Бывает и хуже? Том 4

Глава 20

Итак, Щербаков собрался подсунуть слабительное Якубову. С этим персонажем у меня была давняя неприятная история.

Сначала он пришёл ко мне на приём, и ему не понравилась рекомендация по снижению лишнего веса. Он побежал писать жалобу Лавровой, но остался ни с чем. На его беду моим знакомым оказался тесть главного редактора газеты, в которой работал Якубов. И в итоге ему досталось сильно…

Потом его понизили до стажёра в той самой газете, и мы с ним пересеклись в кабинете у Власова. Как раз тогда я и познакомился с Даниилом Щербаковым, который писал статью про Прошкина и нашу операцию. Помнится, Тогда Якубов тоже пару раз попытался вставить едкие замечания, и снова потерпел в этом неудачу.

И вот, теперь эта ситуация. Интересно.

— Давай рассказывай всё по порядку, — сказал я Даниилу.

Щербаков ещё раз осмотрелся по сторонам, убедился, что нас никто не подслушивает. Наклонился ближе.

— В общем, дело такое, — тихо начал он. — У нас в редакции работает девушка. Марина Вакуленко. Она пишет колонку про спорт. Футбол, хоккей и всё такое. И пишет отлично, лучше всех в редакции.

Я кивнул. Встречал её статьи, несколько раз и сам читал, чтобы быть в курсе спортивных новостей города.

— И что случилось? — спросил я.

Даниил сжал кулаки.

— Я рассказывал тебе, что Якубова после той ситуации понизили до стажёра, — сказал он. — Он должен был написать статью про открытие салона красоты, и начал подкатывать к владелице. Ну и скандал был! А тут он видимо решил «реабилитироваться» на работе.

— Дай угадаю, от этого и пострадала Марина?

— Да. Марина как раз готовила большой материал про юношескую сборную города. Собирала данные, ездила на тренировки, брала интервью у тренера. А Якубов подсмотрел её черновик. То ли с рабочего стола стащил, то ли из компьютера скопировал, пока она обедала. И выложил эту статью в городской паблик, со своего псевдонима. Причём раньше, чем вышел номер газеты.

Я не следил за пабликами, так что не видел ничего подобного. Но не сомневался, что Даниил говорит мне правду. Якубов ещё и не такое может сотворить.

— И что дальше? — спросил я.

Даниил тяжело вздохнул.

— И когда Маринина статья вышла в газете, все решили, что это она списала? — догадался я.

— Именно. Ещё и никто кроме меня не знает, что это псевдоним Якубова. Мы-то с ним давно работаем, я как-то раз видел, что он туда заходил, — кивнул Щербаков.

— М-да, ситуация так себе, — вздохнул я. — Это ведь недоказуемо теперь.

— Верно мыслите. В общем, читатели начали писать в редакцию. Мол, ваша журналистка ворует материалы из интернета, позор газете. Город маленький, разнеслось мгновенно.

Ну и гад этот Якубов, просто слов нет.

— И что дальше? — спросил я.

Даниил тяжело вздохнул.

— Главный редактор снял Марину с этой колонки, — ответил он. — Бадиков побоялся за репутацию газеты. Марина пыталась объяснить, что это её материал, что у неё есть записи интервью, черновики. Но Бадиков сказал, что ему проще убрать её со спорта, чем разбираться. Теперь она пишет страничку кулинарных рецептов. И ей это совершенно не нравится. Зато Якубову дали её место и снова повысили его до корреспондента. И он пишет теперь спортивные статьи.

Народу в газете, думаю, не хватает абсолютно также, как в любом другом месте в Аткарске. Поэтому-то он и повысил Якубова.

— Из зависти всё это? — спросил я.

— В том числе, — кивнул Щербаков. — Марина достаточно хорошо получает, люди её читают, и им нравится. А он просто упивался чёрной завистью, и сам хотел также. Ну и подвернулся случай — украл чужую работу и ещё жертву из неё сделал виноватой.

— Так неужели главный редактор этого всего не видит? — всё-таки спросил я.

— Он опасается ещё большего падения репутации. А других кандидатур на колонку о спорте нет. Поэтому и решил оставить всё так,, — подтвердил мои догадки Щербаков.

Я покачал головой. Ну и жесть.

— Марина как? — спросил я.

— Расстроилась сильно, — признался Даниил. — Это прям то, что ей очень нравилось — писать про спорт. А Якубов всё испортил.

— И ты решил отомстить с помощью слабительного? — догадался я.

Щербаков хмыкнул.

— Марина — мой очень хороший друг, — ответил он. — И я это просто так оставить не могу. Якубов уже свой жирный нос задёрнул выше крыши. Ходит весь такой, я теперь тоже пишу мол.

— Так в чём именно твой план? — спросил я.

— Завтра в Аткарске будут проходить спортивные соревнования, — объяснил тот. — Футбольный матч между нашей командой и командой из Ртищево. В общем, крупное событие для нашего города, областного уровня. И Якубову дали задание написать статью про этот матч. Подробную, с интервью игроков, тренера, болельщиков. Он должен быть на стадионе весь матч, с блокнотом, камерой. Работы там очень много. Марина очень ждала это событие, готовилась.

Я кивнул. Понял, куда он клонит.

— Хочешь дать ему слабительное, чтобы он просрал весь матч в прямом смысле? — усмехнулся я.

— Да, — зло усмехнулся Щербаков. — Если он провалит это задание, главный редактор его точно уволит. А место вернут Марине.

Я задумался. Неплохой план, но слишком уж рискованный.

— А почему ко мне-то обратился? — спросил я. — Слабительное же без рецепта купить можно.

— Да я не разбираюсь, какое лучше, — признался Даниил. — Вроде гуглил, но там непонятно. Все они начинают через несколько часов действовать, и я могу не рассчитать со временем. А тут тебя увидел и понял, что прям судьба. И решил уточнить.

Хитрый ход.

— Поможешь? — с надеждой спросил Даниил.

Я задумался. Якубов тот ещё гад. Воспалённый аппендикс всей газеты. Но слабительное — это опасно. Можно переборщить, вызвать обезвоживание, электролитный дисбаланс. А вдруг у него вообще кишечная непроходимость?

Тем более есть предпосылки для сахарного диабета, и не хочется дополнительно рисковать его здоровьем.

Зато у меня есть прана. Прана — это безопасно, контролируемо, эффективно. И ко всему прочему, это будет феерично. Бугага.

— Во сколько и где завтра будут соревнования? — спросил я у Щербакова.

Он оживился.

— В два часа дня, — ответил Даниил. — На стадионе «Локомотив». Это недалеко от больницы, между ней и психушкой.

Я кивнул. Проходил это место много раз, да и зимой именно там был залит каток.

— Отлично, — кивнул я. — Тогда слушай. Я всё сделаю сам, чтобы никто тебя не заподозрил. У меня к Якубову тоже есть свои счёты.

Он уставился на меня.

— А как ты это сделаешь? — спросил Щербаков.

— Доверься мне, — усмехнулся я. — У меня есть план. Якубов пожалеет, что вообще на это пошёл. А ты пригласи на матч и Марину.

— Зачем? — удивился Даниил.

Я вздохнул. Всё-то объяснять приходится.

— Марина тоже пусть напишет статью, — ответил я. — Ну, якобы случайно на том матче оказалась. Если главный редактор ко всему прочему увидит, что Марина такой ответственный работник — точно её вернёт на эту колонку.

Даниил хлопнул себя по лбу.

— Это гениально! — воскликнул он. — А ты точно сможешь с Якубовым справиться?

О, ещё как.

— Смогу, — кивнул я. — Не беспокойся.

Даниил широко улыбнулся.

— Спасибо тебе! — обрадовался он. — Я Марине ничего говорить не буду, ну, только попрошу со мной на матч сходить. Сам фотки сделаю, а она потом статью напишет, когда узнает, что произошло. Тогда до завтра!

— До завтра, — кивнул я.

Даниил пожал мне руку и ушёл. Я ещё раз всё обдумал. Моя прана будет действовать гораздо лучше слабительного. Я усилю перистальтику кишечника Якубова, вызову спазмы, разгоню содержимое кишечника. Безопасно, контролируемо и незаметно.

Вышел в холл, Лена уже успела получить наши вещи. Мы оделись, направились к выходу. И меня перехватила ещё одна знакомая фигура.

Коршунова, собственной персоной.

— Александр Александрович, нам нужно поговорить, — недовольно заявила она.

Я вздохнул. Вот не отпускает меня сегодня это место.

— Подожду на улице, мне надо позвонить, — Лена в который раз демонстрировала чудеса тактичности.

— О чём? — спросил я у Светланы Викторовны.

— О лекции, — ответила Коршунова. — Которую мы только что посетили.

— И что с ней? — приподнял я бровь.

Коршунова сердито сжала губы.

— Это полный провал! — ответила она. — Все это поняли. Я слышала разговоры людей, они разочарованы. Назвали это тратой времени. А этот лектор обошёлся нам в копеечку.

А он хороший маркетолог. Ему заплатили за то, чтобы он продавал свои книги. Правда, книги его оказались никому не нужны, но это уже дело десятое.

— А я тут при чём? — спросил я.

— Потому что люди говорили, что ваши лекции в Школе здоровья куда лучше, — объяснила Коршунова. — А это значит, что проект мэра Шмелёва может провалиться.

— Но мои лекции и правда лучше, — развёл я руками. — Я не обманываю людей, не пытаюсь продать им книги. К тому же, читаю я их бесплатно.

Светлана Викторовна поморщилась.

— Александр Александрович, приостановите свои лекции, — заявила она. — Хотя бы на время, чтобы у людей не было другого выбора. И чтобы они ходили на наш проект. Со временем они почувствуют интерес, Шмелёв обещал искать других лекторов, и…

— Вы хотите, чтобы я перестал помогать людям, и помог Шмелёву зарабатывать на том, что я предоставляю бесплатно? — прервал я её.

Коршунова подняла руки.

— Я понимаю, это звучит не очень, — робко заявила она.

— Похоже, вы не понимаете, — ответил я. — Мне не нужна слава. Не нужны деньги. Я просто хочу помогать людям. Мне нравится мой проект, я в него всю душу вкладываю. И не хочу, чтобы люди попадались на удочку шарлатанов вроде Стропова.

Коршунова хотела что-то сказать, но я не дал ей.

— И я не буду ничего останавливать, — твёрдо сказал я. — Мои лекции продолжатся. Как и раньше. А Шмелёв пусть сам разбирается со своими проблемами.

— Вы упрямый, Александр Александрович, — вздохнула Коршунова.

— Я принципиальный, — поправил я её. — Это большая разница.

Она покачала головой.

— Я вас предупредила, — сказала она. — Мэру это не понравится. У вас могут начаться проблемы.

Как же я устал уже от существования этого Шмелёва. Не получилось его засадить, так он теперь ещё и такую фигню творит. И всё явно ради того, чтобы показать всем остальным, как активно он занимается городом. Ага, как же.

Вот где мои лекции о здоровье и где он? Но нет же, обязательно надо было сунуться и отобрать мои четыре тысячи рублей в месяц.

Нет уж, это мой проект, и я не хочу его закрывать.

— Пускай, — пожал я плечами. — Всего доброго. А, и с восьмым марта вас.

Развернулся и вышел из дома культуры. Лена ждала на улице.

— Всё в порядке? — уточнила она.

— Да, — кивнул я. — Идём праздновать восьмое марта.

Она кивнула, взяла меня под руку, и мы направились к «Инь-Яню».

Сегодня ресторан был просто переполнен. Всё-таки чуть ли не единственное приличное место в городе, так что ничего удивительного. Возле него стояло множество машин, и изнутри доносилась музыка.

Невольно вспомнил, как Никифоров рассказывал про их похождения с Коляном. Как Колян «пел караоке без караоке». Усмехнулся.

Мы вошли внутрь, официантка проводила нас к заранее забронированному столику. Успели снять верхнюю одежду, и как раз подошли Гриша и Стася.

— Знакомьтесь, это Лена, моя медсестра, а это мои друзья, Гриша, Стася, — представил я их друг другу.

— Очень приятно, — кивнул Гриша. — Значит, вы та самая медсестра, про которую Саша ничего не рассказывал?

— Гриш, я тебе постоянно рассказывал про неё, чего ты придумываешь? — пихнул я друга. — Слушать меня лучше надо.

— Григорий сегодня у нас в ударе, его несмешные шутки будут радовать вас весь вечер, — проговорила Стася. — Лена, очень приятно познакомиться!

Гриша надулся и схватил меню.

— Я такой голодный! — заявил он. — Саша мне ничего не оставил в холодильнике! Так что готов слона съесть!

— Да ты всегда голодный, — отозвалась Стася. — Я же тебе бутерброды приносила час назад!

— А пока мы шли, они уже переварились, — отозвался мой друг. — Мне же надо было где-то энергию получать! Саш, правильно я говорю?

Я усмехнулся и кивнул. Мы с Леной тоже принялись изучать меню.

Я заказал лосось и овощи, Лена утку терияки, Гриша стейк, а Стася пасту с морепродуктами. Пока ждали заказ, Стася рассказывала про школу. Один мальчик нарисовал её портрет к восьмому марта, и изобразил ей зелёные волосы.

— Зелёные? — удивился я.

— Да, — со смехом кивнула Стася. — Он сказал, что розовый цвет для девчонок, а ему больше нравится зелёный.

— Так перекрасься, — тут же предложил Гриша. — Будешь как Фиона из Шрека.

— Так у Фионы была кожа зелёная, а не волосы, — заметила Стася. — Так что молчи уж, Шрек.

Гриша надул губы, а остальные рассмеялись. Так, эта парочка успела всё-таки помириться после вчерашнего приключения с Ильёй и несостоявшимся танцевальным поединком. Это хорошо.

Нам принесли заказ, и мы принялись за еду. И тут в паре столиков от нас я увидел знакомые фигуры. Там сидело несколько медсестёр, включая Татьяну Александровну и Кристину.

Да ёлки-иголки, сколько можно за сегодня встречать Татьяну Александровну! Может, не заметят?

Нет, фигушки. Кристина уже засекла меня, и вон, толкает локтём Татьяну Александровну. Та повернулась, посмотрела на меня, потом на Лену. Её лицо потемнело, и она решительно направилась к нашему столику.

Твою ж мать…

— Александр Александрович, — холодно проговорила она. — Какая встреча!

— Добрый день ещё раз, — кивнул я. — Хотя мы уже встречались сегодня.

Она перевела взгляд на Лену.

— Лена, я говорила тебе, что отношения между врачом и медсестрой строго запрещены? — отчеканила она.

— У нас нет отношений, — робко ответила Лена.

— Ага, вы случайно сидите вчетвером в ресторане в романтической обстановке, — протянула Татьяна Александровна. — О! Или у вас тут вообще извращения какие?

— Обмен партнёрами, — торопливо подсказала курносая Кристина, которая тоже подскочила к нам. — Татьяна Александровна, я сейчас вам на ушко скажу, как это называется.

Она что-то быстро ей прошептала, и та побагровела. Да что за абсурд!

— Слушайте, мы и правда просто отдыхаем, — холодно заявил я. — Поэтому прошу нам не мешать, и не портите нам настроение. Идите к своему столику, и устраивайте там что хотите. А мы имеем право после работы делать то, что считаем нужным.

— А вам мало Кристины было, и того щипка? — проигнорировала мои слова Татьяна Александровна.

Я выдохнул. Терпение уже на грани.

— Во-первых, попа Кристины явно не стоит того, чтобы упоминать об этом уже третий месяц, — отчеканил я. — Во-вторых, это не ваше дело, как я провожу время. Даже если я в свободное время всю администрацию города включая Шмелёва за попы щипаю!

Гриша поперхнулся водой, Стася прикрыла рот рукой, а Лена прыснула со смеху.

— Да вы… вы…– задохнулась от возмущения Татьяна Александровна.

— Я всё сказал, — отозвался я. — Оставьте нас в покое.

Они бросили на меня по гневному взгляду и вернулись за свой столик. Лена сидела со слезами на глазах, но они были от смеха.

— Саша, за тобой записывать надо, — протянула она. — Это было мощно.

— Да, даже меня уделал, — кивнул Гриша. — А кто это вообще?

— Старшая медсестра по терапии и медсестра Шарфикова, — ответил я. — Я тебе рассказывал про них.

— Точно, про Шарфикова и мне рассказывал, — кивнула Стася. — Это мой любимый персонаж вообще во всей твоей истории.

— Ну у тебя и вкус, — хмыкнул Гриша. — Любимым персонажем может быть только сам Саня Агапов. Ну, или его верный друг Гриша.

Мы дружно рассмеялись, и появление Татьяны Александровны окончательно забылось. Хотя я периодически ловил на нас её и Кристинины взгляды, просто перестал обращать внимания.

В середине вечера я отправился в туалет. И встретил там новое знакомое лицо. Никто иной, как Никифоров.

— Саня, привет! — радостно воскликнул он. — Как хорошо, что ты тут! У меня к тебе деликатное дело.

— Тоха, мне не нравится, что у тебя в туалете возникают деликатные дела ко мне, — вздохнул я. — Что на этот раз?

— Мне нужен презерватив, — сходу заявил Никифоров.

Я аж назад попятился.

— Чего? — переспросил я.

— Ну, у меня форс-мажор, — торопливо ответил Тоха. — Мы тут с Коляном, сам же заставил! И подфортило… А защиты нет. А я не хочу снова от гонореи потом лечиться и две недели воздерживаться!

Рука-лицо, другой эмоции просто не придумаешь.

— Нет, я не ношу в рестораны с собой презервативы, — отозвался я. — Так Колян тоже с девушкой?

— Ну да, ну там всё сложно, потом расскажу, — отмахнулся он.

В туалет зашёл ещё один мужчина.

— У вас есть презерватив? — обратился к нему Никифоров.

Так, пора валить отсюда. Я торопливо вымыл руки и оставил Тоху самому решать своё деликатное дело.

Пока я ходил, все заказали по десерту. Мне выбрали мороженое, Лене тирамису, Стасе чизкейк, а Гриша заказал пирог с яблоками. Десерты тоже были выше всяких похвал.

Посидев ещё немного, расплатились, и пошли по домам. Точнее, сначала все вместе проводили Лену, а потом втроём пошли к нам. Довели Стасю до её квартиры, и с Гришей отправились к себе.

— Слушай, а если бы всё-таки был танцевальный поединок, как думаешь, я бы выиграл? — спросил друг. — Ну, с Ильёй?

— Наверняка, — усмехнулся я. — Хотя я подозреваю, что на этом наше противостояние ещё не закончилось. Он наверняка что-то ещё да выкинет.

— Я и сам так думаю, — зевнув, кивнул Гриша.

По очереди сходили в душ и легли спать. Сегодня была очередь Гриши спать на диване, так что я расположился на надувном матрасе. И почти сразу уснул.

Утром следующего дня проснулся от настойчивого стука в дверь. Восемь утра, выходной, кому и что понадобилось?

Гриша никак не отреагировал на звуки, продолжил спать, укрывшись Федей. А я отправился открывать дверь.

На пороге стоял Илья, держащий в руках прозрачный контейнер с чем-то коричневым.

— Доброе утро, сосед! — бодро сказал он. — Я подумал, что был не прав. Вообще, во многом. Принёс вам примирительный кекс, на завтрак! Сам испёк, шоколадный!

Подозрительно как-то. Но внутри действительно кекс, выглядит аппетитно.

— Мило с твоей стороны, — кивнул я. — Спасибо.

Илья расплылся в улыбке.

— Всегда пожалуйста, — заявил он. — Ну, я побежал. Приятного аппетита!

Он развернулся и пошёл наверх к себе. Я принёс контейнер на кухню. Шоколадный кекс, выглядит как кекс, пахнет как кекс.

Извинение от Ильи. Что-то мне это совсем не нравится!

Так, интересно, а я могу проверить кекс своей праной? Вообще в самом кексе праны нет, но… Стоп, я что-то чувствую. Запах. Чёрный перец, очень много перца.

Забавно. Я недавно изучал его с бабой Дуней. Чёрный перец — это лиана, поэтому мы подробно изучали его свойства. И именно поэтому я смог почувствовать его сейчас. Даже не столько уловить запах, сколько ощутить содержащуюся в нём прану. Ведь это было одно из тех растений, что содержит её.

И перца было очень-очень много. Понятно, Илья не собирался извиняться, просто очередной очень глупый прикол, как от школьника. Подсыпать перец в кекс, чтобы мы поели и… расчихались, видимо, не знаю, как у него план.

Но вот фиг ему.

Я снова закрыл контейнер крышкой, и направился сам к соседу. Решительно постучал в дверь.

— Саша? — удивлённо открыл дверь Илья. — Что такое?

Я притворно улыбнулся.

— Кекс просто потрясающий! — ответил я. — А Гриша шоколад не ест. Я подумал, почему бы не съесть его с тобой? Одному не хочется такую красоту трогать.

Илья тут же замялся.

— Я уже позавтракал, — протянул он.

— Всего кусочек, — я решительно оттолкнул его, и вошёл к нему в квартиру. Планировка была как у нас, и я прекрасно знал, где тут кухня. — Ты же автор.

Поставил на кухне кекс на стол, открыл крышку. Илья стремительно бледнел.

— Я не хочу, — заявил он.

— Всего кусочек, — повторил я. — Ты же сам испёк, чтобы извиниться. А я извинения приму только в таком случае, если и сам его съешь.

Илья немного помолчал.

— Слушай, как хорошо, что ты вернулся! — резко воскликнул он. — Я вспомнил, что забыл добавить сахар. Ох, тяпа я растяпа!

Он резко схватил контейнер, и выкинул его в мусорку. Выкрутился, ага.

— Что ж, в следующий раз не забывай, — я посмотрел ему прямо в глаза. — А то тебе же хуже будет. Ты меня понял.

Я развернулся и вышел из его квартиры. Совсем уже обнаглел, со своими детсадовскими шутками.

Вернулся к нам. Гриша ещё спал, даже не подозревая, что тут уже успело произойти. А мне на телефон пришло СМС-сообщение от Коляна.

«Кажется, мы натворили делов. Позвони как сможешь. Колян».

Кто бы сомневался!