Знание-сила, 2009 № 05 (983)

Гуси-Лебеди

Петр Ростин

В детстве я очень любил слушать сказку «Гуси-Лебеди». Волновали меня не столько переживания девочки, отправившейся на поиски пропавшего брата, сколько путешествие самого брата на птичьих крыльях в дальние страны к передвижному домику на курьих ножках. (Может быть, эта сказка как-то повлияла на выбор профессии.)

Подросши, читая про Елену Прекрасную, которая превратилась в Лебедь Белую, про Василису Премудрую, да и про царя Салтана, я испытывал приятное тепло. Позднее в книгах по русской истории мне было отрадно узнать про Лыбедь, сестру трех легендарных основателей Киева.

Уже в более или менее сознательном возрасте в книге Г. Вернадского о происхождении русских я прочел о племени, тамгой (символом, точнее, изображением символа) которого была длинношеяя птица. Это племя русские называли лебединцами. Они то воевали с русскими и уводили пленных к своим кибиткам, то выдавали своих невест замуж за русских князей.

Тут у меня зачесались руки. Разжившись более или менее подробной картой СССР, я подчеркнул красным карандашом все названия с корнем «лебед», «лебяж». Красные черточки протянулись цепочкой от Прикарпатья через всю Украину и Поволжье до Алтайских степей. Там цепочка обрывалась среди названий тюркских — Салаир, Барнаул, Артышт, Тагул. И новых русских — Ленинск-Кузнецкий, Киселевск, Сталинск, Целинное.

Много позже меня по работе занесло в верховья Бии, между Саянскими и Алтайскими горами, в долину реки. Лебедь. Я подумал, что название ей дал какой-нибудь русский топограф по одному ему известным соображениям. Но местные старики объяснили мне, что я ошибаюсь. Русские топографы только перевели алтайское название реки Кукист, что и означает эту птицу. Объяснялись мы на пальцах и с помощью карандаша и листка бумаги, в алтайском я, так скажем, не силен. Никаких длинношеих птиц, даже домашних гусей, в округе не было. Однако мне твердо, хотя и не очень определенно, указали на верховья реки в сторону Шапшальского хребта. Мне это показалось сомнительным — какие там лебеди? Там горная тундра, если не ледники.

Через несколько лет в составе геологического отряда я оказался в куда как более неведомых и совсем безлюдных местах, на Чулышманском плато, у подножья Могун-Тайги и Шапшала. Это стык алтайских, тувинских, монгольских и чуть что не китайских горных хребтов. Там реки извиваются, не зная, куда течь — в Енисей ли, в Бию, а может, в Монголию. О сложности геологической структуры лучше не поминать.

Мы уже с месяц передвигались верхом или пешком, а питались одними консервами. Поэтому когда я увидел на маленьком ледниковом озерце крупную птицу, моя рука сразу потянулась к ружью. Но мой коллега, географ получше меня, тут же меня остановил:

— Ты с ума сошел! Это же индийский гусь! Ты что, ничего про них не знаешь?

Индийские гуси давно занесены в Красную книгу. Живут они, как легко сообразить, в Индии. Но каждое лето отправляются за Северный полярный круг, на полуостров Таймыр, где и выводят своих птенцов. Перелетают для этого через весь Евроазиатский континент. Пилоты «Боингов» сфотографировали их стаи над Гималаями, на высоте в восемь километров. По дороге эти гуси отдыхают на высокогорных озерах Алтая и еще где-то.

Существует ли какая-то связь между индийскими гусями и названием «лебединцы»? Как знать! Но племени, символ которого — такая птица, наверное, под силу было пройти путь от Алтая до Карпат.