Апогей: Тензор порядка

Глава 12 Королевский гамбит

«Истинный герой играет во время сражения шахматную партию независимо от её исхода».

Наполеон I Бонапарт (1769–1821) — император Франции

БОРТ РЕЙДЕРА «АРЕС»

В рубке «Ареса» царил хаос, и основным его активатором являлся маленький улгол, который не находил себе места после того, как искин сообщил, что возможность по осуществлению телепортационного переноса, отправленных на планету членов экипажа, заблокирована.

— Да что же делать⁈ Надо как-то им помочь! — пропищал малыш.

— Не ори, — отмахнулся от него Даг. — Я пытаюсь что-нибудь придумать. Дэн, можешь дать хоть какую-нибудь дополнительную информацию?

— Господин старший офицер, мне удалось частично подключиться к искину комплекса, в котором находится командир. Вывожу на экран видеоряд.

Перед стариком моментально материализовалось полотно голографического экрана, на котором с нескольких ракурсов можно было видеть заблокированных товарищей. По внешнему виду сложно было понять, в какой степени опасности они в данный момент находятся, но то, что это всё произошло не просто так, — однозначно.

— Что в данной ситуации мы можем сделать? Насколько обширна площадь блокировки? — начал задавать интересующие его вопросы Даг Борн.

— Может, удар нанесем где-нибудь рядом с этим местом? Или телепортируем вниз боевых дроидов? — предложил Зиц. — Не могут же они перекрыть целый город.

— Действия подобного рода может санкционировать только командир корабля, — охладил его пыл квазиживой разум «Ареса».

— Значит, спроси у него! — не унимался ксенос.

— К сожалению, он не отвечает, — признал искин.

— Вот видишь! — вспыхнул неугомонный клептоман.

— Подожди, мы можем нарушить планы Винда. То, что возникли какие-то помехи для телепорта и нарушена связь, вполне вероятно, можно как-то объяснить, — попытался вразумить его Даг. — Помолчи и не мешай думать.

Улгол обиженно надул свои серые губки и демонстративно закрыл шлем скафандра, после чего, не отвлекаясь ни на что, принялся колдовать с газовым синтезатором. Спустя несколько секунд забористый коктейль был готов и нервно подрагивающие щупальца этого непоседы медленно опали, а вот мыслительный процесс, напротив, ускорился, и он, в свою очередь, начал активно анализировать ситуацию, генерировать возможные идеи и почти сразу сосредоточился на одной из них — самой удачной, по его мнению.

Голос ксеноса, изменённый нестандартной газовой атмосферой, стал необычайно низким и грубым; его обычная словоохотливость отошла куда-то на второй план, и он начал задавать искину корректирующие вопросы. В этот момент его разум перешёл на какой-то иной уровень восприятия действительности. Одновременно в нём крутилась трёхмерная схема судебного комплекса, полученная Дэном ещё на этапе подготовки, диспозиция членов экипажа «Ареса» на момент последнего актуального сеанса связи, разнообразные пути отхода, альтернативные маршруты, выявленные элементы системы безопасности и данные с разнообразных скрытых точек наблюдения, которые удалось получить. Всё это причудливо смешивалось и комбинировалось в самых разнообразных моделях.

Судя по видеоряду, на этаже, на котором находилась арена, наблюдалось скопление аграфов в боевых доспехах. Они не спешили проникать к месту проведения поединка, однако находились в готовности сделать это в любой момент. И тут вдруг Зиц понял, что не видит того, с кем бок о бок они прошли немалый путь — он нигде не наблюдал местонахождение Стакса. Поэтому первым же запросом он попросил у Дэна попытаться установить с ним связь. И, что самое удивительное, сделать это получилось. Более того, сибурианец кратковременно включил транспондер на скафандре, и его отметка проявилась на виртуальной карте. Как оказалось, бывший киллер хоть и смог незамеченным проникнуть внутрь судебного комплекса, но добраться до нужного места не успел. Он передвигался в верном направлении, но сейчас время было по-настоящему возблагодарить Вселенную за то, что он припозднился.

Следующим запросом Зиц попросил искина произвести телепортацию любого предмета к месту нахождения сибурианца, и это сделать получилось. Удивлённо наблюдавший за всем этим Борн уважительно посмотрел на малыша, которого недавно пытался заткнуть, и сразу же понял его задумку. Однако он прекрасно осознавал низкую вероятность реализации этого плана. Только вот Даг не учёл, что разум хитрого ксеноса, в прошлом не раз осуществлявшего разнообразные кражи и привыкшего творчески подходить к решению своих корыстных мотивов, придумал совсем иной, простой и изящный план. Он сейчас находился в таком состоянии, что объяснять что-то человеку было бы, во-первых, лишней тратой времени, а во-вторых, не факт, что тот смог бы его понять и принять задумку. Поэтому он переключился полностью на мыслесвязь с искином корабля и принялся забрасывать его с огромной скоростью разнообразными просьбами. Приказывать он не мог, но Дэн, понимая всю серьёзность момента, спорить не стал, понимая, что эта идея может и сработать, тем более что всё необходимое для её реализации имелось под рукой.

Итак, по дерзкой задумке малыша, практически в руки к сибурианцу перекочевала часть спецоборудования, а на нейросеть пришла выжимка из дерзкого плана улгола, скомпилированная искином и разложенная по полочкам. На всё про всё ушло секунд двадцать, не больше. После этого транспондер Стакса погас, и Дэн попытался совершить несколько переносов насколько это было возможно. Таким образом, сибурианец оказался всего на два этажа ниже того места, где проходил поединок. Дальше возможности рейдера блокировались полностью, и с этого момента бывший киллер, скрывающийся под полями невидимости, оказался предоставлен сам себе. Лакин не просто так считался одним из лучших, не раз и не два он ликвидировал такие сложные цели как псионов, и умел, когда это было нужно, скрываться и от них. Возможно, не от всех, и не всегда это срабатывало, но он умел делать так, что направленный в сторону жертвы интерес не считывался пси-активными разумными.

СУДЕБНЫЙ КОМПЛЕКС

Стакс неслышной тенью продвигался по коридорам и периодически использовал для незаметного перемещения инженерные коммуникации. Он ощущал тревогу всем своим естеством, выпестованным в зловонных болотах Сибура. Он чувствовал, как будто идёт добывать серьезного и очень опасного зверя, который не прочь и сам поохотиться. Перед отправкой на планету, ксенос заранее договорился с командиром, что будет действовать автономно, и поэтому преднамеренно не выходил на связь. План, который хотел осуществить Винд, ему не нравился, но идти против столь опасного разумного, к тому же мощнейшего псиона, который безусловно имел право решать в данной ситуации, он не стал. Вот и теперь сибурианец отчётливо понимал, что это — ловушка. Об этом свидетельствовало большое количество вооружённых аграфов. Они, конечно же, должны были здесь находиться, но не в таком объёме. Тем более что несколько раз он явно наблюдал группы, которые перемещались, преследуя какую-то определённую цель, причём делали они это быстро и, по возможности, скрытно. Но только когда его вдруг неожиданно вызвали на связь и сообщили о том, что, скорее всего, члены экипажа «Ареса» попали в затруднительное положение, он безоговорочно принял предложенный ему план действий, тем более он вполне соответствовал обстановке и теоретически мог сработать.

Дэн телепортировал его на несколько этажей вверх, куда он сам пробирался бы ещё минут десять, не меньше, кроме того, квазиживой разум снабдил его аннигиляционными минами с настраиваемым радиусом действия, давным-давно снятым с вооружения и считающимися очень ненадежными и опасными. Оказаться прямо под залом, в котором была расположена арена, мгновенно было невозможно, поэтому остаток пути Стакс преодолевал самостоятельно. Дэн слегка перенастроил несколько дроидов-разведчиков, превратив их в своеобразные ретрансляторы сигнала, благодаря чему ликвидатор, практически вставший на путь исправления, получил возможность следить в реальном режиме времени за тем, что происходит наверху. А там явно начинало развиваться что-то нехорошее.

Этажом ниже арены располагалось достаточно обширное технологическое помещение, поэтому сибурианцу удалось пробраться туда относительно легко, и он тут же, подключив возможности скафандра, объединённые с функционалом нейросети, принялся выстраивать модель размещения мин на потолке.

Стакс никогда не был дураком и прекрасно понимал, что если Бор попал в засаду, то, скорее всего, против него выставили самых высококлассных псионов со всей империи, и сам сибурианец, даже обладая всеми своими навыками, вряд ли в таком случае сможет оказать помощь, непосредственно вмешавшись в противостояние. Но вот произвести отвлекающий манёвр, внести сумятицу в ряды врага или каким-либо иным образом сломать планы аграфов — сосем другое дело. В этом случае землянин — а в его возможностях сомневаться не приходилось — наверняка найдёт способ решить проблему, в которой он оказался самостоятельно.

Благодаря дроидам-трансляторам Стакс мог подключать к расчётам колоссальные возможности рейдера, поэтому точки, в которых он размещал устройства, способные моментально создать очаг сплошного ничто (причём действующие сугубо в рамках определённого радиуса действия), не нужно было придирчиво выбирать. Ликвидатор раскидал мины согласно полученной схеме и тут же беззвучно выругался, потому что на песке арены прямо за спиной Агаты появился хорошо знакомый ему персонаж и на глазах у него схватил девушку за шею. В этот момент сибурианец вдруг отчётливо осознал, что все его попытки помочь, даже если их и удастся воплотить в жизнь, уже ничего не изменят. Это существо, кем бы оно ни являлось, пришло сюда не просто прогуляться — оно явилось вершить месть, как и обещало, и, судя по всему, выбрало себе очередную жертву — ею стала женщина землянина — а что станет с Бором после её смерти, и подумать страшно.

Сам Лакин никогда не испытывал каких-либо любовных переживаний и пользовался услугами жриц любви в разнообразных салонах, когда его организму это требовалось, но, к слову, случалось это не часто — физиология жителей Сибура весьма специфична. Однако, он обладал прекрасным логическим мышлением, да и хорошо видел, как смотрит на эту юную аграфку, иногда взбалмошную, немного инфантильную, но всё-таки какую-то настоящую, кардинально отличающуюся от всех остальных представителей этой расы, которых он когда-либо встречал на своём пути. Она всегда, не раздумывая, старалась помочь, наравне с мужчинами участвовала в боевых действиях, и всё это позволяло очень высоко её характеризовать. Сам того не желая, сибурианец стал считать себя частью этого странного, но очень дружного экипажа, хотя поначалу безусловно строил планы о том, как бы при первой же возможности исчезнуть и пойти своим путём. Но чем дольше он находился на борту «Ареса», тем больше проникался этим странным человеческим понятием — дружба.

Вот и сейчас он понял, что не может оставить всё как есть. Поэтому, не раздумывая, выбрал глазами одну из мин, здраво рассудив, что между убийством императора аграфов и гегемоном он выберет последнее. В этой части помещения толщина межэтажных перегородок достигала практически трёх метров, а радиус действия мины можно было максимально настроить только на четыре метра. Наспех внеся корректуру и понимая, что скорее всего волна аннигиляции затронет и девушку, Стакс все-таки принял решение и отдал команду на активацию.

Винд уже практически согласился с Карра Кеном, когда обстановка вокруг вдруг радикально изменилась. Мощный псион за мгновение до произошедшего почувствовал какое-то энергетическое возмущение, а затем в разных местах весьма немаленького зала арены начались какие-то вспышки. Они произошли синхронно, и поверхность под ногами у аграфских псионов попросту исчезла, а кое-где досталось и самим противникам землянина, который сразу же понял причину, опознав данный тип энергетического возмущения — аннигиляция на основе сверхмалого количества тёмной материи. Такое оружие имелось на борту «Ареса», но его старались не применять. Тут явно кто-то постарался, и этим «кем-то» мог быть только Стакс, хотя Бор был уверен, что перед отправкой подобного оборудования он при себе не имел, так как мины были достаточно габаритные и незаметно пронести их на себе не представлялось возможным.

Сплошной поток не прекращающегося давления, которое непрерывно генерировали отправленные Артондалем псионы, резко просел, чем сразу же не преминули воспользоваться Скар и Джон. Не всем аграфам удалось адекватно отреагировать на то, что у них под ногами, а кое-где и просто рядом, внезапно исчезла твёрдая поверхность. Большая часть этих специалистов умела удерживаться в воздухе и в теории была к этому готова, но в условиях, когда они были полностью погружены в противодействие сильному противнику, часть из них не справилась с нарушенной концентрацией и они один за другим попросту начали падать этажом ниже, сбивая собственные щиты. Атаки Джона Сола и Вотаха, непрерывно стрелявших всё это время, сразу же дали результат, и, пока враг не опомнился, они занялись методичным и полностью хладнокровным уничтожением своих целей. Попутно то же самое удалось и командиру «Ареса» — его непрерывно генерируемые техники также смогли обойти защиту нескольких врагов, и паритет сил резко изменился. Но изменилось ещё кое-что.

Тот самый заряд, переставленный Лакином Стаксом от местонахождения императора аграфов под ноги гегемона, также сработал, но сама по себе арена находилась в небольшом углублении, и, по всей вероятности, толщина межэтажных перегородок в этом месте была ниже. Поэтому детонация антиматерии и сформированный в этом процессе шар аннигиляции, зародившийся под его ногами, в мгновение ока словно слизал его ноги по самые колени.

Досталось и Агате, так как она стояла практически вплотную к рептилоиду, кровь брызнула из артерий и вен, а сама девушка после детонации стала заваливаться вниз, и мощная когтистая лапа Карра Кена инстинктивно сжалась, ломая шею аграфки. Вся эта ужасная картина разворачивалась перед глазами Винда, и он ничего не мог с этим поделать. Вернее, мог. Его разогнанный до немыслимой скорости мозг мгновенно подсказал ему выход, после чего он отчаянным усилием активировал ПТК, буквально вбивая в это устройство приказ на осуществление темпорального переноса. Браслет сработал как надо, землянин вновь ощутил себя в своём теле, и до событий, которые вот-вот должны будут произойти, оставалось чуть больше десяти секунд, терять которые было категорически нельзя. Поэтому он скороговоркой начал доносить до Карра Кена информацию:

— Послушай, я понимаю, что ты сейчас припёр меня к стенке, но через несколько секунд обстановка резко изменится, уж поверь мне, я знаю. Поэтому если у тебя есть такая возможность, просто забери девушку с собой, только не причиняй ей вреда. Когда всё закончится, мы с тобой сможем договориться.

Надо отдать должное скорости мышления абсолюта — только услышав фразу, он сразу же сформировал несколько сканирующих техник и, конечно же, моментально обнаружил готовые к активации устройства, а вместе с ними и неприятный холодок опасности внутри, хотя ничего подобного ещё секунду назад он не ощущал. А затем он попросту исчез, прихватив с собой заложницу. Древний ящер действительно умел торговаться.

Увидев, как два существа — одно, которое он больше всего любил, и второе, которого ненавидел всем своим сердцем, — растворились за маревом защитного барьера арены, Бор словно заледенел изнутри. В тот момент как уже виденное однажды начало притворяться в жизнь вновь, он сделал всё возможное для того, чтобы количество вражеских псионов резко сократилось. В ход пошло всё. И как только мины, установленные Стаксом, пришли в действие, в первое же мгновение поголовье аграфов, стянутых для его пленения, сократилось практически вдвое, что дало землянину возможность сосредоточить усилия на остальных. Вотах тоже зря времени не терял и продолжил вести шквальный огонь. Ситуация повторялась практически полностью, за одним исключением — Агата с гегемоном исчезли, а на том месте, где они стояли, появился провал, в который в данный момент сыпались частички жёлтого песка арены. Каждую секунду становилось всё легче и легче, коллективное давление начало снижаться в геометрической прогрессии, и Винд уже понял, что проиграть на этом поле боя он не сможет. Бывший диэтарх нашёл глазами Артондаля и грубо вломился в его разум, преодолев поставленную им защиту, чтобы поговорить.

— По-моему, мы договаривались не о таком тёплом приёме, Ваше Императорское Величество. Как это прикажете понимать? Видимо, у вас скопился излишек ценных специалистов, что их потребовалось порядком проредить? Так я с удовольствием оказал бы Вам эту услугу, надо было просто попросить.

— Кто тебе помог? — прохрипел взбешённый аграф.

— Это смотря о чём ты говоришь, ушастый. А-а-а, — протянул Бор, — тебе, наверное, интересно, кто это появился на арене? Так тут я могу поделиться с тобой информацией, потому что мне это тоже очень не понравилось. Я же рассказывал тебе про гегемона ануаков? Так это вот он и есть.

— Ты хоть понимаешь, какая сила нужна, чтобы преодолеть этот барьер?

— По-моему, ты засиделся на месте императора. Я ведь тебе, идиоту, сразу сказал, что он — наша главная проблема, но ты предпочёл посчитать мои слова пустым звуком. И вот теперь он явился уже сюда, но главное — забрал мою женщину. Из-за тебя мне придётся с ним договариваться, а в моих интересах было всё-таки решить вопросы с тобой на благо всей нашей вселенной. Теперь у него в руках козырь, который мне побить нечем. Вот что тебе стоило просто выполнить условия нашего договора? Я ведь многого не просил.

— Прекрати убивать моих псионов, я прикажу им остановиться, — внезапно попросил Артондаль, осознав реальное положение вещей. Каждую секунду он лишался одного или двух специалистов, заменить которых было практически невозможно. Он действительно просчитался, решив действовать в своей обычной манере. Но ошибся, и эта ошибка слишком дорого ему обошлась.

— Так может, ты тогда мне и друга погибшего вернёшь?

— Это невозможно, ты прекрасно это знаешь. Но в наших силах остановить эту бойню. Я дам тебе всё, что ты захочешь. Любой артефакт или даже целый флот.

— Это всё я могу забрать и сам, как и твою жизнь. Ты был интересен мне как тот, с кем можно разговаривать и вести дела, но, к сожалению, ты всего лишь чванливый кретин с раздутым самомнением.

— На моём месте ты бы тоже поступил соответственно, — парировал аграф. — Заявляется без приглашения какой-то примат, извини за грубость, — поправился император, — и диктует тебе свои правила. Скажешь, что не захотел бы устранить угрозу?

— По-моему, я с самого начала вёл достаточно цивилизованный диалог, — не согласился с ним землянин, хотя, честно говоря, в словах Артондаля прослеживалась здравая мысль. — Так что попробуй предложить мне нечто большее.

— Что ты хочешь?

— Насколько я понимаю, Агата, защитившая свою честь с оружием в руках, по вашим законам, должна получить обратно и титул, и всё что к нему причитается, и вдобавок всё о чём мы с тобой договаривались.

— Да, это так, — признал император.

— Значит, ты сделаешь всё, чтобы реабилитировать её имя. Имущество Ноаля в полном объёме переходит во владение баронессы. — Я сделаю все, чтобы ее спасти чего бы мне это не стоило, но не хочу, чтобы она чувствовала себя обиженной. Мне нужна гордая и ценящая себя женщина.

— Мы договаривались на часть, — перебил император.

— Ну, так обстоятельства изменились. Хотя, честно говоря, я думаю, что она неплохо будет смотреться на твоём месте, если ты продолжишь капризничать дальше.

Артондаль громко выдохнул и сдался.

— Согласен, — пробубнил он и приказал своим лучшим операторам реальности прекратить атаку.

Тут уже Винду пришлось утихомиривать разбушевавшихся не на шутку Джона и Скара, сформировав вокруг них энергетические барьеры, чтобы они перестали уничтожать противников. Благо, что парни оказались дисциплинированными: как только прозвучал приказ остановить огонь, они практически тут же перестали стрелять и внимательно уставились на командира. При этом, все прекрасно понимали — ситуация может развернуться в любую сторону и никогда не знаешь, что на самом деле происходит во время такого противоборства, быть может, землянину смогли пробраться в голову, и сейчас он пляшет по чью-то дудку.

— Всё в порядке, парни, — протранслировал Бор своей группе прикрытия. — У нас тут произошло маленькое недопонимание.

— Маленькое? — вспыхнул Джон. — Они убили одного из нас! И где вообще Агата?

— Согласен, мы не должны были терять Аргуна. Скар, ты в норме? — невесело проговорил землянин.

— Да, командир, мы знали на что шли, защищая Вас. Я, как и брат, готов пожертвовать своей жизнью, если того потребует долг. Так что случилось с нашей баронессой?

— С Агатой проблема, — продолжил бывший диетарх, — Я не знаю как, но у нас тут появился гегемон, и он её забрал.

— И что? Никак нельзя было ему помешать?

— Хуже, — вынужден был поделиться информацией Бор.

Тут уже не вытерпел и снова вмешался Сол.

— Братское сердце, твоя театральность меня когда-нибудь до инфаркта доведёт. Мы итак тут в серьёзный замес попали, а ты ещё и загадками разговариваешь.

— Я сам попросил его её забрать, — признался землянин. — Так было нужно. Но, так есть хотя бы шанс, что она сможет выжить.

— Ладно, это мы с тобой обсудим потом. Что дальше? Я так понимаю, решить вопрос с баронством и свалить потихоньку у нас уже не получилось?

— В процессе, — отмахнулся Винд. — Будь начеку, мы ещё не до конца пришли к консенсусу с императором.

Закончив общение с товарищем, командир «Ареса» вновь переключился на Артондаля.

— Ну что ж, Ваше Величество, жест доброй воли с моей стороны оказан, но если я почувствую хоть малейшее проявление псионики, а уж поверьте, сделать я это сумею, разговор у нас с Вами будет складываться совсем по иному сценарию. Поэтому, будьте так любезны, деактивируйте всё ваше оборудование, препятствующее телепортации.

Повелитель аграфов умел соображать быстро, поэтому, по его команде вся указанная техника, включающая в себя и ряд артефактов, тут же отключилась. Энергетический барьер арены начал таять в воздухе, а сам Винд почувствовал, как будто с его плеч сняли тяжёлый камень. Он и не думал, что всё это время на него так давила эта блокировка.

Первым же делом он попытался просканировать тело Аргуна — вдруг ему ещё можно было помочь, но, увы, ничего с этим сделать было уже нельзя. Парень погиб мгновенно, его внутренние органы оказались просто уничтожены, стёрты из реальности. И осознание этого острой иглой укололо землянина. Зря он не послушал товарищей и в слепой гордыне сунулся сюда. И что по итогу? Он заплатил слишком высокую цену и заплатит ещё больше, ведь теперь у Карра Кена есть то, что ничем другим нельзя уравновесить. Однако, разговор необходимо было продолжать.

— Я заберу все необходимые мне артефакты, надеюсь, они до сих пор находятся у Вас в кабинете. Не беспокойтесь, лишнего не возьму, мне нужно только то, что может реально помочь.

— Их там нет, — мрачно ответил аграф. — Они у меня с собой, на дредноуте.

— А что так? — поинтересовался землянин.

— На всякий случай. Один раз ты туда уже проник — вот и решил прихватить.

— Значит, сейчас мы отправимся к Вам в гости, — предупредил землянин и, наконец-то вновь получив возможность связаться с квазиживым разумом своего корабля, отдал команду на телепортацию.

В следующее мгновение все цели, которые были обозначены командиром, оказались на борту «Ареса». Сам корабль совершил прыжок к дредноуту, и пятеро разумных, включая императора Артондаля и Стакса, оказались внутри огромной семикилометровой туши, способной при желании разрушать целые планеты. В помещении, где совсем недавно проходил ритуальный поединок, остались выжившие, раненые и сбитые с толку псионы в компании ещё достаточно молодой и ослепительно красивой человеческой женщины.

Велина искренне не понимала, свидетелем чего она внезапно тут стала, но самое главное — она не знала, что делать дальше. Император Артондаль, только что стоявший возле неё, исчез, словно растворился в воздухе, как испарились и те, против кого и шло противодействие. Девушка осторожно покинула ту часть зала, в которой находилась, и направилась к выходу. Никто её не останавливал, поэтому она приняла единственное, по её мнению, разумное решение — на время оказаться как можно дальше, пока обстановка не прояснится. Именно поэтому уже через сорок минут она очутилась на борту пиратского фрегата в окружении своих преданных пособников и задумалась над тем, что дальше следует предпринять.

Мощный искин дредноута, один из самых продвинутых в своём классе, безусловно, сразу же определил наличие на борту вместе с хозяином четырёх посторонних вооружённых лиц и моментально активировал защитный протокол, но вскоре получил прямой приказ, и баззеры тревоги замолкли. Дэн не знал, куда именно нужно телепортировать группу, поэтому перенёс их на лётную палубу, на которой в данный момент находилось по меньшей мере несколько сотен разумных, обслуживающих разнообразные летательные аппараты. Они не сразу среагировали на прибытие гостей и сейчас, после того как кратковременные тревожные звуки закончились, растерянно осматривались по сторонам.

— Добро пожаловать на борт Вашего дредноута, Ваше Императорское Величество. Пойдёмте, поглядим на Ваши закрома. Вы же понимаете, что любая попытка организовать нападение закончится для Вас, да и для Ваших подчинённых, фатально? Я устал разговаривать с Вами на языке цивилизованного человека, поэтому давайте без шуток.

— Разумеется, — холодно процедил Артондаль. — Пойдёмте.

И он бодро зашагал по металлической палубе огромного ангара, заполненного по меньшей мере тысячью летательных аппаратов. Повелитель аграфов вёл приперевших его к стенке разумных, безошибочно определяя маршрут. Ему понадобилось не больше десяти минут, чтобы вся группа в его сопровождении оказалась в роскошных апартаментах. Причём за время пути им практически не встречались другие члены экипажа дредноута. Когда они оказались внутри, Джон не выдержал и присвистнул.

— Вот почему я не император? Я бы не отказался пожить в таких хоромах. И ведь это где — на корабле! Представляю, что у него на тронной планете имеется. Может, он в качестве компенсации подарит мне эту малышку? Я бы на ней такие дела наворотил!

Артондаль злобно зыркнул в сторону говорившего, но промолчал. При любых других условиях этот человек бы уже сто раз пожалел о собственных словах, умирая в страшных мучениях. Однако сейчас, увы, паритет сил оказался не на его стороне. Более того, своими действиями он сам ослабил себя и империю, ведь потеря такого количества высокоранговых псионов непременно скажется на всём государстве.

— Джон, ты представляешь, сколько человек нужно для того, чтобы управляться с этой махиной? Здесь больше двадцати тысяч членов экипажа. Так что в нашем случае это не вариант.

— Да мне армия-то особо не нужна, и современные искины способны заменить их практически полностью. Но ты прав — в жопу эту бандуру. Мне бы «Калигулу» найти и вернуть, если у нас всё с нашими проблемами разрешится.

Император разблокировал доступ в соседнее помещение и прошёл внутрь, кивком приглашая остальных последовать его примеру. Здесь, как оказалось, он хранил все свои самые ценные сокровища. То, что увидел у него в кабинете Бор, не шло ни в какое сравнение с тем, что сейчас оказалось перед его глазами. Огромное по сравнению со всем прежде виденным количество артефактов самых разных размеров и способов применения размещались в аккуратных стеллажах, каждый из которых был тщательно закреплён и содержался в отдельной витрине.

— Ну просто пещера Али-Бабы, — вновь не сдержался Сол, медленно бродя мимо экспонатов. — Представляю, сколько всё это добро стоит.

— Выбирайте всё, что вас интересует, — предложил Артондаль, и Бор, кивнув ему, последовал примеру земляка, внимательно осматривая каждый предмет, попутно сканируя его во всех доступных ему диапазонах, но уже секунд через пятнадцать он дёрнулся от дикого крика Джона.

— Я — ха, *ля, мой ты хороший! Троянчик!

Командир «Ареса» резко повернулся в сторону товарища и увидел, как тот буквально прислонился лбом к прозрачной дверце ячейки.

— Что ты там нашёл, Сол? — поинтересовался он.

— То, что принадлежит мне, — улыбаясь во все тридцать два зуба, отозвался бывший десантник.

А затем отошёл на шаг назад и вытянул вперёд правую руку, и нечто с силой вылетело из ячейки, разбив при этом прозрачный материал, из которого она была сделана, и плотно впечаталось в его поставленную ладонь. Это был меч — необычный и эстетически красивый. Джон несколько раз махнул им из стороны в сторону, а затем мрачно посмотрел в сторону аграфа.

— Только не говори мне, что у тебя нет моего скафандра? Вот не поверю? Эти два предмета у меня пропали примерно в одно время. Так что расскажи-ка мне, как они у тебя оказались.

Император угрюмо посмотрел на человека и проговорил, обращаясь к командиру «Ареса»:

— Очень странные у вас спутники, господин Винд. Насколько я понимаю, тот, кого вы называете Солом, был задержан моими людьми после убийства клона сына императора Конрада Ан-Сирайтиса, принца Фариала. Спецотряд, посланный для оказания помощи, задержал их, после чего действительно этот предмет был изъят.

— Если вы его сломали, то вам всем пи**ец, — прорычал десантник и с клинком в руках сделал шаг вперёд по направлению к высшему аристократу старшей расы.

— Успокойся, Джон. Не забывай, что ты разговариваешь с императором, а он, как ни крути, весьма силён. И только моё присутствие удерживает его от совершения глупости.

— Вы очень точно выразились, господин Винд. Я всё ещё император, и, честно говоря, сам не знаю, почему мне приглянулся этот клинок. Просматривал отчёт о спасении принцессы и передаче её представителям Аратана и захотел познакомиться с ним лично. Я чувствовал в нём силу, но так и не смог её пробудить.

Ещё пару интересных вещиц Бор почувствовал сразу, хотя нужно было ещё уточнить их предназначение, но самое главное — он смог найти тот самый предмет, который заинтересовал его в кабинете императора. После чего аграф, выполняя договорённости, передал так заинтересовавший Винда артефакт и тот самый предмет, активация которого выжигала пси-ядра у разумных существ. Было видно, как тяжело ему расставаться с этим неведомо как оказавшимся у него в руках наследием древних, но он как-то смог справиться со своими эмоциями — всё-таки аграф являлся аристократом и умел держать себя в руках.

Бор попросил товарища показать ему клинок, и тот без разговоров протянул ему оружие рукоятью вперёд. Землянин осторожно осмотрел артефакт, почувствовал в нём слабое проявление энергии, но понять, каким именно образом она в нём содержится и как должна работать — как и Артондаль не смог, хотя бывший диетарх постарался это сделать. Меч как меч, да, удобный, хорошо сбалансированный, но ничего необычного. Однако судя по горящему взгляду земляка, это вполне могло быть и не так. А может, Сол просто прикипел к нему, и вот сейчас, когда оружие вновь вернулось к нему, он был безумно счастлив.

Напоследок Винд напомнил об их уговоре императору и получив заверения, что все юридические формальности будут неукоснительно соблюдены и права Агаты восстановлены, решил, что пора отчаливать.

Закончив со всеми шкурными моментами, Винд попрощался с императором и посоветовал ему впредь не совершать подобных ошибок, после чего четыре члена экипажа «Ареса» вновь вернулись на борт рейдера, и он снова начал совершать хаотичные прыжки по системе.

Исчезнувший гегемон не вернулся, хотя командир рейдера предвкушал и ждал этого момента каждую секунду. Только минуты проходили за минутами, а этого так и не происходило. Теперь нужно было решать, где и каким образом искать Агату.