Дикса. Второй шанс… или истинная для пятерых?

Глава 5

Ра так и не вернулся. Дни, слившиеся в бесконечной череде тренировок, сыграли со мной злую шутку — известие о скором турнире застало врасплох. Время пронеслось вихрем, но я успела многого достичь как в магии, так и в физической подготовке, хотя и оставалась самой слабой среди мужчин.

Дорога к месту состязаний выдалась мутной и изматывающей: две недели в седле, сон под открытым небом, отбитая задница и неугомонный Хьюго, чьи причитания теперь доводили до исступления даже невозмутимого Дариуса.

Но были и приятные моменты. Близнецы… Мы засыпали рядом, а порой я просыпалась в их объятиях или вовсе — взгромоздившись на кого-то во сне. В одно из таких утр, обнаружив себя спящей на Ксейдане и отчетливо ощущая его возбуждение, я не удержалась и невинно поерзала в надежде, что это всего лишь утренняя реакция. Как же я ошибалась! Его приглушенный стон выдал его с головой. Черт, я была готова оседлать его прямо там, на глазах у всех, но вместо этого резко вскочила, так и не решившись объясниться.

В остальном дорога прошла без особых происшествий, и мы благополучно добрались до места назначения. Нас встретили у замка, неподалеку от которого раскинулись поля для состязаний. После расселения по комнатам на одном этаже и сытного ужина нам дали два дня на отдых перед открытием межконтинентального турнира.

Испытания проходили в два этапа. Первый — королевская битва. Все участники оказывались в разных точках огромного поля с множеством построек и должны были просто выжить в течение двух дней. Уцелевшие переходили во второй этап — одиночные бои на выбывание, пока не останется один победитель.

На церемонии открытия было не протолкнуться. Я чувствовала незримую поддержку Ра, словно горячий уголек между лопаток. Он был здесь, наблюдал за мной, но из-за церемонии не было возможности оглядеться, не привлекая внимания.

Все прошло помпезно: фонтаны, цветочные композиции, ленты и очередная приветственная речь от низенького пухлого мага, чей голос эхом разносился над трибунами. После общего открытия мы направились к своей арене, где нас ждала вторая речь, на этот раз от гиганта с длинной бородой. Он поздравил нас и огласил правила первого испытания:

— Ваши стартовые позиции определяются жеребьевкой. Сейчас вас 62 человека (включая недочеты — в академии Голдия не хватало двоих). Каждый из вас по очереди будет вытягивать шарик из мешочка с индивидуальным номером, который соответствует определенной точке на поле.

Что касается первого испытания, то все просто: вам нужно продержаться два дня. Все оставшиеся участники после окончания этого времени автоматически переносятся к месту эвакуации.

Есть два способа выбыть из игры: во время боя, когда ваши жизненные показатели упадут до 65 % (не волнуйтесь, вас тут же исцелят), и упасть с платформы во время ее движения. Первые три часа мы будем предупреждать о начале движения, затем оповещений не будет. Платформа может двигаться быстро и в любом направлении, в том числе по вертикали и под углом, но не переворачиваться.

Правила просты:

— Никакого холодного оружия. — Никаких артефактов.

Но если вы что-то создадите из подручных материалов на поле, это не будет считаться нарушением.

Запрещено проносить еду и воду. Все необходимое будет предоставлено в специально отведенных местах, указанных на ваших картах.

А теперь прошу к жеребьевке.

Мы по очереди подходили и вытягивали шары. После распределения организатор еще раз поздравил нас:

— И помните, адепты: удача и скрытность — ваши главные союзники.

Затем нас провели по туннелям к стартовым позициям. Платформа, на которой нам предстояло сражаться, стояла на земляных столбах ниже уровня земли, вероятно, для устойчивости при вертикальном перемещении. Ее размеры немного пугали: казалось, здесь можно вообще ни с кем не столкнуться.

Нас начали расставлять по местам, предупредив, что до сигнала двигаться нельзя, иначе — дисквалификация. Я наблюдала за процессом, пытаясь понять логику расстановки, но после того, как первые несколько человек вставили свои шарики в земляные приемники, земля под ними поднялась столбом, унося их в разные стороны платформы.

Наконец, очередь дошла и до меня. Меня тоже поднял земляной столб и перенес к платформе, где земля расступилась, образовав дыру, в которую я и провалилась. Земля под ногами сомкнулась, и я оказалась на арене. Вокруг ни души: горка земли, трава, пара деревьев и сарайчик с плоской крышей и одним окошком.

Через три минуты раздался сигнал, словно прозвучавший прямо в голове. Не зная, что делать, я осторожно огляделась и подошла к сараю. Вокруг по-прежнему никого. Я выглянула из-за земляной горки и едва успела увернуться от летящего в меня огненного заклинания. От неожиданности я скатилась обратно за укрытие, пытаясь отдышаться и сообразить, что делать дальше.

— Ну чего ты спряталась, цыпа? Я же видел тебя, — противный голос заставил меня содрогнуться.

Я уже собиралась выйти и сразиться, как услышала звук падения чего-то тяжелого. Выглянув, я увидела мага, лежащего лицом в землю. «Оглушили со спины», — пронеслось в голове. Выискивать спасителя я не решилась, опасаясь разделить участь поверженного.

Затаившись за кучей земли, я старалась дышать как можно тише, прислушиваясь к каждому звуку.

— Я знаю, где ты сидишь, но тебе нужно уходить. Двое идут на тебя спереди, менее ста метров.

«Раз чувствует местонахождение людей, значит, маг земли, да еще и сильный. Дариус на такое не способен».

— Зачем ты мне помогаешь? — прошептала я из своего укрытия.

— Я не помогаю, просто не люблю гниль. А если меня не трогают, то и я никого не трогаю, — ответил мужественный голос.

— Ты маг земли? — уточнила я, пытаясь выиграть время.

— Быстро догадалась. Пошли, иначе нас окружат.

Со страхом, но с надеждой, я решилась довериться ему. Приподняв голову, я увидела хмурого, но сильного мужчину с каштановыми волосами и глазами. Время будто замерло, хотя прошло не больше тридцати секунд. От него не исходило агрессии, и я уже собиралась подойти, как заметила летящий в его спину огненный шар. Парень же, не замечая угрозы, смотрел на меня.

— Ложись! — кричу я, понимая, что он среагировать не успеет. Пытаюсь поставить на него щит, но из-за расстояния он получается неустойчивым. Едва огненный шар касается его, происходит небольшой взрыв, и парня отбрасывает в мою сторону. Он, словно опытный боец, тут же вскакивает в стойку, выискивая опасность, но вокруг тихо. Что это было? Случайная атака, шальной залёт, или кто-то действовал исподтишка? Видимо, уже не узнаем.

— В порядке? — спрашиваю я.

В ответ он только хмурится еще сильнее и кивает. Без лишних слов мы интуитивно решаем двигаться дальше вместе, помня, что вокруг враги на каждом шагу.

Минуту мы пробирались сквозь кусты, когда на наши «Коми» пришло оповещение: через пять минут платформа придет в движение.

Поскольку направление движения неизвестно, решаем найти укромное место. Заметив впереди амбар, понимаем — это лучший вариант из всех возможных.

Через ворота лезть не стали, обошли амбар и нашли другой вход — дыру в крыше. Подставив ящики, забрались наверх, огляделись и пролезли внутрь, забившись в узкий угол возле балки. Сидя на втором этаже, услышали второй сигнал: до движения осталась минута.

Движение было резким и быстрым, аж голова закружилась. Кажется, платформа развернулась на 180 градусов и наклонилась примерно на 30.

Уходить из амбара сейчас было глупо, тут пока безопасно.

— Предлагаю занять позиции на балках у каждого входа. Так мы сможем напасть первыми. Да и возле дыры сидеть опасно, кто-нибудь тоже может заглянуть, — четко, почти шепотом говорит он.

— Я буду контролировать левый вход, — вторя ему, отвечаю я.

Бесшумно подбираюсь к дальнему углу, а мой новый знакомый (которого я про себя окрестила Каштанчиком — ну а что, надо же как-то знакомиться) начинает взбираться на противоположную балку.

Не успели мы занять позиции, как я услышала мужские голоса, а потом и скрип открывающейся двери прямо подо мной.

В амбар ввалились трое парней.

— Так, так, так! Кто это у нас тут? Неужто сам Франглинс собственной персоной! — прогнусавил рыжеволосый.

Остальные заржали. Да уж, мозг у них явно один на всех.

Из-за того, что Франглинс, он же Каштанчик, не касался земли, его силы были на нуле, что понимали все присутствующие. А прыгать с балки — это гарантированные переломы.

Однако он не сдается и пытается зажать их в земляные тиски, но они, как и земля, далеко, поэтому попытка провалилась.

— Ну-ну-ну, малыш Франглинс, ты же понимаешь, что даже если ты спустишься с этой доски, ты не одолеешь нас троих. Но если ты спустишься сам, я могу пообещать, что мы быстренько сломаем тебе пару костей и не будем долго мучить, — его голос был настолько приторно-сладким, что мне захотелось придушить их всех.

А Каштанчик молодец, несмотря на невыгодное положение, ничем меня не выдает, даже взглядом не косит в мою сторону.

Но выхода у него действительно нет. Любое движение — и они нападут.

Я понимаю, что всех троих с этого расстояния мне тоже не поразить.

Что ж, теперь ты мне должен. Я смотрю вниз: они стоят прямо подо мной. Если я что-то сломаю, буду проклинать этих мерзавцев всю жизнь.

«Была не была!» — настраиваю я себя и прыгаю им на головы, хватаясь за этого самого рыжего.

Они толком ничего и понять не успели, а я уже выпустила свою магию, создавая безвоздушные карманы прямо перед их носом.

Сидя на рыжем, я четко вижу его реакцию. Сначала удивление от моего появления, а потом непонимание — видимо, до него уже дошло, что он не может вдохнуть. Чем больше он пытался, тем хуже становилось, как и другим. Его веснушчатое лицо начало бледнеть, а затем они один за другим потеряли сознание. Но я не убирала карман, пока на их «Коми» ярко не высветилось красным «выбыл».

Только после этого я убрала магию. Ко мне спустился Каштанчик, хмурый донельзя, но с благодарным взглядом.

Мы вместе наблюдали, как происходит эвакуация выбывших. Она особо ничем не отличалась от того, как мы прибыли, только в обратном порядке.

Тела трех бессознательных амеб лежат на земле, а вокруг них расступается земля, словно поглощая их. На месте, где они находились, уже ровная площадка, которая никак не выдает, что здесь что-то происходило.

— Спасибо, но что ты сделала? Разве это не мошенничество? Артефакты ведь запрещены, — говорил он, пока мы направлялись в тот самый угол, через который изначально залезли в крышу.

Легкий смешок вырвался сам собой.

— Магия, мой друг, магия. И никакого мошенничества.

— Я еще ни разу не видел, чтобы кто-то так пользовался магией. Ты разве не воздушник?

— Воздушник. Это было мое личное новшество, — подмигнув, сказала я. — Я просто лишила их доступа к воздуху, вот они чуть и не задохнулись.

Его глаза округлились, от прежней хмурости не осталось и следа, ее сменил легкий шок.

— Ладно, пошли. Мы уже засветили свое положение. Не думаю, что эти олухи как-то скрывались, они даже амбар не проверили. Увидели тебя — и все мозги поплыли.

Выбравшись через ту же дыру в крыше, мы легли на краю и начали осматриваться. Конечно, видно не все, деревья и кустарники закрывают обзор, но хоть что-то.

— Кажется, там Койл, — кивает он влево от себя. Я смотрю в том направлении, и там маячит что-то желтое. — Он был в желтой футболке. Предлагаю пойти туда, если это он, то заберем его. Втроем будет легче.

Я соглашаюсь, но не успели мы спуститься, как нас оповещает о скорой смене положения платформы. Поэтому мы поставили это в приоритет, забрались обратно в амбар и стали ждать. Прозвенел второй сигнал, а вскоре последовало и движение. Платформа вернулась в исходный нулевой градус, а потом повернулась на 360. Кажется, мой завтрак захотел наружу. Глубоко вдохнув и отдышавшись, я смогла перебороть порыв. Каштанчик терпеливо подождал меня, и мы направились туда, где маячила желтая футболка.

Выбрав в качестве ориентира старую постройку, которая мелькала сквозь деревья, мы медленно, аккуратно и бесшумно крались, постоянно оглядываясь.

Пробравшись через кусты, мы услышали странные звуки, что меня сразу насторожило. Заглянув за листву, я увидела, как двое парней, раза в три больше меня, ногами пинают паренька в той самой желтой футболке.

«Почему без магии? Это же магический турнир! Или они используют артефакты?» — мысли проносились быстрее слов.

Я хотела было сообщить о своей догадке, но Франглинс уже проиграл свой краткий бой между яростью и разумом. Он поднял огромную земляную волну и направил в их сторону, но не дойдя метров пять до них, она рассыпалась, столкнувшись с преградой.

— Антимаг, — едва слышно, с нотками ужаса произнес он.

Мы в полной заднице, спалили свое местонахождение, нам не справиться с ними, меня же в лепешку превратят, — кричу я в мыслях.

Теперь эти бугаи смотрят в нашу сторону. Мы видим, что Койлу мы уже не поможем, его эвакуируют под землю, а эти громилы уже направились в нашу сторону.

Единственный выход — бежать, пока мы на расстоянии, да и с их весом им будет сложновато нас догнать. Эта мысль только посетила меня, а Франглинс уже схватил меня за руку и потащил в противоположном направлении.

Мы неслись сломя голову, сердце колотилось так, будто собиралось выпрыгнуть из груди. Даже на занятиях у профессора Равайтеда я не испытывала ничего подобного. Страх обжигал каждую клеточку, страх быть пойманной, разделить участь Коила.

«Да они просто конченые отморозки,» — промелькнуло в голове.

Мы пробирались сквозь кусты, перепрыгивали через ямы, обдирали кору деревьев. Если бы не мой плотный боевой костюм, я бы уже давно превратилась в один сплошной синяк. Несмотря на бешеный темп, наши преследователи и не думали отставать.

Выныривая из очередных зарослей, я вдруг налетела на что-то твердое — на широкую мужскую спину. От удара мы оба рухнули на землю. Франглинс, на секунду замедлив бег, чтобы оценить ситуацию, крикнул:

— Грейн, поднимайся и валим за нами!

Грейну хватило мгновения, чтобы все понять. Он перевел взгляд с меня на Каштанчика, потом на здоровенных преследователей, и, не раздумывая, схватил меня за локоть, рывком поднял на ноги и потащил за собой, пытаясь не отстать от Франглинса. Меня словно бросили в раскаленную печь.

— Артефакт? — рявкнул Грейн. В его голосе, грубом и серьезном, прозвучали властные нотки. Быстро же он сообразил, из-за чего весь сыр-бор.

— Антимаг, — коротко и по существу ответил Франглинс, задыхаясь. Мы бежали еще минут пять, пока Грейн не объявил, что оторвались от погони. Тут я и рухнула на землю, выдернув руку из его хватки.

Как только дыхание немного восстановилось, я огляделась. Мы оказались в каком-то дремучем лесу, с огромными деревьями, чьи кроны почти не пропускали свет. Парни сидели, прислонившись спинами к стволам.

Грейн… Я решила, наконец, рассмотреть того, кто так крепко держал мою руку. Красивый парень, с золотыми волосами, темными бровями, яркими голубыми глазами, острыми скулами, а на щеках — едва заметные ямочки, наверное, очень мило улыбается. И тело — просто загляденье, сплошные мышцы. Настоящий эталон красоты, да еще и шустрый, сообразительный.

Грейн, не вставая, создал небольшую струйку воды. У меня в горле пересохло, но я терпеливо ждала, пока парни не напьются.

— Можно мне тоже? — уточнила я, хотя, думаю, он бы и сам предложил. Без лишних слов он поднялся, держа в ладонях небольшой фонтанчик. Подошел ко мне. Я жадно глотнула прохладной, освежающей воды. Она будто остудила саму душу.

«Как же хорошо…» Поблагодарив его, я откинулась на дерево. Мы молчали, пытаясь отдышаться и прийти в себя.

Первым тишину нарушил Грейн, что неудивительно — он меньше нас участвовал в забеге, значит, и восстановился быстрее.

— Ты из какой академии? — его голос звучал спокойно и глубоко. Как же быстро у него меняется настроение!

— Савайтес, — ответила я, все еще сбитым дыханием.

— А вы?

— Из «ста цветов Дахайна».

— А что это за королевство? — мой мозг отказывался работать.

Они переглянулись. Водник фыркнул, но все же ответил: — Дахайн.

— Ну да, логично, — мне стало стыдно. Надеюсь, они не подумают, что я всегда такая тупая.

На наших «Коми» одновременно пришло уведомление о скором движении платформы. Мы вскочили на ноги и стали искать место, где можно переждать движение, но вокруг был только лес.

— Предлагаю залезть на деревья, ухватиться за ветки, это лучше, чем ничего. Вряд ли мы успеем найти что-то лучше, — предложил Франглинс.

На том и порешили. Я залезла на дерево, нашла толстую ветку и буквально легла на нее. Даже спать захотелось. Парни устроились на соседних деревьях. Грейн выбрал ветку ближе ко мне.

Пришло второе оповещение, и мы вцепились в ветки, не зная, чего ожидать. Движение, точнее, переворот, был таким же резким и быстрым, как и в прошлый раз. Платформа впервые встала на ребро, в вертикальное положение, и мы оказались висящими вниз головой. Пришлось приложить усилия, чтобы перевернуться обратно и снова лежать на ветках.

— Так и заснуть можно, — пробурчала я.

Водник, услышав меня, хмыкнул: — Упадешь еще, ловить не будем, просто не сможем.

— Да и не надо. Как вас зовут-то? Тебя я слышала, как Грейн зовут, а тебя как именовать, Каштанчик?

Грейн расхохотался. Его смех отозвался вибрацией в моей груди.

— Эй, а чего смешного? Я только его фамилию слышала, а не имя! — возмутилась я.

— Как ты можешь его не знать? — уже серьезно спросил блондин. У него настроение меняется быстрее, чем я успеваю моргнуть.

— Заткнись, Грейн, — попытался строго сказать Каштанчик, но получилось неубедительно.

Проигнорировав его, я ответила: — Ну, я до этого его не видела, откуда бы мне кого-то здесь знать? Или он какая-то известная личность? — как странно обсуждать человека в его же присутствии.

— Я кронпринц Дахайна, Марко.

— У-у-у, — протянула я. Надеюсь, мне ничего не будет за то, что я называла принца Каштанчиком, но уже ничего не исправить.

— Плохой бы из тебя вышел король, — да что со мной такое, я только все усугубляю.

Блондин снова раскатисто засмеялся.

А Марко вопросительно поднял бровь, как бы говоря, чтобы я продолжила.

— Ц-ц-ц, — я щелкнула языком. — Ты слишком идеалистичен. Называл людей грязью, не спорю, они ею и являются, но, насолив им на этом турнире, ты их не исправишь, максимум унизишь. Да и заметь, силенок у тебя на средняк, чуть от земли — и все, ты бы не справился с теми тремя, даже если бы меня не было рядом, ты бы ничего не успел предпринять, и тогда выбыли бы не они, а ты. — Кажется, меня понесло куда-то не туда.

Снова пришло уведомление о скором движении платформы.

— Кого вы успели укокошить? — удивленно и заинтересованно спросил блондин.

— Стайку Дрейка, — ответил Каштанчик. Почему-то мне сложно осознать, что он — кронпринц.

— У-у-у, так, я требую подробностей!

Марко вкратце изложил все наши злоключения и обстоятельства знакомства.

Грейн, выслушав, изумлённо выдал: — Как ты вообще так воздухом управляешь?

— Магия, никакого мошенничества, — с лёгкой усмешкой ответила я. — А если серьёзно, то долгие тренировки и эксперименты.

— Покажешь, как это делается?

— Ты хочешь, чтобы я тебя придушила? Если да, то дайте хоть спуститься, а то не хотелось бы случайно грохнуться вниз.

Я заметила, как в его глазах что-то щёлкнуло. — Погоди, а как тебя хоть зовут? Мы ведь так и не узнали.

Я невольно рассмеялась, удивляясь абсурдности происходящего.

— Да от вас общительностью так и прёт, особенно от Марко. Я — Ириния, можно просто Ири. Вы хоть расскажите, что за верзилы использовали артефакт? Как их вообще пропустили? Нас же обыскивали…

— Братья Франы, племянники организатора турнира и по совместительству советника безопасности Ларнии. Правилами ведь не запрещено создавать что-либо из подручных средств. Вопрос лишь в том, где они эти средства взяли.

— Можно даже не спрашивать, чувствую, выйдут сухими из воды. А как вы с Марко, знакомы со всеми лично, хотя вы все с разных королевств?

— Ну, не со всеми… Ты что, о Празднике Семи Королевств не слышала?

— Нет, не слышала, — осторожно ответила она.

— И из какой же ты дыры вылезла… — блондин просто фонтанировал прямолинейностью. — Ладно, короче, Праздник Семи Королевств — это когда королевские семьи и их приближённые со всех семи королевств съезжаются на пир. Каждый год принимающее королевство меняется по очереди.

— Так, ладно, этот-то принц, а ты-то откуда всех знаешь?

— Ой, не могу, просто умора! Мой отец — первый советник короля, поэтому моя семья присутствует на всех мероприятиях.

— Ну, судя по тому, что у тебя получилась только одна струйка, ты тоже не особо силён…

— Эй, ты чего на меня бочку катишь? Я вообще-то маг седьмого ранга! Просто здесь воды мало, все источники давно оккупировали другие маги, а я не дурак, чтобы из-за них драться.

Я тихонько посмеивалась: — Струйка… — дразню его.

Его лицо скривилось от напускной обиды, но ответить он не успел — платформа вернулась в горизонтальное положение. Едва мы слезли с деревьев, я заметила, что Грейн снова в отличном настроении.

— Ты обещала показать фокус с магией, — казалось, его глаза даже заблестели от предвкушения.

— Ну что ж, обещала, так обещала, — я высвободила свою магию, создавая безвоздушный карман. Блондин начал задыхаться, хватать ртом воздух, потом упал на колени, а затем начал отчаянно махать руками. Почувствовав, что он вот-вот потеряет сознание, я убрала магию.

— Превосходно, очень превосходно! — сказал он, поднимаясь с земли и отряхиваясь от грязи. — Думаю, ты нам не помешаешь.

— Сказал человек со струйкой.

Я хмыкнула, а Марко, который всё это время молча стоял в стороне, вдруг рассмеялся.

— Чего ты ржёшь? Вообще-то не смешно…

— Да ладно тебе, Струйка, не переживай так. У всех бывают неудачные дни. Зато ты сильный, наверное… в душе, — сказала я, оглядев его с ног до головы, явно принижая его физические возможности.

— Зачем ты её вообще взял? Чем она нам пригодится? Нужно своих найти, а не с этой занозой возиться, — утрирует он, а у самого улыбка проглядывает.

— Кто ещё заноза? Помолчал бы, струйка! — казалось, нам обоим эта перепалка доставляла удовольствие.

— Не смей меня так называть, заноза!

— А то что? Струйкой обольёшь? Ответить он не успел — недалеко от нас раздались взрывы. Кто-то сражался.

— Может, подождем и добьем последнего? — почти прошептала я.

— Ах ты коварная заноза, мне это нравится, — ответил Струйка, растягивая губы в хитрой ухмылке.

— Тссс, — шикнули мы с Марко в унисон.

Парни шли чуть впереди, а я прикрывала наши тылы, контролируя спины. Двигались мы медленно, крадучись сквозь кусты. Оценив обстановку, Марко обернулся и доложил:

— Там всего двое, побеждает дарканец, он весь в черном. Думаю, втроем мы с ним справимся, но не стоит его недооценивать. Даже с небольшим потенциалом они очень сильны.

Дарканец? А вдруг это кто-то из наших?

— Надо подождать окончания боя. Может, мы тут не одни такие умные, кто хочет добить, — добавил Грейн.

— Дайте взглянуть, — сказала я и тут же начала проталкиваться вперед, мимо парней.

Едва я подползла и раздвинула кусты, чтобы увидеть, что там происходит, как куст, в котором мы прятались, вспыхнул от шального огненного шара.

Я тут же отползла назад.

— Черт, черт, черт! — Моя кофта подпалилась, и рука начинала гореть. — Струйка, залей водой!

— Мы не спалились, просто атака случайно попала в наш куст.

Выглянуть я так и не успела, кажется, все закончилось.

— Пошли обойдем, — знаками показал Марко.

Пока мы ползли, меняя позицию, мы услышали голоса, и бой вспыхнул с новой силой. Я все же выглянула и увидела одного из близнецов — Эйдана. На него напали четверо парней и одна девица.

Эйдан выставил щит, но всем было понятно, что долго он не продержится.

— Мы должны ему помочь, — сказала я достаточно строго и спокойно, хотя в душе бушевала настоящая буря.

— С ума сошла? Он же дарканец! — воскликнул Струйка, изобразив на лице крайнее недоумение.

— Это МОЙ дарканец! — зло огрызнулась я. — Если поможете, у вас будет сильный союзник!

— Да мы тут все поляжем, а он все равно раненый, — продолжал отговаривать меня блондин.

Я цокнула языком, не желая больше слушать его нытье, и рванула сквозь кусты на помощь Эйдану.

— Где ты эту безбашенную нашел? — донесся восхищенный голос Струйки из кустов.

Не успела я подобраться ближе, как меня заметили. Земля под ногами задрожала, я думала, что сейчас провалюсь в преисподнюю, но заметила сбоку Марко, который тут же нейтрализовал эту дрожь.

— Эй, Струйка, подстрахуй! Мне нужно к ним приблизиться, — крикнула я, слегка повернув голову, но взгляда с противников не сводила.

И тут же почувствовала, как меня окутал щит, словно невидимая вода, такой мягкий и нежный.

Наши противники уже не обращали внимания на бессознательного Эйдана, все их внимание было приковано к нам.

В меня полетели огненные шары, водяные клинки, световые вспышки.

«Хоть бы Струйка оказался лучше, чем показывает себя», — молилась я мысленно.

Но как только атаки достигали щита, они просто растворялись в нем, словно ничего и не было. Я же на ходу выпускала воздушные вихри, которые снесли девицу и мага земли, контролировавшего землю, отправляя их в беспамятство. Что ж, теперь три на три. Но они не только не отступили, а будто взбесились еще больше и начали атаковать в разы жестче. Марко и Грейн тоже яростно наступали. Струйка сражался так, что и не подумаешь, что часть его магии окутывает меня щитом. В этой суматохе я и не заметила, как в мою сторону несется гигантская огненная лавина. Не знаю, выдержит ли щит такое, и, не смея проверять, я побежала прямо на нее. Казалось, время замедлилось. Я заметила изумленный взгляд Марко и недоверчивый — Грейна, а также его тихий, полный ужаса крик: «Нееет!»

Пришло время показать мой последний козырь, то, что не умеет ни один воздушник. Я взлетела над огненной лавиной прямо на оставшуюся стоять на ногах троицу. Видя их секундное оцепенение, я воспользовалась им. Как только поняла, что расстояние достаточное для атаки, я выпустила безвоздушный карман. Они начали задыхаться и тут же провалились в недра земли. То же самое я проделала с девицей и земляным магом, которые все еще были в отключке.

— Надо уходить, пока сюда не сбежались другие, — с облегчением сказал Струйка. Неужели он и правда думал, что я сгорю в том огне?

Я кивнула.

— Помогите его забрать, — указала я на Эйдана.

Марко закинул его себе на спину, и мы ушли, не проронив ни слова, пока не увидели небольшой узкий сарай с высокой, но такой же узкой крышей и маленьким окошком.

— О движениях платформы больше не будут сообщать, поэтому предлагаю засесть здесь, — вроде предложил, а вроде и скомандовал Грейн.

За неимением другого плана и других построек мы согласились.

Грейн проверил сарай. В нем никого не было, и мы зашли все вместе. На потолке, который был достаточно высоко, находился люк. Мне пришла в голову идея залезть туда: даже если кто-то и набредет на сарай, то наверх вряд ли полезет. Эту мысль я и озвучила, получив одобрение.

Взлетев, я поднялась к потолку, открыла крышку люка и залезла внутрь.

— Положите Эйдана так, чтобы его можно было протащить в люк, — а это достаточно сложно сделать с бессознательным человеком, но кое-как, подняв его в воздухе, я затащила его к себе.

— Теперь ты, Струйка. Свернись калачиком, чтобы лоб не разбить. С первого раза вряд ли устоишь ровно.

— Я не такой слабак, заноза, — еще и подмигнул мне мерзавец.

Я глубоко вздохнула.

— Как знаешь.

Как только я применила свою магию, и Грейн оторвался от земли, он тут же потерял равновесие и чуть не ударился лицом о пол. В такой позе — попой кверху — я и затащила его. Следом обратилась к Марко:

— Теперь ты.

Марко молча сел, поджав ноги под себя. Я аккуратно затащила его, а потом закрыла люк.

Когда мы все оказались на чердаке, Марко занял пост у запыленного окошка, высматривая опасность. Я же, словно обессиленная кошка, придвинулась к Эйдану, который, казалось, врос спиной в обшарпанную стену. Пристроившись головой на его плече, я прикрыла глаза, пытаясь унять дрожь.

— Кто он тебе? — вдруг прозвучал тихий, но острый вопрос Марко, словно лезвие, скользнувшее по нервам.

Действительно, кто он мне? Эта мысль пронзила сознание.

— Друг, он уже год учится со мной по обмену, — пробормотала я, стараясь не выдать смятение.

— К друзьям так не жмутся, — хмыкнул Струйка, и его слова, словно плевок, попали в самую душу. — И ты сказала, что он твой дарканец.

— Ой, заткнитесь, — огрызнулась я, чувствуя, как щеки заливаются краской. — Это не ваше дело. Мы с вами, скорее всего, после турнира и не встретимся больше.

— Глядите-ка, женишок на горизонте появился, так сразу вся суть и вылезла наружу, — язвительно протянул блондин, не упуская возможности уколоть.

— Не женишок он мне, — парировала я, — а прижалась к его плечу, потому что здесь, кроме грязных и пыльных стен, ничего нет, и я очень устала. Я, знаете ли, выносливостью не отличаюсь.

— Раз ничего у вас нет, могла бы и об мое плечо опереться, — подмигнул он, играя бровями.

— Ты слишком голосистый, боюсь, если на тебя обопрусь, твой не закрывающийся рот будет работать прямо над моим ухом, и я не только не отдохну, но у меня еще и голова раскалываться начнет.

— Ну ты и бука, — проворчал блондин, но тут же подполз и устроился по левую сторону от меня, словно его приглашали на королевский пир.

Я снова закрыла глаза, откидывая голову на холодную, исписанную стену.

— Отличное местечко, если не спалимся, то сможем прохлаждаться здесь до самого конца, — болтал он где-то совсем рядом с моим ухом, отчего по спине пробежали мурашки.

— Струйка, — позвала я его, поворачивая голову. Он ответил тем же, и наши взгляды встретились. Его глаза, словно два бесстыдных огонька, изучали мое лицо. — Ты сможешь создать воду из магии или найти и собрать ее здесь?

Он несколько секунд продолжал сверлить меня взглядом, а потом тихо, с легкой хрипотцой, ответил:

— Смогу.

Отвернувшись, он сотворил небольшую струю воды, и мы все по очереди напились, причмокивая от жажды. Эйдан все еще спал, безмятежный, как младенец.

— Предлагаю дежурить по очереди, — сказал блондин, — первый Марко, потом я, потом Ири. Так хоть поспим немного. Ночью должны сбросить продукты. Думаю, нет смысла идти за ними, больше шансов попасть в засаду. Лучше поголодать, чем выбыть из турнира. Но если кто-то не согласен, можем проголосовать.

Но никто и не собирался голосовать.

Не знаю, как я заснула, но проснулась от какого-то движения. Вокруг царила кромешная тьма, лишь слабый лунный свет пробивался сквозь щели в крыше. Обнаружив себя прижатой к Струйке, я почувствовала, как моя голова покоится на его руке, а его ладонь лежит на моем бедре. Тут же скинув его руку, я разбудила его.

— Что такое? Дежурить пора? — спросонья пробормотал блондин, сонно моргая.

Проигнорировав его, я обратилась к причине своего пробуждения:

— Эйдан, ты проснулся? Как себя чувствуешь?

— Нормально, только горло сушит, — простонал он.

Я повернулась и легонько хлопнула Струйку по бедру.

— Ну же, создай ему воды.

— Я требую плату, — возмущенно заявил он, надув губы.

— Какую еще к черту плату? — злобно прошипела я.

Он приблизился ко мне настолько, что его губы почти касались моих.

— Один поцелуй, — выдохнул он, обжигая щеку горячим дыханием.

Злобно сощурившись, я прошипела:

— Ладно, но после состязания, хитрая ты скотина.

Он проигнорировал мои ругательства и, радостно улыбаясь, подполз к Эйдану.

— Я к вашим услугам, — даже в его голосе чувствовалось ликование.

После того как дарканец утолил жажду и мы все расселись по своим местам, я придвинулась к нему, сразу же почувствовав, как Струйка сделал то же самое, только касаемо меня.

— Где твой брат? Ты кого-нибудь из наших видел?

— Только Альберта. Мы появились недалеко друг от друга, но в первом же бою он выбыл от удара в спину. Я отбился. А вы кто такие вообще? — обратился он к Грейну и Марко, оглядывая их с подозрением.

— Ишь какой неблагодарный, — напыщенно начал Грейн, возмущаясь. — Мы его спасли, тащили, поили, а он еще и грубит.

— Пффф, — фыркнула я. — Радуйся, что он вообще с тобой разговаривает.

— Высокомерные вы, — уже в шутливом тоне ответил Грейн.

Прошло уже больше двух часов с момента последнего переворота платформы (со слов Марко) и больше часа с момента пробуждения Эйдана. Мы просто сидели и рассказывали друг другу, что с нами приключилось, пока платформа снова не начала двигаться. Она повернулась вертикально на левое ребро, и мы все вчетвером скатились к узкой, но достаточно высокой части круши, буквально падая друг на друга в том порядке, в котором находились: ближе всех к стене оказался Грейн, затем я, Эйдан и Марко.

От такого резкого переворота, казалось, весь воздух решил покинуть мои легкие. Осознав, в какой недвусмысленной позиции я нахожусь, я начала возмущаться.

— Дайте я к стене выползу и лягу боком, иначе вы меня раздавите, — со сбившимся дыханием, то ли от недостатка воздуха, то ли еще от чего… проговорила я, пытаясь вывернуться, вытолкнуть себя, занять более удобную позицию, но все было тщетно. Они как будто нарочно прижимались еще сильнее. На очередную мою попытку я ощутила, как чьи-то руки легли на мою талию. Попытавшись поднять голову, чтобы хоть что-то увидеть, я услышала томный шепот на ухо:

— Не двигайся.

— Почему? Мне же некомфортно, кажется, мне уже легкие вот-вот сдавит, — попыталась я еще немного продвинуться, но все было бесполезно. В итоге я просто сдалась, выпрямилась, повернувшись спиной к Эйдану и уткнувшись лицом в грудь Струйки.

Сразу стало легче дышать. Оказалось, Марко слез с нас всех, заняв то место и приняв ту позу, о которой я мечтала. Немного расслабившись, я глубоко вдохнула и попыталась принять более удобное положение, то, в котором мы оказались изначально.

В этот момент меня словно пронзило иголками, когда я поняла, а точнее, ощутила причину, а еще точнее — причины, по которым не стоило двигаться. В мою попу и живот упирались налитые члены.

— Оххх, — тихо выдохнула я, но в этой тишине мой вздох прозвучал как раскат грома. Видимо, гормоны снова ударили мне в голову, иначе как объяснить то, что я сама принялась ерзать вверх-вниз, тем самым потираясь об их достоинства. После моих телодвижений над моей головой послышались два громких стона-вздоха.

— Простите, — мой язык уже начал заплетаться. — Я не хотела.

— А мне кажется, еще как хотела, — прошептал Струйка мне на ухо, обжигая его дыханием.

— Черт, это стресс, — попыталась я оправдаться, но мой голос становился все тише и тише.

Эйдан же, чувствуя мое замешательство, потерся об меня, крепко сжимая мою талию.

Ощутив, как мои трусики намокли. Я невольно издала полустон-полувздох.

— Нееет, это не стресс, — так же томно произнес дарканец.

— Черт, — снова повторила я, чувствуя, как мое тело переполняется желанием. — Ахх, — и теперь уже Грейн, двигая моим тазом, вдавливал меня в себя.

— Марко, давай поменяемся, — если эта пытка не прекратится, я просто взорвусь.

— Нет, — хором ответили все трое, а Марко фыркнул и отвернулся от нас, глядя в пустую стену.

«Надеюсь, скоро платформа снова начнет двигаться», — промелькнула у меня мысль.

Эйдан нежно гладил мои бедра, а Грейн — талию.

— Эйдан, ты пожалеешь об этом, — мое дыхание было настолько сбивчивым, что уже было трудно понять, что я вообще говорю.

Тихий смешок раздался сзади.

— Ты не представляешь, как давно я об этом мечтал, — и тут же он прикусил мочку моего уха.

Ахх, — снова вырвался стон, и мои руки принялись судорожно сминать одежду Струйки. Он, в свою очередь, медленно подминал мою футболку вверх, обнажая живот. Руки Эйдана проскользнули между мной и Струйкой, который, как назло, втянул живот, освобождая пространство для чужих рук. Мне расстегнули штаны, и руки переместились на резинку, медленно стягивая их вниз.

— Нееет, — простонала я, но кто бы меня услышал.

Мои брюки уже скользили по бедрам. Я услышала, как сзади звякнула пряжка ремня, а чья-то рука ласкала мою попу, направляя ее к моей изнывающей промежности.

— Какая же ты мокрая, — гортанно прошептал Грейн, закатывая глаза от блаженства.

Не знаю, как быстро все произошло, но мой верх был уже полностью обнажен, а к моей попе прижимался горячий член.

— Эйдан… ты не знаешь, что делаешь…

— Еще как знаю и хочу этого, — он слегка отстранился, направляя в меня свой член и медленно продвигаясь вперед.

— Черт, какая же ты тесная для меня, я прямо сейчас кончу, — он глубоко дышал и снова начал двигаться. Не выдержав, я застонала.

— Тише, ты же не хочешь, чтобы нас услышал враг, — по голосу было понятно, что Грейн тоже сильно возбужден, но пока сдерживался.

— Нееет, — простонала я в ответ.

— Но потом я хочу как можно дольше слушать твои стоны, — сказал Эйдан, снова остановившись, даря себе передышку. Затем он возобновил движения, и я, схватившись за плечи Струйки, гладила его везде, куда только могла дотянуться.

Все оставшееся время мы молчали, слышны были только влажные шлепки и мои тихие всхлипы. Вскоре мы оба достигли завершения, и меня слегка трясло от пережитого оргазма, а близнец нежно целовал мою шею.

— Эйдан, мне мало, прошу, еще, — сама не знаю, о чем просила. Мой разум был не здесь, он витал в царстве блаженства и соблазнов.

— Сейчас, малышка…

Начались обильные передвижения, и я уже лежала на близнеце, а за моей спиной Грейн возился с ремнем. Без лишних слов он ворвался в меня, начиная двигаться резко, слегка агрессивно, но так приятно. Судя по сдерживаемым стонам, ему тоже было очень хорошо. Кто бы мог подумать, что такой весельчак и притворщик окажется таким сладким и любвеобильным. Меня снова накрыла волна оргазма, а следом за мной последовал и Грейн. Было так хорошо, спокойно, и два сердца, чье биение я ощущала, лишь усиливали эти ощущения. Меня одели, ведь мои силы были полностью исчерпаны. Так я и уснула.

Проснулась от того, что платформа вернулась в горизонтальное положение. Убедившись, что ничего странного не происходит, я снова легла и заснула, а два теплых и уютных тела придвинулись ко мне, заключая в кокон из своих рук и ног.

Пробуждение ворвалось навязчивыми лучами солнца, прокравшимися сквозь единственное окошко и опалившими мое лицо.

Открыв глаза, я увидела Струйку, лежащего предо мной, и на мгновение замерла, любуясь им. «Все-таки красив, засранец», — пронеслось в голове. Марко сидел у окна, а значит, Эйдан прикрывал меня со спины.

— Сколько времени? — спросила я у Марко, повернув голову в его сторону.

— Десять часов, — прошептал Эйдан над моей макушкой и нежно поцеловал в затылок.

— Пить хочется, — мой голос, слегка искаженный сном, лишь подтвердил это.

— Сейчас, — отозвался Струйка, опираясь на одну руку, а второй уже творил магию. Удивительно, но они совсем не выглядели сонными.

Я жадно напилась, как и все остальные. От голода мы спасались лишь водой, пытаясь обмануть желудок.

— Давно не спите? — мой взгляд, как и голос, все еще был окутан пеленой сна.

— Около часа, — ответил Струйка.

Значит, они просто лежали рядом, обнимая меня, пока я спала.

— А ты, Марко, вообще ложился?

— Конечно, я проснулся минут двадцать назад, — было заметно, что он тоже еще сонный.

— Получается, на дежурство мы все забили?

— Ну что ты, — притворно возмутился Грейн, — мы решили, что в этом нет смысла. К нам никто не заберется, сарай каменный, так что не сгорит.

— А платформа давно двигалась? — я отползла к стене, оперлась на нее спиной.

— Около получаса назад, — ответил близнец, подползая следом ко мне, притягивая к себе и уткнувшись носом в мои волосы. Мурашки волной пробежали по коже. — Нам еще почти сутки ждать, но не переживай, они будут веселыми.

Его губы уже блуждали по моей шее.

— Эйдан, прекращай, — в моем голосе не было ни капли возмущения, скорее, при свете дня я еще острее ощущала присутствие Марко.

— Принцесса не в настроении, — с игривой ухмылкой и завораживающим голосом проговорил Грейн.

— Я всегда не в настроении, пока не выпью с утра как минимум две кружки кофе.

— Я запомню, — последовал еще один поцелуй в волосы.

— Мы запомним, — поправил его Струйка с предвкушающей улыбкой.

— Ой, да идите вы… Что-нибудь интересное происходило?

— Компания из семи человек прошла около десяти минут назад.

«Да уж, против семерых будет трудно справиться, а может, и вовсе не справимся. Это понимали все».

Заметив смену эмоций на моем лице, блондин решил меня поддержать.

— Ну чего ты приуныла? Мы не дадим тебя в обиду, да и твоя магия великолепна, сладкая, — кажется, я покраснела. — И смущаешься так мило.

Конечно, я смущаюсь! Я знаю его меньше суток, а мы уже переспали, да еще и в присутствии Марко! Какой же стыд. Я ведь с самого пробуждения старалась не вспоминать о нашем ночном рандеву.

Мы продолжили так сидеть. Марко был у окна, думаю, ему просто нравилось контролировать ситуацию. Эйдан все так же прижимал меня к себе, а обнаглевший Струйка решил умастить свою голову на моем бедре. Сначала я просто посматривала на его золотистые и, на вид, такие мягкие волосы, но чем больше смотрела, тем больше хотелось запустить пальцы в его шевелюру. Не выдержав, я сделала это. Мягко прикоснувшись к его голове, я начала ее легонько массировать. Он был явно не против, а потом и вовсе то ли промычал, то ли промурлыкал. Поняв, что ему хорошо, я продолжила, но уже более уверенно. Вдруг я почувствовала, что рука, на которую я опиралась, пропала. Эйдан занял мое второе бедро. Я хмыкнула, но все же запустила вторую руку в его темные волосы. Теперь уже два здоровенных и таких красивых парня мурлыкали от моих касаний. Я же осматривала их черты лиц. Вскоре я опустила руку с головы близнеца и повела ей по вискам, затем к подбородку. Кажется, его дыхание участилось. Я хотела уже вернуть руку обратно к волосам, но не успела. Он, схватив ее, поднес к губам, запечатав легкий поцелуй на ладошке.

— Ты великолепна, — сделал он мне комплимент. Я мягко улыбнулась ему, а затем облокотилась на стену, положив руки на грудь его и Струйки, прикрыла глаза.

— Ири, — окликнул меня Грейн, нарушив этот великолепный момент тишины и умиротворения.

— Ууу, — только и смогла выдать я в ответ, но приоткрыла глаза.

— Что ты знаешь об истинности?

Я на секунду задумалась. Раньше я читала много книг об истинности, но что это может означать в этом мире, я не имела понятия.

— Ничего. А есть то, что я должна знать? — вполне спокойно прозвучало.

Я даже не знаю, как описать взгляд Эйдана. Такая гамма эмоций: неверие, удивление, облегчение и еще много чего, что мне не понятно. Он приподнялся, оторвавшись от моего бедра, чтобы легче было заглянуть в мои глаза.

— Ты серьезно не знаешь про истинных? — удивление сквозило в каждом слове.

— Я же сказала, что не знаю. Что за расспросы? Если ты такой знаток, то расскажи мне, все равно времени у нас много.

Они легли обратно на мои бедра, а Струйка начал рассказ:

— Есть легенда о великой Мирте и ее возлюбленных. Говорилось, что во время великих войн король грозной страны решил истребить весь народ предателей. Во время очередной бойни он сам принял участие, чтобы показать, что и он понесет кровь на своих руках. Тогда-то он и встретил Мирту, девушку, которая, даже будучи раненной, не отходила от своего возлюбленного. Увидев ее, он испытал не слыханное ранее никем чувство, жар, что распылялся от сердца и прошел через все тело, вернувшись обратно, его сердце билось с бешеной скоростью. Тогда-то он и понял, что не сможет не то что убить, но и причинить даже малейшую боль. Он забрал Мирту с собой, надеясь, что успеет доставить ее до целителя. Во время пути к нему она поведала, что ее народ никогда не предавал своего короля, были верны, а он без причин и предупреждения, без права слова начал бойню. Но вскоре Мирта умерла, так и не добравшись до целителя. А в тот момент король будто потерял частичку своей души и магии, что ушла вслед за девой. Больше он никогда не смог прикоснуться ни к одной женщине, а в глазах всегда был ее образ. После выяснения всех не состыковок подтвердилась невиновность народа, все предатели были казнены, но легче королю не стало. Всю тяжесть потери он нес до конца своих дней.

— Это правда или выдумка? — осторожно спросила я, догадываясь, сопоставляя ранее схожие ощущения.

— Правда, ну, по крайней мере, это официально задокументировано в истории. Да и истинные ведь встречаются…

— То есть, когда встречаешь истинного, в груди расплывается тепло и все? Так же можно с каким-нибудь заболеванием спутать.

— Нет, не все. Это такая гамма эмоций, это примерно так, когда случайно встречаешь человека, а оказывается, что ты ждал его всю жизнь. Это трепет, полное понимание, готовность сражаться за него до конца, оберегать, любить…

— Ты хороший рассказчик. И как часто у вас появляются истинные?

— Последние истинные живут в королевстве Жданга. Они стали всемирно известны после того, как у леди Вольгот оказалось пятнадцать истинных.

Кажется, я испытала второй шок, примерно равный тому, когда Жан сказал, сколько ему лет, но из-за всех потрясений, которыми меня встречал мир, я уже не реагировала на это так открыто.

— Чего? Как это пятнадцать? Откуда столько-то? И она что же, со всеми живет и спит?

— Конечно, истинные — они же часть ее. Их души или магия сами притянулись друг к другу, когда они встретились.

Что-то мне кажется, что мне не понравится то, что будет дальше, но, сглотнув, я задала очередной вопрос:

— То есть истинность — это редкость? — похоже, я сама себя гоню в ловушку.

— Да, ведь точно все равно не известно, как работает истинность и как она связывает людей, — с небывалым спокойствием говорит Струйка.

Пребывая еще в легком шоке, я бурчу себе под нос: — Надеюсь, у меня не будет истинных, ну или не в том же объеме.

На меня с недовольным прищуром смотрят две пары глаз, что аж немного страшно стало.

— Что, что вы так смотрите? — а холодок ползет по спине.

— Только не говори, что ты этого не ощутила, — убийственно спокойно сказал Струйка.

— Неееет, ты не хочешь сказать, что я твоя истинная? — начала печально посмеиваться я.

Он садится напротив меня, заглядывая в мои глаза, что-то ища в них.

— Это и хочу сказать, и его тоже, — он тыкает подбородком в сторону Эйдана.

— Неет, — я перевожу взгляд от одного к другому, и вся моя уверенность иссякает. — Это не правда.

Они берут мои руки и начинают поглаживать большими пальцами, как бы успокаивая.

— Вот что ты почувствовала, когда налетела на меня?

— Ничего, все мои мысли и действия были обращены на то, чтобы быстрее убежать от тех бугаев, — вздох вышел сам собой.

— Вот, ты вероятно ничего не поняла из-за стресса, бега, скорее всего, у тебя из-за паники и так сердце кровью обливалось, но я это почувствовал сразу, как только увидел тебя, — его глаза сквозили лаской и нежностью.

— А ты что скажешь? — поворачиваюсь к близнецу. — Признаю, я испытала что-то похожее, не только к тебе… Но меня же не тянуло к вам с братом так, чтобы аж не в терпеж было.

— Возможно, это потому, что мы всегда были рядом, каждый день, а возможно, потому, что у тебя был секс, ты была удовлетворена, поэтому могла не придавать особого значения всем своим чувствам…

— Откуда ты вообще знаешь, что он у меня был? — краснея от лютого стыда, еле слышно спросила я, а встретила лишь улыбки на их губах.

— Это было не сложно понять по счастливой роже Равайтеда и тому, как он всех от тебя шугал.

— Когда такое было-то? Он же в лице не менялся. Всегда одно и то же выражение, ни капли эмоций.

— Ошибаешься, он, как только замечал намеки от парней, гонял до отвала ног, на большее его нынешнее положение не позволяло, но на нас он не срывался, зная, что мы с ним в одной лодке и то, что ты нас сама игнорила.

Надеюсь, я в обморок от радостных открытий не свалюсь.

— Ты хочешь сказать, что ты, Ксейдан, Ра и Грейн — мои истинные?

Они кивнули. Я поворачиваюсь к Марко.

— Надеюсь, ты ничего мне не хочешь сказать?

Он усмехнулся.

— Нет, ничего.

Я невесело усмехнулась и фыркнула, но тут меня осенило:

— Стоп, а истинными могут быть обычные люди?

— Не слышал о таком, — задумался Струйка, — но, думаю, возможно. А что?

— Да так… Похоже, у меня теперь пять истинных. И куда мне столько вас девать? Эйдан, почему ты мне об этом не говорил?

— Мы думали, тебе не нравится быть с нами как с истинными, поэтому ты нас игнорировала, только Равайтеда подпускала.

— То есть, никто из вас за год так и не додумался спросить? — изумилась я.

— Да мы и так как на иголках! Легко, что ли, живется, когда женщина, которую желаешь, любишь… тебя игнорирует, когда все, что нам было позволено, — это разговоры и мимолетные касания? Когда пытались быть ближе, обнять или поцеловать, ты отталкивала… Думаешь, нам было легко? Если бы мы сказали, что ты наша истинная, ты бы поверила?

А ведь и правда, я их год на голодном пайке держала. Просто восхитительная истинная им досталась, да и Ра знал ведь, и молчал, одни намеки кидал. Ох, получит он у меня!

— Вот мне интересно, вас пятеро. Как вы собираетесь не ревновать друг к другу или вообще делить меня одну на всех?

— О, это легко! — воодушевился Струйка. — К другим твоим истинным мы не ревнуем. Я думал, сегодняшняя ночь это показала. Поверь, если бы к тебе полез Марко, мы бы его на месте прибили. А насчет делить тебя… Насколько мне известно, с появлением истинных твои желания и возможности тела растут, — он многозначительно повел бровями, самодовольно ухмыляясь.

— Черт, куда я вообще попала… То есть, ты, Струйка, оскорблял меня и выносил мозг, зная, что я твоя истинная? Что это вообще за неуважение?

— Прости, малышка, такое поведение мне вообще не свойственно. На самом деле, я достаточно спокоен и воспитан, а с тобой как будто крышу снесло. Хочется от тебя не отрываться, чтобы ты чаще обращала на меня внимание…

— Знакомо, — отозвался Эйдан. — Нас с братом вообще нелюдимыми считали, а тут она… Что мы только не перепробовали, чтобы хоть капельку внимания заслужить! Представляю рожу брата, когда он увидит нас вместе или узнает, что сегодня ночью произошло. Он же слюной подавится! А про Равайтеда вообще молчу. Ты бы видел, как самый безжалостный и устрашающий мужик во всей Даркании бегает по полю и собирает букет ромашек!

— Так, если то, что сегодня произошло ночью, хоть кто-то узнает, я вам лично причиндалы оторву! — строго, нахмурившись, прошипела я.

— Не волнуйся так, милая, — успокоил меня Грейн. — Если кто что и узнает, то только твои истинные. А насчет Марко не переживай, он знает, что будет за разглашение, — он убийственно посмотрел на Марко, тот лишь кивнул и отвернулся.

Что-то Марко на кронпринца не очень похож. Молчит много, непривередлив, да еще и низшего по статусу слушается. Что-то здесь не так.

— Слушай, а он точно принц? — тихонько спросила я у Грейну на ушко.

— А что, сомневаешься?

— Есть такое.

— Не забивай себе голову, принцесса, позже все встанет на свои места.

Мы просидели так еще несколько часов, пока в моей голове не зароились новые вопросы:

— Стойте, а если мы все пройдем дальше, как сражаться будем? Ты же говорил, истинные не могут друг другу навредить?

— Ну, — снова встрял Грейн, — с парнями мы можем махаться, просто убить друг друга не получится. А с учетом заданных норм по жизненным показателям, думаю, проблем не будет. Если с тобой попадем, просто сдадимся сразу. Тебе-то мы не навредим, ты же наше сердце, — он аж весь светился мягкостью и нежностью.

— То есть, я вам могу навалять, а вы мне нет? — моя бровь взлетела вверх.

— Да, но ты же не хочешь на весь мир показывать, как бьешь собственных мужей?

Я просто дар речи потеряла. Когда они успели стать моими мужьями? Хммм, «мужей», «мужей»… Никакого отторжения, даже как-то приятно, по-родному, что ли.

Хотя, думаю, если бы не моя любовь к книгам про многомужество, я бы тут точно с ума сошла.

Заметив мое замешательство, Грейн продолжил:

— И да, милая, не называй меня «Струйкой» при посторонних, люди чего доброго не так поймут.

Я искоса на него глянула, а потом как захохочу.

— И вообще, нам лучше не светить наши отношения, пока учебу не закончим. Это может против наших королевств сыграть… — как-то замялся он.

— То есть, когда вы мне сдадитесь в следующем испытании, никто ничего не заподозрит?

— Ну, мы можем попытаться выкрутиться, сказав, что не можем женщину бить.

— Но там еще две женщины были.

— Одна уже вылетела, с нашей помощью. А вторая еще в игре, но вероятность попасть на нее слишком мала. Если что, будем по ситуации действовать.

— А может, мне проще самой сдаться? Думаю, никто не оценит, если я таким образом турнир выиграю…

— Да брось, милая, мы будем только гордиться, что наша жена победила на мировом турнире! — Эйдан энергично кивнул в знак согласия.

— И когда я успела стать вашей женой? — все же спросила я, на удивление спокойно, хотя в глубине души уже смирилась с этой мыслью.

— Видишь ли, милая, истинность устроена так, что ни один истинный не может быть больше ни с кем другим, после встречи со своей истинной. У нас даже «не встанет» на другую, больше никогда. Хочешь ты того или нет, мы теперь семья. Никто из нас от тебя не откажется. Мы ближе друг другу, чем все кровные родственники. А с твоими другими истинными мы как братья-побратимы. Так что вопрос женитьбы — лишь дело времени. Но знай, мы и сейчас согласны официально сделать тебя своей.

Ну что за мерзавец? Еще так ухмыляется и бровями играет, так и хочется треснуть.

Больше в тот вечер мы не разговаривали. Они просто сидели, прижавшись ко мне и обнимая с двух сторон.

Из единственного окошка не было видно никаких изменений. Платформа периодически приходила в движение: пару раз вращалась, но вертикально больше не поднималась. Осталось только пережить последнюю ночь, а завтра в десять утра первое испытание закончится, и мы перейдем к следующему.

На голодный желудок уснуть тяжело, но мы кое-как улеглись на полу. Прижатая и обнятая двумя такими уже родными телами, я провалилась в сон.

Проснулась я все в тех же крепких объятиях. Прямо перед моим лицом тихо дышал Эйдан, значит, Грейн сзади. Он плотно ко мне прижат, и я слышу, как бешено колотится его сердце. Мои ноги оплетены ногами брюнета, а сверху еще и Струйки. Подняв голову, я увидела спящего Марко около окошка.

Полежав так немного, я решилась аккуратно коснуться лица Эйдана.

Протянула руку, еле касаясь подушечками пальцев его щеки. Оказалось, он не спал. Не открывая глаз, он потерся щекой о мою руку, словно ручной ласковый зверек, а потом открыл глаза.

— Привет, — прошептали мы одновременно.

Мы просто лежали и смотрели друг на друга, и в этот момент я была счастлива. Несмотря на все обстоятельства, мне было спокойно.

Мы понежились в объятиях не больше получаса, а потом на всю округу разнесся гонг, возвестивший об окончании первого этапа. Следом раздался голос, который звучал отовсюду и ниоткуда одновременно:

— Поздравляю всех оставшихся участников с прохождением в следующий этап! Чтобы выбраться с платформы, вам необходимо спуститься на землю, и вас перенесут в изначальную локацию. Сообщаю, что любое дальнейшее применение магии или физической силы повлечет за собой дисквалификацию.

Только мы успели подняться на ноги и направиться к выходу, как меня потянули за руку. Дальше последовал поцелуй, такой страстный и чувственный. Грейн исследовал мой рот языком, и волна возбуждения уже начала накатывать с новой силой. Но следом он отстранился и, увидев мой удивленный взгляд, пояснил:

— Ты задолжала мне поцелуй после испытания. — Его улыбка озарила все помещение. Хитрец, но такой вкусный, мммм.

Воспользовавшись моей заминкой, следом последовал и второй поцелуй, уже от Эйдана.