Выбор злодейки. Дракона не предлагать! (СИ)

Глава 11 Доказательство чувств (или их отсутствия)

Три недели я жила в режиме «тихой войны» с Изель, и, кажется, у меня начало получаться. Сплетни затихали, союзники крепли, а сама серебристая драконица при встречах со мной кривилась так, будто лимон съела. Я почти поверила, что победа близка.

Зря.

В тот вечер Кейн должен был уехать на северные границы — какие-то срочные дела с драконьими патрулями. Он просил меня быть осторожной, оставил охрану, поцеловал на прощание и ускакал в ночь. Я чувствовала легкую тревогу, но списала на то, что скучаю.

Зря.

Я легла спать пораньше, утомленная очередным приемом. Милли помогла раздеться, задернула шторы, пожелала спокойной ночи и ушла. Я провалилась в сон быстро — сказалась нервная неделя.

Проснулась я от того, что кто-то тяжело дышал надо мной.

Открыла глаза — и чуть не закричала. Надо мной нависала огромная тень. Мужская фигура, шатающаяся, с перегаром, от которого можно было консервировать огурцы. Пьяный мужик в расстегнутой рубахе пялился на меня мутными глазами и тянул руки к моему одеялу.

— Красавица, — просипел он. — Чего одна-то? Давай я тебя согрею…

Я дернулась, отползая к изголовью кровати. Сердце заколотилось как бешеное. В голове пронеслось: «Охрана! Где охрана⁈ Почему его пропустили⁈»

— Пошёл вон! — заорала я, хватая первое, что попалось под руку — подсвечник с тумбочки. — Убирайся, или я тебе башку проломлю!

Мужик заржал пьяным смехом.

— Ого, какая бойкая! Нравится! Давай, бей, я люблю погорячее…

Он шагнул ко мне, и я замахнулась подсвечником. Но ударить не успела.

Дверь с грохотом распахнулась. В комнату ворвался вихрь — черный, яростный, горячий. Кейн схватил мужика за шкирку одной рукой, оторвал от пола и швырнул об стену так, что штукатурка посыпалась.

— Ты, — прорычал он голосом, от которого у меня кровь застыла в жилах, — сейчас умрешь. Медленно. И очень больно.

Мужик сполз по стене, завывая от ужаса. В глазах у него мгновенно протрезвело.

— Ваша светлость! Я не знал! Меня послали! Сказали, леди сама хочет! Сказали, что она… что она доступна! Я не знал, что она ваша!

— Не знал? — Кейн шагнул к нему, и от его сапог на полу оставались обугленные следы. — Теперь знаешь. Перед смертью.

— Кейн! — крикнула я, приходя в себя. — Остановись! Не убивай его здесь! Это ловушка!

Кейн замер. Повернулся ко мне. В его глазах полыхало такое пламя, что мне стало страшно. Настоящее драконье пламя.

— Что ты сказала?

— Это ловушка, — повторила я, пытаясь унять дрожь. — Изель подослала его. Чтобы опозорить меня. Если ты убьешь его здесь, в моей комнате, завтра весь город будет говорить, что я сплю с тобой и ты в ярости убиваешь моих любовников. Изель этого добивается.

Кейн смотрел на меня, и пламя в его глазах медленно угасало, сменяясь чем-то другим. Чем-то, чего я не могла понять.

— Ты права, — сказал он наконец. — Ты права.

Он подошел к мужику, который уже обмочился от страха, и пнул его носком сапога.

— Встать. Пошел вон. Передашь той, кто тебя послал, что я знаю. И что я приду. А теперь вали, пока я не передумал.

Мужик вылетел из комнаты быстрее, чем я успела моргнуть.

В комнате повисла тишина. Я сидела на кровати, сжимая подсвечник, и пыталась отдышаться. Кейн стоял у окна, спиной ко мне, и молчал. Его плечи ходили ходуном — он пытался успокоиться.

— Ты как? — спросил он наконец, не оборачиваясь.

— Жива, — ответила я. — Спасибо.

Он резко повернулся.

— Спасибо? — переспросил он с какой-то странной интонацией. — Ты говоришь мне «спасибо»? А почему ты не закричала? Почему не позвала меня?

— Я… я не думала, — растерялась я.

— Не думала? — он шагнул ко мне. — Айрис, я чувствую тебя всегда. Если бы ты позвала, я бы примчался раньше. Но ты молчала. Ты схватила подсвечник и собиралась драться сама. Почему?

Я встала с кровати, запахивая халат. Во мне закипало раздражение.

— А что я должна была делать? Лечь и ждать, пока меня спасут? Я всегда справлялась сама! В моем мире не было драконов, которые чувствуют! Там были только я и мои проблемы!

— Ты не в своем мире! — рявкнул он. — Ты здесь! И здесь я есть! Я могу тебя защитить! Я хочу тебя защищать! Но ты не даешь мне этого сделать!

— А ты не даешь мне дышать! — выкрикнула я в ответ. — Ты постоянно рядом, ты следишь, ты контролируешь, ты решаешь за меня! Я не привыкла быть слабой!

— Ты не слабая, — он схватил меня за плечи, заставляя смотреть в глаза. — Ты сильная. Очень сильная. Но иногда позволять кому-то заботиться о себе — это тоже сила. Почему ты не веришь мне?

И тут меня прорвало. Всё, что копилось неделями — страхи, сомнения, недоверие — выплеснулось наружу.

— Не верю! — закричала я, вырываясь из его рук. — Я не верю в эту вашу истинную связь! Это просто магия, Кейн! Гормоны, запахи, инстинкты! Ты реагируешь на меня, потому что твоя драконья природа так велит! А если бы не это? Если бы я была просто девушкой с улицы, без этого дурацкого запаха, посмотрел бы ты на меня?

Он замер, глядя на меня с непроницаемым лицом.

— Я…

— Ты даже не знаешь меня! — перебила я, уже не в силах остановиться. — Ты знаешь Айрис, её память, её тело. А меня, Лизу, ты не знаешь! Ты не знаешь, что я люблю, чего боюсь, о чем мечтаю! Ты просто чувствуешь запах и думаешь, что это любовь!

Слезы потекли по щекам, но мне было плевать.

— Я хочу быть нужна сама по себе! — крикнула я. — Не потому, что у тебя слюнки потекли от моего запаха! Не потому, что магия связала нас! А потому, что я — это я! Потому что ты видишь во мне человека, а не просто истинную пару!

Я замолчала, тяжело дыша. В комнате повисла тишина. Кейн стоял неподвижно и смотрел на меня. Долго. Очень долго. Я не могла понять, что в его глазах. Огонь погас, осталась только глубокая, темная вода.

Он шагнул ко мне. Я отступила.

— Не подходи.

Он остановился.

— Айрис, — сказал он тихо. — Можно тебя обнять?

Я опешила.

— Что?

— Обнять, — повторил он. — Просто обнять. Без магии. Без запахов. Просто чтобы ты знала, что я здесь.

Я не знала, что ответить. Он подошел медленно, давая мне время отступить, если захочу. Я не отступила.

Он обнял меня. Аккуратно, бережно, будто я была хрупкой вазой. Прижал к себе, положил подбородок на мою макушку. И замер.

— Ты не права, — сказал он тихо. — Насчет запахов.

— В смысле?

— Ты пахнешь, конечно, — усмехнулся он. — Для дракона это важно. Но не поэтому я… не поэтому ты мне нужна.

Я подняла голову, глядя на него снизу вверх.

— А почему?

Он долго молчал. Потом взял мое лицо в ладони и посмотрел в глаза.

— Когда ты бросилась под стрелу, ты думала о запахе? Нет. Ты думала обо мне. Когда ты стояла перед Изель и не сдавалась, ты думала о магии? Нет. Ты думала о том, чтобы доказать ей и себе, что ты достойна. Когда ты схватила подсвечник, чтобы защищаться, ты думала о том, что я приду? Нет. Ты думала, что справишься сама.

Он говорил тихо, но каждое слово отдавалось внутри.

— Я вижу тебя, Айрис, — продолжал он. — Не истинную пару. Не девушку с нужным запахом. А тебя. Упрямую, злую, смешную, отчаянную. Которая не сдается. Которая дерется подсвечником с пьяными лордами. Которая строит интриги против древней драконицы и выигрывает. Которая боится довериться, потому что привыкла надеяться только на себя.

Я смотрела в его глаза и чувствовала, как тает лед внутри.

— Ты мне нужна не потому, что магия, — сказал он. — Магия — это просто бонус. Ты мне нужна потому, что ты есть. Потому что без тебя мир становится серым. Потому что я ищу тебя взглядом в любой толпе. Потому что я готов сжечь полкоролевства, лишь бы ты улыбнулась.

У меня перехватило дыхание.

— Кейн…

— Я не знаю, кто такая Лиза, — улыбнулся он. — Но я хочу узнать. Расскажешь?

Я всхлипнула и уткнулась лицом в его грудь.

— Дурак, — пробормотала я. — Какой же ты дурак.

— Знаю, — усмехнулся он. — Твой дурак.

Мы стояли так долго. Он гладил меня по голове, а я слушала, как бьется его сердце. Ровно, сильно, уверенно. Как маяк в темноте.

— Кейн, — сказала я наконец.

— М?

— Я тоже… я тоже тебя… ну, это… — я замолчала, не в силах произнести.

Он усмехнулся и поцеловал меня в макушку.

— Знаю, маленькая. Знаю.

— Откуда?

— Ты бы не дралась подсвечником за свою жизнь, если бы не хотела жить, — ответил он. — А жить ты хочешь. Со мной.

— Самоуверенный, — буркнула я, но улыбнулась.

— Дракон, — поправил он. — Мы такие.

Я подняла голову и посмотрела на него. В его глазах больше не было ни пламени, ни воды. Там было тепло. Настоящее, живое тепло.

— Знаешь, — сказала я. — Кажется, я начинаю верить. Не в магию. В тебя.

Он улыбнулся той самой усмешкой, от которой у меня подкашивались колени.

— Привыкай, маленькая. Я надолго.

И в этот раз я не стала спорить. Потому что привыкать к этому дракону оказалось удивительно приятно.