Жена из забытого прошлого

ГЛАВА 9. Судьбоносное решение

Теперь я остерегалась выходить из общежития после наступления темноты. Ирма предлагала мне вернуться в нашу с ней комнату, утверждала, что это хоть немного ослабит слухи, но я отказалась. Не стану прогибаться из-за чужих пересудов. Пусть думают обо мне, что хотят.

Так как темнело теперь рано, мне пришлось привыкнуть обходиться без ужинов в столовой. Нет, я не голодала, брала с собой с обеда пирожок или булочку, а чай заваривала в комнате. Конечно, не самый лучший вариант еды, но всё-таки хоть что-то.

Когда около семи вечера в замке заскрежетал ключ, я как раз собиралась приступить к нехитрой трапезе. Услышав этот звук, сначала даже обрадовалась и решила, что вернулся Кайтер. Увы, это было крайне маловероятно, а значит, кто-то просто добыл дубликат ключа у коменданта и надеется застать меня в комнате врасплох.

Вскочив на ноги, я быстро огляделась в поисках хоть какого-нибудь оружия. Но из острых предметов у меня нашлись только самописные перья, а таким особого урона не нанесёшь. Применять магию во вред было категорически запрещено, а тех приёмов, которым нас успели научить на физподготовке, вряд ли хватит.

В панике я не придумала ничего лучше, чем поставить самую сильную магическую защиту, на которую вообще была способна. А для верности взяла в руки свои тяжёлые ботинки – если понадобится, брошу в обидчика, это его хотя бы дезориентирует.

Когда дверь открылась, я стояла посреди комнаты с двумя снарядами в руках, а вокруг меня переливался плотный полупрозрачный купол. Я была так напряжена, что едва держалась на ногах. Но стоило мне увидеть Кайтера… и душу заполнило таким безумным облегчением, что ботинки просто выпали из моих рук.

Кай выглядел потрясенным. Не такого приёма он ожидал, вернувшись к своей девушке почти через три недели отсутствия.

Мы замерли друг напротив друга, и ни один из нас не спешил ни говорить, ни двигаться. Но первой в себя пришла именно я, развеяла защитный купол, оттолкнула ногой в сторону упавшие ботинки и шагнула вперёд. Кай тут же сорвался с места, сгрёб меня в объятия и крепко прижал к себе. Я уткнулась в его грудь, крепко обхватила за талию и зажмурилась, чтобы не дать пролиться подступившим слезам. Не время сейчас плакать, нужно радоваться, но душу при этом выкручивало так, будто её сжимали чьи-то когтистые лапы.

– Прости, Ри. Прости меня, – шептал Кай, гладя меня по спине и распущенным волосам. – Милая, любимая, родная, я так перед тобой виноват.

Я была не в силах ответить хоть что-то, горло сдавило от подступивших слёз, но мне пока удавалось держаться из последних сил, чтобы глупо не расплакаться.

– Я знаю, что тут происходило, пока меня не было. Мне уже рассказали в красках, – продолжал Кай, попытавшись чуть отстраниться, но я не позволила. Обняла его ещё крепче.

Мокрые капельки всё-таки прорвались через кордоны плотно сомкнутых век и теперь стекали по моему лицу. Я столько дней держалась, старалась быть сильной, показывала себе и всем вокруг, что я выше слухов и чужих пересудов. Но сейчас, когда рядом был Кай, я просто не сумела сдержать накопившиеся эмоции, ведь только с Кайтером могла разрешить себе хоть немного показать слабину.

– Девочка моя любимая, – вздохнул он и вдруг поднял меня на руки.

Я инстинктивно обхватила его торс ногами и услышала лёгкий смешок. Кай сел на кровать, меня удобнее усадил сверху и поймал мои губы своими.

Этого поцелуя я жаждала долгие недели, мечтала о нём каждую свободную минуту, поэтому, едва ощутив губы Кайтера на своих губах, тут же открылась ему навстречу, коснулась его языка своим и всецело отдалась этому поцелую.

Мы целовались жадно, резко, даже немного грубо. Но сейчас нам отчаянно требовались именно такие поцелуи – полные страсти и животного голода. Нам обоим было не до прелюдий и долгих нежностей, сейчас нами руководило только общее желание обладать.

На то, чтобы полностью избавиться от одежды, не хватило терпения. Кай просто стянул с меня штаны вместе с бельём, сам лишь чуть приспустил брюки и поспешил снова усадить меня на себя верхом. И лишь когда наши тела соединились, когда я почувствовала в себе его горячее твёрдое естество, то смогла окончательно поверить, что он действительно вернулся ко мне.

– Люблю тебя, – шепнул Кайтер на первом же движении. – Ри, ты даже не представляешь, как сильно я тебя люблю.

Ответить он мне не дал, снова завладев моими губами, а я двигалась на нём всё быстрее, чувствовала нарастающий жар и тоже не могла оторваться от его жадного языка. Разрядка пришла быстро, причём у нас обоих, но принесла только временное удовлетворение. Мне было мало такой стремительной близости, и, судя по голодному взгляду Кая, он был со мной полностью согласен.

Но теперь никто из нас уже не собирался спешить. Самые острые желания мы немного утолили, и пришло время неторопливых нежных ласк. Кай уложил меня на кровать и принялся медленно расстёгивать пуговички на моей рубашке.

– Я тут кое-что решил, – говорил Кайтер, открывая себе доступ к моей груди. – Много думал, Ри, всё хорошо взвесил. И нашёл отличный выход для нас с тобой.

Он накрыл губами вершинку с призывно торчащим соском, а рукой продолжил избавлять меня от рубашки.

Я с наслаждением запустила руку в его отросшие волосы –это всегда доставляло мне особое удовольствие, да и Каю нравилось так, что он почти начинал мурчать. Но сейчас он оказался слишком сосредоточен на моей груди. А потом и вовсе спустился поцелуями к животу.

Когда его лицо оказалось между моих разведённых ног, а острый язык прошёлся по разгорячённой коже, я даже вскрикнула от наслаждения.

– Я хочу получить твой положительный ответ на одно крайне важное для меня предложение, – сказал Кай, на несколько мгновений отвлекаясь от своего занятия, которое уже почти лишило меня способности хоть как-то мыслить.

Отвечать я тоже была не способна, как и вообще говорить, но Кайтер был настроен решительно.

– Скажи мне «да», – попросил он и снова вернулся к своим безумным ласкам.

Я молчала, уже не понимая, как вообще можно говорить в такой момент.

И он вдруг прервался, приподнялся надо мной и, глядя в глаза, строго повторил.

– Скажи.

Его тон немного привёл меня в чувство, но при этом основательно озадачил.

– Что сказать?

– «Да».

– И на что ты хочешь, чтобы я согласилась? Знаешь же, что для тебя готова почти на всё.

– Тогда ответь, выйдешь завтра за меня замуж? – спросил он и, пока я пребывала в полнейшем шоке, снова вернулся к оставленному без ласк распалённому местечку между моих ног.

Мысли превратились в вязкий кисель. Я сжимала пальцами простыню, уже никак не сдерживая стоны, и откровенно сгорала под безумными ласками Кая. Но в тот момент, когда до пика мне оставалось совсем чуть-чуть, он вдруг снова прервался, плавно переместился выше и навис надо мной.

– Ри, скажи, что согласна, – попросил Кай, глядя на меня горящими нежностью и желанием глазами.

Но я попыталась схитрить, сама подалась бёдрами вперёд, желая уже почувствовать Кая в себе, да только он не позволил, чуть отстранившись.

– Всё будет, сладкая. Только скажи «да», и мы сразу же продолжим.

– Это неправильно. Ты почти помолвлен. Какая из меня жена лорда?

– Нет, Ри. Просто ответь: ты хочешь стать моей женой?

– Конечно, хочу, но… – воскликнула я, не сдержав эмоций.

А Кай победно улыбнулся и, наконец, соединил наши тела, войдя одним резким сильным толчком. До экстаза он довёл меня быстро, а потом и ещё раз. И лишь после этого позволил себе окончательно расслабиться.

***

В комнате Кая была своя личная душевая, в которую мы давно привыкли ходить вместе. Иногда это заканчивалось крайне интересными моментами, но сегодня подобного нам и так с головой хватило, поэтому мы просто принимали душ рядом друг с другом, и оба выглядели совершенно счастливыми.

Я уже и думать забыла о каком-то там странном предложении, но, когда мы укладывались спать, Кайтер обнял меня и довольно сообщил.

– Завтра в полдень идём в Храм Стихий. В центральном и двух ближайших мне отказали, там слишком боятся гнева дяди. Но я нашёл ещё один в деревне неподалёку. За хорошее пожертвование служитель согласился провести полный свадебный ритуал.

Поняв, что он вовсе не шутит, я искренне испугалась. Приподнялась на локте, посмотрела в лицо своему любимому мужчине и лишь убедилась в своих выводах.

– Кай, твой дядя нас прикончит, – сказала я, тоже не думая шутить.

– Пусть попробует, – сердито ответил Кайтер. – Знаешь, почему я так долго не возвращался? Просто сказал ему, что не женюсь на Милайсе. А он закрыл меня в подземельях главного дворца. Заявил, что выпустит, только когда одумаюсь.

У меня кровь в жилах похолодела, стоило лишь представить Кая в камере, да ещё и в подземельях. Я обхватила его руку своими, прижала её к губам.

– Всё хорошо, Ри, – видя мой испуг, он мягко улыбнулся. – Ничего особенно страшного там не было. Не переживай. Правда, просидеть пришлось больше двух недель. Но зато мне стало окончательно ясно, что для дяди я всего лишь инструмент. Ему плевать на мои желания и моё благополучие. Его совершенно не волнует моё мнение. А ещё он сказал, что я такой же своевольный предатель, как мой отец. И я теперь подозреваю, что именно дядя приложил руку к гибели моих родителей, хотя доказательств у меня нет. Пока.

Кайтер перевёл дыхание и сел на постели, я тоже поспешила выпрямиться, и теперь мы оказались друг перед другом. В лунном свете лицо моего любимого казалось бледным, но уверенным, а его взгляд совершенно точно говорил о том, что Кай говорит искренне.

– Дядя приходил в мою камеру раз в несколько дней. И когда явился в очередной вечер, я сказал, что готов объявить о скорой помолвке. Только после этого он меня отпустил. Пришлось дать официальное заявление в газеты, познакомиться с этой белобрысой девчонкой, – Кай усмехнулся и смешно округлил глаза: – Ты бы видела её, Ри, она же словно ледяная глыба, а волосы – белая седина. Зато, глядя на неё, я окончательно убедился в том, что хочу провести с тобой всю жизнь. И если нас свяжет нерушимый магический брак, то дядя будет бессилен что-либо изменить. Но придётся сразу после свадьбы объявить об этом во всех возможных газетах. И ещё, я нашёл для нас с тобой уютный домик неподалёку от академии.

– Зачем домик, Кай? Мы ведь можем и дальше жить здесь, – спросила я, коснувшись его чуть колючей щеки.

– Не можем. Я договорился с Адалисом о досрочном окончании обучения. Сдал ему готовый диплом, благо в камере мне выдали и листы, и перо. Так что я не тратил времени даром. Через два дня Дал соберёт комиссию, я защищу свою работу, после чего получу документ о полном магическом образовании. Тогда я смогу пойти работать в местную стражу, меня возьмут… если дядя не вмешается.

– Что-то мне подсказывает, что он вмешается, – произнесла я, опустив взгляд.

– Значит, Ри, мы уедем из страны. Отправимся в Изерфит, там у них дефицит с магами. Я буду работать, ты – учиться. И всё у нас с тобой обязательно будет хорошо.

– Но… я не могу оставить маму одну, – проговорила я растерянно.

Кай изобразил тяжёлый вздох, обнял меня и повалил на подушки.

– Разберёмся, Ри, – прошептал он, целуя меня в кончик носа. – Сначала скрепим наш союз в храме, а остальные вопросы будем решать по порядку.

– Хорошо, – не стала я спорить.

По правде говоря, я надеялась, что утром Кайтер одумается и поймёт, что эта свадьба, да ещё и с сообщением в газетах, станет для канцлера настоящим плевком в лицо. И я даже представить боялась, как этот властный жёсткий человек отреагирует на такой выверт племянника.

Но в глубине души понимала: Кай отступать не станет. И, что хуже всего… я пойду с ним до конца.

***

Храм оказался очень маленьким и по-настоящему старым. Да и встретившему нас служителю на вид было лет сто, не меньше. Его лысую голову украшала золотистая татуировка символа объединения четырёх стихий, желтовато-белый потрёпанный балахон был подвязан самой обычной верёвкой, а морщинистое лицо казалось бледно-серым. Но зато в ясных, почти белых глазах отражалось столько вековой мудрости, что я тут же прониклась к этому старцу уважением.

Он не представился, но наши имена спросил и сразу занёс их в большую храмовую книгу, а потом попросил пройти к алтарю, за которым возвышались статуи богов стихий Айса и Алсы. Обычно их изображали огромными, величественными, здесь же их мраморные скульптуры оказались даже меньше среднего человеческого роста. Бог тьмы и богиня света стояли, держась за руки, и уверенно смотрели вперёд. По преданиям, именно им когда-то удалось привести четыре стихии к гармонии, и с тех пор боги следили за магическим равновесием в нашем мире и присматривали за людьми. А ещё в тех же книгах было написано, что именно их дети стали первыми магами, а значит, все одарённые в какой-то степени – родственники богов.

– Вы пришли сюда, чтобы связать свои судьбы, – нарушил гулкую тишину храма глубокий сильный голос старика-служителя. – Но перед тем, как вы это сделаете, я хочу напомнить, что после этого пути назад для вас не будет. Подумайте ещё раз и, если всё же решитесь, озвучьте перед ликами богов свои клятвы.

Кай даже задумываться не стал. Повернулся ко мне, посмотрел в глаза и сказал:

– Карин, я люблю тебя. Я буду всегда бороться за тебя. Я клянусь оберегать тебя, поддерживать, всегда стараться понять. Я готов связать с тобой судьбу, жизнь, всю свою силу. Да будет так.

Он был серьёзен, говорил искренне, а у меня от его слов по телу побежали мурашки. Ведь это была самая настоящая клятва, которую, я уверена, Кай обязательно исполнит.

Наверное, только теперь я окончательно осознала, что это не игра, не прихоть, не шутка. Мы действительно женимся, и не просто на бумаге, нет – мы сплетаем судьбы в общем полотне мироздания. Это самый крепкий брак, который почти невозможно расторгнуть.

На какое-то мгновение мне стало страшно. В душе возникла неуверенность: а не совершаем ли мы ошибку? Но потом я снова посмотрела в ясные голубые глаза Кая, и это прАдало мне уверенности.

– Кайтер, – проговорила я, пытаясь подобрать правильные слова. – Я люблю тебя. Я хочу прожить с тобой всю жизнь. Быть твоей женой, твоей подругой, твоей любовницей. В будущем стать матерью твоих детей. И я клянусь, что всегда буду стараться понять и поддержать тебя. Я готова связать с тобой судьбу, жизнь и свою силу. Да будет так.

Мы стояли рядом на расстоянии шага, но казалось, что касались друг друга душами. А когда служитель попросил нас протянуть руки и сделал на наших ладонях длинные глубокие надрезы, я даже боли не почувствовала.

– Соедините руки и окропите общей кровью алтари стихий, – скомандовал старик.

Я же не сразу поняла, о чём он. Но Кай сообразил быстро, хотя в маленьком храме эти алтари выглядели странно и непривычно. У Огня это была просто большая свеча на постаменте, у Воды – наполненный прозрачной жидкостью таз, у Воздуха – каменная тумба перед открытым узким окошком, а у Земли – цветок в горшке. Мы позволили нескольким каплям нашей общей крови упасть на каждый алтарь, и, что удивительно, красные капельки каждый раз куда-то быстро исчезали, даже попав на землю, они впитались за долю секунды.

Когда мы вернулись к статуям богов и служителю, он одобрительно кивнул и произнёс длинное заковыристое заклинание на незнакомом мне языке. Наши сцепленные руки окутал магический свет. Он завораживающе переливался разными цветами, становился всё ярче, а потом засиял снежно-белым, вспыхнул сильнее, почти ослепляя, и вдруг погас… а на наших запястьях остались золотистые рисунки брачных меток, больше похожие на широкие браслеты, состоящие из переплетённых символов.

– Отныне вы муж и жена, – проговорил служитель и довольно улыбнулся. – Боги и стихии приняли ваш союз. Он крепок и нерушим. Будьте счастливы. Скрепите ритуал первым супружеским поцелуем.

А мы оба будто только этого и ждали. Кай подался ко мне, я потянулась к нему, наши губы встретились, и всю меня окутало мягкое тёплое счастье. Такое всеобъемлющее и безумное, что даже стало немного страшно. Казалось, моя любовь к Каю становилась всё сильнее, казалось, что я чувствую не только свою, но и его радость.

– Ритуал необходимо завершить первой совместной ночью, – сказал служитель, когда мы всё-таки заставили себя оторваться друг от друга. – И с того момента ваш союз будет нерушим.

– Спасибо вам, – расчувствовавшись, я от всей души поблагодарила старичка.

– Вы сделали нас счастливыми, – добавил Кай.

Но служитель не спешил отвечать. Взирал на нас пристально, внимательно, а его глаза будто смотрели сквозь время.

– Помните о своих клятвах, что бы ни случилось, – сказал он, наконец. – И верьте друг другу даже спустя года.

После чего развернулся и ушёл из зала через маленькую боковую дверцу. Мы тоже не стали задерживаться – так и держась за руки, выскочили из храма. А когда оказались на улице среди высоких пожелтевших деревьев, Кай подхватил меня на руки и закружил.

Я смеялась, обнимала его, любила до безумия… а сверху на нас, словно звёзды, падали остроконечные оранжево-жёлтые листья. Они будто танцевали с нами наш первый семейный танец, и ветер играл ими, словно дирижируя оркестром нашего счастья. Да, природа засыпала, готовилась к зиме, а в нас обоих, наоборот, распускались краски весны и яркого солнца.

– У нас всё будет хорошо, – широко улыбаясь, уверенно заявил Кай и поставил меня на ноги.

– Обязательно, – ответила я, ничуть не сомневаясь. – Наш союз благословили боги и стихии. А значит, мы просто обязаны быть самыми счастливыми.

Сообщить всем о свершившемся браке мы решили завтра, а весь этот день посвятили лишь друг другу. Но отправились не в общежитие, а в дом, который снял для нас Кай, и где мы теперь собирались жить. Там на небольшой кухне для нас уже был накрыт стол, а в уютной спаленке ждала широкая кровать.

Конечно, первым делом мы добрались именно до неё. Нам обоим не терпелось закончить ритуал как следует, – стать настоящими супругами. И в этот раз любовью мы занимались неторопливо, чувственно, с полной отдачей, а от нежности наши души пели в унисон.

Мы были вместе здесь и сейчас. Мы не оглядывались на прошлое, не смотрели в будущее. Мы просто жили настоящим.