит, а там нет прохода, но есть четыре КПВ, за которыми сидят Проф, Фазан, Фура и Галя.

Этим четверым особенно важно качаться, потому что они больше занимаются поддержанием жизни «Фронтира» и не ходят в соло-рейды.

Фура и Галя, например, вообще не хотят ходить в соло-рейды, а Проф и Фазан не могут, потому что без них тут всё рухнет.

Кто будет планировать операции и координировать хозяйственную деятельность, вместо Профа? Я? Да нифига! Мне это даром не сдалось!

А кто будет днями напролёт ремонтировать машины, бронетехнику и оружие, кроме Фазана? Тоже я? Ха-ха!

У нас слишком много важных процессов замкнуты на конкретных людях, что нехорошо, но так уж сложилось.

Из-за этого мы не можем отрывать этих людей от их основной деятельности и отправлять рисковать жизнью ради прокачки.

Поэтому и было решено, что они будут пользоваться любой законной возможностью, чтобы побыстрее прокачаться.

К сожалению, Лапша, Череп и Гадюка сейчас в рейде — они отправились на восток, чтобы качать Гадюку, которая уже прошла первое усиление способности и получила, наконец-то, более убойную кислоту, которая, в кои-то веки, способна прожигать плоть, благодаря добавлению в состав смеси перекиси водорода. Это усиливает окислительную реакцию и кусок змеиного мяса, который ей дали на испытание, подвергся пенной вечеринке с последующим разложением волокон…

Делаю ещё один выстрел и промахиваюсь — пуля, какого-то чёрта, отклонилась в самый последний момент. Такое бывает, потому что вода — это нетипичная среда для пуль, ведь конструкторы не предполагали, что у них будет такая задача.

Но стая тюленей быстро ушла на дно реки. Я их всё ещё отчётливо вижу, но достать не могу, потому что они слишком глубоко.

— Куда они делись⁈ — спросил Щека, поправив поляризационные очки.

У этих очков забавный цвет — почти оранжевый, с очень хорошим отражающим эффектом. Щека в них выглядит, как лыжник или сноубордист. Не хватает только соответствующего костюма.

Поляризационные очки позволяют полностью устранить блики от воды, поэтому становится видно гораздо глубже сквозь толщу воды. Не так, как в моём поляризационном режиме, но уже получше.

— Они ушли на дно и собрались в одну кучу, — ответил я. — Видимо, у них совещание.

— Что будем делать? — спросил Щека.

— Да ничего, — сказал я. — Проф сказал, что надо, чтобы эти твари развернулись и свалили прочь. Задачи истребить их всех, до единого, перед нами не стоит.

Нам нужно, чтобы акватория вернулась к прежнему уровню опасности, то есть, с риском выхода на сушу черепах и только их. Они ведь, даром что рептилии, достаточно мудры, чтобы знать своё место. В городе их ждёт смерть, они это знают, поэтому тусуются в реке и на незанятом людьми правом берегу. А тюлени — это заезжие беспредельщики, которые приплыли сюда, чтобы сожрать всех, включая черепах.

К нам подошёл Ронин, вооружённый гранатомётом РПГ-7.

— Зачем? — спросил я.

— На всякий случай, — ответил тот. — Они могут снова рискнуть выйти на берег.

Они уже пробовали около двух часов назад. Понесённые потери отрезвили их и больше они на сушу не лезут.

— Вряд ли, — покачал я головой.

— Когда всё это закончится? — спросил Артёмка, закинув в мешок очередную гильзу.

— А ты куда-то торопишься? — поинтересовался я.

— Ну, да, — закивал он. — Я занятие пропускаю — математика…

— Я думал, ты хотел свинтить с занятий и поэтому вызвался нам помогать, — нахмурился я.

— Не, мне мама сказала, что я должен помогать КДшникам, — мотнул головой Артёмка.

— Тогда дуй, блядь, на занятия, школота! — велел ему Щека. — С гильзами как-нибудь без тебя справимся!

— Он хотел сказать, что ты можешь быть свободен, — улыбнулся я пацану. — И что он очень благодарен тебе за помощь.

— Красава, Тёма! — заулыбался Щека. — А теперь — гуляй!

Артём кивнул и положил мешок с гильзами на землю, после чего покинул набережную.

— Вы дурные, что ли, парни? У нас тюлени в городе! — воскликнул Ронин и направился вслед за пацаном. — Я прослежу, чтобы с ним ничего не случилось.

Не подумал.

Сажусь на бетонное ограждение набережной и достаю из подсумка пакетик с мармеладками «Харибо». Просрочка, возможно, уже ядовитая, но плевать. Главное, что вкусно.

Пожёвываю практически никакие в калорийном смысле мармеладки: 365 килокалорий на сто грамм продукта, причём основная масса — это углеводы.

— Есть подвижки? — спросил Щека. — Это говно собирается всплывать?

— Неа, — покачал я головой. — Они поплыли на юг. Похоже, что посовещались и решили, что сегодня пройти не удастся.

А с севера раздаются раскаты крупнокалиберных пулемётов, которые дубасят по воде, уничтожая тюленей, которые просто хотят пройти дальше, к новым землям…

Шлюзы к востоку от ГЭС закрыты и оборудованы пулемётными расчётами — там засели Вин, Палка, Майонез и Бубен, поэтому по реке тюлени сегодня точно не пройдут.

Единственный вариант для них — выйти из воды южнее к городу и обогнуть город по большой дуге. Тогда всё будет нормально, и они продолжат свою миграцию дальше по Волге.

— Эх, западло… — пробурчал Щека. — А я так хотел положить сегодня хотя бы пару десятков ебучих тюленей.

У него к ним особые счёты — они откусили ему ногу и чуть не убили. Он их боится и ненавидит, поэтому не упускает случая, чтобы отомстить за боль и унижение.

— Студик, каков статус акватории? — спросил Проф по рации. — У нас тут уже чисто.

Рассматриваю воду через ЭМ-зрение.

В воде только несколько десятков сверхскоростных рыб, несколько бронеугрей, а также наш верный друг, Натан. Он лежит на дне и жрёт спизженную у тюленей тушу.

Мне кажется, Натан — это главный выгодоприобретатель от сегодняшнего действа…

Он очень умный и поэтому тщательно изучает наше поведение — было замечено, что иногда он сидит на противоположном берегу реки, вне зоны досягаемости крупнокалиберных пулемётов и тщательно наблюдает за нашей жизнедеятельностью.

А ещё он знает, как безопасно пересекать шлюзы — он обходит их посуху и поэтому живёт то тут, то там.

В общем, он выбрал не смерть, но мирное сосуществование с нами — ему одному хватает еды, поэтому мы его интересуем лишь как потенциальный источник опасности, за которым надо тщательно следить, чтобы не выкинул чего неприятного.

— Всё, ушли, — сообщил я Профу. — Они уходят на исходные.

— Хорошо, — ответил Проф. — Тогда ещё час на позициях и сворачиваемся, если они не нагрянут вновь.

*Российская Федерация, Волгоградская область, город Волгоград, крепость «Хилтон», 18 июня 2027 года*

— Встреча будет проходить на нейтральной территории, — продолжал Проф. — С собой необходимо взять не более ста человек. Мы возьмём сто.

— Зачем так много? — недоуменно спросил Бром.

Бром — это лидер тамбовской группировки, которая и прёт на нашу территорию с севера. Он-то и предложил нам переговоры, чтобы «обкашлять все возникшие недоразумения».

Судя по его голосу, это мужик лет пятидесяти, а судя по его говору, он обычный интеллигент в необычных условиях.

Дроновая разведка показала, что Тамбов необычайно оживлённый город — там очень много людей, есть отчётливо видимая линия обороны, представленная кольцом из высокой бетонной стены с пулемётно-пушечными башнями и глубоким рвом.

Почти в самом центре города, сооружена тридцатиэтажная башня, опоясанная бетонной крепостной стеной — Нарк назвал это донжоном.

А донжон, как он пояснил, это центральное сооружение в средневековых замках, выполняющее функции последнего рубежа обороны, центра двора феодала, а также издалека видного символа его власти. Переводится это слово как «господская башня» или «башня господина».

То, что тамбовцы построили такую крепкую высотку из железобетона, посреди всего пиздеца, что сейчас творится, это доказательство того, что у них очень высокая организация.

Животные не могут проникнуть за стену, а люди живут спокойно — ну, если смотреть на это с высоты четырёх-пяти километров…

Как у них с общественным устройством, какая роль у Брома — непонятно.

Но понятно, что у них достаточно бронетехники и есть минимум три вертолёта Ми-8 и один Ми-35. Последний наиболее опасен, потому что дроноводы подтвердили наличие различного вооружения, относящегося к этому вертолёту — НУРСы, (1) ПТУР (2) и даже авиабомбы.

У нас, конечно, есть зенитные ракеты, но мы ещё не решили проблему с пусковыми установками. Нужно их найти и доставить в Волгоград — это не так сложно, как кажется, потому что ЗРК сейчас никому особо не нужны, ведь против зверей они бесполезны почти полностью. Ракеты, конечно, растащили, кто как смог, ведь в них сверхценная взрывчатка, а вот пусковые установки и станции обнаружения целей могут послужить только источником малополезных в наших условиях сложных микросхем.

— Это мера предосторожности, — ответил Проф. — Мы вам не доверяем.

— Ладно, нам нетрудно, — произнёс Бром. — Бронетехнику лучше не привозите — обойдёмся без этого. Да и её у вас слишком мало…

— Когда? — спросил Проф.

— Встретимся через неделю, — ответил Бром.

— Почему не сразу? — нахмурился Проф.

— Потому что мне так захотелось, — ответил на это Бром. — Сказано через неделю — значит, через неделю. У меня есть более важные дела, которыми я буду занят, поэтому вам придётся потерпеть. Всё-таки, эти переговоры нужнее вам, чем нам.

— Ты в этом уверен? — поинтересовался Проф.

— Да, конечно, — подтвердил Бром. — Всё, конец связи.

Сеанс связи был прерван с той стороны.

— Охуевший, — констатировал Щека.

— Он чувствует превосходство над нами, — пожал плечами Ронин. — Считаю, что эти переговоры являются ошибкой.

— Ну, если мы будем придерживаться принятого плана… — произнесла Галя.

— Ладно, не будем об этом, — сказал Проф.

Ему этот план очень не нравится, чего не сказать о Щеке и… обо мне. План просто отличный…

— Лучше обсудим новости с запада, — решил сменить тему Ронин. — Какие мы будем предпринимать действия в свете новых проблем у ростовчан?

Дроновая разведка доложила, что в Ростове-на-Дону начались проблемы: тюлени начали миграцию на северо-запад, потому что открыли для себя Дон, на который вышли, двигаясь от Каспия по Манычу.

А по Дону есть два пути — на восток или на запад. Течение ведёт на запад, поэтому логично, что тюлени пошли по пути наименьшего сопротивления. Не все из них, ведь какие-то отдельные группы пошли против течения, как настоящие нонконформисты, но большинство направилось в сторону Ростова.

И дроноводы, при очередной разведке, обнаружили Ростов в тюленьем полукотле — эти твари носятся по окрестностям и жрут всё, что движется, набрасываясь толпой.

Также тюлени нашли для себя Землю Обетованную — Азовское море. Там и вода, и ценный источник пищи. Плескаться в воде они обожают лишь чуть меньше, чем жрать. По факту, там две «кормушки» для тюленей — Азовское море и Ростов-на-Дону.

Я думаю, добровольно они оттуда никуда не уйдут, потому что это идеальные условия для жизни, ведь Азовское море практически не грабленное, рыба там точно водится, а ростовцы не ожидали такой подляны и расселились по всему городу в небольших укреплённых комплексах зданий.

Раньше это для них не было проблемой, потому что коммуникациям между комплексами ничего не мешало, ведь «дикая зона» была за чертой города, но теперь «дикая зона» находится вокруг комплексов и это приводит к тратам боеприпасов, а также затруднению коммуникаций.

Это привело к тому, что мы зафиксировали снятие опорников, ранее планомерно подступавших к Волгограду. Их больше нет, поэтому мы можем вздохнуть спокойно.

— Пока что, будем заниматься тамбовцами, — сказал Проф. — Ростовчане практически выведены из игры и вернуться смогут нескоро.

Возможно, оставление опорников также связано с тем, что тюлени разбрелись по местности, и устраивают организованные рейды за мясом.

Насчёт ростовцев не знаю, но лютиков и собак они прямо-таки загоняют — охотятся на них с умом, проявляя тактические способности.

Я думаю, мутации уже нормально так затронули мозги почти всех зверей и у них значительно улучшилось мышление.

Наш Натан, например, настоящий интеллектуал и эрудит.

Он ведь прекрасно понял, что тюлени стали слабее, поэтому бросился за ними в погоню и в одно лицо разметал стаю из семи тюленей — есть видео с дрона-разведчика.

Думаю, со временем, Натан вполне может стать проблемой, потому что он уже весит не меньше двух с половиной тонн, а последние деньки привели к тому, что он очень солидно накидался биомассой и может потяжелеть в ближайшее время ещё килограмм на пятьсот.

Важно ведь то, что, несмотря на возросшую массу, он бегает лишь чуть медленнее, чем раньше, а также чуть хуже справляется с инерцией, но обычный человек, как и раньше, уйти от него не сможет.

— У нас всё готово? — спросил Проф, обратившись к Нарку.

— Да, конечно, — кивнул тот. — Когда доедете, сработаем по сигналу.

— Хорошо, — произнёс Проф. — От вас зависит успех всей операции.

— Мы не подведём, вождь, — стукнул себя по груди Нарк. — За эту часть можешь быть спокоен.

— Студик, как рука? — спросил Проф, переведя взгляд на меня.

Я помахал ему своей левой ручонкой, которая всё такая же розовенькая и милая, но уже способная сжиматься в кулачок.

По утрам я смотрюсь в зеркало и вижу эту дичь и жуть — выглядит это неестественно и подсознательно чувствуется, что так быть не должно. Но это есть — пройдёт ещё недели две-три и у меня будет полноценная новая рука.

— Понятно, — кивнул Проф.

— Ты бы мог больше не манипулировать этой жутью? — попросила Фура.

— Привет! — помахал я ей левой ручонкой.

— Фу… — поморщилась она.

— Ладно-ладно, больше не буду, — вздохнул я и опустил рукав водолазки на растущую конечность.

— Значит, к ростовчанам больше не возвращаемся, в ближайшее время? — спросил Щека.

— Пока не решим с тамбовцами, ничего не будет, — покачал головой Проф. — Нам нужно решать проблемы по мере их поступления и роста актуальности. Тамбовцы уверены в себе, у них многочисленная армия, а также есть производства. Они представляют для нас наибольшую угрозу, потому что хотят завладеть нашими территориями.

— Они просто охуевшие, вот и всё, — сказал Щека. — Надо обломать им рога, чтобы успокоились.

Галя сидит довольная и помалкивает.

Ей нравится то, что её план принят в качестве основного — такое у нас происходит впервые.

Я бы хотел сказать, что с ней всё в порядке, но у неё слишком грустные глаза, когда она думает, что никто не смотрит.

Не знаю, как она справляется с потерей — скорее всего, никак.

Знаю только, что она теперь живёт с Дашей, девочкой лет девяти, которая около месяца назад лишилась последнего родителя. Её отец, Георгий Подзывалов, работник нашего аграрного сектора, свёл счёты с жизнью, бросив её одну.

Он оставил записку на имя Профа, с просьбой позаботиться о ребёнке, потому что он сам не может.

Там своя история — Георгий не справился с потерей жены, которая погибла в начале зоошизы. Её загрыз их дог, который, как я понял, был заведён когда-то Георгием, поэтому он винил в её смерти себя.

Галя, узнавшая о случившемся, вызвалась воспитывать Дашу, хотя Проф хотел определить её в модуль для сирот и инвалидов.

И всё же, Галя всё ещё очень грустная, но теперь у неё есть настоящий смысл жить дальше, а это очень хорошо, как я считаю.

«Заставляет задуматься о жизни», — подумал я. — «Я ведь тоже очень тяжело переживал потерю матери и бабушки. Но я не видел, как они умерли».

Да и это нормально, когда дети хоронят своих родителей. А когда наоборот — это ненормально.

— Студик, тебе придётся пойти с нами, несмотря на отсутствие конечности, — сказал Проф. — Твоя способность нам очень пригодится.

— Она есть… — произнёс я и показал кончик указательного пальчика левой руки из-под рукава. — Да и посмотрим, как она отрастёт за неделю. Может, она уже будет функциональной?

— Тогда ещё лучше, — улыбнулся Проф. — Что ж, на этом совещание объявляю оконченным. Все за работу, товарищи.

Примечания:

1 — НАР — эта аббревиатура расшифровывается как «неуправляемая авиационная ракета». Конкретно в случае Ми-35 применяются С-8, имеющие калибр 80 миллиметров и массу взрывчатки в боевой части от 0,63 до 3,3 кг, в зависимости от модификации, С-13, имеющие калибр 130 миллиметров и массу взрывчатки от 1,82 до 19 кг, в зависимости от модификации и С-24, имеющей калибр 240 миллиметров и массу взрывчатки 23,5 килограмм.

2 — ПТУР — а эта аббревиатура расшифровывается как «противотанковая управляемая ракета». Конкретно в случае Ми-35, это «Штурм-В» или «Атака-М». «Штурм-В», в зависимости от типа применяемой ракеты, способен пробивать от 650 до 950 мм гомогенной стали, причём поздние модификации преодолевают динамическую защиту. «Атака-М» же пробивает от 800 до 950 мм гомогенной стали. Особенностью именно ПТУР является то, что это управляемое вооружение, позволяющее сравнительно точно поражать наземные цели, расходуя меньше боеприпасов, в отличие от НАРов, которые летят практически хуй пойми куда и на малую дистанцию.