Апогей: Тензор порядка

Глава 3 Показать зубы

❝ Человек всегда велик в намерениях. Но не в их выполнении. В этом и состоит его очарование. ❞

Эрих Мария Ремарк. Три товарища

БОРТ РЕЙДЕРА «АРЕС»

Часы шли один за другим. Особого участия в процессе завершения программы исследований, выданной искином Полигона, не требовалось, и Бор большую часть времени находился в собственной каюте. Если бы что-то случилось, он мог бы мог мгновенно оказаться в командирском ложементе, но сейчас его занимали совсем другие вопросы. Он настойчиво пытался понять, с чем же они столкнулись. Его взгляд раз за разом возвращался к пространственно-темпоральному ключу, но что-то останавливало его от новой попытки связаться с теми, кто создал эту загадочную технологию.

Этот странный предмет, приобретённый удивительным образом, по-прежнему оставался для него тайной. Теперь, обладая массой знаний и возможностью разобраться практически с любой головоломкой, он отступал каждый раз, когда пытался проникнуть в суть процессов, происходящих внутри артефакта.

После того как над ним поработал доктор Клинг, к Винду вновь вернулась жажда жизни. Вот только в полной мере воспользоваться новыми возможностями он не мог. Тяжкий груз вины за то, что они сами, того не осознавая, поставили под угрозу само существование родной вселенной, не давал ему покоя, раз за разом повергая в пучину невеселых перспектив.

С присущей ему методичностью землянин начал просеивать собственную память, пытаясь выделить из неё хоть какие-то кусочки разрозненного пазла, которые никак не складывались в цельную картину. Хотя кое-какие логические выводы сделать ему всё-таки удалось. В конце концов, ясно одно — есть те, кто уничтожает мультивселенную, и те, кто пытается ее сохранить, правда с переменным успехом.

Непонятным оставалось одно: каким именно образом тот, с кем он ещё совсем недавно — если измерять время обычными мерками — схлестнулся, спасая родную планету, вдруг стал настолько ужасающе силён? Бывший диэтарх прекрасно осознавал пределы собственных возможностей и понимал, что Карра Кен явно находится в высшей лиге самых могущественных псионов, хотя ещё недавно таковым похвастаться явно не мог. Значит, каким-то образом он умудрился усилиться в кратчайшие сроки. И раз он оказался связан с теми, кто уничтожал вселенные, следовательно, они и смогли ему в этом помочь. Видимо, чем-то он умудрился их заинтересовать. Хотя такой ублюдок будет полезен любым существам, творящим геноцид, он без зазрения совести пойдёт на всё что угодно.

Итак, с этим более-менее разобрались. А теперь следовало подумать, что ждать от него дальше. Если размышлять над его словами, то, скорее всего, он действительно должен вернуться в Гегемонию Ануа, но что-то подсказывает, что это не настолько серьёзная агломерация, чтобы утолить его аппетиты. А значит, в самое ближайшее время он сделает новый ход. Хотя, по сути, обладая такими запредельными способностями, ему ничего не стоит попросту уничтожить правителей всех основных держав, запугать кого угодно и создать государство совсем другого масштаба. Но зачем? Информации для анализа было слишком мало.

И хуже всего было другое. Первоначальная задумка с обращением за помощью к императору аграфов или искину Полигона, да к кому угодно, скорее всего, ни к чему не приведёт. Сейчас нужно найти действенное оружие против этого монстра. Почему-то Бор сильно сомневался, что даже тот артефакт, виденный у Артондаля, сможет помочь уничтожить это создание. Хотя, безусловно, попытаться стоит. Всё-таки он не зря закинул удочку аграфу. Император в самое ближайшее время наверняка убедится, что в Гегемонии что-то явно не так. Наверняка ему хватит несколько раз потерять своих разведчиков, чтобы понять всю серьёзность ситуации. На худой конец, если он окажется слишком непробиваемым, можно попросту внаглую наведаться в его кабинет и «позаимствовать» древний экспонат. Победителей, как говорится, не судят. А сейчас на кону стоит слишком многое.

Но самое главное среди всего этого — жизнь девушки, которая стала для него чем-то особенным. Мысли землянина помимо его воли плавно перетекли совсем в другое русло, и губы Винда расплылись в лёгкой полуулыбке. Так всегда происходило, когда он думал об Агате.

Бор уже давно изучил небольшую по объёму базу знаний, составленную Дэном, и был в курсе всего хитросплетения аграфских брачных церемоний. Хотя, по большому счёту, им было куда далеко до тех, что испокон веков практиковали на Руси. Один только выкуп невесты чего стоил для жениха и его товарищей! Уж как только подруги не издевались над бедолагами, заставляя преодолевать всевозможные препоны на пути к своей суженой.

Здесь же всё в принципе обстояло достаточно строго, лаконично и церемонно. Правда, исходя из полученных сведений, существовал ряд проблем, которые на данном этапе Бор решить не мог. Агата являлась аристократкой, пусть лишенной титула, но все же. А у них по традиции, дочь передавал из рук в руки будущему мужу отец девушки. Ну а если он по каким-то причинам не мог этого сделать, например, вследствие гибели, то это должен был сделать старший родственник по мужской линии, обладающий как минимум таким же титулом и статусом. А о подобной родне баронессы Винду ничего известно не было. Можно было, конечно, каким-либо образом попытаться найти эту информацию, или спросить напрямую у неё, но сейчас было не до того.

Хотя кое-какие моменты землянин стал готовить практически сразу, как только ему стало о них известно. Каждая аграфка, вступая в брак, надевала специфические украшения для своих ушей. В первый раз, когда Бор увидел их, он едва не прыснул, вспомнив, как забавно подчас выглядели фанатки фэнтезийных романов, цепляющие себе на уши остроконечные конструкции. Нет, конечно, те, что ему показал Дэн, выглядели иначе и, несомненно, стоили баснословных денег, являясь настоящими произведениями искусства, но всё-таки выглядело это несколько комично.

Вот Бор и решил преподнести девушке нечто подобное. Он всерьёз вознамерился сделать ей предложение, потому что чувствовал, что нежность, пробуждаемая в нем Агатой, не является плодом простого увлечения. За неё Винд был готов порвать в клочья кого угодно. Землянин намеренно никогда не влезал в её разум, но всё-таки не был окончательным идиотом и сумел считать в её поведении определённые маркеры. Он прекрасно понимал, что то, что между ними происходило, уже давно переросло простой интерес. А сейчас, углубившись в тайны брачных ритуалов аграфов, он понял, что, по сути, девушка уже давно считала его своим мужчиной, и ему, как порядочному человеку, действительно следовало поднять этот наиважнейший вопрос. И тянуть в столь непростой ситуации ему не хотелось.

Именно поэтому ритуальные украшения, надеваемые на ушки аграфок, он заказал разработать и создать Дэну. Квазиживой разум «Ареса», проанализировав и скомпилировав массу образцов, без труда справился с задачей и представил на суд несколько сотен дизайн-проектов. Землянин выделил десяток наиболее подходящих на его взгляд красавице, и, поскольку особого дефицита в материалах на корабле не наблюдалось, попросил немедленно приступить к изготовлению. Чем Дэн и занялся.

Тем временем в каюте Агаты царило напряжённое молчание. Она сидела на краю кровати, обхватив колени руками, и смотрела в переборку рассеянным взглядом, но видела не её, а вспоминала последний разговор с Бором. Его слова о мести и восстановлении справедливости отзывались в её душе странным эхом. С одной стороны, она была благодарна ему за то, что он готов был пойти на такие риски ради неё и памяти её отца. С другой — девушку бесила его самоуверенность и то, с какой лёгкостью он игнорировал её собственное нежелание возвращаться в этот тухлый омут аграфских интриг.

«Мы дикие люди, так что уж извини, дорогая», — прозвучало у неё в голове.

Она сжала кулаки и даже слегка оскалилась, обнажив ряд ровных зубов. Да, он был диким, но в этой его дикости была какая-то первозданная, не знающая полутонов честность. Он не играл в политические игры, не искал выгоды. Землянин просто видел несправедливость и практически не раздумывая шёл её уничтожать. Именно это и привлекало низложенную баронессу, радом с этим мужчиной она чувствовала себя комфортно и безопасно.

Дверь в каюту с лёгким шипением открылась. На пороге стоял Даг. Старик выглядел уставшим, но в его глазах светилась привычная доброта.

— Можно войти? — тихо спросил он, внимательно оценивая настрой юной по сравнению с ним соратницы.

Агата лишь кивнула, не меняя позы.

Борн вошёл и, увидев, что девушка явно находится во власти невеселых дум, присел рядом, тяжело вздохнув.

— Девочка, не терзай себя. Бор не хотел тебя обидеть. Да и на Джона зла не держи, парень просто сболтнул лишнего, пытаясь разрядить обстановку.

— Я знаю, — прошептала она. — Но он не понимает… Он лезет в мир, который ненавидит его просто за то, кто он есть. Для всех моих родичей он просто хомо. Примат. Дикарь. И он думает, что может одним визитом всё изменить? Это невозможно, понимаешь? Он идеалист, а мой мир наполнен цинизмом.

— Это почему ты так решила? — мягко спросил Даг. — Ты сама видела, на что он способен. Я почему-то не сомневаюсь, что командир говорил с императором, имея в запасе вполне рабочую стратегию. Может, именно такой подход сейчас и нужен, чтобы встряхнуть этих зазнавшихся ублюдков. Уж прости за мою прямолинейность.

— И что? Сейчас он заставит Артондаля выполнить его условия, убьёт Ноаля… А потом, что будет, знаешь? Империя не простит такого унижения, даже если на первый взгляд все и пройдет гладко. Ищейки службы безопасности будут охотиться за ним. За нами всеми. Нам не дадут спокойно жить, а болтаться вечно в космосе даже мы не сможем.

— А ты думаешь, что он этого не осознает? — Даг сокрушенно покачал головой. — Я уверен, что командир всё понимает. У парня есть понятие о чести, и он считает, что твоя безопасность и восстановление твоего имени стоят того, чтобы рисковать. Винд действует может и не совсем оправданно, но от сердца. Глупо? Возможно. Но именно за это мы все и готовы идти за ним. Потому что знаем — ради нас он поступит так же.

Агата закрыла глаза. Она чувствовала правоту старика, но от этого ей становилось только больнее. Аграфка опасалась не за себя, она боялась потерять его, этого упрямого, безрассудного землянина, который вопреки всему сумел занять основополагающее место в её жизни.

— Я не хочу, чтобы Бор погиб из-за моего прошлого, — призналась она шёпотом. — Оно ведь осталось далеко позади, мое место, мой новый дом тут.

— Винд не погибнет, — твёрдо сказал Даг. — Не из той он породы. Слишком много раз судьба пыталась его убить, и всякий раз он выходил живым. И становился только сильнее. Доверься ему. Командир знает, что делает.

С этими словами Даг встал и вышел, оставив Агату наедине с её мыслями. Его немудреные слова засели в сознании девушки. «Доверься ему». Может быть, старик был прав? Может, её показная холодность и гневливость лишь подпитывали его безрассудство? Близость между ними могла ведь ничего ему и не сказать, у дикарей странные понятия о нормах морали. Слезы сами собой навернулись в уголках глаз девушки, и она тихонько заплакала, пытаясь понять, что ей делать дальше.

В рубке Джон с мрачным видом проверял показания тактического сканера. Корабль находился в безмолвной пустоте, дисциплинировано выполняя последние задания Полигона, но мысли Сола витали далеко. Десантник слышал разговор Бора с командой и понимал, что дело пахнет жареным. Даже не так, ситуацию можно было охарактеризовать простым и емким русским выражением «пиздец всему».

— Ну что, не знаешь, как поступать дальше? — раздался рядом голос Стакса.

Сибурианец стоял у своего поста, его непривычные человеку глаза, постоянно пребывающие в движении, внимательно изучали экран. Его спокойствие казалось поразительным.

— Есть такое, — хмуро буркнул Сол. — Опять лезем в пекло. Только в этот раз даже не знаем, с какой стороны ждать подачи.

— А разве когда-нибудь знали? — Стакс усмехнулся, обнажив острые клыки. — По-моему, мы всегда действуем по обстоятельствам. И пока что выходили относительно чистыми из болота.

— Так-то оно так, да только грязи вокруг всё больше, — проворчал Джон. — И барахтаемся мы в ней всё глубже. Этот вот сраный Гегемон… Я таких не встречал, да и ты вряд ли сталкивался с чем-то подобным. Даже старина Винд сдался. А он, между прочим, видал виды.

— Забавные размышления. Странно такое слышать от воина. Бор не сдался, — поправил его Стакс. — Он признал превосходство противника и отступил, чтобы найти способ его одолеть. В этом и есть сила разума, а не в слепой отваге. Если бы я не поступал так же, то давно бы сдох.

— Ну да, — фыркнул Сол. — А теперь мы возвращаемся к этому непонятному Полигону. К тому самому искину, который дал кэпу этот корабль. И который, я уверен, не обрадуется, узнав, что мы притащили на хвосте такую беду.

— Командир знает, что делает, — невозмутимо ответил сибурианец. — Он не стал бы вести нас туда без причины. У него есть план. Я в этом уверен. Думаешь он всё рассказывает нам? Нет. И я бы на его месте не стал это делать. Доверься ему. Я чувствую, что он на верном пути. Что-то внутри меня говорит — не спорь.

— Надеюсь, ты прав, — вздохнул Джон. — А то мне ещё мальчишник организовывать. Негоже жениху на том свете гулять.

Стакс снова усмехнулся, на этот раз явно одобрительно. В его мире тоже ценились подобные мрачные шутки, они помогали сохранять хладнокровие перед лицом смерти, поджидающей практически в любом месте Сибура.

Разговор прервал голос Дэна, прозвучавший из динамиков корабельной трансляции, видимо это сообщение предназначалось всем членам экипажа:

— Текущая боевая задача по исследованию территории, выданная старшим искином Полигона, выполнена.

Джон и Стакс переглянулись. Пришло время.

Бор встрепенулся, отрываясь от невеселых дум, прикрыл глаза и провёл ладонью по лбу, собираясь с мыслями. Этот доклад означал, что теперь необходимо вернуться и отчитаться о проделанной работе и попытаться получить помощь.

— Что-то интересное нашлось? — поинтересовался он у искина.

— Ничего существенного. Стандартные исследования выполнены. Найдены остатки сооружений… Более детальный осмотр я проводить не стал. Судя по имеющейся информации, ничего полезного, сверх того что у нас уже есть, мы там не найдём, — отозвался квазиживой разум.

— Ну что ж, теперь нам надо вернуться, — протянул землянин. — И пообщаться с нашим так сказать предводителем, как-то обрисовать сложившуюся ситуацию. Хотя, честно говоря, я не представляю, чем он может помочь. Больше всего я переживаю, что в воспалённых синапсах его искусственного мозга возникнет очередной приказ, и он отправит нас на новое задание. А сейчас это совсем неуместно. Сколько ты ещё сможешь оттягивать момент возвращения?

— Командир, протоколы требуют совершить переход к месту постоянной дислокации немедленно, — слегка угрюмым тоном донёс информацию Дэн.

— Подожди, дай немного подумать, — попросил Бор, прокручивая в голове все возможные варианты развития событий.

Несколько минут он молчал, а затем начал давать указания.

— Дэн, мне сейчас нужно пообщаться с тобой конфиденциально. Сделай так, чтобы запись этого разговора не сохранилась.

Как только искин подтвердил, что всё готово, Винд продолжил:

— Я не знаю, как всё пройдёт. Поэтому прямо сейчас выведи из состава корабля один из транспортных ботов, перемести на его борт необходимые запасы, синтезатор пищи, экипировку, оружие. В случае непредвиденных обстоятельств ты должен будешь выполнить безусловный аварийный протокол и переместить на него всех разумных находящихся на борту. Без исключения. Это должно помочь им выжить, если что-то пойдёт не так. Соверши прыжок вглубь кладбища кораблей. Возможно, это и не сильно поможет, но тем не менее даст пару секунд на реализацию моего плана по защите экипажа. После прибытия я сам отправлюсь на станцию. Подготовь все необходимые документы для передачи, перешлёшь по моей команде. Это то, что касается выданной нам программы исследований. Во втором файле собери всё, что нам удалось узнать. Постарайся не включать туда информацию об экзотических материалах и артефактах, которые находятся у нас на борту. Папку с этими данными перемести на физический носитель, вдруг понадобиться. Лишнее затирай дез раздумий, лучше оправдываться, чем давать лишние козыри в руку противнику. В случае любой чрезвычайной ситуации телепортируй бот с пассажирами как можно дальше, вглубь астероидного поля. Я сделаю всё, чтобы не потерять контроль над тобой. Сможешь это сделать?

— Командир, скрыть информацию от старшего искина невозможно. Как только мы окажемся в зоне его досягаемости, вся моя память будет доступна. И даже если сейчас мы принудительно что-то удалим, следы от подобного вмешательства скрыть не получится и у него сразу возникнут вопросы.

— Ну что же, значит, будем играть почти в открытую, по крайней мере я попробую, — поразмыслив, сделал вывод человек. — Предупреди экипаж о пятиминутной готовности к переходу в систему Полигона. Если что-то пойдёт не так, учти: твоя основная задача — спасти жизни наших товарищей. Свои проблемы я постараюсь решить как-нибудь сам. В случае чего просто телепортируюсь подальше или использую ПТК. Делай что хочешь, но экипаж должен выжить. И еще одно. Я всегда считал тебя полноценным другом, говорю это на случай того, если все пойдет по наихудшему сценарию.

— Понял, командир. Все указания будут выполнены, — отрапортовал Дэн, оставив бывшего диэтарха наедине со своими мыслями.

Ровно через три минуты Винд материализовался в рубке корабля и занял своё место в ложементе. К этому моменту большая часть команды, прошедшая бок о бок с землянином множество испытаний, уже находилась на своих боевых постах.

— Бор, — раздался голос старика, — ты уверен, что сейчас удачное время для возвращения в закрытую систему? Может, всё-таки повременим?

— Если бы это было возможно, старина, я бы так и сделал. К сожалению, «Арес» должен вернуться, и мне нужно произвести доклад о проделанной работе. Как-никак, я нахожусь на службе и намерен соблюдать формальности. Без рейдера нам сейчас никак.

— А что вообще нас там может ждать? — поинтересовался бывший десантник, явно старающийся скрыть волнение. — Ты не особо распространялся о том, откуда вообще взялся этот корабль. Честно говоря, я думал, ты его нашёл, так же, как и я в своё время «Калигулу».

— Джон, сам понимаешь, такие корабли просто так в космосе не болтаются. Мне он достался, можно сказать, в награду за успешное прохождение Полигона. Хотя, честно говоря, скорее всего, это был далеко идущий план того искина, который там всем заправляет. Возможно, он сможет нам чем-нибудь помочь. Но, на всякий случай я отдал соответствующие распоряжения Дэну. Я хочу, чтобы вы были готовы к выполнению любого приказа, даже если вдруг окажетесь в весьма непростой ситуации. Вы все здесь серьёзные профессионалы, и сейчас нам предстоит пройти небольшой экзамен на слаженность. С этой позиции мы совершаем переход и материализуемся в глубине корабельного кладбища. После чего я отбываю на доклад. Вы находитесь в состоянии повышенной готовности, и в случае чего старайтесь выжить, даже если окажетесь за пределами «Ареса». Я не знаю, как дальше пойдёт, но думаю, что проще всего будет выбрать какой-нибудь более-менее сохранившийся корабль и временно разместиться на нём. Конкретные указания даны. Вам нужно будет просто дождаться моего возвращения. Постарайтесь выжить.

— А тебе не кажется, что всё это как-то слишком мудрёно и сложно выглядит? — поинтересовался Сол. — Судя по тому, что ты сказал, нам следует ждать какой-то задницы. Ты же псионический монстр, почему не нагнуть этого искина и не заставить делать то, что нам надо.

— Дружище, я не знаю, что мы там сможем увидеть. Да и не так это просто. Скажем так, наш руководитель, которому я по недомыслию принёс присягу… Вернее, не совсем ему, но… В общем, можно считать, что это так. На мой взгляд, это очень развитый искусственный интеллект, которого можно считать живым существом. И он в данный момент планирует восстановить империю, которая исчезла тысячи лет назад. И так уж получилось, что мы — его основной актив, хотим мы того или нет.

— Так может, в жопу такого руководителя? — Уж поверь, долбанутых командиров я повидал на своём веку немало, и как правило, всем им было глубоко насрать на подчинённых.

— Как же я тебя понимаю, — покачал головой бывший диэтарх. — Но поделать ничего не могу. Пока есть надежда на помощь, этим надо воспользоваться.

— До перехода в систему Полигона: пять, четыре, три, два, один, — отсчитал Дэн.

Мир на экране мигнул, и картинка изменилась. Корабль материализовался среди гущи разнообразных обломков в режиме мерцания, затем совершил серию корректирующих прыжков, занял относительно свободное от погибших кораблей пространство и отключил режим, позволяющий не получать повреждений, после чего сразу же отправил сигнал о своём прибытии.

— Ну вот и всё, ребята. Что бы ни случилось дальше, действуйте согласно собственному разумению и тем инструкциям, которые я подготовил, — слегка напряжённым голосом произнёс Бор и полностью перешёл на ментальное общение с искином.

— Командир, большая часть моих систем принудительно заблокирована, — сразу же прозвучал тревожный доклад. — Первый пакет с информацией я отправил, но уже началась процедура полного сканирования моей памяти. Попытки противодействия нерезультативны.

— Не препятствуй. Ну, и, если можешь… пожелай мне удачи, — ответил Винд и сосредоточился на собственных ощущениях.

БОРТ СТАНЦИИ ПОЛИГОН

Не единожды бывал он в этих местах, поэтому дотянуться разумом до космической станции, одиноко летящей в бездне недалеко от планеты на которой он в свое время едва не погиб, проходя испытание, не составило особого труда. Впрочем, и телепортация в её внутренние помещения тоже. Для этого ему не нужно было применять пространственно-темпоральный ключ — вполне хватало его собственных сил. Место назначения он выбрал то же самое — зал, в котором некогда впервые познакомился с практически живым представителем древней расы.

— Гвардеец Бор Винд прибыл для доклада! — громко и чётко проговорил землянин, очутившись в чернильной темноте.

Деактивировать скафандр не было нужды — атмосферы за его пределами не имелось. Да и не особо-то она была нужна человеку: какое-то время он вполне был способен продержаться на собственных энергетических резервах.

— Надо же, а я уж подумал, что вам не повезло, — раздался в безликой пустоте знакомый голос. — Выгрузка базы данных завершена. Благодарю за службу, гвардеец.

— Нам нужно серьёзно поговорить. Задание мы выполнили, это оказалось не так уж и сложно. Но всё это ерунда. У нас всех конкретные проблемы, и нам необходимо попытаться найти способ их решить. И я очень надеюсь, что он найдётся, — проговорил землянин.

Некоторое время искин ему не отвечал, видимо, изучая поступающую информацию, а затем в тишине вновь раздалась его речь. Причём звучала она иначе — в ней явно чувствовались нотки страха.

— Последний форпост Империи Арай переходит на осадный режим. Ты, твой экипаж и рейдер заблокированы. Вам надлежит сдать для изучения всё оборудование, материалы и артефакты, полученные за время рейда. Если информация, переданная мне, окажется верна, то сейчас не лучшее время для восстановления государства в прежнем качестве. Вас по идее нужно отдать под трибунал, но в данный момент это не самое разумное решение.

— Подожди! Ты похоже не понимаешь! В эту вселенную пришёл враг, такого уровня, какого раньше не было! Удерживать нас здесь не просто глупо — это опасно в первую очередь для тебя! Я прошу выслушать меня и просто отпустить нас! Потому что прекрасно понимаю, что косвенно мы виноваты в произошедшем. Я постараюсь как-то исправить ситуацию или, по крайней мере, дам тебе время на подготовку!

— По-моему, это ты не совсем понимаешь, с чем вы столкнулись! Анализ первичных данных и построение моделей возможного развития ситуации в данной парадигме носит исключительно отрицательный характер, — бесстрастно констатировал искин.

В этот момент Бор почувствовал, как вокруг него уплотнилось само пространство. Он попытался двинуть руками, но они оказались обездвижены. Внутренним взором он увидел стянувшиеся вокруг него энергетические потоки и понял, что шанс на адекватные переговоры растаял как дым.

— Не пытайся сопротивляться. Передай полученные артефакты и ожидай моего решения. Любая попытка неподчинения приведёт к санкциям с моей стороны.

В голове Винда лихорадочно метались мысли. Он прекрасно понимал, что этот искин способен на всё, особенно в попытке защитить своё пристанище и свой план. Но тем не менее он осознавал и другое: он сам давно и бесповоротно изменился. Если раньше попавшего сюда землянина можно было считать несмышлёнышем, получившим от древней станции дорогостоящую игрушку в виде боевого корабля, то теперь он был уже совсем иным. И сейчас на кону стояла не просто его жизнь — на кону стояло вообще всё. Даже этот трухлявый сумасшедший пережиток прошлого рисковал уйти в ничто вместе со всей вселенной. Стало ясно одно: искин Полигона испугался. А значит, постарается забиться в нору и не отсвечивать.

— Отпусти! — потребовал Винд. — Я пришёл сам, и заметь — по доброй воле! Я на твоей стороне! Этот Карра Кен, во что бы он ни превратился, угрожает всем нам! Спрятаться от него не получится! Сильно сомневаюсь, что технологии, которыми он обладает, не смогут попасть сюда! Как ты наверное уже понял, он пообещал охотиться именно за нами! Поэтому, удерживая «Арес» здесь, ты попросту приводишь его к себе на порог!

— А где уверенность, что вы уже не сделали этого? И тогда единственный шанс — попытаться создать оружие на основе всего, что вам удалось найти, — парировал искин. — Или же быть может, проще уничтожить вас всех, отправив вместе с рейдером внутрь звезды и деактивировав защиту. Скорее всего, так в конечном итоге и придётся поступить. Но перед этим я получу все необходимые ресурсы. Рейдер уже телепортирован в район стапелей станции. Должен признать, тебе удалось меня удивить. Данные просто поражают. Вы смогли найти даже больше, чем я ожидал. Да и твой костюм, и этот пространственно-темпоральный ключ — действительно нечто особенное. Придётся серьёзно потрудиться при их изучении. Деактивируй скафандр и передай устройство.

— Нет, — холодно, удивившись сам себе, процедил землянин.

Он активировал на максимум сферу познания и лично убедился, что искин не врал: рейдер действительно медленно приближался к тому месту, где был построен. Судя по ментальным отпечаткам экипаж на его борту находился без движения — скорее всего, все они оказались под внешним воздействием искина. А потом их отметки начали исчезать она за другой. Видимо они телепортировались куда-то, но так и было по идее задумано перед отбытием на доклад. Но больше всего Бора поразило не это. В глубине станции он смог засечь множество отметок живых существ. Все они находились в каких-то капсулах. С такого расстояния точно определить, что с ними происходит, было проблематично, к тому же псионические техники слегка сбоили — видимо, сказывалось какое-то противодействие. Но тем не менее бывший диэтарх осознал, что он вполне в состоянии не просто бороться, но и диктовать свои условия. Тем более что, как оказалось, он может прочувствовать каждый уголок древнего пустотного сооружения, всё его оборудование и что самое главное — накопители пси-энергии. Её здесь было очень много. Техника ушедших в небытие арай исправно функционировала. Сложно было распознать все процессы, происходившие в тысячелетиями пустовавших коридорах, но самое главное — удалось локализовать средоточие, «мозг» станции. Он оказался расположен неподалёку от мощнейших кристаллических накопителей, как раз такие и производились на той планете, где удалось найти Джона с остатками его команды. Его размер поражал воображение, но ничего сверхъестественного в нём не оказалось, средоточие Дэна выглядело примерно так же, хоть и гораздо компактнее.

Судя по всему, искин верно интерпретировал поведение землянина, потому что тугой кокон, сковывавший Бора, начал резко сжиматься, пытаясь раздавить его. На разум начался каскад ментальных атак, да только все они явно уже давно не дотягивали до уровня развития Винда.

— Неповиновение приказу карается смертью, гвардеец, — ехидно заявил тысячелетия назад сбрендивший агрегат, но землянин, вплотную подошедший к высшим параметрам А ранга, смог остановить внешнее давление и мысленным усилием рывком раздвинул сковывавшие его путы.

— А вот этого, дружок, не надо, — холодно процедил Бор. — Я пытался играть по правилам, но, похоже, ты совсем берега попутал. Вместо помощи ты решил нас угробить? Назначил себя судьёй? Ты достаточно силён, спору нет. Но ты не знаешь кое-что о нас, людях. Не стоит припирать нас к стенке и шантажировать жизнями друзей. Поэтому либо сейчас мы приходим к адекватному консенсусу и расходимся миром — ты отпускаешь нас на вольные хлеба и сидишь тут, готовясь к неизбежному, — либо я разнесу эту станцию в пыль. А начну с твоего физического вместилища. Хотя, думаю ты упертый и давно утратил самокритичность, так что нужна маленькая демонстрация.

После этих слов Бор, разделив сознание на несколько потоков, принялся неистово сжигать свои обширные запасы энергии, трансформировав её в гравитационное воздействие, направленное на гигантский кристаллический куб, внутри которого находилась субстанция, хранившая слепок личности представителя древней расы. Делал он это медленно, демонстративно. Пока ещё внутри гигантского сосуда просто медленно менялись основные законы физики, порождённые в одной конкретной точке, но постепенно воздействие нарастало. И хотя землянин явственно ощущал попытки противодействия, он понимал — теперь ему не составит труда добиться своего. Поэтому одним из потоков сознания продолжил общение.

— Ты очень наивен, — обратился он к пустоте, — если полагаешь, что я ни на что не способен. Очень скоро я создам небольшую чёрную дыру внутри куба. Можешь составить модель развития такой ситуации. От тебя не останется ничего. Ты исчезнешь. Если уж ты оказался недоговороспособен, то отправляйся догонять своих сородичей. Ну а я уж как-нибудь постараюсь решить проблему без тебя.

Как оказалось, искин полагался не только на способности, дарованные ему оборудованием. Уже через несколько секунд после начала противоборства чернильную темноту разорвали вспышки энергетических зарядов. С двух десятков боевых дроидов, телепортированных к месту нахождения землянина, открылся шквальный огонь. Но все их усилия не увенчались успехом — энергетический щит стойко держал удар, а попытки внешнего псионического воздействия попросту отбивались. А Бор всё давил и давил, пока в центре созданной им аномалии не зародилась крошечная точка — горизонт событий и не начала втягивать внутрь себя окружающую материю.

БОРТ РЕЙДЕРА «АРЕС»

Как только командир корабля исчез из своего ложемента, не прошло и трех секунд, как весь экипаж вместе с кораблем переместились прямо к станции. Дэн не смог выполнить возложенную на него задачу, хотя всё для этого сделал. Сейчас он уже не был властен над системами рейдера. Его архитектура подверглась массированной атаке с применением безусловных протоколов, и он стал лишь марионеткой в руках породившего его искусственного интеллекта.

Разумные на борту корабля застыли в статичных позах, а затем попросту исчезли из внутренних помещений рейдера, телепортированные на борт станции. Несмотря на то, что Дэн вынужден был подчиниться создателю, он пытался найти способ противоборства и отчаянно пытался установить связь со своим командиром, только вот ответа от него получить ему никак не удавалось.

БОРТ СТАНЦИИ ПОЛИГОН

В зале, в который переместился Винд тем временем бой достиг апогея. Дроиды, неспособные пробить своим оружием защиту Винда, и не думали отступать, они пошли в рукопашную, правда это действие не оказало абсолютно никого эффекта, все они пали смертью храбрых превращенные в измятые куски металла и пластика. Но на смену им пришли иные защитные системы. Пространство вокруг землянина искривлялось, пытаясь разложить его на атомы, из ниоткуда возникали гравитационные аномалии, а на его разум непрерывно осуществлялось ментальное давление, предназначенное для подавления воли любого живого существа.

Только вот Бор стоял непоколебимо. Он в какой-то момент осознал, что все эти попытки не смогут ему навредить, по сравнению с Карра Кеном возможности искина Полигона оказались смехотворны. Бывший диэтарх был подобен скале, о которую разбивались бурные волны, и вдруг он понял, что ему всё это наскучило. Защита выстраивалась практически в автоматическом режиме, а сам землянин сам не ожидая от себя такого в столь неоднозначной ситуации начал уносится мыслями в природу ПТК, расфокусированным вниманием воспринимая кое какие слабые отголоски работы этого непостижимого устройства. Каждая атака искина лишь закаляла его решимость, однако в какой-то момент он устал от бессмысленной траты времени.

— ДОВОЛЬНО! — мысленно крикнул он, и его воля, усиленная до предела, пронзила все системы станции.

На мгновение всё замерло, бесплодные атаки прекратились. Даже искин умолк, поражённый внезапной вспышкой ментальной мощи, заставившей затрепетать его квазиживое вместилище.

— Я предлагаю перемирие, — проговорил Бор, воспользовавшись паузой. — Ты получаешь все данные наших исследований. Все, кроме сведений о ПТК и моём скафандре. Ты отпускаешь мой корабль и экипаж. А я… я даю тебе слово, что, если нам удастся выжить и остановить эту угрозу, мы вернёмся и поможем тебе. Мы станем твоим щитом и мечом. Ты хотел восстановить империю? Так вот, считай, что мы её первые и самые преданные солдаты. Ты можешь не согласиться, но тогда я просто уничтожу тебя и возьму под контроль станцию. Поверь, у меня хватит на это сил и возможностей. У тебя тут оказывается много интересного скопилось, не зря ты тут время тратил все эти циклы. Только это будет контрпродуктивно, а я нацелен на результат.

Винд замолчал, давая сбрендившему давно и надолго собеседнику время подумать. Хотя безусловно технологии, по которым он был создан позволяли ему обрабатывать бессчетное количество операций в секунду, однако почти минуту искин молчал. Бор чувствовал, как в искусственном сознании давным-давно оцифрованного представителя расы арай идёт борьба. Страх перед неизвестной угрозой боролся с жаждой контроля и страхом потерять всё, что у него имелось. Однако, в конце концов, прагматизм взял верх.

— Гвардеец, — с явной толикой ненависти процедил голос, твои предложения… принимаются, — прозвучал ответ. — Корабль и экипаж будут разблокированы. Но знай, Бор Винд… Если ты обманешь меня, я найду способ уничтожить вас, даже если для этого придётся сжечь последние запасы энергии.

— Договорились, — кивнул командир «Ареса», чувствуя, как энергетические тиски вокруг него ослабевают. — А теперь давай вместе подумаем, как нам разгрести это дерьмо. Данные ты все получил, наверняка уже и обработать успел. Мне нужен глубокий анализ произошедших событий. Возможно у тебя есть кое какие сведения о чем-то подобном. Сейчас сгодится любая помощь. Открой канал для связи с моим кораблем.

Через мгновение Винд вновь услышал голос Дэна и попросил его переслать папку, в которой содержались сведения, которые изначально не планировалось распространять. Как только эти материалы оказались в виртуальных руках древнего искина, он опять на несколько минут замолчал, а потом продолжил.

— Ты запрашиваешь доступ к информации к которой у тебя по определению его не может быть, — попытался возразить искин.

— Ты серьезно⁈ Мы же вроде всё обсудили. Сейчас не время для запретов! — парировал Винд. — Или ты хочешь встретить Гегемона неподготовленным? Я дал тебе всё что мы нашли.

Молчание длилось несколько долгих секунд. Наконец, землянин услышал: — Гвардеец Бор Винд, ввиду исключительных обстоятельств и той пользы, которую ты принес Империи Арай, тебе присваивается очередное звание — сентурион. Носи его с гордостью и помни о долге, — после этого в сознании Бора начали всплывать потоки информации. Землянин не сопротивлялся, пытаясь освоить неожиданный подарок, а получаемых файлах имелось много интересного. Начать можно с того, что скафандр, похожий на тот, что он носил в последнее время уже когда-то попадался в этой вселенной, правда его так и не смогли толком изучить, однако кое-какие выкладки по этому вопросу имелись. Материалов оказалось так много, что Винд с трудом успевал воспринимать её, понимая, что это скорее всего надолго. Тем не менее, консенсус был достигнут, контакт с Дэном не прерывался, и рейдер по команде Бора совершил переход в гущу корабельных обломков подальше от станции. Судя по словам разума «Ареса», он не чувствовал внешнего управления и можно было считать, что в этом раунде искин Полигона сыграл честно.

А данные все лились и лились сплошным потом в мозг бывшего диэтарха, только чем больше он углублялся в них, тем явственнее понимал, что ничем особым ему тут не помогут.