Евгений Савойский

1. Путь в Вену

Евгений Франц, младший из пяти сыновей принца Евгения Морица Савойского, родился 18 октября 1663 года в Париже. Его отец приехал во Францию в ранней молодости, где привлек внимание всемогущего кардинала Мазарини, самовластно правившего страной с 1643 по 1661 год. Мазарини устроил брак принца со своей племянницей Олимпией Манчини и способствовал его карьере. Евгений Мориц стал сначала полковником швейцарцев, затем губернатором Шампани и генерал-лейтенантом.

Мать нашего героя была подругой детства Людовика XIV и занимала важный пост при дворе королевы. Сам король был её поклонником, привлеченный не столько внешней красотой, сколько живым умом. Однако Людовик XIV часто менял свои пристрастия, и графиня Суассонская вскоре увидела, что он стал пленником чар прекрасной герцогини де ла Вальер. Чтобы вернуть себе венценосного поклонника, она начала опасную интригу, которая вскоре была обнаружена и привела к её удалению от двора. Однако графиня не оставила попыток вернуться в столицу, продолжая борьбу уже против следующей фаворитки короля — мадам де Монтеспан.

Тем временем в 1673 году умер её супруг, дети остались без отца, а их мать предалась всем развлечениям, которые существовали в высшем обществе Франции того времени. У нас нет ровным счетом никаких оснований полагать, что Олимпия заботилась о воспитании своих детей. Напротив, у нас есть свидетельство Елизаветы Шарлотты Пфальцской, которая писала, что маленький Евгений бегал совершенно без присмотра.

Предоставленный сам себе, мальчик вскоре обнаружил страсть к военному искусству. Вообще-то, ему назначили духовную карьеру, и в возрасте 10 лет он уже являлся обладателем аббатского титула; однако с каждым годом он все сильнее хотел вступить в ряды прославленной французской армии. Наклонности сына не укрылись от взгляда матери, и она приложила серьёзные усилия для того, чтобы добыть ему пост полковника швейцарцев, когда-то принадлежавший его отцу. Здесь её постигла неудача — на этот пост был назначен сын короля и мадам де Монтеспан. Графиня убедилась, что она лишилась последних остатков королевского расположения, а вскоре узнала, что против неё сплетена опаснейшая интрига.

К болезням, поразившим и без того развращенный французский двор того времени, относилось и суеверие. В высших классах парижского общества были популярны астрология, пророчества, спиритизм и волшебные снадобья. Графиня была не чужда этой моде. В конце концов некая женщина по фамилии Вуазен, представшая перед судом по обвинению в приготовлении ядов, назвала среди своих покровителей Олимпию, которая якобы заказывала у неё любовное зелье, чтобы вернуть себе венценосного любовника. Чтобы не оказаться в Бастилии, графиня в 1680 году вынуждена была бежать в Брюссель. Дети остались на попечении своей бабушки.

Семнадцатилетний Евгений тем временем прилежно изучал математику и геометрию и вдохновлялся книгами о подвигах великих полководцев прошлого, в особенности Александра Македонского. Маленький аббат питал глубочайшее отвращение к духовной карьере. Он снова и снова просил направить его в армию, однако неизменно получал отказ со стороны короля. Тогда он отправился в Австрию, где ранее уже с распростертыми объятиями приняли его брата Юлиуса. Он поклялся вернуться на родину только во главе враждебной армии, с обнаженной шпагой — и сдержал свою клятву.

Ситуация в Австрии тем временем была неспокойной. Изменение статуса Венгрии[1] вызвало там недовольство, и ещё до того, как император Леопольд I успел принять какие-либо меры, вспыхнуло восстание под предводительством способного и энергичного графа Эмериха Тёкёли. Султан использовал сложившуюся ситуацию, установил контакт с венграми и направил к Вене армию под командованием визиря Кара-Мустафы[2]. В тот момент, когда Евгений прибыл в Вену, турки отбросили австрийскую армию под командованием Карла Лотарингского к Раабе.

В ранге полковника Евгений вступил в ряды армии маркграфа Людвига Баденского. Продвижение турок к столице вынуждало отступать вдоль Дуная. При Петронелле Евгений впервые поучаствовал в схватке с противником, продемонстрировав личную храбрость. Бой закончился относительно благополучно, Евгений, однако, оплакивал потерю своего брата Юлиуса, смертельно раненного в сражении.

Опустошая местность огнём и мечом, турки подошли к стенам Вены и осаждали город шестьдесят дней. Гарнизон под командованием графа Рюдигера фон Штаремберга героически оборонялся. Девятнадцатилетний Евгений принимал участие во всех сражениях вплоть до освобождения города армией польского короля Яна Собесского. Заслуги молодого офицера получили признание, и император вскоре передал ему командование драгунским полком, который по сегодняшний день[3] носит его имя.

После снятия осады Вены турки были оттеснены в Венгрию, захвачен Гран. В июне следующего года боевые действия возобновились[4]. После нескольких сражений, большая часть которых закончилась победой австрийцев, началась осада крепости Офен[5], однако взять её императорским войскам не удалось. Более удачным оказался 1685 год — при Гране Карл Лотарингский одержал блестящую победу, в которую серьёзный вклад внесли Евгений и его полк. После этого император пожаловал молодому офицеру чин генерал-фельдвахтмейстера[6].

Весной 1686 года Евгений навестил в Брюсселе свою мать и поехал с ней вместе в Мадрид, где был принят с большими почестями. Его попытались переманить на испанскую службу, но благодарность принца императору была слишком велика. Новые возможности отличиться появились у него в том же 1686 году, после возобновления боевых действий. В этот раз задача заключалась во взятии Офена, который турки упорно защищали. Евгений в ходе осады командовал конницей, энергично отражая как вылазки осажденных, так и попытки османской армии прийти им на помощь. В это время основные силы императорской армии готовились к взятию крепости. После нескольких кровопролитных штурмов Офен, 146 лет находившийся под властью турок, был взят. Попытка великого визиря помочь осажденным провалилась. Непосредственным результатом этой блестящей победы стало то, что восстание Тёкёли пошло на спад. Императорские войска заняли ещё несколько крупных городов.

1687 год Евгений снова провел на полях сражений. В битве на горе Харсан, неподалёку от Мохача, он провел решающую кавалерийскую атаку. Под градом пуль принц храбро атаковал превосходящего противника, его драгуны прорвались к укреплениям, за которыми враг чувствовал себя в безопасности, Евгений спрыгнул с лошади и взобрался на вал. Воодушевленные драгуны последовали его примеру, завязалась отчаянная рукопашная схватка, которая продолжалась до тех пор, пока подошедшая пехота не нанесла османам окончательное поражение.

Принц был направлен в Вену с вестью о победе. После короткого пребывания при дворе он вернулся на театр боевых действий, где венгерские повстанцы терпели одно поражение за другим. Подвиги Евгения были соответствующим образом вознаграждены; с разрешения папы римского герцог Савойи передал ему доходы от нескольких пьемонтских аббатств, испанский король наградил его орденом Золотого Руна[7], а император назначил 25-летнего генерала фельдмаршал-лейтенантом[8].

Венгрия на протяжении полутора веков была ареной кровопролитных боев. Теперь, в 1688 году, австрийцам удалось перейти в наступление. Императорская армия под командованием курфюрста Макса Эммануила Баварского вторглась в Сербию; в её составе был и принц Евгений. 6 сентября пал Белград. Евгений демонстрировал чудеса храбрости, лично участвуя в рукопашных схватках и подвергая свою жизнь опасности. Однажды янычар ударом сабли расколол его шлем, однако принц успел пронзить врага оружием. Затем ему в ногу попала пуля — и в какой-то момент казалось, что Евгений уже не сможет продолжить военную карьеру.

Командующий отправил раненого принца в Вену, куда вскоре прибыл врач, посланный лично савойским герцогом. Ещё в течение трех месяцев из раны выходили осколки кости; для этого её надо было держать открытой, что приводило к серьёзной потере крови. К этому добавилось воспаление легких. Однако молодой организм в итоге одержал верх, и, благодаря своей неизменной удаче, принц через некоторое время полностью выздоровел.