Запретная магия. Подопытная

Глава 10

Мягкое, нежное прикосновение к самому заветному, что осталось от моего настоящего существа. Душа куталась в чужую магию, совершенно не поддающуюся описанию и млела в таких приятных объятиях. Прежде укутывающий кокон легко отступил под напором ласкающей магической структуры. Переливы разных оттенков были знакомы внутреннему взору, но где я уже могла видеть и ощущать подобное, сознание отказывалось подсказывать.

Тянулась к чужому мелькающему размытому силуэту, легко проникающему в мое пространство и некая часть меня подгоняла вперед. От неожиданного гостя в этой маленькой вселенной, так и распространялась доброта и забота. Все эти великолепные и такие дорогие для измученной души ощущения были манной небесной. Кто бы то ни был, но этот неизвестный был замечательным и щедрым на положительные эмоции существом.

— Вера. Верочка. — мое имя произносилось мягким шепотом, разрывая душу на мелкие частички и возвращая в прежнее состояние уже светящуюся всеми светлыми оттенками звездочку. — Нежная, добрая, прекрасная. — теплые отзывы грели и убаюкивали лучше любых колыбельных. Хотелось, тонут в этой щемящей нежности и вновь пробуждаться, чтобы почувствовать такую несказанно прекрасную доброту.

В один миг все разом прекратилось, незнакомая магия сошла на нет, а меня рывком вырвало в прежний неустанно режущий душу на части мир.

Громкий, раздирающий вопль раздался из комнаты Лумины. Меня словно пушинку подкинуло на месте и ноги сами понесли в нужном направлении.

В тускло освещённом помещении уже находилась все переполошенное семейство оборотней включая вампира. Мягко удерживая девушку за плечики, он с невозмутимым видом поглаживал Лумину по слипшимся от бурой жидкости волосам. Девушка вздрагивала от затихших рыданий и невидящим взглядом смотрела вглубь комнаты.

Эрон как зверь метался из угла в угол, с шумом втягивая воздух и изредка негромко порыкивая. Невысокая в меру упитанная женщина средних лет стояла немного в стороне и нервно теребила в руках маленький светящийся огонек совершенно не причиняющий ей вреда. В немного строгих чертах лица не было и намека на сходство с Луминой, но другого вывода как отнести ее к родительнице девушки не могла предположить. Маленький мальчик, лет восьми жался за ее спиной и с тихим плачем едва выдавал свое присутствие. Рассмотреть малыша не представлялось возможным, слишком он был напуган и от этого мало показывал свое заплаканное личико.

— Живо по своим комнатам! — гневный рык барона быстро освободил комнату девушки от лишних глаз. Мы же с Ирвундом остались на месте, не делая попыток сбежать.

Легко усадив Лумину на испачканную кровавыми пятнами кровать, вампир несколько раз удовлетворенно вдохнул воздух у ее головы и тут же отпрянул, мягкой улыбкой вновь успокаивая начинающуюся истерику. Девушка кусала побелевшую губу и смотрела вокруг большими глазами.

Несколько долгих минут в комнате стояла оглушающая тишина, разрываемая лишь шумным вздохом троих нелюдей. Я следила за ними подмечающим любую деталь взглядом и лихорадочно соображала на тему: что произошло в перекрытом магией помещении?

— Девочка моя, что ты видела? — мягким голосом, совершенно не соответствующим сверкающему взгляду, начал Эрон, присев возле девушки.

Блеклые губы дрогнули и исказились в ужасающей гримасе. Девушка затряслась как тонкий прутик и обхватила себя побелевшими руками за плечи. Несколько раз, начиная свою речь, Лумина сбивалась и замолкала, чтобы вновь собрать воедино мысли и начать свой короткий рассказ.

В комнате вновь появилась жена Эрона и, легко поставив большой таз наполненный водой, принялась трясущимися руками стирать с лица дочери кровавые подтеки. На оборотницу практически не обращали внимания, полностью погрузившись в пересказ Лумины.

— Я… Мне… Мне снилось что я иду к запретным горам. Там виднелись черные силуэты. Которые звали меня и неустанно твердили о предназначении. …

— Каком предназначении? — Эрон был напряжен и едва не срывался на панический крик. Мне было понятно его состояние, ведь не так-то просто обнаружит своего ребенка, в окровавленном виде, да еще у себя под носом, будучи уверенным в полной безопасности своей семьи.

— Не помню… Их было много, и каждый говорил о своем... Все смешалось. — всхлипнула Лумина, опуская голову на грудь. — Мне страшно папа… — такой несчастной я не могла ее представить. Даже в тот день, когда мы попали под влияние светлой магии, девушка держалась как сильная личность, хотя тоже была на грани.

— Что было дальше? — непререкаемым тоном продолжал барон.

Между тем его глаза окрашивались, раз от раза в цвет черноты и магические сгустки окутывали голову девушки. Наверняка магическое воздействие имело место быть, ведь Лумина прекращала всхлипывать, и взгляд ее становился как у самой настоящей куклы. Меня пробрал внутренний озноб. Душа прямо таки металась в неком подобии ужаса и непонятного предвкушения.

— Темное помещение. Мрачное. Без окон. Стены и потолок словно в заброшенной пещере. Всюду старинные руны выведенные алыми линиями, а посреди этого кровавого ада невысокий плоский камень. — голос Лумины стал безжизненным и отстранённым. Тело разом осунулось, лицо приобрело сероватый оттенок. Невыносимо жуткое зрелище, и я бы никогда не посмела сотворить такого со своим ребенком. Но не мне судить барона, он старался помочь дочери.

Мать Лумины давно покинула комнату с затравленным выражением на лице. Только возле постели девушки оставался таз с кровавой водой, напоминающий о ее появлении.

Все время Ирвунд незримой тенью мелькал рядом и при любой попытке девушки встать или лечь, придерживал ее в одно состоянии. Руки парня окрасились в алые пятна, липкой массой скапливаясь на ладонях. Волосы Лумины так и оставались кровавыми, а парень словно не замечая этого ласково проводил по ним испачканными руками.

— Где находиться это место? Ты знаешь? Сможешь показать? — транс, который наложил некромант на дочь, постепенно развеивался и покрасневшие глаза вновь наполнялись слезами.

— Нет… Нет… Нет! — голос резко сорвался на крик и перед лицом истерящей девушки появился взгляд алых глаз Ирвунда. Лумина замерла как перед непробиваемой стеной, а потом, коротко всхлипнув начала заваливаться на бок.

Вампир легко поддержал расслабленное тело и мягко уложил оборотницу на постель. После недолгих раздумий, поднял аккуратно на руки и молча покинул злополучную комнату.

Эрон сидел возле постели и зверским взглядом прожигал одну точку в стене.

— Что это было? Почему у Лумины кровь? — решила нарушить тягостное молчание, и вывести барона из состояния гнева.

Внутренняя паника уже сошла, оставляя на своем месте хладнокровный интерес и внимание. Переживала за девушку и конечно не могла спокойно наблюдать за терзаниями Эрона, но все же оставалась спокойной. И именно это спокойствие помогало, как мне казалось, некроманту в обуздании внутреннего зверя.

Мужчина собрал волю в кулак, стряхнул с себя налет мрачности и желания убивать, а после уже смотрел на меня взглядом, в котором разливалась боль. Некромант считал что сам виноват в произошедшем и уже не раз мысленно разорвал себя на куски, чтобы вновь возродить и ответить за мучения дочери, но от этого ему не становилось легче.

— Это очень древняя магия. Заклинание, которое было применено к Лумине требует не то что большой силы. Оно требует нескольких жертв и конечно сильной отдачи от мага управляющего этим «монстром». Я лишь раз слышал о таком. В те года мне только дали шанс на обучение запретной магии и последнее упоминание о «смертельном призыве» доносил до меня мой учитель. Когда мастер покинул наш мир, вместе с ним и исчезло знание. Что послужило новым витком этому кровавому заклинанию остается гадать. И у меня до сих пор нет предположений, кто мог такое сотворить. — Эрон смотрел задумчиво в потолок, явно погружаясь в воспоминания.

— Но как так вышло что, будучи полностью здоровой и без единого намека на раны, на голове Лумины было столько крови? Да и постель явно пропиталась. — я не церемонясь скинула на пол подушку и мягкое одеяло, местами пропитанные бурыми пятнами.

— Дом обильно пронизан моей защитой, это и наложило свой след на кровоизлияние. Если бы магия была немного слабее, Лумину просто вытянуло в другое место, а может только ее кровь, это уже как требовалось похитителю. Но причина сильного кровоизлияния в том, что моя магия частично блокировала заклинание. Кровь, которая должна была просто выступить на коже под внутренним напором и исчезнуть в призыве, стала растекаться по доступным участкам. Заклинание не требует ран или прочих повреждений. Кровь сама тянется на поверхность организма как металл к магниту. — поразилась кровожадности того, кому понадобилось таким образом лишать живое существо главной живительной влаги организма.

Перед глазами так и норовили всплыть картинки вампиров с окровавленными ртами, что мне не раз удалось увидеть в фильмах и сериалах. И теперь мысленно я переживала за Лумину, которая в данный момент находиться в компании Ирвунда. Не хотелось верить в свое предположение, но ничего другого на ум не шло. Кому как не вампиру может понадобиться кровь?

Стараясь не нарушать задумчивость некроманта, тихо покинула комнату с кровавыми следами и поспешила на поиски парочки, так быстро покинувшей нашу компанию.

Ночь не оставляла шанса на спокойное перемещение. Каждый шорох в едва освещённом помещении, каждая отсвечивающая тень заставляла душу замирать и испуганно трепыхаться в теле. Картинки окровавленной постели и испуганно жавшейся Лумины еще больше подмешивали ужаса в мысли.

Искать Ирвунда и спящую мятежным сном оборотницу, не пришлось. Как и ожидала, парень отнес девушку в отведенную ему комнату. Представленные картины разных ужасов мигом слетели и забылись, стоило моим глазам увидеть милую сцену.

Вампир сидел на полу возле постели, вытянув ноги и облокотившись подбородком о край. Одна рука лежала на колене, другая мягко поглаживала спутанные в крови волосы девушки и светилась чуть заметным голубоватым оттенком. Красиво, завораживающе и совсем не страшно.

Замерла на пороге приоткрытой двери и не подавая признаков своего присутствия наблюдала за чужой нежностью, с щемящим чувством вспоминая неудавшуюся любовь и свадьбу. Душа невольно сжалась в приступе горького расстройства, но это мгновение длилось не долго, тут же затмевая все чужим счастьем.

— Уснула. — тихий шепот в голове заставил резко отпрянуть от двери.

Стоило мне отстраниться, в проеме появился уставший вампир с едва уловимой улыбкой на губах.

— Боюсь ее сегодня одну оставлять нельзя. Побудешь рядом? — неожиданно предложил парень. Я же в свою очередь трусливо искала возможность отказаться от такого доверия.

Ирвунд смотрел на меня своим пытливым уставшим взором и проникал в самую суть, выуживая оттуда совесть и стыд. Ну что, по сути, может произойти с той, кому уже давно смерть не грозит, разве только от руки создателя. Переборола испуг и трусливое желание сбежать и кивнула некроманту. Перевела взгляд на разметавшиеся по подушке волосы Лумины и уверенно вошла в комнату.

Едва заметно пошатнулось пространство, пуская по стенам волнообразные блики. Сосредоточилась на внутренних ощущениях, но как и прежде, кроме бесчувственного тела ничего нового не обнаружила. Списала необычное явление на резкий шаг, хотя не была полностью уверенна в своих соображениях.

— Она должна проспать до утра. Я тебе принес тут кое-что, скрасить ночное одиночество. — парень протянул мне рукописный томик, с трудом еще не рассыпавшийся на маленькие частицы.

Бережно приняла своеобразное подношение и прижала к груди. Ирвунд больше в комнату не вошел. Парень лишь тихонько притворил дверь, оставляя меня наедине с измученной оборотницей и древней книгой.

Остаток ночи тянулся медленно и изматывающе. Даже мое бесчувственное тело, словно одеревенело от долгого сидения подле кровати. Я не осмелилась далеко отходить от девушки, ожидая любого подвоха. Раз от раза подолгу всматривалась в осунувшееся лицо и замирала, ожидая вдоха или выдоха оборотницы. Ночной кошмар подействовал на меня как сильный энергетик, совершенно не оставляя возможности насладиться принесенной вампиром книгой. Стоило отвести взгляд от Лумины и мне тут же чудилось, что ее дыхание останавливается, а лицо бледнеет. Но спустя несколько тяжелых минут, я понимала насколько ошибаюсь и, успокаивая мятежную душу вновь немного расслаблялась.

— Пошлите завтракать. — в комнате появилась утомленная женщина, в которой я с трудом вспомнила мать Лумины. От длительных переживаний, разум отказывался связно соображать. Мысли путались, а в каждой тени чудилась угроза.

— Я не ем. — после недолгой заминки ответила жутким замогильным тоном с примесью мышиного писка. Женщина дернулась в сторону и тут же скрылась за дверью.

Испугалась. Оно и понятно, многие не имеющие со мной связи при случайной встрече обходили стороной. А вот когда вот такое нечто сидит в твоем доме, да еще и голосом которым можно мышей хоронить, высказывается, тут не то что испугаться можно.

Следом за хозяйкой появился обеспокоенный Эрон. Мужчина выглядел не на много лучше. Под глазами образовались серые тени, глаза, прежде ярко прожигающие любого, потухли, руки висят бесполезными отростками. Да и вообще весь его вид говорил, насколько тяжело далась оборотню эта ночь.

— Ты прости Антию. Не легко ей видеть в нашем доме такое… — некромант замялся явно подбирая слова.

— Такое чудовище? — обидно не было. Я прекрасно понимала женщину, сама не знаю, как бы отреагировала, попади в такую ситуацию. Да что уж там, наверняка в психушку побежала и на неопределенный срок осталась с добрыми дяденьками и тетеньками.

— Я не это хотел сказать. — было видно как Эрону не удобно объяснять мне всю ситуацию.

— Давай будем называть все своими вещами. — махнула рукой и поднялась наконец с пола.

Лумина до сих пор спала и меня это немало тревожило.

Убедив меня в нормальной реакции девушки на потерю крови и жуткое происшествие, барон пригласил к столу.

— Теперь с ней ничего не произойдет. Да и сейчас уже целитель придет. Ни к чему ему видеть тебя в моем доме. — намек поняла и посеменила за мужчиной.

После ухода целителя в доме все немного оживились. Мать Лумины вышла из своей комнаты с легкой улыбкой на устах, хотя в мою сторону посматривала опасливо. Ирвунд появился еще спустя полчаса посвежевший и отдохнувший. Эрон воспрял духом, и в его взгляде читалась решительность найти виновного в ночном безумстве. Только Лумина до сих пор спала тяжелым сном, изредка ворочаясь и скидывая с себя легкое покрывало.

В комнату оборотницы заглядывали по очереди, стараясь не упустить момент ее пробуждения. Как бы там ни было, но Эрон намеревался вызнать все, что могла поведать дочь. Как бы тяжело ей от этого не было, но безопасность превыше всего, а именно с ее помощью недостающие кусочки картинки должны воспроизвести гнетущий кадр.

— Мам? Пап? — за тихими разговорами не заметили, как в проеме появилась бодрая фигурка девушки. — А вы чего тут все сидите? И что с вашими лицами? Смотрите, слово я приведение. — а посмотреть было на что.

Легкое летящее платьице, которое прежде девушка наверняка бы не одела, открывало угловатые плечики. Милые бежевые туфельки сидели как влитые и поблёскивали в отражении маленького светлячка, разбавляющего мрак гостиной. Волосы сплетены в тонкую рассыпающуюся косу, а в руках та самая книга, что мне приносил Ирвунд. Совершенно иной образ. Да и прежде мне не встречались такие яркие наряды в этом городке. Но и это не все, что удивило присутствующих.

На скуле девушки появился едва заметный жёлтый сгусток, переливающийся несколькими оттенками. На бледной коже отчетливо было видно новое пятно. Эрон как завороженный подошел к девушке, коснулся этой необычной кожи и тут же одернул руку. На месте, где был желтый след, вновь ничего не было.

— Ничего не понимаю. — пораженно выдавил оборотень.

Все смотрели на девушку ошеломленным взглядом и только я ничего не понимала, что сразу и попыталась донести до окружающих. Безмолвное удивление прервалось мом писклявым голосочком, режущим неприятно нервные окончания.

— А что собственно происходит? — по лицу Лумины было видно, что девушку тоже очень интересует этот вопрос.

— Ничего. Все в полном порядке. Как ты себя чувствуешь? — поспешил скрыть свое замешательство барон. И конечно наш негласный вопрос пролетел мимо ушей всех собравшихся.

Девушка неожиданно громко рассмеялась и, прижав руки к груди, восторженно пропела веселую мелодию.

Первой мыслью было, что Лумина помешалась. В связи с ночным ужасом, девушка просто повернулась мозгами, вот и весь вывод. Но как выяснилось немного позже и именно со слов самой ложно-больной, девушке просто приснился замечательный сон. Ну а потом ей в руки попалась самая прекрасная из книг, о которой оборотница мечтала всю свою жизнь.

Поведение всегда тихой и скрытой девушки разительно изменилось, что не могло настораживать.

Немного позже, когда все расселись за накрытым Антией столом, барон решил задать терзающие всех нас вопросы.

Допрос ничего непонимающей Лумины продолжался недолго, но весьма красноречиво пояснил каждому присутствующему, что прежняя ночь просто стерлась из памяти девушки.

Вскоре полностью растерянные некроманты засобирались покинуть дом. Мое желание последовать вместе с ними пресеклось одним грозным взглядом Эрона. Ну а Ирвунд, отвел меня в сторону и вновь попросил наблюдать за оборотницей, быстро потерявшей интерес к отцовским расспросам.

Тишина поглотила дом как мерзкое болото, засасывающее в свои недра любого оступившегося путника.

Мать оборотницы покинула кухню, прежде чем закончились вопросы Эрона. Ее поведение не складывалось в моем разуме. Постоянно всплывали всевозможные фильмы и книги, где неустанно твердили о сильном характере оборотней любого пола. Но именно Антия была иной. Женщина скрывалась в своей комнате, стараясь меньше попадаться посторонним на глаза.

— Ты чего тут тоскуешь? — в кухню ворвалась счастливая Лумина. Неожиданный приподнятый настрой сбивал с толку и разбивал мрак и тишину поникшего дома.

— У тебя есть предложения? — немного наклонила голову к плечу и подняла уголок губ. Пусть тело и не чувствует, но вполне подчиняется моим капризам.

Мысленно я уже искала поводы отказаться от любых предложенных оборотницей вариантов. Ведь строгий наказ оставаться в доме и просто приглядывать за Луминой, никто не отменял.

— А давай мы из тебя сделаем нормальную девушку. — подмигнув задорно, эта не в меру веселая подруга, поспешила в свою комнату.

За одну ночь в спальне Лумины ничего не изменилось. Разве только, постель сверкала чистотой и о прожитых ночных ужасах ничего не намекало.

Воспоминания разом нахлынули, подсовывая мне самые жуткие картинки с участием оборотницы. Хотелось схватить безумную подругу и вытянуть из места, в котором ей пришлось пережить безумство чужой магической агрессии.

— Смотри какое легкое и мягкое для тела. — ко мне подплыла девушка с невесомым платьем вруках.

Прежде я и не подозревала, что у тихой и скромной девушки имеется такой немалый гардероб. Стоило мне заглянуть в маленький скрытый от глаз шкаф и увидеть кипу разных платьев совершенно невообразимых тонов и материалов, чтобы впредь полностью переменить мнение о мрачности этого мира и жизни одной скрытной девушки.

— Примерь. — мне на руки опустилось невесомое чудо местных портних. Вопрос сам собой напрашивался: а откуда в этом гадком местечке столько ярких и чистых вещей?

Уговаривать меня не пришлось. Пусть я и отдавала отчет, что своим не первой свежести телом могу испортить такую прелесть. Но, как и любой женщине, безумно хотелось выглядеть если не сногсшибательно, то хотя бы приемлемо. Ну а в том тряпье, что было на меня накинуто благодаря услужливому вампиру, моя смертельная красота явно далека от идеала.

Пока старательно справлялась с невесомой тканью, каждый раз норовящей выскользнуть из моих когтистых пальцев, Лумина успела вновь оживить гнетущую тишину, прерываемую лишь шелестом платьев.

— Смотри какая прелесть. — передо мной закружилась теперь уже симпатичная девушка с тонкой талией и стройными ногами, немного виднеющимися в длинном разрезе голубого платья.

— Какая у тебя необычная татуировка. — стоило оборотнице немного повернуться ко мне спиной и моим зорким глазам предстала маленькая аккуратная линия, которая изгибаясь уходила за край платья.

Полностью рассмотреть узор не выходило. Мне было необходимо немного приспустить рукав и полностью оголить плечо девушки, чтобы полностью рассмотреть вязь рисунка.

— А. Ты про это? — Лумина сама помогла мне, немного отодвинув ткань. — Это просто узор. Он на моем теле с самого рождения. Так говорит мама. — девушка пожала плечами, а я как жадный воришка шарила глазами по знакомым линиям.

Уверенность в том, что мне знакома каждая черта этого необычного пятна, росла по мере запоминания. В голове крутилась мысль, что я знаю значение этого рисунка, но с чем оно может быть связан и где вообще мне удалось прежде присмотреть такой узор, память отказывалась помогать.

— Слушай, а он всегда был таким ярким? — невольно коснулась кожи и под моими пальцами начал мерцать серый затронутый завиток.

— Не знаю. Я не обращаю на него внимания. Прежде мне никогда не мешал, да и сейчас не чувствую от этого узора никаких изменений. — беспечно отозвалась подруга и вновь поспешила к шкафу.

До самого вечера я развлекала девушку всевозможными делами. Мы и читали и пели и рисовали и разве что по потолку не бегали. Мою примерку все же прервали, так как скобы скрепляющие части тела безжалостно разрывали ткань и никак не давали возможности примерить хоть одну приглянувшуюся вещицу.

Мать Лумины покидала свою комнату лишь несколько раз. Женщина скрывалась в кухне, а после приглашала нас к столу. Молчаливый прием пищи и косые взгляды в мою сторону, вот и все что я смога получить от Антии. После так же тихо и молча, оборотница покидала нашу компанию, вновь скрываясь в своей комнате.

Было желание поспрашивать подругу о таком поведении ее матери, но видя ее счастливое настроение, разом забывались все вопросы.

Уже в пасмурных вечерних сумерках вернулись некроманты.

Мужчины без лишних вопросов закрылись в кабинете, вновь не допуская нас к своим тайнам.