Ведущая сила всенародной борьбы. Борьба советского рабочего класса на временно оккупированной фашистами территории СССР, 1941–1944

1. Рабочие в борьбе за спасение предприятий и материальных ценностей

Важной задачей советских рабочих, всего населения оккупированных врагом районов явилось сохранение народной собственности от вывоза и разрушений отступавшими немецко-фашистскими войсками. В период массового изгнания гитлеровцев с советской земли возросли ответственность и роль партийного подполья, заводских подпольных групп в сохранении социалистической собственности от разграбления и уничтожения врагом.

Применяя тактику «выжженной земли», чтобы причинить как можно больше ущерба народному хозяйству СССР, фашисты разрушали заводы и фабрики, затапливали шахты, рудники, вывозили оборудование и материалы. Так, в сентябре 1943 г. в «директиве об эвакуации, разрушении и вывозе имущества» группе армий «Юг» говорилось: «Все, что не может быть эвакуировано, подлежит разрушению, в особенности: водонапорные и электрические станции, шахты, заводские сооружения, средства производства всех видов, урожай, который не может быть вывезен, деревни и дома». Рейхсфюрер СС Гиммлер в директиве высшему руководству войск СС и полиции на Украине от 7 сентября 1943 г. требовал: «Необходимо добиться того, чтобы при отходе из районов Украины не оставалось ни одного человека, ни одной головы скота, ни одного центнера зерна, ни одного рельса; чтобы не остался в сохранности ни один дом, ни одна шахта, которая не была бы выведена на долгие годы из строя; чтобы не осталось ни одного колодца, который бы не был отравлен. Противник должен найти действительно тотально сожженную и разрушенную страну»[517].

Накануне освобождения борьба за спасение народного достояния выдвинулась на первый план. Коммунистическая партия своевременно ориентировала рабочих, все население оккупированных районов на борьбу за сохранение фабрик, заводов, материальных и культурных ценностей. «Не допускайте уничтожения фашистами фабрик и заводов!», «Прячьте ценное оборудование!» — с такими лозунгами обращалось к рабочим партийное подполье накануне наступательных операций Красной Армии.

Борьба за спасение социалистической собственности от увоза и уничтожения врагом в период жестоких боев по очищению советской земли от гитлеровских захватчиков явилась прямым продолжением и развитием зародившегося еще в первые дни оккупации движения за срыв экономических, политических и военных мероприятий фашистских оккупантов. Первыми в борьбу за спасение своих предприятий от уничтожения вступили на рубеже 1942/43 г. рабочие оккупированных городов южных районов Российской Федерации — Краснодара, Майкопа, Ростова-на-Дону и др.

Смело и изобретательно действовала на станкостроительном заводе им. М. В. Фрунзе в Майкопе подпольная группа, возглавляемая рабочим коммунистом А. И. Москвиным. 25 января 1943 г. на завод прибыл наряд гитлеровских солдат. Фашистский офицер приказал рабочим собрать все ценные инструменты в ящики, бросить их в горящую вагранку, разбить станки, а затем поджечь цехи. Но рабочие не были застигнуты врасплох. Подпольщики заранее разработали план спасения завода. Каждый из рабочих имел конкретное поручение. Трудно было спасти уникальный токарный станок № 8, но рабочие, делая вид, что ломают его, развинтили, разобрали по частям и вынесли через окно цеха все детали. Кроме того, было спрятано в подвалах жилых домов и в свалочных ямах заводского двора 27 моторов, много ремней, патронов от токарных станков, режущего инструмента. Подпольщики узнали день поджога завода — 27 января, и накануне, обманув охрану, рабочие вылили из бочек привезенный для этого керосин. Фашистские факельщики ничего не смогли сделать. Благодаря мужеству майкопских рабочих были спасены макаронная фабрика, кожевенный завод, мастерские автотранспорта, многие школы[518].

Рабочим Ростовского паровозоремонтного завода удалось спрятать и сохранить десятки тонн нефти, пилонасекалку, два точила, две печи для накаливания пил, тысячи напильников, много наждачных камней и мелкого инструмента. Своеобразно спасли 50 паровозов орловские железнодорожники. В начале августа 1943 г., когда шли ожесточенные бои на подступах к городу, почти все железнодорожники, несмотря на устрашающие приказы, не являлись на работу и прятались. Гитлеровцы не спешили уничтожать паровозы в надежде, что они пригодятся при отступлении для транспортировки войск. Однако из-за отсутствия железнодорожников паровозы не удалось угнать из Орла[519].

В спасение народного добра в городах и рабочих поселках вносили свой вклад и советские школьники — дети рабочих и служащих. Например, во время отступления фашистов из Ставрополя пионеры братья Вася и Миша Строгановы уничтожили гранатами группу вражеских факельщиков, спасли от уничтожения здание крайзо и захватили немецкую автомашину с боеприпасами. Витя Морозов снял и спрятал электропровода, с помощью которых гитлеровцы хотели взорвать водонапорную башню на улице Дзержинского, и этим спас водопровод от разрушения[520].

В 1943 г. задача спасения своих предприятий от уничтожения отступавшими фашистами встала перед рабочим классом Украины. 22 сентября 1943 г. ЦК КП(б) Украины, Президиум Верховного Совета УССР и Совнарком УССР в своем Обращении к населению оккупированных областей подчеркивали: «Немцы вывозят с фабрик и заводов ценнейшее оборудование. Прячьте от гитлеровцев оборудование, закапывайте ценные детали в землю, сохраняйте их. Придет Красная Армия — и вам это оборудование будет необходимо для восстановления своих заводов и фабрик. Отступая, немцы оставляют небольшие группы кровавых головорезов, чтобы поджигать и взрывать здания, предприятия, мосты. Немецко-фашистские бандиты мстят за свои позорные поражения. Вылавливайте и уничтожайте этих поджигателей. Они действуют тогда, когда в городах и селах остается незначительное количество немецких войск. Уничтожайте немецких поджигателей!»[521]

Рабочие предприятий Украины горячо откликнулись на призывы Коммунистической партии, развернули самоотверженную борьбу за спасение фабрик, заводов, шахт, рудников, ценного оборудования и материалов. Рабочие коммунального хозяйства Ворошиловграда спрятали свыше 20 км медных троллейных проводов, снятых по распоряжению оккупантов с городской трамвайной линии для отправки в Германию. Рабочий завода им. Артема М. И. Линчевский в течение оккупации 6 раз перепрятывал ценные инструменты общей стоимостью несколько сот тысяч рублей и с приходом Красной Армии сдал их на завод. В Макеевке рабочие завода металлоконструкций предотвратили взрыв паровых котлов, а рабочие хлебозавода перерезали провода, подведенные к заложенной под механическую пекарню взрывчатке[522].

В ряде случаев борьба рабочих за спасение предприятий осложнялась неблагоприятно складывавшейся обстановкой на фронте. В начале февраля 1943 г., накануне первого освобождения Краматорска, подпольная группа во главе с П. И. Щетанюком предотвратила взрыв машиностроительного завода. Вскоре, однако, советские войска вынуждены были оставить город. Во время же второго отступления фашистов из Краматорска (август 1943 г.) уберечь завод от разрушения не удалось[523].

Когда советские войска подходили к Красному Лиману, полицейские попытались поджечь хлебные склады. Этому помешали рабочие депо. Слесарь В. П. Наумов, кузнец М. М. Ребров, бригадир Н. Г. Хренов, токарь И. И. Долгополый и другие подобрали брошенное гитлеровцами при отступлении оружие и встали на охрану складов. Рабочие сберегли стране свыше 1 тыс. т зерна. Во время боев за Сталино группа железнодорожников в ночь на 8 сентября 1943 г. на станции Донецк перерезала тормозные рукава у пяти подготовленных к эвакуации эшелонов. Решающую роль в осуществлении этой акции сыграл подпольщик машинист Бондаренко. Более 400 груженных военным имуществом вагонов стали трофеями подошедших частей Красной Армии[524].

В августе 1943 г., отступая из Харькова, фашисты пытались взорвать вагранки на заводе «Красный Октябрь», но литейщик Д. В. Павленко сумел помешать им и спас ценное оборудование. Кассир универмага Лозовского железнодорожного отделения Харьковской области В. И. Шевченко узнала о намерении фашистов подорвать склад боеприпасов на территории ТЭЦ и предотвратила катастрофу, перерезав бикфордов шнур. Гитлеровцы схватили В. И. Шевченко, ее 17-летнего сына Юрия и расстреляли их[525].

Нередко патриоты спасали народное добро ценой собственной жизни. В январе 1944 г. рабочий Шубин извлек взрывчатку, заложенную фашистами в основание Узинского сахарного завода на Киевщине. Оккупанты повесили патриота, но взорвать завод не успели[526].

В Днепропетровске подпольщики спасли от разрушения электростанцию на заводе им. Г. И. Петровского, городской водопровод, ряд жилых зданий. Под видом рабочей бригады боевая группа подпольщиков-железнодорожников продержалась в Днепропетровском депо до 22 октября 1943 г. (город был освобожден 25 октября) и вывела из строя три паровоза, предназначенные для отправки на запад эшелонов с грузами, сохранила много оборудования и инструментов. В горняцком поселке Желтая Река Днепропетровской области благодаря бдительности шахтеров и стремительному наступлению Красной Армии фашистам не удалось взорвать шахту «Капитальная»[527].

В Днепродзержинске на Днепровском металлургическом заводе им. Ф. Э. Дзержинского рабочие спрятали около 160 т магнезитового кирпича, которым после освобождения был быстро отремонтирован мартеновский цех. В доменном цехе старший каталь Александров спрятал фурмы первой доменной печи и после прихода советских войск передал их дирекции завода, что дало возможность подготовить домну к пуску за 27 дней. Без этих фурм пуск домны в такой короткий срок был бы немыслим[528].

Немало народного добра удалось спасти рабочим и служащим Киева. Рабочие завода «Ленинская кузница» спрятали 40 электромоторов и другое ценное оборудование. 6 ноября 1943 г. рабочие-подпольщики перебили гитлеровскую охрану и сами охраняли завод до прихода частей Красной Армии. Патриоты спасли от уничтожения подожженные оккупантами пивзавод № 1 и Демеевский утильзавод. Рабочие-подпольщики «Красного экскаватора» сумели сохранить 60 % заводского оборудования. Еще в августе 1943 г., когда фашисты готовились вывезти из Киева в Германию оборудование депо фирмы «Ганибек», подпольщики вывели из строя все подъемные краны, что дало возможность сохранить мощные электромоторы, котлы, мостовые сооружения и многие механизмы. Рабочие трамвайного завода им. Ф. Э. Дзержинского закопали автогенный аппарат, пожарное, электрическое и другое оборудование, инструменты, не дали фашистам сжечь завод. Подпольная группа Н. Ф. Тесленко на Киевской кинофабрике спасла 85 наименований различного оборудования[529].

Рабочим-подпольщикам Киевского станкостроительного завода во главе с А. М. Марейчевым удалось помешать врагу уничтожить предприятие, хотя взрывчатка под ряд цехов была уже заложена. Помогло также стремительное наступление Красной Армии: 6 т взрывчатки осталось под сводами заводских корпусов и было извлечено советскими саперами после освобождения Киева. Подпольщики спасательной станции и Киевской конторы лесосплава затопили 10 катеров Днепровского речного флота. После прихода Красной Армии все катера были подняты со дна и сданы в эксплуатацию[530].

Нередко подпольные организации, чтобы предотвратить вывоз машин и оборудования, требовали принятия решительных мер от администрации предприятий. Так, подпольщики расклеили по производственным зданиям Николаева и Херсона приказ Николаевского подпольного центра (подписанный председателем центра Ф. А. Комковым) всем «директорам, начальникам, администраторам, инженерам, заведующим учреждениями торговых и хозяйственных организаций, железнодорожного и водного транспорта»: «…1. Сохранить все на местах: оборудование, инструмент, запас материалов и другое добро, фураж, весь продовольственный запас и другие ценности. 2. Проверить места закладки взрывчатки, мин и обезвредить взрыв. 3. За исполнение вышеизложенного отвечаете лично вы».

Одновременно Николаевский подпольный центр в выпускаемых листовках обращался к рабочим и инженерно-техническим работникам предприятий города: «Дорогие братья и сестры! Близится час вашего освобождения от фашистского ярма. Всячески мешайте оккупантам снимать оборудование цехов, не давайте разрушать гигант судостроения. Рабочие и работницы, интеллигенция Николаева! Чтобы не упасть лицом в грязь перед своими товарищами по классу, нужно всячески помогать Красной Армии!»

В ответ на призыв партийного подполья рабочие Николаева саботировали мероприятия оккупантов по увозу народного добра в Германию. Так, по заданию бюро организации «Патриот Родины» подпольщик П. М. Карманович, работая проверщиком в цехе № 16 «Южной верфи», организовал саботаж среди бригад судосборщиков, занятых на строительстве транспортных кораблей КТ-37 и КТ-38. В результате захватчики не смогли загрузить эти корабли оборудованием завода. Недвижимо, с неисправными двигателями стояли около пирса судоремонтного завода «Южная верфь» семь немецких судов, нагруженных станками и оборудованием. Заводская подпольная группа ремонтной бригады под руководством М. Т. Гончарова, в которую входили слесари Р. А. Бюро, Н. М. Смирнов, такелажник А. И. Половиненко и др., «восстанавливала» двигатели до прихода Красной Армии.

Осенью 1943 г. подпольщики организации «Патриот Родины» на заводе «Южная верфь» сняли и спрятали ценные детали с 10 крупных станков механического цеха; в районе старого и нового элеваторов совершили 10 порезов проводов, подведенных фашистами к минам, и предотвратили взрыв элеваторов. Рабочие завода «Северная верфь» под руководством подпольной группы И. А. Чайкина разукомплектовали, спрятав ценные детали, 18 токарных, строгальный, зуборезный, долбежный, три сверлильных станка и другое оборудование, утаили 38 электромоторов.

На Херсонском судостроительном заводе рабочие механического цеха С. Мержвинский, А. Оскоренко, Д. Савенко, Л. Савченко, М. Сорока и др. спрятали несколько ящиков с ценными инструментами, а в ящики, подготовленные для отправки, положили забракованные детали и механизмы. По заданию подпольной организации группа работников завода во главе с П. Польщенко и В. Темгуром разукомплектовала 15 станков и спрятала снятые с них узлы и детали.

После освобождения советскими войсками Николаева и Херсона, как истинные хозяева своих заводов, рабочие передали по акту администрации спрятанное оборудование и детали[531].

Перед бегством из Винницы фашисты вызвали специальную команду для минирования промышленных объектов города. Однако советский разведчик-чекист Н. В. Порай-Кошиц подорвал склад взрывчатых материалов и вместе с ним всю фашистскую команду численностью 100 человек. Отважный патриот спас тем самым от разрушения многие здания Винницы. Подпольная группа станции Винница сохранила от угона фашистами пять паровозов. По заданию подпольного обкома партии группа Соколовского — Боярчука разминировала винницкую электростанцию, спрятала все предназначенное для вывоза ценное оборудование, а в ящики погрузила испорченные части и кирпич. Уже через месяц после освобождения Винницы электростанция была восстановлена[532].

Подпольщики села Селище Корсунь-Шевченковского района спасли два сахарных завода и почти 400 т сахара. В этом же районе рабочие М. Ф. Бут и Д. Е. Кваша разминировали подготовленную к взрыву железнодорожную станцию. Подпольщики Лысянского сахарного завода Киевской области в тесном контакте с партизанами спрятали электрооборудование завода, а 10 тыс. ц сахара раздали населению для сохранения. Перед отступлением оккупанты сильно повредили Каменский сахарный завод. Однако полное его уничтожение предотвратил слесарь И. К. Маслак, который спас от взрыва диффузионную паровую машину[533].

Под руководством партийного подполья активно включились в борьбу за спасение родных предприятий рабочие Одессы. Многие подпольные организации и партизанские группы выпустили специальные листовки-призывы к населению Одессы. Так, листовку «Защитим свои фабрики и заводы!» выпустило в январе 1944 г. командование партизанского отряда «Буревестник»[534].

В марте 1944 г., когда фашистские власти объявили эвакуацию Одесского судостроительного завода, рабочие-подпольщики закопали в землю все ценное заводское оборудование, инструменты, дефицитные материалы, а в ящики, подготовленные для отправки, запаковали непригодный инструмент. Зная схему минирования завода, руководитель подпольно-диверсионной группы Н. А. Гефт в ночь на 7 апреля повредил провода и тем самым предотвратил взрыв электростанции и котельнокорпусного цеха. Спустя несколько дней после освобождения Одессы они были введены в эксплуатацию[535].

Действовавшая на Одесском суперфосфатном заводе подпольная группа спасла для завода, закопав в землю, 25 т меди, 10 т труб и другое оборудование. Накануне бегства захватчики пытались взорвать и этот завод. 5 апреля 1944 г. фашистские саперы выкопали шурфы и заложили взрывчатку под печи и башни сернокислотного цеха, суперфосфатный, механический цехи и административное здание. Уходя, они взорвали железнодорожное полотно на территории завода. Рискуя жизнью, группа подпольщиков во главе с О. Е. Бойцуном проникла по заранее вырытому туннелю на территорию завода и ночью перенесла в туннель всю заложенную взрывчатку. Уже на второй день после освобождения Одессы, 11 апреля 1944 г., суперфосфатный завод стал выпускать для фронта аккумуляторную кислоту[536].

В конце марта 1944 г. оккупанты стали готовиться к уничтожению Одесского порта. Перед подпольщиками встала задача предотвратить злодеяние. Одесский подпольный обком КП(б)У издал специальное распоряжение подпольным организациям Воднотранспортного района о проведении работы по спасению народного достояния от вывоза захватчиками. Особое внимание обращалось на сохранение от разрушения Одесского порта[537].

Это была очень сложная задача. К 29 марта оккупанты подготовили к подрыву причалы, склады, волнорез, маяк и службу порта. Все минированные точки были соединены кабелями с главным пультом подрыва. Рабочие порта подпольщики О. М. Кицук и П. И. Лопушанский проследили, где фашисты установили мины, и по заданию командования городского партизанского отряда им. И. В. Сталина в ночь на 7 апреля, искусно обойдя охрану, во многих местах перерезали провода подрывных механизмов, а места порезов тщательно замаскировали. К тому же в результате налетов советских самолетов на фашистские суда, стоявшие в порту, в ряде мест были уничтожены провода, идущие к главному пульту подрыва. И когда вражеские подрывники включили ток, многие из заминированных объектов не взорвались. В итоге были спасены девять причалов, некоторые здания порта. Грузчики и железнодорожники Одесского порта, саботируя всеми средствами отправку судов в Румынию, сохранили на складах до прихода советских войск 10 тыс. т зерна[538].

Отступая из Очакова, оккупанты пытались взорвать склады и другие сооружения военного порта. Но это злодейское намерение врага сорвали рабочие А. Ф. Баранов и Д. Д. Ковалев, перерезавшие провода взрывного устройства. Во время отступления фашистских войск из Дрогобыча рабочие нефтеперерабатывающих заводов спрятали ценное оборудование и приборы, что дало возможность уже через 10 дней после освобождения города наладить выпуск горючего для фронта. Рабочий Дрогобычского нефтепромысла М. Литошенко передал руководству предприятия спрятанное им от оккупантов ценное оборудование. Благодаря этому ряд нефтяных вышек был пущен в эксплуатацию сразу после изгнания захватчиков[539].

Осенью 1944 г. Красная Армия подошла к Карпатам. Коммунисты Ужгорода организовали охрану ряда предприятий, городского имущества, зданий отрядами рабочих. Рабочие электростанции саботировали полученный еще в сентябре приказ хортистских властей подготовить к эвакуации все оборудование. Так же поступали рабочие и других предприятий[540].

Рабочие МТС спасали от увоза в Германию или уничтожения сельскохозяйственную технику. Члены подпольной группы Ободовской МТС Винницкой области сохранили 22 трактора, станки и оборудование МТС; шаргородские подпольщики — 19 тракторов. В МТС Днепропетровской области удалось спасти 340 тракторов, 330 комбайнов, 167 молотилок, 158 двигателей[541].

В партизанских краях Белоруссии благодаря спасению рабочими оборудования предприятия работали на благо Родины еще задолго до прихода советских войск. Так, в Суражском районе Витебской области рабочие спрятали от оккупантов оборудование стеклозавода «Новка», Пудотьской картонной фабрики им. В. В. Воровского и Запольского льнозавода. Когда весной 1942 г. образовался Суражский партизанский край, это оборудование было использовано для выпуска продукции, необходимой партизанам и Красной Армии[542].

В сентябре 1943 г. началось освобождение Белоруссии. 21 сентября ЦК КП(б)Б утвердил программу действий подпольщиков и партизан в связи с вступлением Красной Армии на территорию республики и указал, что наряду с уничтожением оккупантов одной из главных задач является борьба за сохранение фабрик, заводов и других сооружений от разрушения фашистами[543].

В Минске по инициативе подпольного горкома партии зимой 1943/44 г. на ряде предприятий были созданы нелегальные группы из рабочих специально для наблюдения за минированием оккупантами промышленных и других объектов и обезвреживания мин. На Минском железнодорожном узле было организовано 10 групп, и все они успешно справились со своими задачами. Такие группы образовывались на предприятиях многих городов республики. В Вилейке, Поставах, Сморгони, Глубоком и других городах создавались нелегальные группы специально для ликвидации пожаров после ухода фашистских войск[544].

Летом 1944 г. во время Белорусской наступательной операции советских войск, в результате которой была освобождена вся территория республики, благодаря мужеству и находчивости рабочих были спасены от уничтожения десятки фабрик и заводов.

Вечером 2 июля 1944 г. гитлеровцы пытались взорвать мясокомбинат в Минске. Осуществить затею им помешали подпольщики и рабочие этого предприятия. Они обезвредили заложенные мины и установили круглосуточное дежурство. В тот же день подпольщики Д. Г. Гневко и И. Р. Станкевич, рискуя жизнью, проникли в здание распределительного устройства электростанции, затем в помещение насосной ТЭЦ-2 и перерезали провода, подключенные к взрывчатке. В первой половине дня 3 июля, когда фашисты, спасаясь бегством, спешно покидали Минск, подпольщики и рабочие извлекли всю заложенную на электростанции взрывчатку. Минские подпольщики предотвратили взрыв хлебозавода «Автомат», обрезали ведущие к минам провода на вагоноремонтном заводе им. А. Ф. Мяснинова и заводе им. С. М. Кирова. Подпольщики Бобруйска выявили и разъединили проходившие на глубине одного метра провода от взрывного устройства в районе крупной нефтебазы и тем самым спасли ее от уничтожения.

Много усилий приложили рабочие Белоруссии, чтобы предотвратить вывоз в Германию ценного оборудования, сырья и материалов.

В мае 1944 г. оккупанты приступили к демонтажу станков на заводе им. К. Е. Ворошилова в Минске. Подпольщики П. И. Гавинович, И. Г. Матусевич и другие всеми возможными способами срывали демонтаж: портили электрообмотку двигателей и генераторов, прятали наиболее ценные детали и узлы. В итоге из демонтированных на предприятии 30 токарных, строгальных и других станков фашисты смогли отправить в Германию лишь несколько. В Гомеле рабочие завода им. С. М. Кирова спрятали ценный инструмент и 500 кг древесного угля. Рабочий новобелицкой спичечной фабрики «Везувий» Добровольский закопал 465 банок фосфора; после освобождения их использовали для производства спичек. На бумажной фабрике «Красная заря» (Чашникский район Витебской области) по инициативе подпольной партийной организации (руководитель Н. П. Корбан) рабочие размонтировали машины и затопили их в р. Улла. После освобождения машины были подняты со дна реки и вновь смонтированы. Много техники спрятали от врага рабочие Россонской, Копыльской, Тимковичской, Довской, Чечерской, Казимировской, Василишковской и других МТС Белоруссии[545].

Стойко боролись за сохранение народной собственности рабочие Молдавии. Рабочие Кишиневского кафельного завода закопали черепичные прессы, глиномялки и другое оборудование, сохранив все это до возвращения советских войск. Весной 1944 г. рабочие Каменской и Рашковской МТС спасли от увоза в Германию и Румынию 31 трактор. Незадолго до прихода советских войск (март 1944 г.) фашистский ставленник директор Бельцского сахарного завода Г. Гаврилеску метался по предприятию, держа в одной руке пистолет, в другой — плетку. Угрожая рабочим расстрелом и избивая их, он требовал быстрее демонтировать и упаковать оборудование завода. По-иному мыслили рабочие. Не поддаваясь угрозам и мужественно перенося издевательства, они свели на нет распоряжения директора и спасли от увоза оборудование сахарного завода[546].

Накануне освобождения мужественно спасали свои предприятия рабочие республик Прибалтики.

На вильнюсских предприятиях «Патримпас», «Пакайта», «Линас», «Стаклес», на городском холодильнике рабочие группами и поодиночке охраняли свои предприятия от пожаров, предупреждали попытки гитлеровцев взорвать их, вывезти машины и другое ценное оборудование. В Радвилишкисе железнодорожник Р. Петкявичюс, рискуя жизнью, разминировал железнодорожный вокзал и другие постройки, которые гитлеровцы собирались взорвать. С приближением Красной Армии к Каунасу подпольная комсомольская организация города выделила специальную группу для борьбы с фашистскими подрывниками. Комсомольцы-подпольщики вывели из строя всю городскую телефонную сеть, в результате распоряжение германского командования о взрыве не дошло до многих заминированных и начиненных взрывчаткой объектов[547].

Накануне отступления немецко-фашистских войск из Риги во всех цехах и мастерских крупнейшего рижского завода ВЭФ были созданы группы рабочих для борьбы за сохранение народного имущества. Рабочие механической мастерской, которыми руководил Фрейманис, заполняли подготовленные к отправке в Германию ящики кирпичами и шлаком, а дорогостоящие машины прятали. Мастер участка электрических кабелей Р. Грант вместе с рабочими укрыл в канализационных шахтах большое количество медной проволоки, алюминия, свинца. Рабочие ремонтных мастерских доставили в безопасное место в разобранном виде 10 новых токарных станков. За сутки до освобождения Риги, вечером 12 октября 1944 г., нескольким рабочим завода ВЭФ удалось перерезать и убрать провода, которые соединяли командный пункт вражеских подрывников с заминированными корпусами завода.

Благодаря отваге и находчивости директора Кегумской ГЭС инженера П. Красовского и группы рабочих удалось уберечь от взрыва главную плотину ГЭС и тем самым предотвратить затопление Риги. Рабочие инструментального цеха Рижского судоремонтного завода Я. Андерсон, А. Гайлитис и др. спрятали в ямах под полом ценные инструменты, а вместо них запаковали для отправки ржавый лом. Кто-то из рабочих сумел пробраться в механический цех и перерезать провода, ведущие к ящикам со взрывчаткой. Благодаря этому механический цех частично удалось спасти, мало пострадали и его станки. Такелажники Рижского порта Ф. Гросс, В. Плудумс, К. Равиньш, Я. Сколис, М. Тимме, механик Шторманис сохранили в надежном месте орудия труда, канаты, транспортеры.

Самоотверженно действовали рабочие табачной фабрики № 2. Когда гитлеровцы приказали в течение 24 часов разобрать и упаковать все машины и оборудование, механики А. Абель, Н. Васильев, С. Новиков, Я. Паберзс, И. Юревич и др. приступили к разборке только тех машин, которые были неисправны и в последние годы не работали. Все ценное оборудование, в том числе приводные ремни, моторы, было надежно спрятано. Тайком от немецкой охраны рабочие дежурили на опустевшей фабрике. Днем 12 октября 1944 г., когда дежурство несли Вейдерс, Долиемс, Жуков, Зариньш, Пухтаевич и Фрейманис, фашисты подожгли фабрику сразу в нескольких местах. Воды в водопроводе не было, и ее приходилось таскать ведрами из бассейна во дворе, причем так, чтобы этого не заметили гитлеровцы с улицы. Таким образом удалось отстоять махорочное отделение, склад с 27 т махорки и контору. Помощнику мастера табачной фабрики «Майкапар» Н. Корзану с группой рабочих удалось укрыть от оккупантов табак в количестве, достаточном для изготовления нескольких миллионов папирос. На этом же предприятии группа рабочих и служащих во главе с Э. Тимерманисом спрятала пять лучших моторов.

Рижский газовый завод не взлетел на воздух только благодаря мужеству и находчивости рабочих. Смело действовали мастера Брицис и Шмите, рабочие Латуне и Точис, каменщик Михельсон, все — старые кадровые рабочие. Когда работа предприятия была прекращена, они, почувствовав недоброе, установили на заводе тайком от немецкой охраны ночное и дневное дежурства, сняли со всех машин и спрятали приводные ремни, моторы, некоторые запчасти, банки с бензолом. За несколько дней до прихода советских войск рабочие сделали на заводских воротах надпись «Заминировано», при виде которой подрывные команды поворачивали прочь.

Часть ценного оборудования и инструментов сумели скрыть от гитлеровцев рабочие вагоностроительного завода «Вайрогс». Раздатчик инструментов Виксне спрятал алмазы, сверла, пластинки победита. Рабочие кислородной станции Берзиньш, Скродерис и Траутманис сохранили приводные ремни и кислородные баллоны. Благодаря самоотверженным действиям начальника деревообделочного цеха Берзинына, рабочих Завадского и Юргенсона, Штолманиса из инструментального и Аболиньша из литейного цеха удалось спасти оборудование деревообделочного цеха.

Рабочие рижского завода «Саркана звайгзне» С. Гришкевич, А. Калныньш и др., действуя под руководством начальника механического цеха X. Лиепиньша, спасли от увоза четыре электрических сверлильных станка с моторами и два больших электромотора. Кладовщик завода Кушкис скрыл от оккупантов много цветных металлов, высококачественной стали и ряд единиц ценнейшего оборудования. Рабочие текстильной фабрики «Космос», всячески затягивая упаковку оборудования, надежно спрятали наиболее ценное имущество. По инициативе мастера М. Равикса ткачихи утаили от гитлеровцев большое количество шелкового и льняного сырья; удалось сохранить немало готовой продукции и все станки лентоткацкого цеха.

Рабочие Рижского фарфорового завода укрыли 26 моторов. Благодаря бдительности рабочих завода «Экономайзе» провалилась попытка гитлеровцев заминировать предприятие. Вражеских минеров сумели обмануть и рабочие шоколадно-конфетной фабрики «Лайма»: один из них, переодетый в немецкую форму, убедил фашистских подрывников, что предприятие уже заминировано, и они покинули фабрику. На предприятиях парфюмерной и жировой промышленности удалось сохранить почти все оборудование, а на мыловаренном заводе «Саркана аусма» и фабрике «Метра» — также значительные запасы сырья. Рабочие фабрики «Дребниекс» спрятали в погребе много ценных швейных машин. Трудящиеся фабрики «Ригас аудумс» сознательно медлили с упаковкой предназначенного для вывоза оборудования механической мастерской и таким образом сохранили большинство станков. Удалось сорвать планы гитлеровцев разрушить фабрики «Кайя», «Большевичка», «Сарканайс Октобрис» и многие другие предприятия Риги[548].

Успешно прошла акция по спасению оборудования на предприятии «Радиотехника», которое во время оккупации считалось филиалом германского концерна «Телефункен». Гитлеровцы возложили ответственность за эвакуацию завода на его технического руководителя А. Апситиса. Последнему с помощью надежных рабочих и инженеров удалось отправить в Германию лишь громоздкое, тяжелое, но в техническом отношении малоценное оборудование, выглядевшее, однако, очень внушительно и создававшее у гитлеровцев впечатление, будто эвакуация проходит с большим размахом. В спасении «Радиотехники» активно участвовали инженер А. Кундзиньш, рабочие В. Баумгартс, Э. Битениекс, В. Бружа, А. Быков, К. Дзиркалис, П. Цербулис, И. Шкерстенс и многие другие. Коллектив завода «Радиотехника» спас 80 % оборудования[549].

Самоотверженно действовали рабочие и в других городах Латвии. Так, мастер столярного цеха Даугавпилсского локомотиворемонтного завода Б. Блажевич-Юхневич скрыл от гитлеровцев и сохранил около 60 куб. м лесоматериалов. Перед отступлением из Даугавпилса фашисты заминировали не только фактически все предприятия, но и школы, больницы, жилые дома. Из 61 предприятия города 42 были полностью уничтожены. Однако 19 фабрик и заводов удалось спасти благодаря противодействию даугавпилсских рабочих и разминированию ряда промышленных объектов советскими саперами после освобождения города[550].

В Лиепае подпольная группа рабочих в составе В. Блума, Е. Ванага и А. Галеса спасла от взрыва заминированный завод «Тосмаре», уничтожив приготовленные фашистами запасы горючего и взрывчатки. На металлургическом заводе «Сарканайс металургс» в октябре 1944 г. рабочие механического цеха А. Зейдманис и Тилипс во время демонтажа спрятали 5 крупных электромоторов, 10 манометров, 1300 кг свинца, много электрокабеля; рабочие мартеновского цеха закопали в большой воронке приготовленные к отправке в Германию бронзовые, свинцовые и оловянные слитки. Рабочие сортопрокатного цеха под руководством И. Грасманиса, В. Клемма и В. Клявы спасли от вывоза с главного склада завода запчасти ценнейших станков, запас цветных металлов, 45 уникальных подшипников, десятки трансмиссий, ходовых ремней и другое оборудование. Немало усилий приложили для срыва демонтажа оборудования рабочие Лиепайской электростанции, мясокомбината и маслозавода, вентспилсского завода «Вентспилс кокс» и кулдигского завода «Вулкане»[551].

Самоотверженная борьба латвийских рабочих и служащих за спасение своих предприятий от уничтожения отступавшими немецко-фашистскими войсками сыграла решающую роль в том, что во многих районах Латвии уцелело большинство фабрик и заводов. В Риге, например, из 714 предприятий 428 удалось сохранить целиком почти со всем оборудованием, а многие другие — частично[552].

16 августа 1944 г., во время боев Красной Армии за освобождение Эстонии, ЦК КП(б)Э и СНК ЭССР обратились к рабочим с воззванием: «Эстонские рабочие! Не позволяйте отступающим бандитам уничтожать эстонские фабрики и заводы, жилища нашего народа! Прячьте ценные машины или их наиболее важные части! Не позволяйте фашистам закладывать взрывчатку или мины на наши фабрики, заводы и в дома!»[553] Рабочий класс Эстонии ответил на призыв партии и правительства массовым выступлением на защиту народного достояния.

Во второй половине сентября 1944 г. шеф таллинского завода «Пунане Крулль» приказал начать демонтаж оборудования. Из механического цеха гитлеровцы хотели вывезти 11 лучших станков. Рабочие вначале тянули с их демонтажем. Но когда с участием фашистских солдат станки все же удалось демонтировать, рабочие испортили электрокран, и оборудование невозможно было погрузить на платформы. Вагон с электромоторами, собранными со всего завода, рабочие загнали на запасной путь. В суматохе отступления никто не стал его искать. 20 сентября рабочие Вийклайд, Кильг, Котри, Сильберг и др. вооружились винтовками, изъятыми у охраны завода, и заняли оборону. Гитлеровцы попытались проникнуть на завод через высокий дощатый забор, но были вовремя обнаружены. Увидев вооруженных рабочих, фашисты сочли за лучшее отступить. Рабочие несли охрану всю ночь и следующий день, пока к воротам завода не подъехали автомашины с советскими автоматчиками. Руководителю группы рабочих, спасших завод «Пунане Крулль», А. Котри была вручена Похвальная грамота СНК ЭССР[554].

Об увозе в Германию оборудования завода «Ильмарине» оккупационные власти отдали распоряжение еще в начале августа 1944 г. Рабочие Г. Томпер, И. Кеса, К. Клаос и другие затягивали демонтирование, прятали наиболее ценные инструменты и вооружались. Благодаря сплоченным и решительным действиям рабочих охранного отряда оборудование завода «Ильмарине» в основном было сохранено. 22 сентября 1944 г. на Таллинской целлюлозной фабрике около 30 человек (К. Бодров, Й. Винкель, Н. Карась, М. Пейрумаа, Я. Реканд, М. Стулов и др.), располагая оружием, готовы были дать отпор отступавшим оккупантам, если бы они попытались уничтожить фабрику, но все обошлось благополучно[555].

Охранная команда из рабочих Таллинской газовой фабрики предотвратила минирование фабрики. Когда утром 22 сентября 1944 г. из-за артиллерийского огня с отступающих немецких судов загорелись склады фабрики, рабочие самоотверженными и оперативными действиями пресекли распространение огня. Особенно отличились в борьбе за спасение родного предприятия мастера Э. Лаупа и М. Сюльд, рабочие И. Клаудик, И. Лемба, М. Сякки и др. Полностью уцелела Таллинская водоочистительная станция. В ночь на 22 сентября на станцию прибыл наряд подрывников, но, встретив сильную охрану из рабочих и служащих, вынужден был ретироваться[556].

Героически защищали свое предприятие рабочие Таллинской электростанции В. Леок, Р. Корзен, И. Круузиаук и др. Оккупанты намеревались взорвать ее перед отступлением, но рабочие с оружием в руках отбили все попытки гитлеровцев проникнуть в помещение. Тогда оккупанты открыли по электростанции огонь из орудий, стоявших на рейде военных судов. На берегу загорелись кучи сланца, вспыхнул склад. Снаряды угодили в трубу электростанции, стену и крышу котельной. Крыша загорелась. Рабочие с риском для жизни погасили огонь. Когда Красная Армия освободила столицу Эстонии, рабочие быстро устранили повреждения и дали городу электричество[557].

Благодаря мужеству и находчивости рабочих была спасена от уничтожения и Элламааская электростанция (все остальные электростанции, расположенные на территории Эстонии, фашистам удалось взорвать). Спасение Таллинской и Элламааской электростанций (их мощность к концу оккупации составляла соответственно 17 тыс. и 7250 кВт) сыграло важную роль в восстановлении гидроэнергетики Эстонской ССР[558].

За несколько дней до освобождения Таллина не вышли на работу и попрятались почти все местные железнодорожники. Таллинский узел был битком набит составами, которые некому было отправлять. Эвакуация по железной дороге фашистских войск, учреждений и имущества была сорвана. Когда части Красной Армии заняли узел, то им в качестве трофеев достались 82 паровоза, около 4 тыс. вагонов и платформ[559].

Для защиты Кехраской целлюлозной фабрики был создан вооруженный отряд из 20 фабричных рабочих. Они изъяли из заминированного здания фабрики 300 кг взрывчатки. Тогда гитлеровцы прислали специальную группу подрывников. К тому времени отряд фабричных рабочих вырос до 40 человек, вооруженных винтовками и автоматами, и вступил с ними в перестрелку. Бой продолжался около часа. Фашисты были отброшены. Защищали Кехраскую целлюлозную фабрику слесарь коммунист А. Тийдре, рабочие В. Ваби, В. Кайгас, А. Кюбар, М. Лассь, Г. Лутсар, Ю. Маалт и др.

Кохиласкую бумажную фабрику и расположенные вблизи мосты Кийза и Силлаотса 20 сентября 1944 г. взял под свою охрану и защиту вооруженный отряд из 22 рабочих. К охранному отряду присоединилось свыше 30 человек. 21 сентября отряд разгромил истребительный поезд фашистов и захватил машину с двумя прицепами со взрывчаткой, предназначенной для взрыва мостов. Кохилаские рабочие спасли от разрушения бумажную фабрику, мосты, железнодорожную станцию и все последующие станции на таллинской магистрали. В ожесточенных боях отличились члены охранного отряда рабочие А. Мяэсалу, Й. Плууман, Т. Пуусепп, П. Теэрик, Р. Тийк, Р. Тяхве, А. Эрдель и др. С оружием в руках защищали родное предприятие рабочие комбината «Ярваканди»[560].

За два дня до освобождения Пярну работники завода «Ээсти моотор» литейщик Ф. Ралльман (будущий директор завода), старший мастер Яансон, токарь Юргенс, начальник охраны Сермонд и другие в самый разгар эвакуации спрятали наиболее ценные инструменты в ремонтный канал и в печь для сушки стержней. В результате гитлеровцы увезли с собой только один токарный станок[561].

Шахтеры Убья под руководством командира подпольной группы А. Крикка предотвратили взрыв шахты. «Для перевозки взрывчатки из подвала в шахту у фашистов не оставалось времени, — вспоминал партизан А. Раттик. — Они решили взорвать весь склад взрывчатки и таким образом вызвать обвал на шахте. Одновременно погиб бы и весь шахтерский поселок». Вооруженные шахтеры взяли под охрану склад взрывчатки, спуски в шахту, производственные здания, жилые дома. Темной сентябрьской ночью шахтеры взломали дверь склада и вместе со своими семьями перенесли в находившуюся неподалеку водоотводную канаву около двух вагонов аммонита. Падение с таким грузом могло оказаться роковым, а приходилось спешить, так как враг был рядом. Гитлеровцам так и не удалось взорвать шахту[562].

«Кренгольмская мануфактура» всегда была гордостью рабочих Нарвы. Когда оккупанты приступили к демонтажу и эвакуации ее оборудования, нарвские рабочие делали все возможное для противодействия этому. Основной формой саботажа они избрали срыв сроков упаковки и транспортировки оборудования под всякого рода правдоподобными предлогами. Такая тактика принесла существенные плоды: на Йоалаской фабрике осталось 40 % прядильных машин, на Староткацкой — до 90 % ткацких станков[563].

Фашистские захватчики нанесли огромный ущерб советской экономике на оккупированной ими территории. Однако благодаря мужественным и самоотверженным действиям партизан, подпольщиков, всех советских патриотов, и прежде всего рабочих, часть заводов, фабрик, шахт, электростанций, предприятий транспорта и связи, производственных построек была полностью или частично спасена от уничтожения фашистами при их отступлении. Это в немалой степени способствовало быстрому восстановлению народного хозяйства на освобожденной от врага территории на завершающих этапах Великой Отечественной войны и в первые послевоенные годы.

2. Помощь подпольщиков и населения городов и рабочих поселков наступающим советским войскам

Когда началось массовое изгнание фашистских захватчиков с советской земли, к оказанию непосредственной помощи Красной Армии, к открытым боевым операциям вместе с партизанами стало переходить боевое подполье, все советские патриоты. Они минировали пути отхода противника, разрушали его связь, обстрелами с тыла вызывали панику в рядах врага, помогали разведке и авангардным советским частям закреплять занятые позиции, очищая от неприятеля станции и другие объекты.

Рабочие-подпольщики расстреливали вражеские войска с крыш и из окон, участвовали в боях за свои города и рабочие поселки. Такие факты имели место уже в декабре 1941 г., во время контрнаступления советских войск под Москвой. Так, в ночь с 19 на 20 декабря 1941 г. во время боя за освобождение г. Крапивны Тульской области местные подростки Ю. Даев и Н. Залесский с тыла выстрелами из заранее припрятанных винтовок уничтожили немецкий пулеметный расчет[564].

Победоносное завершение Сталинградской битвы было с великой радостью встречено населением оккупированных районов, вселило в сердца людей еще большую уверенность в скорое освобождение от ненавистного фашистского ига. Подпольные организации призывали рабочих, все население городов и рабочих поселков активно включаться в вооруженную борьбу с врагом, помогать наступающей Красной Армии уничтожать фашистских оккупантов.

Большую помощь наступавшим советским войскам при освобождении Ростова-на-Дону оказал городской партизанский отряд под командованием М. М. Трифонова (Югова), в котором было немало ростовских рабочих. Накануне освобождения города в его рядах насчитывалось 122 человека, в том числе 24 женщины. На вооружении отряда имелось 156 винтовок, два станковых и 17 ручных пулеметов, много автоматов; запас патронов составлял более 30 тыс. Кроме того, отряд располагал четырьмя автомашинами, горючим и другим военным имуществом.

13 февраля 1943 г. отряд разбился на три группы. Одна группа под командованием С. Кукуюка (Донского) севернее «Ростсельмаша» вступила в бой с гитлеровскими саперами, которые готовили к взрыву предприятия, крупные здания, минировали подступы к городу. Внезапный и дерзкий налет на фашистских подрывников увенчался успехом. Не выдержав натиска, гитлеровцы отступили — здания были сохранены, подступы к городу остались незаминированными. Только за два дня боев с фашистскими подрывниками группа Донского взяла в плен 20 саперов и 22 полицейских. Другая группа юговцев захватила пивзавод «Заря» и крупную хлебопекарню. Все попытки гитлеровцев отбить эти предприятия и заминировать их потерпели крах. Так же была спасена бумажно-картонная фабрика с большим запасом бумаги.

Третья группа под командованием самого М. М. Трифонова в ночь на 14 февраля произвела нападение на огневые позиции батальона шестиствольных минометов в районе разъезда Западный. Крупнокалиберные реактивные «ишаки»-скрипуны, прозванные так нашими солдатами за противно-скрипучий звук при выстреле, своими снарядами ломали на Дону лед. Нужно было разделаться с ними и ускорить переправу советских войск на ростовский берег. Под покровом темноты юговцы неожиданно напали на фашистских минометчиков. Бой длился шесть часов. Победили юговцы.

14 февраля, когда части Красной Армии вели уличные бои, группа юговцев вступила в бой с охраной лагеря военнопленных и, вынудив ее капитулировать, освободила 800 советских военнопленных. Однако спасти заключенных в тюрьме партизаны не успели. Когда юговцы, расправившись с охраной, ворвались в тюрьму, они увидели страшную картину: посредине тюремного двора зияла огромная яма, до краев набитая неостывшими трупами заключенных[565].

Кроме юговцев в боях за освобождение Ростова-на-Дону участвовали члены подпольных организаций и групп, действовавших в городе. Во время боев за город подпольщики разгромили вражескую автоколонну, сожгли 15 автомашин, уничтожили 40 и взяли в плен 298 вражеских солдат, 62 полицейских[566].

В середине августа 1942 г. в подпольную группу «Советские патриоты», действовавшую в Ростове-на-Дону, вступил кузнец Г. А. Полюбец. Вскоре он открыл собственную кузницу. Она стала хорошим прикрытием для деятельности подпольщиков. Здесь изготовляли «ежи» — треугольные металлические болванки, которые незаметно расставлялись в местах наибольшего скопления автотранспорта. Особенно помогли «ежи» в первой половине февраля 1943 г., когда улицы Ростова были запружены бегущими гитлеровцами[567].

В период отступления фашистских войск из Ейска 18-летний комсомолец А. Ушаков организовал из рабочей молодежи группу численностью 18 человек. Молодые патриоты вступили в ожесточенную перестрелку с вражескими солдатами и не дали им взорвать электростанцию, завод «Запчасть», железнодорожный мост через реку[568].

Ставрополь был освобожден Красной Армией в тесном взаимодействии с партизанами и населением города. Партизаны напали на аэродром, взорвали склады боеприпасов, цистерны с бензином. Свыше 300 рабочих и служащих Ставрополя вели борьбу с фашистскими подрывниками[569].

В декабре 1942 г. в обстановке начавшегося наступления Красной Армии Днепропетровский подпольный обком партии созвал совещание руководителей подпольных организаций и поставил перед ними задачу — немедленно приступить к организации восстаний против фашистских захватчиков, развернуть работу по созданию боевых групп и их вооружению.

В Павлограде был создан штаб объединенных боевых групп, в который вошли П. А. Кравченко (командир), С. С. Прибер (комиссар) и К. В. Рябой (начальник штаба). 10 февраля 1943 г. штаб издал боевой приказ № ОБ/1 о сосредоточении всех боевых групп в районе Павлограда, с тем чтобы быть готовыми к боевым действиям в ночь с 13 на 14 февраля. Боевые группы, в составе которых было много рабочих, блокировали центр Павлограда. Им на помощь должны были прийти боевые подпольные группы из окрестных сел; некоторым из них поручалось перекрыть пути отступления оккупантам. В штаб 4-го гвардейского стрелкового корпуса 6-й армии Юго-Западного фронта была послана связная подполья О. В. Куликова.

13 февраля Днепропетровский подпольный обком КП(б)У обратился к трудящимся Павлограда с воззванием, призывая к восстанию против фашистских захватчиков. В нем говорилось: «Под мощными ударами Красной Армии мутно-коричневая волна катится назад. В этот час наш долг, наша обязанность перед народами СССР и всем человечеством ускорить гибель этих варваров, помочь нашим красным героям добить фашистских псов.

Подымайтесь, все честные граждане!

Пусть наши города и села охватит огонь негодования. Пусть все леса наполнятся громом голосов:

К оружию! К оружию!»

Это воззвание вызвало замешательство и панику среди врагов. В полдень 13 февраля на кожевенном заводе собрались члены боевых групп, которые были объединены под командованием коммуниста лейтенанта С. А. Чумака. Оккупанты бросили против подпольщиков более 300 немецких и итальянских солдат, поддержанных артиллерией. Жестокий неравный бой длился до ночи. Почти все 50 окруженных подпольщиков погибли смертью героев, но не сдались врагу. Они уничтожили более 150 вражеских солдат. Другие боевые группы 14 и 15 февраля вели перестрелку с карательными силами противника, прибывшими из Днепропетровска. 15 февраля вернулась связная О. В. Куликова вместе с представителем штаба корпуса капитаном Андросовым. Они сообщили подпольному обкому партии и штабу боевых групп, что части Красной Армии подойдут к Павлограду утром 17 февраля.

В ночь на 16 февраля по приказу штаба боевых групп в городе одновременно вступили в бой с гитлеровцами более 500 человек. Восставшим удалось нанести большой ущерб врагу: было убито более 300 солдат и офицеров, две роты 104-го итальянского полка сдались в плен. 17 февраля советские войска полностью выбили гитлеровцев из Павлограда. Более 500 местных патриотов — участников восстания — вступили в Красную Армию. Однако с 18 по 21 февраля фашистская авиация подвергла Павлоград ожесточенной бомбардировке, превратив его в руины, и гитлеровцы, перейдя в контрнаступление, вновь захватили город[570].

18 сентября 1943 г. части Красной Армии, перейдя в наступление, окончательно освободили Павлоград от немецко-фашистских захватчиков. Накануне освобождения несколько павлоградцев сумели просочиться сквозь плотную оборону гитлеровцев. Они сообщили советскому командованию ценные сведения о местах скопления противника и заминированных объектах[571].

В конце ноября — начале декабря 1942 г., когда через Краснодон неорганизованными группами отступали разбитые румынские части, молодогвардейцы С. Тюленин, В. Борц, С. Левашов и другие «достали» у них 15 автоматов, 80 винтовок, 300 гранат, 15 тыс. патронов, 65 кг тола, несколько сот метров бикфордова шнура[572]. Они готовились к вооруженному выступлению, когда части Красной Армии подойдут к Краснодону. Последовавший вскоре провал «Молодой гвардии» не позволил осуществить эти планы.

В начале 1943 г., во время наступления советских войск на Харьковском направлении, в г. Лозовая подпольщики напали на охрану склада боеприпасов на территории ТЭЦ. В неравном жестоком бою многие из подпольщиков погибли смертью храбрых, но фашистам не удалось взорвать боеприпасы[573].

В январе 1943 г., когда советские войска приблизились к Славяносербскому району, Ворошиловградский подпольный обком партии сформировал здесь боевую дружину под командованием вышедшего из окружения рядового В. Г. Черных. В дружину входило более 100 человек, в основном шахтеры. В ночь на 22 января дружинники напали на фашистский гарнизон Славяносербска и после пятичасового боя овладели городом. 26 января гитлеровцы предприняли контратаку. Под натиском превосходящих сил дружинники отступили, но 27 января подошли советские войска. Эта дружина участвовала в освобождении Славяносербска, села Крепи и других населенных пунктов[574].

В Донбассе в боях за освобождение станции Ясиноватая местный партизанский отряд железнодорожников «Смерть немецким оккупантам!» спас от разрушения основные сооружения станции и захватил архив железнодорожной полиции. В Горловке члены боевой группы под командованием А. Г. Сергеева вооружили рабочих и открыто преследовали отступавших гитлеровцев. Подпольщики Артемовска разминировали мост, по которому затем прошли советские войска. Утром 5 сентября 1943 г. начались бои за Макеевку. Группа местных подпольщиков присоединилась к бойцам Красной Армии и сражалась до полного освобождения города. Смертью храбрых пал шахтер С. Сукачев[575].

Накануне освобождения Сталино, с 4 по 6 сентября 1943 г., подпольщики в районе шахт № 6, 8 и 9 систематически нарушали немецкую связь, дезорганизуя управление войсками. 6 и 7 сентября, когда шли бои за освобождение Сталино, подпольщики из окон, подворотен и с крыш расстреливали отступавших гитлеровцев, участвовали в боях в поселке Мушкетово, на шахте № 12/18 и станции Караванная. 8 сентября, когда части Красной Армии находились в 6 км от рабочего поселка Кураховка (Сталинская обл.), подпольная группа во главе с А. Т. Литвиненко подняла на вооруженное восстание население поселка и рабочих шахт № 38, 40, 42, 43. Патриоты уничтожили много гитлеровцев, захватили 424 ящика крупнокалиберных снарядов, около 20 тыс. винтовочных патронов, 2 ручных пулемета, 25 гранат, 3 мотоцикла. Восставшие рабочие и другие жители Кураховки участвовали в освобождении Селидоновского района[576].

Когда советские войска подошли к Кременчугу, подпольщики, среди которых было немало рабочих Крюковского вагоностроительного завода, объединились в партизанский отряд и выступили с оружием в руках. Отряд участвовал в освобождении правобережной части города и окрестных сел[577].

25 ноября 1943 г. в Кременчугском районе в бой с фашистами вступили боевые группы подпольной комсомольско-молодежной организации «Набат». Молодые патриоты уничтожили 15 и взяли в плен 8 солдат противника, захватили 11 пушек, 5 минометов, 2 пулемета, 31 автомашину, 37 повозок, нагруженных военным имуществом, 21 лошадь, 20 велосипедов и склад боеприпасов. С приближением линии фронта к Днепродзержинску боевые группы подпольной организации, возглавляемой П. Л. Педиско, ударили по врагу с тыла. В тяжелых боях, развернувшихся в городе, подпольщики вместе с советскими воинами сражались за каждую улицу, каждый квартал[578].

В день, когда фашисты отступили из Чернигова, многие местные жители, в том числе женщины, вместе с советскими бойцами участвовали в ликвидации отставших групп гитлеровцев на улицах города. В начале ноября 1943 г., накануне освобождения г. Голая Пристань на Херсонщине, подпольщики вступили в бой с врагом и не допустили уничтожения зданий больницы и курорта. Во время форсирования Днепра житель Каховки В. К. Новицкий под шквальным артиллерийским огнем гитлеровцев перевез на своей лодке 65 бойцов, несколько минометов и орудие, за что был награжден орденом Красного Знамени[579].

В октябре 1943 г., во время боев за освобождение Мелитополя, отважно сражались члены подпольной молодежной организации «За Родину» (руководитель Н. М. Харченко), возникшей в мае 1942 г. В составе группы было немало рабочей молодежи. Мелитопольские подпольщики уничтожили 68 солдат и офицеров противника, две автомашины, два пулемета, захватили 60 т зерна и несколько автомашин[580].

В сентябре 1943 г. командование запорожского партизанского отряда № 117 им. В. И. Чапаева приняло решение выступить с оружием в руках 10 октября и местом сбора избрало туннели алюминиевого завода. Сюда сносили оружие, боеприпасы, продукты питания. Подпольщики передали 60-й гвардейской дивизии сведения о сосредоточении танков и расположении вражеских складов. К моменту выступления в туннелях находилось более 60 подпольщиков и около 400 мирных жителей. 10 октября гитлеровцы, обнаружив скопление людей, начали изгонять их дымом. Спасавшихся от удушья людей тут же расстреливали. В тот день каратели убили 24 человека, в том числе четверых детей. Бойцы отряда оказали сопротивление. Отстреливаясь, они отвлекли на себя несколько подразделений врага[581].

Активную помощь наступавшим советским войскам оказывали и другие подпольные группы Запорожья. Подпольщик К. Т. Великих (будущий Герой Советского Союза) трижды обрывал телефонную связь с фронтом фашистского штаба, руководившего боями под городом. Возглавляемые подпольщиками запорожские рабочие в 8-м поселке (окраина города) с боем отстояли от разрушения магазин и многие жилые дома, в 15-м поселке — баню и клуб, в 6-м поселке — 12 жилых домов, предотвратили разрушение 11-го поселка[582].

Как могли, старались помочь наступавшим советским войскам подпольщики Киева. Участники подпольной комсомольской группы при городском управлении водопроводной сети выкопали ямы перед Ковельским мостом, сделали два подкопа на Святошинском шоссе, что на несколько часов задержало движение отступавших фашистских войск. В районе Подола патриоты, уничтожая телеграфные столбы, нарушали связь между артиллерийским полком и наблюдательным пунктом, обстреливали обозы, подвозившие к линии фронта боеприпасы. 5 ноября 1943 г., накануне вступления Красной Армии в Киев, подпольщики Киево-Святошинского района разминировали железнодорожный мост вблизи станции Пост-Волынский[583].

В начале ноября 1943 г., во время ожесточенных боев за Киев, бригада рыболовецкой артели во главе с бригадиром М. Коваленко добровольно в течение нескольких дней под пулеметным и минометным огнем перевозила через Днепр воинов, продовольствие и боеприпасы. Когда советские войска прорвались из Пущи-Водицы на улицы Киева, навстречу чехословацкому танковому батальону выбежали киевлянки О. Кучерова и Л. М. Уваренко. Увидев, что танки и автоматчики попали под сильный артиллерийский и пулеметный огонь фашистов, они провели чехословацких братьев в обход опорных пунктов врага[584].

Утром 24 октября 1943 г. 18-й танковый корпус ворвался в Кривой Рог, но встретил упорное сопротивление противника, значительно превосходившего его по силам. Советские танкисты вели неравный бой в течение всего дня и, израсходовав боеприпасы, вечером вынуждены были отойти. В темноте трудно было ориентироваться на улицах города. На помощь танкистам пришла местная комсомолка К. А. Заболотнева. Она села в головной танк и помогла вывести машины из-под удара врага[585].

В Криворожье в поселке шахты им. Красной гвардии с февраля 1942 г. действовала подпольная комсомольско-молодежная группа «Красногвардеец». Ее организовал комсомолец Н. П. Гринев. Активными подпольщиками были М. Бабенко, И. Гудзь, И. Косыгин, Н. Мазыкин и др. К октябрю 1943 г. группа насчитывала 35 членов. В октябре она установила связь с советским командованием и по его поручению вела разведку в тылу немецко-фашистских войск. 17 февраля 1944 г., когда советские войска перешли в наступление, подпольщики участвовали в боях за освобождение Кривого Рога. Вместе с отрядом бойцов под командованием подполковника А. П. Шурупова они заняли плотину Криворожской ГРЭС, отбили несколько атак гитлеровцев и спасли плотину от взрыва[586].

В подготовке плавучих средств для высадки десанта старшего лейтенанта К. Ф. Ольшанского в Николаеве в конце марта 1944 г. активное участие принял рыбак артели им. К. Е. Ворошилова Николаевской области А. И. Андреев. Зная расположение вражеских постов, он добровольно изъявил желание сопровождать десант на головном баркасе, остался в отряде при высадке и вместе с десантниками отбивал ожесточенные атаки гитлеровцев. А. И. Андреев пал смертью храбрых в этом бою. Он посмертно удостоен звания Героя Советского Союза[587].

Существенную помощь наступавшим частям Красной Армии оказали подпольщики Винницы. В частности, 15 марта 1944 г., за пять дней до освобождения города, они уничтожили огневые точки врага на кирпичном заводе № 3. 26 марта 1944 г. был освобожден Каменец-Подольский. Однако гитлеровцы упорно пытались вновь захватить город. Несколько дней шли жестокие бои. Командование и политотдел 10-го гвардейского корпуса призвали к участию в защите родного города всех жителей, способных носить оружие. Много патриотов, в том числе рабочих, отозвались на этот призыв. Они в едином строю с гвардейцами громили врага и отстояли Каменец-Подольский. В период приближения советских войск львовская «Народная гвардия» формировала партизанские отряды на базе своих боевых групп. Народогвардейцы, среди которых было немало рабочих, участвовали в боях за Львов и многие другие населенные пункты Львовщины. Боевая группа подпольщиков под командованием С. М. Грищенко вместе с бойцами Красной Армии освобождала г. Рыбницы в Молдавии[588].

Весной 1944 г. по приказу штаба партизанского движения при 4-м Украинском фронте в Одессу были заброшены для организации и руководства диверсионной борьбой 10 парашютистов под началом В. Д. Авдеева-Черноморского. Один из них, Е. П. Баркалов, установил связь с группой рабочих железнодорожных мастерских завода им. Январского восстания. Январцы В. Бобровский, Н. Зданович, Д. Курашов, А. Маниленко и другие в конце марта ушли в катакомбы и приняли участие в боевых операциях партизан против фашистских войск. В одной из них пал смертью храбрых рабочий электроцеха А. Маниленко. В вооруженных схватках с фашистами участвовали боевые группы подпольщиков заводов им. Красной гвардии, им. Ф. Э. Дзержинского, им. Октябрьской революции и других предприятий под руководством А. Г. Аносова, К. Г. Атанасова, Б. В. Гумперта, М. Г. Чернышова и др.[589]

Большую помощь частям Красной Армии оказали подпольщики городов Крыма. В Симферополе только одна комсомольско-молодежная боевая группа из 35 вооруженных автоматами подпольщиков (руководители А. Н. Косухин и В. И. Бабий) совершила налет па автоколонну противника, уничтожала вражеских факельщиков и минеров, предотвратила взрыв 1-й и 2-й государственных мельниц, всех мостов в городе, драматического театра, многих административных зданий. 13 апреля 1944 г. эта группа совместно с передовыми частями Красной Армии и партизанами заняла железнодорожную станцию, вокзал, телеграф, радиостанцию. Подпольщики участвовали в освобождении Севастополя, поддерживая огнем передовые части, ворвавшиеся в город[590].

Рабочие-подпольщики городов Белоруссии особенно помогали наступавшим советским войскам при разминировании различных объектов. Маршал Советского Союза К. К. Рокоссовский в своих воспоминаниях отметил: «Несколько уцелевших крупных зданий враг заминировал и подготовил к взрыву. Их удалось спасти только благодаря тому, что передовые части Красной Армии, ворвавшиеся в Минск, быстро установили контакт с местными подпольщиками и немедленно разминировали Дом правительства, здание ЦК КП(б)Б и Окружной Дом офицеров. Всего в городе после его освобождения саперы обезвредили около 3 тыс. авиабомб, сняли более 300 фугасов и свыше тысячи различных мин и „сюрпризов“»[591].

Во время боев за освобождение Вильнюса рабочие-подпольщики установили связь с командованием Красной Армии, помогли частям наших войск зайти в тыл врага, раскрыть местонахождение аэродрома, военных складов, баз горючего. 31 июля 1944 г. передовой батальон капитана И. П. Луева из 277-й стрелковой дивизии на подходе к Каунасу встретили секретарь подпольного райкома комсомола В. Петраускас, его товарищи К. Исачаускас и П. Славинскас. Они сообщили, что комсомольцы-подпольщики вывели из строя городскую телефонную станцию и связь в немецком гарнизоне не работает. Затем они вывели батальон на улицы Каунаса. Группа партизан и подпольщиков, в составе которой было немало каунасских рабочих, захватила мост через Неман и удерживала его до подхода 277-й дивизии. Когда дивизия вступила в город, подпольщики обстреливали с тыла отступавших гитлеровцев, уничтожали факельщиков[592].

За время оккупации ряды рабочего класса сильно поредели: кто был казнен или заключен в концлагерь за участие в саботаже и диверсиях, кто ушел в партизанские формирования, кто был угнан в Германию, кто уклонялся от работы и скрывался в окрестных деревнях, кто умер от голода и лишений. Многие рабочие, томившиеся в тюрьмах, были казнены во время отступления фашистских войск из советских городов. Так, старый потомственный шахтер И. П. Ковалев из г. Алчевска (Донбасс) почти всю оккупацию просидел в местной тюрьме за «неуважение к новому порядку» и буквально за сутки до освобождения города был брошен гитлеровцами в яму и живым сожжен[593].

В октябре 1941 г., в начале оккупации, на таганрогском заводе «Красный котельщик» было 4 тыс. рабочих и служащих, а через 22 месяца, к моменту освобождения, их насчитывалось всего 380 человек. В Минске к июлю 1944 г. на сохранившихся предприятиях трудилось 1,2 тыс. рабочих, что составляло лишь 4 % их довоенной численности. На Таллинской целлюлозной фабрике в 1941 г. работало около 1,5 тыс. рабочих, а к моменту освобождения (сентябрь 1944 г.) осталось 573 человека. И так было повсеместно. В момент освобождения в районах РСФСР, подвергшихся оккупации, число промышленных рабочих составляло к довоенному уровню 17 %, в УССР — 17, в БССР — 6, в Молдавии — 15, в республиках Прибалтики — 30 %[594].

Трудно передать чувства, которые владели рабочими, всеми советскими людьми, пережившими ужасы фашистской оккупации и дождавшимися наконец освобождения. Когда, например, первые работники Днепропетровского вагоноремонтного завода им. С. М. Кирова прибыли из эвакуации в родной город, к ним в контору пришел кадровый рабочий завода П. П. Григорьев, который не успел эвакуироваться и оставался в оккупированном Днепропетровске. «С каким нетерпением мы ждали победы Красной Армии! — со слезами на глазах говорил старый рабочий. — Ох, что здесь творили враги, как они издевались над народом! Были дни, когда, чтобы не видеть происходящего, я помышлял покончить с собой. Но тут же думал: наступит освобождение. И вот оно пришло. Теперь я снова человек, гражданин. Я свободен. Я могу произносить слово „товарищ“»[595].

После освобождения часть рабочих вступила в Красную Армию и геройски сражалась на фронтах Великой Отечественной войны. Немало из них погибло смертью храбрых на полях сражений. Значительная часть рабочих после изгнания захватчиков осталась работать на своих предприятиях. Люди, которых фашисты не смогли заставить производительно работать никакими угрозами и посулами, теперь выступали инициаторами стахановского высокопроизводительного труда, брали повышенные социалистические обязательства и успешно их выполняли. Например, с осени 1943 г. среди донецких шахтеров широко развернулось движение под девизом «Одну норму за себя, другую — за товарища, ушедшего на фронт!». Одним из инициаторов этого патриотического движения был М. Афонин — тот самый горловский шахтер, который в период оккупации месяцами скрывался в замаскированной собачьей будкой яме, уклоняясь от работы на захватчиков. Теперь же он систематически выполнял нормы выработки на 200 и более процентов. В 1943–1945 гг. его фамилия не раз появлялась на страницах центральных и местных газет[596].

Рабочие, бывшие в оккупации и сыгравшие решающую роль в срыве экономических и военно-политических мероприятий захватчиков, после освобождения самоотверженно трудились под лозунгом «Все для фронта! Все для победы!». Они знали, что теперь они работают на свою социалистическую Родину и ударным трудом приближают день окончательной победы над ненавистным врагом, под пятой которого им пришлось вынести столько горя, страданий и унижений.