53

Мне было так хорошо и уютно, что я не могла заставить себя отстраниться и что-то сказать, боясь разрушить это ощущение спокойствия.

– О, а вот и Елена! – я обернулась на женский голос, осматривая её обладательницу и небольшую столовую, в которой оказалась. – Ну здравствуй, царевна.

– Алёна, – выдохнула я, узнав сидевшую за столом русалку. Напротив неё расположилась заплаканная Лебедь, с опаской поглядывающая в мою сторону.

– Ты голодна? – уточнил у меня Кощей, мягко подталкивая в сторону стола, придерживая за плечи.

– Да нет, – неуверенно ответила я. – А что здесь происходит?

Мне как-то не по себе стало. То он с Лебедем в пустом замке живёт, теперь вот, русалка с ними оказалась…

И как это понимать?!

– Ёжик, – едва слышно хмыкнул Бессмертный, опускаясь на стул и утягивая меня к себе на колени.

– Почему ты плачешь? – проигнорировав Кощея, осторожно уточнила я у Лебеди. – И где… Святогор?

Взгляды присутствующих устремились в сторону Коши.

– Про суд Алатыря и позицию Гвидона, я ей рассказала, – рядом с Лебедью проявилась Кладенец, демонстративно цокая языком. – Вот он значит, как решил… интересно.

– Не стоило, – ответил Кощей Кладенцу.

– Я считаю иначе, – я с укором посмотрела на Бессмертного.

– И правильно считаешь, – ответила мне меч. – Кош, прекрати её опекать от всего. Она сильнее, чем ты думаешь. Видел бы ты, как она братца осадила. Ты, кстати, на смотринах выиграл, в курсе?

Кладенец тихо рассмеялась, а я поспешила объяснить всё Кощею:

– Гвидон меня замуж решил отдать…

– Не за тебя, – вставила ремарку меч.

– Да, – подтвердила я, тут же почувствовав, как напрягся Бессмертный.

– Так, – протянул он, прищурив глаза. – А за кого?

– А я откуда знаю? – пожала я плечами, припоминая ему «ёжика». – Смотрины на завтра назначены… Нет, если хочешь, я могу вернуться и посмотреть…

– Издеваешься? – неожиданно расслабился Кощей, прижав меня чуть ближе к себе.

Меня отвлекла от ответа неожиданно рассмеявшаяся Алёна, привлекая к себе внимание:

– Давай-ка, оставим их, – она поднялась и протянула руку царевне Лебедь. – Им тут троим есть о чём поговорить.

– Ты права, – снова всхлипнув, девушка приняла руку, бросив на меня взгляд. – Прости меня. Я не хотела, чтобы так всё…

– Пойдём, горе чернявенькое, – со смешком остановила её извинения Алёна, махнув нам рукой. – Жду приглашения на свадебный пир.

– Вот хвостатая, – усмехнулась Кладенец, провожая взглядом девушек и присаживаясь на край стола. – Никакого уважения.

– Я в детстве к ней часто бегала, – мне почему-то захотелось поделиться приятными воспоминаниями с Кощеем и Клавой. – Еду с кухни таскала, бусики… Родители с ума сходили, ругая меня…

В памяти снова всплыл образ Святогора, уничтожающего каменные статуи. Наверное, от этой картины я никогда не смогу избавиться.

– Святогора больше нет, – тихо произнёс Кощей, словно почувствовав перемену в моём настроении, осторожно поглаживая меня по спине. – Мы призвали Алатырь, чтобы он вынес ему приговор. Тебе больше не стоит о нём думать.

– Не уверена, что у меня получится, – выдохнула я, ожидая, что Кощей продолжит рассказывать, но он молчал. – Что Алатырь с ним сделал?

– Ты лучше спроси, какую плату он за это взял, – практически пропела Кладенец, подсказывая.

– Клава! – рявкнул на неё Кощей, вызвав у меня смешок.

– Нет, ну ладно она, – Кладенец указала на меня рукой. – Но – ты?! Меня! Клавой!...

– Ей не нравится, – усмехнулась я.

– Злые вы, уйду я от вас, – передразнила меня меч, припомнив мои же слова.

– Так что там с платой? – я вновь посмотрела на Кощея. – И почему Лебедь рыдала?

У меня слишком много было теорий по поводу её слёз, но ни одну из них я не торопилась озвучивать. Половина была слишком бредовыми, например, что ей жалко Святогора. Или, что Коша решил её выгнать…

– Алатырь нельзя призывать в одиночку, – начал пояснять Кощей, старательно подбирая слова. – Мне пришлось позвать русалок, с разрешения Водяницы, а Лебедь… сама вызвалась помочь. А так как за всё нужно платить – Алатырь решил взять плату с царевны.

– Подожди, – нахмурилась я. – Гвидон знал про это, когда оставлял тебе Святогора? Что придётся платить и…

Я просто слов не находила! Если брат действительно знал, то… Да какой он мне брат… Алатырь иногда просит невозможного, мне даже за примером далеко ходить не нужно! И Гвидон не мог этого не знать! Он мало того, что сначала просто решил «помиловать» Святогора, так ещё и обязательства перед Алатырём переложил на чужие плечи!

– Всё не так плохо, как ты себе успела напридумывать, – Кощей мягко поцеловал меня в висок. – Алатырь вынес Святогору приговор и сам исполнил его. Плату он взял с Лебеди, обратив её чары со светлых в тёмные. Это не только плата, но и наказание. Она перешла на сторону Святогора. Пусть и обманывала его, пусть и была на самом деле на моей стороне, но… Честность – вот что главное для Алатыря. Он не признаёт полумер и не терпит лицемерия. И не важно, во благо оно было, или нет.

– В чём-то я с ним согласна, – призналась я, пытаясь разобраться. – Но я всё равно не понимаю слёз Лебеди. Что это вообще значит?

– Ну, будет она теперь оборачиваться в птичку с чёрным оперением, – хмыкнула Кладенец, – а не с белоснежным.

– Силы она раньше из света брала, теперь – она на тёмной стороне, – пояснил Кощей.

– Я всё равно не понимаю, – пожала я плечами. – Что в этом плохого? Святогор прикрываясь добром и используя светлые силы, загубил столько жизней… Какая разница, какого цвета чары? Всё же от человека зависит…

– Да, – коротко подтвердил Кощей, словно не удержавшись, быстро поцеловав меня в губы. – Но домой ей теперь вернуться нельзя. Там её не примут.

– Она останется здесь? – без энтузиазма уточнила я.

– А ты хочешь её выгнать? – с улыбкой ответил он вопросом на вопрос.

– Да нет, – повела я плечом. – Наверное…

– Ёжик.

Усмехнувшись, я сама потянулась к его губам, обвив руками Кощея за шею. Так странно, ещё совсем недавно я злилась, переживала, а сейчас…

Чувствуя его дыхание на своих губах, отзываясь на исполненные нежности касания, вздрагивая от осторожных прикосновений его рук, загадочным образом изучающих мою спину уже под рубашкой – я просто растворялась в счастье.

Все мысли и тревоги ушли на второй план. Словно любовь стирала все тревоги, оставляя на сердце лишь радость.

– Серьёзно? – вторгся в нашу идиллию возмущённый голос Кладенца. – Вот здесь? На стуле? И не стыдно?...

– Она никогда не замолкает? – прикусив губу, я спрятала лицо, уткнувшись носом в шею Кощея.

– Никогда, – со смешком подтвердил он.

– Ой, велика беда, – насупилась Кладенец. – Верни меня Кощею и больше не услышишь…

– Почему? – тут же вскинулась я.

Нет, Клава, конечно, тот ещё… меч, но я к ней привыкла! И терять её мне не хотелось.

– Ты можешь её видеть только пока обладаешь мечом, – пояснил мне Кощей.

– Жалко, – честно выдохнула я. – Я буду по ней скучать. Но вернуть меч тебе нужно.

– Судя по вашему… поведению, – хмыкнула Клава. – Скучать по мне ты будешь не долго, – увидев моё непонимание, она с улыбкой пояснила. – Бессмертные видят меня все. Без исключений. Так что, как только вы решите завести себе маленького Кошу, с первых же месяцев ты начнёшь меня видеть, Елена. Потом перестанешь снова, конечно, но…

– Почему маленького? Почему не маленькую? – из чувства противоречия возразила я, получив ещё один поцелуй в висок.

– У Бессмертных рождаются сыновья, Елена, – пояснила мне меч.

– Посмотрим, – фыркнула я на неё.

– Елена, – тихо позвал меня Кощей, заставив немного смутиться. Всё же странно обсуждать будущих детей с… мечом предполагаемого жениха. Очень странно.

– Что? – ответила я ему, уверенно заглядывая в глаза.

– Я хотел порадовать тебя, – признался мне Бессмертный. – Устроить свадьбу, пир… собрать гостей…

– Звучит… празднично, – подобрала я слово, немного теряясь.

Я помнила толпу незнакомых людей, когда Кощей объявил меня своей невестой и… ничего, кроме лёгкого раздражения не испытывала при мысли, что придётся пройти через это ещё раз. Взгляды, шепотки, поздравления… Для меня тут были по-настоящему родными лишь Коша с Кладенцом. Если не считать обитателей чёрного леса. Но если для него это важно – мне ничего не стоит пройти через этот пир. Хоть и тихая роспись мне была бы приятнее… Жаль, что тут в принципе никого не расписывают.

– А вот сейчас подумал, – продолжил развивать свою мысль Кощей. – Ты не будешь против, если мы немного… сократим время ожидания до свадьбы и объявим себя супругами, скажем… сегодня?

– Сегодня? – хором переспросили мы с Кладенцом.

И если Клава просто переспросила, то я не знала, как реагировать. В голове снова возникли образы незнакомых людей, суета… и всё это сегодня!

– Ты против?

– Я… – я не знала, что ему ответить, как подобрать слова, чтобы не обидеть, и по итогу – просто сказала, как есть: – Прости, но я… Я согласна, ты не подумай, просто… А мы можем обойтись без кучи гостей? Я здесь всё равно мало кого знаю, разве что Арху и Серого, но какие из них гости? – я немного нервно рассмеялась.

– А мне нравится, – остановив поток моих сбивчивых объяснений коротким поцелуем, Кощей поднялся на ноги, продолжая держать меня на руках. – Как ты смотришь на символическую свадьбу в центре чёрного леса? С минимумом гостей?

– Мне нравится…

– Да что вы творите? – не выдержала Кладенец, пытаясь достучаться до нашего здравого (на её взгляд) смысла.

Но её мы уже не слушали.


***


Спустя пару часов мы стояли на той самой поляне, которую во сне мне показал Кощей. Вокруг было безумно красиво, но я смотрела лишь на стоящего напротив меня мужчину, почти не слыша, что нам говорит Водяница, хозяйка русалочьей заводи, которую Бессмертный вызвал и попросил объявить нас супругами.

Мы стояли у самой кромки воды, взявшись за руки и, кажется, это мгновение не забуду никогда.

То, как он смотрит на меня. Сколько любви читается в его взгляде. Сколько нежности, предвкушения и восхищения…

Когда мы переместились сюда, русалки и их предводительница уже были здесь, соглашаясь с неслышным им мнением Кладенца, что невеста в брюках – это неправильно! Но кто им сказал, что мы с Кошей правильные? Мы точно не говорили!

– Можно мне несколько минут? – попросила я любимого, как только он взял меня за руку и хотел проводить в сторону Водяницы.

– Что ты задумала? – чуть прищурился Кощей, пытаясь предугадать мои действия.

– Если получится, – едва слышно ответила я, прикрыв глаза и пытаясь позвать Серого.

Я с нежностью и любовью вспоминала все связывающие нас моменты, его рычащий голос, гордую поступь…

Мысли плавно перетекли в сторону Архи и её малыша. Помпоша занимал в моём сердце отдельное место. Да и всегда будет занимать, мой маленький помощник…

Не знаю, сколько я так простояла, пытаясь их позвать сюда, но вспомнила я, кажется всех, включая Сивку, Горыныча и даже Нечистого духа!

– Как интересно! – протянула Кладенец, вынуждая меня открыть глаза и осмотреться.

– Получилось! – радостно взвизгнула я, от переизбытка эмоций обнимая Кощея и осматривая прибывающих на поляну зверей.

Здесь были все! Волки, пауки, Сивка, Горыныч...

– Умница моя, – привычно поцеловал он меня в висок, не скрывая гордость в голосе.

Всё же, Кощей так же, как и я понимал, что свой дар мне ещё развивать и развивать…

– В этот час, я связываю вместе не только ваши жизни, но и ваши души, а с ними и судьбы, – вынырнув из воспоминаний, уловила я последние слова Водяницы. – Теперь вы супруги. Если конечно, никто из присутствующих не против.

Последнее было больше шуткой, ведь из людей тут никого не было. Правда, у меня нашлось, что сказать.

– Кощей, – я протянула руку, прося Кладенец проявиться в моей ладони мечом, и передала её Бессмертному. – Я передаю тебе свой меч, свою силу и свою жизнь.

– Ты и есть моя жизнь, Елена, – приняв меч ответил мне Кощей, обнимая меня и целуя.

Крики радости от всех присутствующих русалок смешались с волчьим воем и выкрикиваемыми пожеланиями от Горыныча. Я уже ничего не слышала, кроме своего готового вырваться из груди сердца и просто таяла в руках любимого.

«Ты моя жизнь» – это лучше любых слов и признаний в любви.

Это…

– Клава за нас очень рада, – оторвавшись от моих губ, прошептал Кощей. – И ей жаль, что с тобой у неё нет больше связи.

– Я тоже по ней буду скучать, – улыбнулась я в ответ.

– А она права, – мотнул головой Кощей, подхватывая меня на руки и перенося в спальню. – Не долго тебе без неё скучать…

Не дав ему договорить, я сама потянулась за поцелуем.

Загрузка...