Дары демона

Глава 9

День сегодня выдался особенно тяжёлым. Даже первые дни в заключении, когда все были особенно подавлены, с ним и рядом не стояли. После Айрисса, наконец ушедшего и переставшего трепать мои и так потрёпанные нервы, я увидел вдалеке знакомую фигуру.

Невысокий, светловолосый. Его можно было бы спутать с одним из студентов Академии, если бы не слишком знакомая походка и красно-жёлтые с золотом фамильные цвета Массвэлов. Ко мне приближался отец.

Я замер, жалея, что уже высунулся из кустов и тем самым показался ему на глаза. Хотя одно то, что ему позволили присутствовать на земле извечных врагов, говорило о значимости произошедших событий. Не в силах сбежать, я как вкопанный остался стоять на месте.

— Ну здравствуй, сын, — усмехнулся он. — Как тебе здесь жилось, в плену у демонов? Хорошо ли кормили, поили, оде… — он брезгливо смерил мой бывший когда-то вполне приличным костюм, и договорил: — во всяком случае, определённо не одевали.

— Не одевали, — угрюмо согласился я. — Зачем ты здесь?

— Что, разве даже не подумал, что для того, чтобы навестить тебя? — усмехнулся он.

Я усмехнулся в ответ. Отец любил шутить, если можно это так назвать. Но это была лучшая из когда-либо слышимых мной его шуток.

Он развернулся к Чёрному дворцу, что находился от нас неблизко и недалеко, как раз в меру, для того чтобы рассмотреть его во всей красе.

— Было интересно взглянуть на место твоего обучения. Всё же ни одного из Массвэлов… — он посмотрел на меня, — до тебя, сюда не пускали.

Был бы я изначально Массвэлом, кто бы меня пустил?

— Ну… — продолжил он, рассматривая огромные башни величественного дворца, — довольно скромно, ожидал большего. С другой стороны, куда Ниро до количества нашего золота. Для них и такое — уже достижение.

— Зато почти все маги Аталии на официальных постах прошли эту Академию и лояльны лорду Ниро, — не мог я стерпеть такого его отношения.

— О? — он недобро посмотрел мне в глаза. — Ты защищаешь их честь?

— Разумеется. Я здесь учусь. Мне неприятно, когда о моей Академии говорят плохо, — встретился я с ним взглядом.

— Самое печальное, что ты говоришь правду, — вздохнул он. — Дожили. Просто абсурд. Массвэл на полном серьёзе защищает честь Ниро.

Я сдержал себя, чтобы не продолжить разговор, опасно проходивший по грани, и перевёл тему:

— Ты здесь из-за метки, — сказал я утвердительным тоном.

— Верно, — он улыбнулся. — Меня сюда позвали не на экскурсию, а для того, чтобы послужить Его Величеству в качестве камня правды.

После этого ответа он требовательно протянул руку и даже сделал ей жест, будто хотел, чтобы я что-то ему отдал.

— Кулон, — проговорил он, когда я так и не понял, что ему нужно.

Я снял его и протянул тяжёлую цепь с подвеской. На миг подумал, что отец таким образом выражает гнев на мои слова. А ведь он мог прямо сейчас забрать свою фамилию обратно.

— Смотри и запоминай, — сказал он и сделал несколько пассов рукой над кулоном, вливая в него чистую огненную ману.

После чего кулон полетел мне в лицо, я едва успел его перехватить.

— Звони. Не забывай, — засмеялся он. — А вообще, если у тебя возникнет желание, я могу тебя связать с сестрой.

Договорил он это, уже отвернувшись и шагая в сторону Чёрного дворца. Наверное, было не слишком хорошо оставлять моего отца в Академии Ниро без присмотра, но предложить его проводить у меня язык не повернулся. Я не хотел находиться с ним рядом ни единой лишней секунды.

Но вот его щедрое предложение дать нам поговорить с Корнелией меня поразило. Зачем бы ему это делать?

Разбор произошедшего прошёл по плану Айрисса. Я рассказал правду, да и как бы в присутствии отца кто-либо мог соврать? Все честно выражали свой взгляд на недавние события. Что удивительно, многие вступились за моего подопечного, не знаю уж, сами или по просьбе одного белобрысого мага льда, но не братья Кайрина. Мао так вообще пытался его обвинить. Ох, и влетит ему потом от лорда Ниро. Его тяжёлый взгляд на сына прямо-таки кричал об этом. В итоге Кайрина оправдали.

Что мне показалось несколько странным, отец не слишком-то давил своими вопросами. Словно просто для виду. Я был уверен, что захоти он, чтобы Кайрина упекли за решётку, так бы и случилось. Ситуация была двоякой: повернуть её тёмной стороной для лорда Массвэла не должно было составить труда. Конечно, после такого лорд Ниро бы его не простил. Всё же Кайрин был его вновь обретённым ребёнком, которого он долгое время считал мёртвым. Было бы ложью сказать, что он не был любимым сыном директора. А детей он своих и без того очень любил.

Иногда мне казалось, что наши отцы слишком хорошо понимали друг друга, строго сохраняя рамки и не переходя границы терпения, и была бы их воля, вовсе не стояли по разную сторону баррикад, но, так сказать, положение обязывало. Слишком долго враждовали великие семьи, слишком много крови пролилось. Не могло такое забыться, невозможно было это исправить.

Что касается разбора, в результате которого Кайрин стал чуть ли не героем, впрочем, героем таким, которого ненавидела если не половина, то треть Академии так точно, и моего отношения ко всему этому… Несмотря на то, что где-то в глубине души я согласился с доводами Айрисса о невиновности Кая во всём произошедшем, простить я его пока не мог. Поэтому у меня дёргался глаз при одном на него взгляде.

А он, похоже, решил, что я, не иначе как по доброте душевной, спас его репутацию и заодно шкуру. Разубеждать я его не собирался. Я вообще не собирался с ним общаться! Хватит. Только и втягивает меня в какие-то дурные мероприятия. Никакого спокойствия и душевного равновесия.

Да и понять степень низости своих поступков ему бы не мешало! А поскольку наказать его решёткой не вышло, хотя бы… буду его избегать.

Где-то в глубине сознания появлялись мысли, что я веду себя по-идиотски, но… я действительно был очень на него зол!

Может быть, как сказал Айрисс, для Кая ничего не значили Академия, королевство, и даже семья, которую он перестал таковой считать. Но неужели для него ничего не значили и все те друзья, которых он обрёл в Академии? Я понимал, что именно это меня на самом деле и злило. И от этого злился уже на себя.

— Ко-орн? — потупившись позвал Кайрин.

Надо сказать, я впервые видел его настолько неловким и неуверенным в себе. Все остальные уже ушли после окончательного допроса у директора по своим делам, и мы остались в коридоре вдвоём.

— Сейчас ты опять начнёшь задавать неудобные вопросы? — я поморщился. Говорить с ним спокойно, словно ничего не случилось, стоило великого труда.

— Начну, — тряхнул он волосами.

— Ну давай, — я полностью к нему обернулся. Лучше уж сразу закончить, раз и навсегда. — Интересно, как ты их сформулируешь, — я зло усмехнулся.

— Если ты так меня ненавидишь, почему не рассказал о том, что происходило… иначе? — он устало посмотрел на меня. Видно было, что эта история вымотала его не меньше, чем остальных.

— Потому что хочу, чтобы ты жил и мучился, — ядовито ответил я, и чуть тише произнёс. — Я уже жалею… — жалел я скорее о том, что в тот ненавистный день он таки спалил мою родовую книгу заклинаний, и из-за этого мне пришлось с ним связаться. Если бы не это, насколько проще была бы моя жизнь? — Ах да, — я оглянулся и сказал уже полный голос: — Зайди к лекарям, — и ушёл.

В лазарете пришёл в себя его друг, мне об этом уже успел все уши прожужжать Ай, но, судя по всему, самому Кайрину новость ещё так и не довелось услышать. А ведь если подумать, жизнь этого Мака, соседа по комнате Кайрина, всецело зависела от Илиарии. Так что даже в предательстве всех друзей Кая не обвинить.

Я вздохнул. Пойду лучше потренируюсь, чем думать о сложном. И я всё равно больше не желаю видеть этого гадёныша!

— Корн, зайди к директору, — сказал мне Мао, когда я открыл ему дверь своей комнаты.

Казалось, у куратора было всё как обычно, но чуть более хмурый взгляд, слегка опущенная голова, а также, о пресветлая Рэя, складка на пиджаке, говорили о том, что это совсем не соответствовало действительности. Мао не был в порядке. Его что-то беспокоило. Но вряд ли он кому-то позволит влезть в свои переживания, и это точно буду не я.

— Хорошо, — ответил я, сразу направившись на второй этаж.

Интересно, зачем я понадобился лорду Ниро? Вроде как, дело Кайрина уже закрыто. Неужели, хочет поблагодарить меня, за то, что я прикрыл его сына?

Да не… такое невозможно. С каждым шагом мне становилось всё интереснее. Какова причина моего вызова к директору?

— Ты будешь куратором Айрисса, — заявил лорд Ниро. А я только рот и открыл. Потом закрыл, а когда в голове улеглись его слова, возразил:

— У меня уже есть один подопечный! Ваш сын, между прочим. Вы не забыли? — говорить с ним в таком тоне было дерзко. Однако я даже первого подопечного не хотел брать, но тогда правила обязывали. Директор не оставил мне выбора. Но не было ни одного правила, почему у меня должно было быть двое подопечных! Так с какого перепугу второго гадёныша тоже подсовывают мне?

— Это не обсуждается. Я сомневаюсь, что с его темпераментом справится кто-то, кроме тебя. У него ещё и две стихии, и он очень силён. Мне просто не приходит в голову ни один другой вариант. Корн, ты же мне не откажешь? — улыбнулся лорд Ниро.

Демоны! И этот туда же! Сейчас он начнёт напоминать о том, что я стал магом только благодаря его трудам и экспериментам. Кроме того, он — директор, и в этот раз он не спрашивал, а приказывал. Я всё равно не отверчусь. Проще сразу согласиться.

— Ладно, — недовольно буркнул я. — Могу идти?

— Есть ещё кое-что… — директор выглядел немного обеспокоенным. И опять мне стало интересно. Что могло даже его, вечно спокойного, выбить из колеи?

— Что же?

— О встрече с тобой попросила Илиария, — сказал он, словно взрывным зельем в меня бросил.

Кто-о-о⁈ Демонесса? подружка Кая? Она наши имена, часом, не попутала от свалившегося на неё стресса?

— Не с Кайрином? — удивлённо спросил я, приподняв бровь.

Директор отрицательно помотал головой.

— Именно с тобой. Наедине. Мы понятия не имеем зачем. Но если мы исполним её просьбу, она согласна нам выдать все ей известные о демонах сведения. Сам понимаешь, королевство в этом весьма заинтересовано. Но никто не будет настаивать на том, чтобы ты пошёл. Но если ты согласишься, безопасность мы гарантируем. Кроме того, мы ничего не услышим из того, что будет сказано на этой встрече — таково было её условие. Каков твой ответ?

— И вы вот так вот просто готовы меня отправить к этой демонессе? Это же опасно, вдруг я с ней заодно?

Директор улыбнулся:

— Ну, скажем так, мы с твоим отцом поставили на твою преданность Аталии, а Его Величество поддержал нашу ставку. Так что решение за тобой.

Мне казалось необычайно странным, что Илиария попросила встретиться именно со мной. Мы с ней почти не контактировали. Может быть, она что-то хочет передать Кайрину? Но тогда, почему бы не попросить встречи с ним напрямую?

Однако её знания о демонах королевству точно не будут лишними. А мне… Шавр, мне стало ещё любопытней!

Зачем я ей?

— Я пойду.

— Хорошо, — кивнул лорд Ниро и встал. — Я подготовлю печать перемещения.

Я зашёл в тёмное помещение. В руках у меня была шкатулка, её мне дал лорд Ниро, обосновав, что об этом тоже попросила демонесса. Там лежало три белых камня правды. Всё интереснее и интереснее.

Чуть пройдя по узкому коридору, я завернул в закуток и увидел Илиарию. Она сидела на большом каменном стуле и была к нему привязана, даже её руки и ноги были перетянуты верёвками, слабо светящимися в полумраке мертвенно-зелёным светом. К пророку не ходи, на них была наложена магия. Это несмотря на то, что и в самой камере нельзя было использовать ману. В отличие от нашей академической тюрьмы, здесь у меня не получалось к ней пробиться. Совсем.

В общем, спеленали демонессу капитально. Неудивительно, что мне гарантировали безопасность. Сейчас сидящая передо мной девушка, не так давно единолично правящая нашей Академией, держащая в своих руках сотни жизни заложников, была не сильнее котёнка.

— Спасибо, что пришёл, — она подняла голову и дёрнула подбородком, откидывая кудрявые локоны с лица. Бледного, измождённого, с синяками под глазами и резко очерченными скулами в бледном свете, но мне её было не жалко. Заслужила.

— Пришёл. Стало интересно, зачем ты меня позвала, — усмехнулся я, сказав чистую правду. — Если хотела передать что-то Каю, спешу расстроить, я не намерен этого делать.

Она улыбнулась:

— Нет. Я хотела поговорить именно с тобой.

Я нахмурился. Нам дали всего десять минут, она не могла об этом не знать, и всё же она не спешила начинать — напротив, сделала паузу, для того чтобы ещё больше разжечь мой интерес. Стоило признать, эта девица неплохо разбиралась в людях. Или, правильнее сказать, в искусстве манипулирования?

— У меня много времени, — пожал я плечами. — Но вряд ли его много у тебя. Зачем ты меня позвала?

— Скажи, Корн, ты хочешь стать сильнее? — спросила она, пытаясь заглянуть мне в глаза. Но она сидела. Я стоял. Над ней висела лампа, я же находился в тени. Не знаю, насколько лучше демоны видели в темноте, но вряд ли она могла отчётливо разглядеть выражение моего лица.

Однако странно она начала наш диалог.

— Допустим, — осторожно ответил я. И она улыбнулась, будто её добыча заглотила наживку. Чувствовать себя добычей было неприятно…

— Как насчёт фамильяра? — когда она замолчала, тишина в камере почти звенела. — Моего фамильяра. Ты его примешь?

Я в шоке расширил глаза. Что значит «принять её фамильяра»⁈

— Невозможно. Хотя бы потому что я не демон.

Я уж промолчал про то, что демонический цветок, чуть не разрушивший Парящий остров — так себе соратник, а именно им должен был стать дэв или фамильяр для мага.

— Это как раз не проблема. Мой фамильяр давно сроднился со мной, а я полукровка, во мне много человеческой крови. Ты подходишь.

— Но у людей не может быть фамильяров. У нас могут быть лишь дэвы!

— Демонической крови в тебе вполне достаточно. Особенно если я её активирую.

— Что ты несёшь⁈ — нахмурился я.

— На самом деле среди людей живёт множество потомков демонов. Обычно их можно различить по необычному цвету глаз. Например, Мак, Дарбан и… ты.

По моей спине пробежали мурашки. Мак — это сосед Кая, у него ярко-алые глаза, у Дарбана радужки белые настолько, что почти сливались с цветом белка. А ещё именно этих двоих отравила Илиария. Получается: из-за того, что в них демонической крови было больше, чем в остальных. Но у меня глаза были просто насыщенно-синего цвета. По сравнению с теми двумя, вообще нормальные.

— У меня вполне обычный цвет глаз. Тот же Кайрин не уступает в его «необычности». Хочешь сказать, и он частично демон?

— Нет. В нём нет демонической крови.

— Поэтому ты ему не предложила своего фамильяра? — сыпал я вопросами, понимая, что так пытаюсь успокоиться и потянуть время, необходимое мне для того, чтобы осмыслить происходящее.

— Поэтому, и потому, что у него нет стихии земли, — демонесса отвечала спокойно, будто понимала моё состояние и добровольно согласилась дать мне передышку. Шавр, эта девушка… можно понять, почему у Кая от неё крышу сорвало. Она была хороша, очень хороша.

Конечно, она почувствовала мою магию земли, когда я пытался перехватить её контроль над одурманенными лекарями.

— Не беспокойся о своём секрете, мне нет смысла кому-либо о нём болтать. Что касается демонической крови, она в тебе в достаточном количестве, я её чувствую. Просто поверь мне на слово.

— Ладно, допустим, что эта передача вообще возможна. С чего бы тебе преподносить мне такой «дар»?

— Демонический цветок в любом случае извлекут из меня. Слишком страшна его способность управлять людьми. Я не хочу, чтобы он достался людям, и уж тем более не хочу, чтобы им воспользовались демоны, что играли со мной втёмную. У меня просто нет другого выбора. Ты единственный из моих знакомых, кто может его забрать.

— Но разве он не достанется людям, отдай ты его мне?

Она попыталась пожать плечами. У неё вышло плохо: верёвки слишком хорошо держали практически каждую часть её тела.

— Лучше тебе, чем кому-то ещё.

— Потому что я куратор Кая? — усмехнулся я.

— Друг. И поэтому тоже. Решай быстрее, — она посмотрела на меня и проникновенно сказала: — Прими его, и ты не только ослабишь демонов, но и сам получишь сильного фамильяра.

Я колебался.

У нашего королевства был один большой недостаток — мы совершенно не понимали природы демонической магии, при которой они использовали её без заклинаний, становясь поистине устрашающими противниками. Готов был поставить свою жизнь, бившись о заклад, что насильно извлечь из Илиарии фамильяра мы не сможем. А поскольку демоны сильны и агрессивны, и Аталия пытается с ними не обострять конфликт, девушку, вполне возможно, им ещё и вернут. А вот демоны, судя по словам Илиарии, не будут иметь с извлечением каких-то проблем. Отдавать демонам фамильяра, который способен управлять людьми? Кажется, я просто не мог этого допустить… Даже если таким образом подвергну себя опасности.

— Ты принёс камень правды. Я могу на нём подтвердить, что не желаю тебе зла, что фамильяр будет развиваться, исходя из личности хозяина: ты сам сможешь выковать из него то, что захочешь.

— Хм, — я не преминул достать один из белоснежных камней и вложить ей в ладонь.

Демонесса без заминки всё повторила, и камень всё так же остался белым. Сказанное было правдой. Но только вот работают ли в этом помещении артефакты? Обычно я бы предположил, что должны были, но лучше проверить.

— Соври.

— Я тебя люблю, — хмыкнула она.

У меня дёрнулась бровь, а камень покраснел.

Она не могла придумать что-нибудь иное? Почему когда мне впервые признались в любви, это оказалось фальшивым? Было немного обидно. Да и, в конце концов, было куда интереснее узнать, любит ли она Кая.

Однако камень работал, как было ему положено, несмотря на ограничение магии в камере.

Итак… Сила. Фамильяр. Очень способный и необычный. Утереть нос демонам, не дав им его больше использовать. Не было смысла тянуть.

— Я согласен. Что мне делать?

На лице Илиарии расцвела искренняя улыбка:

— Слушай внимательно…