Доктор моего тела

Глава 24.

– Здравствуй, Саша. Как Лера? – спросила Алиса, не замечая прищуренный взгляд своего деда.

Александра она увидела еще в окно. Но выйти поздороваться не хватило смелости. Да и зачем? Она уже была такой неповоротливой и неуклюжей, что никому не хотелось даже показываться на глаза.

Но Александр быстро окинул взглядом ее фигуру и смотрел только в глаза. Алиса попыталась прикрыть свой, большой уже, животик руками.

Саша тут же подскочил, подвинув ей табурет.

– Садись. Лера нормально. Вот она обрадуется, когда ей про тебя расскажу!

– Откуда вы знакомы? – строго спросил Михаил Александрович.

– Деда, это Саша – брат Леры. Помнишь, я тебе рассказывала про нее. Она мне еще портрет нарисовала! Нет, Саша, сиди! Я сейчас уйду, не буду вам мешать!

– Портрет хороший! – похвалил он, но на Сашу теперь смотрел с недоверием, уже жалея, что проявил человеческое гостеприимство.

Саша опустил глаза. Потому что второй портрет Алисы, который Лера нарисовала для себя, он нагло стащил из ее рисунков. И ничего сестре не сказал. Он сам не понимал этого поступка. Ему понравилась Алиса. Она была не такой, как все девушки, с которыми он общался. Ее застенчивый взгляд, ангельская улыбка и приятный голосок вызывали не только симпатию. А беременность делала похожей на библейскую Мадонну. Он сам не понимал, почему ему так казалось. Но еще тогда, в больнице, он сразу заметил Алису. И вот сейчас они встретились снова.

Больше задерживаться у Алисы и ее деда причин не было, и Саша нехотя стал собираться, сердечно поблагодарив за чай и очень вкусное домашнее печенье.

Михаил Александрович решил проводить и вышел с ним на улицу.

– Санек, вижу, что ты – парень неплохой. Только в сторону Алиски не зыркай! Или не видишь, в каком она положении?

– Почему не вижу? Очень даже хорошо вижу, – смутился Александр, понимая, что его внимание было замечено.

– Тогда и нечего! – отрезал дед.

– Почему?

Михаил Александрович уставился на парня.

– Зачем тебе дева с приплодом? Или ты думаешь, что если она без мужа, то и играть с ней можно?

– Ни с кем я играть не собираюсь. А обижать Алису даже и в мыслях не было! А то, что она ждет ребенка, меня восхищает! Я бы тоже хотел, чтобы у меня были дети!

– Так чего не родите? Или девы нет?

– Ушла. И она не хотела детей.

– О, как! – Михаил Александрович поправил шапку. – Смотри мне, Сашка! Если Алиска из-за тебя реветь будет, не погляжу, что руки у тебя золотые – повыдергаю! Ибо нечего! А Алиску и правнука в обиду не дам!

Я позвонила по номерам, который мне дала Аня. На первом мне ответили, что перезвонят, как только станет известно, захотят ли дети иметь свои рисованные портреты, или нет. А главное, будут ли родители это оплачивать. Меня попросили принести готовые работы, чтобы их можно было «пощупать». А на второй звонок я сразу же получила заказ на семнадцать портретов! И договорилась о встрече, чтобы получить нужную мне информацию и фотографии.

Решила, что возьму с собой еще и фотоаппарат, чтобы сделать снимки ребят. Фотоаппарат был единственное, что я попросила у Лёши. Мне хотелось самой делать снимки своих детей. Запечатлеть каждый их шаг. Именно поэтому я с ним практически никогда не расставалась. Сначала. А потом забросила так же, как и рисунки.

И вот сейчас мне не просто нужно вспомнить старые навыки, но и улучшить их. Ведь как ни крути, а плохими работами детей не прокормишь! Но и просить помощи у родителей, и, тем более, у Лёши я не буду. Это очень некрасивый поступок: оставить своих детей без содержания, зная, что у меня никаких доходов нет! И истерить по поводу, что я ничего не могу и у меня ничего не получается, не выйдет! Потому что причина, точнее даже две, скоро придут из школы и попросят что-нибудь вкусненькое!

Пока Лёня был в школе, я работала за его компьютером. Но в его комнате разложить все не было места, а бегать туда-сюда, из зала в комнату сына, тоже не самый лучший вариант. И я серьезно ощутила всю нехватку денежных средств. Потому что мне, для работы, просто необходим был компьютер, или на самый крайний случай, планшет. Самым идеальным вариантом был ноутбук. Но о том, чтобы приобрести его сейчас, просто не могло быть и речи! Но работать как-то ведь надо! Мой телефон, не самая новая модель, а скорее всего даже самая простая, для этих целей не подходил. Даже памяти на нем было не так уж и много! А делать нужно уже сейчас! И я позвонила брату.

– Занят? – Я посмотрела на часы: Саша или на работе, или в институте. Хотя в последнем, он показывался крайне редко.

– Лерчик! Не беси! Говори, что случилось?

– Почему сразу «что случилось»? Ничего не случилось! – О том, что подала документы на развод, я не сказала, ни родителям, ни брату. Мама будет причитать и говорить, что я «полная дура», а Сашку, я собственно еще и не видела, а по телефону не хотелось. – Можешь мне посоветовать недорогую, хорошую модель планшета, или нетбука?

– А тебе зачем? – спросил брат.

Невинный совершенно вопрос вывел из себя!

– Я что не могу просто захотеть планшет?!

– Лер, ты чего завелась? Мне же нужно знать для каких целей! Я тебе посоветую, а он тебе не подойдет. Так что не психуй, а нормально объясни!

– Для работы. Просто пока Лёни нет, я могу…

– Лерчик, давай так: если тебе нужно срочно, ты едешь к предкам и забираешь мой ноутбук. Я им все равно сейчас не пользуюсь.

– А диплом?

– Ау, сестра! Шпрехен зи дойч? Или по-русски понимэ? Я тебе говорю: возьми мой ноутбук! Нимм майнен лептоп! – загнул братец, зная, что немецкий я совсем не знаю.

Сашка занимался на курсах немецкого и английского языков, повышая технический уровень. Потому что нацелился именно на немецкое производство, где знание языка не являлось обязательным, но все-таки достаточно весомым плюсом.

– Хорошо. Я поняла. Сейчас сразу и заеду. А ты где?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

– В районе. Лер, я занят немного.

– Спасибо, Саш!

Ехать к родителям не хотелось. Тем более что папа сейчас работе, а с мамой в последнее время разговоры у нас не клеились. Но выбора особо у меня не было, да и самой хотелось начать. Поэтому пришлось собираться к маме.

Звонить не стала, зная, что она все равно дома. А вот там меня ждал сюрприз: мама пила чай с Олесей. Они так увлеченно о чем-то беседовали, что мама, открыв мне дверь, оставила меня у порога, бросив мимоходом: «Привет, заходи», и ушла к своей гостье. Вот совсем не знала, что мама и Олеся так дружат!

Я собрала ноутбук, зарядку, мышь. Оставаться в такой компании не хотелось, поэтому зашла на кухню, сообщить маме, что уже ухожу. Но Олеся стояла в дверях и тоже прощалась. Я даже расстроилась, что не удалось уйти под благовидным предлогом.

Ждала, пока мама проводит бывшую девушку брата.

– Не знала, что вы общаетесь, – сказала, когда мама вернулась.

– Конечно, общаемся! Олеся – очень хорошая девушка! Саше просто повезло, что она с ним!

– С ним? Я так поняла, что у них все закончилось, – намекнула, что «хорошая девушка» еще не нагулялась.

– Ой, что там у них закончилось? – отмахнулась мама. – Подумаешь, поссорились! С кем не бывает?! Это тебе повезло! Вы с Лёшенькой никогда не ссоритесь! Он все для тебя делает! А тут девочка всего лишь машину захотела! Как она ребенка возить в поликлинику будет?

Я подавилась глотком воды, которую налила себе.

– Какого ребенка?

– Ну, когда-нибудь, они же родят ребенка! А сейчас все молодые мамы только на машинах ездят!

– Да-а? А я как-то без машины. На коляске детей возила.

– Что ты равняешь? У тебя муж, вон, какой золотой!

– В ломбард, что ли, сдать? Там как раз по весу принимают. Мам, а ты что, Олесе машину пообещала?

– Ну, да! Сказала, что как они с Сашей распишутся, так мы им на свадьбу машину и подарим. Думаю, ее родители не будут против, да и Лёша добавит.

– А Саша-то, вообще, в курсе, что он женится?

– Ой, ну что ты начинаешь?! В курсе, не в курсе! Сейчас, вон, сколько забот предстоит! А ты про Сашу!

– Действительно, что это я?! Мам, а Лёше ты что обещала, когда он жениться на мне собрался? – спросила наугад, просто ткнув пальцем в небо.

– Как что? Он же баллотироваться хотел! А выборы дело такое, что сначала денег много вложить нужно. Подумаешь, не прошел по молодости!

– Погоди! Ты что, хочешь сказать, что продала бабушкин дом, чтобы оплатить Лёшины выборы?!

Я точно помню, как была против продажи дома, но мама сказала, что ей срочно нужны деньги!

– Это был наш свадебный подарок!

Вот если бы сейчас, здесь, я увидела, не знаю, Годзиллу, инопланетянина, да хоть самого черта с рогами, я бы не так удивилась! А так, я смотрела на родного, самого близкого человека, и не понимала, как можно быть таким чужим?!

– А меня ты не подумала спросить, хотела ли я замуж за твоего Лёшу? – упавшим голосом задала вопрос.

– А ты вспомни себя? Что ты тогда хотела? Ни тятя, ни мама! Кому ты такая была нужна? А Лёша….

– А твой Лёша разбился на машине с любовницей!

Мама на секунду замолчала, переваривая услышанное.

– У всех мужчин есть любовницы! Что в этом такого?!

– Даже у папы?! – спросила я, вставая. Больше мне здесь делать нечего! – Обязательно ему посоветую! Может, хоть несколько лет поживет по-человечески!

Не скажу, что в моей жизни все было хорошо. Но узнать, что твоя мать распорядилась твоей жизнью, как каким-то ненужным предметом, который просто убрали, чтобы не мешал, оказалось за гранью.

Придя домой, поставила Сашкин ноутбук и… не смогла ничего делать.

За что она так со мной? Теперь я понимаю, что Лёша не случайно оказался в той электричке. Как, впрочем, и все остальное. Как же было горько осознавать, что самые близкие тебе люди предают. Когда ты слепо доверяешь им, а тебе втыкают нож в спину. Неужели мама думала, что таким образом сделает меня счастливой? Тогда почему она не сказала мне, что приходил Игорь? Или Игорь для нее казался не такой выгодной партией, как Алексей? И сейчас она хочет «устроить» счастливую жизнь Сашке? Ну, уж нет! Мне не семь лет, как было ему, и я не позволю испортить ему жизнь!

Следующие дни были настолько однообразными, что я потеряла им счет. Я провожала детей в школу и садилась за работу. К сожалению, время заказов имело определенные сроки, и нарушать их не хотелось. Периодически звонила Анька, интересовалась моей личной жизнью, на что ей приходилось отвечать, что на нее просто не хватает ни сил, ни времени. Я просто засела дома и на улицу выходила крайне редко. Во-первых, просто не хватало времени, а во-вторых, я никуда не хотела идти! Даже закрывая глаза, передо мной мельтешили линии, образы, картинки, которые я готовила. И не раз приходилось вставать посреди ночи, когда приходила мысль, как исправить то, что меня не устраивало, или выглядело не так, как мне хотелось.

Когда первый альбом был почти готов, я обнаружила, что на улице весна, и у детей начались каникулы!

Утром на автомате зашла в комнату Даши.

– Дашунь, пора вставать!

– М-м-м, зачем? – промычала Даша.

– В школу.

– Мам, какая школа? У нас каникулы!

Надо сказать, что дети старались меня не дергать, видя, что я постоянно занята. Даже с кухней стало меньше проблем. Намного меньше! Мне не нужно было готовить к определенному времени, не нужно было заморачиваться по поводу того, что приготовить. А частенько Лёня с Дашей звали меня на уже приготовленный незатейливый ужин. Приятно было вдвойне!

Лёша так и не появлялся дома. Я точно знала, что его выписали. Игорь сказал. Но где он жил, я не знала. Хотя вряд ли с мамой. Разговора у нас с ним так и не получилось. Мы и так почти не разговаривали, а тут и говорить было не о чем. Единственное, о чем я его спросила, почему он сразу не признался, что встретил Виолетту.

– Думал, что тебя все устраивает, и не хотел нарушать твою жизнь.

– То есть, меня устраивало то, что меня обманывают?

– Ты ведь об этом не знала!

Что еще тут сказать? Примерный семьянин, послушная жена, дети, отличная характеристика были намного важнее чувств людей. Идею идти в политику Лёша так и не оставил.

На первое заседание суда он не пришел.

Я как раз выходила из здания суда, когда зазвонил телефон.

Звонила мама. После того раза я с ней не общалась.

– Лерочка, – прохрипела мама в трубку. – Я умираю…

Все обиды выскочили из головы, и я, как сумасшедшая, полетела к родителям. Двери мне открыл Сашка. Было странным в рабочий день видеть его дома. Он постоянно был то на работе, то куда-то уезжал. Домой приходил поздно, только переночевать, да и то не всегда.

– Саш! Что случилось?!

– Иди, сама все увидишь, – отмахнулся брат.

Я забежала в зал, где на диване лежала мама. Она держалась рукой за голову и стонала.

– Мам, что случилось? Вы «скорую» вызвали?

– «Скорая» тут не поможет, – усмехнувшись, небрежно бросил Саша.

– Да что случилось-то?! Ты можешь мне сказать?!

Мама застонала еще громче.

– Лерочка! Подойди ко мне! Одна ты у меня умница!

– Саш? – я посмотрела на брата.

– Предлагаю добить, чтоб не мучилась!

– Саша! – Я в ужасе уставилась на него.

– Что Саша? Саша всего лишь не собирается потакать ее заскокам! А ты: «Саша!» – фыркнул брат.

– Лера, он собрался жениться на беременной! – простонала мама.

«Значит, Олеся все-таки беременна! М-да, уж».

– Ты же сама хотела, чтобы он женился, что не так? И к чему весь этот цирк? – я начала понимать, что мама решила надавить на жалость.

– Чтобы я «одумался»! Такой концерт пропал зря! – «пожалел» брат.

– Или ты мне все объяснишь, или я тебя сейчас стукну!

Я рассказала Сашке, что мама разговаривала с Олесей. Брат ответил, что сам со всем разберется. И больше этот вопрос не поднимался. Я думала, что вопрос решен, а оказалось, что нет.

– Я так обрадовалась, когда он сказал, что собирается жениться на Олесе! – простонала мама.

– Вообще-то я говорил, про Алису! – встрял брат.

– Алиса, Олеся! Какая разница? – простонала мама.

– Мам, это абсолютно разные имена! Ничего? – Фыркнул брат. Теперь у меня все еще больше запуталось.

– Да какая разница?! Что я скажу Олесе? – вдруг заорала мама. Но вспомнив, что ей «плохо», опять застонала.

– Без понятия! – отмахнулся брат.

– Так! Я тут, как сумасшедшая лечу из суда, а вы тут картину гоните?

– Какого суда? – всполошилась мама.

Вот, черт! Про развод я ведь ей так и не сказала! И, слава богу, Лёша тоже не «огорчал» свою, пока еще, тёщу.

– Российского, мам!

– Что, нашли виновного в аварии? И его накажут?!

– Мам, какого виновного? Виноват Лё-ша! – уже в который раз повторила подтвержденный факт.

Мама опять заохала.

– Ах, бедный мой Лёшенька. За что же ему такое?!

– А я, между прочим, предлагал добить, – вздохнул брат, закатив глаза.

Наверное, впервые я была с ним согласна! И выдала:

– Мама, мы с Лёшей разводимся!

Мои слова прозвучали для мамы, как гром среди ясного неба! Она даже забыла, что нужно охать, и резко села на диване.

– Что значит, разводитесь?!

– Йес! – брат показал неприличный жест.

– Через месяц будет окончательное решения суда.

– Как через месяц? Почему через месяц? Они же должны два месяца давать на ….

– По обоюдному согласию, через месяц суд вынесет окончательное решение, потому что первый месяц уже прошел! – с нажимом повторила маме. Меня радовало, что со стороны Алексея не было никаких претензий.

– Ну, ты и дура! – выдала мать.

О! Все-таки я была права!

– Поздравляю, сестра, мы с тобой в черном списке! Пойдем, отметим! Видишь, маме уже лучше!

– Господи! – взмолилась мама. Прозвучало кощунственно: мама никогда не верила в бога! – Мои дети сошли с ума!

– Так, а ты чем накосячил?

Мы вышли на кухню.

– Да она достала в конец! Вот и сказал ей, что мы решили, что распишемся, когда она родит.

– Олеся беременна?

– Да причем тут Олеся?! Она как гуляла, так и гуляет! Ей по барабану! Алиса должна родить в мае.

– Алиса?

– Сестра, не тупи!

– Погоди, так ты….

– Да! Я люблю ее! И, кажется, влюбился в самый первый день, когда увидел. А когда узнал, что она не замужем, то…

– А сама Алиса как?

– Она как-то обмолвилась, что всегда хотела надеть подвенечное платье. Если бы не это, то мы бы уже расписались. Я, между прочим, говорил маме, что у меня другая девушка, и что зовут ее Алиса, но мама слышит только то, что хочет. А сегодня она нереально достала со своей Олесей! Вот пришлось еще раз, внятно, объяснить, что жениться на ее Олесе я не собираюсь. Так она решила вызвать «подмогу»! Спасибо, сестра!

– Между прочим, мне мог бы и сказать! – немного даже обиделась на него.

– Ага, также как и ты про развод! – отбил братец. – Кстати, поздравляю!

– Рано еще радоваться. Все время ожидаю какого-нибудь подвоха!

На кухню вошла мама. Она повязала голову полотенцем, демонстративно накапала себе корвалол и, бросив на нас с Сашкой многозначительный взгляд, выпила.

– Закусить, дать? – «заботливо» спросил брат. Пришлось пнуть его под столом, чтоб не перебарщивал.

– А тебе чего спокойно не жилось? – спросила мама, глядя на меня.

– Да, вот решила, что пожила спокойно, пусть и другим достанется. Я не жадная!

– А жить ты на что собираешься? Кормить тебя кто будет?

– Я же жила как-то все это время! Ни у кого помощи не просила! Проживу!

– Не просила она! Что просить, когда Лёша тебе карту специально завел!

– Только он ее сразу и заблокировал! И его не волновало, чем питаются его дети, и чем я плачу за квартиру! Не такой он уж и святой, мама!

– Лер! Ты почему ничего не сказала? – нахмурился брат.

– Теперь сказала!

– Лёша не мог так поступить, – твердо стояла на своем мама.

– Но он так поступил! И ты знаешь, я ему даже за это благодарна! Теперь я точно знаю, что делать все нужно самой!

– Я поговорю с ним!

– Это ничего не изменит! Так что не стоит!

– Он будет тебе помогать! Я уверена!

– Мам, он зубами скрипел, когда узнал, что я подала на алименты! А ты говоришь, помогать!

– Ого! Сестра показала коготки!

– Почему? – спросила мама.

– Потому что сумма получилась почти такая же, которую он мне выделял все это время! А тут только на детей! Представляешь? А еще у него была квартальная премия, про которую я даже и не слышала никогда! Так вот на нее тоже начислили алименты. В два раза больше обычных!

– Бедный Лёшенька! – съехидничал брат. – Он же исхудает!

– Ему полезно! – добавила мама. – Саша, может, ты одумаешься? Ну, зачем тебе, молодому, чужой ребенок?

– Ребенок не виноват, что не нужен родному отцу! А терять хорошего человека только из-за этого, глупо! – ответил брат.