«По какому праву вы заставили меня появиться в вашем доме?» — в комнате царила абсолютная темнота, когда дрожащий от гнева голос нарушил ночную тишину.
«Вы осознаете положение, в котором сейчас находитесь?» — спросил я.
«Нет, и я не позволю ни одному человеку мне указывать» — ответил он.
«Может быть вы боитесь?»
«Боюсь? Я не боюсь ни Бога, ни человека, и я здесь не останусь».
«Вам было бы лучше остаться. Я не заставлял вас приходить. Я вас не знаю так же, как и вы меня».
«Тогда кто заставил меня прийти?»
«Я не знаю. Расскажите мне все по порядку».
«Как мне сейчас кажется, я находился в подобном сну состоянии, когда какая-то непреодолимая сила увлекла меня. Внезапно я проснулся в вашем присутствии и подумал, что вы каким-то образом контролируете мое поведение. Я не могу допустить этого».
«Вы ошибаетесь. Но вы не думаете, что наша встреча может оказаться полезной?» — поинтересовался я.
«Я вообще не понимаю, о чем вы говорите, — ответил незнакомец, — и не думаю, что из такого вынужденного знакомства может что-то получиться. Если это не вы заставили меня прийти сюда, то кто? Я не хотел приходить и не хочу оставаться. Этот дом и вся эта обстановка мне незнакомы. С вашего разрешения я удаляюсь».
«Прежде чем вы уйдете, — сказал я, — я бы хотел, чтобы вы узнали, чем мы занимаемся, и тогда, возможно, вы поймете, почему вы здесь».
«Хорошо, сэр, — ответил он, — даже будучи в такой неприятной ситуации я не хочу показаться невежливым».
«Много лет мы занимаемся спиритическими исследованиями вместе с медиумом, которая сидит напротив меня, и стараемся получить ответ на вопрос, что представляет собой великая психическая перемена, которую называют смерть».
«А какое отношение это имеет ко мне? Я не умер, и эти вещи меня не интересуют», — отрезал он.
«Подождите минутку, пожалуйста. Вам станет интересно, если я расскажу вам о том, что я узнал о жизни человека после того, как он перестает быть обитателем земной сферы».
«Вы ошибаетесь. Никто не выживает, продолжения жизни нет. Смерть — это конец».
«Вы уверены?»
«Абсолютно».
«Предположим, — продолжил я, — что я мог бы доказать вам здесь и сейчас, что так называемая смерть это психическое изменение, отделение жизненной силы от телесной оболочки, субстанции, которая покрывает ее во время земной жизни. Допустим, я мог бы продемонстрировать вам здесь и сейчас, что у человека есть эфирное тело, состоящее из вещества и имеющее форму, характерные черты и выражение, как в земной жизни, и что после смерти человек становится обитателем иной сферы сознания, сохраняя при этом то же самое эфирное тело, одним словом, оставаясь тем же самым человеком».
«Жизни после смерти не существует», — повторил он.
«Я попытаюсь объяснить вам, что такое жизнь, а потом представлю вам абсолютное доказательство этого. Постарайтесь понять. В момент зачатия Атом Универсальной Силы, называемой Добро, покрывается субстанцией, вибрации которой медленней, чем вибрации самой жизненной силы, которые так высоки, что невидимы для физического глаза. Мы, в конечном счете, видим внешнюю оболочку, субстанцию, которая делает зрительное восприятие возможным. Эта внешняя оболочка состоит главным образом из воды. Наше физическое тело обновляется, по крайней мере, один раз в семь лет, но при этом сохраняет индивидуальность, форму и характерные черты. Вы знаете, благодаря чему это происходит?»
«Не знаю, и мне это не важно», — ответил он.
«Послушайте дальше, пожалуйста. Эта сущность, жизненная сила, индивидуальность, душа, это «Я», если хотите, состоит из вещества, отличающегося от физической оболочки только степенью вибраций. Благодаря ей сохраняется форма, но физический глаз не видит и никогда не увидит этой сути, этой эфирной формы, так называемой души, если только не обладает спиритическим зрением, которым наделены немногие. Без него человек никогда не увидит эфирную форму, пока будет обитателем земной сферы. Мы воспринимаем только физическую форму и звук. Когда в результате несчастного случая или физической слабости наступает смерть, то видимая глазу физическая оболочка становится непригодной для обитания, и происходит так называемое умирание. Человек освобождается от телесной оболочки, оставаясь при этом тем же мужчиной или той же женщиной, но невидим более для жителей земной сферы. Они видят только старое тело, в котором обитала душа. Они не видят истинной сути, не видят ее после смерти из-за интенсивности и скорости вибраций эфирного тела, потому что наше зрение ограничено и в плане движения, и в плане расстояния».
«Все это прекрасно, но какое отношение это имеет ко мне? Я не умер», — продолжал настаивать он.
«Если вы наберетесь терпения, я доберусь и лично до вас. Когда человек проходит через изменение, называемое смертью, возможны два варианта развития событий. Он может ни на минуту не терять сознания, и тогда это лишь засыпание в одном мире и пробуждение в другом Обычно так происходит с теми, кто ведет достойную уважения жизнь. Человек остается самим собой, его личность сохраняется. В зеркале Природы он видит самого себя, те же очертания, то же выражение, те же мысли, материальное тело, отделенное от физической оболочки, ту же самую эфирную форму, которой он обладал во время своей земной жизни. Но он понимает, что его тело стало более легким и прозрачным, чем та физическая оболочка, которую он привык видеть. Однако без поддержки друзей и родственников, которые помогают совершить переход, многие могут испугаться. Между двумя рождениями существует большая разница. Когда атом жизненной силы становится личностью, обитателем земной сферы, он обладает инстинктом, но не интеллектом, он продолжает развиваться, ничего не подозревая о своем предшествующем существовании. У него его может и не быть, если он происходит из массы универсальной жизненной силы. Следующая великая перемена похожа на первую, с той лишь разницей, что здесь личность сохраняет все, что приобрела в процессе развития, и немного больше, чем ребенок, знает законы, по которым происходит развитие и то, какими средствами можно этому способствовать.
С другой стороны, те, кто вели неправедную земную жизнь, были эгоистичны, безнравственны и совершали преступления против человека и Природы, могут пробудиться не скоро, а после пробуждения окажутся в психическом мраке, в тюрьме, которую они построили сами для себя, и останутся в ней до тех пор, пока в них не пробудится стремление делать добро. Тогда другие души, которые занимаются благотворительной работой, укажут им путь.
Вначале каждой пробуждающейся душе сообщают, что проступки, совершенные в земной жизни, должны быть прожиты ею заново, что по мере того, как она будет работать над собой, она будет оказываться в условиях, подобных тем, когда был совершен проступок, и чтобы продвинуться вперед в новой жизни, она должна будет исправить старые ошибки. Я вспоминаю одного из обитателей иной сферы, который сказал следующее: «Правосудие, с которым обнаженная душа встречается на пороге новой жизни, ужасно своей завершенностью».
«Я не могу принять ни одного вашего слова насчет смерти. Никакой другой жизни нет, ее не может быть. И человек, и собака — все умирают одинаково», — сказал мой посетитель.
«В каком-то смысле это так, — согласился я, — потому что жизненная сила и индивидуальность сохраняются. Вы не можете разрушить ни один атом материи, поэтому если жизненная сила это материя, то ее нельзя разрушить».
«Это очень странный разговор, зачем вы говорите мне все эти вещи? Я не умер. Если бы я был мертв, а жизнь, как вы говорите, продолжалась за гробом, то я не разговаривал бы с вами сейчас».
«Я говорил со многими, совершившими переход, так же, как разговариваю сейчас с вами», — ответил я.
«Вы хотите сказать, что вы разговаривали с мертвецами?»
«Я этого не говорил. Я сказал, что говорил с теми, кто прошел через перемену, называемую смертью. В действительности смерти нет и мертвых нет».
«Говорите по делу, — отпарировал он. — Мы все видели мертвых людей, видели, как хоронят их тела, а вы говорите, что их нет».
«Вы не понимаете, что я вам говорю, — повторил я. — Мы хороним физическую оболочку, но не эфирное тело, и то и другое одинаково материальны».
«Я не понимаю вас и не желаю продолжать эту дискуссию. Думаю, нам пора прощаться».
«Подождите, я хочу продемонстрировать вам этот факт. Ведь я говорил вам минуту назад, что разговаривал с так называемыми мертвыми?»
«Да, — ответил он, — но я не воспринял это серьезно. Я уже давно имею свое мнение по этому вопросу».
«А теперь перейдем к доказательствам. Вы знаете, где вы сейчас? Скажите, если знаете».
«Кажется, нет. Это не мой дом. Комната кажется мне чужой, и вы тоже мне незнакомы. Все как-то нереально. Вы можете мне объяснить, где я?»
«Послушайте, эта маленькая хрупкая пожилая женщина, которая сидит напротив меня, самый талантливый в мире медиум. Более 20 лет назад мы обнаружили, что при таких благоприятных условиях, какие мы имеем сегодня ночью, можно разговаривать с душами».
«Это невозможно», — ответил он.
«Это находится за границами человеческого опыта, поэтому меня не удивляет, что вы не понимаете. Однако подождите! Имея такие средства коммуникации, мы не только узнали, что нас ждет в будущем, но и совместно с группой людей из иного мира мы смогли в таких полуматериальных, полуэфирных условиях привести в сознание после перемены многих людей. Когда мы этим занимаемся, к нам приводят таких как вы, кто покинул свое тело, чтобы они могли понять ситуацию, в которой находятся».
«Но я не один из них, это абсурд, говорю вам, я такой же живой, как и вы, и мое тело так же материально, как и ваше», — ответил он.
«Поднимите руку, как я, и вы увидите, что между нами есть разница».
«Да, — признался он, — разница есть, сейчас я это вижу. Ваша рука непрозрачная, а моя прозрачная, и я вижу сквозь нее. Это гипноз?»
«Нет, — ответил я, — сегодня вы оказались в новых для вас условиях. Вы знаете, что мы сидим в полной темноте и не видим вас, хотя ясно слышим ваш голос?»
«Я знаю, — ответил он, — что здесь не темно, потому что я вижу вас, а раз я вижу вас, то значит и вы должны видеть меня, но это неважно. Что с моим телом? Я думаю, я очень болен. Так всегда выглядят после тяжелой болезни».
«Что вы помните о своей последней болезни?»
«Моя память, как в тумане, но сейчас она начинает возвращаться. Я вспоминаю, как лежал постели, доктор ждал, жена и дети рыдали. Доктор сказал: «Он уходит». Многие хотели бы видеть меня мертвым, но я их перехитрил — я не умер. Ведь если бы я умер, я не находился бы здесь?»
«Что вы знаете о смерти?» — спросил я.
«Ничего. И ничего не хочу знать».
«Но когда наступит время, вам придется узнать, хотите вы этого или нет», — настаивал я.
«Хорошо, я готов подождать, но я не хочу говорить об этом сейчас. Я никогда не говорил на эту тему».
«А если я скажу, что с вами уже произошла эта перемена?»
«Было бы глупо говорить мне об этом, когда я здесь и разговариваю с вами».
«Допустим, я докажу вам это сейчас. Те души, которые сотрудничают с нами, могут привести сюда человека, которого вы знали в земной жизни, и так, лицом к лицу доказать этот факт».
«Я еще раз говорю вам, что мертвых нет, а если бы они и были, то я не желаю их видеть».
«Может, вы их боитесь?»
«Нет, но я не хочу их видеть. У меня достаточно проблем с живыми, чтобы еще думать о мертвых!»
«Неужели у вас нет никого в ином мире, с кем бы вы хотели поговорить, если бы могли? Вспомните, что ваша болезнь могла окончиться смертью. У вас сейчас другое тело и вы знаете, что находитесь в незнакомом городе».
«Да, все изменилось, но я не хочу видеть мертвых и разговаривать с ними».
«Жизнь для вас сейчас так же реальна, как и земная, поэтому я думаю, что ничто, кроме наглядного опыта не убедит вас в том, что вы оставили земные условия и должны понять это. Вы были так поглощены нашей беседой, что, я думаю, даже не смотрели вокруг. Что вы видите?»
«Боже мой! Люди, люди, люди! Все незнакомые, и все на меня смотрят! И у всех такое же тело, как у меня. Что за странная галлюцинация? Где я? Что со мной?»
«Вы больше не житель этого мира. Вы находитесь в загробном. Посмотрите, среди этих людей нет тех, кого вы считали мертвыми, или так называемыми мертвыми?»
«Ни одного, хотя подождите — вот он, Джон, мой бывший партнер. Боже мой, но почему он здесь? Он же умер! Я сам помогал хоронить его. Я был его душеприказчиком. Уберите его отсюда, его и эту женщину, и мальчика. Я не желаю их видеть. Они пришли арестовать меня. Как это возможно, если они все умерли? Скажите, скажите мне скорее!»
«Какое преступление вы совершили?»
«Преступление? Кто вам сказал, что я совершил преступление? Я выполнил свой долг».
В ответ на это один из присутствующих сказал: «Нет, ты лжешь. Ты украл деньги, которые я оставил тебе для моей жены и ребенка, и заставил их страдать. В мире никогда не было и нет тайн. Когда ты взял себе все, что я оставил своим близким, и бросил их умирать в нужде, я и все твои друзья в этом мире видели, что ты делаешь, и читали твои мысли».
«В мире нет тайн? О моем преступлении известно! Мертвые живы! Неужели оставив физическое тело, я нашел жизнь там, где надеялся найти забвение? Неужели я встречу всех, кому причинил зло? Я не хочу смотреть в будущее. Какая темнота! Я падаю! Боже, помоги мне!»
Голос начал запинаться, пытаясь еще что-то произнести, и вдруг пропал. Грубая материя, покрывавшая его дыхательные органы, распалась, и он больше не смог говорить.
Так мы стали участниками одного из самых замечательных экспериментов, в которых человеку выпало счастье участвовать. Мы разговаривали с тем, кто оставил физическое тело, и стали свидетелями его пробуждения.