Апогей: Тензор порядка

Глава 13 Живой трофей

«В политике нет людей — есть интересы. Нет принципов — есть обстоятельства. Нет врагов навечно — есть временные попутчики.»

Шарль Морис де Талейран

БОРТ РЕЙДЕРА «АРЕС»

Остатки экипажа «Ареса», собравшиеся в рубке рейдера, молча смотрели на своего командира, который, словно тигр в клетке, не находил себе места и ходил от переборки к переборке, пытаясь хоть как-то успокоиться.

— Дружище, да сядь ты на место! От того что ты будешь метаться, мы проблему не решим, — попробовал хоть как-то успокоить товарища Сол. — Давай вместе подумаем, как мы можем вытащить Агату.

— Ты не понимаешь, Джон, — отозвался Винд. — Во всём, что произошло, виноват только я. Не нужно было нам переть на этот суд и что-то доказывать. Чего мы по итогу добились? Мы восстановили права Агаты, и то, можно сказать — через силу. Но подставились. Гегемон нашёл нас и забрал её, понимаешь? Но хуже всего другое — я сам попросил его это сделать. Артондаль ведь сучонок оказался хитёр, и, видимо, у него в загашнике имелись артефакты, способные нивелировать почти все мои способности. По крайней мере, проникнуть за барьер я не смог, а Карра Кену это удалось. И теперь она у него в руках. И мне придётся, понимаешь, придётся плясать под его дудку. А я этого очень не хочу.

— Погоди, ты нам толком так и не рассказал, что именно там случилось. Для нас вообще всё происходило максимально странно, без особых внешних проявлений агрессии.

— Так уж получилось, что и на мою пятую точку нашёлся хитрый саморез с подвывовертом.

— Зато теперь у нас есть артефакт, который, по крайней мере теоретически, может уничтожить гегемона, — заметил бывший десантник.

— Не спеши, Джон, — встрял в разговор сибурианец. — Мне кажется, ты упускаешь одну важную деталь.

— Интересно, какую? — поинтересовался землянин.

— Ящер мог бы убить девушку, но не стал этого делать. Более того, он принял просьбу командира. А значит, для чего-то она ему нужна. Я прав? — Стакс повернул голову в сторону бывшего диетарха.

— Прав, я не буду этого скрывать, — согласился Бор. — Мы не успели толком поговорить с этим ублюдком, но ему от меня нужна была помощь, и он планировал использовать Агату как рычаг давления. Правда, потом ты активировал мины и нарушил его планы, но это, в конце концов, позволило всем нам спастись, — командир «Ареса» посмотрел в сторону вотеха и поправился, — почти всем. Прости, Скар, мне очень жаль твоего брата. Против нас выставили такую силу, с которой справиться было практически невозможно.

— Я все понимаю, и я останусь верен вам до конца. Ведь моя жизнь принадлежит вам. И я думаю, Аргун счастлив, что его смерть произошла при защите хозяина.

— Ну и что этой ящерице было нужно? — спросил Сол.

— Он хотел, чтобы я переместил его в другую реальность. Ему нужно сбежать отсюда.

— Интересно, почему? — поинтересовался Даг. — Насколько я понимаю, до этого момента он являлся основной угрозой для нашего мира.

— Похоже, что это не совсем так. Он чего-то очень боится, а это может означать только одно — ему здесь становится слишком опасно и, даже для такой сущности, как он, не предвидится ничего хорошего. Его возможности в разы превосходят мои, и теперь я в этом более чем убедился. Для него словно не существует законов нашего мира, и даже его воздействия носят совсем иной энергетический характер. Я не знаю, как это объяснить, но они как будто работают по другим принципам.

— Так, ладно. Давай чисто теоретически, ты в состоянии перенести его в другую реальность, как он хочет? — прокачивая в голове все возможные варианты, слегка вкрадчивым тоном поинтересовался Сол.

— Для того, чтобы это проверить, необходимо активировать ПТК. По крайней мере, раньше у нас это вполне неплохо получалось, правда мне рассказывали, что в данный момент существует какая-то проблема. Но тем не менее браслет всегда при мне, и в случае чего я, конечно же, попытаюсь это сделать, хотя всё-таки лучше постараться избежать этого варианта развития событий. Потому что я совсем не уверен, что этот ящер, если я соглашусь и всё сделаю, как он хочет, не предаст в последний момент, когда задача будет выполнена — ведь тогда смысла не останется уже ни в чём. С другой стороны, я опасаюсь, что он может что-то сделать с Агатой, навредить ей каким-либо способом или попросту убить. Я ждал, что он вернётся, но уже прошло десять часов, а его всё нет. Я стараюсь не думать о плохом, но она мне слишком дорога, и у меня не получается. Я боюсь за неё. Впадать в панику и бежать к этому ублюдку тоже смысла особого не вижу, хотя, если припрёт, то без особого зазрения совести активирую артефакт, который мы забрали у Артондаля. Даже если после этого я сдохну или не смогу больше никогда быть собой, я пойду на этот шаг, если будет нужно.

— Да погоди ты, подыхать, братское сердце. Эмоции делу ещё никогда не помогали. Поэтому давай прокачаем ситуацию. Вот, смотри: он её не убил сразу, ему что-то нужно. Эта потребность сохранилась, так? — командир рейдера утвердительно кивнул. — Значит, на какое-то время она в безопасности. Она ему нужна в качестве заложника, и у нас есть небольшой зазор по времени, чтобы решить пару вопросов, получше подготовиться. На худой конец можно вытащить эту штуку у меня из головы — может это даст шанс одолеть этого ублюдка? Если в таком состоянии, как ты рассказывал, я не контролирую ни себя, ни свои силы и практически неуязвим, то и для него, быть может, стану таковым, как ты считаешь?

— Может быть, ты и прав, Джон. Но ты не отдаёшь отчёта своим поступкам, а следовательно, где гарантия, что в критический момент ты сделаешь то, что нужно? Нет, это не вариант. То, что сразу он Агату не убьёт, тоже скорее всего правда, однако он может сделать гораздо хуже. Это существо коварное, мстительное, не имеет морали, и живёт только для себя, ему плевать на весь наш мир, на всю нашу вселенную. Он почувствовал, что запахло жареным, и хочет сбежать, предоставив нас судьбе. Я готов на всё, но не могу позволить ей умереть, без неё мне эта вселенная не нужна. Поэтому я пойду к нему один, постараюсь вытащить свою невесту и выполнить его желание, попробую перенести его в другую реальность и вернуться назад. Главное — чтобы с Агатой всё было хорошо.

— Так ты всё-таки решился? — усмехнулся бывший десантник. — И сделал ей предложение? И ведь молчал, скотина! Признавайся, мальчишник решил зажилить?

— Хорош, Сол, — остановил трепача Даг. — Дальнейшими шутками ты его из депрессии не вытянешь, ты же видишь, как он мается. Да и ты бы на его месте наверняка чувствовал то же самое. Только, вот что я тебе скажу, друг, — обратился он к Винду. — Бор, ты никуда не пойдёшь один. Ты и так нас каждый раз пытаешься куда-то не пустить, от чего-то оградить, но мы все в одной связке и добровольно подписались на эту тухлую работёнку. Нарисоваться без подготовки — тоже не вариант. Задницей чую, при таком раскладе назад мы уже не вернёмся, и этому миру придёт конец. Значит, надо подготовиться. Ты же говорил, что имел разговор с создателями этого браслета, и они давали какую-то информацию, которая может оказать помощь?

— Это не совсем так, старина. Просто в нашей вселенной есть области, которые, можно сказать, закрыты от наблюдения, и мне предложили их посетить. Быть может, там действительно есть что-то важное. Но где гарантия, что пока мы будем находиться там, Карра Кен не решит, что я его обманул? Нет, нам надо забрать Агату сейчас. На худой конец, активирую артефакт в надежде, что это поможет сжечь его пси-источник, и тогда те, кто не обладает подобными способностями, смогут его прикончить.

— Мне кажется, вы зациклились на его уничтожении, тогда как гораздо разумнее использовать его потенциал для того, чтобы спасти нашу вселенную, — неожиданно вставил своё слово Стакс. — Такие операторы реальности, как он, могут быть несоизмеримо полезны. Быть может, стоит предложить ему сделку? Сбежать отсюда можно в любой момент, так ведь? — поинтересовался он у командира рейдера.

— Теоретически, да. Один раз мы так уже делали, — согласился Бор.

— Значит, какой-то зазор по времени до катастрофы у нас есть. А все остальные варианты вообще не гарантируют успеха. Быть может, он окажется нам полезен. Сбрасывать со счетов подобную силу просто глупо, — продолжил сибурианец.

— Ты прав, — немного подумав, согласился Винд, тщательно взвесив слова ксеноса. — Ты удивительно хладнокровен.

— Такая уж у меня физиология, — хмыкнул Лакин. — Да и опыт подсказывает, что, когда стоишь на пороге смерти, нужно пускать в ход всё имеющееся в наличии оружие. И тогда, быть может, если удача будет на твоей стороне, ты добудешь великий трофей.

— Значит, так и поступим, — прекратив метаться по рубке, решил бывший диетарх. — Дэн, думаю, мы здесь еще какое-то время побудем, я считаю, что ящер скоро вернется, и пока не стоит лететь к нему в гости.

Такие разные мужчины, собравшиеся в крохотной по сравнению с бесконечным космосом скорлупке, преодолевшей за время своего недолгого существования настолько гигантские расстояния, перемещавшейся между континуумами и вселенными, промолчали. Но их взгляды, угрюмые и решительные, красноречиво свидетельствовали о том, что они пойдут до конца. Хотя наверняка ни один из них, если бы у него была такая возможность, не пожелал бы подобных испытаний. Однако всё, что с ними произошло, все беды и невзгоды, выпавшие на их долю, сделали их чем-то большим, чем простой экипаж. Они стали семьёй и ни при каких обстоятельствах не могли отказаться пойти вслед за своим командиром.

— Ваше Величество, разрешите войти, — постучался в дверь каюты, выделенной для чудом избежавшего смерти императора, глава службы безопасности империи Аратан.

— Входите, — буркнул Фариал.

Дверь с лёгким шелестом отъехала в сторону, и на пороге крохотной каюты (а иной на этом небольшом судне и быть не могло) появился граф Ар-Сереж.

— Ваше величество, через полчаса мы прибываем в Зеранду.

— Почему именно туда? — слегка насторожившись поинтересовался император.

— На мой взгляд, это один из самых безопасных вариантов. Место спокойное, есть несколько торговых станций, ну и достаточно мощный отдел службы безопасности. Идентификатор корабля мы поменяли, так что сможем прибыть инкогнито и по закрытым каналам связи начать восстановление доступа к основному каскаду искинов. Также в системе находится небольшая патрульная эскадра усиленная двумя кораблями разведки, которыми командуют те, кого я знаю лично, и мы в любой момент сможем реквизировать их для более комфортного перемещения.

— Хорошо, — немного подумав, ответил император. — Если вирусная атака не распространилась повсеместно, то особых проблем у нас возникнуть не должно.

— Я тоже так думаю. Протоколы безопасности многократно дублированы, и всегда есть возможность инициировать загрузку резервной копии.

Фариал поднялся на ноги и слегка потянулся. Сочленения скафандра, изготовленного аграфами, при этом практически не издавали звуков, всё работало идеально, но тем не менее мужчине уже до смерти надоело таскать это весьма дорогостоящее оборудование на себе.

— Пойдём, — скомандовал он и направился вслед за развернувшимся офицером.

Чётко по графику защитный кокон, оберегающий судно от критического воздействия гиперпространства, схлопнулся, и элегантный кораблик вывалился в обычное пространство на краю звёздной системы. Экипаж, состоящий из трёх человек, тут же принялся активировать оборудовение, которое во время гиперперелёта находилось в спящем режиме, и начал собирать информацию, анализируя её вместе с искином. После этого произошла процедура опознавания с диспетчером системы, и как только разрешение на дальнейшее движение было получено, судёнышко, замаскированное под элегантную яхту, двинулось в сторону самой крупной транзитной станции, расположенной недалеко от планеты, практически полностью покрытой единым океаном. Система славилась своим рыбным промыслом и, что самое главное, принадлежала императорской семье. Именно поэтому глава службы безопасности и выбрал её в качестве относительно безопасного с точки зрения возможных интриг места. Ведь он до сих пор не был уверен в том, что произошедшее нападение не было спланировано кем-то из лиц, имеющих право на императорский трон, пусть даже из неосновных линий. К тому же этот сектор был достаточно отдалён от тронного мира, и существовал неплохой шанс на то, что вирус сюда ещё не добрался. Да и, по большому счёту, все вооружённые силы, сконцентрированные в этом месте, были завязаны в первую очередь на самого Ан-Сирайтиса как аристократа и уже потом входили в военно-космические силы. Почему-то граф был уверен, что это самый лучший вариант, хотя после того, как им удалось покинуть Арату, император требовал доставить его в ближайшую населённую звёздную систему, чтобы оттуда произвести подключение. Только вот существовала серьёзная опасность, что все эти наиболее удобные точки перекрыты и находятся под контролем противника, так что лучше всё-таки было перестраховаться.

Через два с половиной часа юркое судно добралось до массивного пустотного объекта, орбита которого была синхронизирована с планетой для того, чтобы сократить расходы на транспортировку добываемых на ней ресурсов. Благодаря специфическому спектру излучения жизнь на планете буквально кипела, и разнообразию морских обитателей на ней могла позавидовать любая космическая скиталица, что в свою очередь приносило существенный доход и в казну государства, и на личные счета императорской семьи. Именно поэтому когда-то очень давно она, в числе прочих высокодоходных активов и стала вотчиной Ан-Сирайтисов.

Небольшой кораблик приблизился к станции, и как только появилась возможность установить надёжную связь, в дело вступил граф. Он связался с аффилированным с его организацией отделом и сообщил о прибытии нескольких агентов, буквально на ходу составив соответствующее распоряжение и заверив его личным идентификатором. Документ прошёл верификацию, и спустя полчаса после того, как были получены указания от главного искина пустотного объекта, кораблик плавно влетел в гостеприимно распахнувшиеся ворота одного из ангаров.

— Ваше величество, я попрошу вас загерметизировать скафандр и затемнить лицевую панель. Никто не должен знать, что вы находитесь здесь, пока дело не будет закончено.

Фариал молча кивнул и сделал то, что от него требовалось.

Как только двигатели оказались заглушены, открылась аппарель, и наружу высыпалась дюжина бойцов. Брать с собой всю толпу Ар-Сереж не стал, ни к чему привлекать столько внимания. После этого он вышел наружу сам, коротко переговорил с как раз подоспевшими к этому моменту местными подчинёнными, предоставив им весомые аргументы в виде, опять-таки, подложного личного идентификатора, дабы раньше времени не поднимать панику, и, убедившись в том, что всё идёт штатно, пригласил Фариала выйти наружу.

Император осмотрел свои законные, но не разу не виденные владения, занял место в центре строя и направился вслед за главой службы безопасности. Дабы не афишировать приезд первого лица, граф вёл группу практически безлюдными техническими коридорами. Он уже взял под контроль специализированный искин местного отделения, однако не стал перехватывать управление всей станцией — в данный момент это могло насторожить тех, кто непрерывно следил за всей этой махиной, парящей в космосе. Офицер твёрдо решил до конца сохранить инкогнито правителя империи. Ради этой цели он даже не стал пользоваться лифтами, предпочитая не рисковать, поэтому дорога заняла практически час, но, тем не менее, всё прошло благополучно.

Офис филиала службы безопасности империи Аратан занимал несколько смежных помещений в глубине станции. Отсюда можно было достаточно быстро попасть практически в любое место, если бы это потребовалось. Но самое главное — здесь имелся доступ к системам закрытой связи. Поэтому, как только вся группа оказалась в безопасном месте, граф отдал необходимые распоряжения бойцам, на всякий случай распределив их в наиболее удобных для обороны точках, и повёл Фариала в центр связи. Здесь уже не было необходимости скрывать собственную личность, и как только он сообщил, кто именно прибыл к ним, лица сотрудников буквально побелели. Никогда в жизни они воочию не видели не то, что главу государства, но и собственное начальство для них это было чем-то недосягаемым, а тут сразу два самых важных человека посетили этот отдалённый мир. Причём наверняка у каждого из сотрудников закрутилась мысль «зачем?», но, к счастью, им хватило ума не спрашивать. Тем более они уже получили тревожную информацию о возможной гибели императора, и сейчас им стоило радоваться, что новости о его смерти оказались всего лишь слухами. Они тут же поняли, почему прибывшие бойцы ведут себя подобным образом, и у них сразу отпали все вопросы. Более того, практически сразу каждому из них на нейросеть начали поступать указания, предписывающие усиление мер безопасности, и они, отбросив в сторону другую работу, не растерялись и тут же принялись за дело.

Единственным разумным, посмевшим приблизиться к гостям, стал глава филиала. Он бодрой чеканной походкой подошёл к начальству и отрапортовал:

— Рады приветствовать вас, Ваше Императорское Величество. Септ-капитан Вальдо Ар-Дверди, к Вашим услугам.

Было видно, что этому бедолаге явно не по себе и его слегка потряхивает от волнения.

— Оставьте, — бросил император. — Не напрягайтесь так, капитан. Мы прибыли сюда по делу, нам срочно нужно воспользоваться закрытыми каналами связи.

— Так точно, Ваше Императорское Величество. Прошу за мной, — офицер чётко развернулся и зашагал вглубь помещения.

Граф и Фариал направились за ним следом и спустя пару минут попали на узел связи. После чего глава Марк приказал Вальдо покинуть помещение, а сам Фариал уселся в ложемент и начал подключение к коммутатору. Нейросеть у него уже давно прошла процедуру самовосстановления и активировалась, да и сам император прекрасно умел управляться с подобным оборудованием. Поэтому первым делом он настроил мост гиперсвязи, после чего, загрузив первую часть личного кода доступа, приступил к достаточно длительной процедуре прохождения удаленной верификации. Протоколы безопасности главного каскада искинов, расположенных сразу в десяти звёздных системах и достаточно хорошо охраняемых, были настроены таким образом, что с кондачка этот процесс осуществить было проблематично. Но тем не менее радовало уже то, что, по всей вероятности, вирус, поразивший информационное поле тронного мира, ещё не распространился достаточно широко, а может и вообще был ограничен пространством одной системы.

Параллельно с этим Фариал, как губка, впитывал актуальные новостные сводки, которые по его запросу предоставлял ему искин службы безопасности. В данный момент в империи действительно начались брожения умов, ведь после инцидента на Арате часть аристократов тут же вспомнила про дальних родственников по линии Ан-Сирайтисов и попыталась включить их в политическую борьбу за власть. Но самое неприятное состояло в другом — на глаза Фариалу попались материалы, где он смог наблюдать собственную сестру, сосланную им навечно. И вот теперь она, после исчезновения из отдалённой колонии, объявилась в обществе императора аграфов, что само по себе наталкивало на невесёлые размышления — уж не замешан ли Артондаль во всём, что произошло? Хотя безусловно логика подсказывала, что скорее всего это не так, и просто правитель старшей расы решил таким образом вернуть хоть какое-то подобие порядка в пошатнувшейся империи людей. «Что ж, это разумно, — решил Ан-Сирайтис. — По крайней мере, не нужно будет её искать. А после восстановления контроля можно будет связаться с правителем аграфов и закрыть этот вопрос раз и навсегда».

Постепенно Фариал продирался сквозь многократно дублированные протоколы безопасности, слой за слоем возвращая себе утраченный контроль, вводя зубодробительные коды, основанные на его личном геноме и намертво заученной последовательности символов, которые он не доверял даже нейросети.

Глава службы безопасности внимательно наблюдал за ходом процесса. Всё шло штатно, и в какой-то момент Ан-Сирайтис уже было подумал, что им удалось — индикатор прохождения процедуры достиг 93 %, когда процесс внезапно застопорился, и тревожные сигналы на внутреннем экране нейросети вдруг замигали тревожным красным цветом. Император резко повернул голову в сторону Ар-Сережа и увидел, как тот медленно оседает на палубу, мужчина еще попытался отдать мысленную команду скафандру на герметизацию, но, не успев это сделать, уже в следующее мгновение потерял сознание.

Буквально через две секунды скрытая прямо в стене панель, на которой размещалась часть оборудования, неслышно отошла в сторону, и в образовавшемся проёме появилась фигура в весьма приметном скафандре. Этот человек — совсем недавно так раболепно рапортовавший самым влиятельным фигурам империи о полной готовности к оказанию любой помощи — спокойно стоял в полной боевой готовности, его лицо было скрыто неполяризованной полупрозрачной поверхностью шлема, но в глазах отчетливо читалось злое торжество. Капитан уверенно подошёл к бесчувственному графу, усмехнулся чему-то своему и, вытащив из набедренной кобуры личное оружие ближнего боя, произвёл несколько выстрелов в голову главы службы безопасности. Вольфрамовые иглы пробили череп насквозь в нескольких местах и впились в поверхность палубы. А офицер уже разворачивался и направлялся к Фариалу, приблизившись, он на несколько секунд задумался, а затем, активировав на максимум возможности экзоскелета своего скафандра, без особого труда вытащил бесчувственное тело императора из ложемента, в котором тот располагался. Вальдо взвалил его на закорки и, не испытывая особых затруднений, потащил правителя куда-то в глубину скрытых от всех технических коридоров. Панель, закрывающая секретный проход, также беззвучно встала на место, а вместе с этим остановился и процесс перехвата контроля над каскадом главных искинов империи. Индикатор застыл на отметке в 94 % и больше не двигался.

Ровно тридцать минут понадобилось тому, кто когда-то до одури влюбился в юную принцессу Велину и стал ярым сторонником её восшествия на престол, — однако, после того как основной костяк организации оказался арестован, ему хватило ума не высовываться. В то время ещё молодой наследник династии Ар-Дверди, благодаря возможностям отца, мог позволить себе не особо задумываться о финансах, поэтому, после провального переворота, он нашёл контору, которая согласилась слегка подкорректировать его память. Для начала он снял полную ментокопию, после чего попросту вырезал часть воспоминаний. Ему повезло, ведь только благодаря этому он смог пройти проверку и продолжить жить свободной жизнью. Да и к тому же он всегда строго придерживался мер конспирации, чем могли похвастаться далеко не все сторонники принцессы.

Офицер, девять циклов верой и правдой служивший интересам империи, дотащил тело сюзерена до гравилифта, которым могло пользоваться лишь ограниченное количество разумных, после чего в течение нескольких минут он добрался до своего личного курьерского корабля, подаренного ему отцом в день выпуска из академии, но простоявшего большую часть времени без дела в арендованном ангаре.

Вальдо выгрузил свою ношу и активировал предстартовую подготовку, после чего, покопавшись в одном из кейсов, расположенных в единственной каюте судёнышка, выудил оттуда инъектор и ампулу транквилизатора длительного действия. Этот спецпрепарат, давно списанный им и приберегаемый для самых крайних случаев, полностью блокировал возможности нейросети по нейтрализации подобных препаратов. Не раздумывая, он прислонил инжектор к шее императора и вкатил тому чётко отмеренную дозу. Убивать Фариала он не стремился, предполагая что гораздо разумнее будет, если он доставит пленника будущей императрице живым. За такой подарок он стопроцентно получит своё законное место рядом с ней, и — чем бездна не шутит — быть может, в конечном итоге займёт пост того, кого убил всего несколько минут назад.

Небольшой курьер, запросив разрешение на вылет, покинул территорию станции и, постепенно набирая ход, двинулся по кратчайшему пути для того, чтобы встать на ближайший вектор разгона в соседнюю звёздную систему. Скоростные характеристики корабля позволяли ему достичь необходимого ускорения для активации гипердвигателя всего за тридцать три минуты. И всё это время хладнокровный безопасник выжидал.

Когда до активации гипердвигателя оставались считанные мгновения, он послал закодированное сообщение на покинутую им полчаса назад станцию. Сигналу потребовалось около десяти секунд для того, чтобы достигнуть цели, и уже в следующий момент пустотный объект дёрнулся, а реактор, который обеспечивал резервное питание комплекса помещений, в которых располагался офис службы безопасности, начал генерировать колоссальный объём энергии вследствие отключения ограничителей. Прошло ещё несколько секунд — и произошла детонация, сжигая в огненной вспышке всё в радиусе ста пятидесяти метров. Огромный объём транзитной станции попросту перестал существовать, сгорело оборудование и люди, на свою беду оказавшиеся в зоне действия установки, начисто сметенные вместе со всеми следами преступления. Меньше чем через минуту скоростное судёнышко достигло нужной точки и скрылось во вспышке гиперперехода.

ПЛАНЕТА ААНУА, ЗАЛ СВЕРШЕНИЙ

Получив от человека, которого он считал личным врагом, предложение, Гегемон моментально выяснил причину неприятных ощущений, тут же прокачал в голове ситуацию и принял решение, максимально удовлетворяющее его личным интересам. За мгновение до того, как аннигиляционная мина пришла в действие, он телепортировался назад в свой дворец, оказавшись в Палатах Познания — специально выделенную для специфических действий часть правительственного комплекса. Когда-то давно она использовалась для того, чтобы держать тех, кого уничтожать не имело смысла или было вредно, и хоть уже очень давно эти помещения пустовали, тем не менее, как и всё в этом величественном дворце, они поддерживались в надлежащем виде. Конечно же Карра Кен прихватил с собой аграфку, за которую просил человек. Он уже понял, что его первичные выводы оказались верны — Бор Винд слишком привязан к своим спутникам и в особенности — к этой женщине, поэтому она является лучшим рычагом влияния на него.

Оказавшись в родных стенах, ящер медленно разжал когтистую лапу, облачённую в чёрную композитную перчатку некогда белоснежного скафандра, а ныне — иссиня-чёрного одеяния, дарованного ему бывшим хозяином. Девушка ещё не до конца поняла, что же произошло. Для неё картина мира мгновенно сменилась: вот она смотрит на любимого мужчину, а затем что-то вмешивается и грубо хватает её за горло.

Оказавшись без чужой руки на шее, Агата мгновенно развернулась и инстинктивно выставила перед собой клинок, который до сих пор сжимала в руках, однако она сразу же опознала существо, которое одним своим видом могло вселить страх в любого разумного, даже не обладающего никакой информацией о нём. Лицевая часть брони рептилоида оказалась открыта, и он скривил губы в ехидной усмешке, в результате чего обнажился ряд острых, белоснежных клыков. А в следующее мгновение превосходный клинок, созданный Дэном, попросту начал разлагаться с умопомрачительной скоростью, словно сахарная вата, попавшая в кастрюлю с водой. Он исчезал на глазах, и девушка ничего не могла с этим поделать. После всех манипуляций абсолюта осталась лишь рукоять с гардой, и баронесса, увидев, что лишилась единственного оружия, коротко, со злостью размахнулась и, кстати, достаточно метко метнула обломок в лицо Гегемону. Но тот лишь отмахнулся от летящего в него предмета, как от назойливой мухи, и сомнительное орудие отлетело в сторону.

Уже понимая, что, скорее всего, Гегемон забрал её для того, чтобы совершить месть, Агата вдруг успокоилась, отчётливо осознавая, что, похоже, её жизнь подошла к концу. Но в душе она чувствовала радость — человек, которого она любила, остался жив, и она перестала быть для него обузой. Как бы баронесса ни верила в слова Бора про необходимость ей быть рядом с ним, где-то глубоко в душе она прекрасно понимала что, по сути, землянину для осуществления плана по спасению вселенной никто не нужен. Поэтому она уже морально приготовилась умирать — раз уж других вариантов не предвидится. Аграфка не желала разговаривать с этим мерзким существом, уничтожающим всё вокруг, поэтому молча стояла и с призрением смотрела на своего похитителя.

А тот лишь улыбался и улыбался, всё шире растягивая пасть, и наконец прорычал:

— Наверное, ты думаешь, что я тебя сейчас уничтожу? Можешь не переживать, какое-то время у тебя ещё осталось. Твой друг мне ещё нужен. Поэтому пока я оставлю тебя в живых, — и Гегемон указал когтистым пальцем на одно из помещений для содержания узников. — Теперь это твоё место.

Агата бросила взгляд в указанном направлении и увидела тесное тёмное помещение — максимум четыре на четыре метра — с небольшой каменной скамьёй, видимо, заменявшей кровать. Условия здесь были спартанские, и, честно говоря, этой особе благородных кровей вообще не хотелось испытывать их на себе. Но её определённо обрадовало хотя бы то, что непосредственная гибель в данный момент не ей грозит. Девушка лихорадочно прокачивала в голове непростую ситуацию, в которой оказалась, однако, раз уж так получилось, что она сейчас с этим ублюдком, нужно пытаться хоть чем-то помочь Винду. Поэтому она собралась с мыслями и, как настоящая аграфская баронесса, максимально дружелюбно натянула на лицо дежурную улыбку, подкрепленную массой баз знаний в том числе и психологической направленности.

— И как же мне к Вам обращаться, мой коварный похититель? — проворковала она, моментально преображаясь из растерянной раненой девушки в окровавленном комбинезоне в очаровательную дурочку, но вместе с тем чертовски милую и непосредственную, чем сразу же сбила с толку абсолюта, прожившего миллионы циклов и начисто забывшего о том, какими могут быть женщины.

— Что? — растерянно спросил Гегемон, но тут же поправился. — Меня зовут Карра Кен.

— Какое удивительное имя! Прямо чувствуется мощь, что-то рычащее, грозное… А Вы, случайно, не правитель какого-нибудь государства?

— Ты что несёшь, самка? — прорычал ящер.

— Да ладно Вам, Кенчик! Ну Вы же должны понимать, что я не представляю для Вас абсолютно никакой опасности. И раз уж так получилось, что Вы взяли меня в плен и сделали заложницей, то какой смысл наказывать меня ещё и одиночеством? Я ведь девушка, и мне становится очень грустно от одной мысли, что я буду сидеть вот в этих четырёх стенах. Вы ведь понимаете, что я никоим образом не могу от Вас убежать? Я вообще не знаю, где нахожусь, да и у Вас здесь наверняка масса охраны, если она Вам вообще нужна… Поэтому, может быть, рассмотрите мою малюсенькую просьбу и разместите меня в каком-нибудь более-менее приличном месте? Я ведь всё-таки баронесса. Перед тем как вы меня похитили, я, кстати, доказала это в суде, прикончив на ритуальном поединке того, кто пытался обесчестить мой род. И было бы максимально учтивым с Вашей стороны, если бы Вы согласились предоставить мне доступ к медицинской капсуле — меня ранили, да и одежду испортили. Я думаю, Вам, как главе целого государства, это не составит абсолютно никаких трудностей, Вы даже не заметите финансовых потерь, связанных с этой крохотной просьбой. А я клятвенно обещаю не думать о Вас плохо. Мне, признаться честно, очень интересна причина Ваших с Бором разногласий.

— Хорошая попытка, девочка. Я бы сказал, творческая. Даже скажу так — она засчитана. Но не стоит пытаться играть со мной! При желании я выпотрошу твой разум, абсолютно не напрягаясь. Но так и быть, я пойду тебе навстречу.

Древний псион, наверное, один из самых старых существ, живущих в данный момент в этом варианте вселенной, потратил всего мгновение на то, чтобы проанализировать физические повреждения аграфки и запустить процесс ускоренной регенерации. Рана на боку у девушки буквально на глазах стала затягиваться и спустя всего несколько секунд полностью закрылась, оставив на месте кровоточащего повреждения лишь тонкую розовую кожу.

Восстанавливать пустотный комбинезон, в который была одета девушка, Гегемон не стал — лишних сил и, что самое главное, времени на это тратить он не хотел. Поэтому по его запросу искин дворца изготовил комплект, подходящий для ношения данным типом разумных существ. Комбинезон вскоре был доставлен небольшим сервисным дроидом, предназначенным для выполнения мелких операционных задач. Шустрый кибернетический помощник сгрузил свою ношу рядом с баронессой, и девушка, правильно интерпретировав ситуацию, молча развернулась спиной к ящеру и принялась снимать с себя повреждённый элемент униформы, вскоре оказавшись полностью обнажённой.

Карра Кен, внимательно следивший за поведением пленницы, вынужден был признать, что с точки зрения эстетики эта самка выглядела достаточно… привлекательно. Хотя, судя по всему, предоставленный комплект оказался явно не совсем по размеру — по крайней мере, магнитная застёжка на груди никак не желала полностью стягивать две половины комбинезона.

Совершив несколько бесплодных попыток, девушка бросила это занятие и практически искренне поблагодарила Гегемона:

— Кенчик, ты такой милый! Спасибо тебе большое. Вот зря говорят, что ты негодяй из негодяев. Они просто тебя плохо знают. На самом деле ты тот ещё душка, главное — найти к тебе подход.

Гегемон хотел что-то возразить, даже несколько секунд угрожающе смотрел прямо в глаза девушке, которая, по всей вероятности, хотела над ним поглумиться, но затем, решив, что тратить время на бессмысленные разговоры не стоит, попросту решил подкорректировать её ментальные установки. Однако, как только он попытался войти в её разум, то тут же попал в коварно устроенную ловушку и сразу же понял, что землянин оказался довольно хитёр и использовал свою женщину в качестве своеобразной наживки. Хотя, с другой стороны, возможно, таким образом он попытался просто обезопасить её разум от вторжения.

Как только рептилоид начал проникать в мыслительный процесс аграфки, тут же возникал очаг воронки ментального лабиринта, который не подразумевал никаких путей отхода. К счастью для себя, абсолют находился на такой стадии развития, что попасть в подобную западню не мог — по крайней мере, он сразу же видел технику, которая была применена в данном случае и всегда успевал выйти до того, как его засосёт ментальная воронка, и он окажется в безвыходной ситуации. Сделав несколько десятков попыток и убедившись в том, что он ничего не может сделать с разумом девушки, Гегемон прекратил эти бессмысленные действия и даже усмехнулся, признавая на данном этапе хоть и маленькое, но поражение.

Однако Карра Кену всё ещё можно было организовать доступ к мозгу девушки посредством удаленного подключения к её нейросети, и у него даже практически это получилось, хотя он и натолкнулся на мощный защитный контур, работающий на алгоритмах, с которыми он никогда раньше не имел дела. В открытом доступе оказалось всего несколько дампов памяти. Решив на всякий случай просмотреть, что в них находится, рептилоид в растерянности замер, потому что практически все они оказались заняты протокольными записями, описывающими процесс совокупления данной самки с таким ненавистным ему землянином. Причём, на его взгляд, выглядело это максимально омерзительно и неэстетично. К ужасу абсолюта, запись материалов велась через биологические оптические органы и, по сути, представляла собой видео от первого лица. То есть, восприняв эти воспоминания, Гегемон волей-неволей вынужден был поставить себя на место разумного, записывающего эти скабрезные материалы. Ему моментально захотелось прекратить этот травматичный опыт, что он и сделал, полностью разорвав контакт.

— Какие же вы всё-таки… — пробормотал он, глядя на улыбающееся лицо девушки. — Я даже не могу придумать причину, по которой ты могла сохранить эти записи.

— Какие такие записи? — невинно похлопав глазками, поинтересовалась Агата.

— Ваш процесс размножения выглядит отвратительно, — тут же пояснил Гегемон.

— Вообще-то это личное, — слегка надув губки, ответила девушка. — И знаешь, никакое это не размножение. Я не знаю, как у вас, у ящерообразных, но у нас это называется получение удовольствия. Неужели ты никогда не испытывал ничего подобного, бедняжка?

Карра Кен не стал отвечать, понимая, что смысла в этом никакого нет. Но тем не менее что-то внутри него не позволило ему осуществить первоначальный план, и он телепортировался вместе с пленницей в другую часть дворцового комплекса. Она предназначалась для приёма высокопоставленных чиновников и раньше довольно часто использовалась, но сейчас в этом не было никакой нужды, ибо все вассалы теперь рассматривались абсолютом совсем с другого ракурса. И тем не менее помещения для их размещения остались, и одно из них он выделил аграфке, после чего оставил её в одиночестве и вернулся в Зал Познания, заняв своё любимое место на каменном троне.

За последнее время произошло столько странных, не совсем прогнозируемых, а порой и неадекватных событий, что все их нужно было хоть как-то встроить в первоначальный план. Сразу же возвращаться к Бору Винду Гегемон посчитал лишним. Тревога за женщину, которая ему явно дорога (ради простого соратника вряд ли будешь рисковать жизнью), должна укрепиться, а желание спасти — вызреть и превратиться в рычаг абсолютного воздействия. Карра Кен не сомневался, что после того, как он изъял девушку с аграфской планеты, Винд сможет выпутаться и он, скорее всего, настойчиво начнёт искать её. Следовательно, нужно просто подождать — и он сам сделает всё, что от него требуется.