Вторая жизнь не станет скучной! «Студентик» Том 1

Глва 26 «Другое Прибытие»

Я еду в Москву на электричке. Что можно такого сделать чтобы не тухнуть дурачком на уже оплаченном кресле? Конечно, я отправился прямиком к машинисту! Тому самому мужичку, который махал рукой нам с девочками из окна. Даже сигналил!

Можно сказать, я почувствовал эту нашу связь, так что идея была заведомо обречена на успех.

Социофобия застрелилась…

Зовут Ибрагим Леонтьев, ему вчера сорок, отмечал без семьи, скучает жутко, глядя на нас ощутил сильную зависть. А ещё Ибрагим машинист! Столько поездательных историй я ещё за обе жизни не слышал. Там и про устройство немного… И как частные транспортные компании устраивают лютые договрняки. Как правительство пытается вмешиваться и регулировать сферу, а после вечно страдают лишь простые работяги, но ничего к лучшему не меняется.

Вот всё хорошо! Но порулить он не дал… Сказал, маневрировать между рядами не умею, а ему потом локомотив заправлять ещё после меня долго придётся.

Хотя то не так уж и нужно, когда тебе открывается никак не доступный для остальных вид. Вот все нормальные водители, когда управляют обычной машиной всегда смотрят через лобовое стекло. Этот вид мне всегда нравился сильно больше, чем в остальных окнах. Однако для пассажира почти любого поезда это невозможно. Что ж, я-то не большинство! Я еду по своим делам прямо в кабине управления локомотива!

И вид этот давненько на Москву. Хотя ехать до неё ещё пол сотни километров, глаза её уже видят. Город на девяносто миллионов жителей просто не может быть маленьким. Высотки не заканчиваются вплоть до самого МКАД. А далее визуально не заканчивается Москва. Юридически начинается одноимённая губерния, земли других известных крупных городов, как по часам: Подольск, Люберцы, Балашиха, Мытищи и ещё куча иных…

С живой же человеческой точки зрения, то что я вижу из поезда, это всё та же ничем не прекращающаяся огромная москва. Мало ей быть самым населённым городом в мире? Ни японское Токио, ни Китайские или Индийские города, а именно наша Москва. Как по заветам: Самой большой стране — самые большие города.

Так в сумме область плюс столица набирают сто двадцать миллионов населения. Это примерно одиннадцать процентов от всего населения Российской Империи. Только на одну лишь столицу…

— Знаешь, думаю я над твоим вопросом, всё никак не придумаю, — задумчиво начал Ибрагим. — Зачем они все сюда едут? Вот мёдом точно где-то намазано, просто мы ещё сами его не нашли.

— Ладно просто ездить, сколько у меня друзей так из Саранска, — продолжаю я диалог, — они как добирались в Москву, потом пытались сделать, кажется, всё немыслимое, лишь бы остаться в ней навсегда. Несмотря на дорогое жильё, конкуренцию за рабочие места, транспортный трындец, камеры…

— Да-да-да, Юрка, даже мои братья. Я же с Новой Земли уроженец, помнишь, рассказывал?

— Конечно, Ибрагим Леонтьевич, такую историю я теперь до самой старости в голове хранить буду, ха.

— Так вот, примчались они в столицу с идеей «просто посмотреть родину», совершенно ничего ведь плохого! А в итоге застряли внутри вот уже на двадцать лет, даже домой к родителям почти никогда не наведываются. Понимаю, деревенька наша малюсенькая, прямо как из книжек истории, одноэтажные брусчатые домики, снег по самую крышу и белые медведи. Особенно по сравнению с чем-то вроде монструозной Москвы, делать-то у нас там действительно нечего, но чтобы вот так измениться… Больше на одержимость похоже. Как секта. Сотни причин найдут ведь для каждого оправдания, — сказав это, он вдруг пощурил глаза и стал тщательно начёсывать оба своих уха пальцами, наверное, пытается их размять. Аж до кровавой красноты…

— Вы что делаете? — конечно, я этому удивился.

— Ах, а ты не слышал примету? Мне ещё дед о ней рассказывал, он ведь тоже машинистом работал, когда все эти дороги только строились. Так вот, если не почесать уши перед въездом в такой большой город, то с тобой обязательно случится что-то плохое. Упадёшь и ногу сломаешь, то есть в больнице здесь застрянешь или в аварию попадёшь, может, ограбят… Но задержаться тебе придётся в любом случае.

Ибрагим начал делать это как раз незадолго до переезда линии МКАД. Только нос локомотива коснулся невидимой линии, как уже перед моим носом без каких либо причин возникла консоль И. У. М.

*Внимание, на данной территории зафиксировано правило принудительного изъятия маны! 13% вашего восстановления теперь ежесекундно будут отниматься в пользу ##.*

— Чт⁈ — я аж с кресла подпрыгнул. — Какого!.. Кхм…

— Ты чего вдруг матом ругаешься, Юрка?

— Ничего, мне в спину стрельнуло.

— Да рано тебе, молодой ещё.

— Знаю, знаю…

Это что вообще такое! За какие такие шиши я должен отдавать тринадцать процентов своего заработка хрен пойми кому, просто потому что вынужден находиться здесь и пока не могу уехать⁈

*Предупреждение, условия подписанного контракта так же уже отнимают у вас 6% маны. Следовательно, ваш потенциальный ресурс в данный момент снижен на 19% от ста.*

— Ох, господи… — Ибрагим тяжело вздохнул, продолжив мутно щуриться в лобовое стекло. — У тебя не возникло такого престранного ощущения, словно только мы промчались через МКАД, как в ушах зашипел чей-то голос?

— Нет, — я непонимающе повертел на него головой.

— Вот каждый приезд всё хуже и хуже. Я уж думал, просто с ума схожу, но в других городах я такого никогда не чувствовал. Может, это те новые Московские антенны для интернета… Моя голова на них как настоящая антенна реагирует. Мне так сильно от солнечных вспышек колени не пробивает. Что ж творят, черти. Свой же народ за просто так губят.

— А мне всегда казалось, что магниторецепция это чушь.

— Как-как ты это назвал?..

— Ну, способность чувствовать магнитные волны.

— У-у-у! Поживёшь с моё… Хотя, дай Бог тебе, парень, никогда и не узнать. Особенно сильно когда-то сломанные конечности реагируют. Вот прямо как у старых пиратов в книжках, могу погоду предсказывать с точностью выше синоптиков. Хоть на работу к ним вместо измерительного прибора нанимайся.

До твоего я всего пять лет не дожил, мужик. А, впрочем, я же вижу всё своими глазами. Ему всерьёз стало плохо. На какое-то самовнушение не слишком похоже, хотя кто его знает, малознакомого человека.

Ой? А вот теперь вопросы возникают и у меня тоже.

— Ибрагим Леонтьевич, скажите… — я стал примерять камеру смартфона к небу над центром Москвы. — Погода как-то испортилась больно? Пасмурно и похолодало. И небо всё чёрными тучами затянуло… — этот вопрос был лишь наводящим. Потому что КОЕ ЧТО почти не позволяло это самое небо за собой увидеть.

— Почему же чёрными? Обычные белые, — выдал мне Ибрагим.

%.*.%.*.

Моя камера тоже это чудо над городом не пишет, так что…

Думал, после омывания никаких демонов видеть не буду. Я же больше ни с кем таким не пересекался, даже в интернете не списывался. Видно, сила контракта намного больше какой-то там водицы.

Чёрная мерзкая чертовщина, размерами в целые километры, просто левитирует над городом, словно всё так и должно быть. Даже некоторые здания тентаклями поглаживает, а ничего рушится явно не пытается. Тут в пору назваться душевнобольным.

— Знаешь, как я слышу Москву? — вдруг обернулся на меня Ибрагим. Его зрачки сильно расширены, а пальцы на руках заметно дрожат, вот только он сам на это никак не реагирует. — Думаю, ты не из тех, кто будет смеяться, даже несмотря на возраст. Следовало бы сказать, ты вообще на студента не очень похож, ещё бы немного и вдруг запел бы мне как десять лет назад, в девяностые, вооружённых бандитов палками гонял.

Что ж, сказанул ему кое-что лишнее. Если сплюсовать, оно ведь правда по годам не сходится.

— Что вы, мне уже самому интересно. Потому что вы правы.

— Думаешь? Говорю же, с этим городом что-то не так. Совсем неправильный. Каждый раз успокоительное перед рейсом сюда принимаю, потому что иначе просто страшно. Вот везде я уже был, везде. На Севере, на Дальнем Востоке, бывало с женой и детьми катался в наши Африканские колонии, а здесь, в сердце родной страны, я натурально схожу с ума. Мне отчего-то мерещится, как откуда-то из центра доносится истошный-истошный детский плач. Кто-то стонет оттуда, даже уши почти ничем не спрячешь… Но точно не дети, Юра. Точно нет, — достигнув необходимых знаков, он начинает плавно замедлять поезд при помощи рычагов. — Скоро уже приедем. Юрка, ты, главное заранее из кабины выскочи, а то мне по голове надают мама не горюй.

— Я помню, Ибрагим Леонтьевич.

— Ага. Так вот… Вот прямо сейчас, не слышишь? — он оторвал руку от рычага, чтобы поднять её к потолку. Мужик пытается показать мне вполне конкретное направление. Не чудо ли, что оно точно совпало с местом куда по небу продрейфовал тентаклиевый монстр? — «Умоляю, останься со мной. Молю тебя, ещё немного. Помоги… Помоги… Я хочу кушать… Останься, прошу тебя», — бормочет мне Ибрагим. Если бы он пересказывал слова, то говорил бы быстрее, а так он явным образом повторял за чужим крайне медлительным тоном. Прямо затягивал слова, переламывал их во что-то действительно тоскливое и болезненное.

— Даже не знаю, хотел бы я слышать то же самое, — я ответил ободряющим тоном.

— Так ты мне веришь что-ли? — он с надеждой перевёл на меня покрасневший взгляд.

— Совершенно точно верю. Вы слышите, а я вижу, — указал ему пальцем в окно. — Даже не стану пытаться описать. Вы вместе с этими звуками взаправду с ума сойдёте, когда узнаете что именно умоляет вас остаться в Москве.

— Жена, конечно, очень расстроится, но, думаю, мне лучше поскорее уволиться. Эти нервы того не стоят, — дрожащей рукой, он начинает полноценное торможение состава. — Не могу знать, когда окончательно сломаюсь, а ведь от меня зависит много жизней.

— Поедете снова пытаться устроиться на магнитный поезд? — я предположил с интересом.

— Да, думаю, на Маглев ещё раз попробую. Они именно так правильно называются.

— Ага, я просто слово забыл, вы говорили.

%.*.%.*.

— По молодости было так невероятно вести «Полярника»… — продолжает Ибрагим. — Действительно огромный локомотив на стопроцентно магической тяге. За мной была целая команда машинного отделения. Там ни рельс, ни конкретной дороги… В какой-то момент даже про землю забыли, прямо по воде попёрли. Считай, машину только с Архангельского завода выпустили, ещё никто толком не обкатывал, а мне довелось стать в том рейсе аж капитаном. Так мы всё Белое море поперёк прошли! Едва ресурсы пополнили, отдохнули и по приказу пошли в Баренцево, сказали, там Британцы опять суетятся, надо припугнуть.

— А потом вы лично протаранили их новенький десантник, — я кивнул.

— Ага. Что уж сказать, дурная служба у меня была! Но как интересно. Англосаксы, как обычно, какие-то свои учения близь наших границ проводили, там Норвежский Шпицберген, все дела. А наши терпеть в конец устали. В ответ, говорят, подшаманили атмосферу так, что сложные датчики бриташек увели весь их флот далеко в сторону Новой Земли. Когда те заметили, было уже поздно, в итоге мы арестовали вообще всех, никто не ушёл. Потопили нескольких, а я вот, тоже отличился.

Я всё это уже слышал, но Ибрагим Леонтьевич, рассказывая о прошлом, довольно быстро приходил в норму. К тому же история сама по себе невероятная. Какой-то поезд, который плевать хотел на рельсы. Он даже нужна ли ему земля не определился, может, корабль на самом деле? Вот эта хреновина в итоге участвовала в настоящем морском бою, протаранила огромный транспортный корабль… И до сих пор где-то там катается с освоенного Севера, на Северный полюс, для проведения научных исследований. Это вместо ледоколов и авиации, наверное.

На самом деле это так ценно, вот такие случайные встречи. Живёшь и не знаешь кто ходит вокруг. А тут вон, какая-то обыкновенная гражданская электричка для простолюдин, но ведёт её настоящий герой. И ничего, никто об этом даже одним словом не обмолвился. Хотя, конечно, кто знает, может, он мне секретную военную информацию сообщил. Но соврал вряд ли, уверен, Ибрагим совершенно здоров.

Иначе не здоров и я тоже. Что-то жрёт мою ману и делает чёрти что с русской столицей. А ведь на гениальность я вовсе не претендую. Это очевидная вещь, ну не может правительство не знать о монстре. Хуже того, именно в этом месте он оказался, наверняка, нисколечко не случайно. Это же грёбаный подлог. Кажется, нас всех тут по-тихому имеют прямо и в рот, и в задницу. Даже за свой французский не извинюсь.

Только делать я с этим не буду совершенно ничего.

Можно даже удивиться, вроде как: «Почему⁈», задать очень много вопросов почему. А я причин никаких в ответ не назову. Это просто бессмысленно. Всё бессмысленно, когда настолько масштабно. Это же целая выстроенная система.

Когда я заключал контракт И. У. М. у красного Чёрта, прямиком из самого ада, тот сказал мне вполне исчерпывающую мысль: «Ох, неужели, догадки вас беспокоят, Юрий Петрович? Тогда просто вспомните, что человечеству миллионы лет, но вы сейчас спокойно говорите со мной на этом балконе. В благополучном городе одной очень крупной и могущественной страны. Можете в любой момент купить что угодно в магазине неподалёку, отправиться в другую часть света… Юрий Петрович, как видите, ничего плохого не происходит, мир становится лишь лучше и лучше».

Какая-то могущественная чертовщина отжирает у меня ману, подобно государству, которое снимает налоги. Только не с денежных операций, а прямо с жизни. И вот навряд ли дело в каком-то там чёрном мерзком монстре. Да, он безумно огромный, он стрёмный. Эта чепуха ещё и людям, взаправду, вредит.

Я просто так подозреваю, глядеть мне следует на владельца сей эпопеи, а не симптомы.

Почему ж Москва такая тяжёлая… Почему не как мой родной Саранск. Не такое уж большое расстояние между нами, но у нас хотя бы всё по-человечески.

Вот лично у главы третьей семьи страны, Шереметева, всё-всё серьёзно спрошу сегодня.

В городе Москва!

В принципе, если не поднимать голову, не так уж тут и плохо. Размер всё же играет роль. Из главных ощущений, народу очень много, так они ещё куда-то безостановочно спешат. Ширина тротуаров как ширина автомобильных дорог в Саранске, а последние здесь как чёртова взлётная авиа полоса. Ещё дорогих штук всюду навалом.

В центре каждая вторая машина как будто только из салона катится, дорогущие, чистые, сложно выделанные и нарочно пафосные. Наверное, за десять минут взглянул на весь мировой элитный автопром.

На самом деле, чем не идея, потом сразу же отсюда на какой-нибудь такой спортивной штучке и поехать назад. В аренду, конечно. Уверен, оно того обязательно стоит. Хоть разок в жизни-то надо пощупать.

Какой там ещё бюджет за победу объявят, интересно. Я, правда, игрок без командны. Едва ли в одиночку осилю всех засланцев из знатных семей. Это было бы уже через чур…

О-о! А вот это тоже мыслишка. Машины-машинами, но почему бы не прокатиться на чём-нибудь? Мне всё равно далеко идти до дома Шереметевых. Я по телефону отказался от их сопровождения, хотел на новый мир посмотреть, конечно.

Самокат или велосипед?.. Да ну н-е-е! Ты ж смотри, тут одно единственное моноколесо осталось в списке! Надо срочно брать! Чертанутое колёсико без ручек и систем обеспечения здоровья, как встал ногами, так и полетел на нём умирать!

Даже сидушки никакой нет, только одно широкое колесо и две подножки по бокам. Хочу!

%.*.%.*.

Я стремительно кликаю в экран смартфона, после чего набиваю данные карточки по памяти… Готово! Даже документы не спросили. Хотя, может, с банком свяжутся, оплата то уже улетела. (Или администрации глубоко наплевать).

Остаётся лишь добраться по координатам на карте и забрать эту безумную штуковину. Правда, скорость обещают ограниченную всего до сорока километров в час… Но ничего, покататься мне хватит!

Только, придя на гео метку колеса, я никак не мог ожидать, обнаружить как троица гопников разбирает его отвёртками. Ничего не стесняясь сидят прямо посреди оживлённой улицы!