Глава 35

«Долговцев» Феникс не видел, но с каждой секундой ощущал все больший дискомфорт, буквально чувствуя кожей, что за ним кто-то наблюдает. Несколько псевдособак, сумевших найти проходы в аномальных полях и проникших следом за ним к озеру, особой угрозы не представляли — Феникс достаточно легко перебил их, подвернувшейся под руку, палкой. Но даже во время короткого боя с мутировавшими псами, он продолжал чувствовать себя актером на сцене театра.

Поэтому, добив последнее животное, он привычно забрался на дерево, посидел там несколько секунд, успокаивая дыхание и осматриваясь, а потом перепрыгнул на соседнее и так, по веткам деревьев, лишь изредка опускаясь на землю там, где ветки оказывались слишком тонкими, двинулся обратно к тому месту, где оставил Штыка.

Забираться на гору смысла не было и он просто постепенно забирал вправо, обходя горный склон позади, чтобы выйти к северному рукаву озера. Деревья здесь были помельче и тянулись не столько в стороны, сколько вверх, поэтому Фениксу приходилось все чаще идти по земле. Несмотря на постепенно возрастающую чувствительность удаленному к воздействию аномалий, он умудрился пару раз попасть под разряд «электры» и чуть было не вляпаться в небольшую, но мощную «плешку», выбираться из которой пришлось на четвереньках, помогая себе руками. Деревья становились все тоньше и выше, на некоторые из них он уже просто не рискнул бы забираться. Но когда его обостренный слух уловил где-то впереди лязганье металла, Феникс за несколько секунд вскарабкался вверх по ближайшему стволу и затаился в его редкой кроне.

Худшие ожидания оправдались практически сразу. Через пару минут между стволами деревьев замелькали красные и черные пятна, и прямо под Фениксом прошел целый квад «Долга» в полном вооружении. «Долговцы» шли растянутым ромбом, с выпущенными из рюкзаков антеннами детекторов аномалий, но ни один из них на шкалы приборов не смотрел: у каждого из них явно был собственный сектор для наблюдения с приказом смотреть в оба. Все четверо держали наготове двухмагазинные штурмовые винтовки.

Глядя вслед удаляющимся «долговцам», Феникс с облегчением перевел дыхание, и в этот момент, черно-красная фигура, двигавшаяся в боевом построении последней, вдруг остановилась. Практически сразу же замер и весь квад.

— Я такого никогда не видел, Варан, — донеслось со стороны «долговцев». — Сработал и датчик биоформ, и детектор аномалий. Что-то аномальное даже для такого места.

— Некогда этим заниматься, — резким голосом отозвался Варан. — Поставь маячок и двигаем дальше.

— А если мутант не стал отдыхать, а добил собак и сразу ушел? — уперся первый. — Я, конечно, нарушаю первое дисциплинарное правило, но посмотри сам: датчик биоформ, словно взбесился. Что, если мутант уже где-то здесь?

Феникс понимал, что «долговцы» говорят о нем, но сделать ничего пока не мог. Все, что ему оставалось — надеяться на упертость командира квада и привычку «долговцев» искать свою добычу на земле. Ни один из них вверх пока ни разу не посмотрел.

— Хорошо, — после короткой паузы бросил Варан. — Строимся в цепь. Прочесываем квадрат двести на двести. На все отвожу шесть минут.

Через несколько секунд «долговцы» скрылись среди деревьев, а Феникс, облегченно вздохнув, спустился вниз, и быстро зашагал по их следам в противоположную сторону. На мягкой траве отчетливо виднелись следы всего квада. По ним Феникс рассчитывал безопасно подойти как можно ближе к северному рукаву озера, но вскоре четыре цепочки едва заметных вмятин повернули направо, в сторону склона горы.

— Так вот вы откуда меня заметили, — пробормотал Феникс вслух, оглядываясь назад. — Ну поищите теперь, остыньте немного.

Он взял курс левее и углубился в заросли какого-то кустарника. Присутствие у озера «долговцев» ему не нравилось, но пока особых хлопот истребители мутантов ему не причиняли. Настроение стремительно улучшалось. За те несколько часов, что он провел, обходя озеро, ему удалось не только придумать, как добраться до плавучего дома, но и найти для этого подходящий строительный материал. Из нескольких огромных бревен можно собрать плот, который не утонет и не перевернется, даже попав в центр аномалии. Вода станет той «подушкой безопасности», что оградит человека от встречи со смертельной дозой радиации, слишком сильной гравитацией или высокой температурой. А большая масса и огромный запас плавучести, удержат плот на поверхности.

Но было и еще кое-что. «Долговцы», едва не обнаружившие его четверть часа назад, натолкнули на совершенно простую идею, как заставить хозяев хранилища артефактов, поделиться нужными камнями и необходимой информацией. И за это Феникс готов был даже поблагодарить весь квад и каждого «долговца» в отдельности, если бы это не было настолько чревато.

Погруженный в свои мысли, он чуть было не попал в «жарку», но вовремя метнулся в сторону, отделавшись слегка опалеными волосами. Выругавшись на самого себя, Феникс ощупал голову и спину, убедился, что ничего серьезного не случилось, и уже хотел было двинуться дальше, как вдруг навстречу ему из густого подлеска медленно вышел крупный белый пес с большой, приплюснутой по-жабьи, головой, и крохотными, почти незаметными розовыми ушами. Белая короткая шерсть на собаке лоснилась и блестела, в широкой, не закрывающейся до конца пасти, виднелся столь устрашающий набор зубов, что позавидовать ему мог бы и крокодил, толстые лапы заканчивались не по собачьи крупными когтями. Самое же страшное заключалось в том, что у собаки не было глаз. Две, зияющие красным, язвы на морде заменяли мутанту органы зрения, но Феникс чувствовал, что зверь каким-то образом видит его.

Слепой пес не двигался, но Феникс давно привык, что любая, даже самая безмозглая тварь, так и норовит откусить от него кусочек. Поэтому, не размышляя, он повернулся и бросился бежать. Деревья вокруг были совсем тонкие. На ствол толщиной в две человеческие руки, даже просто залезть было страшно, не говоря уже о том, чтобы прыгнуть с кроны одного дерева, на другую. Поэтому Феникс бежал в сторону склона горы, благо его собственные следы теперь указывали безопасную дорогу.

Вместо того, чтобы броситься за человеком, собака вдруг задрала безобразную голову к небу, и завыла низким, нагоняющим жуть, голосом, словно призывая подмогу. Феникс уже бежал вверх по склону горы, легко обнаружив следы, спустившегося с вершины, квада. Сколько бы собак не собралось им пообедать, ни одна из них не сможет забраться на дерево. Зато сам Феникс там сможет не только сидеть в полной безопасности, но даже, при необходимости, и спать. На склоне деревья были тонковаты, а вот наверху виднелось несколько крупных и разросшихся во все стороны, древесных исполинов.

В унисон с первой собакой, откуда-то слева завыла вторая. Потом третья. Справа еще более низким голосом отозвалась четвертая. Почти добравшись до вершины, Феникс чуть не перекрестился, осознав, что инстинктивно выбрал единственно верное направление для бегства. Он не боялся гонять дубиной целую свору псевдособак или в одиночку напасть на кровососа. Но этих белесых тварей он почему-то испугался не на шутку.

Немного не добравшись до вершины, он проворно забрался по стволу огромной мутировавшей липы, по всей видимости, росшей здесь задолго до катастрофы, поднявшей этот холм над озером, и спрятался в густой листве. Собак пока не было видно, но многоголосый низкий вой заставлял кровь стынуть в жилах. Но удаче видимо понравилось демонстрировать Фениксу свой огромный зад: осмотревшись, он понял, что сам себя загнал в ловушку — именно это дерево стояло на некотором отдалении от остальных и теперь перебраться по веткам и уйти от преследователей, как это удавалось неоднократно делать раньше, оказалось невозможно.

Внезапно, как по команде, вой стих и в наступившей, почти абсолютной тишине, Феникс услышал, как неистово стучит в груди сердце. Внезапно захотелось слезть с дерева и бежать куда глаза глядят — лишь бы подальше от страшных белых собак. И было неважно, что на дереве он мог не опасаться их зубов — неконтролируемый страх внушало уже само их присутствие где-то неподалеку. Только в этот момент, Феникс вдруг вспомнил, что у него совсем недавно был в руках автомат, но он сам оставил его рядом со Штыком.

Белые собаки словно чувствовали, что он ничего не сможет им сделать. Одна за другой они начали появляться из густого подлеска, и принялись не торопясь, ленивой трусцой, подниматься на гору. Феникс заметался на своем дереве, стараясь отломать ветку помассивнее, но внезапно осознал, что трясущиеся от ужаса руки, почти не слушаются его. Закусив губу, он вцепился в ствол дерева и постарался убедить себя в том, что ничего страшного ему не грозит. Получалось плохо. Поэтому он чуть не заорал от радости, когда внизу между деревьями показались знакомые черно-красные, кажущиеся сверху совершенно неопасными, фигуры.

«Долговцы» шагали неторопливо, растянувшись в короткую шеренгу. Теперь, когда противник так явно обозначил себя, квад мог отработать стандартную задачу. В спокойных заученных движениях не было и на намека на охотничий азарт или волнение перед боем. Люди шли выполнять привычную, и даже немного нудную работу. Для четырех автоматов десяток собак не представлял ни угрозы, ни сколько-нибудь сложной задачи. Так, рутина.

И собаки, казалось, ощутили приближение этой неумолимой машины смерти. Еще не было сделано ни единого выстрела, а псы, мгновенно растеряв остатки ленивой неторопливости, стремительно рванули обратно в подлесок. Еще несколько секунд Феникс наблюдал за мелькающими меж деревьями бледными силуэтами удирающих собак, а потом вслед разбегающимся тварям, ударили автоматы квада. Три собаки закувыркались в траве, мгновенно превращаясь в трепещущие кровавые сгустки боли, остальные успели скрыться.

Было во всем этом что-то глубоко сюрреалистическое: подыхая, ни один из зверей не издавал ни звука. Молчали, надвигаясь тяжелым шагом, люди в черно-красной униформе, молчали, содрогаясь в конвульсиях, безглазые псы, и только слабое эхо доносило раскаты отгремевших выстрелов да плыл над землей острый запах пороха.

«Долговцы» прошли мимо раненых зверей, не сбивая шага, добили их одиночными выстрелами, и двинулись в ту сторону, куда умчались остальные псы. Несколько секунд и черные фигуры скрылись среди деревьев. Феникс тяжело осел на толстой ветке. Теперь можно было разобраться в себе, чтобы понять, что так сильно напугало его в безглазых тварях. На ум не приходило ровным счетом ничего, хотя в Зоне Феникс существовал уже достаточно, чтобы понять: белые собаки оказались чем-то сродни контролеру.

По сути, он, благодаря «Долгу», еще легко отделался. Ни малейшего желания воевать с незнакомым противником у Феникса не было. И даже, сумей он отбиться, избежать в этом бою тяжелых ранений, ему бы вряд ли удалось. А это означало, что приживление новых артефактов пришлось бы отложить, и оставаться в Зоне лишнюю неделю, а то и две.

Отсюда, с высоты, была хорошо видна центральная часть озера с плавучим домом посередине. Несколько минут Феникс смотрел на последнюю цель своих мытарств по Зоне. Все, что ему нужно — это десяток артефактов и консультация старого сталкера. А потом он навсегда покинет это место и даже эту страну.

В лесу снова послышались выстрелы. Сперва Феникс не обращал на них ни малейшего внимания. Но с каждой секундой стрельба становилась все сильнее, а когда начали рваться гранаты, он снова поднялся в полный рост на своей ветке, до боли в глазах всматриваясь в раскинувшийся под горой лес.

Это казалось невозможным, но «долговцы» отступали. Первый выбежал из густых зарослей у подножья горы, поднялся немного по склону и встал на одно колено, готовясь открыть огонь. Феникс смотрел на него сзади и сверху, но даже с такого расстояния видел, как тяжело дышит человек в разодранной и потемневшей от крови, форме.

Следом выбежал второй, а первый тут же принялся сажать куда-то в глубину леса короткими очередями, явно прикрывая товарища. Еще двое «долговцев» появились значительно правее, но в отличие от первых двух, шли вместе: один из них поддерживал другого и при этом оба успевали время от времени стрелять в ту сторону, откуда пришли. Было очевидно, что квад столкнулся с превосходящими силами противника. Но кто мог атаковать вооруженных до зубов головорезов «Долга»?

Еще несколько секунд «долговцы» продолжали подниматься по склону горы, огрызаясь огнем от невидимого врага, а потом из подлеска плеснула темно-коричневой волной, и рванула вверх по склону огромная стая псевдособак. Несколько десятков зверей с разных сторон без единого звука попытались с разбегу взбежать на гору, но быстро набирающие крутизну склоны за считанные секунды сбили темп атаки. Первые псевдособаки все же успели добраться до черно-красных фигур, успевших к тому времени построиться в растянутый полукруг.

Продолжая медленно отступать вверх по склону, «долговцы» перестали стрелять, давая атакующим тварям выдохнуться и подпуская их поближе. Когда же до первой псевдособаки оставались считанные метры, квад разом открыл огнем, в считанные мгновения выкосив перед собой десятка полтора мутантов.

Бьющиеся в конвульсиях трупы покатились вниз, но рвущиеся вверх звери не обращали на них ни малейшего внимания. Их словно гнала вверх какая-то общая цель. В этот момент Феникс сообразил, что эта цель — он сам. Просто по чистой случайности, между ним и собаками оказались «долговцы». Любые другие случайные сталкеры скорее всего давно бы уже разбежались под мощным натиском свирепых тварей. Но о квад «Долга» вся эта мощь разбилась в лепешку, как кусок мягкого пластилина об стену.

Квад, повинуясь неслышимой команде, дал залп из подствольных гранатометов. Зеленый ковер травы у подножия горы покрылся черными пятнами разрывов. Откуда-то издалека доносилось множественное слабое эхо от выстрелов и грохота рвущихся гранат, словно не четверо «долговцев» стреляли по взбесившимся мутантам, а целая армия, окопавшись вокруг озера, обстреливала вражеские позиции.

С каждым шагом вверх по склону, «долговцы», казалось, только набирались сил. Псевдособаки продолжали из последних сил карабкаться наверх, но уже становилось очевидно, что еще минута-другая и стая будет просто перебита.

И в этот момент Феникс заметил безглазых белых псов. По всем правилам воинской науки, они достаточно быстро поднимались по склону гораздо левее, оставаясь вне поля зрения отступающего квада. Не видя противника, они тем не менее приближались к долговцам так, чтобы оказаться сзади и немного выше их.

Первым порывом Феникса было предупредить своих невольных защитников о новой опасности. Но замер в нерешительности, сообразив, что в этом случае защитники, скорее всего, легко превратятся в палачей. С другой стороны, напав на «долговцев» сзади и расправившись с ними, безглазые твари поднимутся наверх и не исключено, что Феникс сам спустится к ним, смертельно устав от собственного ужаса.

Пуля в голову показалась Фениксу в этот момент более соблазнительным вариантом, чем клыки на шее. К тому же, всегда оставался шанс, что потом от «долговцев» можно будет удрать. Поэтому, он уже собрался было спуститься вниз, когда с той стороны, откуда он недавно пришел, раздался хлесткий винтовочный выстрел.

Один из белых псов подпрыгнул, упал на бок, снова вскочил и снова рухнул, обильно заливая землю ярко-красной кровью. Вместо головы мутанта торчало кровавое месиво из костей, мяса и жил. Остальные псы шарахнулись во все стороны, но следующий одиночный выстрел свалил еще одного зверя, а потом невидимый стрелок и вовсе взвинтил темп и принялся стрелять с такой скоростью, словно просто нажимал на спусковой крючок, не особо заботясь о точности выстрела. Но каждый раз очередной безглазый пес превращался в безголовый труп. Прошло не больше пятнадцати секунд, а весь склон горы слева оказался усыпан телами белых собак.

Имея за плечами кое-какой боевой опыт, Феникс только восхищенно качал головой. Внезапно он понял, что автоматных очередей больше не слышно, а вокруг царит абсолютная тишина. Он повернулся в сторону «долговцев». Те устало сидели на земле, а склон под ними тоже был завален трупами псевдособак.

— Вот спасибо, — тихо сказал Феникс, начиная подниматься выше по стволу. — Надеюсь вы не обидитесь, если я не буду говорить вам это лично.

Ветка над головой, привлекшая внимание Феникса, годилась для того, чтобы на ней можно было относительно безопасно подремать. Забравшись повыше, он увидел внизу и того стрелка, что в одиночку расправился с безглазыми псами. Снайпер, беззаботно вышагивающий в боевом порядке второго квада «Долга», нес на плече свою винтовку, и, казалось, совершенно не опасался возможной внезапной атаки. Впереди квада бодро семенил какой-то человек в серой бесформенной куртке.

Два квада «Долга» могли собраться в одном месте только для решения какой-то очень важной задачи. Или для ликвидации слишком опасного противника. И что самое неприятное, Феникс догадывался, какого именно.

Загрузка...