Земля зомби. Воронеж-тесный город

Глава 5 Бандиты

Разбудил меня Кузьмич, склонившись над моей кроватью. Одной рукой он тряс меня за плечо, в другой держал отбивную, периодически откусывая от неё куски. Увидев, что я открыл глаза, начал петь хриплым голосом:

«— Я пришел к тебе с приветом,

Рассказать, что солнце встало,

А ты всё щемишь своё ипа… кхм, лицооооооооооооо!»

От такого ужасного пения остатки сна мигом покинули меня. Спрашиваю у него:

— Тебе совсем делать нечего, ходишь людям пытки устраиваешь по утрам своим ужасным пением?

— Я, просто, непризнанный талант! А ты с утра капризный, как принцесса. Вставай, нас ожидают великие делаааааааааа! — опять ужасно пропел последнее слово Кузьмич и резво выскочил из комнаты, словив лицом мою подушку.

Встаю, одеваюсь, заправляю постель, возвращаю на кровать подушку и иду на кухню, вдыхая приятные запахи еды и кофе.

Тут уже все в сборе. По привычке начинаю день с кофе, сколько ни пробовал себя раньше заставить перейти на чай, не получилось. Потерпел фиаско вкусный и крайне полезный какао, в своё время. Сейчас я уже свыкся, что все мы — рабы своих желаний, и отбросил попытки заменить кофе на что-то более полезное. Вдыхая приятный аромат этого черного горячего напитка и делая маленькие глотки, смакуя вкус, слушаю разговоры за столом.

Печку уже наполовину сложили, теперь ждут сантехника с трубами, которые должны проходить внутри печки, и только после этого её можно продолжать строить. Сантехник должен сегодня после обеда приехать. Стационарная рация большей мощности, в разы превышающей наши портативные, установлена и исправно работает.

На этом основные важные новости исчерпаны, но и это немало, еще одна монета в копилку нашего дальнейшего выживания в новом мире. По-хорошему, надо заняться запасами топлива, пока их еще не все раздербанили другие выжившие, подумать над улучшением обороны дома, перегнать еще один броневик, УАЗы тоже вернуть. И это только самая малость — что желательно сделать как можно быстрее. Не помешало бы еще раз на рынок съездить, постараться на этот раз без всяких боёв. Хорошенько расспросить народ о том, что в городе и области в разных местах происходит. Знания — это тоже большая сила. Что же, начнем, пожалуй, с машин: если упустим броневик, который можно забрать от банка, то будет плохо. Даже боюсь представить цену за аналогичный автомобиль на рынке, если их там вообще кто-то захочет продавать или менять. Как говорится, такая корова нужна самому. Кстати, о коровах.

Нужно думать о своей живности и к сезону посадки урожая тоже готовиться. Кончилась эпоха свежих овощей и молока в магазине у дома. Теперь что посеешь, то и пожнёшь. Про молочные продукты такая же песня, легче завести корову, или двух, не знаю, сколько их надо, чем ездить на рынок, сжигая топливо и подвергая себя ненужному риску попасть в засаду. А что овощи необходимы для организма — это факт — достаточно вспомнить как люди, живущие на северах, страдают от цинги, и это не самое страшное. Касательно молочной продукции — тоже самое — достаточно посмотреть на Алешеньку, выросшего на мясе и обожающего молоко с творогом. Вывод простой: если ты не враг своему здоровью, то рацион должен содержать и овощи, и молочную продукцию. Пока пошла такая тема, сделал себе зарубку, что всякие витамины тоже неплохо было бы выгребать из аптек и магазинов спортивного питания. Прервал мои раздумья Кузьмич, пребывающий в веселом настроении.

— Ну что, куда мы сегодня помчим, уже придумал?

— А что тут думать, первоочередная задача — сделать большие запасы алкоголя, а то его скоро весь разворуют. Будем всю неделю свозить его в наш дом, чтобы опередить врагов. — говорю это и незаметно подмигиваю Артёму, а Кузьмич, с недоверием во взгляде, смотрит на меня и спрашивает:

— Это что, опять твои байкерские приколы?

— Нет, мы же обсуждали это…Или тебя не было рядом, уже не помню, спроси у Артема, если мне не веришь.

Кузьмич, пытливо рассматривая нас по очереди из-под свои густых бровей, выдаёт:

— Артёму я не верю еще больше!

На что тут же среагировал Артём:

— Ах ты Янус двуличный, даже жаль, что моя кагтавость не ковегкает букву Я, пгоизнося её как А. Ты вчега поднимал тосты и клялся в вечной дгужбе, а тепегь заявляешь, что не вегишь мне. В моих глазах ты упал на ступень ниже ненавистных мне помидогов.

Артём сделал такое обиженное лицо, только что плакать не начал. Кузьмич смотрел на него, в раздумьях шевеля бровями, и корча гримасы. Наконец, его лицо разгладилось, и он говорит:

— Ладно, что ты сразу обижаешься, как девочка, я же шучу по-дружески. Хочешь, мы, заместо рейда за алкоголем, найдем, где хранятся томаты, и сожжём их?

Вижу, что шутка не прошла, а разговор пошел вообще в другое русло, вмешиваюсь:

— Хороший план! А потом что, будем мстить луку за то, что в детстве не понравился мультик про Чиполлино? Связала судьба с дурачками, вы мне двух гусениц напоминаете из любимого мультика Берсерка про фиолетовое чудовище с четырьмя ушами.

Оба спорщика посмотрели на меня, а потом Кузьмич заорал:

— Чур, я та гусеница, которая умнее, а картавый будет толстой и глупой!

На что Артём тут же возмутился:

— Сам ты толстый и глупый! А, забыл добавить, еще стагый! Всегда, сколько я тебя знаю, был стагым, а теперь еще на год стагее. Будешь пегед моей машиной идти, песком догогу посыпать.

— Ах ты псина колченогая! Как меня достало твоё тявканье, «стагый», «стагый»! — передразнил его Кузьмич.

Достали они меня окончательно, и я говорю обоим:

— Всё, успокойтесь, шуты гороховые, я погорячился, вы даже до тех гусениц не доросли!

И я тут же подвергся атаке, сразу ставшими союзниками против меня, спорщиками. Кузьмич, нагло тыча в меня пальцем, огрызается:

— Да ты сам себя со стороны видел?! Вредный, что пиявка из этого мультика, вечно ворчишь! Всё тебе не то и не так!

Его подержал Артём, добавив:

— И правда, вредный и занудный, что та пиявка из пруда, только «Караул» еще всё время не орешь.

— А то вы все такие полезные, как грязь лечебная, которую один раз лизнуть стоит десять рублей. Заканчивайте дурака валять, сейчас поедем свои машины и оставшийся броневик забирать.

Разошедшийся Кузьмич, намеревавшийся что-то сказать, так и застыл с открытым ртом, выпучив глаза. Совладев с эмоциями, он жалобно произнес:

— А как же недельный рейд за стратегически необходимым нам алкоголем?

— Отменяется, и переносится на неопределенное время, как наказание за плохое поведение! — бросил я и пошел собираться, слыша, как Кузьмич жалобно запричитал Артему.

— Не, ну ты слышал, прям реально цербер, по больному бьёт!

— Хватит ныть, стгатег недоделанный, мы вчега тебе столько запасов пгивезли, что ггех жаловаться. — оборвал его Артём, а дальше я удалился из зоны слышимости их обсуждения. Надо было еще Вите сказать, чтобы тоже собирался.

Его я обнаружил говорящим с престарелым печником на тему коммунизма. Мало того, что он был в таком возрасте, что успел пожить в той эпохе, так, на Витино счастье, придерживался его взглядов. Поэтому они, перебивая друг друга, что-то восторженно обсуждали, даже странно как не сорвались танцевать медленный вальс. Говорю ему:

— Витя, коммунизм сам себя не построит, и одних слов для этого тоже мало, пора приступать к выполнению нормы, а почетную грамоту позже выпишу.

— Нужна мне твоя почетная грамота…И вообще, суть коммунизма не в грамотах, а в том, что заводы и другие средства производства должны принадлежать рабочим, а не всякому там собственнику, присваивающему себе результаты их труда, который летает на самолетах и плавает на яхтах, кидая им жалкие копейки, чтобы хватило сводить концы с концами.

— Я тебя понял, спокойно, уже отплавались и отлетались. Собирайся, у тебя десять минут. — сказал я и пошел тоже собираться.

В этот раз рюкзак еще более тщательно был укомплектован всякой всячиной с расчетом на пять дней выживания автономно. Он заметно прибавил в весе, но после случая, когда машину пришлось оставить, спасаясь от напирающий орды мертвецов, это меня не смутило. Собираемся в прихожей, Артём и Кузьмич уже тут, травят анекдоты. Вити еще нет, ждем его, слушая анекдоты. Рассказывает Кузьмич:

«Алкаш просыпается в морге, весь голый, замерзший. Накидывает на себя простыню и идёт к выходу. Там бабка — вахтерша.

Он ей: — Доброе утро бабушка…

Она с перепугу: — Господи! Какое доброе утро, ты же в морге!

Он: — Ааа… ну тогда эта… гутен морген!»

«— У тебя муж кто по специальности?

— Алкоголик.

— Но это не специальность, это увлечение.

— Не скажи, он к этому очень серьезно относится!»

Все посмеялись над анекдотами Кузьмича и начал рассказывать Артём:

«— Знакомый живет во Фганцииполтога года, пегеписываемся:

«Ну гасскажи, какие плюсы-минусы жизни во Фганции?»

«Ну, пегвый и основной плюс — никто не знает, что я кагтавый»»

«— Был у нас в унивеге пгепод, котогый кагтавил, как мог. Вот совсем не выговагивал эту злую букву. Экзамен. Сидит весь поток. Сдаёт девушка, у котогой такое массивное ожегелье-бижутегия. Вопгос от пгепода:

«Скажите, а что это у вас за атъебут на шее?»

Все замегли. Девушка в шоке:

«Чтооо?»

«Не, ну ноъмально. Доучились, но четвеътого куъса и не знает, что такое атъебут!»»

«Звонок в морг:

— Дедушка уже тги дня не ночует дома, Вы не могли бы пговегить, может, он у вас?

— Опишите особые приметы.

— Он кагтавит.»

Прерывает веселье появление бабульки, она сразу напирает на меня:

— Возьмите с собой Алёшеньку, ему тут скучно без вас, он уже большой, а вы обещали сделать из него мужика, приспосабливая к этой жизни!

— Да, обещали, но там опасно, могут застрелить или укусить, это не прогулка по безопасной территории рынка. Даже там он тоже умудрился найти приключения на свою голову.

Бабулька все напирает, как танк, упорства ей не занимать. К ней подключается Кузьмич:

— А чё, давай возьмём Берсерка, не сможем же мы его всю жизнь в доме прятать, да даже если и сможем, что это за жизнь такая, как цветок в плошке будет. Тем более, я обещал сделать из него мужика, а это длительный и многогранный процесс, состоящий не только из употребления водки и умения произносить тосты за столом.

Забили мне все голову, психую и сдаюсь:

— Да пусть едет, под твою ответственность, иди, собери ему рюкзак с нормальной едой, а не своей закуской. И помни его аппетит, значит и еды должно быть соизмеримо, благо, сил тащить её у него предостаточно. С оружием тоже сам реши, огнестрельное я ему пока точно не доверю — или тебе зад прострелит, или себе ногу.

Кузьмича и бабульку как ветром сдуло, убежали собирать Берсерка. А я немного напрягся: Алёшенька — это лишнее беспокойство, с учетом его неординарности и умения найти проблемы на ровном месте. Ладно, что нервы зря тратить, предстоит просто доехать, забрать машины и вернуться назад, ключи искать не нужно, только зря накручиваю себя.

Наконец возвращается Кузьмич, с Берсерком. Интересно, конечно, старый дурень вооружил молодого. В руках у Берсерка большая кувалда, хотя в его лапах она больше похожа на молоток. Зная силу этого гиганта, не удивлюсь, если он будет ей с одного удара зомби в землю, как гвозди, вбивать по уши. Но лучше ему, конечно, сидеть в машине и желательно ничего не ломать, а то знаю я его.

Выезжаем на двух броневиках, предварительно их заправив. В одном — сладкая парочка, Кузьмич и Артем, в другом — я, Берсерк и Витя. Наш броневик едет первый, Витя прилип к биноклю и мониторит обстановку внутри, я кручу головой то на дорогу, то на Берсерка, смотрю чтобы ничего не отрывал. Приятно урчит дизельный трехлитровый мотор. Расход топлива тоже очень приятно удивил, для таких тяжёлых машин на полном приводе он оказался смешным. На этот раз решили поехать по другому маршруту, чтобы не примелькаться на одном и том же. Заодно осматривать новые места.

Поэтому с М4 мы проехали прямо мимо ТЦ, где не так давно заседали отморозки во главе со Ржавым. Стоило мне переехать железнодорожный переезд, как Витя вскрикнул:

— Тормози! На, посмотри, что происходит!

Остановив машину, я взял из рук Вити бинокль и начал рассматривать происходящее впереди. На дороге рядом с киоском по продаже сигарет стояло три машины: два больших черных джипа заблокировали праворульную япошку с большим спойлером на багажнике. Четыре человека, одетые в одежды преимущественно темных тонов, взяли в кольцо парня в цветастой одежде, что-то им говорящего и жестикулирующего руками. Связываюсь по рации со второй машиной, замершей на приличном расстояние позади нас, и обрисовываю ситуацию. Решаем помочь парню, если потребуется, и, дождавшись вторую машину, трогаюсь. Паркуемся одновременно и всеми выходим из машин. Бесцеремонно вклиниваясь вкруг из бандитов, раздвигая их плечами.

Что это были бандиты, стало понятно сразу. По гнусавым голосам и фразам, обращению друг к другу не по имени, а используя погоняло. Довершали картину короткие прически и одежда черного цвета, как будто все собирались ехать на похороны. Стоило нам войти в круг, как один, бывший среди них явно за «бугра», произнес пренебрежительным тоном, сплюнув себе под ноги:

— О, зацени, братва, нарисовались, не сотрёшь! Чё за фраера такие залетные? На инкассаторов вы не похожи.

Видно сразу, что пехота из шестерок строит тут из себя ферзей, отвечаю ему:

—Ты прав, земляк, мы не инкассаторы, ехали мимо, смотрим, народ стоит, а мы так соскучились по хорошим и добрым, живым людям! Вот и остановились составить компанию, за жизнь трёте?

Верно уловив мой посыл насчёт «хороших и добрых людей», говоривший со мной изменил тон угрожающи зашипев:

— Ты берега не попутал, случайно? Тебя не колышет, о чем мы тут трем! Лезть в чужой базар вредно для здоровья!

Меня что-то это взбесило. Я знал пару человек, не последних в этом городе. По общению милейшие люди, ни одного матерного слова от них не слышал, скорее, наоборот, они мне делали замечания, что слишком много мата в моей речи. А тут отбросы, скорее всего, отмотавшие срока за кружу курицы, пьяную драку или еще что-то в этом духе. Пытаются выглядеть блатнее всей тюрьмы. А самое забавное, что их четверо, а нас пятеро, если не брать в расчёт парня, который явно не на их стороне. У нас у всех оружие на ремнях висит, только у Берсерка кувалда в руках. Они стоят с голыми руками и пытаются свою развальцовку устроить. Говорю ему:

— А что гадать по поводу здоровья, сейчас и проверим!

Снимаю автомат с предохранителя и поднимаю ствол на уровень их грудных клеток, мои сорвиголовы тут же следуют моему примеру, только Алёшенька стоит растерянно, крутя головой и не зная, что делать. Видно было, что бандиты испугались, их старшой, стараясь не терять лица, тем не менее, не смог сохранить свой голос уверенным:

— Да ты хоть знаешь, под кем мы ходим? Тебя Лёша Фартовый на куски порежет, если с нами хоть что-то случится, из-под земли достанет!

Как-то очень неуверенно бросил он угрозу. Говорю Алёшеньке:

— Берсерк, он меня уже достал, продемонстрируй, уважаемому, сколько у тебя здоровья.

Алешенька перехватил кувалду двумя руками, держа её у груди как знамя, потоптался и неуверенно спросил:

— Мне ему по голове кувалдой дать разок?

— Нет! — поспешно воскликнул я от промелькнувшей перед глазами картины, как Берсерк бьёт разок «слегка» кувалдой по голове бандиту, и та лопается, как перезрелый арбуз под колесами грузовика, обдавая всех содержимом черепной коробки этого не очень умного человека, кидающего понты. При всей неприязни к отморозкам, убивать их я не планировал, поэтому, поспешно остановив Берсерка от кровавой расправы, возражаю:

— Не надо кувалдой, тут появились сомнения, что у нас хватит здоровья, поэтому вот на этой машине оторви все двери. — сказал, указав на ближайший черный джип. А самому стало интересно, хватитли у него на такое сил, а то вдруг я погорячился и сейчас смешно получится. Алешенька начал красиво, открыв переднюю пассажирскую дверь и кинув наружную ручку, оставшуюся у него в руке, под ноги бандиту. Я этому не удивился, а они, видно было, что прониклись сразу уважением к громиле, который играючи вырвал ручку, просто открыв дверь.

Берсерк схватился своими лапищами за дверь. Одной рукой под низ двери, другой рукой за верхнюю рамку и потянул. Сначала с хрустом лопнуло стекло в двери и посыпалось со звоном на асфальт, а потом раздался треск разрываемого металла, и берсерк поднял дверь над головой. Видно было вырванные «с мясом» петли и торчащий оборванный жгут проводки. Подумав немного, он аккуратно поставил её, прислонив к машине. Может, решил по наивности, что бандиты потом назад смогут её прикрутить на место, прежде чем поедут отсюда. И проделал тоже самое с оставшимися тремя дверьми, аккуратно расставив их у машины и кидая наружные ручки под ноги опешившим бандюганам.

Уже не пытавшись напускать на себя невозмутимо наглый вид все четверо испугано стояли, со страхом смотря на Берсерка. Мне кажется, что стволы автоматов, нацеленные на них, не вызывали такой страх, как он. Говорю им:

— Ну что, парни, как видите, здоровья у одного Берсерка больше, чем у вас на четверых! Или всё же есть кто из вас, кто готов выйти и помериться с ним силами?

Желающих подписаться под суицид не нашлось, все стояли молча. Продолжаю говорить:

— Понятно. Это не вчетвером одного щемить, тут яйца совсем не куриные нужны. Давайте, садитесь по машинам и уезжайте подобру-поздорову, а то я не смогу долго удерживать Берсерка. Он только и мечтает своей кувалдой делать отбивные из людей. Я против таких увлечений, но у всех есть маленькие слабости.

Бандитов не пришлось просить дважды, уже через минуту их черный джип превратился в маленькую точку и скрылся. Прежде чем тронуться с визгом резины, их старшой проорал в открытое окно:

— Вы еще пожалеете за свой наезд, отвечаю!

Хотел крикнуть ему в ответ, чтобы шел детей пугать в детском саду, а не нас. Но перед глазами сразу всплыла сцена посещения детского сада, где была спасена Настенька, и я промолчал. Бандиты удрали, трусливо поджав хвосты и бросив свой внедорожник, который лишился всех дверей. Как только они скрылись, все сосредоточили внимание на парне, который, в свою очередь, разглядывал нас с любопытством. На нем была очень яркая одежда, кислотного цвета. Ярка желтая куртка с черными полосками, синие джинсы и салатовые кроссовки. Парню на вид было лет двадцать пять. Даже несмотря на то, что он был в одежде, были видны его многочисленные татуировки, идущие по шее и выглядывающие из-под рукавов куртки. В левом ухе висела сережка в форме кольца, прическа представляла собой стоящие дыбом короткие волосы. Дружелюбно и открыто улыбнувшись, он произнес:

— Меня зовут Кирилл, но я больше привык к прозвищу Гаражный Демон.

Мы представились по очереди, назвав свои имена, а Кузьмич спросил у него:

— Какое странное прозвище! Ты что, по ночам пугал старух в гаражах, тыря в белой простыне варенья и соленья?

— Нет, конечно, какие старухи на простынях, вы меня не за того принимаете. Я, считай, в гараже жил, всё время усовершенствуя свой корч для дрифта. Вот друзья в шутку так и назвали, говоря, что у меня слишком фанатичная любовь к машине. Советовав мне время и деньги тратить на что-нибудь другое, например, девушку найти.

— А ты что? Нашел? — заинтересовано спросил Кузьмич. Мы тоже с интересом ждали ответ от парня.

— Да ну их! Вообще непонятные для меня создания. С логикой не дружат, в технике не шарят. Всё время капризы «как можно не заметить новый маникюр?». Действительно! Сама новые диски на моей машине в упор не видит, а я должен её ноготочки рассматривать. Мне с техникой проще — там, если что сломалось или потекло, я знаю, как поступать. А у них, если вожжа под хвост попадет хоть, вешайся. Поэтому я и люблю технику. Зато я могу с закрытыми глазами починить что угодно, и моё мастерство вождения прокачено до девяносто девятого лэвэла!

Бедный парень, так и не успел понять, что девушки, с одной стороны, конечно, очень непростые создания, а с другой, при должном опыте, очень даже предсказуемые и хорошие. Ну да ладно, какие его годы, еще познает на какое волшебство способна женщина, если её одарить должным вниманием и лаской. Спрашиваю его:

— А тут ты что делал? И эти гуси расписные что от тебя хотели?

— У меня гараж рядом, кладбище на «Баках» знаете?

— Да кто же его не знает. Со всего СНГ на него народ до сих пор заезжает почтить память Юрия Хоя.

— Это да! Я, хоть больше поклонник электронный музыки, но «Сектор» уважаю! Вот рядом у меня гараж, сигареты кончились, я решил в этом киоске взять, тут они и подлетели на двух машинах. Начали нести всякую фигню, что в этом городе ничего бесхозного нет, и этот сигаретный киоск в том числе. Короче, нелепо докапывались до меня, чувствуя своё численное превосходство. Я даже вспомнил школьные годы от их вопросов из серии «Ты кто по жизни?»

— Понятно. А ты что, всё время с начала зомби апокалипсиса провел в своём гараже?

— Я и до него чаще там ночевал, чем дома жил. Не просто так меня друзья стали называть Гаражным Демоном. У меня там все обустроено: есть компьютер, холодильник с микроволновкой и всевозможный инструмент для тюнинга моей малышки. Поэтому в первый день я, погруженный с головой в работу, даже не заметил, что привычный мир рухнул. На второй день, наверное, услышав музыку в мой гараж, стал щемиться зомбак. Я минут двадцать его игнорил, думая, что это сосед по гаражу — алкаш, опять хочет денег на опохмел попросить.

Тут рассказчика прерывает Артём и, смеясь, спрашивает у Кузьмича:

— Это не ты, случайно, был его соседом по гагажу? А то по описанию очень похож! Любитель стгелять деньги и пгопивать их.

Кузьмич, до этого увлеченно слушая рассказчика, даже почти не прикладываясь к своей фляге, проговорил возмущённым голосом:

— Да отвали ты! Пристал, хуже банного листа, дьявольское картавое отродье, дай человека послушать!

Кирилл удивленно посмотрел на них и продолжил свой рассказ:

— Достал он меня, и я пошел открывать дверь, чтобы послать его подальше. Открываю, и правда, он, только совсем гашеный, слова не может произнести, только что-то бессвязно порыкивает. Координация нарушена, вообще в зюзю бухой, решил я. Взял и сильно оттолкнул его от своих ворот на дорогу. Он упал посреди дороги и лежит, извивается, встать не может, даже немного стало неудобно, что так сильно толкнул. Но он уже достал, изо дня в день всё время заводит свою шарманку про мелочишку на опохмел. Всё же он умудрился подняться, и опять начинает идти на меня, и тут я увидел его глаза! Тяжело описать ощущения ужаса, которые я испытал от его взгляда! Так бы, наверное, и стоял, как под гипнозом, пока он до меня не добрался и тоже не сделал бы таким уродом ходячим. Но, на моё счастье, его снесла буквально в двух шагах от меня машина.

Оттуда высыпали ребята с ружьями, как позже оказалось, охотники, и объяснили мне, что к чему. Так я и узнал, что теперь вместо людей по улицам стали бродить зомби. Быстро объяснив мне, что произошло, сказали, что мне не повезло, раз не удосужился обзавестись оружием в мирное время, и поехали дальше. Я и сам это осознал. Стояло бы себе в сейфе и стояло, есть не просит, зато, когда настал момент, оно ой как пригодилось бы. Оружия у меня не было, а вот с едой с водой, слава богу, всё было в порядке. Поэтому я заперся в гараже и уже сидел тихо, стараясь не производить лишний шум, занимался дальше своими делами. Я, как раз, двигатель свапал, и предстояло много работы с проводкой, установкой турбин и кульков.

Так я и возился, пока не стали кончаться припасы. За гаражами были многоэтажки, в них располагался небольшой магазинчик, в него я и наведывался пару раз. В последний раз, зайдя в него, я накидал полную сумку всего, что мне было нужно, а обратно пришлось делать круг по частному сектору — дорога, по которой я пришел, оказалась заполнена большой стаей собак. Правда, вели они себя странно, как будто были чем-то напуганы. Но, от греха подальше, я всё равно решил обойти по частному сектору.

Главным моим оружием была скрытность и, если требовала ситуация, быстрые ноги. Когда я крался по частному сектору, высматривая зомби, услышал голоса и выглянул из-за угла дома. Там стояла небольшая машина, по-моему, тёмный Опель, и рядом с ним, вцепившись рукой в шею девушки, стоял рыжий парень. Я подумал, что ей надо помочь, и решил сначала немного послушать их разговор. Первое, что я услышал, — слова рыжего:

«— Я тебе сейчас шею сверну! Еще раз повторяю, давай ключи от своей тачки, если жить хочешь, овца тупая, я с тобой шутки шутить не буду!»

А девушка с виду вся такая стройненькая и красивая, спокойно ему отвечает:

«— Я тебе тоже последний раз говорю, мою машинку ты не получишь. Иди дальше своей дорогой, машин сейчас полный город.»

Рыжий рассвирепел и схватил её второй рукой за шею, чтобы придушить, а через секунду удивленно уставился на кровавые обрубки своих рук. Еще через секунду его голова с удивлённым выражением лица упала на землю, расплескивая, кровищу. Я даже сначала не успел заметить и понять, что она молниеносным и точным движением нанесла два удара, выхватив из-за спины меч, катана, или как там он называется. И им отрубила ему сначала кисти, а потом и голову. А я так испугался, что ринулся через огороды, подальше от этого места. Вроде он и сам виноват, но все равно, живой человек был, не зомби. Добравшись до гаража, я заперся и сидел там тихо, пока не кончились сигареты. Вот и решился убить двух зайцев — машину проверить после сборки и сигарет надыбать. Тут они меня и щеманули, а потом подоспели вы.

Вот, значит, как окончил свой бесславный путь Ржавый. Точнее, я и так знал, как он окончил его, я же стоял над его разбросанными запчастями по кровавому снегу. Просто, теперь появилась красочная иллюстрация последних минут его поганой жизни. А заодно и подтвердилась моя теория, что он сам виноват и нарвался, выбрав жертву себе не по зубам. Как там говорится: «Бери ношу по себе, чтоб не падать при ходьбе!». Вот упала его ржавая башка от неправильно выбранной ноши. Хрен с ним, пусть черти в аду играют его головой в футбол, заслужил.

А нам нужно дальше ехать, и так потеряли время и нажили врагов. Заметил одну закономерность — в новом, изменённом, мире почти не встречаются нейтральные люди. Они либо хорошие, либо плохие, по крайней мере, по моим критериям мировоззрения. И куда же делись все те, кто при нормальной жизни в большинстве своем были нормальными и абсолютно нейтральными. Ты в день проходил мимо тысячи человек, не замечая их, и они от тебя тоже ничего не хотели. Хотя, стоп, может, и были нейтральными, потому что ничего не хотели, а сейчас все хотят выжить, вот и убралось это пограничное состояние пассивности. Да и нормальными большинство тоже никогда не были, просто умело маскировались в реальной жизни, притворяясь таковыми. А стоило им снять маску и зайти в интернет с анонимной анкеты, так такое начинало извергаться. Одни только рассказы знакомых девушек, которые пытались завести знакомства на специальных сайтах, чего стоят. Там им такое пишут осмелевшие от анонимности люди, что страшно становится, когда осознаёшь, что все эти ненормальные в Интернете, на самом деле, не на луне сейчас сидят, а ходят рядом по городу, притворяясь нормальными. Сейчас такая необходимость у людей пропала, апокалипсис сорвал покровы и маски, показав, кто есть кто.

Ладно, стоять и слушать истории, конечно, интересно, но дела сами себя не сделают. Предлагаю Кириллу:

— Парень ты вроде нормальный, можем предложить тебе присоединиться к нам, так как одному выжить теперь шансов мало, думаю, ты и сам это понял. Вместе у нас всех будет больше шансов.

— Я даже не задумывался над этим. А место для моей машины найдётся?

— Да, можем тебе отдать гараж под твою любимицу, но ковыряться с ней сможешь в свободное от всяких дел время. Сейчас, например, мы едем забирать еще один такой броневик и два наших Патриота, оставленных рядом.

— Хорошо! Только давайте сначала мою машину в гараж поставим, тут рядом.

— Ну, раз близко, то ты езжай первый, а мы за тобой.

Начинаем рассаживаться по машинам, Кузьмич просит его подождать. Подходит к внедорожнику, раскуроченному Берсерком, и начинает на него справлять малую нужду. Что-то последнее время у него появилась страсть в любой непонятной ситуации «метить» всё, может, его доктору стоит показать? Закончив свои некультурные дела, Кузьмич, весело насвистывая, подошел к фургону и потянул за ручку двери, но дверь оказалась закрыта. Тогда он заорал Артему:

— Э, картавый, это что, бунт на корабле?

Артём, смеясь, кинул ему из люка в крыше пачку влажных салфеток в лицо и ответил:

— Мне не нужны всякие зассанцы с ггязными гуками, сначала вытги, тогда газблокирую двеги!

— Ой, белоручка хренова, я тебе это припомню! В следующий раз ты у меня будешь принимать джакузи из влажных салфеток, прежде чем в машину войти! — проорал он и принялся интенсивно растирать руки салфетками. Потом подошел к лобовому стеклу, встав напротив Артема, согнул руки в локтях, держа их рядом с головой, начал крутить кисти, показывая поочерёдно ладони и тыльную сторону руки. Проорал:

— Смотри, сволота коварная! Видишь, руки чистые, практически стерильные? Открывай, гнида картавая, дверь быстрее, и я тебя угощу лещом!

— Молодец! Такими темпами ты ского эволюционигуешь до уговня ногмального пгямоходящего человека!

— А ты как был австралопитеком картавым и глупым, так им и станешься! — поставил точку в споре Кузьмич.

Открыв переднюю пассажирскую дверь, он кинул в Артёма пачку с салфетками и, наконец, приземлил свой зад в кресло, и мы тронулись вслед за Кириллом.

Гаражный Демон, он же Кирилл, лихо сделал разворот с заносом и поехал, виляя по всей дороге, пуская специально машину в контролируемый занос, даже умудрился, заставив машину скользить боком, избежать пару раз столкновения с зомбаками на дороге, которые были беспощадно задавлены следующим вторым в колонне Артемом.

Гараж и правда, к счастью, оказался рядом от места, где мы встретились. Слишком громкий выхлоп был на машине у Кирилла, а с учетом, что нормально, прямо, он ездить неумел и почти всю дорогу проскользил боком, крутя рулём в разные стороны и периодически раскручивая мотор до отсечки, то у меня уже начинал поддергиваться глаз — это было практически приглашение всех мертвяков с района, да и некоторых из живых людей тоже. Причем, самой плохой категории. Дрифтер хренов.

Быстро загнав свою любимую праворукую япошку в гараж и закрыв его, он прыгнул в фургон к Артему, и мы тронулись. Привлеченные звуком его громкого выхлопа, зомбаки брели со всех сторон, одни к нам, другие за нами. Артём сегодня был невероятно кровожаден и старался раздавить каждого, кто оказывался на его пути. А я, следовавший по его следам, вынужден был наблюдать поломанных и трепыхающихся, лежащих на дороге мертвяков. И это еще в лучшем случае — если они оказывались не просто сбитыми, а раздавленные тяжелым бронированным фургоном, то моим глазам вообще приходилось смотреть, как говорится, на кровь-кишки-и еще одно непечатное слово на букву Р.

По пути к конечной точке нашего маршрута раза три останавливались, замечая в бинокль людей впереди. Все замеченные нами разграбляли разнообразные магазины и не проявляли к нам интереса. На всякий случай, мы объезжали их по параллельным улицам, от греха подальше. Было заметно, что город оживал новой, извращенно-опасной, жизнью и люди всё больше активировались. Исчезали до этого никому не нужные машины, брошенные по всему городу в первый день катастрофы. Периодически виднелись убитые зомби и россыпи гильз. Разбитые стекла магазинов и домов. Стали появляться в разных местах надписи, сделанные баллончиками с краской: от всяких цветастых картин, посвященных, как правило, Концу Света и теме наставшего зомби апокалипсиса до просто матерных ругательств или вообще нечитаемой белиберды. Дополняли эту картину бродящие повсюду мертвецы, в разной степени концентрации, от пары особей на остановку до целой толпы на квадратный метр.

Недалеко от места назначения мы разделились, машина с Артёмом, Кузьмичом и Кириллом поехала по улице 20-летияОктября, а мы с Витей и Берсерком поехали по набережной, чтобы потом свернуть на Большую Стрелецкую — если толпа мертвецов еще там, оттянуть её на себя, дав ребятам возможность забрать брошенный в низине Патриот.

Когда ехали по набережной, заметили на берегу водохранилища, где была полоса, заросшая деревьями, что-то непонятное и остановились. В бинокль было видно распятых на деревьях вверх ногами окровавленных людей. Внимательно осмотрев всю округу, больше ничего не обнаружили, и решили подойти ближе и посмотреть, что там произошло. Алёшеньке сказали сидеть в машине, и, если кого увидит, сразу сообщать в рацию, а сами пошли. Держа в руках оружие наготове, мы с Витей рассредоточились и начали подходить к страшной находке с разных сторон, внимательно оглядывая округу на предмет опасности, но ничего подозрительного, кроме распятых людей, больше не заметили. Подойдя вплотную опешили от увиденного:

На деревьях вверх ногами висели распятыми мужчина, женщина и подросток лет тринадцати. Скорее всего, бывшие одной семьёй. У всех была снята кожа с лиц, а голые черепа, перепачканные в крови, казалось, скалились в ужасающей улыбке. У всех по всему телу были многочисленные порезы и синяки, свидетельствовавшие об ужасных пытках, которым подверглись несчастные перед столь страшной смертью. Что пугало больше всего — у всех жертв безумного маньяка или маньяков на груди был вырезан уже виденный нами ранее символ — пирамида с расположенными в её центре двумя кроваво-красными глазами. Деревья с жертвами безумцев опоясывал круг из полностью истлевших свечей, а на песке были начертаны непонятные символы.

Больные, мерзкие твари, кто это сотворил с людьми. А самое страшное, что если с Лесей на заправке это мог проделать один человек, то тут действовали уже как минимум пятеро, судя по разным следам на песке. Витя снял очки и, протирая их чистой тряпочкой, произнёс:

— Зверства в духе Средневековья. Не думал, что откат цивилизации сможет произойти так быстро и жёстко.

— Я бы не был так критичен в суждениях, на твоем месте. Не исключаешь возможность, что эти психи жили всегда среди нас и даже вытворяли нечто подобное? Просто, тщательно прятались в глубинах леса или в подвалах разрушенных зданий, творя свои дела. Может, просто мечтали, как будут творить зверства, а может, и раньше творили, терзая животных. Хотя, и людей не стоит исключать, вспомни, сколько раньше в мегаполисах было без вести пропавших. И это только те, кого хватились родственники — в статистику не попадали всякие бомжи и одинокие пьяницы, до которых никому не было дела.

— Да, согласен, возможно, вся эта гниль сейчас просто осмелела и перестала тщательно скрывать свои богомерзкие поступки.

— Последние десять лет у нас было немало открытых сатанистов, носящих свою атрибутику у всех на виду. Просто, их никогда не воспринимали всерьёз, считая безобидными чудиками.

— Ладно, поехали отсюда, смотреть страшно, что с людьми сотворили. Я, если увижу кого с такими знаками, как на жертвах, без разговоров открою по ним огонь на поражение. Таким тварям даже в этом мире, полном ужасных созданий, нет места.

Сели в машину и поехали молча дальше в подавленном настроении. Добравшись до места, где всё так же стоял брошенный нами у гаража УАЗ, немного обрадовались. Зомби было значительно меньше, чем в тот раз, когда нам пришлось спасаться бегством, перепрыгивая через заборы. Мертвяки, увидев нас, сразу пошли к машине. Я развернулся, сбив самых шустрых, и медленно поехал в обратном направлении, уводя их за собой. Витя сказал ребятампо рации, что мы очистили место и машину можно забирать. Услышав в ответ, что всё хорошо и сейчас они приступят к выполнению своей части плана, отключился. Мы медленно ползли по Стрелецкой, ведя за собой зомбаков к набережной.

Спустя десять минут рация ожила, и Кузьмич сказал:

— Всё хоккей, мы выезжаем, встречаемся у начала моста.

Потвердели, что приняли его сообщение и прибавили скорость, отрываясь от ковыляющих за нами зомби. К мосту мы приехали первыми, но не прошло и пары минут, как показалась колона из броневика и двух патриотов. Остановившись рядом, спросили по рации:

— Что дальше? Тут наш молодой Гаражный Демон ноет заехать по пути, забрать его машину. Вроде одни свободные руки для этого присутствуют.

— Ну, раз ноет, то поехали, всё равно по пути. Тогда первыми идут броневики, а УАЗы позади.

Сделав перестроение, начинаем движение. Преодолев вогрэсовский мост, сворачиваем налево и двигаемся по направлению к гаражу Кирилла. Пару раз сменив маршрут, объезжая замеченных впереди по ходу движения людей, выехали на Димитровское кольцо и поехали прямо, в сторону Волгоградской. Показался сигаретной киоск и брошенная бандитами машина с оторванными дверьми. Когда броневик с Артёмом за рулем проезжал мимо, внезапно выскочили люди, прятавшиеся до этого, и открыли по нему интенсивную стрельбу. Тут же заорала рация голосом Артёма.

— Я под обстгелом! Стгеляют примегно человек десять из укгытий по обе стогоны догоги! Внимательно не гассмотгел, но вгоде у всех калаши!

Его броневик резко ускорился. Я, бывший вторым в колонне, тоже попал под град пуль с разных сторон дороги и вдавил педаль газа в пол, тоже ускоряясь. Успел заметить, что стрелявшие одеты однотипно и их прикид сильно похож на одежду бандитов, с которыми мы уже встречались, когда ехали сюда.

Поскольку наши машины были первыми в колонне, то мы ничего не успели сделать, и нам оставалось только прибавить скорость, проезжая под градом пуль. Все, кто следовал за нами, успели затормозить и, отъехав назад, высыпали из машин, заняв позиции за укрытиями начали стрелять по противнику. Мы с Артёмом, проскочив сектор обстрела, поставили броневики бортами к врагам и включились в перестрелку. Берсерку я велел сидеть в броневике и не высовывать из него носа. Ожила рация, Кузьмич на том конце:

— Э, мои любимые зайчики, судя потому, как вы бодро стреляете, у вас всёхорошо и никто не пострадал?

Ему ответил Артём:

— Сам ты животное ушастое! Скажи спасибо, что ты дальше бандитов гасположился и я тебя не вижу, а то бы тебе внизу спины еще одну дыгку сделал.

— А ты возьми СВД, чтобы лучше видеть, или у тебя инвалидность мозга?

Точно, только сейчас я понял, что с той стороны слышны не только злобные выстрелы автоматов Калашниковых, но и периодически хлестко звучит СВДэха. Мы уже давно их стали брать по одной на машину. Значит, на той стороне осталась одна, а у нас их целых две, и мы даже не вспомнили про них. «Спасибо тебе, Кузьмич, сейчас отыграем преимущество» — подумал я.

Повесив автомат на ремне через плечо, взял в руки СВД, Артем последовал моему примеру. Оптический прицел хорошо приближал бандитов, позволяя стрелять в разы точнее, чем автоматКалашникова с открытых прицельных приспособлений. В том, что это были бандиты, теперь не было никаких сомнений — в прицел я хорошо рассмотрел знакомое лицо одного из них. Мстительные сволочи не поленились сгонять за подмогой и устроить засаду, дожидаясь нас на месте их недавнего позора. Им же хуже, уже не отделаются изуродованной машиной.

Подумал, наведя перекрестие прицела в корпус опознанному мной бандиту и, затаив дыхание, плавно нажимая спусковой крючок. Бах! — громко и хлестко прозвучал выстрел из винтовки, только пуля ушла левее на пару делений и выше на одно. Пока целился, беря поправки, хитрый гад спрятался сразу после первого попадания пули рядом. Хрен с тобой, сладкий, на десерт пойдёшь. Нахожу в прицел еще одного, и, уже беря поправки, стреляю. Есть попадание в корпус, и только что стреляющий из автомата бандит падает замертво. Вот и чудно, начинаю искать следующего. Видать, поняли по валяющимся убитым товарищам, что у нас есть более точное и дальнобойное оружие, уцелевшие начинают прятаться.

Скоординировав свои действия по рации, начинаем расходиться в разные стороны, пытаясь взять противников в окружение. Сделав этот нехитрый маневр, начинаем методичный отстрел врага. Теперь им практически негде укрываться, и пули находят свои цели. Перестреляв вяло огрызающихся бандитов, опять координируем действия по рации и начинаем подходить с разных сторон, стараясь не попадать на линию огня друг другу. Один короткими перебежками от укрытия к укрытию бежит с автоматом, другой прикрывает его со снайперской винтовкой.

Почти все были мертвы, лишь пару человек оказались сильно ранеными и жить им оставалось совсем не долго. Сначала убрали от раненых оружие и тщательно проверили округу, чтобы не получить пулю от затаившегося хитреца, но таковых не оказалось.

Возвращаюсь к одному из раненых. Пуля попала в живот, и теперь он лежал в собственной крови, корчась от боли. Спрашиваю его:

— Вы кто такие?

Раненый покрывает меня матом, разбавляя его стонами боли. Ну ладно, спросим по-другому, пяткой ботинка не сильно давлю ему на рану в животе, судя по его дерганьям, и тихим матам вызываю сильнейшую боль. Закуриваю, подождав пару минут, пока он немного успокоится, задаю вопрос еще раз:

— Кто вы такие? Ты в любом случае уже нежилец, если ты это еще не осознал, вопрос в том, умрешь ты легко или еще более мучительно. Сейчас твоя жизнь в мох глазах стоит дешевле сигареты, которую я только что выкурил. Могу проявить чудеса дипломатии и еще сильнее надавить на рану.

Раненый бандит заговорил тихо, периодически издавая стон:

— Не надо, я всё скажу.

— Хорошо, говори, вопрос ты уже два раза слышал.

— Мы из бригады Лехи Фартового, слышал за такого?

— Нет, а он чем дышит сейчас? Его ходки и делишки, бывшие в прошлой жизни, мне не интересны.

— У него большая бригада, которой повезло в самом начале оказаться на турбазе, вдали от города. Он, как только прочухал за шухер в городе, сразу одуплил, что это его шанс. Отдал приказ ехать за сныканными стволами и маслинами к ним. Строго-настрого запретил ввязываться в любые кипиши и обозначил место сбора, тоже за городом. Не все пацаны добрались с оружием на это место сбора, часть погибла или на свои мутки соскочила. Но большинство бригады явилось со стволами. И тогда он сказал брать ТЦ и крупные оптовки. Начали с Metro на Остужева. Впоследствии она и стала… — внезапно бандит начал дергаться, хрипя от боли, через минуту издав предсмертный хрип, затих, покинув этот мир.

Вот так, по закону подлости, на самом интересном месте. Зато хоть успел дать полезную информацию, что народ у Metro, где я видел много человек и скопление внедорожников, совсем не те, к кому следовало наведываться в гости. Лучше их объезжать по большой дуге. Второй раненый уже был мертв, отмучившись быстрее, чем допрашиваемый.

Начинаем собирать их оружие и ощупывать карманы мертвецов. Это было непривычно, но в новом мире не место брезгливости, любая полезная вещь или крупица информации дороже золота. Всякие личные вещи не берем, оставляем сигареты, зажигалки и шоколадки валяться на снегу рядом с телами. А вот оружие забираем как трофей, у всех автоматы Калашникова, судя по состоянию деревянных частей оружия, явно где-то сворованные с армейских складов еще в девяностых годах. Еще у троих находим пистолеты ТТ, один из них с глушителем. Также забираем рации, теперь нам известна частота бандитов, засевших в Metro.

Пора отсюда ехать, а то оставшиеся бандиты еще начнут искать пропавших друзей, и приедут еще большей толпой. Хватит с нас приключений. Кирилл долго спорил, но под конец согласился пока что оставить свою машину в гараже и забрать её позже, когда страсти поутихнут. Когда стали рассаживаться по машинам, он сказал, что поедет с Витей — Артём с Кузьмичом его уже успели достать. Расселись по машинам и поехали домой, по пути делая ещё пару остановок и объезжая окольными путями замеченных нами людей.

Во двор машины утрамбовались с трудом, пора расширяться и сносить соседские заборы, используя их участки под стоянку. Запарковав машины, все стали вылезать во двор, собираясь в полукруг. Из броневика, где ехал Витя, шла ругань, которая потом вместе с ними переместилась во двор. Кирилл пререкался:

— Да хватит втирать за свой коммунизм со сплошным дефицитом, техника была отстой, машины не конкурентные японцам и немцам! АБС, ГУР, кожаный салон, климат, магнитола двухдиновая сенсорная и много чего еще, о чем в Жигулях и Москвичах мечтать не могли. Одежда серая и безвкусная однотипная, кроме валенок и танков, хрен что твой СССР выпускал нормального!

На Витю было страшно смотреть, он покраснел от возмущения, а руки держал в карманах куртки, явно наглаживая свои любимые баллончики. Срывающимся от злости голосом он проговорил:

— Ты явно хочешь испортить отношения! Послушай, сначала, немного про страну, в которой наши деды и бабки, благодаря своему героическому подвигу, победили страшного и сильного врага! Враг, который молниеносно, играючи завоевывал другие страны, обломил свои клыки на нашей земле! Восстановив в рекордные сроки страну из руин, они смогли отправить первыми человека в космос! Про это ты хоть слышал, валенок?!

— Я не тупой и знаю фамилию Гагарин, и что дальше?

—Это хорошо, что хоть фамилию ты знаешь! Раз ты любитель техники, то я тебе просто немного поведаю о технической части, чтобы ты имел представления, какие люди жили в ту эпоху!

В 1957 году началась лунная гонка между СССР и США в период Холодной войны. Это было обусловлено тем, что космические исследования имели не только большое значение для научных и военных разработок, но и заметный пропагандистский эффект. Только США не пострадали от войны, а СССР был разбомблен и истощен материально. Вот в таких неравных условиях две сверхдержавы и начали своё противоборство. Стартом послужил запуск первого искусственного спутника Земли «Спутник-1» 4 октября 1957 года, Советским Союзом! А США свой первый спутник смогли запустить только через 4 месяца! Дальше, как ты уже знаешь, первым человеком в космосе и сразу на орбите был советский космонавт Ю. А. Гагарин. 12 апреля 1961 года он совершил первый орбитальный полёт на корабле «Восток-1». Его знал весь мир, а английская королева даже, в нарушение этикета, сделала совместную фотографию! Вот, что писали по этому поводу в газетах!

Церемония приема почетного гостя была расписана до мелочей и не менялась двести лет. Ровно до того дня, как Гагарин прибыл в Букингемский дворец. В нарушение протокола, разрешили обслуге приветствовать почетного гостя- они стояли по обе стороны лестницы по которой поднимался Гагарин. Протокольная беседа королевы и Гагарина закончилась через несколько минут после встречи: улыбчивый и веселый русский парень своими остроумными ответами напрочь отгоняет чопорность королевских особ. Дальнейшая беседа уже напоминает встречу давних приятелей.

Встреча Гагарина с Королевой Англии происходила в нарушение вековых традиций королевского двора!

За обеденным столом, так же в нарушение протокола, королева усаживает Гагарина рядом с собой, а принца Филиппа — напротив. Сервировка королевского стола была Гагарину не знакома, а все пристально смотрели на почетного гостя. Не растерявшись, он с улыбкой сказал: «Давайте есть по-русски!» и положил себе салат ложкой. Улыбнувшись в ответ, королева сказала всем: «Господа, давайте есть по-Гагарински!».

Прием длился два часа, а вопросы к Гагарину сыпались нескончаемым потоком. Принц Филипп, в прошлом военный летчик, был в полном восторге от познаний Гагарина в тонкостях управления английскими самолетами. На похвалу принца Гагарин отвечал скромно: «Я обычный летчик, каких в СССР тысячи.». В завершение приема королева Елизавета II, опять грубо нарушая протокол, сфотографировалась с Гагариным.

Изумленным присутствующим она сказала, что протокол королевского двора касается только земных людей, а Гагарин небесный человек, поэтому она ничего не нарушала…

А теперь прибавь ко всему этому, что о космосе ничего не было известно. Все расчеты велись вручную, без супермощных компьютеров! Ты ставишь на собранный на заводе мотор собранную на другом заводе турбину и думаешь, что ты гений? Тогда рассчитай без компьютера запуск с Земли двух кораблей для дальнейшей их стыковки в космосе! Не забудь заложить разность воздействия температуры, на солнечной стороне у тебя будет выше 150 градусов жары. На противоположной стороне 150 градусов холода, металл начнет рваться и деформироваться от таких перепадов. И я тебе могу много чего рассказать про ту великую страну! Ты уверен, что она производила только валенки?

Кирилл стоял и слушал внимательно, а мы вместе с ним, для меня большинство фактов о лунной гонке были новые и слушать было интересно. А ещё невольно вызывал восхищение научный гений пионеров, в области советской космонавтики Циолковского Константина Эдуардовича и Королёва Сергея Павловича. Кирилл выслушал Витю и сказал:

— Мужик, не заводись, не хочу я портить отношения, и, если то, что ты рассказал, правда, это действительно круто. Беру свои слова обратно, СССР я не застал, слишком молод.

— Конечно, правда, можешь не сомневаться. Тебе простительно, пропаганда последние годы работала мощно на неокрепшие молодые умы, вбивая в них дезинформацию.

Прерываю их, говоря:

— Это, конечно, всё интересно, я даже почерпнул для себя кое-что новое, но пойдёмте в дом, нечего на холоде толпиться.

Под одобрительные возгласы спорщики упокоились и все пошли в дом. Тут обнаружилось новое лицо, приехал сантехник. Им оказался толстый добродушный мужик по имени Владимир. Он уже успел обварить подводку из труб внутри печки, и её строительство продолжалось. На мои вопросы он ответил, что работы ему тут не так-то и много, основное он уже почти сделал. Осталось только приварить новое ответвление от печки к уже имеющейся системе и врезать дополнительные краны на радиаторы, чтобы по необходимости отключать или подключать комнаты в доме. В принципе, всё понятно, и, договорившись об оплате за его труды, перестаю его отвлекать от работы.

Пока мы принимали душ, девчонки организовали ужин, и все расселись за столом. Представили всем Кирилла, который рассматривал нашу компанию с любопытством, особенно Алёшеньку. Но и сам не остался без внимания, потому что, когда он разделся, стали видны его многочисленные цветастые татуировки, покрывающие почти всё тело, кроме лица. Почти испорченные отношения с Витей он наладил, и теперь все сидели в дружеской обстановке. Кто не ездил с нами, с интересом выслушали наш рассказ про поездку и бандитов. Особенно сильно девочки ужаснулись истории про распятую психопатами семью.

После новостей все приступили к ужину, стуча ложками и вилками по тарелкам, начали есть. Кузьмич, первым закончив приём пищи, сидел, мучительно ёрзая, и, наконец, не вытерпев проговорил:

— Предлагаю отметить появление нового человека как подобает, а то не дело это, такое событие, и на сухую!..

Артём не мог не отреагировать и отметил ему:

— Да ты, навегное, даже вылезал смазанный алкоголем из утгобы матеги, о каком «на сухую» идет гечь, я видел, сколько газ ты сегодня успел пгиложиться к своим флягам! Я тебя сухого ни газу не видел, с пегвого дня смазанный, пгичем обильно.

— Да что ты понимаешь в священных ритуалах, собака картавая, вот лишь бы придраться ко мне и испоганить благие намеренья!

К спору подключилась бабулька, грозно посмотрев на Кузьмича, она сказала:

— Что это еще за ритуалы такие, спаивать всех? И вообще, не нравится мне слово «ритуал» попахивает сатанизмом каким-то, ты же не из тех, кто распинает людей?

Кустистые брови Кузьмича, имеющие свойства буквально оживать в моменты, когда его одолевали сильные эмоции, нахмурились и начали свое перемещение по лицу. Он возразил:

— Мать, при всём моем уважении, какой из меня сатанист, мои ритуалы богоугодны, в церкви причащаются кагором, вот и я причащаюсь, за неимением иного, тем, что бог послал! А бог ко мне очень щедр — последнюю партию слал ящиками! Поэтому не надо на меня чужие грехи вешать, мне своих хватает. Вон, скорее Витя станет некромантом, чтобы выторговать у Тёмного Князя возможность воскресить Ленина. — произнес Кузьмич и довольный своей шуткой заулыбался, но как только его взгляд упал на Артёма, он перестал лыбиться и добавил:

— Хотя нет, вот кто точно готов молиться всем богам и продать душу и тело Дьяволу, лишь бы перестать картавить!

— Ты совсем мозги пгопил и словил белочку, какие гитуалы, какие князи тьмы? Тебе если и надо чем смазываться, то капельницей, а не бухлом. Логд синего безумия хгенов. — тут же отреагировал Артём.

Чтобы разрядить обстановку и прекратить спор, говорю:

— Ладно, хватит вам бубнить, давайте по паре капель, да я пойду, подремлю, а то мне сегодня посреди ночи выпало дежурить.

Кузьмич сразу заулыбался и растворился, вернувшись через минуту с двумя бутылками в руках. Закинул их в морозилку и проговорил:

— Сейчас, пока они охладятся, я вам немного поведаю об этом древнем напитке, а то опять будете как варвары его бухать, не понимая сути процесса! Саке — это один из самых древних алкогольных напитков, его начали делать около двух тысяч лет назад. Вообще у себя на родине это бухло япошки называют «нихонсю», так как в их крикливом языке слово «саке» обозначает любое бухло. Но из-за того, что первые переводчики не до конца понимали их язык, во всем мире прижилось слово «саке» к определённому напитку из Японии. Еще эти потомки самураев считают, что распитие саке располагает к доверительному общению и укреплению дружбы.

Теперь о том, как его пить, в книгах и фильмах почему-то всегда ведут речь об одном способе: где его греют и пьют как чай. Не спорю, такой способ имеет место быть, только с оговоркой, что так пьют дешманский напиток. Я вас, конечно, не собираюсь им травить и подам саке превосходного качества, а его пьют охлаждённым до 5 градусов. По их обряду, надо налить винный бокал и, подняв бокал на уровень глаз, не чокаясь, произносят слово «Кампай!» — универсальный японский тост, что-то типа «Пьем до дна!». И употребляется небольшими глотками. На закусь морепродукты из их кухни, роллы, там, всякие, хороший напиток нельзя закусывать острой закуской, чтобы не перебивать вкус. С плохим все просто — можно чем угодно закусывать, чтобы, наоборот, перебить мерзкий вкус, как, в принципе, с любым плохим бухлом. Всё, пора! Пока я вас, некультурных, просвещал, оно как раз охладилось! — закончил свои любимые лекции об алкоголе Кузьмич и полез в морозилку за бутылками.

Открыл первую и разлил по винным бокалам прохладный напиток. Все, проникшись его речью, встали и не чокаясь вразнобой прокричали «Кампай!» и, сделав по глотку, уселись на места. Своеобразный напиток. Не скажу, что гадость, но не моё, и, судя по лицам, половина думала так же. Зато Кузьмич буквально светился от счастья, интересно, ему правда так нравится вкус напитка или просто сбылась давняя мечта, и теперь он может пить алкоголь ранее недоступный и это ему приносит удовольствие? А, впрочем, неважно, главное человек счастлив. Допиваю свой бокал и иду спать.

Перед сном с наслаждением выкуриваю сигарету, наблюдая за выдыхаемым дымом и гоняя мысли в голове. Покурив иду в спальню, тут провожу обязательную процедуру по чистке оружия. Еще сделал себе пометку — надо проверить своих орлов, чистят они оружие после стрельбы или забивают болт. С этими мыслями ложусь в кровать и вырубаюсь почти сразу, стоило только голове коснуться подушки.

Просыпаюсь от того, что меня толкают в плечо. «Настала моя смена дежурить» — подумал я, но Витя, видя, что я открыл глаза, сообщил:

— Просыпайся быстрее! Мы заметили, что к нашему дому подбираются с разных сторон люди!

Сонное состояние мгновенно испарилась под приливом нахлынувшего адреналина. Одеваюсь очень быстро, как в лучшие времена в армии, когда дежурный внезапно орал ночью «Рота, подъем! Тревога!!!». Хватаю оружие и бегу наверх, где располагались наши наблюдатели, заметившие опасность.