Дао — река жизни

Глава 3 Они не знают меня

Лао-Цзы говорит:

Мое учение очень легко понять, практиковать его очень просто,

но никто не понимает его, никто не может практиковать его.

В моих словах заложен принцип.

А в делах людских заложена система.

Оттого что люди не знают моего учения, они не знают и меня.

Я известен потому, что меня знают немногие люди.

По этой причине мудрец носит грубую ткань на голове и нефрит в груди.

Легкое не всегда бывает легким, а очевидное не всегда бывает очевидным.

Подобное происходит из-за вас. Вы очень отяжелены, усложнены и запутаны. Все ваше бытие хаотично, частично, ваше бытие разделено на части.

Для того чтобы понять, что легкое дело легко, вам надо быть неразделенными; понять очевидное положение вещей значит привести ум в определенное качество осознанности. В противном случае далекое кажется близким, а близкое забывается.

Учение Лао-Цзы очень простое, более легкого учения вам не найти. Будда несколько сложен, и Иисус труден, Кришна очень сложен, а Лао-Цзы абсолютно прост, и из-за этой простоты он самый трудный для понимания.

Люди не могут понять Лао-Цзы не потому, что он труден, а потому, что он очень прост. На самом деле, понимать нечего, и решать нечего. Если уму надо что-то решить, он пытается решить это. Ум приходит к определенному пониманию в попытках решить трудность. Но если дело совершенно легкое, то у ума нет вызова. Не стоит вопрос решения трудности, она уже решена. Ум просто забывает о ней. Учение не составляет трудность, поэтому оно неинтересно уму, оно не задевает его любопытство. В учении нет вызова, ум не может преодолеть и завоевать его, в этом нет смысла. Победа так легка, что ум считает ее бессмысленной.

Вот почему люди упускают Лао-Цзы, он самый трудный для понимания. Но его учение очень простое. Это надо понять.

Прямо сейчас ваш ум может постичь многие сложные понятия. Вы можете понять Гегеля, он не очень трудный для понимания, но довольно усложненный. Вы можете понять Канта, он не очень глубокий, но весьма загадочный. Вы можете понимать философов, философии, системы, потому что они не требуют от вас осознанности, отличной от той, что есть у вас. Вам нужно небольшой усилие, чтобы уметь в своем нынешнем качестве понять Гегеля. Вы просто прикладываете чуть больше усилий, но ваше существо не преображается. Философии просто перед вами, и вам нужно пройти к ним две мили. Их качество не отличается. Но для того чтобы понять Лао-Цзы, вам надо пройти через глубокое изменение и тотальную революцию. Вам надо уподобиться детям, стать невинными.

Вопрос не в очень интеллектуальном уме, вопрос как раз в невинном уме. Для того чтобы понять легкое, нужна невинность. Интеллект нужен для того, чтобы понимать усложненное — вы интеллектуальны, и именно это ваше качество оказывается всей вашей глупостью. Вы не можете понять невинные явления, вы совершенно потеряли такую способность, это подобную зеркалу чистоту ребенка. Возможно, ребенок не умеет сказать, что он понимает, потому что ему не достает словарного запаса и логики. Но просто посмотрите ему в глаза, в них отражается все, в них ничего не испорчено.

Нужно детское сознание, тогда Лао-Цзы очень прост, тогда нет никого, подобного Лао-Цзы; он не порождает трудности, он не философ, не систематизатор, а тот, кто вернулся в изначальный источник невинности, из которого он смотрит на жизнь, и он просто не может понять, почему вы так озадачены. Я тоже не могу понять, в чем трудность, почему вы беспрестанно преследуете что-то и ничего не достигаете, почему вы неустанно пытаетесь решить что-то и ничего не решаете!

Как раз наоборот: чем активнее вы пытаетесь решить трудности, тем яснее проступает их нездоровье, и вы становитесь все более смущенными, напряженными, сомневающимися и беспокойными.

Вы пытаетесь разрешить одну проблему, и при этом из ваших усилий возникает сто одна проблема. Вы упускаете что-то самое основное.

Ум, который уже есть у вас, — это не тот ум, который способен решать. Поэтому он усложняет все, что вы обдумываете им. Это порочный круг. Когда ум усложняет вопрос, вы еще активнее стараетесь решить его, и тогда ум снова еще сильнее усложняет вопрос, и так далее.

Если этому уму позволить двигаться к самому логическому пику его способности, тогда вы сойдете с ума. Логическим выводом всего этого станет умопомешательство. Вы не сходите с ума потому, что не идете к самому пику. Между вами и умалишенными есть различие в степени, и только. Стоит вам сделать лишний шаг, и вы сойдете с ума.

Вы не идете к крайности, вот и все. Вы цепляетесь за середину, так вам удается удержать нормальность. В иных случаях все кажутся нездоровыми.

Жизнь сама по себе — это не задача, поэтому всякая попытка разрешить ее глупа. Жизнь — это таинство, которое надо прожить, а не задача, которую надо разрешить. Глубоко осознайте это внутри себя. Жизнь — это вовсе не задача. Радуйтесь жизни! Получайте от нее удовольствие! Любите жизнь! Живите ею! Делайте все, что вам заблагорассудится, но, прошу вас, не решайте жизнь. Она вовсе не задача!

Я слышал такой анекдот. Один профессор логики отправился в магазин игрушек со своим пятилетним ребенком и женой, которая тоже была очень образована и интеллигента. Супруги искали новую игрушку ребенку на день рождения. Им попалась невероятно сложная картинка-загадка. Отец, логик до мозга костей, попытался сложить картинку. Он старался из всех сил, но, казалось, что решения просто не было. Пот покатился у него со лба. Ведь в магазине вокруг него столпился народ, а он, профессор логики, не может сложить простую картинку-загадку, которая предназначена для складывания детьми! Ему принялась помогать жена. И только ребенок получал удовольствие от всей игры, потому что ему было неинтересно решать загадку. Он советовал родителям прикладывать кусочки картинки на разные лады. Ребенок был единственным человеком, который не беспокоился

А потом логик спросил владельца магазина:

- В чем дело? Если я не могу сложить эти кусочки картинки, то с чего вы взяли, что их сможет сложить пятилетний ребенок?

Владелец магазина рассмеялся, он хохотал от души. Потом он сказал:

- А здесь не надо ничего складывать. Эта игрушка не предназначена для решения. Она призвана показать ребенку современный мир, современную жизнь: вы ничего не можете решить, что бы вы ни делали. Эту картинку-загадку изготовили с особой целью, ее сложить невозможно!

Жизнь сотворена с особой целью. Она бесцельна, она не то, что надо разрешать, а то, что надо прожить, чем надо наслаждаться. Вы можете праздновать, танцевать и петь жизнь. Существуют миллионы возможностей того, что можно сделать с жизнью, но я прошу вас никогда не пытаться разрешать ее, в противном случае вы сбились с пути. И тогда вы никогда уже не будете снова идти с жизнью в ногу.

Кто сказал вам, что жизнь с ее деревьями, небом, облаками, песком, морем составляет трудность? Кто сказал вам, что все это трудности, которые необходимо разрешить? Но ум желает вызовы, то, с чем можно побороться. Даже если проблем нет, ум порождает надуманные проблемы, которые надо решать. Ум замечательно чувствует себя, решая их; эго растет и наполняется, ведь вы что-то завоевали.

Такова основная точка зрения религии: жизнь надо проживать. Жизни нужно удивляющееся сердце, а не мудрствующий ум. Удивляйтесь так сильно, как только можете. На Западе говорят, что философия родилась из удивления, но, по всей видимости, это не так, потому что философия рождается только тогда, когда убивают удивление. Философия возводит свое здание на смерти удивления.

Если удивление продолжает жить, тогда не может быть никакой философии. Удивление — это состояние существа. Это существо открыто и податливо, оно полностью отпускает себя. Вы получаете удовольствие, но не задаете вопросов. Вы любите жизнь, но вам нет дела до того, почему она существует. Вы не становитесь одержимыми вопросом ее предназначения. Вопрос смысла жизни не становится в вас болезнью: вы не считаете, что вам сначала надо познать жизнь, то есть, зачем она и каков ее смысл. Вы просто принимаете ее такой, какая она есть, и вы ей удивляетесь!

Удивление — это не продукт ума, оно исходит из сердца. Вы удивляетесь всему, что встречаете, — вот открывается бутон, и цветок распускается! Вновь создается все творение, а вы по своей глупости спрашиваете: «Как Бог создал мир? Почему Бог создал мир?» А ведь Бог создает мир прямо сейчас! Он делает это перед вами!

Созерцайте жизнь! Пусть этот бутон откроется и превратится в цветок. Не привносите сюда свой ум, полный вопросов. Просто посмотрите изумляющимся сердцем, и тогда вы все узнаете! Вы узнаете через удивление, а не через исследование. И если вы достигнете удивления, тогда Лао-Цзы станет для вас совершенно простым и таким очевидным. Он очевиден как сама жизнь.

Истина проста. О ней не нужно ничего говорить. Вы поймете жизнь потому, что вы ее часть. Вы никогда не покидали жизнь. Вы всегда в океане, вы рождаетесь из него и растворяетесь в нем. Океан живет через вас, от мгновения к мгновению. Все существование бьется в каждом стуке ваших сердец. Существование ходит в вас, оно ощущает голод в вас, оно чувствует удовлетворенность в вас, оно любит и любимо в вас! Существование каждую секунду рождается в вас!

В этом различие между философией и религией. Философия полагает, будто у жизни есть задачи, которые необходимо решать, из этого она исходит. А религия считает, что в жизни нечего решать. Жизнь существует во всей своей открытости — надо прыгнуть в нее, танцевать с ней, глубоко нырнуть в нее, объединиться с нею.

И красота жизни в том, что те, кто начинает с задач, никогда не заканчивают решениями, а у тех, кто никогда не начинает с задач, всегда есть решение. Те, кто пытается решать, никогда не могут решить, а те, кто никогда не интересовался решениями, уже все решили. На самом деле, с самого начала ничего не скрывается. Все открыто, жизнь — это тайна у всех на виду! Жизнь похожа на тайну потому, что закрыты именно вы. Итак, все сводится к тому, как привнести в жизнь иное качество бытия, не через умственное исследование, а через удивляющееся сердце.

Вы когда-нибудь замечали, как одна и та же вещь может в один момент быть скучной, а в другой момент невероятно интересной? Наступают минуты, когда вы, словно впервые, слушаете симфонию Бетховена, и она так захватывает и наполняет вас, что вы почти переполняетесь ею, вы пульсируете ею, вы совершенно забываете о себе, вы теряетесь в симфонии, она овладевает вами, и вы движетесь в другом мире.

В другой раз вы снова слышите эту же симфонию, и она уже не такая прекрасная. На третий раз вы почти впадаете от нее в тоску. Потом вы слышите ее в четвертый раз, в пятый раз, и вам от нее уже невыносимо скучно.

Скука — это качество симфонии? Тоска — это часть симфонии или то, что вы привносите в нее? Ведь если бы скучной была сама симфония, тогда вы заскучали бы и во время первого прослушивания. Это качество не может принадлежать симфонии. Оно принадлежит вам. В первый раз вы были взволнованы. В первый раз вы задавались вопросом, куда вы идете и что при этом произойдет. В первый раз у вас было сердце ребенка — вы бурно радовались!

Вы видели, как ведут себя в поездке дети? Как же сильно они радуются! А вам просто скучно. Дети подпрыгивают у окон, они хотят выглянуть наружу, а вам просто скучно, потому что перед вами постоянно повторяется один и тот же пейзаж: все те же деревья, холмы и ничего нового.

Но почему же так возбуждены дети? Они все еще не знают, как скучать, поскольку не научились этому. Для того чтобы научиться искусству скучать, требуется время. На скуку уходят опыт, долгая жизнь и большие усилия — только тогда вы можете начать скучать. Ребенок же свеж!

Когда вы слушаете симфонию в первый раз, вы свежи как ребенок, вы радуетесь симфонии. В следующий раз вы уже знаете ее. Это знание порождает скуку. Ничто так не нагнетает скуку, как знания. Если вы хотите создать скуку, станьте более знающими, и тогда вам станет очень тоскливо, смертельно скучно. Знайте больше, и вы будете сильнее скучать. Знайте меньше, и вы будете всегда наполнены удивлением. Ничего не знайте — это и есть невинность. Как же вы можете скучать, ничего не зная?

Вы наблюдали за детьми? Вы рассказывали им сказки? Вы рассказываете им сказку, а на следующий день они снова просят: «Расскажи нам снова вчерашнюю сказку». Вам скучно, но дети снова просят прежнюю сказку. Если вы рассказываете ее детям, и если они не хотят спать, они кричат: «Расскажи ее снова! Расскажи нам сказку еще раз!» Ведь для них не имеет значения, сколько раз вы рассказываете сказку. Они не становятся знающими. Они не собирают пыль. Они остаются чистыми, их зеркало остается свежим.

А иногда случается, что вы сидите рядом с человеком, которому очень скучно. И вам невыносимо скучно. Потом вы включаете музыку, и знакомая вам симфония наполняет комнату. Вы слышали ее много раз, но сейчас она неожиданно снова приводит вас в восторг. В ней есть волшебство. Что же случилось?

Такую сильную скуку порождал скучающий человек. И он так надоел вам, что даже симфония, которую вы слышали много раз, снова кажется вам сравнительно новой.

Проведите один эксперимент. Каждый день вы ходите одной и той же дорогой, каждый день вы смотрите на одни и те же деревья. Просто смотрите внимательнее, словно вы сами стали глазами; смотрите на деревья очень внимательно, словно от этого зависит вся ваша жизнь. И вы неожиданно увидите, как все станет преображаться. Дерево уже не прежнее, его цвет изменяется. Чем более внимательными вы становитесь в себе, тем сильнее зеленеет дерево. Оно становится более свежим и живым. Цветок прежний, но его аромат уже другой. Дерево прежнее, но его красота уже другая. Чем более внимательными вы становитесь, тем более красивым становится дерево. И не надо здесь решать какие-то задачи. Дерево так прекрасно, только глупые люди попытаются вынести ему какое-то решение. Лишь глупцы ищут решения. Мудрые люди всегда только жили, радовались и веселились. По этой причине на Западе наркотики приобрели такое большое значение.

Человек живет как лошади; вы видели, как они бродят, впряженные в телеги и двуколки по улицам? У них на глазах шоры, им не позволяют видеть, потому что они смутятся, если будут видеть слишком много. Если они будут видеть слишком много, они не пойдут в том направлении, куда вы их понукаете. Поэтому им надевают на глаза шоры.

Все общество прикрепило к вашим глазам и к вашим чувствам шоры, поскольку общество боится, что вы будете опасными, если останетесь ребенком. Общество пытается сделать ребенка как можно быстрее взрослым, а эта «взрослость» — ничто иное, как смерть.

Мы навязываем ребенку знания, чтобы он потерял свое удивляющееся сердце, в противном случае возникает опасность. Ребенок опасен. Вы не можете предсказать поступки ребенка, он непредсказуем. Что он выкинет? Никто этого не знает. Вы не в силах навязать ребенку законы и правила, потому что он живет от мгновения к мгновению. Его надо сделать знающим, и для этого существуют школы, колледжи и университеты. Они создают шоры.

Все усилия образования направлены на то, чтобы надеть шоры на ваши чувства, и вы становитесь бесчувственными. Тогда нет никакой опасности.

Когда вас гнетет тоска, вы становитесь совершенно благопристойным гражданином. Скучающий человек совершенно благопристоен, он всегда подчиняется правилам и закону. Он мертв. Он не может восстать. Но живой человек всегда мятежен. Жизнь — это бунт, бунт против смерти, бунт против материи, бунт против неподвижного льда. Жизнь — это поток.

Общество надевает на ваши чувства шоры. Вы вроде бы видите, но на самом деле не видите. По этой причине на Западе (а в старину и на Востоке) наркотики приобрели такое большое значение. Общества утверждают, что наркотики нельзя использовать, вместе с тем именно общества заставляют людей использовать их. Сначала вы делаете людей нечувствительными, а потом, когда они становятся нечувствительными, только наркотики могут дать им немного чувствительности. Поэтому, когда ваши глаза открываются, когда с них спадают шоры под воздействием ЛСД, это химическое изменение, химическое соединение снимает шоры — вы смотрите на деревья, и у них такая невероятная красота, которой не было прежде. Обычные объекты жизни — заурядный стул или пара стоптанных тапочек — неожиданно приобретают качество божественности.

Вы видели картину Ван Гога «Ботинки»? Он непременно что-то увидел, иначе, кто же захочет рисовать пару старых ботинок? А ведь они поистине прекрасны. Ван Гог упорно работал над картиной. Это всего лишь пара старых ботинок, но вы видите, что они старые, вы видите, что им сильно досталось, вы видите, что они долго жили, много вынесли, обошли множество дорог, известных и неизвестных, что они страдали. Перед вами вся жизнь ботинок.

Есть мнение, что в художниках непременно присутствует вживленное нечто, подобное ЛСД. Поэтому они видят вещи в таком прекрасном свете, как их не видят обычные люди. Ван Гог нарисовал стул. Никто не видит красоту в этом стуле, но он, должно быть, увидел ее.

Когда Олдос Хаксли впервые попробовал ЛСД, он сидел перед стулом. В тот день он понял, что увидел в стуле Ван Гог. Неожиданно с глаз Хаксли спали шоры, их сорвали наркотики, его глаза стали чистыми и невинными, и писатель увидел, что стул излучал тысячи цветов, стул превратился в радугу, он стал таким прекрасным, что ни один алмаз не мог тягаться с ним.

Через несколько часов, когда прекратилось воздействие ЛСД, стул снова стал прежним. Что же произошло? Стул изменился? Наркотик принимал Хаксли, а не стул. Шоры спали с глаз Хаксли.

И я говорю вам, что мы не избавимся от наркотиков до тех пор, пока не создадим общество, которое отбрасывает шоры. В противном случае наркотики будут всегда. Их названия меняются — вот это по-настоящему занимательно, поскольку люди, пьющие алкогольные напитки, против ЛСД. А ведь алкоголь — тоже наркотик! Возможно, этот наркотик старый, древний, традиционный, но это все равно наркотик. Судья — алкоголик, и он сажает человека в тюрьму за то, что тот принял ЛСД! Если в алкоголе нет ничего дурного, то и в ЛСД нет ничего дурного. ЛСД — это просто новичок среди наркотиков, он лучше и совершеннее, он более научен.

Я не призываю вас принимать ЛСД. Я не советую вам заняться наркотиками. Я говорю вам: «Отбросьте шоры». Если вы отбросите их, тогда уже не будет потребности в каком-либо наркотике. Тогда вы живете все сутки напролет в таком глубоком удивлении, что к нему не добавить ни одного наркотика. И наоборот, если человеку, живущему по-настоящему, живущему подлинно, как Лао-Цзы, сделать инъекцию наркотика или влить в него алкоголь или еще что-то, он почувствует, что его тянет вниз с его высокого состояния. Он не будет готов принять наркотик.

Если Будда, Махавира, Кришна и Лао-Цзы против наркотиков, то только потому, что они живут на таком высоком пике сознания, что если вы опьяняете их сознание, оно сжимается и падает вниз.

Наркотики будут существовать до тех пор, пока человек не придет к более высокому состоянию понимания и невинности, которое не может дать наркотик. Законы будут существовать и дальше, а вместе с ними и наркотики. Ничто не меняется, поскольку у вас есть шоры. Вы не слышите! Вы похожи на самолет, который изготовили для того, чтобы он летал, но несколько примитивных людей утащили его. Им и в голову не пришло, что этот механизм мог летать, поэтому они использовали самолет в качестве телеги, они впрягли в него лошадей или волов. Постепенно люди заинтересовались самолетом, поскольку им показалось, что в нем был какой-то механизм. Эти любопытные люди начали исследовать механизм, начали делать открытия, просто ощупью во тьме, и однажды один человек запустил двигатель. Поэтому люди отпрягли от самолета волов и стали использовать его в качестве автомобиля.

Потом какие-то рисковые парни попытались развить на нем самую высокую скорость, возможную для него. И как-то раз самолет случайно оторвался от земли. И люди поняли, что самолет предназначался для полетов, он не был телегой.

С вами как раз такая ситуация. Вам было назначено летать, а вы стали нагруженной телегой, и вы не можете быть счастливыми до тех пор, пока не достигнете высших способностей своего существа. Именно этот смысл мы вкладываем в слово «Бог»: это человек, достигший высших способностей своего существа. Если ему назначено быть самолетом, значит, он стал самолетом. И этот человек божественен.

Вы живете, прижавшись к земле, поэтому вы всегда находитесь внизу. А когда вы внизу, вам приходится заставлять себя как-то тянуться вверх. Но вы не можете находиться наверху достаточно долго. Вы можете подпрыгнуть, но потом вы снова падаете.

Откройте для себя свою чувствительность. Ваши уши могут слышать музыку, которая есть сокровенная суть существования. Ваши глаза могут видеть невидимое, сокрытое за всеми видимыми явлениями. Ваши руки могут коснуться того, чего невозможно коснуться. Вы можете влюбиться в то, что представляет собой все сущее. Тогда жизнь проста.

Если вы действуете в своем совершенном качестве, если ваше внутреннее естество звучит как совершенный механизм, тогда все легко и просто. В противном случае все трудно, очень трудно, и вы все время прикладываете усилия. И чем активнее вы стараетесь, тем более трудным становится действие. Таково незавидное положение современного человека.

В древности люди находились в более выгодном положении, потому что они никогда не утруждали себя. Современный человек действительно испытывает неприятности, поскольку он прикладывает слишком много усилий для того, чтобы жить легко. Вы без всякой на то необходимости утруждаете себя, делая легкую жизнь невозможной.

А теперь рассмотрим сутры Лао-Цзы:

Мое учение очень легко понять...

Но только, когда вы понимаете его, лишь в этом случае. То, что вы сейчас называете пониманием, — это на самом деле не понимание. Возможно, это интеллект, но это не понимание. Какая разница между интеллектом и пониманием? Интеллект понимает слова, концепции, логику, доказательства, аргументы. А понимание идет глубже этого. Интеллект пребывает лишь на поверхности; он широкий, но не глубокий. Интеллект может быть очень широким — человек способен знать многие тысячи вещей, человек способен стать живой энциклопедией, но это не значит, что он стал понимающим. Все более широким становятся его знания, и чем они шире, тем меньше возможность их глубины. Если вы заставите рассудочного человека двигаться в глубину, он начнет задыхаться.

Понимание — это углубляющийся интеллект, а знания — это расширяющийся интеллект. Интеллект поддается количественному определению. По этой причине интеллект можно измерить, ведь он поддается вычислению. Психологи умеют измерять его, у них есть понятие коэффициента интеллекта. Можно измерить объем вашего интеллекта. Но никто не может измерить объем вашего понимания. Это вообще не количество, как же вы можете измерить понимание? Понимание — это качество, оно в глубине. И понимание ни в коей мере не зависит от рассудочности. Оно зависит от осознанности — в этом все различие.

Вы можете без конца читать много книг. Для этого не нужно быть осознанным, вы просто беспрестанно зубрите, память все время поглощает информацию. Если же вы хотите понимать, тогда вам надо быть бдительными и созерцательными. Вопрос не в памяти, а в видении истины происходящего.

Вы можете двояко слышать меня. Вы можете слышать меня интеллектом, и ваш интеллект говорит: «Да, речь этого человека кажется логичной», или «нелогичной». Ваш интеллект говорит: «Да, я согласен с этим человеком», или «я не согласен». Но все это на поверхности. Если вы слушаете мои слова с бдительностью, без постоянных суждений ума, но, просто проникая в суть моих речей, смотря в истинность того, что говорит «этот человек», глубоко проникая в слова, смотря сквозь них, вы придете к пониманию моих слов. И понимание ни за, ни против — это просто понимание; за и против как раз интеллект.

Если вы понимаете меня, тогда вы не будете за меня, и вы не будете против меня. Вы будете просто радоваться мне и идти своим путем. Понимание — это совершенно другое измерение. Интеллект движется горизонтально, а понимание движется вертикально.

Если вы хотите копить знания, тогда вам нужен интеллект. Если же вы хотите стать знающими, тогда вам нужно понимание.

Может так получиться, что если вы встретите где-то на земле Лао-Цзы, вы обнаружите, что он не очень эрудирован. Если вы станете задавать ему вопросы, то он, возможно, не сможет ответить на них. Но если вы понаблюдаете за ним, вы сможете увидеть его понимание. Возможно, он не человек знаний, но он, без сомнения, человек знания.

Если вы будете просто слушать его слова, он может произвести на вас впечатление человека неграмотного и некультурного, но если вы вглядитесь в его существо, вы увидите, что он прячет в себе. В нем самое чистое сердце на свете. Но только это имеет смысл в конце концов, потому что никто не живет знаниями, вы живете бытием.

Гурджиев обычно задавал ученику такой вопрос, когда тот хотел получить посвящение: «Что вас интересует: знания или бытие?» Для человека, не искавшего глубоко, было трудно ответить на этот вопрос. «В чем же различие? Знания или бытие?» Гурджиев часто говорил: «Вы хотите знать больше или быть больше?» Установка «быть больше» — это как раз путь понимания. Человек собирает бытие, а не слова, концепции и философии.

Мое учение очень легко понять, практиковать его очень просто...

На самом деле, не нужно практиковать его учение. Именно в этом значение фразы «... практиковать его очень просто...» Если вы понимаете, тогда само понимание становится практикой. В этом смысл знаменитого изречения Сократа: «Знание — сила». Сократ использовал не то слово. Он был греком, и мы можем простить его. Сократу следовало использовать слово «познание» или «понимание». Он сказал, что знание — сила, а на самом деле имел в виду, что понимание — сила.

Если вы что-то понимаете, как вы можете противодействовать этому? Если я хорошо знаю, что это дверь, как я могу пытаться пройти сквозь стену? Если я знаю об этом, нужно ли практиковать хождение сквозь стены? Практика приходит лишь как заменитель знания.

Если вы по-настоящему знаете о чем-то, тогда это практикуется само собой, и не нужно здесь ничего предпринимать. Вот какое значение Лао-Цзы вкладывает во фразу: «...очень легко понимать, практиковать его очень просто...» На самом деле, понимание и есть практика.

Вы замечали такое в своей жизни? Вы спрашиваете, как практиковать то, что сами понимаете? Если вы это не понимаете, если вы только собираете это как знания, тогда возникает вопрос: «Как практиковать это?» Знаниям требуется практика. Понимание же — это само по себе практика. Если вы что-то понимаете, это мгновенно преображает вас. Понимание не постепенно, оно происходит в тот же миг. В долю секунды вы становитесь совершенно другим человеком.

Я слышал одну старую историю. Умер как-то известный ювелир. Он оставил жене много драгоценностей. Женщине эти богатства приносили беспокойства, поэтому она позвала другого ювелира, друга почившего мужа, чтобы он продал камни.

Ювелир рассмотрел камни и сказал:

- Храни их. Сейчас рынок полон таких камней, и ты немного выручишь с них. Храни их. Мы продадим камни, когда я увижу, что пришло верное время. И каждый день присылай в мой магазин сына, чтобы я мог обучить его нашему искусству.

Прошли годы.

И тогда женщина напомнила ювелиру:

- Мои камни все еще лежат, а мы бедны и испытываем нужду. Продай камни.

Ювелир сказал ей:

- Я приду сегодня.

Вечером ювелир пришел к женщине, он привел с собой сына женщины, которого учил искусству ювелирного дела. Ювелир велел мальчику:

- Принеси камни.

Мальчик открыл шкатулку и посмотрел на камни.

Камни не были драгоценными. Мальчик засмеялся. Он вышел на улицу и высыпал камни из шкатулки на дорогу.

Мать заплакала.

- Что ты делаешь? — закричала она.

- Это грошовые камешки, — объяснил ей мальчик. — У них нет никакой ценности, это всего лишь стекляшки.

Но женщина годами хранила и оберегала эти камни как великое сокровище, поэтому она спросила друга ее умершего мужа:

- Почему же ты раньше не сказал мне об этом?

Ювелир ответил:

- Тогда ты могла не поверить мне. Камням была грош цена, но ты могла не поверить мне, поскольку для тебя это было бы только знаниями. Тебе было бы трудно доверять мне. Поэтому я попросил тебя позволения обучить твоего сына. Теперь он все знает. И ты можешь доверять мне.

Ждал ли сын женщины хотя бы минуту? Как только мальчик узнал о том, что это были обычные камни, он просто вышел на улицу и выбросил их. Он не потерял ни секунды. Камни не были сокровищем — и делу конец!

В жизни происходит то же самое. Если вы что-то понимаете, значит, вы это понимаете. Вы никогда не спрашиваете: «Как это сделать?» Подобное «как» является только знающему человеку, а не человеку понимания. По этой причине Кришнамурти все время учит своих учеников: «Не спрашивайте, как! Просто слушайте то, что я говорю, и пытайтесь понять это. Будьте осознанными! И тогда «как» не будет». И ученики слушают Кришнамурти, и, разумеется, у них есть при этом шоры. Когда мастер заканчивает лекцию, он спрашивает: «Есть у кого-нибудь вопросы?» И обязательно найдется человек, который скажет: «Все сказанное вами верно, но как же сделать это?» Этот человек упустил всю суть. Даже Кришнамурти с его состраданием чувствует раздражение, ведь он уже сорок лет говорит лишь одно, что понимание самодостаточно. Для того чтобы практиковать понимание, не нужно прикладывать усилия. Если вам нужны усилия, значит, это не понимание. Никто не достигает истины через усилия. Человек достигает истины лишь через понимание.

Мое учение очень легко понять, практиковать его очень просто, но никто не понимает его, никто не может практиковать его.

Почему? Почему никто не понимает его учение и не может практиковать его? Потому что вы так сильно запутались, что легкое кажется вам трудным, а простое видится вам сложным. Вы так сильно запутались, что искажается все, что вы видите. И тогда вы начинаете порождать трудности, а потом разрешать их.

Трудности не уйдут до тех пор, пока вы не поднимите свою осознанность на другой уровень. Мой опыт работы с тысячами искателей подсказывает, что невозможно разрешить ни одну трудность, если ваш уровень сознания остается прежним.

Несколько лет назад ко мне пришел один человек. Он долгое время страдал от запоров. Этот человек был очень богат, он перепробовал все лекарства и снадобья, от аллопатии до натуропатии — он испытал все. У него было столько денег, что он мог швыряться ими, времени у него было предостаточно — стало быть, здесь все в порядке. Он объехал весь мир в попытках избавиться от запора, но чем больше усилий он прикладывал, тем сильнее мучили его запоры, и его болезнь укоренялась.

Он пришел ко мне и спросил:

- Что же мне делать?

И я сказал ему:

- Запор может быть только симптомом, он не бывает причиной. Причина же должна находиться где-то в твоем сознании.

И я сказал ему выполнять очень просто упражнение.

Этот человек не поверил мне, он сказал:

- Как же это может быть возможным? Вы полагаете, что выполнение этого простого упражнения поможет мне? Вы смеетесь надо мной? Ведь я перепробовал все, разве может помочь такой пустяк? Я не верю в это.

Но я попросил его просто попытаться. Я велел ему выполнять лишь одно: постоянно держать в памяти, что он не тело, и ничего больше. Разумеется, он не мог в это поверить, поскольку как же могут помочь такие пустяки?

Человек отождествляет себя с телом. У вас появятся запоры, если вы будете слишком сильно отождествлять себя с телом. Вы цепляетесь за него! Вы съеживаетесь! Вы не позволяете телу жить естественно. Вы не разрешаете ему течь. В этом смысл запора. Запор — это духовная болезнь. Перестаньте отождествлять себя с телом. Постоянно помните о том, что вы не тело, а свидетель.

Этот человек испытывал технику три недели. Потом он признал:

- Техника действует. Мой кишечник работает лучше.

Подобное обязательно случится. Если вы не тело, тогда тело начинает работать. Вы не вмешиваетесь, вы не встаете на его пути, и тело беспрерывно работает

Вы видели, чтобы запоры случались у животных? Ни одно животное в природе не страдает от этого. Вы можете найти животное, у которого случаются запоры, в зоопарке. Это могут быть домашние животные — собаки и кошки, — которые живут с человеком и заражены человечеством, испорчены людьми. Вот у них как раз могут случаться запоры. При других условиях в природе не существует запора. Тело живет естественно. Оно течет. Тело не заморожено, на его пути нет завалов. Эти завалы появляются вместе с отождествлением.

Я сказал этому бедняге:

- Просто не отождествляй себя с телом. Постоянно осознавай, что ты свидетель. И никогда не говори: «У меня запор». Просто скажи: «У тела запор, а я свидетель этому».

Тело освободилось. Желудок начал действовать, потому что ничто так не смущает желудок, как ум. Если вы тревожитесь, желудок не может хорошо работать. Если вы отождествляете себя с телом, тогда тело не может нормально течь. Поэтому, когда вы очень больны, вам нужен глубокий сон, потому что вы забываете о теле только в глубоком сне, и все в теле начинает течь.

У этого человека все изменилось. Потом он пришел ко мне и рассказал о том, что с ним происходило новое явление:

- Я всегда был скупым, а теперь я не чувствую себя скаредным.

Иначе и быть не могло, ведь скупость глубоко связана с запором. Они действуют обоюдно: если вы скупой, у вас будут запоры, если у вас запоры, вы будете скупым. Запор — это на самом деле глубокая скупость тела, вы пытаетесь все держать при себе, не позволять чему-либо выходить из тела, беспрестанно все закрывать!

Перейдите на другой уровень сознания, и трудности начнут исчезать.

Как-то раз ко мне пришла женщина. Она была очень толстая, и, разумеется, она стала безобразной. Она тоже перепробовала все на свете. Она сидела на диете, занималась гимнастикой и йогой — она пробовала разный вздор. И ничего ей не помогло, она продолжала все больше толстеть. Я сказал ей:

- Настоящая причина не в теле. Что-то скрыто глубоко внутри тебя. Излишний вес — это только симптом.

Я говорил с этой женщиной (она часто ко мне приходила), и постепенно она открыла мне, она бессознательно открыла мне свое сердце. Она закрывалась с самого детства. Она чувствовала, что никто не любил ее.

Если женщина чувствует, что никто не любит ее, тогда ей придется найти человека или вещь, которые будут в ответе за ее проблемы. Никто не думает о том, что он не достоин любви. Женщина нашла предлог в своем теле: «Меня никто не любит, потому что у меня безобразное тело. Я не уродлива, просто у меня безобразное тело, поэтому меня никто не любит». И вся ответственность ложится на тело.

Женщина пытается уменьшить вес тела, но ничего не помогает, невозможно сбросить вес, женщина беспрестанно пичкает себя едой, поскольку в ней действует глубоко укорененная причина. Это ее единственная защита.

Женщина спокойна, если ее тело всегда неприглядно. Ее никто не любит из-за ее тела. Если же с телом все в порядке, а ее все равно никто не любит, тогда ответственность ляжет на нее. Потом женщина почувствует, что она недостойна любви, а такой правде очень больно смотреть в глаза.

Когда правда прояснилась в ее существе, все начало меняться. Она ела столько же, но ее вес снижался. Она не придерживалась диеты, просто прояснилась причина. Понимание причины стало преображением. Женщина стала тонкой и подтянутой. И, само собой, она была красивой! И, конечно же, люди начали чувствовать ее обаяние.

У каждого человека есть обаяние. Нет такого человека, у кого бы не было своего волшебства. Возможно, вы не позволяете ему распространяться вокруг вас, иначе всех окружала бы прекрасная аура.

Стоило людям начать любить ее, желать ее, как женщина сама стала любить свое тело. И ее тело успокоилось. А тело прекрасно, когда оно спокойно. Все тела прекрасны. Надо было только привнести кое-что в понимание женщины.

Вся работа западного психоанализа сводится к тому, чтобы помочь проясниться действительности с тем, чтобы вы поняли ее; само понимание изменяет вас.

...но никто не понимает его, никто не может практиковать его.

Прямо сейчас вам, таким, какие вы есть, будет очень трудно понять Лао-Цзы. Если бы он сказал: «Делай то-то», тогда вы могли бы понять. Если бы он задал вам очень высокую цель (например, достичь луны), тогда вы могли бы попытаться сделать это.

Но Лао-Цзы говорит о том, что нет ни цели, ни задачи, что не нужно прилагать усилия, что вы уже всего достигли. Вам нужно лишь участвовать в праздновании, которому нет конца; это празднование вечно, и не важно, участвуете вы в нем или нет. Птицы всегда поют, деревья всегда цветут, облака все время движутся, моря все время волнуются и шумят. Празднование вечно. Вы можете отрезать себя от него, стоять в стороне и страдать, а можете и пойти в него, потеряться и праздновать.

В моих словах заложен принцип. А в делах людских заложена система.

Надо понять эти две строки. «В моих словах заложена основа всего». Лао-Цзы говорит о том, что есть только один принцип. Дао — вот этот принцип. Значение слова «дао» — это жить естественно, течь, полностью отпустить себя, не бороться с жизнью, а принимать ее, пускать ее в себя. Это означает не пускать реки вспять, а плыть по течению реки, куда бы она ни вела вас. Это единственный принцип дао. Не боритесь с жизнью, или вы потерпите поражение. Сдайтесь, и тогда вы обязательно победите. В сдаче пребывает победа, а в борьбе — поражение. Если вы разочарованы, это просто показывает, что вы активно боролись.

Если вы найдете человека, который счастлив и победителен, то не сомневайтесь в том, что он понял принцип. Он не борется. Он течет вместе с жизнью, он едет верхом на волнах.

В моих словах заложен принцип. А в делах людских заложена система.

А в делах людских заложена система, а не принцип. Лао-Цзы говорит: «Если вы спросите меня, я отвечу вам, что у меня есть только один принцип, и этот принцип можно так назвать: полностью отпустить себя, сдаться». Но в делах людских нет единого принципа, а есть система, сильно усложненное явление.

Люди не просты, а сильно усложнены и запутаны. Они не знают даже самих себя, не знают, какую сложность они все время носят в себе. И эта сложность не позволит им понять простое явление, простой принцип: вы часть жизни, волна в океане.

Не боритесь с океаном, это глупо. Просто наслаждайтесь океаном, пока он существует. Поднимайтесь с океаном, падайте с океаном. Не порождайте разделение между собой и океаном. Это простой принцип.

Мастера дзен говорили, что одно единственное слово решает все. На самом деле, только одно единственное слово и способно решить все. Чем более сложная у вас философия, тем чаще вы будете попадать в неприятности, потому что все философии — это все та же защита и оборона.

Ко мне приходят люди. Они очень сильно обременены мыслями и приходят ко мне за тем, чтобы собрать еще больше мыслей. Если и я стану нагружать их мыслями, тогда я их враг. Их надо разгрузить от мыслей. Они приходят ко мне и говорят: «Мы пришли к вам, чтобы кое-что узнать». А я им отвечаю: «Вы уже и так слишком много узнали». Я прошу вас все забыть, всему разучиться, отбросить знания! У вас слишком тяжелые головы, они тяжелее тела. Вас убивает ваш собственный груз».

Выбросите из головы все, что вы знаете! Знания сложны. Знания становятся препятствием между вами и жизнью.

Философы, как никто другие, упускают жизнь. Они проходят рядом с жизнью, они идут параллельно ей, но никогда не встречаются с ней, потому что философов всегда, словно облако, окружает великая философия. Философы не могут бросить взгляд за пределы философии. Их глаза застилает дым.

Оттого что люди не знают моего учения, они не знают и меня.

Оттого что люди не могут понять простой принцип, оттого что их всегда интересуют сложные системы, они «не знают меня».

Я известен потому, что меня знают немногие люди.

Лао-Цзы просто парадоксален, но его парадоксы прекрасны и указывают на многое. Он говорит: «... потому, что меня знают немногие люди». Лао-Цзы могут знать немногие люди. Не оттого, что он труден, а оттого, что он настолько прост, что только простосердечные люди способны знать его. Таких людей очень мало! Все люди испорчены. Лао-Цзы могут знать только неиспорченные умы. «Я известен потому, что меня знают немногие люди». Лао-Цзы говорит, что именно в этом причина его известности.

Обычно вы считаете себя известными, когда вас знают многие люди. Когда о вас знает весь мир, вы чувствуете, что вы необычные, выдающиеся, превосходящие в чем-то других людей.

На самом деле, прав как раз Лао-Цзы. Когда вас понимают многие люди, это просто показывает, что вы очень обыкновенные, в противном случае вас не смогут понять так много людей. Люди так безумны, и вы должны содержать в себе душевное нездоровье, иначе вас не смогли бы понять так много людей. Вы должны быть на их же уровне, на одной ступени.

По этой причине политические руководители так известны. Они происходят из самого нижнего слоя человеческого ума. Они принадлежат самому слабому качеству человеческого сознания. Но большинство, разумеется, может понимать политиков, потому что большинство принадлежит тому же уровню. Они говорят на языке, понятном всем людям.

Лао-Цзы же редко понимают. Если вы можете отыскать в одном столетии троих человек, понимающих Лао-Цзы, это уже очень много. Но Лао-Цзы говорит: «Я известен потому, что меня знают немногие люди».

Всегда помните о том, что если вас узнают многие люди, если они принимают вас за что-то превосходящее их, значит, вы ниже их, не забывайте об этом. Иначе как же вас узнают многие люди? Вы не должны иметь никакой ценности. Если вас высоко оценивают так много людей, то хорошо уясните себе, что вы, должно быть, делаете что-то не так, иначе вас не могли бы оценить по достоинству так много людей.

Я слышал анекдот о сумасшедшем доме. Его директором назначили другого врача. Старый доктор ушел на пенсию, а на его место назначили другого врача. Весь сумасшедший дом, все его пятьсот безумных пациентов, праздновал этот день. Сумасшедшие плясали всю ночь, и они были очень счастливы. Прежде такого никогда не случалось. Этот врач работал и в других больницах, других сумасшедших домах, но его нигде не принимали так радушно.

Утром врач спросил сумасшедших:

- Что вы так радостно празднуете? Я просто обыкновенный врач, зачем же вы сходите с ума от счастья?

Больные объяснили:

- Вы так похожи на нас. Прежний врач не был одним из нас.

Запомните, когда вас высоко оценивают так много людей, то, должно быть, вы похожи на них. В вас должно быть что-то неполноценное, грубое. Вы не можете быть очень ценными. В противном случае только очень немногие ювелиры смогут понять, кто вы.

Вы можете пройти мимо Лао-Цзы. Возможно, вы не сможете узнать его. Вы не можете пройти мимо Александра Македонского, не узнав его. Как вы можете так легко узнать Александра Македонского, Адольфа Гитлера, Мао? Почему это так легко? На них отзывается что-то в вас. В вас тоже есть маленький Александр Македонский. И вы тоже хотите стать завоевателем всего мира. Вы принадлежите тому же типу, тому же безумию. Это безумие помогает дать вам проблеск того, что здесь находится человек, который представляет собой образ, которым вы хотели быть. Вы высоко оцениваете только тех людей, которые представляют собой ваши образы, ваши цели и ваши идеалы. Мимо вас пройдет Лао-Цзы, а вы, возможно, даже не осознаете, что рядом с вами кто-то прошел.

Мы называем Будду прекрасным словом; одно из его имен — татхагата. Это слово означает того, кто пришел и ушел словно ветер, его пребывание мимолетно. Никто не может заметить, когда он пришел, и когда он ушел. Когда человек уже ушел, тогда люди неожиданно понимают, что здесь кто-то был, кто-то присутствовал.

Люди не чувствуют Будду, он приходит как легкий ветерок, а не как буря. Александр Македонский является словно шторм, а у Будды такая нежная музыка, вы не сможете услышать ее; вы настроились на мирские дела, на громкую музыку, на безумную музыку. Музыка Будды входит в ваше сознание, только когда вы полностью теряете голову. Иначе этого быть не может.

Поэтому люди интересуются политикой. Политика — это безумие, так в вас играет очень низкое сознание. Вы можете узнать его. Но Лао-Цзы говорит:

Я известен потому, что меня знают немногие люди. По этой причине мудрец носит грубую ткань на голове и нефрит в груди.

Не нужно, чтобы мудреца узнавали по внешности, поскольку по внешности вы узнаете глупцов. Не нужно, чтобы мудреца узнавали по его внешней одежде, поскольку именно такую одежду носят императоры, политики, генералы и завоеватели. Мудрец носит грубую одежду, а внутри он хранит бриллиант.

Вы сможете увидеть это, только если у вас есть глаза. Вы сможете услышать это, только если у вас есть уши. Вы только в том случае сможете понять, что мудрец существует, если вы по-настоящему живые и действуете, используя все свои способности. И как раз в этом узнавании вы уже сами стали мудрецом. Если вы можете узнать мудреца, то уже в самом этом узнавании вы сделали гигантский шаг, поскольку это ваше узнавание показывает, что внутри вас что-то отозвалось. Эго было затронуто.