Дикса. Второй шанс… или истинная для пятерых?

Глава 3

Проснулась я поздновато, парни уже умчались на работу, а остальные домочадцы еще мирно посапывали.

Тихонько сварганила омлет с овощами и уселась завтракать. Чуть позже ко мне присоединилась Сильвия с девчонками. Мы поболтали о всяких пустяках, позавтракали вместе и разбежались по своим делам.

По пути заглянула в книжный, поздоровалась с Волькой и отправилась на Торговую площадь — разузнать про караван. И удача улыбнулась мне! Он прибыл сегодня ночью и отправляется завтра на рассвете.

Я пробралась к самому сердцу каравана. Там сновали торговцы в обычной одежде и их охрана — ребята, облаченные во что-то черное, вроде униформы. Не доспехи, но на вид прочные. Такое я видела впервые.

Подошла к самому главному — судя по всему, магу. Не может же он быть таким молодым, если тут главный. Передо мной на табуретке восседал мужчина в синем костюме с позолоченными вставками и с аппетитом уплетал куриную ножку. Ничем не примечательный: серые глаза, русые волосы, слегка загорелая кожа. Разве что две сережки в правом ухе добавляли ему немного колорита.

— Здравствуйте, — говорю я. Он и все, кто был рядом, устремили на меня свои взгляды. — Мне сказали, с вами можно добраться до столицы?

— Конь есть? — спросил он, не переставая жевать.

— Нет.

— Тогда два серебряника. Коня на время выделим. За питание сама отвечаешь. С нас только безопасность, — проговорил он, не отрываясь от еды. — Завтра в четыре выдвигаемся. Половину платишь сейчас.

Я достала из кошелечка серебряный и отдала парню. Он покрутил его в пальцах и, повернув голову через плечо, крикнул: — Ганс, оставь за леди коня!

Этот самый Ганс бросил на меня мимолетный взгляд и кивнул мужчине с сережками.

— Остальную сумму завтра можешь отдать Гансу. Не опаздывай.

Я молча развернулась и пошла прочь. Надеюсь, не дрожала все это время.

Итак, всего два серебряника за проезд. Можно и немного потратиться. Нужно купить что-то вроде рюкзака и одежду поудобнее. А то мне еще месяц жить на остаток денег в столице. Надеюсь, хватит. Там лучше не использовать целительство. Слишком рискованно. Нужно вообще забыть, что оно у меня есть, иначе влипну в неприятности.

Я направилась на площадь. Мимо магазинов с женской одеждой прошла, не останавливаясь. Даже не хотелось заходить. Спортивной одежды для женщин почти не было. В основном платья на любой вкус, что и неудивительно. Редко я видела женщин в брюках, а в шортах — вообще ни разу. А ведь на дворе лето.

Проходя мимо прилавков, я увидела именно то, что искала. Одежда была очень похожа на земную мужскую. Зашла внутрь и начала рыться в полках. Продавец был слегка удивлен тем, что я примеряю мужскую одежду, но когда я заплатила, от его недовольства не осталось и следа.

Я купила серые штаны, чем-то напоминающие спортивные. Пришлось взять на два размера меньше, чтобы они не висели мешком. Так они стали почти в обтяжку. И две рубашки, больше похожие на толстовки, оверсайз — синюю и черную. А еще отыскала две футболки. Обувь брать не стала. Ничего не приглянулось, да и мои старенькие кроссовки казались удобнее всего остального. Проблему с рюкзаком решить не удалось. Ничего похожего тут не было, поэтому пришлось взять обычный передвижной мешок на завязках. У меня не так много вещей, думаю, не порвется.

С новыми покупками я вернулась в дом тетушки Лаврии, где принялась перебирать свое имущество. Помимо новых вещей, у меня все еще были кожаная куртка и джинсы, которые я тщательно отстирала. Сложив все в мешок, сверху положила вяленое мясо и сыр, которыми меня угощали во время походов по городу, а также фляжку, которую «подарил» мне Жан перед отъездом из деревни. Ну, я просто ему ее не вернула. На том мои приготовления закончились.

Нужно вечером попрощаться с мальчиками и их семьей. Около шести вечера я пошла в книжный, но Вольки там не было. Был какой-то другой парень. Поэтому я отправилась к ним домой. Открыл он сам. — О, мы бы и сами за тобой зашли около семи.

— Сегодня все отменяется. Мне нужно отоспаться, завтра с караваном уезжаю в столицу.

От его лучезарной улыбки не осталось и следа. Мы прошли на кухню, сели пить чай. Тут к нам присоединились его родные, а потом и Ричард с работы вернулся.

Краем уха я услышала от его матушки, что обычно Ричард так рано не приходит. Видимо, из-за меня срывался с работы… Надеюсь, его не уволят. Когда я рассказала, почему так рано пришла, все немного загрустили, но потом предложили остаться у них на ночь. Я, конечно, согласилась. Весь вечер я провели в кругу этой замечательной семьи, я слушала их истории, а потом все легли спать.

Я, Ричард и Волька проснулись около трех ночи. Нужно было сходить за моей дорожной сумкой и переодеться. Что мы, собственно, и сделали. Меня проводили до каравана, показали моего коня. Мальчики взвалили и привязали к нему мою сумку, а потом нам сообщили, что пора отправляться.

Начали прощаться.

Первым подошел Волька. Он обнял меня и, словно невесомое перышко, коснулся щеки губами, желая доброго пути. Но сердце молчало, не отзывалось на этот жест теплом. Это было как прощание с родным человеком, не более.

Затем… Ричард. От одного его взгляда по телу разлилась обжигающая волна. Его объятия были долгими, крепкими, словно он хотел впечатать меня в свою память. А потом его губы накрыли мои. Не щека, а губы! Внутри все перевернулось, сердце забилось оглушительно, а внизу живота разлилось сладкое, томное тепло. Что со мной? Всего лишь поцелуй, но в нем — целый мир! Я из последних сил сдерживала себя, чтобы не углубить его, не потеряться в этом первом, таком желанном прикосновении. Когда он отстранился, во мне разгорелся неутолимый огонь, жаждавший вновь ощутить его мягкие губы.

Но тут тронулся караван. Меня спешно усадили в седло, и мой конь, будто чувствуя мое смятение, поплелся вперед вместе со всеми.

— Ехать нам около недели, с остановками. Если повезет, будем ночевать в селениях, — протараторил рыжий парень, оказавшийся рядом. Хьюго. И он не умолкал. Часы напролет его голос, словно назойливая муха, жужжал у моего уха. Казалось, голова вот-вот расколется от его непрекращающейся болтовни. Язык без костей!

После очередной остановки я бежала от рыжей макушки, словно от чумы, лишь бы обрести хоть каплю душевного покоя. Примкнула к стражам. Они, хоть и одаривали меня косыми взглядами, полными немого удивления, молчали. И мне было спокойно.

Скука, словно темная вуаль, окутала меня в пути. Я попыталась обуздать магию ветра, но тщетно.

Неужели мой ранг так низок, что я не могу даже по-настоящему почувствовать силу стихии?

Спустя час мне удалось создать лишь легкие порывы ветерка вокруг руки. Пыль сдуть — и то стыдно.

Почти всю дорогу я упрямо тренировалась, ловя на себе странные взгляды. Неужели здесь так мало магов? Или я чего-то не понимаю?

Я отмахивалась от их любопытства. Не трогают — и ладно. А чужие взгляды не должны меня волновать.

На ночь мы остановились на полянке. Рыжий снова появился рядом, словно тень, и не отходил ни на шаг. Спасибо, в туалет за мной не пошел.

Долго не могла уснуть на жесткой траве. А когда наконец провалилась в сон, мне привиделся Ричард. Наш поцелуй, но уже не такой невинный, как на площади.

Проснулась в поту, с влагой между ног. Сон развеял остатки покоя. Я больше не могла сомкнуть глаз, лежала и смотрела на звезды, думая о Ричи. Кто он для меня? Если бы я осталась, что было бы? Завязались бы отношения? А что потом? Вечное скрытие одной магии и попытки обуздать другую? Мне нужна крыша над головой, работа, свое место в этом мире. Не скитаться же триста лет по чужим углам!

На следующий день я снова бежала от рыжего. Прилип, как банный лист!

Задница болела от вчерашней езды, но выбора не было. Еще шесть дней пути. Я снова тренировала магию воздуха. Ветерок вокруг руки становился сильнее, и это придавало мне сил.

Но после пяти часов таких тренировок меня одолела скука, и я решила просканировать своим «медосмотром» всех, до кого могла дотянуться.

Ничего особенного. Только у одного мужчины в шлеме, из охраны, была старая травма на бедре. Наверное, перелом неправильно сросся.

Тихонько поправлю, никто и не заметит. Не подумают же, что я димаг? Да и в городе народу со мной прибавилось.

Стараясь быть незаметной, я исцелила его бедро. Кажется, он даже ничего не почувствовал. Тем лучше.

До следующего перевала ехали еще часа полтора. Я наблюдала за мужчиной в шлеме. Он спрыгнул и пошел, как ни в чем не бывало, готовить место для ночлега.

— Эй, Грег, ты чего хромать перестал? — услышала я громкий голос парня.

Грег, казалось, не понял. Походил туда-сюда, пощупал ногу, а потом ответил:

— Видимо, перестал.

Я ушла в кусты по своим нуждам, не желая подслушивать.

Сегодня я легла подальше от рыжего, чтобы он не мешал спать своими бесконечными историями.

Уже начинала дремать, как меня вдруг схватили и зажали рот рукой. Я не успела испугаться. Начала мычать, но меня зашикали, заставляя замолчать.

— Ну что, пташка, какую плату хочешь?

Он убрал свою потную руку от моего лица.

— Не нужна мне плата. Просто поклянись, что если кто-то спросит, кто тебе помог, ты опишешь голубоглазую пышную брюнетку…

— А если не поклянусь? — усмехнулся он.

— А если не поклянешься, я верну не только твое больное бедро, но и клапан в сердце перекрою. Умрешь быстрее, чем успеешь сказать хоть слово, — зло прошипела я. На самом деле, я вряд ли смогла бы такое сделать, но пригрозить не помешает.

— Смелая пташка, — все так же усмехаясь, сказал он. — Будет по-твоему.

И он поклялся.

— Как ты вообще понял, что это была я?

— Поверь, это не так сложно. Если захотят найти, найдут, и никакая клятва не поможет. Советую тебе, пташка, забыть о своем целительстве, стань обычным воздушником. Если покажешь себя не перед тем магом, станешь трофеем, который будут передавать из рук в руки, или просто чьей-нибудь женой. Многие хотят сильного наследника. От кого его получить, как не от димага?

Сердце провалилось в бездну. Я была так глупа! Мне просто безумно везло все это время.

— Спасибо, — прошептала я дрожащим голосом.

— Тебе спасибо, пташка.

Он исчез так же быстро, как и появился, а я долго не могла успокоиться. Потом просто легла и заснула.

Ночью мне снова снился Ричард. На этот раз мой сон был более откровенным, в нем мы зашли дальше поцелуя. Мне ужасно хотелось досмотреть этот сон до конца, но меня разбудили, сообщив, что через десять минут выдвигаемся.

Остальные дни проходили однообразно. Один раз мы остановились в городе, другой — в селе.

Рыжий искал себе новых жертв. Со всеми, с кем говорил, рассказывал одни и те же истории. Я снова пристроилась к стражам. К ним он больше не подходил, испугавшись убийственного взгляда одного из них.

Дни шли быстро. Я обдумала слова Грега и полностью с ним согласилась. Решила отказаться от целительства и тренировала только магию воздуха. У меня уже неплохо получались средние воздушные порывы.

Рыжий не подходил ко мне днем, а вот ночью всегда засыпал рядом. Он не только громко говорил во время езды, но и храпел так, что мешал спать. Я всерьез думала заткнуть ему рот носком, чтобы хоть немного отдохнуть.

Каждую ночь мне снился Ричард. Это стало своеобразной традицией. Наверное, я просто была неудовлетворена, и мой мозг играл со мной.

Так и прошла вся моя поездка верхом. Приехав в город, я пулей вылетела из каравана, потому что Хьюго решил, что мы можем путешествовать дальше вместе. Какое ходячее раздражение!

Бежала, куда глаза глядят, и вдруг увидела кузницу. Спросила у кузнеца, где можно недорого остановиться.

Нашла гостиницу «Мари», зашла, а там — типичная таверна из фильмов: обеденный зал и стойка регистрации на первом этаже, лестница наверх, этажа на три.

Подошла к стойке, за ней парень. Записали меня, дали комнату, договорились о трехразовом питании. Оплатила неделю и пошла осматривать свои хоромы.

Комнатка небольшая, открывается артефактом. Кровать односпальная, бельё чистое, тумбочка, комод и дверь в душевую, где туалет и артефакт воды вместо душа.

Упала на кровать и подумала: «Повезло». Ничего не давит, пружины не выпирают, мягкая, лежу и балдею, ноги после дороги гудят.

За неделю узнала, что в академию нужно приехать за пару дней до начала занятий для регистрации и заселения. Хорошо, что оплатила только неделю, не придется переплачивать.

Все свободное время наблюдала за людьми, просто интересно было посмотреть со стороны. Раньше времени не было, а эта неделя помогла расслабиться и успокоиться.

Как-то вечером сидела внизу, ужинала. Заходит интересная семья: мужчина и семь женщин. Все женщины разные, ни капли не похожи, но опрятные, ухоженные. Оплатили номер и ушли наверх.

Странно, но если поначалу это коробило, то сейчас отношусь спокойно. Наблюдаю за счастливыми семьями и думаю: а что плохого в том, что счастья больше одного?

Интересно, по какому принципу образуются такие семьи? Как они определяют, кто будет единственным? Как принимают новых членов? У Ричи с Волькой одна мать, так что и спросить не у кого было, и понаблюдать не за кем.

Так и шли мои дни, пока не пришло время отправляться в академию.