Ким Харрисон Бассейн с нежитью

Глава 1

Как мужикам удается шикарно выглядеть в клетчатых рубашках и рубашках пастельных тонов?Думала я, пока Трент готовился совершить удар, опустив голову и переступая с ноги на ногу, выглядя безумно привлекательным без костюма и галстука, в которых я обычно его видела. Остальная часть команды с кэдди[1] тоже наблюдали за ним, хотя я сомневалась, что они обратили внимание на то, как мягкая ткань натянулась на его плечах, или как солнце играло в его полупрозрачных светлых локонах, убранных за уши, или как тени делали его тонкую талию еще более стройной, нескрытой под костюмным пиджаком для разнообразия. Я обнаружила, что задержала дыхание, пока он замахивался, и выдохнула только тогда, когда он развернулся и со свистом ударил клюшкой по мячу.

– О да, на солнце эльф выглядит клево, – съязвил Дженкс, пикси в данный момент сидел в моей серьге, раскачиваясь в ней, как на качелях. – Когда же ты уже избавишь нас от мучений и переспишь с ним?

– Не начинай, – прикрывая от солнца глаза ладонью, я следила за падением мяча.

– Все, что я хочу сказать – что вы встречаетесь уже три месяца. Большинство твоих парней на эту дату либо были мертвы, либо свалили от страха.

Мяч с глухим стуком упал и прокатился на грин лунки пар-три[2]. Что-то во мне затрепетало от довольной улыбки Трента, когда он, прищурившись, посмотрел на солнце. Проклятье, я этого не делаю.

– Я не встречаюсь с ним, я работаю в его охране, – пробормотала я сквозь зубы.

– Так это работа? – жужжа крыльями пикси сорвался с моей серьги, полетев вперед, чтобы сделать предварительную проверку окрестностей, прежде чем мы пойдем.

Серебряная пыльца Дженкса мгновенно растворилась в июльской жаре, и я ощутила мимолетную тоску, пока Трент принимал поздравления от команды. Он выглядел расслабленным и отвлеченным, по-настоящему спокойным, вместо того, чтобы по обыкновению притворяться. Мне нравилось видеть его таким и винить себя, что наблюдаю за ним. Хотя не было даже повода для беспокойства.

Остальные игроки, как один, сопровождая движение звоном клюшек и типичным мужским трепом, перебрались на грин, чтобы подождать в непосредственной близости от лунки, и начали строить прогнозы по поводу того, возможен или нет такой же удачный удар следующей команды. Здоровенный парень в лимонно-зеленых штанах болтал громче всех, несомненно, пытаясь снизить впечатление от удачного удара Трента, но Трент избежал корпоративного поглощения, уклонился от иска по поводу генетических экспериментов над людьми, увернулся от предъявленного обвинения в убийстве и выжил при нападении демона. Так что одному пыхтящему и отдувающемуся от малейшей попытки двигаться быстрее мужику с избыточным весом нипочем не вывести его из себя.

Конечно же, Трент напрасно суетился над дерном, когда остальные пошли вперед, отказываясь покинуть лунку, пока она не будет готова. Усмехнувшись, я подняла свой мешок, три другие клюшки, которые он использовал, тихо звякнули, когда я двинулась, чтобы подобрать его мяч. Я не была кэдди, но это был единственный способ, которым они позволили мне присутствовать на поле, а для того, чтобы впредь Трент не появлялся на публике без охраны, подойдет любой способ.

Даже если он сам может о себе позаботиться, подумала я, подхватывая его клюшки и улыбаясь, и мы зашагали в ногу. Боже мой, как здесь приятно.

– Тонко, – сказала я, когда мы обосновали на подстриженной траве, и он фыркнул, чтобы заставить меня вспыхнуть, не потому что я видела его, а потому что я была одной из нескольких людей, с которыми Трент снимал свою маску. Это не должно быть настолько важно. Но это было. Что я делаю?

– Следи за парнем в зеленых штанах, – сказал он, глядя через плечо. – У него есть привычка кидаться мячами в лидирующих игроков.

– Конечно. – Опустив голову, я шагала около Трента, его клюшки били меня по спине, я чувствовала себя так, как будто я почти была частью этого. Я работала с ним прошлые три месяца, в то время как Квен, обычный советник по вопросам безопасности Трента, был на Западном побережье с девочками. Это новое чувство... ответственность, я предполагаю, беспокоила меня. Слова Дженкса, хотя и грубые, отзывались эхом в моих мыслях в тишине, и я смотрела на руку Трента, жалея, что я не имел права взяться за нее.

– Ты в порядке?

Я взглянула с тревогой.

– Разумеется. А что?

Глаза Трента буравили меня, словно выискивая правду.

– Сегодня ты какая-то тихая.

Я сегодня тихая?Это значит, мы проводим вместе столько времени, что он уже улавливает разницу. Выдавив улыбку, я сунула ему клюшку.

– Стараюсь не выделяться.

Он взял ее, подняв брови, и я готова была поклясться, что слышала, как он вздохнул, когда отворачивался. Подняв голову, он ступил на грин и принял участие в легком подшучивании между другими генеральными директорами. Мое сердце колотилось, и я потащила свою печальную задницу с дороги, чтобы укрыться в тени тента от бури.

– Стараюсь не выделяться, – сказал Дженкс высоким фальцетом. – Боже Мой, женщина. Твоя аура пылает. Просто признай, что он тебе нравится, трахни его и продолжи жить!

– Дженкс! – вскрикнула я, затем пошевелила пальцами, извиняясь перед человеком, который вытянулся для удара.

Ухмыляясь, Дженкс приземлился на стропила тента, его рука осторожно пробежалась по маленькому крылу, чтобы выровнять ободранный край.

– Вот как пикси знают, что мы влюблены, – сказал он, когда свернул подобные стрекозе крылья и снял свой красный жакет, вздрагивая, когда он что-то потянул. – Если девушка светится, то она не скажет «нет».

– Мило. – Обхватив себя руками за талию, я держала сумку и смотрела на Трента, радуясь, что завтра возвращаются девочки. С Квеном, занимающимся безопасностью, я смогу разложить все по полочкам в своей голове. Я была сбита с толку моей работой и все остальным... и я должна была с этим разобраться.

– Как играет Сладкий Бублик? – спросил Дженкс. – Он выглядит таким же рассеянным, как и ты.

Нахмурившись, я замахнулась, словно для того, чтобы дать ему в лоб, хотя никогда бы не сделала подобного. Сладкий Бублик. Это было прозвище, которым Дженкс наградил Трента, застукав нас однажды, когда мы после работы сидели в его машине неподалеку от церкви.

– Крошечные розовые бутончики Тинки, местные пикси еще более приставучие, чем фейри, которые прицепились на колокольне моей церкви, – сказал Дженкс, оставляя попытку зацепить меня, поскольку она не срабатывала. – Я ношу красное не для того, чтобы покрасоваться. Глянь! Глянь, что они сделали с моим плащом!

Испытывая отвращение, Дженкс поднял ярко красный пиджак, сшитый для него Белль, просунув палец через отверстие прямо под подмышкой. Я напряглась, вдруг увидев новый вырез для его крыльев. Пикси, носящему красный, должен быть предоставлен свободный проход. Казалось бы, за последние пару месяцев, мы с Трентом побывали всюду в Цинциннати, но кантри клуб был худшим. Я не знала, что у Дженкса были проблемы. Он, вероятно, был слишком горд, чтобы сказать мне об этом.

– Ты в порядке?

Дженкс замер, его бледное лицо покраснело, сделав копну его белокурых вьющихся волос еще более взъерошенными. Его крылья гудели, роняя бледно-желтую пыльцу и раскрашивая одетый с ног до головы рабочий черный цвет. Он был похож на парня из кино, но меч, висящий у него на поясе, был достаточно реальным, чтобы защитить и от пчел, беспокоящих его детей, и от убийц, беспокоящих меня.

– Да, конечно, – сказал он, смутившись. – Я просто не люблю, уворачиваясь от стрел, когда и не должен бы этого делать. Где наша не пропадала. – Он покосился на меня, наклонив голову. – Ты уверена, что с тобой все в порядке? Я не шутил на счет свечения твоей ауры. Может у тебя температура?

– Дженкс, я не влюблена, – ответила я сварливо, игнорируя странное покалывание, поднимающееся во мне, когда Трент присел, чтобы выстроить в линию его удар. Лей-линии Цинциннати были слабыми, но различимыми, подъем силы был ощутим даже на этом расстоянии, если бы не защита от магии, в целях предотвращения вмешательства в игру. Я нашла способ обойти ее несколько недель назад. Но это почти чувствовалось, как будто линия была над дырой, я отвернулась и посмотрела в сторону, откуда мы пришли.

Тот крупный человек в лимонно-зеленых штанах стоял между отметками с членами своего клуба. Мы были слишком близко к ним, чтобы класть мяч для первого удара, но даже раскачивание для удара раздражало меня. Это был только удар «пар 3»... как «грин за один удар»

– Э, Рейч? – Дженкс приподнялся, чтобы оказаться вблизи моего уха, когда Мистер Лимонно-Зеленые Штаны размахнулся. Мяч щелкнул, и мое сердце екнуло.

– О нет, он не сделал это! – сказал Дженкс, и я напряглась, следя за мячом.

– Что ты думаешь? – прошептала я, чувствуя покалывание на коже, как будто я уже перехватила линию.

– Я думаю, что это становится проблемой.

– Впереди! – закричала я, резко наклоняясь от солнца. Головы повернулись, а Трент остался на месте, присев там, где он был. Инстинктивно я отослала ленту сознания, легко обходя защиту для блокировки магии и выявляя самую близкую лей-линию. Энергия потекла с необычной точностью, обжигая внутреннюю часть моего носа, когда она, казалось, прибыла отовсюду, не только от линии, когда я заполнила свою ци и направила энергию через нервы и синапсы к моим рукам.

Я широко распахнула глаза, когда отследила путь мяча, энергия горела, когда она текла по маленьким и крошечным каналам, пока не достигла кончиков пальцев. Дерьмо, мяч направлялся прямо к Тренту.

Отклонись! – прокричала я, сделав простое движение рукой, которое привело в действие лей-линейные чары и направило их. Это было небольшое заклинание, такое же я использовала на неделе, чтобы настроить мяч Трента на неправильный удар, когда практиковалась в обходе защиты блокировки магии. Магии было не очень много, но она отклонит мяч с грина. Мне даже не нужно было больше фокусироваться на объекте.

Мысль умчалась от меня с уверенным электронным вращением. Я смотрела, затаив дыхание, когда она двигалась к мячу, свободно летящему вниз. Мужчины разбежались, но Трент твердо стоял, уверенный, что у меня было все под контролем.

А затем заклинание ударило по мячу, и боль вспыхнула одновременно с жестом моей руки.

Я взвизгнула, сжимая запястье, когда грозовые стрелы встряхнули воздух, отбрасывая меня назад на задницу. Потрясенно я смотрела, как сыплются куски дерна и грязи. Мужчины кричали, а Дженкс чертыхался, запутавшись в моих волосах. Я открыла рот и вытаращила глаза на кратер размером автомобиль, десять футов от грина и в фарватере.

– Этого раньше не было, да? – сказала я ошеломленно.

– Ни за какие пердежи фейри! – произнес Дженкс, потянув меня за спутанные рыжие кудри, вылетая из волос. – Ты планировала взорвать его? Женщина, да ради всего святого!

Моя рука горела, и я не смела тереть обожженную красную плоть. Грязь и трава все еще лились дождем, а люди разбегались от всех лунок. Из соседнего здания клуба раздался раздраженный крик.

– Думаю, я сломала охранную систему, – сказала я неловко, когда встала и отряхнула себя здоровой рукой.

– Думаешь? – Дженкс сыпал сверкающей серебряной пыльцой, когда он стал метаться от волнения. – Немного защиты, да?

Раздраженная, я нахмурилась. Мой контроль был лучше, чем это, намного лучше. Я не должна была коснуться защиты, еще меньше не должна была взорвать мяч, даже если прокричала бы заклинание. Мужчины в их рубашках пастельных тонов и клетчатых брюках собрались вместе, громко переговариваясь. Другие кэдди собрались своей собственной группой, уставившись на меня. Агрессивно размахивая руками, мистер Лимонно-Зеленые Штаны шагал к нам, приближаясь. Остальная часть его команды осталась на метке для мяча.

Трент, как всегда спокойно и расслаблено, повернулся и озабоченно глянул на меня из-под козырька своей кепки.

– С тобой все нормально?

Смутившись, я стряхнула с него кусок грязи.

– Да, – ответила я ему, ощущая, как болит моя рука. – Думаю, да. Моя аура не выглядит для тебя смешно?

– Нет. – Я дернула головой, когда он взял меня за руку, повернув ее, чтобы посмотреть на мои красные пальцы. – Это ты взорвала мяч! – сказал он шокировано, и я отстранилась.

– Мне очень жаль, – сказала я, пряча ее за спиной, но чувствуя пощипывание, когда Дженкс посыпал ее своей пыльцой и проверил все сам. – Я только перехватила его. Он не должен был взорваться. Я использовала не больше силы с линии, чем в любое другое время.

Дженкс фыркнул, и я замерла, подавленная, когда наблюдала, как на лице Трента появляется понимание.

– Ты... – начал он, и я покраснела. – Весь прошлый месяц?

– Уже все, Рейчел, – сказал Дженкс, затем бросился прочь, чтобы проверить кратер.

Вздрагивая, я кивнула, но на лице Трента читалось веселье, он почти смеялся, когда коснулся моей руки, чтобы сказать мне, что думал, что возня в игре была смешной. Так было, пока его взгляд не прошел по моему плечу к человеку в лимонно-зеленых штанах, топающему вниз по фарватеру. Рука Трента упала с меня неохотно медленно, и его внимание переместилось к его команде, ожидающей выяснить, что произошло.

– Это будет не симпатично.

На меня снова нахлынула вина.

– Мне очень, очень жаль. Этого не должно было случиться. Трент, ты же знаешь, что я не такая безрукая! – сказала я, но с десятифутовой ямой не поспоришь.

Дженкс загудел поблизости и уронил в руки Трента скрученный моток резины и пластмассы.

– Чувак, это выглядит так, словно его сплел огромный паук. Черт побери, Рейч! Что ты с этим сделала?

Трент поднял моток двумя пальцами.

– Я разберусь с этим, – сказал он таким тоном, что заставил меня почувствовать себя несмышленым ребенком. – Не стоит беспокоиться. Никто не пострадал. В любом случае они могут засыпать эту яму песком.

– Ага, – Дженкс уселся на плечо Трента, чтобы оттуда рассмотреть эту штуковину. – Возможно, это была попытка покушения на убийство, а ты своим шармом подтолкнул их сделать это преждевременно.

Я даже подскочила, смущение исчезло.

– Прошу прощения, – сказала я, когда вырвала мяч, желая провести некоторые тесты на нем позже. Сузив глаза, я повернулась к мистеру Лимонно-Зеленые Штаны, его темп замедлился, когда его красное лицо появилось перед нами, пыхтя из-за небольшого подъема.

– Рейчел... – предупреждающе сказал Трент, и я встала перед ним, лей-линия жужжала через меня, через колючую защиту. Тревога остановилась, и защита встала обратно. Не то, чтобы это имело значение.

– Он не выглядит как убийца, – сказал Дженкс.

– И я не похожа на демона, – сказала я, с учащающимся пульсом. – Прошерстишь еще разочек, а?

– Как скажешь.

– Рейчел, это был несчастный случай, – сказал Трент, когда Дженкс метнулся прочь, но в его глазах появилось выражение, которого секунду назад там не было.

– Его взорвали, – сказала я жестко. – Не позволяй ему прикоснутся к себе.

Беспокойство, пересекшее его лицо, удостоверило меня, что он воспринимает все всерьез, и вместе мы повернулись к человеку, который, пыхтя и потея, стремительно приближался.

– Где, черт возьми, мой мяч? – кричал здоровяк, явно наслаждаясь тем, что все смотрят на него.

Спокойный, как никогда, Трент примирительно улыбнулся.

– Мне очень жаль, мистер....

– Лаймбкос, – сказал человек в зеленых штанах, и я оттеснила Трента на шаг назад.

– У нас произошел несчастный случай, – сказал Трент, и один из кэдди нервно засмеялся. – Пожалуйста, примите мои извинения, и, возможно, бутылку вина в ресторане клуба, во время обеда.

– Взятка? Вы подкупаете меня? – закричал Лаймбкос, и на щеках Трента появился первый намек на румянец. – Вы использовали магию во время игры. Вы вмешались в траекторию моего мяча!

Я не могла позволить этому происходить и дальше.

– Я бы его не взорвала, если бы вы не бросили его в чужую игру.

Бормоча, Лаймбкос указал, концентрируя всеобщее внимание на мне.

– Она признает это! – он говорил громко. – Она использовала магию, чтобы повлиять на игру! Ты вылетишь, Каламак. Если я добьюсь своего, ты вне клуба полностью!

Трент оторвал взгляд от телефона, малейшее движение губ, выдало его раздражение.

– Мистер Лаймбкос. Я уверен, что мы можем прийти к взаимному пониманию.

Лаймбкос испуганно дернулся, когда Дженкс стал кружить над нами, сыпля серебряную пыль вниз, чтобы предупредить меня о том, что горизонт был чист. Я не знала, понравилось мне это или нет. Сорванная попытка покушения могла быть предпочтительна для того, кто слишком остро реагировал.

– Мы в порядке, – сказал Дженкс, садясь на плечо Трента вместо моего. Мои волосы достаточно вились сами по себе, и, видя, как они спутались, охрана клуба была напугана. – Думаю, это была честная ошибка, но парень – первоклассный мудак.

Лаймбкос чуть не родил, пикси смеялся, это звучало как музыка ветра. Раздраженно, я сделала движение пальцами для Дженкса, как будто сбиваю его, и он успокоился. Черно-золотой карт, принадлежащий профессиональному магазину, катился в нашу сторону. Я расслабилась почти на половину секунды перед тем, как снова напрячься. Я сломала их защиту. Меня собирались выгнать. Лучшее, на что я могла надеяться, что Трента не выгонят вместе со мной.

– Ах! Ага! – сказал Лаймбкос, его туша задрожала, когда он тоже увидел карт. – Сейчас посмотрим! Кевин! – прокричал он. – Каламак изменил траекторию моего мяча. Я хочу, чтобы его вычеркнули!

Я съежилась, когда Кевин, очевидно, остановил электрокар, моложавый мужчина побледнел, когда вышел из карта и увидел кратер. Зная, что сейчас произойдет, я махнула ему.

– На самом деле это была я. Извините!

Кевин смотрелся профессионально в своих черных слаксах и соответствующей рубашке-поло, с потрескивающей рацией на бедре и с поношенной кепкой на голове.

– Все в порядке? – спросил он, его немногочисленные морщины проступили, что заставило его выглядеть старше.

Трент кивнул, и Лаймбкос стал напирать.

– Она вмешалась в мою игру! – кричал краснолицый, грушеподобный мужик. – Магическое вмешательство в игру является основанием для дисквалификации. Каламак выбывает. Вычеркните его. Сейчас же.

Трент, будучи всегда джентльменом, прочистив, горло сказал:

– Боюсь, это моя вина.

– Ах, нет. На самом деле это не так, – сказала я. – Он бросил мяч в нашу игру, и я отклонила его.

– Больше похоже на уничтожила его, – сказал Дженкс, посмеивались, и мне захотелось, чтобы он заткнулся.

– Она это признает! – воскликнул габаритный мужик, снова указывая. – Вычеркните его!

Кевин встретился взглядом с Трентом, и Трент пожал плечами. Явно недовольный менеджер нервно переминался между ними.

– Мистер Лаймбкос. Есть ли вариант, при котором вы сможете забыть о допущенном недоразумении? Ведь это был ваш мячик, спровоцировавший эту проблему?

– По крайней мере, позвольте мне заменить ваше оборудование, – сказал Трент.

Глаза Лаймбкоса расширились, когда он понял, что они встали на сторону против него.

– Я не дам за мяч и крысиной задницы! Мы подчиняемся правилам турнира, и ваш кэдди использовала магию! Все оценки вашей команды вызывают подозрение, и вы должны быть полностью исключены из клуба.

– Мисс Морган не моя кэдди,– хладнокровно сказал Трент. – Она – мой телохранитель.

– Могу поспорить. – Мужчина хитро глянул на меня, и я подняла подбородок. Не помогало то, как я выглядела сегодня, одетая в шорты, кроссовки и модную рубашку-поло, чтобы гармонировать с Трентом. О, я была достаточно сильна, но когда такой человек видит изгибы, он предполагает, что отсутствие мозга и навыков прилагается. Но я видела это с такой точки зрения, чем меньше ты похож на телохранителя, тем больше вероятность, что ты застанешь недоброжелателей врасплох.

Повисло неловкое молчание. Принимая его за согласие, мужчина повел себя более агрессивно.

– Гольф – игра джентльменов. Наличие женщин на дорожке уже достаточно плохо, но она даже не знает, как играть!

Я сузила глаза.

– Легче, Рейч, – предупредил Дженкс.

– Она демон! – рявкнул мужчина, и отовсюду раздались вздохи окружающих мужчин. – Она, быть может, контролировала игру. Может, приложила ручку к вашей игре магией демона? Вы не можете знать!

– Мистер Лаймбкос, – запротестовал взволнованно профи гольфа.

– Каламак мог бы использовать магию эльфов, и вы также никогда не узнали бы об этом.

– Ой-ой… – Дженкс поднял блестящий столбец черных блесток с синим оттенком.

Тихо ступая кроссовками по траве, я подошла ближе. Трент побелел… но не от страха, а от гнева.

– Ты думаешь, он сейчас что-то сделает? – сказал Дженкс, зависая у моего уха.

– Сомневаюсь, – сказала я, но почувствовала холодок, когда Трент снял кепку. Если бы все его ошибки были под кепкой, тогда он только что избавился от искушения. Его железная выдержка последнее время пускала трещины, и мне это не нравилось.

– Его виду не должно быть позволено играть с достойными людьми, – проговорил мужчина с ехидной усмешкой.

Вот и оно.Трент мог принижать свои способности, чтобы успокоить межвидовые отношения, но я – нет. Это не была моя работа держать Трента подальше от бумажек о нападении идиотов, но Квен поблагодарил бы меня.

Мысленно, я потянулась мимо защиты загородного клуба от магии и усилила мою хватку на лей-линии. Обозленная, я дернула огромный комок ее к себе, разрушая раздражающую защиту все снова и снова, чтобы заставить ее высохнуть и свернуться, разбив ее окончательно на сей раз. На расстоянии раздался предупреждающий крик, и Кевин побледнел, зная, что я взяла их защиту с непринужденностью жеребца, ломающего барьер. Мистер Лимонно-Зеленые Штаны повернулся, его гнев дрогнул, когда он увидел меня.

– Э, Рейчел?

Я оттолкнула руку Трента с моего плеча.

– Его вид? – спросила я, положив руки на бедра, и остановившись в нескольких дюймах от самой выпуклой части этого мужчины, взглянула на него. – Его вид – это те, кто сохранил ваших маму и папу в живых во время Поворота.

От Трента запахло сломанным папоротником.

– Все хорошо, – сказал он. – Рейчел, у меня все схвачено.

– У нас не все хорошо, – воскликнула я, клочок удовлетворения прозвенел через меня, когда Лаймбкос попятился. – Тот мяч отправил бы тебя на больничную койку, а он кривится, что я взорвала его?

– Рейчел?

Я наклонялась до тех пор, пока не почувствовала запах зубной пасты Лаймбкоса.

– А как насчет этого, Лаймбкос? Хотите, чтобы я позвонила в ФВБ и подала заявление о попытке покушения? У меня есть лицензия, которая говорит о том, что я могу использовать магию в любое время, черт побери, чтобы защитить человека, на которого я работаю. – Подчеркнуто, я помахала у него перед носом горелой массой резины и пластика. – Я бы засунула этот мячик куда подальше, если бы не нуждалась в доказательствах.

– Рейчел!

Я моргнула, раскачиваясь, когда поняла, что загнала Лаймбкоса полностью к карту Кевина. Дженкс висел позади него, усмехаясь, и это, больше, чем испуганное выражение лица человека, освежило меня. Я, не сделав никаких одолжений и фырканья, подошла к сумке Трента, выдернула ее и бросила унесенный мяч в карман, таким образом, я могла бы проверить его на вмешательство позже.

– Вы должны прочитать свою историю, прежде чем кто-то сделает вас ее частью, – пробормотала я, подскакивая, когда рука Трента легко опустилась на мое плечо. Дженкс распылял удивленное яркое золото, и угрюмо я закинула клюшки Трента на плечо. Возможно, это была ошибка, что я влезла, но было трудно глотать оскорбления, когда они не были нацелены на меня.

– Мистер Лаймбкос, – заговорил Трент, его голос прозвучал спокойно, но я смогла различить нотку удовлетворения там, где ее не было раньше. – Я уверен, что мы сможем прийти к какому-то соглашению. Это же все ради благотворительности, в конце концов.

Мистер Лаймбкос по-прежнему не двигался.

– Если он не дисквалифицирован, то я буду вынужден уйти из соревнования и забрать мой вступительный взнос, – сказал он, и его щеки задрожали. – Вы можете иметь весь Цинциннати, Каламак, но вы не являетесь владельцем этого корта[3], и я увижу вас изгнанными прежде, чем этот день закончится!

На самом деле, его семье принадлежала собственность в одном поинте[4], но я сумела промолчать. Кевин выглядел неуверенным, стоя рядом с картом, и Трент отложил свою клюшку, чтобы минутку подумать.

– Я сразу же снимусь с турнира. Кевин, мы можем вернуться обратно вместе с вами?

Несчастный менеджер передвинулся вперед.

– Конечно, мистер Каламак.

– Ожидаемо, – фыркнул толстяк. – Он знает, что проиграет без магии.

– Мои обещания, конечно, остаются в силе, – сказал Трент, кладя руку мне на поясницу, как собственник и защитник, когда повернулся к своей команде. – Джентльмены? Пожалуйста, простите меня. Обед за мой счет.

Удивившись, что он так легко отделался, я глянула на Дженкса. Пикси пожал плечами, но Трент почти толкал меня к карту. Возможно, эльфийская репутация застала его врасплох. Он был выбит из колеи и не знал как реагировать, у него не было такой практики.

– Мы собираемся получить отстранение, не так ли, – сказал Дженкс, и я кивнула.

Удовлетворенный, Лаймбкос расхаживал с важным видом, громко разговаривая с другими игроками о том, как забыть такое грубое нарушение правил. Трент был с одной стороны от меня, Кевин с другой, снова сгорбившийся и обеспокоенный.

Думая, что он выиграл, мужчина вздохнул.

– Дело не в деньгах. Я хочу, чтобы вы вышли из этого клуба! Вы услышите моего адвоката, Каламак!

Трент застыл на месте как вкопанный. Мое беспокойство усилилось из-за света в глазах Трента. Я уже видела его раньше. Он был готов сорваться.

– На каком основании? – холодно заметил Трент, когда он повернулся. – Мой помощник отклонила ваше нападение так, что никто не пострадал. Если кто и должен грязно ругаться, так это я.

– Э, Трент? – сказала я, а Дженкс нервно загудел.

– Вы громкий, властный, и откровенно говоря, убогий франт, – сказал Трент, его шаги были тихими на ухоженной траве, когда он шагал обратно к Лаймбкосу. – Ваша игра непредсказуема, и никто не хочет играть перед вами из-за вашей истории преждевременных бросков.

Смотрящие мужчины захихикали, но мне не нравился тот Трент снова со шляпой на голове. Ему не нужна была она, чтобы творить его магию, но она действительно предавала уровень изящества.

– Настоящий игрок не рискнет безопасностью других в ясном, пассивно-агрессивном действии, – сказал Трент, глядя глаза в глаза мужчине. – Настоящий гольфист играет против себя, а не других. Я и мой телохранитель принесли извинения за уничтожение вашей собственности и предложили возмещение, от которого, свидетели слышали, вы отказались, – сказал Трент, подол его штанов трясся. – Если вы хотите довести это дело до суда, единственный, кто победит – это адвокаты. Но если вы хотите идти по этому пути, мистер Лаймбкос, любой ценой, то вперед.

Мужчина что-то там бормотал, когда Трент противостоял ему, тонкие волосы Трента плавали, позиция была неумолима, а уверенность была королевской. Все в Цинциннати видели пылающие огни в ночном небе, когда демоны охотились и убили одного из своих, все в Цинциннати знали, что Трент скользил с ними, верша правосудие старее, чем Библия и как дикарь.

Крылья Дженкса щекотали мою шею, и я вздрогнула.

– Может быть, ты должна спасти его, – сказал пикси, имея в виду Трента. – Он способен высказывать свое мнение, но не так хорошо делает выход.

Кивнув, я медленно двинулась вперед, чтобы встать позади Трента, слишком близко, чтобы меня проигнорировали. Он задержал взгляд на мужчине на секунду дольше, его губы все еще были сжаты в гневе, когда он повернулся и прошелся обратно к карту. Я заняла свое место рядом с ним, чувство вины дергало меня. Ничего из этого не должно было случиться.

Трент немного коснулся моей спины, и у меня внутри все затрепетало. Скачок энергии прошел между нами, и я быстро схватила баланс своего ци, прежде чем они попытались уравняться. Он все еще был на краю. Тихо, я шла к задней части гольф-кара, таким образом, чтобы Трент мог быть впереди.

– Эй, Рейч. Хочешь я отпиксю болвана?

Это было сказано достаточно громко, чтобы услышали почти все, и я мрачно покачала головой.

– Спасибо, мистер Каламак, – сказал Кевин нервно, когда он протолкнулся вокруг карта, чтобы вскочить на сиденье водителя. – Если бы это было мое дело, то вы бы продолжили свою игру, а он был бы выпровожен, но правила есть правила.

По-прежнему в плохом настроении, Трент сел на переднее сиденье, снова посмотрел на свой телефон прежде, чем убрать его.

– Не огорчайтесь из-за этого. Спасибо, что отвезете нас обратно. И, пожалуйста, сообщите в мой офис, каковы убытки. Не только за турнир, но и за грин.

– Весьма признательны, мистер Каламак. Спасибо.

Вспыхнув, я поставила клюшки Трента на стойку позади карта. Там было небольшое откидное сидение, и я с щелчком окинула его, с удовольствием дуясь вместе с клюшками на пути к автостоянке. Моя рука болела, и я посмотрела на нее, когда мы поехали, пусть и с опозданием я сгибала и разгибала ее. Ветер отбросил мои волосы, и я глубоко вздохнула, пытаясь расслабиться.

Я действительно слишком остро отреагировала так ужасно?Я прокричала призыв, но, несмотря на это... Заинтересованная, я следила за кончиками пальцев, экспериментально двигая раздувшимися красными подушечками. Мне не нравилось то, что это могло означать. Я была уверена, что волновалась о Тренте, но было ли этого достаточно, чтобы взорвать мяч?

Крошечное покашливание привлекло мое внимание. Дженкс сидел, скрестив ноги на вершине сумки, раздражающе зная, что я на него смотрю.

– Заткнись, – сказала я, когда сжала пальцы в кулак, чтобы скрыть повреждение как виноватую тайну. Он открыл рот, искрясь ярко-золотым, и я шлепнула по сумке, чтобы заставить его взлететь. – Я сказала, заткнись! – сказала я громче, и он со смехом вылетел из грохочущего карта, распыляя пыльцу, показывая путь, по которому он летел вперед.

– Прошу прощения, мистер Каламак. Межвидовая нетерпимость не допускается здесь, – сказал Кевин, явно все еще расстроенный. – Я бы хотел, чтобы вы предоставили официальный отчет. У нас достаточно свидетелей, что отправит Лаймбкоса на испытательный срок.

– Не беспокойтесь об этом, Кевин. Все в порядке.

Но это было не так, но я молчала из-за неожиданных уклонов, когда мы ехали назад. Я сравнивала дела Трента с тем дерьмом, с которым я выросла, с тех пор, как он вышел из шкафа как эльф. Это заставило его быть менее уверенным в себе, более склонным размышлять прежде, чем действовать и его обычное спокойствие было не таким уверенным... и я чувствовала это. Можно было подумать, что то, что он был богат, ослабит переход, но это только заставило людей завидовать, а зависть вела к ненависти.

– Мистер Каламак?

Трент посмотрел на него, новая складка беспокойства появилась у него на лбу. Теперь он был твердо в «их» лагере, и это утомит через некоторое время. Но, когда я глянула, его профессиональная улыбка стала сильнее, почти правдоподобной.

– Мистер Каламак, я искренне сожалею об этом, – сказал Кевин, с последним креном мы оказались на асфальте автостоянки и остановились. – У вас есть полное право защищать себя, и, как вы сказали, у него есть история попадания мячей в игроков впереди него.

– Мы в порядке. – Трент разжал руку от поддерживающей стойки, когда он вышел на солнце, и шаги были необычайно громкими в ботинках со шпорами. – Отступить – это лучше, чем стоять на своем и, возможно, что он забрал бы свой вступительный взнос. Мне будет нужно мое обычной время старта на следующей неделе. Только я и еще один человек. Без карта. Можете ли вы организовать это для меня?

Облегчение мужчины было почти ощутимо, когда он сидел у руля.

– Конечно. Спасибо за понимание. Я снова приношу вам извинения. Если бы это было мое дело, то вы бы закончили свою игру, а Лаймбкос томился бы в ожидании.

Трент рассмеялся, и, услышав это, Джонатан, водитель Трента среди прочих его обязанностей, вышел из одного из черных автомобилей. Мне он нравился больше, когда он был собакой... версия наказания Трента за то, что Джонатан попытался убить меня. Видя, что я беру клюшки Трента с карта, он открыл заднюю часть внедорожника и стал ждать с кислым выражением лица. Мне он не нравился, его высокая худоба и острые черты.

Неудобно, я прошептала:

– Этого бы не случилось, если бы ты пошел в боулинг. Они позволяют использовать магию. – Кевин колебался, и поскольку Трент переступил с ноги на ногу в безошибочном сигнале ухода, я протянула руку сотруднику поля для гольфа. – Прошу прощения за то, что сломала ваше поле. Я могу сегодня вернуться и исправить его.

Его улыбка была непростой, а ладонь – влажной.

– Нет, наши люди должны сделать это, – сказал он, когда Трент взял свои клюшки. – Ах, господин Каламак, мне очень жаль, но...

Крылья Дженкса предупреждающе загремели, и я прищурилась на виноватый тон Кевина.

– Нет, все в порядке, – повторил Трент, сжимая плечо Кевина и ясно пытаясь дать нам сбежать. – Не волнуйтесь. Так происходит вокруг Рейчел. Это часть ее очарования.

– Да, сэр. Эмм... Еще одна вещь.

Кевин не поднимал глаз, и у меня внутри все упало.

– Мне запрещен допуск, не так ли, – сказала я вкрадчиво, и Трент сделал паузу.

Кевин вздрогнул, но Дженкс ухмыльнулся.

– Мне так жаль, – произнес несчастный человек. – Я сделал бы то же самое, что сделали вы, мисс Морган, но в правилах говорится, если вы творите какую-либо магию на поле, вас больше на него не пускают.

– О, маленькие зеленые яблочки, – сказал Трент, но я коснулась его руки, чтобы сказать ему, что не надо прогибаться. Я этого ожидала.

– Вы можете подождать в здании клуба, – протараторил Кевин. – Но вы не можете выйти на поле. – Он глянул на Трента. – Прошу прощения, мистер Каламак. У нас есть несколько кэдди, лицензируемых для личной безопасности. Ваше покровительство очень важно для нас.

Клюшки Трента цокнули, когда он вскинул сумку через плечо и прищурился на солнце.

– Может, сделаете исключение? – спросил он. – Рейчел не играла. Она выполняла свою работу.

Кевин пожал плечами.

– Вполне возможно. Я рассмотрю это с комитетом правил. Ведь вы были членом клуба еще с тех пор, когда ваш отец дал вам первую клюшку. Черт возьми, мой отец продавал их ему. Вы хороший человек, мистер Каламак, но правила есть правила.

Да, правила правилами, но я устала от того, что они никогда мне не помогают .

Расстроившись, Трент провел рукой по своим волосам.

– Понятно, – отрезал он. – Хорошо, если Морган не допускается на корт, то мне не понадобится стартовое время.

Мои глаза расширились, и я положила руку на Трента в знак протеста.

– Сэр... – умолял Кевин, но Трент поднял неторопливо руку в мягком возражении.

– Я не сержусь, – сказал он, а Дженкс фыркнул, выражая свое мнение. – Я просто изменил свои планы. Несмотря на всю свою отсталость мышления, Лаймбкос прав в одном, – сказал он, взглянув на меня. – Если вы хотите продержаться в фарватере[5], то вы должны знать, как играть. Я собираюсь научить тебя этому.

Мое сердце, казалось, запнулось, прежде чем оно забилось еще быстрее.

– Меня? – запнулась я, стреляя взглядом в Дженкса, и замолчала, когда он бросился назад веселясь. – Я не хочу знать, как играть в гольф. – Он хочет научить меня гольфу?

Нисколько не смутившись, Трент положил свою руку на мою, сумка с клюшками била меня по плечу.

– У меня есть старая тренировочная площадка на одном из пастбищ. Я выкошу ее, а ты сможешь попрактиковаться там, пока это не решено, – сказал он. Он повернулся к Кевину и пожал его руку. – Кевин, позвоните Джонатану сегодня попозже, и я отправлю средства для игры. – Он вздрогнул, но было ясно, что его настроение улучшилось. Я понятия не имела почему. – Это будет дорого.

– Спасибо, – сказал молодой человек, все так же нервно улыбаясь, когда тряс вверх и вниз руку Трента. – И еще раз, я сожалею обо всем, что здесь произошло.

Трент коснулся козырька своей кепки для гольфа и развернул нас. Его бутсы ступили на тротуар, и я почувствовала, как мое лицо вспыхнуло.

– Я не хочу знать, как играть в гольф, – повторила я, но темп Трента остался неизменным, когда мы шли к внедорожнику, он купил карт, чтобы подурачиться. Почему он хотел учить меня гольфу?

Джонатан повернулся к нам спиной, и я выдернула руку из хватки Трента. Это только сделало его улыбку шире, падающие волосы на половину скрывали его глаза. Смех Дженкса, когда он показывал жестами движение тела игрока при игре в гольф, не помогал. Боже, я не была тупой!Трент собирался жениться на Эласбет, как только его накажут за то, что он сбежал от алтаря в первый раз. Но тот поцелуй, который мы разделили три месяца назад, всплыл в моей памяти. Трент не был пьян, клянусь, но это не означало, что тот поцелуй не был ошибкой. Нельзя усидеть на двух стульях сразу. Я пробовала, и это не сработало. И я не буду его любовницей. Я была выше этого.

Черт, возьми, заболталась.

– Ты не должен объявлять им бойкот из-за меня, – сказала я, когда мы приблизились к внедорожнику. Дженкс метнулся к моей машине в тени, и осанка Трента расслабилась. Ему нравятся пикси, но Дженкс был шумным.

– Не должен, – сказал он мягко, когда передавал свои клюшки Джонатану. – Я не хочу быть здесь, без кого-то, кто будет наблюдать за моей спиной, ведь я видел их безопасность. Этот мяч не должен был взорваться. Не от такого маленького прикосновения, которое ты ему послала. Ты собираешься это проверить?

Я кивнула и напомнила себе, что мяч все еще был в его сумке, я пошла, чтобы забрать его. Холод ударил по мне, когда я взяла колючую, сжатую массу резины и пластмассы, и я посмотрела на преувеличено зеленую роскошь, радуясь, что расстояние и растительность скрывали нас от большинства любопытных глаз. Мне никогда не нравилось здесь, но я думала, что это была позиция сноба. Возможно, это было нечто большее.

– Я собираюсь спросить Ала об этом.

Трент дернулся при упоминании об Алгалиарепте, новый свет в его глазах, заставил меня задаться вопросом, захочет ли он пойти со мной.

– Са’ан? – спросил Джонатан, и свет умер, когда Трент взял туфли, которые тот протягивал.

– Просто позвони пораньше, Джон, – сказал Трент, в его голосе слышалась новая усталость. – Я получил сообщение об осечке заклинания от одной из удаленных лабораторий и хочу проверить их лично.

– Я тебе нужна? – спросила я, и пыльца Дженкса засверкала даже на расстоянии. У него был очень хороший слух.

Но Трент только улыбнулся.

– Нет, но спасибо. С этим все почти понятно, и я хочу поговорить лично с человеком, который обжегся. Убедится в том, что меня не обманули.

Я кивнула, мое чувство тревоги усиливалось до сирены, когда речь шла о перемещении между штатами.

– Я слышал крик, – сказал Джонатан явно убежденно, когда Трент сел на сидение у открытой задней двери и стал расшнуровывать свои ботинки.

– Мы об этом позаботились. – Трент остановился. Склонившись над своими ногами, как будто он не мог до них дотянуться, он наклонил голову и проследил за Джонатаном, ясно желая, чтобы тот ушел.

Тонкие губы Джонатана скривились, как будто он съел что-то кислое. Выпрямившись, он направился в сторону пассажирского сидения, и залез внутрь, хлопнув дверью в знак протеста. Губы Трента изогнулись, и он вернулся к своей обуви. Джонатан все еще мог слышать нас, но, по крайней мере, он не смотрел. Ветер путал волосы Трента, заставляя меня хотеть пригладить их.

Перестань, Рейч ел.

Мой автомобиль стоял через три места и немного наискосок, но я не хотела уходить. Трент выглядел утомленным, солнце светило на его лицо, а зеленые глаза смотрели, щурясь, когда он снял рифленую обувь и надел свои туфли. Я вспомнила, как он поддерживал меня, и что-то во мне затрепетало. Это происходило много раз в последнее время. Рейч ел, не вмешивайся. Ты знаете, что это происходит потому, что он вне досягаемости.

Трент поднялся, с бутсами в руке.

– Дай мне знать о том, что узнаешь.

– Завтра. Если это плохие новости, – сказала я, и Трент закрыл багажник внедорожника.

– Завтра, – подтвердил Трент, когда подошел ближе, и моя улыбка застыла. Я не была уверена в том, что он собирается сделать. – Спасибо за сегодня, – сказал он мягко, когда пожал мне руки.

– Всегда пожалуйста, – сказала я, хотя признать это, но боясь, и его рука ушла. Профессионал. Я была профессионалом. Он не хотел ничего кроме профессионала с тех пор, как мы целовались, и его рот дегустировал вино, а у меня перехватило дыхание, я хотела знать, сколько времени займет раздеть его. Я знала, что он собирался жениться на Эласбет, что у него была стандартная жизнь до этого, не включающая местную девушку с сумасшедшей матерью и отцом поп-звездой.

Но он продолжал прикасаться ко мне. И я хотела, чтобы он продолжал меня держать.

Дженкс вытаскивал насекомых из решетки радиатора мечом и скидывал их ногой. Посмотрев мне в глаза, он сделал жест «разберись с этим», но Трент не сделал никаких движений, чтобы уйти, и я не знала, чего он хотел.

– Тогда поговорим позже, – сказала я, делая шаг назад.

– Верно. Позже. – Опустив голову, Трент начал уже отходить, потом неожиданно повернулся. – Рейчел, ты свободна сегодня вечером?

Я продолжала отходить назад, идя носок-пятка, носок-пятка, не глядя, куда я шла. Там снова это было. Профессионал, но нет. Мой первый ответ должен был выключить его, но я могла использовать деньги, и я обещала Квену, что буду заботиться о нем. Пыльца Дженкса мелькнула раздраженным красным из-за задержки, и я сказала:

– Конечно. Обычное дело или неофициальное?

– Неофициальное, – сказал Трент, и я сунула свои руки в карманы. – В десять, ладно? Я заеду за тобой.

Он собирался вздремнуть около полуночи, таким образом, независимо от того, что это было, это будет закончено к тому времени. Либо то, либо это была встреча с кем-то по ночному графику, что нельзя было передвинуть.

– Десять, – сказала я, повторяя за ним. – Куда мы идем?

Трент пригнув голову, и развернувшись на пятках, подошел к своему внедорожнику.

– Боулинг! – крикнул он, не оглядываясь.

– Отлично, не говори мне, – пробормотала я. Это не имело значения. Я одела бы что-то черное и профессиональное независимо от того, куда бы мы пошли. Пускать воздушных змеев, кататься на лошадях, гулять по парку с Эласбет, когда она приедет, чтобы забрать или оставить девочек, потому что Трент не хотел, чтобы она появлялась на его земле. Даже для ночной поездки между штатами по делу. Мне нравилось работать с Трентом, но я всегда чувствовала себя подобно винтику, который был не на своем месте. Когда я должна была... когда я была его телохранителем, а не его девушкой.

– О, сладкая, вечнообожаемая Тинки! – заныл Дженкс, когда я добралась до своей машины. – Вы закончили? У меня есть чем заняться, чтобы этот день не был таким паршивым.

– Мы закончили, – тихо ответила я, проскальзывая за руль своей маленькой красной машинки Мини Купер. Трент сдал назад, и я подождала, пока он перегнулся через Джонатана, сидящего так прямо, словно деревяшку проглотил, и крикнул:

– Дашь мне знать, что скажет Ал, – а затем взялся за руль и направился к магистрали между штатами. Если бы здесь был Квен, то он настоял бы на том, чтобы самому вести машину. Но на Джонатана было легче надавить, и я знала, что Тренту нравится независимость… не то, чтобы у него было ее много.

– Ал, говоришь? – вдруг поинтересовался Дженкс, когда я уселась за руль и наблюдала за отъездом Трента. – Ты думаешь, это хорошая идея? – снова спросил пикси, зависнув в дюйме от моего носа.

Наклонившись вперед, я завела мотор.

– Он может сказать мне, было ли на этой штуке проклятье, – сказала я, а Дженкс уселся на зеркале заднего вида; с его крыльев осыпалась оранжевая пыльца, выдававшая подозрительность и беспокойство. Я устала, я была раздражена, и мне не нравились эти неопределенные, но такие многозначительные чувства, которые я испытывала к Тренту. – Мяч не должен был взорваться, – добавила я, и крылья Дженкса медленно развернулись в знак согласия.

Я должна была знать, если кто-то нацелился на Трента. Это стоило того, чтобы побеспокоить Ала, даже если он просто скажет мне дать парню умереть.

Этот мяч не должен был взорваться.

Загрузка...