Вторая жизнь не станет скучной! «Студентик» Том 1

Глава 7 «Ушел в тотальный разнос»

Тот же второй день в Российской Империи. Собираемся хорошенько залить горе…

Вот так бывает! Делаешь вроде бы доброе дело, «спасаешь красавицу» и забываешь, что она на самом деле фюрер в юбке, который строит козни против бедных евре… студентов-простолюдинов. Вознаграждение однажды настигнет каждого своего героя. Как жаль стать одним из таких!

«Крупный инцидент произошёл в городе Саранске! Местный студент безжалостно убил двенадцать человек, нанеся каждому страшные телесные повреждения, а затем злостно скрылся с места преступления. Он до сих пор на свободе, будьте осторожны!» — какую-нибудь подобную фигню напишут про меня в ближайшие часы СМИ по всей стране в качестве мелкой, но яркой колонки.

Как бы то ни было, я вышел на ближайшую оживлённую улицу, после чего временно отключил всю имеющуюся в телефоне телеметрию. Мне всё же хочется хорошенько выпить, прежде чем начнутся допросы и всё остальное. А чтобы не обвинили ещё и в злостном укрывательстве от закона — после, как буду готов, включу всё взад. Да, я никогда не отключаю слежку на своём телефоне полностью, так как это было бы как раз куда более заметным явлением, нежели очередной юзер-студент.

Для настоящей анонимности нужно заведомо использовать изолированное от сети устройство, данных о котором ни у кого нет. Если же такая возможность отсутствует, следует поступить именно так — дать дата-центрам ту информацию, которую они хотят, но настолько «обычную», что ни у кого в голову не придёт обратить на тебя внимание.

Следует ли мне просто подчистить все данные в ноль?.. Поймают ведь, сразу начнут всё проверять. Эх, нет, у меня отсутствует всякое желание потом пытаться вернуть моему телефону образ длительного использования. Для любого нормального следователя будет подозрительным, что моё устройство не содержит ни номеров, ни соцсетей, ни картинок…

А вот и продуктовый магазинчик показался. Рядовой и мелкий, такие «у дома» называются. У некоторых квартиры метражом больше, чем этот магазин.

Выбор алкоголя даже в таком, удивительно или нет, оказался достаточно велик. Чтобы начать, могу взять всё что угодно… Коньяк? Может, взять текилу и лимон? Стаканы тоже найду чем заменить…

Тц? И тогда потратить все деньги на единственную бутылку? Тем более что гурман из меня совершенно никакущий. Особенно когда градус уже пошёл.

Откровенную паль я брать точно не хочу, так что лучше просто взять разное пиво, оно дешёвое и для разогрева сгодится. Да, так и сделаю. Прямо в банках… Одну на триста миллилитров, две, три… Ой, сразу десять и пошёл! Здесь лучше не задерживаться, я ещё погулять хотел!

Я набрал банок себе прямо в охапку, потому что забыл корзинку на входе. Кое-как донёс их до кассы, а какой-то случайный мужичок даже сочувствующее пропустил вперёд него, чтобы я не держал их на весу.

— Отчислили? — Усмехнулась мне кассирша.

— Хуже, — ответил я, подготавливая смартфон к оплате.

— Пакет нужен?

— А давайте сразу два больших, сегодня гуляю!

— Покажите паспорт?.. Хорошо, вижу, так, оплата прошла… — немного этому удивившись, женщина ждёт медленно печатающийся чек. — Спасибо за покупку, хорошего вам дня.

— Угусь, вам тоже.

— «Во даёт!» — выдал про меня тот самый мужик, едва я отошёл.

— «Что за молодёжь нынче пошла, не то что в наше время…» — согласилась кассирша.

Так, а чего мне кота за яйца тянуть? Первая банка в путь!

Едва выйдя из магазина, я с характерным щелчком открываю большую жестяную баночку, затем одним залпом вливая в себя всё её содержимое. Сминаю и бросаю в ближайшее мусорное ведро.

— Ах ты ж… Прямо в голову! — я сморщился. — А местный Юрка-то не очень выпивоха был? Кабы не его девственная баночка вообще…

Что победит, большой опыт прошлой жизни или непривычное к издевательствам молодое тело?

— Теперь вторую… Здесь копы часто ходят? — я огляделся.

Утром, наверное, не часто! Что ж, добавлю себе к сроку распитие в общественном месте, зато уйду счастливый.

Совсем немного времени спустя…

— ЙО-О-О! А ну ушли с качели, прогульщики малолетние! — С пакетами наперевес, я ворвался на какую-то детскую площадку во дворах многоэтажек. Грубые размахивания руками помогли мне быстро согнать детишек. Им всем лет по двенадцать… Я бросил пакеты рядышком на голую землю и отжал качелю в пользование! — Вот же мля-я… Сейчас как дам класс!

Тем временем одна из банок, похоже, напоролась на камень и под давлением лопнула прямо в пакете, став заливать его изнутри.

— Да и чёрт с ней! У меня ещё есть! — я взобрался на качающуюся лавку обеими ногами. Одной рукой держался за цепь, другой за свежую третью банку пива.

Уже, честно, тошнило, но не рвало. Думать ни о чём просто не хотелось, так что скоро, продолжая хлебать жёлтую жидкость мелкими глотками, я достиг амплитуды качения в почти сто восемьдесят градусов. Больше стало страшно — потому что пролью пиво, а ещё цепочку перевяжу на верхней балке и шандарахнусь за зря! Тогда пиву точно будет конец.

— Эй! Ты что творишь, уродец!

Меня что-ли окликнули? Ах, ну да, кого же ещё…

— Ты слышишь меня⁈

Видно, кто-то позвал на разборки своего батю. Ему лет пятьдесят пять, выглядит дико уставшим, если не сказать хуже. Злющий! Может, с ночной смены дрых, утро ведь, а тут я? Нехорошо получилось!

— А ну стой! Иначе я сам тебя остановлю и там будь что будет! — он угрожает тормознуть качели. И это действительно очень серьёзное заявление. Травмоопасненькая угроза!

Так, чтобы низвести собственную опасность к минимуму, я просто швыряю в его кислое лицо недопитую банку, затем в нужный момент прыгаю сам. Приземление вышло точно в песочницу, как у атлета!

— Да ты уху#ел! — заявил мужик.

У-у-у… А пакеты с пивом-то все остались подле него! Видно, будет знатная драка за ресурсы!

Ещё через некоторое небольшое времечко…

Следующее, что я помню, мы вместе с ним сидим на лавочке неподалёку от качелей и прямо в обнимку хлебаем пивко. У него ужасный фингал под глазом, с кровоподтёком, а у меня больно сильно режет нос. Кажется, я тоже весь в крови. Но, главное, нам весело вместе.

Он что-то настойчиво мне рассказывает и даже жалеет…

— Представляешь, я и так, сяк, даже от выходных отказывался, когда просили выйти на смену в цех, а директор: «херма тебе, а не повышение, Роман!» у-у-у, злости не хватает!

— Да! Да-а! уё-ё-мщик какой-то, а не директор!

— Вот и я думаю, зачем вообще так старался! Коммунистов на них всех нет, грязные буржуи!

— Роман, а ты что, за коммуняк? — задался я недобрым вопросом.

— Конечно! А ты что, не из наших всё-таки⁈ — мгновенно вспылил он.

— Что-о-о⁈ ДА Я, ДА ЗА КОММУНИСТОВ⁈ Роман, ты за кого меня держишь! — я ударил себя в грудь кулаком.

— Ах так! Да я тебе сейчас!..

Потом мы снова подрались… И снова выпили.

— Нет, ну с другой стороны ты, конечно, прав, Юрий Петрович, больно уж они много болтают и ничего в итоге не делают! Только мозги народу компостируют, а как в парламент влезут, разом забудут о своём коммунизме!

— Нет, ну что ты, Роман Васильевич, не все же они такие ушлые! Есть же идейные, настоящие! Вот таких нам надо, понимаешь! Настоящих коммунистов, а не поддельных! И тогда заживё-ё-ё-м!

— Да-да-да, вот так! Молодец, Юрий Петрович, хороший тост! Давай, за правильных коммунистов!

— Да-а-а! Только за правильных!

За спиной вдруг раздалась полицейская сирена. Какой-то злой голос адски закричал из громкоговорителя прямо в мою звенящую голову.

— ВЫ ОБА! НА ВАС ПРИШЁЛ ДОКЛАД О ПУБЛИЧНОМ СОБРАНИИ С ЦЕЛЬЮ УНИЧТОЖИТЬ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ СТРОЙ ИМПЕРИИ! НЕМЕДЛЕННО ПОДНИМИТЕ РУКИ И НА КОЛЕНИ, ИНАЧЕ МЫ ОТКРЫВАЕМ ОГОНЬ НА ПОРАЖЕНИЕ!

— Ой-йо! Неужто капиталисты душить пришли! Вот те рас! — удивился я.

— Давай, Юрий Петрович, ты беги, а я их задержу! — отец вскочил на ноги и расправил руки в стороны, словно готовясь ловить пушечное ядро всем телом.

— Ты что, Роман Васильевич, у тебя же семья, дети маленькие! Куда тебе, по политической, в ссылку на севера захотел⁈

— Ничего-ничего! За хорошего мужика грех не заступиться, домашние меня поймут!

— Угх, хороший ты мужик, Роман! Давай, с Богом!

Ещё через некоторое ЗНАЧИТЕЛЬНОЕ время…

Дальше я оказался, видно, прямо в центре миллионного Саранска. Вообще не мой родной городишко! Слишком укрупнился, слишком изменился!

А у меня с собой всего одна стеклянная бутылочка шнапса осталась… Да как так-то! Всё ведь только начинается.

— «Ох, гляди, гляди, это же он?» — шепчутся на стороне.

— «Что? Ах! Не может быть, он самый!»

— «В полицию звони, в полицию, скорее!»

Слыша странности, я стал оглядываться по сторонам, как мне вдруг причудилось, что я нахожусь в центре всеобщего внимания. Не было вообще ни одного человека на оживлённой центральной площади, кто не смотрел бы на меня или указывал пальцем.

Оглядевшись ещё немного, я вижу как на самой крупной высотке, этажей под сто, на фасаде установлен огромный работающий экран, где крутят новости, с красной пометкой «срочно». Там какой-то парнишка с жёлтым пакетом в одной руке и банкой в другой, ногами избивает каких-то оболтусов в подворотне.

Затем то же самое происходит в баре, только уже без пакета и вместо ног он использует круглый стол, раскручиваясь как губительный волчок… Постой? А откуда у меня шнапс в стекляшке? Я же только пиво покупал…

— А-а-а! Так я пиво уже выпил… А это? Бутылка «Красин» называется… О-о-о? Точно! Это я как раз из бара стащил…

Угу… А время на часиках какое? У-у-у! «17:39», я из дома вышел ещё восьми утра не было. Всё понятно.

— Алкоголь это зло! — прокричал я, затем запив мысль шнапсом.

Что-то так себе он на вкус… И язык онемел совсем… А там что, неужели вертолёт летит? Даже несколько! Ой, а они сюда… Не по мою душу же?

— «Внимание! Всем гражданам немедленно освободить площадь во избежание случайного поражения! — раздалось прямо с вертолёта, едва тот подлетел ближе. — Работают снайперы!»

Едрить… Какие снайперы? Кого снайперить?

— Ах, меня⁈ — взглянул я на лазеры, возникшие у меня на одежде.

Консоль, немедленно оптимизируй тело! Будем спасаться!

*Невозможно, тело уже оптимизировано на максимум доступного ресурса. Купите лицензию, чтобы открыть новые возможности.*

Вот гадина виртуальная! Вот всё у тебя не по-человечески!

*Внимание! Смертельная опасность! Зафиксированы множественные заклинания с контролем полёта пули! Уворот может быть невозможен или чрезвычайно затруднён. Источников, приблизительно, двадцать.*

— «Юрий Петрович Задворскский, сдавайтесь или по вам будет открыт огонь на поражение!» — продолжают приказывать с вертолёта.

Вот те раз… Как всё до такого дошло? Я выбрасываю бутылку в сторону и осматриваюсь.

Здесь в теории есть канализационный люк, совсем недалеко… Но есть ли в этом всём смысл? Куда я там убегу? С крокодилами городскими поплавать? Нет, это бессмысленно…

*Внимание! Истощение тела уже достигло критических для жизни значений. Во избежание травм и болезней, рекомендуется полностью прекратить потребление маны и избегать физические нагрузки.*

Похоже, слыша мои мысли, консоль тоже намекает, чтобы я сдался. Да уж… А ещё телефон бурчит в кармашке. Когда я успел снова его включить? Поэтому меня нашли?

— Алло? — хрипло спросил я, приняв звонок.

Номер не то что незнакомый, его просто нет, зашифрован оператором связи.

— «Здавствуй-здравствуй, — послышалось очень недовольное из динамика. Это мужчина, лет ему много, а в голосе слышно кучу лишних нервов. — Скажи, ты совсем дурной?»

— Смотря кто спрашивает…

— «Что же это меняет? Сергей Дмитриевич Шереметев, слышал?»

Некоторое время я мычу в трубку. — Шереметев, ага… Да, конечно… — ответ вышел неуверенным.

— «Может быть, „отец Анастасии Шереметевой“ скажет тебе больше?»

— Подождите, госпо… Ой да ну на!.. — сперва я машинально хотел быть вежливым, но мне вдруг стало так тошно, что едва не послал собеседника далеко и надолго. — Мужик, её отца зовут Андрей. Она Анастасия Андреевна, а не… Сергеевна.

— «Значит, тебе известно, хорошо. Скажи, Юрий, как тебе ощущается стоять под мушкой двух десятков профессиональных снайперов?»

— Грустно, наверное? — ответил я безучастно.

— «А ты, что сам не уверен?» — удивился мне собеседник.

— Я… Перепил очень, уж извините. — объяснил я.

— «Ладно, тогда опустим все лишние вопросы. Ты хочешь в тюрьму?»

— Нет, — вышло из меня однозначное.

— «Тогда включи звонок на громкую и поднимай руки над головой, чтобы с вертолёта их видели».

— Ну ладно… — я подчиняюсь.

— «Хорошо, вижу. Теперь медленно становись на колени и опусти голову в пол».

— Ой, а я не хочу… Холодный тротуар ужасно, зачем это?

— «Спасаю я тебя, идиот. Скажи „здравствуйте“ губернскому жандарму, господину Василию Петровичу Багратиону, — я услышал как к звонку подключился новый абонент, раздался соответствующий глухой писк. — А так же не забудь и про губернатора Артёма Алексеевича Орлова».

— Ам… Здравствуйте все? Чего?.. Теперь это групповой звонок?

— «Здравствуй, мальчик, откуда только в тебе такая сила?» — совсем другим голосом заговорил мужчина из телефона. Властный и хриплый, совсем не такой замученный, как первый, то есть не Шереметев.

— «Это господин Багратион», — словно прочитав мои мысли, уточнил Шереметев.

— «Я тоже желаю узнать об этом подробнее, но, самое главное, Юрий, прекратите уже, наконец, разрушать мой город», — от себя добавил третий мужик.

Вообще не помню, чтобы сломал что-то серьёзное, кроме чужих лиц. Неужели я действительно что-то натворил? У меня, похоже, память здорово отшибло.

— Так, если мои мысли правильно собрались в кучу, вы все здесь, чтобы дать мне шанс? — я спросил без особой надежды и стеснения.

— «Да, но одним прощением ты ни за что не отделаешься», — ответил Шереметев.

— «Только благодаря моим длительным хорошим отношениям с господином Шереметевым и твоей случайной помощи с Красиными», — это был Орлов. По голосу сейчас он показался наиболее раздражённым.

Даже Багратион вдруг говорил с каким-то задором: — «Не только ОПГ Красиновых, ещё благодаря твоим, Юрий, исключительно выдающимся боевым навыкам, конечно! Я желаю лично с тобой побеседовать, когда вернусь из Астрахани».

Неужели я нашёл на свой зад ещё больше приключений? Надо будет записать где-нибудь в календарике больше никогда не употреблять алкоголь. По крайней мере в таких количествах и напрасно.

Вот блин, почему меня правда по телеку как главную новость крутят? Это странно! Что я там натворил? Не помню!

Ещё позже, теперь в полицейском участке:

Клин клином вышиб! Создал ситуацию ещё хуже, чем было, в итоге принудив участвовать в ней всех кого было можно и нельзя. Зато с местным правительством по телефону пообщался. Жаль, на вертолёт кататься не взяли. Дождались наземной группы захвата, словно я такой уж буйный разбойник.

Теперь даже не знаю. Убийство сородичей по институту в итоге вылилось в какую-то кривую пародию на успех.

Этим действием я «заинтересовал» главу семьи Шереметевых, а своим пьяным буйством на улице только подтвердил, что имею при себе очень специфические боевые способности. Их следовало бы скрывать, но теперь точно поздно. Признание само решило добиться меня, прежде чем я сам того захотел.

Соревнования для меня не отменили. Даже от Калашниковых приходили в участок, чтобы всё уточнить. А ещё мне настоящего врача подослали, чтобы кровь от алкоголя почистил каким-то прибором. Это что-то вроде переливания через фильтры… Громкая машина.

Срок мне не повесили и скорее всего не повесят. Да, так, оказывается, бывает. Просто захотели и отмазали. Но вот ответственность всё равно навязали. Знатную такую, собака…

— По окончанию университета заступаешь на срочную службу вот здесь, — следователь указывает мне пальцем прямо на карте. Город с очень далёким названием: «Хабаровск». Хотя могло быть сильно хуже. — И немедленно подписываешь контракт с министерством обороны. До того, три раза в год, вот в эти даты посещаешь военкомат для отправления на военные сборы. — он даёт мне документ в руки. — Что так грустно смотришь? Не боись, боец! На тебя глаз, можно сказать, на самом верху положили! Скажи по секрету, как ты так эффектно колдуешь без вычислительной сферы?

— О господи, боже мой… — упаднически бормочу я в ответ, затем попивая выданный мне целебный рассол. Нет, даже суть не в том, что он уже человек тридцатый, который просит объяснить. — Не знаю, родился я таким, просто могу…

— Бывает же! Уродил Боженька на свет гения! Уверен, в нашей армии твоё имя ещё станет известно на всю Империю, а там и до мира рукой подать, если будешь часто участвовать в военных конфликтах. Наши союзники, наши враги, наши завистники… Все обязательно захотят узнать секрет. И доступ к оружию получишь, о котором никто другой ещё даже не слышал!

— Вы меня так успокоить хотите?

— Что-то вроде того. А на самом деле это лишь белая зависть, Юрий. Как ты это, покажи ещё раз, огонь на ладони!

— Ага, вот… — прямо сейчас на мне вообще нет сферы. Я её ещё в городе обронил, во время очередной драки. С пьяных глаз буквально умудрился похвастаться тем, что она мне не нужна… Говорят, разбил. Батя потом такой подзатыльник дома отсыплет!

— Замечательно! Нет, изумительно! Такое чёткое пламя и совсем без вычислений посредством сферы! Боже мой, оно даже холодное! Руку совсем не жжёт! Юрий, неужели ты в голове так быстро арифметикой занимаешься?

— Ох, я не зна-а-ю… Просто само как-то понятно становится, как надо действовать… В голове моей, — на самом деле секрет в моей консоли, очевидно. Но хоть об этом я не ляпнул нигде.

Наверное, нужно, наконец, дополнительное объяснение? Вот прямо человеческим языком, напрямую. Сфера — это магический компьютер. Она жрёт ману, связывается с мозгом её носящего и адаптирует все его мысленные желания в материальные заклинания, которые влияют на окружающий мир.

Внутри неё множество заранее подготовленных алгоритмов и условий, достаточно выбрать нужные тебе силой мысли, чтобы составить подходящий порядок и уточняющие параметры. Единожды учишься пользоваться и в итоге можешь использовать одинаковые оптические заклинания, усиливающие, направляющие… В общем всё, что заложено в твой магический компьютер производителем. Отклониться достаточно сложно, да к тому же многие вещи вовсе требуется проговорить в виде заклинания.

Таким образом магическая сила серой массы населения по большей части напрямую зависит от их дешёвого и устаревшего оснащения. А так же наоборот, какой-нибудь бездарный дворянин может заполучить более точную, экономичную и умную вычислительную сферу, которая сама по себе вознесёт его над остальными.

Хотя с другой же стороны это отдалённо можно сравнить с вождением механики и автоматом. Тот за кого работает машина окажется никчёмным в нестандартной ситуации, так как не было никакого реального опыта построения заклинаний. Выбирать действия из готовых наборов не то же самое, что каждый раз уточнять их, отдельно просчитывая для каждого ответвления свою координату и разворот.

Таким образом колдовство вообще без помощи машины, но на общем уровне, не мудрено, воспринимается людьми как пришествие гениальнейшего мирового гения. Мозг должен быть чист, быстр, безошибочен и крайне всеобъятен. Ты видишь и понимаешь очень многое в каждый момент времени. Это же как… Наверное, правильно сравнить с написанием программы сразу в двоичном коде, на котором «говорят» машины, вместо готовых за тебя словесных доработчиков.

— «Господи, почему армия? А как же мой загородный домик, самолёт и дорогие тачки…» — бормочу я с горя.

— Что-что?

— Да ничего, спасибо за вашу службу и помощь!

— Ладно уж, — следователь махнул рукой. — У всех в молодости были разные ситуации. Тут главное, что ты выражаешь готовность исправиться! Это похвально.

— Очень скупая у меня готовность, извините.

— Ах, не стоит, — тот ещё раз махнул. — Уверяю, попробуешь и сразу передумаешь! Наша армия лучшая в мире! Только там я впервые увидел как будущие передовые подразделения учатся летать на досках и вести воздушные бои. Как из обычной винтовки столетней давности стреляют мощью сравнимой с танковым залпом, а так же многое-многое другое.

Мужик говорил с явным восхищением или лучше сказать «ностальгией». А я попал. И сильно. Как так? Что же за впечатление такое я произвёл пьяными драками, что умудрился просочиться между струйками и почти не намокнуть?

О-о-о-о! Сейчас-сейчас…