Ассистент для ректора

Глава 30. Не в этот раз. Крис

Силы в руках Илейды было немерено. Все мое сопротивление было впустую, ей потребовалось всего несколько минут, чтобы окончательно обездвижить меня, надежно пристегивая к Камню. Даже голова была зафиксирована, оставляя в поле зрения только управляющий модуль и Агриму.

— Ты могла бы воспользоваться магией внушения, своим Даром, но вместо этого как дура стояла и болтала. Границу действия Камня перешла добровольно, первое условие выполнено.

Агрима деловито перечисляла мои ошибки, щелкая тумблерами магмеха. Я же смотрела только на мою бывшую подругу, что стояла рядом с гномой, скрестив на груди руки.

— Лей, как же так?

Девушка пожала плечами, покосилась на датчики магмеха, нахмурилась, что-то прошептала Агриме.

— А, да-да, так будет лучше, — возбужденно закивала та.

И тут до меня наконец дошло — вовсе не Агрима была главной в этом дуэте. Троице?

— Балавр? Кто это?

— Хех, это мое последнее изобретение. Похож, правда? — потерла руки гнома. — Впечатлило меня как твой психованный разделался с тем зомбаком, решила попробовать сконструировать нечто подобное. Эффектное!

— Это… это магмех?! — вот этого я точно не ожидала.

— Да! Считай это новым видом голема, — лицом Агримы можно было осветить небольшой бальный зал, так оно сияло. — Красавец, правда?

«Красавцем» эту тварь можно было назвать с натягом, но зато становилось понятной часть про нежить и Круг Очищения. Пушок, или как она его там назвала, нежитью не был. Он был техно-магическим конструктом. С пастью и лапами совамедведа.

— С его помощью ты убила того студента?

— Догадалась, да? А вот тогда вы все знатно облажались, — гнома засеяла еще ярче. — Даже Левира не смогла отличить мою подделку.

Отсутствие запаха, следы совамедведа… дорожка темной магии, ведущей к Марку.

— И ты подставила Марка, — я не спрашивала, я точно знала.

— Да, это было совсем легко. Его и так вечно во всем подозревают, я лишь немного подтолкнула следствие.

— Мои часы… Ты мне их подбросила?

Ведь именно они изначально показали в сторону Марка, а потом и подтвердили его виновность. Я задала свой вопрос Илейде, но ответила мне Агрима:

— Нет, с часами просто удачно получилось. Уж не знаю, где ты их откопала, но очки помогли понять, что в них таится. А уж моя смекалка — как этим воспользоваться.

Если бы я не смотрела так пристально на «подруженьку», то не заметила бы, как едва-едва дернулся уголок ее губ. Презрительно так, ехидно. Это не Агрима поняла, как использовать часы. Да, вовсе не гнома злой гений, стоящий за всей комбинацией.

— Хватит разговоров, — даже голос Илейды изменился, стал ниже, тверже. — Время.

Гнома продолжила бормотать что-то под нос.

— Агрима! — строгий оклик заставил ее дернуться. — Приступай ко второй фазе!

— Вторая фаза… да, конечно! — гнома закивала лихорадочно, — первое условие выполнено, второе… Лучше, чтобы она сама…

— Неважно! — было видно, что Илейда начинает терять терпение. — Просто пусти ей кровь, этого будет достаточно.

Святые Лики, а она шутить не намерена…

Агрима осталась на месте, Илейда тоже, я уже было подумала, что поняла что-то неверно, как перед глазами мелькнула когтистая лапа, мгновение, и горло разорвала дикая боль. Никаких шуток… «Просто пусти ей кровь» в исполнении механического балавра и я безмолвно открываю рот, захлебываясь соленой жидкостью, пытаюсь кричать, тело бьется в агонии, но все это бессмысленно. Камень подо мной нагревается и часть меня, та, что не занята умиранием, отчетливо понимает, что Агрима добилась своего. Процесс откачки энергии из Веера запущен и вливается все это…

Вспышка! Ослепительный, жалящий свет. Тишина, что давит на уши. А потом тьма, полная, всепоглощающая, в которой нет совсем ничего. Ни боли, ни страданий. Знакомая тьма.

— Госпожа… — произнесла, а может быть подумала я. — Госпожа?

Еще одна вспышка, но на этот раз короче. Тиканье часов на запястье. Вместе со зрением вернулось и ощущение тела, вот только очнулась я не в Хранилище. Больше всего это напоминало поляну, в стиле Льюиса Кэрролла, а может быть даже безумнее. Зеленые мухоморы, на которых гроздьями росла земляника, серебристая трава, бархатная на ощупь, невысокие оранжевые кусты с фиолетовыми бутонами. Какофония цветов, запахов и все та же тишина.

Правое запястье неприятно ныло, а вот горло не болело. Может быть сцена в Хранилище мне привиделась?

Вспышка! И я со стороны вижу свое тело, сломанной куклой лежит на Камне, из разорванного горла все еще сочится кровь, Агрима довольно приплясывает у магмеха, а Илейда… Она окончательно изменилась. Я вижу у нее за спиной крылья, которых просто не может быть, они все более материальны, наливаются тревожным красным, грозят вырваться за границы Хранилища…

Вспышка! И я на радужном перекрестке, связывающем… миры. Вот там четыре техногенных мира рядом, кажется, среди них и мой родной. Следом десяток смешанных, потом еще пять магических. Дальше… тонкий серебристый переход и еще один перекресток. Веер? Кто сказал, что миры образуют всего один Веер? Их на самом деле великое множество и все совершенно разные…

Вспышка! И я вновь на фантасмагорической поляне, но на этот раз я тут не одна. Маленькая девочка, лет десяти, в чудесном белом платьице с пышными воланами, да розовыми бантами в черных, как смоль волосах. Милая детка, с бездонными провалами вместо глаз.

— Привет! — пухлые губки приветливо раздвигаются, чтобы обнажить иглообразные зубы. — Вот мы и встретились. Вновь.

— Здравствуй, Киали.

— Как приятно! Ты запомнила! — то ли детское, то ли чисто женское кокетство.

— Конечно, Киали, тебя трудно забыть.

Богиня заливисто смеется:

— Ты не первая, кто так говорит, но обычно я им являюсь в более грозном облике.

Даже не хочу себе представлять, на меня и этот «ребенок» наводит жуть жуткую.

— Да, лучше не представлять, а то я могу исполнить. Любой кошмар.

Не сомневаюсь.

— Верно, сомневаться во мне — последнее дело. Не стоит сомневаться и в себе. Почему до сих пор не разобралась с моими дарами?

«Дарами»? Мне не послышалось?

— Н-да… какие же люди бывают… медленные. Вроде и живете всего ничего, а даже в такой короткий срок умудряетесь тянуть и убегать от важных решений.

— Киали, прошло всего пару месяцев! — может и не стоило возражать, но я же умерла, так, что она мне сделает?

— Всего пару месяцев?! Я для чего тебя из того мира вытаскивала? Ты там чего просила? Приключений и любви?! Сполна дала, тебе же нужно было только Камень беречь, а ты что?

Кто бы мне еще об этом прямо сказал…

— Стой, а мы разве с тобой не обсуждали это? — девочка озадачено нахмурилась, — вот же Бездна! Я тебя с другой спутала… Мы с ней говорили… А, неважно. Ладно, поговорим сейчас. Я тебя призвала присмотреть за Истоками, важный мир, один из узловых, и в последнее время какой-то неспокойный. Неправильный.

Многоликая задумчиво понаблюдала за порханием черепашки с перламутровыми крылышками, как та спикировала на гроздь земляники, а потом с трудом взлетела с двумя ягодами в когтистых лапах.

— Школа задумывалась, как наблюдательный и контрольный пост. Избранные должны были следить за Равновесием в ближайших мирах и обучать молодняк тому же, но с одним из Серебряных произошла накладка — увидел лишнего, то, к чему был не готов…

Богиня лукавила. Не знаю откуда и как я это поняла, но тут же отогнала крамольную мысль. Многоликая вряд ли будет сильно рада, если я уличу ее во лжи.

— С того момента все сломалось, — девочка непритворно опечалилась, вздохнула, а я тихо радовалась, что не все мои мысли для нее открытая книга. — Хаос будет недоволен… Рано пока… Поэтому надо все исправить.

Из путанного монолога понять удалось немногое, но главное все же было ясно — Богиня собиралась переложить ношу с больной головы на здоровую.

— Но не бесплатно же! — негодование тоже было искреннее, а я дала себе мысленный подзатыльник за излишнюю «мысливость». — Инструмент я тебе уже вручила, есть и награда.

И бездонные глаза сверкнули, на миг превращаясь в вполне человеческие, с таким характерным лукавством.

— Награда? — послушно переспросила я, ведь именно этого ждала Многоликая.

— Идеальная истинная, — довольно прищурилась девочка. — Я долго над этим работала, многое пришлось настраивать заново, но получилось же!

Почему мне так не нравится ее энтузиазм?

— Потому, что ты еще маленькая и глупенькая! — сказано было как раз таким тоном — детским и капризным. — Они же тут все, да и не только тут, помешаны на истинности!

— Их выживание зависит от этого, — напомнила я.

Богиня неопределенно махнула рукой:

— Есть такое, — фигурка выпрямилась, — так или иначе, второй твой дар по-настоящему уникален. Готова?

Нет, конечно.

— Ты можешь быть истинной парой для любого!

Твою ж мать…

— Да-да, ты все правильно поняла, — и ехидная такая улыбочка, — ты же хотела любви? Получи сполна!

Бойтесь своих желаний.

— Не бойся, — опровергла мои мысли мелкая пакостница, — все не так плохо. Ты будешь парой тому, кому сама захочешь. Тебе понравился этот модифицированный недометаморф — получай. Захочешь какого дракона — только пожелай. Демона? Да хоть десяток, все будут принадлежать тебе. Условие только одно — ты и сама должна любить пару, я же не злодейка какая.

Нет, не злодейка. Просто Темная Госпожа, с очень своеобразным чувством юмора.

— В общем, с дарами мы разобрались.

Кто разобрался, а кто все еще пытается переварить сказанное, но, видимо, высочайшая аудиенция была окончена.

— Тебе пора возвращаться, — посерьезнела Многоликая, — пока эта дура неудовлетворенная не раскурочила мне в Бездну Краеугольный Камень и не пришлось переделывать все энергетические структуры этой части Веера заново. Готова?

К чему? Как мне бороться с Агримой и ее агрегатом? Кто такая Илейда, что ей нужно? Как быть Хранителем? Многоликая не ответила ни на один важный вопрос!

— Думаешь? — черные локон упал на высокий белый лоб, когда девочка склонила голову на бок, — я сказала все, что хотела.

И в этом голосе не было ничего детского или кокетливого. От тона душа застыла, а все посторонние мысли враз вымело из головы.

— Так-то лучше, — Многоликая больше не казалась ребенком, ее лицо поплыло, меняя черты, а фигура стала выше, шире, — помни, что я все вижу.

Краски фантасмагорической поляны стали стираться, словно кто-то старательно работал ластиком, а образ Богини все больше изменялся, разрастался, пока не заволок все пространство единой темной пеленой. Вот теперь мне стало страшно. Ужас смерти ничто, но вот лик бога… Это все равно, что смотреть на луну, стремительно падающую на тебя. Этого не может быть, мозг не способен это понять, или тем более принять, но все же это происходит. Это как воронка торнадо, что подошла вплотную к твоим ногам, но ты не ощущаешь даже дуновения ветра. Вот, ты это видишь своими глазами, но в то же время к реальности это не имеет никакого отношения. И все же это не помешает сломать, раздавить, разнести твое бренное тело на части, а душу на клочки бесполезной энергии.

Это стихия, а ты всего лишь птица, что пытается не сломать себе крылья.

Мягкий смех коснулся сознания словно перышком:

— Хорошее сравнение, мне понравилось. Кстати, мне понравилась и идея с Днем Благодарения. Пусть хоть раз в год вспоминают кому обязаны своим… всем. А теперь возвращайся!

И торнадо поглотило меня.