Эстетика Другого: эстетическое расположение и деятельность

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

В предложенной вниманию читателя книге были исследованы основные формы активного, деятельного отношения человека к эстетическому опыту Эстетическая деятельность рассмотрена в формах эстетического паломничества, эстетического действа и художественно-эстетической деятельности. Значительное место отведено описанию и анализу художественно-эстетической деятельности. Существенно меньше места заняло в этой книге исследование эстетического действа, а изучение эстетического паломничества было лишь обозначено и не получило детальной проработки.

Такого рода неравномерность объясняется тем, что первоначально замысел книги состоял в том, чтобы распространить принципы феноменологии эстетических расположений на художественную деятельность, однако по ходу работы над этой проблематикой возникла потребность обрисовать специфику этой деятельности, отделив ее от других видов эстетически ориентированной активности. А таковые в ходе исследования обнаружились. Указанная выше неравномерность в распределении внимания между тремя основными формами эстетической деятельности в какой-то мере связана и с тем, что для эстетического сознания европейского мира художественно-эстетическая деятельность остается наиболее развитой и традиционной формой эстетической активности. Эстетическое действо и эстетическое паломничество как особые эстетические практики европейской эстетикой еще не тематизированы. Их исследование — попытка ввести паломничество и действо в философскую эстетику. Более детальное рассмотрение эстетического паломничества и эстетического действа — задача будущих исследований.

Считаем важным указать на то, что эти эстетические практики представляют собой те формы человеческой активности, роль которых в современной культуре возрастает. Их значение для современности состоит в том, что они открывают возможность эстетического обживания пространств, уже трансформированных технической цивилизацией. Эстетическое паломничество и эстетическое действо ставят перед нами задачу продумывания «эстетической политики», базирующейся на сочетании охраны и обустройства мест эстетического паломничества с практикой эстетически осмысленного воздействия на окружающую действительность.

В анализе собственно художественно-эстетической деятельности (гл. 2) акцент делался на рассмотрении отвергающих художественно-эстетических расположений, поскольку их анализ представляется нам наиболее показательным в плане демонстрации того эвристического потенциала, которым обладает онтология эстетических расположений. Анализ отвергающих расположений позволил провести отчетливую грань между художественно-эстетическими и эстетическими феноменами и подготовить почву для различения художественных и эстетических феноменов в области утверждающих расположений. В том, что касается рассмотрения преобладающих в мировой художественной практике стратегий эстетики утверждения и анализа специфической конституции отдельных форм такого рода художественной деятельности, то оно остается одной из важных задач феноменологии эстетических расположений. В нашей книге такой анализ был проведен с использованием материала двух предельно далеких друг от друга видов художественно-эстетической деятельности: литературы и садово-паркового искусства.

Подводя итог исследованию эстетической деятельности в концептуальных рамках эстетики Другого, следует признать, что работа над изучением ее основных форм находится пока в своей начальной фазе. Впрочем, и это существенно, предварительный набросок типологии эстетической деятельности сделан, и горизонт для дальнейших исследований открыт. Автору книги остается лишь надеяться, что работа, начатая в этой книге, будет продолжена.

Ноябрь 2002 года