Бионическая ворона

Глава 17

Декабрь 2002, Шанхай, КНР

Пустота может быть разной. Душевной, физической, абстрактной… Может являться концепцией отсутствия самосущности.

А может — в частных случаях — отражать состояние зала, подготовленного к торжеству. Когда уже расставлены столы и стулья, приборы и фужеры (пустые, конечно же) на своих местах. Цветочные букеты, составленные лучшими флористами города, распространяют ненавязчивое благоухание. Выставлен свет: приглушенный, неяркий.

Зал пуст.

Скоро начнут прибывать важные гости. Помещение на высоте четырехсот с лишним метров над землей — восемьдесят шестой этаж Всемирного финансового центра.

Польется музыка. Что будет в ней? Триумф успеха или горечь поражения?

А бес его знает. Мне решительно непонятно, к чему весь этот пафос и разбрасывание юанями?

Да ещё и с внушительным экраном для просмотра.

Может, это зримая (шепотом: показушная) грань противостояния двух городов первой линии, Бэйцзина и Шанхая, где у столицы власть, а в городе над морем (почти дословный перевод названия) — деньги.

И это вообще на все сферы жизни распространяется. Кино и телевидение — не исключение.

Что ворона забыла в Шанхае? В этом люксовом заведении и в окружении местных телевизионщиков?

О, есть причина. Думаю, вы уже догадались. Ли — как сила, Фу — как богатый. Третий канал Центрального телевидения относительно недавно (этим летом) в очередной раз сменил состав руководства.

Если вы не помните его так же хорошо, как ворона, то уточню: мы с этим господином впервые встретились около кинотеатра. Перед премьерой «Я помогу тебе взлететь». Он меня узнал: «Главная роль в три года?» — и подошел познакомиться.

Далее следовало учтивое общение, а за ним — и обмен контактами. Позднее сей дядечка способствовал проведению фан-встречи (той самой, с игрушечным пистолетиком и долгим периодом темноты для вороны), а затем и запуску танцевального шоу.

В пору нашей первой встречи Ли Фу занимал должность главного редактора программы о новостях культуры.

В результате перетасовок в руководстве Центрального телевидения наш знакомый получил директорское кресло. И довольно обширные полномочия.

Немалую роль в таком скором повышении сыграл успех шоу на выбывание «Уличные танцы Китая». Господин Ли активно его продвигал, выбил лучший тайм-слот, сам принимал участие в создании…

Бешеная популярность, высочайшие рейтинги, гарантированное продление шоу на второй сезон. Кто молодец? Да все молодцы, кто приложил руку (лапу, хвост) к проекту.

Телевизионщики ценят креативность так же, как и окупаемость. В их деле творческий подход — необходимость. Сколько раз можно одну идею заюзать? Пока эффект новизны не сотрется. Затем ещё на ностальгии «прокатятся». Да и потом, с некоторыми «апдейтами» можно время от времени «выкапывать стюардессу».

Не все китайцы способны к творчеству. Они (в основном) очень старательные, усидчивые и трудолюбивые… Но в инициативу умеет не каждый. Ворона свидетель: в августовских событиях наши подчиненные терялись.

Это просто стоит принять, как данность. И доносить до подчиненных каждую задачу — предельно ясно и четко, в деталях. Тогда работники из шкуры вон вылезут, но исполнят требуемое.

«Пойди туда — не знаю куда, найди то — не знаю что», — в Срединном государстве не фурычит.

В общем, инициативного «генератора идей» Ли Фу отметило самое высокое руководство. И дядечка решил, что вот он, его золотой билет. Немножко поднажать, и будущее для всей его многочисленной семьи обеспеченно.

Когда на творческую студию Бай Хэ посыпались отказы, за всей этой свистопляской стоял директор Ли. О чем мы легко «догадались» в момент его звонка мамочке.

В котором он нам так искренне сочувствовал, ведь это неправильно, когда маленькую творческую студию «давят», не дав и шанса проявить себя. И он, Ли Фу, конечно же, будет рад предоставить нам свою дружескую помощь.

Так вышло, что недавно он стал совладельцем одной производственной компании… Нет, если это нас не устраивает — ещё же есть готовые сработанные команды телевизионщиков.

«Только представьте, какие впечатляющие проекты мы могли бы воплотить с вами вместе!» — с воодушевлением изрекал господин Ли. — «Наши ресурсы, ваши идеи. Поверьте, это будет блестящее сотрудничество».

Можно было поверить в его добросердечие, если бы не одно но… Ли Фу хотел за работу с его производственниками не денег. Зачем? У него зарплата хорошая, а премиальные — и вовсе огонь.

Он хотел: «Скромную долю в Бай Хэ», — конец цитаты.

Угу… отломите этому сударю крылышко белого журавля. Запеките до хрустящей корочки. Он ненадолго насытится. Дальше он потребует второе крыло, ноги, тело…

С такими «едоками» разговор у вороны короткий. Хотелось бы клювом по лбу, но пока ни рост, ни статус не позволяют.

Ничего, у этой вороны долгая память. И ноутбук есть, в нем легко вести заметки — на случай, если что-то позабудется.

Лин Мэйхуа обещала однофамильцу мужа (и дочки, само собой) непременно поразмыслить над его щедрым предложением. Всесторонне его обдумать.

И внесла номер директора Ли в список «нежелательных» абонентов.

Последствия: дорога любым проектам студии Бай Хэ на третий канал Центрального телевидения закрыта. Насовсем или до смены одного хитросделанного умника на позиции директора.

Шестой канал Центрального телевидения — кино — не стал рассматривать наш проект. С мамой просто отказались встретиться.

Ответ Мэйхуа господину Ли на язык взрослых переводился: «Никогда мы на такое не пойдем». Реакция шестого канала (а там другой директор) означала: «Если вы не со мной, то вас попросту не существует».

Вороне неизвестно, как наш однофамилец набрал столько силы (влияния, средств), чтобы так высоко взлететь. И провернуть подобное дельце.

Можно только порадоваться, что спутниковое телевидение, согласно официальным заявлениям, обеспечено во всех регионах Китая. В каждом уголке страны.

Раз уж зашел «в ту степь» разговор, то вот ещё один момент: к сентябрю текущего года сеть 3G «накрыла» все крупные города Поднебесной. Новый план: к февралю года грядущего распространить зону покрытия на все населенные пункты, включая самые отдаленные и труднодоступные.

Что не может не радовать. Сами знаете, почему.

Выход на Шанхайскую медиагруппу (SMG) обеспечили нам знакомства режиссера Яна. Их логотип — белая магнолия (она же — городской цветок Шанхая) — показался вороне добрым знаком.

Белая ворона, награжденная Магнолией, и белый журавль, ею основанный, да белая магнолия… Отменное сочетание!

«Стабильность и поддержка, стремление к истине и новаторство» — лозунг.

Шанхайское телевидение имеет нынче семь каналов. Порядковые номера нам с вами мало что скажут. Нас интересует бесплатный канал «Восточный фильм». Он показывает: фильмы, телесериалы и информацию о них.

Безусловно, платные каналы приносят больше денег, но меньше популярности. Известность в нашем деле — тоже валюта.

Поэтому выходить в эфир мы будем — на бесплатном канале SMG. И это большая удача (а ещё отблески былой славы Яна Хоу), потому как иначе нам пришлось бы идти к провинциальным телеканалам. Гуандунскому, Сычуаньскому или ещё кому-то… с меньшей, само собой, аудиторией.

На самих переговорах я не присутствовала. Садик, знаете ли. Меня оставили на попечение бати и — отчасти — Шу Илинь.

Моя «воспитательница» с именем-фамилией, вполне созвучной названию корпорации Шулин, обзавелась напарником. Про кого сказать сначала?

Давайте, про Шу. Эта ворона ясно помнила, как на фразу: «Шу пригодится для комплекта», — Мэйхуа на секунду задумалась. Затем просияла улыбкой. Так вот, я не могла не спросить: фамилии Шу — первой жены деда — и нашей Шу, они просто созвучны или?..

Наша Шу — как в царстве Шу. А та Шу — как пика (бамбуковая), вариант перевода — дреколье. (Про то, кого бы неплохо насадить на пику точеную, я сразу после узнавания значения фамилии подумала).

Короче, не родня.

Напарник — это мой новый водитель. Дядюшка Ли Цзялэ перешел в батину фирму. Родителю нужны надежные люди, потому как транспортная компания разрастается стремительно. Не так, как сеть автомагистралей Поднебесной, но темпы и впрямь неслабые.

А мой новый «водитель» с редкой фамилией Цун — тоже из специально обученных. И тоже «подарок» от дядюшки Цзиня. Ибо сами мы бы его услуги в рамках ушедшей осени не потянули бы.

Мы вложили в Бай Хэ и съемки разнесчастного «Счастья» всё, что можно и нельзя. Разворошили счет «энзэ», все новые поступления тоже шли туда.

И вот — мы здесь.

В банкетном зале Всемирного финансового центра. С важными персонами Шанхайского телевидения и влиятельными представителями индустрии.

В трепете: как примут зрители нашу историю?

Мы же буквально всё в неё вложили, и речь не только о средствах. Щегол душу вынул из всех наших работников (и привлеченных студентов тоже), чтобы каждый эпизод, каждое мгновение дорамы выглядели идеально.

Ворона этими вот пальчиками вносила правки в сценарий. Чтобы он стал круче, глубже и трогательнее.

Из обычной истории, рассчитанной на то, чтобы скрасить зрителю вечерок на фоне ужина, да зажечь взгляды модниц Поднебесной, мы — творческая студия Бай Хэ — сотворили шедевр.

В рамках крайне ограниченного бюджета.

Чжу Юэ едва не ушла из проекта. Даже не так: её агентство купило билет до Чэнду, под какой-то рекламный ролик. Возвращение к «Счастью» не планировалось.

«Поезжайте», — ответила актриса, уже распробовавшая, каково это — быть звездой первой величины. — «Моя работа здесь не закончена».

Скандал там был такой, что крики слышал весь этаж Grand Hyatt, а ведь в нем стены не из картона, и весьма достойная звукоизоляция.

Если Чжу впоследствии решит не продлевать контракт со своими нынешними представителями, я ей лично раскатаю красную ковровую дорожку в офисе Бай Хэ.

При условии, что офис Бай Хэ к тому времени будет существовать.

Жуй Синь, когда узнал о проблемах в студии, тоже прискакал аки рыцарь. Вместо белого коня «скакать» пришлось на белом БМВ, что тоже неплохо.

«Чем я могу помочь?» — спросил актер с порога. — «Готов на любую работу. Слышал, вы набираете персонал?»

Пока Мэйхуа соображала (видимо, представляя будущего киборга в качестве держателя тепловой пушки), я перехватила инициативу.

Эта ворона сказала Жую всего одно слово.

«Сияй».

С прибыли этого парня мы получаем отчисления. Это всяко эффективнее, чем направлять дождевую стойку для романтичной сцены встречи двух зонтов под проливным дождем.

…Когда разноцветный зонтик случайно соприкасается с черным, невзрачным типовым зонтом среди десятков идентичных, и тот «окрашивается» яркими красками лета…

Есть такая сценка в «Счастье на каблуках», которое вот-вот начнется.

Жуй внял. И принялся сиять — вовсю. Контракт на личное представительство бренда часов. Гоночное авто и автомобиль для города от местного производителя.

Согласился на роль в военно-патриотичном кинофильме. Может, хоть за неё он получит награду: пока все номинации, что достаются Жую, заканчиваются победой кого-то другого.

Эта ворона тоже могла бы сиять. И сияла — в Саншайн — новыми солнышками. А с ноября ещё и на съемках «Воззвания к высшим-2».

Сначала про Солнышко.

Там всё путем. Детвора умнеет не по дням, а по часам. Такими темпами скоро кое-кто перестанет особо выделяться на фоне одногруппников.

Чжан Джиан продолжает «звездить»: сниматься в дорамах и вести свой канал на Баоку. До моих нынешних двух миллионов подписчиков ему пока далеко, но он парень харизматичный — догонит.

Бо Ченчену заниматься всяким-разным на камеру — скучно. Только если за компанию. Так, мы с ним по осени собирали на скорость дома-конструкторы. Только у меня было деталек пятьдесят, а у него — три сотни. И он меня обогнал. Сделал, как улитку.

Уж не знаю, этот ли стрим — его только в прямом эфире смотрело почти полмиллиона зрителей — сподвиг Азию-Фильм к специальной версии мерча (он до сих пор в моде), где к куклам прилагается коробка с фоном, игрушечная площадь из наборных плиточек, с мостиком, заборчиком и прудом, со статуей дракона, с деревьями, кустами и… сборным дворцом.

Выпуск ограниченный. Цена вопроса — семь с половиной тысяч юаней.

Недешевое занятие для вашего ребенка на целый вечер (или больше, деталей там много).

В разработке уже и новый мерч — версия для второго сезона.

Рендинг мне понравился. Расширенная версия заложена в проект сразу же — так зашло народу развлечение со сборкой. Вроде бы даже бутоны магнолии надо будет крепить собственноручно.

Про сам второй сезон я как-нибудь потом расскажу. Начинала же про детей из Саншайн!

Гао Юн — маленький взрослый. Изредка в нем ещё пробуждается жажда познания: как устроена та или иная штука. Но в остальном — он сама серьезность.

«Скучный», — сказала на это Цао Шуфэн. И начала строить глазки Джиану. Но, с её «рыбьим» взглядом, никто ни о чём не догадался.

Самый важный для вороны в этом году персонаж — Сюй Вэйлань. Так уж вышло, я чувствую ответственность за эту малышку.

«У меня теперь братик», — поделилась со мной секретом Вэйлань. — «Он маленький и громкий».

«Привыкай», — я старалась её подбодрить.

С осознанием: ребенка отлучили от матери из-за моего вмешательства. Хорошо ли ему будет в этой семье? Ой, не факт.

Но и не вмешаться ворона не могла.

Ведь альтернатива — для клубничного леопарда — была ещё болезненнее.

Почему нельзя как-то полегче ставить выборы? Скажем: выступать мне в соло на отчетном концерте или не выступать?

Ворона выбрала нечто среднее: мы будем играть втроем. Я, клубничный леопард и панда. За последнюю мы все (и учителя тоже) переживаем, ведь с Нин станется в наиболее ответственный момент оборвать одну (из двух) струну на эрху. Это такая двухструнная вариация скрипки, наша местная.

Эрху для малышей делают, а цинь — нет. Несправедливость!

Мы теперь — непобедимое трио. Если пандочка не налажает. До концерта две недели, так что скоро узнаем.

Нас всего трое и осталось в продвинутом музыкальном классе. Другие сменили предметы — так можно, в начале каждого учебного года.

Чем выбирать: кто из нас троих более достоин солировать, эта ворона предложила совместное выступление. Пусть хоть где-то победит дружба, а не извечная китайская конкуренция!

О музыке: саундтрек к «Счастью на каблуках» написала мамина закадычная подруга и мой учитель вокала, Цзян И. С некоторых пор не ошибкой будет называть её ещё и невестой дяди Шэнли. Ведь мамочка мою затею — познакомить этих двоих — реализовала с блеском.

Интригу целую закрутила. Ещё когда мы привезли из поездки в Куньмин сестру весенний персик, Мэйхуа решила устроить встречу. Три давние подруги, муженек (он же батя, Ли Танзин), и брат Нин Чунтао. А для того, чтобы встреча брата и сестры Нин «не вызвала подозрений», этого брательника привел на встречу другой брательник.

Запутались? Не мудрено. Попробую «на пальцах» объяснить. После того, как старший господин Нин наделал долгов и оставил семью (и этот мир), Нин-младшего «спрятали» на какой-то мелкой должности в корпорации Цзинь.

Когда заемщики вышли с угрозами на мать семейства, Нин Чунтао с нашей помощью перебралась в Бэйцзин.

В Бэйцзине Мэйхуа позвала на встречу брата Цзиня. А тот захватил с собой сотрудника, вроде как по рабочим вопросам «прихватил».

При этом путаном раскладе сам Шэнли обязан был зайти и поздороваться с мамой, чтобы сдать брата Нин с рук на руки. Затем он мог быстренько слинять… Но его заболтал мой родитель. В беседу вовлеклись все присутствующие, и вот уже никто никуда не спешит. Все едят и веселятся.

Что такого занятного они обсуждали, вороне неведомо. Главное, что Цзинь потом пригласил Цзян (даже фамилии созвучны — судьба!) в галерею его матушки… Выучил урок: звать девушку не в ожидаемые дорогие рестораны, а в места интересные, желательно — обоим.

И дальше оно само завертелось. У парочки дело плавно идет к бракосочетанию. Семья жениха не вся обрадовалась (ага, байка про «несчастливую» невесту всплыла и подгадила), и тогда мой дядюшка психанул.

Он начал процедуру отделения отдела разработки программного оборудования от корпорации Цзинь. Что сделает его беднее, но самостоятельнее.

Госпожа Хань поддержала сына.

Цзян И — невеста — на седьмом небе от счастья. А выброс дофамина, как известно, отменный стимул к творчеству.

Так у нас появилась изумительная композиция. Исполнение под стать — голос учителя Цзян многим на зависть.

В общем, в создание «Счастья» вложились многие.

Актеры, мастерский дуэт Бу-Ян, ваша (не)покорная слуга в качестве сценариста. Лин Мэйхуа — как директор, прикрытие сценариста, продюсер и чудотворец. Творить деньги из воздуха — то ещё чудо.

Сотрудники, постоянные и новенькие (Чу-один раздобыла нам несколько специалистов). Молодежь — студенты, в основном.

Наш не-сосед по фамилии Син, например, самоотверженно хватался за любой труд. Под конец был торжественно назначен вторым ассистентом режиссера, отчего чуть не грохнулся в обморок. От счастья, вестимо.

Вкалывали до седьмого пота — все до единого.

И вот, с минуты на минуту, мы узнаем, не было ли всё это зря.

Мы стартуем именно с модной истории, потому что таков был выбор телеканала. У неё больше серий (а именно двадцать восемь), в актерском составе есть звезда первой величины — Чжу Юэ. Вместе с титулованным режиссером это увеличивает шансы на успех. Имя автора сценария тоже решили сделать известным — именно с этой дорамы.

Тогда новаторская «Бионическая жизнь» выйдет чуть позже с именами Яна Хоу и Бай Я — уже знакомыми по совместной работе.

Шанхайская медиагруппа перестраховывается. И я могу понять их мотивы.

За центральным столиком: мы с мамой, главные лица с Шанхайского телевидения, ведущие актеры «Счастья», режиссер Ян.

Шампанское разлито по бокалам.

Устроители мероприятия (ворона всё ещё обалдевает от размаха) вывели на экран отсчет до запуска в эфир нашей модной истории.

Я там, между прочим, тоже засветилась. В роли-камео, играю юную модель для детских «фэшн-шоу» и модных журнальных разворотов.

Это тоже — про повышение «стоимости» дорамы.

— А что здесь делает этот тип? — мелькает тень неприязни на лице режиссера Яна, когда он бросает взгляд на дальний (от экрана) столик у панорамного окна.

Эта ворона тоже глядит — там некий незнакомый мне мужчина вместе со спутницей усаживаются за стол. Опоздавшие, как видно: все прочие стулья в банкетном зале заняты.

С тем, как щегол владеет лицом — это слишком сильная реакция. Этот некто должен неимоверно гадкое чувство вызывать у Яна Хоу.

— Начинается! — прикладывает ладони к горящим (от восторга и предвкушения, «шипучки» всего по глоточку успели сделать) щекам Чжу Юэ. — Наше «Счастье на каблуках» в эфире!

Кто бы ни был тот тип, он подождет. На следующие сорок минут значение имеет только «Счастье».

И пусть все миры подождут.

Без обид, Мироздание!