Двенадцать дней лета

Глава 7

– Ну чё там? Водитель из приложения не объявился?

Девчонка отрицательно качает головой, а я с каждой прошедшей минутой всё больше убеждаюсь в своих же собственных словах.

– Слился.

– Спасибо, я уже поняла это. Необязательно всякий раз напоминать о моей тупости, – произносит с досадой. – Скоро там заправка?

– Скоро.

– Отлично, – прижимает сумку к животу. Поднимает ладонь, в которой держит телефон.

Ей кто-то звонит. Какая-то девушка. Возможно, подружка или сестра. На экране высвечивается их совместное детское фото. Смешнючее. Они обе подстрижены под горшок и обе пятнистые, в зелёнке.

Замечаю, что моя пассажирочка долго-долго смотрит на этот снимок, но при этом отвечать на звонок не торопится.

– Оригинальный выбор причёски, – хмыкаю.

– На обложке глянца увидели эту стрижку. Нам было девять. Мы с… Ней, – не называет имя девчонки, и на лице отражаются какие-то непонятные, противоречивые эмоции, – заболели ветрянкой. На пару естественно, потому что всегда были не разлей вода, – молчит какое-то время, а потом продолжает: – Три недели сидели дома и в какой-то из дней нам попался на глаза этот дурацкий журнал. Ну и решили подурачиться. Друг друга подстричь.

– Типа в парикмахера поиграть?

– Типа того, – кивает. – Мини-соревнование устроили. Кто лучше справится с преображением, – глядя на дорогу, рассказывает дальше.

– И как успехи?

– Не видно?! – цокнув языком, закатывает глаза. — Лично я очень старалась, а вот у неё совсем отвратно вышло. Потому что руки не из того места растут! – злится, но как-то по-доброму, что ли. – Чтоб ты понимал, до эксперимента волосы у обеих были по поясницу.

– Не жалко было резать?

– Забегая вперёд, Иде дома за эту выходку попало от матери конкретно. Да она и сама целый год плакала потом. Горевала над своими волосами.

– А ты?

– Мне вообще плевать было, – признаётся, задумавшись.

– Тебе как будто бы даже шло. Такая шкодная и задорная на фотке.

– Ты издеваешься? – улыбаясь, выгибает бровь. – Это горшок. Как он может кому-то идти? Отец, приехав с работы, когда нас увидел, офигел, – вспоминает, хохотнув. – Ему пришлось привезти домой нормального парикмахера-стилиста для того, чтобы он исправил ситуацию.

– Ничё, бывает. Нас с пацанами как-то раз в детстве побрили налысо.

– Совсем налысо?

– Совсем.

– Зачем так?

– Вшей нашли якобы, – пожимаю плечом.

– Вшей??? – искренне ужасается она.

– Ага. Новенький принёс нам эту «радость». Когда как следует получил от наших, признался в том, что мог подцепить эту дрянь дома.

– Вы его избили, что ли?

– Ну да, он отгрёб тогда. Как никак, по его милости пострадали четырнадцать человек, в возрасте от одиннадцати до семнадцати.

Вижу в её глазах немой вопрос, но разъяснять подробности не планирую. Зачем ей знать, в каких условиях я рос.

Телефон настойчиво вибрирует снова. На этот раз она принимает вызов.

– Чего тебе? – недружелюбно заряжает с ходу. – Какое твоё дело, где я? Забудь этот номер, – убавляет громкость, потому что из динамика доносится девичий плач и бесконечный поток извинений. – Значит так, Островская, если вдруг тебя наберёт мой отец, подтвердишь, что я поблизости, но подойти не могу. Поняла? – наказывает командным тоном. – Ты слышишь меня? Только попробуй не сделать так. Наведу на тебя порчу до пятого колена! Тем более, что повод есть!

С интересом поглядываю на свою попутчицу. Вопросов становится ещё больше.

Кто она такая? Что произошло? Как оказалась на заправке и что там случилось у них с подругой?

– Всё, Островская, больше никогда сюда не звони! Ты для меня умерла, – произносит эти страшные слова и сбрасывает вызов.

Сидит молча. Неотрывно лупится в лобовик. Не плачет, но как будто на грани. Словно изо всех сил сдерживается.

– Не смотри на меня так, – цедит сквозь зубы. – Она это заслужила.

Никак не комментирую. Мне уже щёлкнули по носу за моё чрезмерное любопытство.

– Заправка! – сообщает воодушевлённо.

Правда порадоваться как следует не успевает. Заправка оказывается закрытой на техобслуживание.

– Попадос.

– Да они издеваются! – хнычет и попутно грозится написать куда-то жалобу. – Следующая когда?

– Следующая далеко.

– Блин!

Вздыхает.

Минут пять непрерывно возмущается, последующие двадцать хранит молчание, а потом неожиданно просит притормозить у обочины.

Вылетает из машины. Видимо, становится невтерпёж.

– Потуши фары и покарауль.

– А как же моральные принципы? – спрашиваю вдогонку, наблюдая за тем, как она нерешительно ныряет в траву, держа перед собой телефон с включённым фонариком.

Средний палец показывает.

Ржу, выбираясь из салона.

– Эй! Меня не видно с дороги? – кричит из-за куста.

– Не видно. Ты б ещё в лесополосу свинтила, – ору в ответ, открывая багажник.

Перекладываю бутылки с водой. Двигаю сумку с вещами ближе к себе. Расстёгиваю на ней молнию. Ищу чёрную футболку, чтобы переодеться. Стаскиваю с себя белую.

Теперь в кармане джинсов вибрирует моя труба.

– Да, Кать.

– И чё ты не набрал меня? – осведомляется недовольно.

– Чёрт, прости.

– Обещал же!

– Вылетело из головы.

– Ну молодец, а я тут переживаю, между прочим! Не сплю.

– Ты не спишь, потому что смотришь очередной дурацкий говносериал.

Смеётся. Стопудово же угадал.

– Выехал, надеюсь?

– Выехал.

– Аллилуйя! Всё нормально у тебя?

Пхах.

– Ага, – сворачиваю испачканную чужой кровью футболку и убираю её в угол.

– Смотри не опаздывай. На церемонии нужно быть вовремя.

– Я помню.

Замечаю движение справа.

– Ааааа! Господи Боже! – визжит на всю округу девчонка.

– Кто у тебя там? – прислушивается к происходящему Катька. – Это женский голос? Ты не один, что ли?

– Перезвоню, Катюх, ладно? – сбрасываю, не дожидаясь ответа.

Иду навстречу возбуждённой до крайности прынцессе.

– Помоги!

Она выпрыгивает из травы, буквально мне в руки.

– Чё случилось? – ловлю за плечи.

– ЗМЕЯ! ЗМЕЯ! – верещит громко, словно сирена.

Напугана до чёртиков. Часто-часто дышит.

– Где змея?

– Там, там! – вопит во весь голос, как маленькая. Трясёт туфлей, прыгая и вращаясь вокруг своей оси.

– Стой, стой, – фиксирую её на месте. – Не дёргайся.

Присаживаюсь и, изловчившись, срываю со шпильки сухую длинную хреновину.

– Это не змея, – встаю и трясу ею перед ней. – Спокуха, глянь. Ноу дэнджер, – смеюсь.

Она фокусирует ошалевший взгляд на мне.

Делает глубокий вдох. Выдох.

Пялимся друг на друга.

Девчонка замечает, что я без футболки. Мазанув взглядом по моему торсу, отчего-то смутившись, отворачивается и отступает назад.

– Она была там. Я не лгу. Клянусь, – поправляя платье, виновато оправдывает свою истерику. – А я их очень-очень боюсь. До смерти!

– Я верю тебе. Была и была. Наверняка от твоего крика несчастная змея охренела не меньше. Лежала себе, поди, спала, а тут ты...

Забавно краснеет.

– Кошмар!

– В целом как прошло всё? Успешно?

– Что за идиотский, абсолютно нетактичный вопрос? – поджимает губы в своей излюбленной манере.

– Вопрос как вопрос.

Выбрасываю сушёную траву в поле. Надеваю футболку. Отодвигаю сумку, беру с собой одну бутылку минералки и захлопываю багажник.

– Слушай, разговор есть, – она прислоняется спиной к пассажирской двери.

Вся такая серьёзная о чём-то размышляет, судя по вздувшейся венке на лбу.

– На тему? – откручиваю крышку.

– Я тут подумала… Ты можешь взять меня с собой в Сочи? – посылает в мою сторону взгляд, полный надежды. – В смысле как попутчика. Само собой, я заплачу тебе. Двойную сумму, если надо. У меня есть деньги.

– Значит Сочи? – опираюсь локтем о крышу тачки. – Ты же в Питер собиралась, если мне не изменяет память.

– Планы поменялись, – обнимает себя руками.

– Так кардинально? – выгибаю бровь.

– Да. На море внезапно захотелось.

На море захотелось. Ну врёт же.

– Согласен? Если нет, найду машину в приложении. Их там много.

Уже нашла, ага. Одни чуть не увезли силой, второй тупо кинул на бабло.

– Ты от кого-то бежишь? – интересуюсь в лоб. – Ни вещей с собой, ни хрена...

Сей факт настораживает.

– Это тебя не касается, – опять обозначает границы, стреляя глазами. – Никакой личной информацией обмениваться не будем. Просто доедем вместе до пункта назначения и всё. Разойдёмся как в море корабли…

Я соглашаюсь подкинуть девчонку до Сочи. Во-первых, мне в её компании ехать веселее. Во-вторых, понимаю, что встрянет, если начнёт искать через приложение очередного извозчика. Не надурят по деньгам, так ограбят или, что ещё хуже, начнут приставать. Однозначно.

– Сработало? – спрашивает удивлённо, когда трогаемся с места.

– Да, но сколько протянем, неизвестно. Скоро порвутся, сто процентов. История вообще ненадёжная.

Пояснительная: на часах полдень, и мы только что натянули её колготаны на генератор. Типа заменили ими порванный ремень.

Даже не думал, что из этой нелепой идеи что-то выйдет. Всегда считал подобные небылицы чушью.

– А если встанем посреди поля?

– Значит встанем, – пожимаю плечом.

– Такая беззаботность! Почему не возишь с собой запасные детали? – тоном инспектора осведомляется недовольно.

– Потому что откуда мне знать, что конкретно по пути сломается.

– Звучит крайне безответственно.

– Жизненно звучит. От поломок никто не застрахован.

– Сиденье сломано, кондиционер не пашет. Ремень порвался… Вообще за своей машиной не следишь, что ли? – предъявляет с претензией, и её слова помимо воли оседают в башке неприятным осадком.

– Слежу.

– Непохоже, – качает головой.

– Просто не было времени ею заняться.

– Что? Совсем?

– Прикинь, да. Крайние пару месяцев я работал каждый день, без выходных. Часто по две смены.

– То есть?

– И днём, и ночью.

– Зачем так издеваться над собой? – непонимающе хмурится.

– Догадайся, – хмыкаю.

– Из-за денег?

– Бинго.

– Разве на заправке много заработаешь?

– Много, немного… Главное, что хоть какое-то бабло водится.

– Где ты учился после школы? Что за странный выбор места работы? – кривится.

– Нигде не учился. И чем вашему Высочеству не угодила заправка? – смеюсь.

– Там всегда дико воняет бензином.

– Терпимо.

– Существует постоянная опасность возгорания и взрыва.

– Боевиков по телеку пересмотрела?

– И кофе там отстой.

– Меня он не волнует. Я люблю тот, который в пакетиках 3 в 1.

– И вообще, – продолжает задумчиво рассуждать, – как-то это не очень… Людей обслуживать.

Улыбка резко сползает с моего лица.

– В смысле я не имела ввиду, что это унизительно, – спешит поправить ситуацию, но делает лишь хуже. – Просто есть ведь другие спосо…

– Просто кому-то надо обслуживать таких, как ты, принцесса, – перебиваю я её. – Вы же даже пистолет нужный в бензобак вставить не можете. Дизель с бензом путаете.

– Вы это кто, прости? – уточняет обиженно.

– Детишки богатых родителей.

– Ты это к чему сейчас? – изрекает хмуро.

– Да так, ни к чему.

– Я всего лишь хотела сказать, что получив высшее образование, можно устроиться на хорошую работу.

– Мне некогда просиживать штаны за партой.

– Как так? Это ведь упущенные возможности! Учёба очень важна в жизни каждого человека!

– Есть и другие не менее важные вещи.

– В нашем возрасте универ – самое важное.

Я бы поспорил, но договорить не успеваем. Рвётся наш импровизированный ремень.

Может, оно и к лучшему. (Я про несостоявшийся диалог).

– Всё, да? – испуганно спрашивает девчонка, выпучив глаза.

Включаю аварийку, жмусь к обочине и смотрю вперёд.

Твою ж мать!

Совсем чуть-чуть не дотянули. Вон она виднеется заправка и здание ТО.

А мы тем временем встаём.

– Приплыли.

Снова вываливаюсь из тачки. Лезу под капот.

Ну. Ожидаемо, в принципе…

– Что же нам теперь делать? – вопрошает моя пассажирка, нарисовавшись рядом.

– Тут сиди что, – захлопываю капот. Лезу в бардачок, чтобы взять лавэ.

– Давай я куплю ремень, – заряжает на полном серьёзе.

Осадив её красноречивым взглядом, закрываю дверь и бросаю:

– Садись в машину.

– Не останусь я тут, – идёт на противность.

– Закройся изнутри, тебе нечего бояться. Посидишь подождёшь. Быстро куплю ремень и вернусь.

– Я не боюсь, ясно? Но на трассе одна не останусь, – добавляет сердито.

– Как хочешь, – машу рукой. Спорить с ней – явно бессмысленное занятие, да и настроение, честно говоря, уже не то.

Топаю вдоль обочины.

Слышу, как цокают каблуки за спиной. Своенравная Лера молча идёт за мной.

В какой-то момент водила пролетающей мимо тачки сигналит, сворачивая шею.

Останавливаюсь. Пропускаю девчонку.

– Вперёд иди.

Она вопросительно выгибает бровь, но всё же делает так, как я сказал.

Вышагивает передо мной походкой от бедра. Будто по подиуму передвигается. И это не намеренное кокетство, и не показное желание продемонстрировать фигуру. Что-то подсказывает мне, она всегда такая. Хрен знает как объяснить какая... От неё исходит особая женская энергетика, которая завораживает.

Она резко поворачивается.

Поднимаю взгляд.

Встречаемся глазами.

Девчонка ухмыляется.

Ну да, поймала меня с поличным. Я её разглядывал. Ноги и то, что повыше…