Глава 9.

9 сентября 2085 года, местное время 1:15, Южный полюс планеты Файори, плоскогорье Фростинент

Два трингла, подняв вихри снежной пыли, приземлились неподалеку от гравиплана. Остальные, вероятно, удостоверившись, что "Дух Грома" не в состояниии серьезно помешать намеченной атаке, разлетелись. Вместо них появились два других, голубой окраски и небольших размеров, и стали кружить рядом, пока не проявляя видимого интереса к гравиплану.

Вглядываясь в беснующуюся над Фростинентом метель, Алекс и Хейнс ждали. Чуть дальше от занятой ими позиции замаскировались четверо остальных оперативников, вжимаясь в сидения "Смерчей", постоянно заметаемых снегом, но готовых моментально ринуться в бой.

По приказу Алекса "Дух Грома" наглухо закрылся броневыми щитами, предоставив тем, кто был внутри, максимально возможный на данное время уровень защиты от тринглов. Поле было включено на максимальную мощность, весь персонал носил с собой средства индивидуальной защиты, но, несмотря на это, работа шла полным ходом. Техники приводили гравиплан в порядок, а научный персонал анализировал данные, полученые во время боя с тринглами.

– Здесь Маккинторк, – радиоволна донесла обеспокоенный голос второго пилота, – "Аннигилятор" докладывает о появлении множественных целей вблизи поверхности планеты. Чёткого боевого порядка не прослеживается. Они движутся в направлении гравиплана со скоростью двадцать километров в час по криволинейным траекториям, на первый взгляд определяемым рельефом местности.

– Принял, – отозвался Алекс.

– Сколько целей? – спросил Пауер.

– На момент последнего подсчёта – двадцать четыре. По предварительной оценке масса каждой цели в пределах 50-180 килограмм. Расстояние пять километров, РВП 1,32. Как поняли?

– Знакомая ситуация, – криво усмехнулся Алекс, – вас понял, "Дух Грома". Мы занимаем оборонительный рубеж. Огонь не открывайте. Пускай они думают, что гравиплан небоеспособен.

– Есть, сэр, – донеслось в ответ. – Сэр, Фарландер докладывает, что получены предварительные оценки экспертов по факту неземной активности. Вероятность бомбардировки "Духа Грома" не более 15 процентов, а использование противником гусениц в такую погоду практически невозможно.

– Передай им обоим спасибо от меня лично и пожелание, чтобы они засунули свои проценты себе… найдут куда. Это уже от всей нашей команды. Все, отключаюсь. Радиоконтакт по усмотрению Коллинза.

– Приземляемся? – предложил Джемар, указав на затенённый каньон, хорошо различимый сквозь бурю. – Тут немного теплее.

Почти не занесённый снегом, этот участок мог послужить сносным укрытием для двух "Смерчей". К сожалению, оба оперативника понимали – нельзя оставлять ни Жосинду, ни тигроида под закрытыми кокпитами. Вернувшись из разведки, они рисковали в лучшем случае не суметь вскрыть "Смерчи", если кто-то из двоих пассажиров проявит ненужную активность, а в худшем могли не найти машин вовсе.

– Может, ты останешься? – без особой надежды на согласие спросил Дитер, глядя, как Джемар старается максимально удобно устроить Жосинду на припаркованном под каменном навесом "Смерче". Закончив это дело, феррианин застыл в раздумье на несколько минут.

– Если она придет в себя, пусть она увидит, вернее, услышит тебя, нежели меня или, ещё хуже, этого субчика, – Дитер всадил в неподвижное тело тигроида несколько разрядов парализатора, – я же не могу то же самое сделать с ней?

– Идиотов в "Саранн" не принимают, во всяком случае, при мне не принимали. У неё хватит ума понять, что её привязали не как пленницу. В принципе, она запросто может выбраться. – Джемар поднял вверх указательный палец, – О! Придумал, – покопавшись в бардачке, он вытащил маркер и нацарапал несколько крупных феррианских иероглифов на самой большой поверхности, которая первой бросится в глаза феррианке, если та очнётся.

– Что ты там понаписал? – осведомился Дитер, вглядываясь в спиралевидную вязь.

– "Не волнуйся, ты в машине друзей. Но на соседней машине парализованный пленник. Враг. Будь осторожна и жди нашего возвращения. Офицер флота".

– А она поймёт этот твой кирриол?

– Должна, по идее, – пожал плечами феррианин, – он у нас распространён даже больше, чем английский на территории Федерации. А ты знаешь хоть одного человека, не понимающего английский хотя бы в общих чертах?

– Убедил, – Дитер отвернулся и проверил системы штурмовой винтовки, – пойдём под прикрытием вижн-дизруптеров.

– И будем надеяться, что не попадём под выстрелы, предназначенные не нам.

– И наоборот, – пошутил Дитер.

– Ну, если тебе жить надоело, давай, лезь на рожон.

С этими словами феррианин включил невидимость и двинулся в сторону гравиплана.


Враги вынырнули из снежной пелены прямо перед носом Алекса и Пауера. Две фигуры, цветом лишь чуть-чуть отличающиеся от лежащего и кружащегося то тут, то там блёкло-голубого снега, пригнувшись, стояли на странного вида приборах, похожих на модные некогда скейтборды. Ни малейшего сходства с человеком эти существа не имели. Вытянутые над широкими плечами головы напоминали блестящие металлические фасолины, на них виднелись лежащие крест-накрест тёмные наросты, по форме напоминающие листья ивы. Четыре руки держали два длинных предмета, которые были похожи на винтовки, только с полудисками фрез вместо штыков. Тремя мощными ногами они цеплялись за бугристую поверхность "сноубордов", летящих надо льдом на высоте двадцати сантиметров.

– Пятеро, скорость двадцать в час, расстояние до нас четыреста метров. Наши вижн-дизруптеры пока эффективны.

– Вижу, Пауер, – Алекс скинул с плеча карабин и прицелился в ближайшего, который присел на полусогнутых и выставил вперёд оба орудия. С расстояния в двести пятьдесят метров фрактальная коррекция изображения внутри шлемов позволяла различить, как вздрагивают и пульсируют тела пришельцев, то ли в такт дыханию, то ли в такт взлётам и падениям на неровностях рельефа.

– Сто пятьдесят. Огонь! – закричал Алекс и дал очередь по ближайшему. Сквозь свист бури не был слышен звук выстрелов, но возникшие как бы из ниоткуда яркие красно-желтые вспышки выстрелов выдали местоположение оперативников. Первый и ближайший пришелец налетел на град миниатюрных снарядов с обогащенным ураном, его тело взорвалось клочьями серо-сизой плоти, во все стороны разлетелись продолжающие пульсировать и шевелиться куски, темнеющие на глазах. Не было видно ни крови, ни чего-либо на неё похожего. Существо перед смертью успело выстрелить, и лёд вперемешку с камнями взорвался под ногами Алекса, откинув его на несколько метров назад. Мягкая обшивка ТВК-сьюта спасла оперативника от переломов, но поле потеряло 65% мощности и восстанавливалось чертовски долго.

Пауеру повезло больше. Выпустив в следующего врага две реактивные ракеты из МРПУ, он успел заметить, как враг уклоняется от них и, схватив в руку фазовую винтовку, не целясь, выстрелил серией импульсов. Синнапс-линк не подвёл – несмотря на то, что защитное поле или что-то в этом роде выдержало первый выстрел, а тело врага причудливо потекло, пропуская сквозь себя второй, оба следующих настигли пришельца. Раздался взрыв потерявших цель ракет, из густого и горячего дыма боком выкатилась вмиг обуглившаяся доска "сноуборда", и на снег посыпались горящие ошмётки того, что когда-то было пришельцем, нелепо продолжая первоначальную траекторию.

– Йес! – крикнул Пауер, потрясая винтовкой, но в следующий миг вжался в снег, когда над головой просвистели реактивные снаряды врагов. Взрыв не заставил себя ждать, своротив косо стоящую скалу в тылу позиции оперативников.

Пришелец на борде, мелькнув сквозь снегопад и выпустив шквал ракет в невидимого противника, снова скрылся в белёсой мути, вероятно, собираясь сделать новый боевой разворот и напасть чуть сбоку.

Метрах в тридцати слева от Пауера из снега взмыли четыре "Смерча" и, расходясь боевым веером, сомкнули на двух продолжавших лететь вперёд врагах мелькающие сиреневым огнём иглы фаз-гатлингов. Оба пришельца превратились в дымящиеся факелы, быстро затухающие по мере того, как потерявшие пассажиров борды врезались в снег и начинали кружиться в вихрях ледяной крошки и мелких камней.

– Из этой пятёрки остался один, – доложил Пауер.

– Вижу его на сканере движения. Расстояние двести метров… Иду на погашение, – Хэн заложил крутой вираж и растворился в снегопаде.

– Срочно возвращайся, – моментально отозвался Алекс, – Не покидай позицию. Это приказ.

– Понял, – холодно ответил Хэн, – Возвращаюсь…

Едва заметная серая тень скрытого вижн-дизруптером "Смерча" пронеслась в обратном направлении, за ней мелькнула слабая вспышка салатового света.

– Хэн, к земле! За тобой "гусеница", – крик Алекса заставил Хэна бросить машину вниз и в бок. Зеленоватый овал вспыхнул уже ближе к "Смерчу" и снова исчез.

Крик Хэна раздался спустя мгновение. "Смерч" и его пилот потеряли маскировку вижн-дизруптера, снова став чётко заметными. Сквозь пелену снегопада оперативники увидели, как левый бок одноместной боевой машины будто ножом срезало. Он исчез также, как рулевой штурвал и державшая его рука Хэна. Половина левого контейнера и хвостовые маневринги вместе с частью ноги оперативника также испарились. Как в снятой в ускоренном режиме сенсоленте, "Смерч-5" неторопливо завалился на бок и по пологой траектории устремился к ледяной поверхности плоскогорья. Также медленно потреявший от болевого шока сознание Хэн стал медленно сползать с сидения пилота. Попадание вражеского оружия не вызвало ни вспышки, ни взрыва – ничего. Оно сопровождалось только этим странно спокойным движением дестабилизированного антиграва, воздушный след которого повторяли брызги крови из ран Хэна. За несколько секунд до столкновения "Смерча" с землёй Хэн выпал из сидения пилота и его вынесло центробежной силой вбок от траектории полёта боевой машины. Перекувырнувшись в воздухе два раза, он упал на склон, покрытый мелкой льдистой щебёнкой. ТВК-сьют предохранил тело от переломов, но, скатываясь по склону вниз, Хэн оставил за собой кровавые вмятины на снежных наносах. Когда падение приостановилось, снег под Хэном моментально окрасился красным, но вскорости кровь была остановлена принявшейся за работу аптечкой сьюта.

"Смерч-5" столкнулся со льдом. Его подбросило вверх – вес всего лишь в сто килограмм вместе с немалой кинетической энергией не способствовали быстрой остановке. Поднимая фонтаны ледяной пыли и мёрзлого песка, антиграв закружился на месте. Его остановил только попавшийся на пути выход скальной породы. Взрыв поглотил лёгкую боевую машину, так же как не прекращающийся снегопад поглотил копоть и другие следы взрыва. "Смерч-5" перестал существовать.

– Байер, мать твою, беги к Хэну, посмотри, что с ним! – кричал в микрофон Алекс, выслеживая в прицеле мельтешащие сквозь снег тени.

– Я тут, – доложил Байер, – он без сознания, но жив. Я подключил резервное питание к его сьюту, мы не можем его сейчас транспортировать на гравиплан. Может, закинуть его на "Аннигилятор?"

– Аннигилятор ведёт тот парень из команды Фарландера, ты забыл? – Алекс упал на снег, пытаясь скрыться от шквала реактивных снарядов, пронёсшихся со стороны приземлившихся тринглов в сторону их позиции. На несколько секунд у всех оперативников поплыло перед глазами, когда вражеские ракеты сдетонировали в скалах на площади в несколько сот квадратных метров.

– Так нас накроют, точно также, как "Дух Грома" в облаке. "Катюши" этих ребят крайне эффективны. Надо что-то срочно предпринимать, – дыхание Керована сбилось, сквозь грохот обстрела Алекс не слышал, как обстановка на фланге, который держали Люк с Керованом, но изредка оттуда долетали отблески взрывов. Похоже, у них обстановка складывалась лучше всего, но даже им становилось ясно – под таким огнём они долго не выдержат.

– Надо вызвать "Аннигилятор", Леха, – шепнул Пауер Алексу, – Хэн может погибнуть от попадания случайного осколка или от обморожения. На улице больше минус пятидесяти.

– Нет! – рявкнул Алекс, – мы не можем рисковать нашим запасным пунктом базирования. Я понимаю, это жестоко, но пойми же меня! Даже я точно не знаю, где сейчас эта машина, пилот которой хоть и не военный, но достаточно опытный, кружит в невидимости где-то тут в радиусе пятидесяти километров и передаёт данные пассивных радаров на "Дух Грома" кодированными отраженными импульсами. Только он знает, когда дать о себе знать, только ему была доверена сохранность этой машины. Его пси-потенциал почти такой, как у нашего феррианина, но я не уверен, как он покажет себя в бою, если тринглы навяжут ему бой.

– Убедил, – хрипло признёс Пауер, глядя в сторону. – Я сажусь на "Смерч-1" и иду на погашение их ракетной батареи.

– Стой, кретин, – рука Алекса скользнула по броне Пауера, но тот увернулся.

– Этого не сделает никто, кроме меня. Я лучший пилот "Смерчей", который сейчас есть у ОЗИ, и это моя работа.

Быстро запрыгнув на сидение, Пауер включил зажигание.

– Я с тобой, – Алекс настроился на индивидуальный канал Люка. – Оставайся за главного. Действуй по обстановке. Мы с Пауером пойдём, пощекочем ихних артиллеристов.

– Ещё десять-пятнадцать минут, и всё, Алекс, – отозвался Люк, – их много, слишком много! Мы тут уже десятка три этих гептаподов остановили. Но у нас кончаются боеприпасы, мы каждую минуту вынуждены отступать на несколько метров. Тут живого места нет! Хоть сейчас засевай!

– Решай сам, только не вызывай "Аннигилятор", – Алекс выловил тень и нажал на курок. Гептапод попытался уклониться от быстро летящих гранат, но не успел. Борд взорвался, откинув в снег тело пришельца, из пелены снегопада тут же вырвались зелёные лучи, испепелившие несколько крупных камней на плоскогорье.

– Ого, это что-то новенькое! – Алекс проверил показания сьюта – его зацепило, слизав двадцать семь процентов поля.

– Что бы это ни было, стартуем, – отозвался Пауер, и тень его "Смерча" рванулась вперёд.

– Байер, попробуй накрыть их из миномёта. Если нам ещё от этих лучей придётся уворачиваться… Примерное направление – 11.- от нашей позиции на дальности от трёхсот метров до двух километров. Как понял? – дал указания Алекс.

– Начинаю, – коротко ответил Хейнс Байер.

Оглушительный свист сопроводил первый выстрел. Держась в хвосте оторвавшегося вперёд Пауера, Алекс увидел вспышку света там, где упала мина. Глухой грохот взрыва встряхнул антигравы, пролетавшие всего в двухстах метрах, и спустя несколько секунд свист повторился. Горсть лучей скользнула надо льдом, ощупывая то место, откуда неслась свистящая смерть.

– Корректируй на 10.-, – передал Алекс миномётчику.

– "Смерч-1", вы слишком близко к тринглам, – обеспокоенным голосом сообщил второй пилот гравиплана, – по нашей оценке максимальная эффективность ракетного оружия пришельцев достигается в радиусе 1500 метров. Вы почти достигли этой границы…

– Ещё не вечер, судари, – сквозь зубы прошипел Пауер, бросая свою машину в крутое пике к широкому холму, продолговатая вершина которого могла бы спрятать "Смерчи" на протяжении ещё метров пятисот по пути к предполагаемому расположению огневой точки.

Алекс двинулся следом, его машина точно повторила движения "Смерча-1", и теперь оба они мчались над обледенелыми скалами на высоте пяти метров. Вихри снега и ледяного песка вырывались из-под них, делая вижн-дизрупцию мало эффективной, но оба оперативника чувствовали, что сейчас важнее внезапность и даже некоторая наглость, нежели невидимость. Реактивные снаряды взрывались над вершиной холма или пролетали высоко над антигравами, не причиняя им ни малейшего вреда. Несколько раз сквозь пелену снегопада мелькали тени гептаподов, перемещающихся к позиции Люка и Керована. Отблески стрельбы на том участке свидетельствовали о жарком обмене любезностями. Ни Пауер, ни Алекс не открывали огонь по гептаподам, зная, что со стороны могут казаться просто порывом полярного ветра сквозь непогоду. Скорее всего, на тринглах давно уже поняли их уловку и ждали, когда они вынырнут из-за холма прямо под шквал ракет и зелёные лучи, но гептаподы пока что не реагировали на них.

Алекс не выстрелил по скользнувшему всего в десяти метрах левее вниз по склону гептаподу даже тогда, когда Керован сообщил, что массированным ракетным ударом уничтожен его "Смерч". Керован довольно весело прокомментировал, что идея слезть с антигравов по причине их слишком большой скорости по отношению к гептаподам, по крайней мере, спасла его от плачевной участи "Смерча". Хотя сбивающийся голос Керована демонстрировал тот факт, что его бравада напускная.

– "Гусеница" прямо по курсу, – закричал Пауер, поворачивая свою машину, и под углом в восемьдесят градусов взмыл ввысь, прочь от холма, над которым мелькнул салатовый овал. Алекс сделал то же самое, только вывернул машину в другую сторону. В следующий миг "гусеница" последний раз пропала, за чем последовало беззвучное исчезновение части склона холма. В сфере диаметром двадцать метров не осталось ничего, кроме воздуха. Прозрачный, не заполненный непогодой участок почти тут же наполнили снежинки, и ничего не говорило о том, что здесь сработало оружие пришельцев. Правильный сферический кратер выглядел вполне естественно и безобидно.

– Как ты её усмотрел? – изумился Алекс, снова устремляясь вниз вслед за Пауером.

Расстояние до вражеской огневой точки сократилось до километра. Лишившись прикрытия холма, обе машины стали более лёгкой мишенью для реактивных снарядов и лучей, настолько, насколько вообще могут быть лёгкой мишенью два практически невидимых объекта размерами не превышающие три с половиной метра.

Очередной ракетный залп пронёс около десятка смертоносных заострённых цилиндров в опасной близости от "Смерчей", зелёные лучи пока резали воздух и лёд довольно далеко, но плотность огня была ужасающей.

– Тебе никто никогда не говорил, что прирождённый пилот обладает чутьём не хуже самого мощного радара, когда сидит за штурвалом? – лукаво осведомился Пауер.

Дистанция сократилась до полукилометра, стали заметны обугленные воронки в тех местах, куда падали заряды миномёта Хейнса Байера. Нещадно поливаемая энергией поверхность плоскогорья всё больше и больше начинала напоминать какой-то вулканический пейзаж или долину грязевых гейзеров – в особенности после начала обстрела лучами – тонны льда растопились, смешались с гарью и копотью взрывов, образовывая феерически красивую смесь в виде клубящегося серо-синего тумана, сквозь который продолжал падать снег. Если бы не фрактальная коррекция изображений, никто из оперативников уже давно не представлял бы, где конкретно он находится, и что рядом с ним. Вспышки и грохот выстрелов и взрывов позволяли смутно понять, где же идёт основная перестрелка, но не более.

– Ты – прирождённый пилот? – усмехнулся Алекс, – да ты хоть раз садился за руль чего-нибудь, кроме турбайка за последние, скажем, лет восемьдесят-девяносто7

– Не занудствуй, – отрезал Пауер. – Мы с тобой на тренировках были лучшими в вождении "Смерчей", но ты и сам знаешь, что тебе до меня далеко. Я вожу эти машины вот уже несколько недель и всю жизнь. Это просто "моё".

Треск помех оборвал их беседу. Сквозь шорох донёсся голос Керована.

– Люк ранен, его поля посносило, броня не выдержала одновременного попадания лучей и ракет.

– Серьёзно? – резко спросил Алекс.

– Держится, правда стрелять ему придётся левой рукой. Ну а если дойдёт до рукопашной…

– Здесь борт "Духа Грома", – вклинился голос Маккинторка.

Заглушив канал гравиплана, Алекс осведомился у Керована.

– Как с боеприпасами?

– На нуле, у меня почти разрядились аккумуляторы, две гранаты вон остались…

– Отходите немедленно под прикрытие гравиплана. Свяжись с Хейнсом, пусть сворачивает удочки и берёт Хэна. Прикроете его отход к гравиплану. У вас должно быть, по крайней мере, два "Смерча" на четверых. Это всё ещё так?

– Оба функциональны! Мы начинаем отход, – сказав это, Керован отключился.

– Чем… обрадуете? – обратился к Маккинторку Алекс. Им с Пауером приходилось совершать головокружительные маневры, сбивая с толку артиллерию пришельцев. Сквозь туман было видно, как несколько гептаподов прекратили наступления на позицию Керована и Люка и, совершив боевой разворот, устремились на перехват "Смерчей". Без особой надежды на успех пришельцы на бордах открыли огонь по туману над стоящими на земле тринглами. На несколько секунд выключив вижн-дизруптер, Пауер выгнулся из кабины и показал гептаподам средний палец. Отборный мат со стороны Алекса был красноречивой реакцией на браваду Пауера.

– Именно обрадуем, – голос Маккинторка был бодрым и жизнерадостным. – Сэр, с "Аннигилятора" докладывают – новых наземных целей не появляется. Сканеры фиксируют семь целей, пять направляются к вам. Над гравипланом курсируют два голубых трингла, но огонь не открывают. Они к тому же мельче тех бежевых, что высадили десант. Кстати, по изменению состояния ЭМ-фона вокруг десантных судов пришельцев Фарландер и Ко. делают вывод, что те собираются стартовать.

– Понял! – Алекс снова вызвал Керована. – Их всего двое, предположительно у вас на хвосте. Больше не осталось, вы всех поклали. Держитесь, ребята.

– Подтверждаю приём, – коротко отозвался оперативник.

– Вот она! – Пауер отметил общекомандным маркером серый пульсирующий конус между бортами тринглов. Алекс тут же увидел выделение цели на своём дисплее внутри шлема.

– Огонь!!!

Фаз-гатлинги "Смерчей" с треском стали поливать конус фиолетовыми молниями. Несколько десятков разрядов без видимого вреда соскользнули по конусу, сопровождаемые голубоватыми вспышками, отразились в разные стороны, часть выжгла лёд и камни, часть прошла сквозь деформировавшиеся тринглы, а часть умчалась в небо.

Совершив новый заход на цель, Алекс изумился:

– Да её вообще ничего не берёт!

– Не правда, – не согласился Паупер, – смотри, это, видимо, защитное поле, оно стало зеленеть, а потом желтеть. Это по идее значит…

– Да, мы его пробиваем! – Очередная порция разрядов из фаз-гатлингов отразилась уже от вспыхивающего оранжевым экранов.

Летящие из конуса лучи и ракеты стали цеплять "Смерчи", но пока мощность полей не снизилась даже до пятидесяти процентов.

– Хейнс, ты там? – спросил Алекс, бочкой взмывая вверх.

Несколько десятков реактивных снарядов прошили воздух прямо ему вслед, почти повторяя траекторию антиграва. Детонация последних трёх сильно тряхнула машину, но Алекс уже снова заходил на цель.

– Я на позиции.

– Меть мой вектор на своём дисплее.

– Готово.

– Дальность триста двадцать на один час. Давай, сыпь на них всё, что есть!

– Ага, б…, сейчас они у меня позавтракают…

Одна за другой в небо взмыли шесть оставшихся у Хейнса мин. Сквозь оглушительный свист вспышки двух сбитых мин показались бесшумными. Но то, что сопроводило падение последней, было впечатляющим. Детонация конуса выбросила вверх столб белого пламени. Звуковая и световая волны сотрясли плоскогорье на многие сотни метров. Оба трингла подбросило в воздух, раскинув на добрые сто метров в разные стороны. Один взорвался в воздухе, а другой упал на лёд, отчего один закруглённый выступ обломился, вызвав ещё небольшой взрыв. Бежевый корпус трингла треснул и потемнел, в небо устремились клубы маслянистого дыма. Не отлети Пауер с Алексом почти на километр вверх и в сторону от цели Хейнса, их бы, без сомнения, смяло и сожгло сдетонировавшей батареей.

– Да! Ты их укокошил, – раздался ликующий крик Алекса, – Байер, ты гений!

– А вы, б… как думали, – отозвался миномётный расчёт, – мы отходим, Керован помогает мне устроить в "Смерче" Хэна.

– Мы пока добьём гептаподов, я смотрю, три штуки до сих пор не успокоились, – Пауер играючи уклонялся от летящих с земли снарядов. Но это были просто вызывающие смех потуги пришельцев хоть как-то навредить двум юрким машинам.

– Перезаряжайте оружие, сдавайте Люка с Хэном на попечение Морозовой и двигайте сюда. Надо бы взять штурмом подбитый трингл, – Алекс достал из оружейной пирамиды МПРУ и, не выпуская из рук штурвала "Смерча", послал интеллектуальную ракету в ближайшего гептапода. Взмыв вверх из крутого пике в сопровождении подброшенных взрывом песка, камней и льда, Алекс увидел, как по льду несколько раз перекатился горящий кусок борда.

– Два, – усмехнулся он, – осталось два.


– Они подбили два трингла, слышишь? – Джемар встряхнул Дитера за руку. – Ты смотри, вон один упал.

Дитер изменил увеличение обзорного экрана и посмотрел на треснувший борт боевой машины пришельцев. На фоне темнеющей бежевой обшивки мелькнула приземистая многорукая тень.

– Это, наверное, и есть "гептапод", – покачал головой Дитер. – Ладно, раз они там собираются на штурм идти, надо бы и нам присоединяться. Я радирую Алексу, что мы готовы вернуться на борт гравиплана и присоединиться к штурмовой группе.

Джемар согласно кивнул.

Несколько минут Дитер переговаривался с Алексом, в тоже время Джемар внимательно изучал упавший трингл, лежащий на расстоянии полутора километров от их позиции.

– Алекс спрашивает, можем ли мы принять участие в бою прямо сейчас.

– А… а как же пассажиры? – удивился Джемар.

Раздался треск внутри шлема и феррианин услышал голос Алекса.

– Надо срочно атаковать трингл, пока они там не очухались. Джемми, твой друг и пленный тигроид могут подождать, наверное. Ты как думаешь?

– Да… ты прав. Мы немедленно выступаем.

– Тем более, что Хейнс Байер и Керован измотаны до предела. Ну, а Хэн и Люк в ближайшие дни вообще вряд ли смогут участвовать в бою.

– О чём речь? – отмахнулся Джемар, – У тебя уже есть план, как напасть на трингл?

– Пока нет. Но, вот что, приземляйтесь метрах в ста пятидесяти южнее обломанного угла и спрячьте там "Смерчи". Встречаемся под трещиной.

– О'кей, мы сейчас будем.

Феррианин проверил боезапас карабина и пистолета.

– Ну вот, Дитер, как всегда, мы с тобой идём на штурм первой тарелки чёрт знает с чем, – он кивнул на штурмовую винтовку, которую Дитер сжимал в руках.

Отсутствие любимого "дитера" явно портило настроение оперативника, – не горюй, если там есть что повзрывать, мы с тобой подствольники попользуем.


Вернувшись к "Смерчам", феррианин и Дитер обнаружили интересную картину. Жосинда пришла в себя и, сидя на контейнерах, держала на прицеле странного плоского пистолета овальных очертаний лежащего в антиграве тигроида. Ворот комбинизона пилот расстегнула, видимо, ей не было холодно, несмотря на жгучий мороз почти в сорок градусов.

Заслышав шаги оперативников, феррианка метнулась за борт "Смерча" и навела на них оружие.

Джемар медленно опустил оружие на лёд и кивком посоветовал сделать то же Дитеру. Тот нехотя подчинился. И, хотя оперативник и лишился оружия, было видно, что он готов включить вижн-дизруптер и кинуться вперёд в рукопашную.

– Сэ феррантай тенгом лаури Джемар, – с этими словами Джемар скинул шлем, от волнения и морозного воздуха у него перехватило дыхание.

Услышав кирриол, Жосинда опустила пистолет и, выйдя из укрытия, осмотрела обоих подошедших скорее с любопытством, чем с враждебностью.

– Лиин та сойрэ вэрро гэййяри? – Джемар подошёл ближе и улыбнулся.

Увидев золотистые прожилки в глазах феррианина и стальной блеск зубов, Жосинда успокоилась и произнесла на кирриоле:

– Вижу я, что ты феррианин, доказательства налицо и на лице. А рядом с тобой кто?

– Ты помнишь, как тебя сбили? Наш товиарф тебя прикрыл.

– А… спасибо. Кстати, а где он?

– На север отсюда, до него где-то семьсот зентов. Мы вообще-то собирались тебя взять на "Дух Грома". Если ты не заметила, ты, между прочим, ранена, и довольно серьёзно.

– Заметила. А вы вообще кто такие? Я тут пять секунд дуги уже летаю, у туземцев такой техники не встречала, – она кивнула на ТВК-сьюты и "Смерчи". Эти ребята из треугольных призмалётов успели довести меня до белого каления. Правда, сбить им меня не удалось, но погоняться за мной они погонялись. Я так понимаю, они вам тоже вначале мозги попудрили всякой чушью?

Дитер, видя что ферриане мирно беседуют, спросил через громкоговоритель:

– О чём вы там базарите?

– Мы их корабли тринглами называем. Да, ты права, они, похоже, нас, так сказать, психически или ещё как прощупали, попросили о помощи в охоте за тобой.

– На этих подлецов похоже, – Жосинда, наконец, убрала пистолет в незаметную кобуру на поясе комбинезона. – Так кто это с тобой?

– Ты объясни, что вы тут обсуждаете, – нетерпеливо проговорил Дитер, поднимая со льда винтовку и вешая на плечо. Феррианка дёрнулась за пистолетом, но, видя, что оружие оказалось за спиной Дитера стволом вниз, опустила руку.

– Тихо, вы, оба! – рявкнул Джемар по-английски и на кирриоле.

– Так он туземец? – удивилась Жосинда.

Вероятно, феррианке не встретилось ни одной передачи на немецком или русском, пока она летала вокруг Файори. Иначе она бы поняла, что та смесь английского и двух этих языков, на которой общались оперативники, тоже "туземная".

– Дитер, Жосинда уже почти три недели тут летает и, судя по всему, воюет с тринглами также, как мы. Правда, с менее плачевными результатами. Её, по крайней мере, ни разу не подбили.

Дитер хмыкнул, было заметно, что его этот факт не особо волнует.

– Так, Жосинда, мы сейчас должны вылетать на штурм сбитого трингла. Если ты в состоянии, можешь составить компанию, – обратился Джемар уже к феррианке.

– Вы вдвоём? Это абсурд!- усмехнулась та.

– Наши основные силы отбили наземную атаку двух крупных бежевых тринглов а потом взорвали один из них, а второй лишен возможности взлететь. Но ты права, на штурм вдвоём идти – безумство, вчетвером – тоже плохо. Впятером, как не крути, лучше. Просто всё…

– Ага, значит, ещё двое уже ждут вас возле призмалёта?

– Давай ты будешь звать их тринглами, – настойчиво произнёс Джемар.

– С какой стати?

– А с той, что больше сотни тех, кто не меньше тебя самой готов драться с этими пришельцами и дерётся уже, давно привыкли называть их так. Не создавай путаницы, я прошу тебя.

– Ладно… – кивнула Жосинда, – Пожалуй, я согласна быть пятой в штурмовой команде.

Джемар посоветовал ей поплотнее застегнуться, чтобы не усугублять вред, нанесённый организму ранением. Феррианка вежливо отказалась, но также вежливо поблагодарила за заботу и за то, что не оставили её умирать от холода и потери крови внутри её товиарфа.

Джемар настроился на волну Алекса.

– Как вы там?

– Добили последнего гептапода. "Аннигилятор" радирует, небо чистое, тринглов не видно в радиусе более сотни километров. Раненых доставили на борт гравиплана, их жизни вне опасности. Морозова никуда не отпускает Хейнса с Керованом, отчасти всвязи с моим приказом, отчасти по своей инициативе. Она права. Так что давайте, ноги в руки, и сюда. Придётся в четвером воевать.

Феррианин передал слова Алекса Дитеру и Жосинде. На заданный феррианкой вопрос, заметно ли движение каких-либо объектов возле или внутри трингла, Алекс ответил отрицательно.

– Вы там что, рехнулись? – возмущённо спросил он, – Неужели я бы не сказал об этом, если бы мы с Пауером что-то заметили?

– Да ладно тебе. Не кипятись. Лучше поприветствуй нового оперативника в составе нынешней штурмовой группы.

– Твой соотечественник, или тигроида перевербовать успели? – пошутил Алекс.

– Точнее сказать, моя соотечественница. Ты угадал.

Шутка Алекса вызвала весёлый смех у Жосинды.

– У неё приятный голос. Я пожалуй попытаюсь познакомиться с ней поближе, – услышав смех и слова Жосинды через чувствительные микрофоны шлема ТВК-сьюта Джемара, прокоментировал Алекс.

Джемар перевёл Жосинде последние слова.

– А, ну-ну…, – феррианка красноречиво коснулась кобуры на поясе.

Загрузка...