Бывает и хуже? Том 4

Глава 22

Якубов уже окончательно выбесил всех, кого только мог. Так что пора было приступать к моему плану.

Сосредоточился, активировал прану, и направил её к Якубову. Незаметно, аккуратно.

Он стоял в нескольких метрах от меня, и даже не смотрел в мою сторону. Всё его внимание было сконцентрировано на Марине, которая не знала, что ему ответить. Он самодовольно упёр руки в бока, и ухмылялся.

Я же нащупал праной его толстый кишечник. Так, содержимое есть.

Отлично, Александр Якубов. Очень большая ошибка с твоей стороны. Мне тут и делать-то особо ничего не надо, ты и сам в туалет перед работой не сходил. Возможно, из-за переживаний случился запор.

Так тогда я даже помогу человеку! Аккуратно усилил перистальтику, вызывая мышечные спазмы.

Якубов вздрогнул, и самодовольная улыбка исчезла с его лица. Он положил руку на живот, а лицо покрылось потом.

— Я просто пришла посмотреть матч, — в этот момент ему решила ответить Марина.

— Где здесь туалет⁈ — резко перебил он её.

Все уставились на него с удивлением. Ну да, смена эмоций выглядела резковатой.

— Ты чего? — с деланной заботой обратился к нему Щербаков.

— Мне туалет нужен, — прорычал Якубов. — Срочно!

Никто не спешил ему подсказывать.

— Возле кинотеатра есть туалет, — решил выручить человека мало что понимающий в этой ситуации Гриша. — Там общественные поставили, недалеко от парка.

Якубов уставился на него гневным взглядом.

— Да мне сейчас надо! — прорычал он. — Где. Здесь. Туалет?

Мы переглянулись. Никто и не знал, есть ли он тут вообще. Старый, советский стадион.

Якубов больше не стал тратить время на вопросы. Развернулся, и со всех ног побежал куда-то в сторону выхода, прижимая руки к животу.

Люди удивлённо смотрели ему вслед.

— Что это было? — ошарашено спросила Марина.

— Не знаю, — невинно пожал я плечами. — Может, съел что-то не то. Или стресс. Кажется, ему нездоровится.

Щербаков поймал мой взгляд и незаметно мне подмигнул. Да, он единственный был в курсе, что это сделал я. Возможно, мог задаться вопросом, как я так чётко угадал со временем. Но для него сойдёт оправдание, что я врач, и мог заранее что-то подсыпать.

А остальные и знать не знает, что это маленькое происшествие в жизни Якубова — моих рук дело.

— Марина, думаю, тебе нужно написать статью самой, — заявил Даниил.

Она перевела удивлённый взгляд уже на него.

— Но меня сняли с этой колонки, — напомнила она. — Я не могу её больше вести.

— Да, но никто тебе не мешает написать статью, — подключился я. — Потому что ты любишь спорт. А потом твоя статья придётся как раз кстати.

— И я случайно фотоаппарат взял, — добавил Щербаков. — Всё сфотографирую тебе. Ну же, давай!

Марина нерешительно кивнула.

— Хорошо, давай, — наконец, согласилась она. — Попробуем. Давай тогда вниз, там лучше видно будет. Увидимся, ребята!

Они с Даниилом поспешили вниз, на первые ряды.

— Не знаю, что это было, но мне этот Якубов вообще не понравился, — заявила Стася. — Что за грубиян?

— И туалет сам попросил, а мне даже спасибо не сказал, — поддакнул Гриша. — Хам.

Я прыснул со смеху и повёл своих друзей занимать места. В принципе, дело сделано, но заодно и матч посмотрю, раз уж мы пришли.

Матч начался. Судья свистнул. Игроки начали бегать по полю за мячом. Аткарск в синей форме, Ртищево в красной.

Народ оживился. Кричали, свистели, болели за своих. Неожиданно игрой заинтересовался и Гриша.

— Давай, пасуй! — выкрикнул он. — Ну чего же ты!

Не уверен, что мяч в этот момент вообще был у игрока нашей команды, ну да ладно.

— Почти забили! — включилась в игру и Стася. — Кому ты даёшь?

Я наблюдал молча, отдыхал. Дело с Якубовым сделано, можно насладиться небольшой передышкой.

Игрок номер десять провёл атаку, с мячом побежал к воротам, удар…

Гол!

Народ взревел, многие повставали со своих мест. Включая и моего соседа справа, который резко вскочил, совсем позабыв о том, что держит в руках термос с горячим чаем. Рука дрогнула, и горячий чай тут же попал ему на руку.

— Ааа! — закричал тот.

Но его крик, похоже, услышал только я. Остальные были уверены, что это болельщик радуется голу.

Но он вообще не радовался, а тряс обожжённой рукой. Что ж, вот и закончился мой отдых.

— Давайте посмотрю, — повернулся я к нему. — Я врач, не волнуйтесь.

Он протянул мне руку. Так, красная кожа, волдыри. Ожог второй степени. Площадь небольшая, ничего критичного.

— Так, нужен холод, — распорядился я. — Сейчас…

Мне удалось найти небольшой кусочек снега. Не лучший вариант, но что есть. Завернул его в бинт, приложил к руке. Вообще больше для отвода глаз, сам в этот же момент воздействовал праной. Лечить ожог до конца я не собирался, это будет слишком уж подозрительно. Но воспаление снял, и боль уменьшил.

— Стало гораздо легче, — кивнул мне мужчина. — Это из-за холода?

— Да, — я убрал кусочек бинта с растаявшим снегом. Затем достал новый бинт и принялся накладывать повязку.

Повезло, что у меня в кармане вообще завалялся бинт. Так-то мало кто его носит с собой.

— Дома намажете Пантенолом, — закончив с повязкой, сказал я. — Поможет с заживлением. Вы в порядке?

— Да, — кивнул он. — Спасибо большое. С матча в жизни не уйду, хоть мне руку оторвёт! Я всю жизнь за Аткарск болею.

Фанат до мозга костей. Я кивнул, ему в принципе ничего и не угрожало. Праной я сделал всё, что мог.

Мужчина принялся дальше смотреть матч, я повернулся к Стасе и Грише. Те и не заметили, что я вообще отвлекался.

Яро наблюдали за событиями на поле. Что ж, я тоже вернулся к просмотру матча.

За весь первый тайм больше никто не забил. Наступил пятнадцатиминутный перерыв, люди засуетились, вставали размять ноги.

— А я и не думала, что мне так понравится! — заявила Стася. — Так захватывающе! Хочешь не хочешь, а начинаешь болеть за наш город!

— Согласен, — кивнул Гриша. — Я вообще себя заядлым болельщиком почувствовал!

Я улыбнулся. Рад, что они увлеклись. Не зря пришли значит.

— Пойду разомнусь немного, — сказал я им. — Скоро подойду.

— Давай, — махнул рукой Гриша. — Мы тут посидим.

Я встал, потянулся и прошёлся по трибунам. Меня тут же заметил Тейтельбаум, и жестом пригласил к ним.

— Добрый день, — поздоровался я сразу с тремя. Гуров, Тейтельбаум и Жидков. — Не знал, что вы тоже любите футбол.

— Это на родной город, так что ничего удивительного, — ответил Гуров. — С нами ещё Игорь должен был посидеть, но что-то не пришёл.

Игорь Станиславович, тот самый ЛОР. Логично предположить, что они знакомы. Так сказать, старая гвардия поликлиники.

— Мы как раз говорили о вас, — заявил Жидков.

Я насторожился. О чём это?

— Не только про Александра, а про ситуацию, — тут же поправил его Тейтельбаум. Про те самые лекции, которые устраивает мэрия. Мы же с Володей вчера были на ней. Отвратительная была лекция.

— И так уж вышло, что я слышал, как Корушнова просила вас перестать читать лекции в школе здоровья, — добавил Жидков. — И думаю, что на вашем месте я бы прислушался. Всё-таки мэрия просит…

— А я вот на стороне Александра, — заявил Гуров. — Не каждый молодой человек может так стойко следовать собственным идеалам.

А мне так в принципе надоела тема с этими лекциями из мэрии. Я вздохнул.

— Я не собираюсь прекращать свой проект, только потому что он нужен кому-то сверху, — заявил я. — Так что тут и обсуждать нечего.

— Меня приглашали к ним пойти, — признался Тейтельбаум. — Мои лекции про зрение пользуются популярностью, хоть и не такой, как ваши. И мне предложили читать их в качестве лектора из мэрии. И я отказался.

— Боря, ты не говорил! — воскликнул Жидков. — Почему?

Офтальмолог нахмурился.

— Я считаю, что это было бы неправильно, — заявил он. — Предательство по отношению к Александру, который вообще стал причиной, почему я эти лекции читаю.

Точно, если бы не ссора Жидкова и Тейтельбаума — ничего бы этого вообще не было.

— Мне приятно это слышать, — улыбнулся я. — Никто не сможет закрыть нас против нашей воли, поэтому пока что продолжим вести лекции в прежнем режиме.

— Всё-таки вы молодой, и не понимаете конфликта, — покачал головой Жидков. — Это чревато проблемами.

— Я не боюсь проблем, — ответил я. — Мои лекции помогают людям.

— Нет в вас мудрости отступления, — пробурчал Жидков.

Гуров внезапно очень внимательно посмотрел мне в глаза.

— Вы мне иногда кажетесь куда старше своих лет, Александр, — заявил он.

Ещё бы. Ведь в прошлой жизни я прожил пятьдесят с лишним лет. А здесь мне всего двадцать пять. Вот почему мне легче принимать некоторые решения.

Но этого никто и никогда не должен узнать Поэтому я просто вежливо пожал плечами.

— Ладно, мне пора, — сказал я. — Рад был всех вас видеть.

Они по очереди пожали мне руки, и пустились в какой-то новый спор.

Я вернулся на своё место, и как раз начался второй тайм. В самом начале второго тайма гол забыла команда из Ртищево, и счёт сравнялся.

На двадцатой минуте снова забил игрок десять из Аткарска. А потом…

— Аткарск говно! — выкрикнул один из болельщиков в громкоговоритель. — Ваши футболисты вообще играть не умеют! Деревенщины!

Я резко обернулся. В секторе рядом с нашим стоял молодой мужчина лет тридцати, в красной куртке. Видимо, болельщик из Ртищево. Зачем он это сделал⁈

Народ вокруг замер, а потом взорвался.

— Слышь, ты чё сказал⁈ — выкрикнул болельщик из Аткарска.

— Повтори, — поддакнул ему другой.

— Вы говно, — рядом с первым болельщиком из Ртищево встал второй. — Играть не умеете, судья в вашу сторону свистит!

Началась потасовка. Огромная массовая драка.

— Что делать? — испуганно спросила у меня Стася.

— Держись возле нас, — строго сказал я ей.

— Там случайно не Чердак? — спросил у меня Гриша, показав рукой на одного болельщика.

Я посмотрел в указанную сторону. Точно, Чердак. В следующий миг кто-то ударил Чердака об голову бутылку, и тот упал на землю, истекая кровью.

«Один за всех, и все за одного!» — начали скандировать болельщики.

Вот чёрт, приехали… Сходили, блин, на футбольный матч.

От авторов:

Дорогие друзья! Если у Вас после прочтения остались положительные эмоции, не забывайте ставить лайки. Они очень помогают продвижению серии!

А продолжении истории Сани уже выложено по ссылке ниже. Хотя Гриша пытался спрятать главу, потому что на неё положила глаз Стася. Но у него ничего не вышло, хе-хе!

https://author.today/reader/569833/5413730